Вера Камша.

Зимний излом. Том 1. Из глубин

(страница 3 из 52)

скачать книгу бесплатно

IV
Урготский тракт
399 года К.С. 21-й день Осенних Ветров
1

Любопытно, откуда трактирщики берут названия? Утром был «Филин-девственник», вчера вечером «Лев и рога», а сейчас «Лунный заяц».

Марсель Валме с сомнением оглядел придорожное заведение с зеленым чудищем на вывеске. С одной стороны, они с Герардом честно заслужили полдник, с другой – смерть от голода им не грозила, а пообедать можно и в Шевр-Нуар или Атсе.

– Рэй Кальперадо, – произнес Марсель с тактом, достойным дядюшки Шантэри, – как вы полагаете, стоит ли нам почтить сию обитель своим присутствием?

– Сударь, – если б, сидя в седле, можно было подскочить, Герард бы подскочил, – как... как скажете, но я могу ехать дальше. Я не устал!

Не устал он, как же! Все устали, а он нет. Врет и не краснеет.

– Сударь, – Валме, как мог, скопировал интонации порученца, – если вас не затруднит, проверьте эту таверну на предмет горячего вина, свежего хлеба и тараканов. Последние мне неприятны.

– Да, сударь, – выпалило чудище, все еще переживавшее позавчерашний конфуз, – я сейчас.

Оскандалившаяся исполнительность соскочила с равнодушной кобылы и юркнула в зеленую дверь. Валме зевнул и поглядел наверх. Жирные тучи обещали очередной дождь не сейчас, так к вечеру. Пожалуй, нужно послать «Лунного зайца» к кошкам и ехать, пока хляби небесные не разверзлись окончательно. Марсель совсем было собрался выуживать Герарда из заячьих объятий, но со стороны Шевр-Нуар раздались топот и чавканье. Кто-то одинокий гнал коня по меньшей мере кентером. Курьер? Весьма кстати.

Валме вернулся на тракт вовремя – из-за поворота вынырнул заляпанный грязью всадник весьма странного вида. Марсель чихнул и послал коня наперерез незнакомцу. Незнакомец ловко переложил поводья в левую руку, правая привычно скользнула к седлу. Так и есть, вояка, но не курьер, королевские курьеры носят плащи с крылатой стрелой. Марсель улыбнулся в усы, в свою очередь открывая ольстру[3]3
  Ольстра – седельная кобура. Их крепили к седлу с обеих сторон у передней луки седла. Кобуры обычно закрывались сверху.


[Закрыть]
. Знать бы еще, не отсырел ли порох, хотя, если этого не знает хозяин, как узнает чужак.

– Прошу простить, – виконт учтиво наклонил голову, – вы случайно не из Олларии?

– Это мое дело... – начал незнакомец и перебил сам себя. – Если не ошибаюсь, я имею честь говорить с виконтом Валме?

– Не ошибаетесь, – кивнул Марсель, лихорадочно соображая, с кем его свело. Усталое темнобровое лицо казалось смутно знакомым, но не более того.

– Вы, я полагаю, меня не помните? – Офицер, а это, без сомнения, был офицер, по-собачьи отряхнулся и чихнул. Щеки бедняги покрывала щетина, а шляпа обвисла.

– Отчего же, помню, – виконт на всякий случай решил не выказывать забывчивости, – просто мне странно видеть вас в столь плачевном состоянии.

– Так сложились обстоятельства. – Знакомый незнакомец сосредоточенно хмурился, словно умножал в уме шестнадцать на сорок восемь, если не хуже.

– Бывает, – поддакнул Валме, живо заинтересовавшись упомянутыми обстоятельствами.

Сбоку раздался шорох, офицер вздрогнул и вновь потянулся к пистолету.

Плохо!

– Успокойтесь, – виконт на всякий случай загородил обалдевшую при виде незнакомца исполнительность, – это мой спутник. Герард, что вы узнали?

– Сударь, – корнет Кальперадо был еще серьезней, чем обычно, – внутри чисто, но очень просто. Есть вишневая наливка из Дорака и местное вино. На обед у хозяйки говядина, но нам могут зарезать курицу.

– Курицу мы, конечно, съедим, – Марсель расхохотался очень беззаботно, – и не одну, но для начала представьтесь моему другу. Мир воистину тесен.

Чудище незамедлительно выпалило:

– Корнет Герард Кальперадо, порученец Первого маршала Талига Рокэ Алвы.

Расчет оправдался. Грязный всадник как-то странно вздохнул и негромко произнес:

– Чарльз Давенпорт виконт Давен к вашим услугам.

Про Давенпортов Марсель знал лишь то, что они были ординарами, обитали в Южном Надоре и состояли в отдаленном родстве с Рокслеями. Рокслеям же папенька не доверял, как и Окделлам, полагая, что от людей, чей герб украшает дикая свинья, можно ожидать лишь свинства и дикости. Давенпорт пожевал губами и отчетливо произнес:

– Не знаю, куда вы едете, но между Дораком и Приддой я не советовал бы ссылаться на Первого маршала. Разумеется, если за вашей спиной нет армии.

2

Теньент Давенпорт видел виконта Валме раз пять или шесть. Наследник хитрюги Валмона казался разряженным в пух и прах хлыщом, которому не мешало б пару недель поголодать. Ни малейшего желания узнать сорящего деньгами бездельника поближе у теньента не было, но после Октавианской ночки виконт, к всеобщему удивлению, сдружился с Вороном и, бросив любовниц и портных, отправился на войну. Об этом посудачили и замолчали, а теперь Чарльз сам не понимал, как узнал в хмуром офицере с провалившимися щеками столичного гуляку. Почему Валме уехал и, самое главное, почему возвращается, да еще вместе с кэналлийским мальчишкой, щеголявшим званием порученца Алвы?

– Не знаю, куда вы едете, – и еще я не знаю, что и сколько можно вам говорить, – но между Дораком и Приддой я не советовал бы ссылаться на Первого маршала. Разумеется, если за вашей спиной нет армии.

– Армии за моей спиной нет, – Валме поправил отнюдь не щегольскую шляпу, – и это, судя по вашему виду, весьма печально. В любом случае, навестить «Лунного зайца» не помешает ни нам, ни вам.

Чарльз, не говоря ни слова, заворотил довольно хрюкнувшего пегаша к двухэтажному строеньицу, над входом которого болтался барабанящий по луне зеленый длинноухий монстр. Видимо, заяц.

Пахнущий луком конюх увел лошадей, порученец распахнул дверь, и они вошли в дымное тепло. Давенпорт с овечьим равнодушием смотрел, как виконт занимает стол в углу дурацкой пятиугольной комнаты, говорит с хозяином, куда-то отсылает белобрысого рэя. Деваха в зеленом фартуке весело грохнула на стол бутылку и бокалы. Недавний щеголь сбросил плащ, под которым обнаружился капитанский мундир, и принялся деловито разливать вино. Красное. Совершенно прямые волосы Валме были по-кэналлийски стянуты на затылке, а место придворной «зубочистки» на боку виконта заняла боевая шпага.

– Вы шокированы моим внешним видом? – усмехнулся наследник Валмонов. – Уверяю вас, я сам поражен. Ваше здоровье!

– Прошу меня простить, – Чарльз отодвинул бокал, – если я сейчас выпью, то упаду и усну.

– Вы упадете и уснете, даже если не выпьете, – Валме махнул рукой, подзывая дебелую тетку. – Хозяюшка, прикажите шадди. Покрепче, побольше и послаще!

– Благодарю. – Шадди и впрямь ему не помешает, как он сам не догадался. А все потому, что в Надоре «морисский орех» не в почете.

– Вообще-то, – будущий граф внимательно посмотрел в глаза Чарльзу, – вас надо не шадди поить, а затолкать в постель и поставить под дверью охрану. И я так и сделаю, но сначала вы мне скажете, почему мы не должны упоминать Алву. Манрики, что, окончательно сбесились?

– Хуже, – буркнул Давенпорт. – Манрики сбежали. Вместе с Колиньярами, принцем и целой сворой всяческой сволочи.

– Разрубленный Змей! – Марсель Валме залпом осушил бокал и тут же наполнил. – Видимо, следует предположить, что в Олларии вспыхнула чума?

Пожалуй, что и чума. В некотором смысле. Закатные твари, с чего же начать?

– Валме, – Чарльз потряс головой и с силой ущипнул себя за ухо, отгоняя подступивший с ножом к горлу сон, – скажите, что вы знаете, а то, боюсь, я не доберусь до конца.

– Мы знаем, что во Внутренней Эпинэ случился мятеж, а Манрик загнал тех, кого невзлюбил, в Багерлее. Вместе с королевой.

– Тогда вы не знаете ничего, – поморщился Давенпорт. – Резервная армия, которую собрал Манрик, перешла на сторону Ракана...

– Кого? – не понял виконт. – Ракана? Этот-то откуда взялся? Не хочу показаться недоверчивым, но вы уверены, что не спите?

– Леворукий и все его кошки, – с тоской произнес Чарльз, – если б я спал... Альдо Ракан как-то затесался в ряды мятежников. Симон Люра... вы его знаете?

– Понаслышке. Он связан с Манриками?

– Так думали. Люра вызвался утихомирить восставших и предал. Королевскую армию разнесли в пух и прах, Ракан двинулся на столицу, к нему стали примыкать гарнизоны. Все нанятые Манриками, между прочим. Обстрелянных сплавили на север, вместе с Лионелем, и он таки разнес каданцев вдрызг. Хоть какая-то радость!

Дверь открылась и закрылась, пропустив лекарского вида мещанина и двух слуг, уныло зажужжала отчего-то не уснувшая муха. Шадди не несли. Чарльз еще разок щипнул себя за ухо.

– Сейчас... Я сейчас...

Валме сочувственно кивнул. Год назад он не вылезал от куаферов и играл в карты на любовниц, а теперь перед Давенпортом сидел офицер. Чего только не бывает, но в Олларии виконту делать нечего. Пусть едет в Придду или домой, к отцу, хотя Марсель Валме не похож на человека, готового все бросить и сбежать, как эти...

– Подонки!

– Простите?

– Манрики – трусы, – раздельно произнес Чарльз Давенпорт, – а Рокслеи, Придды, Краклы, Вускерды – подонки. Ну а Морена я сам убью.

Валме не ответил – сидел, смотрел, ждал продолжения. Только как рассказать едва знакомому человеку об удивленных глазах Фердинанда, улыбочке Генри Рокслея, пятнистой физиономии Кракла? О том, как звенело разбитое стекло, запах пороха мешался с ароматом дыни, громко вопила фрейлина в желтом, а голова кружилась от высоты, бессильной злости и содеянного?

– Ваше шадди, – зеленая девица хлопнула на стол поднос с кружками. – Господа хочут сливки или просто?

– Просто! – Давенпорт залпом проглотил обжигающий напиток, не ощутив ни вкуса, ни запаха. Валме молча пододвинул ему свою кружку. Шадди в кружках... Хотя чего ждать от зеленых зайцев?

– Это действительно шадди? – вежливо поинтересовался Валме.

Наверное, шадди, а может, и нет. Какая разница. Он должен договорить, а остальное – потом.

– Манрики узнали о разгроме и сбежали вместе с Колиньярами. Казну и принца с принцессами уволокли с собой.

– А Фердинанд?

– Остался.

– Остался? – недоуменно повторил Валме. – Этот тюфяк?

Чарльз бы тоже не поверил, но король действительно остался. Его искали, но Фердинанд Оллар умудрился спрятаться в каком-то тайнике.

– Можете не верить, – туман в голове понемногу рассеивался, значит, в кружках был все-таки шадди, – но Его Величество где-то отсиделся, а потом, когда трусы откочевали, выбрался и попытался править. Отпустил из Багерлее всех узников, собрал Совет Меча, приказал готовить ополчение... Фердинанда арестовали у меня на глазах. Рокслеи и Морен. Он не сопротивлялся, почти... Приказал охране сложить оружие, но охрана... уже не была его. Спасибо Манрикам...

– А вы, виконт? – в упор спросил Марсель Валме. – Что делали вы?

Что он делал? Прозевал все на свете, хотя мог бы догадаться, что Рокслеи что-то затевают. Джеймс намекал на перемены, а он-то думал, речь идет о Талиге без Манриков и Колиньяров. Думал, думал и в суп попал... У курицы мозгов и то больше, но отвечать надо. Чарльз отодвинул пустую кружку – его собеседник все еще ждал ответа. Молча. Неужели это виконт Валме, славившийся болтливостью на всю Олларию?

– Я был в карауле у Малой Печати, – просто сказал Чарльз, – услышал шум, вбежал в столовую. Все уже было кончено. Я выскочил в окно, в городе начинались погромы, но пройти было можно. Я добрался до казарм... Ансел уже все знал. Он решил прорываться в Придду. Из Олларии мы ушли вместе, у Корты Ансел свернул на север, а я – на запад. Сообщить Ворону.

3

Нужно возвращаться. Не к Фоме, к Ворону, которого в Олларии нет, а где есть, только кошкам известно. Знает ли Алва, что творится в столице, или он умчался не поэтому?

– Теньент, – окликнул Марсель, – я должен вас огорчить. Первого маршала в Урготелле нет. Эй, вы меня слышите?

– Да, – бедняга оторвался от заячьего шадди и попытался держать голову прямо, – слышу.

Слышит он! Пустой, стеклянный взгляд. Не понимает? Очень может быть.

– Алва исчез. Может, вернулся в Фельп, к Савиньяку, а может, и нет. Он получил какое-то известие и уехал. Мы думали, в Олларию.

– Все сходится, – Давенпорт в очередной раз потряс сонной башкой. – Он узнал о предательстве Люра.

Узнал и умчался. Мог бы, между прочим, и сказать. Или не мог? Ворон любит разводить тайны, а они с дядюшкой своими несведущими рожами дурачили шпионов целый день. Закатные твари, надо было сразу гнать к Савиньяку, а не лезть в это болото.

– Вы что-то сказали? – вежливо переспросил Давенпорт. Глаза офицера были красней, чем у кролика, но зевать он перестал. То ли от шадди, то ли от новости.

– Так, – неопределенно махнул рукой Валме, – задумался. Непонятно, на что все эти господа надеются. Ызаргу ясно, править им до подхода первой же армии.

– Армии летать не могут, – теньент с тоской уткнулся в опустевшую кружку, – вожаки успеют сбежать, ну а мелочь... Когда ее жалели?

Это точно, заводилы удерут, а мелкоту перевешают, только кто? Фок Варзов и Лионель связаны дриксенцами, Алва – Бордоном и Гайифой. Конечно, можно все бросить, но нужно ли?

– Слушай, – начал Марсель, чувствуя, что его заносит, как перед боем, – это затеяли «павлины», чтоб мы сняли с границ войска. Согласен?

– Да. – Чарльз Давенпорт с удивлением поднял глаза на Марселя. Ах да, он в запале перешел на «ты», ну и ладно.

– Рокэ никогда не делает того, чего от него ждут? Так?

– Так.

– Значит, и сейчас не сделает. Он останется на юге и будет воевать с Бордоном, как и собирался. Так?

Теньент кивнул и подпер подбородок рукой. Еще немного, и в спальню его придется тащить на руках. Ну и дотащим!

– Если все затеяли не «павлины», а «гуси», они ждут, что давить мятеж пойдет Лионель или фок Варзов, и устроят какую-нибудь подлость. Так?

– Да, – кроличьи глаза слипались, но глядели осмысленно.

– Значит, на севере тоже нужно стоять, где стояли. И что у нас остается? Тронко и Кадела. Тронко ближе к столице, и там кэналлийцы, значит, нам туда!

– Сударь, вы во многом правы, – пробормотал засыпающий вояка, – но я должен отвезти донесение Ансела Первому маршалу Талига.

– А где вы его искать будете? В Фельп может и Герард съездить. Если вам неймется, езжайте вдвоем, а я поскачу в Тронко предупредить Дьегаррона. Когда придет приказ наступать, мы будем готовы...

– Вы правы, – на измученном лице проступила заинтересованность, – от Тронко до Олларии не так уж и далеко.

– Именно. А то, что там творится, вы знаете лучше адуанов и лучше меня!

– Решено, – Давенпорт поднялся с места. Он явно собирался сесть в седло, – я еду с вами.

– Правильно, – согласился Марсель, – но вечером, а сейчас вы отправитесь в кровать. Терпеть не могу носить на руках мужчин, а вы вот-вот свалитесь.

– Сударь...

– Теньент Давенпорт, – рявкнул Марсель, подражая Дерра-Пьяве, – я вам приказываю... Закатные твари, я вам капитан или птицерыбодура?! А ну живо спать!

V
Ноймаринен. Замок Ноймар
399 года К.С. 22-й день Осенних Ветров
1

Ноймар. Замок на утесе Литасфляхеханд. Шестнадцать неприступных башен, серые скалы, вечная радуга над порогами неугомонной Доннерштрааль. Волчье логово, поставлявшее Талигу полководцев, кардиналов, регентов, а однажды расщедрившееся на поэта. Великого. По крайней мере, так в один голос утверждали менторы. Правы они были или нет, Жермон не задумывался, но неприязнь к виршам Вальтера Дидериха пронес через всю свою жизнь. Хорошо хоть, эта ненависть была веселой, не чета другим.

Дорога уперлась в опущенный мост и распахнутые ворота. Рудольф Ноймаринен был силен и осторожен, он мог позволить себе подобную роскошь. Если все тропинки под присмотром, а солдаты и офицеры знают друг друга в лицо, ворот можно не запирать. По крайней мере, днем.

– Жермон! – Ариго вскинул голову и увидел младшего брата Людвига. Тридцатитрехлетний Альберт, вечно забывавший, что он еще и граф Доннербург, жизнерадостно махал со стены офицерской шляпой. – Явился наконец!

Генерал засмеялся и подкрутил усы. Тревога, прихватившая Ариго в начале осени, отступила пред мощью возведенных самим Манлием стен и уверенностью обитателей замка.

Жермон поручил жеребца заботам конюха и угодил прямиком в достойные удава объятья. Альберт пребывал в отменном настроении, впрочем, все семейство Ноймаринен было наиприятнейшим. Для друзей и союзников, вестимо.

– Ну ты и вырядился, – покачал головой Жермон, отдавая должное багряному камзолу и кремовой рубашке, – прямо жених!

– Вырядишься тут, – подмигнул развеселившийся граф, кивком головы указав на здоровенных парней в бирюзовых куртках, кидавших в кухонные оконца связки гусей и ледяных уток. – Это авангард. Основные силы подойдут завтра. Отец только их и ждет. Их и тебя.

– Арно предупреждал, что грядут бергеры, – меланхолично заметил Жермон, – что ж, дичью вас родственник обеспечил.

Маркграф Вольфганг-Иоганн был не из тех, кто приезжает в гости с пустыми руками, тем паче осенью, когда на перехват пролетающих над Торкой бессчетных стай выходит и стар и млад. Бергеры истребляют гусей и уток десятками тысяч, но на следующий год пернатые странники вновь затмевают солнце, а горцы палят по ним из своих чудовищных «утятниц».

– Бедные, бедные гуси, – закатил глаза Альберт, —

 
Трепещущие крылья рассекали
Предзимний, напоенный плачем ветер,
Рыдали птицы об умершем лете,
И плакал вечер с исчезавшей стаей...
 

С исчезавшей? Или с обреченной? Не помнишь?

– К счастью для меня, нет, – огрызнулся Жермон, – чего и тебе желаю. Дурацкие стихи!

Правильно он пририсовал к портрету Дидериха ослиные уши, впрочем, они больше походили на заячьи. Художником юный Жермон был неважным, но утонченный мэтр Капотта чуть не лопнул от ярости. При воспоминании о любимом учителе генерал от инфантерии блаженно улыбнулся и немедленно заработал чувствительный тычок в бок.

– Смеешься? – строго спросил Альберт. – Я тоже хочу.

– Ну так смейся, – Жермон поправил шпагу, – благо, есть над чем.

– Ты про «Прерванный полет»? И чего только менторы в этих стишатах находят? Гуси летят, по ним стреляют, такова жизнь. Надо же агмам зимой что-то кушать.

– И не только зимой, – перед глазами зазеленело рассветное небо и распустил паруса золотой кораблик. – Пока бергеры не пересолят всех гусей, они не уймутся.

– Ну, нет, – замотал головой Альберт, – тут я с ними не согласен. Копченые вкуснее. А ты что скажешь, коптить или засаливать?

– Коптить, – постановил Ариго. – Ты часом не знаешь, твой поэтический земляк дичь ел?

– Дидерих? Ел, наверное. Вот плакал он при этом или нет, не знаю.

– Если с луком, то, может, и плакал.

– Конечно, с луком. А еще он пил вино, бегал за девицами и хотел дворянство...

И получил бы, если б не родной отец. Гостивший у зятя граф Дорак приголубил хорошенькую горничную, десять месяцев спустя осчастливившую мир великим Вальтером. Дорак бастарда признал, дал ему образование и состояние, но наотрез отказался ходатайствовать о возведении молодого поэта в дворянское достоинство. Папенька полагал, что титул способствует написанию скучных од, а не занимательных драм, и был прав. Дидерих накатал множество трагедий, и чуть ли не в каждой имелись жестокосердный отец, соблазненная дева и благородный подкидыш...

– Вообще-то я его всегда терпеть не мог, – задумчиво произнес Жермон.

– Лук? – удивился братец Людвига. – В таком случае ты прекрасно скрывал свои чувства.

– Дидериха, – шепнул Ариго, – и чем больше ко мне с его виршами приставали, тем больше я его ненавидел.

– А мне как-то все равно, – хмыкнул Альберт. – Дидерих и Дидерих. Должен же в Талиге быть кто-то великий, кроме полководцев и мерзавцев.

– А дураки? – осведомился Жермон.

– Не сказал бы, что наши дураки превосходят гайифских, – усомнился приятель, – иначе б павлины после Варасты не полезли бы в Фельп и не остались бы без хвоста.

– Весной гайифским генералам будет не до корнетских ляжек, – задумчиво протянул Ариго, – Дивин это понимает. Готфрид тоже.

– Гусь павлину не родич, – лицо приятеля стало злым, – но гусь любит золотой горох. При Сильвестре дриксы сидели б да глядели, чем дело кончится, но с Манриками, да в отсутствие Алвы могут и укусить.ПроФридриха слышал?Этот кесарский племянничек перебрался к тестю, в Липпе.

– Сослали или наоборот?

– Кошки их там разберут, – Альберт снял шляпу и смахнул с нее пару пушинок. – Будем надеяться, что все-таки ссылка. Бруно Фридриха терпеть не может, а Бруно стал фельдмаршалом.

Фридрих сначала прыгает, потом думает. Бруно неделю думает, а потом строит мост. При таком фельдмаршале о дриксах до весны можно забыть, зато потом хлопот не оберешься.

– Постараюсь к Весеннему Излому вернуться, – кивнул Ариго, – месяц туда, месяц обратно, четыре месяца там...

Вечерний ветер скатился с темнеющих стен, ударил в лицо, развернул поникшее было знамя с бессонным волком, закружил мертвые листья и тонкую водяную пыль.

– Закатные твари! – Альберт разжал вцепившиеся в эфес пальцы и делано рассмеялся. – Ты чего?

– То же, что и ты, – огрызнулся Ариго, с трудом подавляя идиотское желание вскочить на коня и мчаться на юг, – это просто ветер.

– Ветер с гор несет зиму, – припомнил старую поговорку Людвиг, – вести с гор несут войну.

– Нет, – Жермон Ариго закинул голову, глядя на плещущий в синеве багровый стяг, – этот ветер не с гор. Он из Придды, но насчет войны ты прав. И насчет зимы тоже.

– Видимо, я пророк, – хохотнул Альберт, – и, будучи таковым, предрекаю тебе еще и весну. Весной...

– Господин генерал, – темноглазый корнет ловко и красиво отдал честь, – вас просит герцог. Немедленно.

2

Рудольф Ноймаринен оторвал голову от очередной бумаги, неспешно водрузил перо на роговую подставкуи поднялся из-за стола. Выглядел герцог, мягко говоря, усталым, но одет был, как всегда, безукоризненно.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52

Поделиться ссылкой на выделенное