В. Вейнланд.

Руламан

(страница 8 из 11)

скачать книгу бесплатно

Глава 25. Репо и Руламан в гостях у Гуллоха

Прошла неделя после злополучной охоты, и Репо с Руламаном решили посетить долину Нуфы. Им хотелось повидать раненого вождя; кроме того они надеялись узнать что-нибудь об Аре, так как Парра не переставала твердить, что ее украли калаты. Они отправились туда пешком. Гордость не позволяла им явиться в деревню на подаренных лошадях. Для подарка вождю Репо взял свою лучшую медвежью шкуру, а Руламан – тисовый лук для Кандо.

– Вы пойдете одни? – спросила их Парра. – Они вас могут схватить; вспомните об Аре!

– Это будет стоить жизни Гуллоху и друиду, – отвечал Репо, подняв вверх свой топор.

Они двинулись в путь. Взойдя на обнаженный склон долины Нуфы, они остановились. Отсюда им было видно все калатское поселение. Около сотни маленьких домиков с остроконечными крышами выстроились вдоль ручья. Из отверстий крыш подымался дым. Ниже ручья простиралось широкое поле с высокой золотистой травой. Вокруг поля двойным рядом посажены были плодовые деревья. Это была первая пашня, которую видели айматы.

По другую сторону ручья мирно паслось стадо лошадей и других домашних животных. Пастухи и собаки охраняли скот. У подошвы горы Нуфа, на самом видном месте, стоял большой деревянный дом начальника, а на самой вершине сверкала белая стена крепости, которую строили айматы из Гуки и Налли. Ровная, гладкая дорога шла от поля вдоль домов и поворачивала к пастбищу, зигзагами подымаясь на гору.

Вершина горы кипела жизнью. Множество мужчин работало кирками. На тропинках мелькали женщины и дети. Что особенно удивило айматов, так это большие повозки, нагруженные громадными камнями. И лошади везли их, покорно исполняя волю человека!

– Как можно заставить дикое животное исполнять такую тяжелую работу?

Почему лошади не вырвутся и не убегут в лес? – недоумевал Руламан.

– Ты слышал, что сказал Гуллох? Они принуждают работать людей и лошадей ударами палок.

– Но моя и твоя лошадь ржут от радости, завидя нас, и охотно позволяют нам садиться себе на спину! – с живостью возразил Руламан. – Может быть они лаской и любовью приучают животных к работе? Посмотри – у каждого калата отдельное жилище! Почему они не живут все вместе, как мы?

– А потому, что они завидуют друг другу, – ответил Репо. – Я слышал, что калаты крадут друг у друга пищу и одежду, и цепи, и кольца из солнечного камня.

– Если бы у айматов были такие же красивые вещи, пожалуй, и они стали бы похищать их друг у друга, – задумчиво сказал Руламан. Они сошли в долину. У входа в деревню их встретила с ожесточенным лаем стая собак. Перед первым домом сидел старик в деревянных башмаках и работал. Это был горшечник. Перед ним, жужжа, вертелся круг, и из-под его быстрых и ловких рук, на глазах пораженных айматов, выходили изящные горшки, чашки и блюдца, а целый ряд посуды самой разнообразной и причудливой формы сушился уже на солнце. Старик выводил на каждой вещице деревянной лопаточкой правильные узоры и потом чернил их кисточкой, чтобы украшения ярче выделялись на красной глине.

– Неужели все это ты сделал сегодня? – спросил Репо старика, указывая на расставленную рядами посуду.

И он подумал невольно, какого труда стоят айматам их грубые и толстые горшки.

Старик не отвечал.

– Он глух, – сказал Репо, – пойдем дальше.

Несколько маленьких детей подошли к ним и с любопытством уставились на их меховую одежду.

– Не проведете ли вы нас к вашему начальнику, Гуллоху? – сказал Репо.

Дети показали на дом, стоящий на холме, и пошли вперед.

– Где ваши родители? – спросил Руламан.

– Они работают там, наверху, – сказал мальчик, показав на гору, – сегодня – барщина.

Перед некоторыми домиками сидели старые женщины, занятые пряжей льна и шерсти. Это искусство тоже было неизвестно айматам.

– Так вот как они делают свои легкие одежды! – сказал Руламан. – Мы научим этому наших женщин.

– Не нужно! – сказал Репо сурово, – для ходьбы в лесу звериные шкуры лучше. Разве ты не видел, как разорвалось на охоте платье Гуллоха, а наши остались целыми?

Дети повели их через луг, где пасся скот. С удивлением смотрели Репо и Руламан на множество невиданных ими коров, овец, коз и свиней. Когда путники приблизились к дому Гуллоха, дети испуганно повернули назад в деревню. Около дома стояла большая толпа мужчин, одинаково одетых и вооруженных. Один из них подошел к ним и спросил:

– Вы хотите видеть благородного Гуллоха? Я доложу о вас! – И он вошел в дом.

Айматы с удовольствием рассматривали большой дом, желтый фасад которого, разукрашенный красного цвета узорами, ярко выделялся на холме. Остроконечная крыша была сделана из досок, и все здание было окружено дощатой стеной в виде четырехугольника.

Гуллох дружески поздоровался с гостями и повел их в дом. Здесь все для них было ново, все возбуждало восторг и удивление, начиная с правильных четырехугольных стен, ступенек из обтесанных бревен и кончая гладким, устланным циновками полом, разукрашенным потолком и окнами со ставнями.

– Это дрянное здание, – сказал Гуллох, – но там, наверху Нуфы, мы построим хорошее!

Репо и Руламан передали Гуллоху подарки. Тот поблагодарил их.

– Ты выздоровел? – спросил Репо.

– Пустяки! – сказал Гуллох. – Жаль только моего коня! Лучше было бы потерять десяток охотников, чем его!

Он повел айматов в соседнюю комнату, где стены были покрыты мечами, кинжалами, секирами и щитами, где на одном столе стояли великолепные вазы и урны из листовой меди, а на другом были разложены украшения: диадемы, браслеты, кольца, цепи, пояса и нагрудники.

Руламан был в восхищении от их блеска, а Репо сухо спросил:

– А ты покажешь мне, как обрабатывается солнечный камень?

– Прежде всего я должен вас угостить, – уклончиво ответил Гуллох.

Он свистнул. Вошло несколько девушек-служанок в красивых пестрых платьях. На руках и ногах у каждой звенели браслеты, а волосы поддерживались медными шпильками. Одна из них принесла пироги на раскрашенном блюде, а другая поставила на стол такой же раскрашенный горшок с молоком и блестящие металлические кружки.

– Это молоко от коров, которых вы видели на пастбище.

– Оно лучше, чем кумыс, – сказал Репо, попробовав.

– А я предпочитаю кумыс, также как ваш Наргу. Он получает в вознаграждение за труд своих людей каждую неделю по два оленьих желудка, наполненных этим напитком. Славный старик этот Наргу! Не то, что этот Ангеко из пещеры Гука! Он хотел лечить меня и моих охотников, но наш друид выпроводил его вон.

– Люди пещеры Тулька и Гука – двоюродные братья, – сказал обиженно Репо. – Ангеко многих излечил. В это время в дверях показалась девушка.

– Вельда! – сказал ей Гуллох. – Вот начальник пещеры Тулька. Это тот юноша, о котором тебе рассказывал Кандо, это он сражался со львом! Руламан был сконфужен такой похвалой.

– Это твоя дочь? – спросил Репо. – А я думал, что это моя Рута из пещеры Вальба! – добавил он грустно.

– Она и Кандо – мои единственные дети, – отвечал Гуллох.

И действительно, неземным существом могла показаться айматам эта стройная девушка с легким румянцем белого личика и кротким взглядом больших черных глаз.

Айматы невольно вспомнили несчастную Ару.

– Мы потеряли недавно девушку, – сказал серьезно Репо и поглядел вопросительно в глаза Гуллоху. – Она была светом нашей пещеры. Ты говорил с ней у нас. Она исчезла!..

Лицо калата на одно мгновение покрылось краской.

– Айматы из пещеры Налли рассказывали мне об этом, – ответил он равнодушно. – Очень жаль старика Наргу, который, говорят, сильно огорчен потерей внучки. Должно быть бедняжку растерзал волк.

– Нет, наша старая Парра говорит, что ее похитили.

Репо опять проницательно поглядел на Гуллоха. Но тот не смутился.

– Жаль! Тем хуже для нее!

Поднявшись с места, он сказал:

– Хотите посмотреть, как работают мои люди?

И, не ожидая ответа, он пошел вперед.

Они взбирались вверх по тропинке. Вельда пошла с ними. Недалеко от дома вождя, ближе к лесу, стоял маленький дом, без окон, окруженный каменной стеной с двумя часовыми у ворот.

– Кто живет там? – спросил Репо.

– Это тюрьма для тех, кто не хочет мне повиноваться, – объяснил Гуллох.

Вдруг Руламан громко закричал:

– Сокол, сокол! Там летал сокол с красными перьями, – он похитил нашего зяблика.

Гуллох мрачно взглянул на юношу и быстрее зашагал вперед.

– Я ненавижу соколов, – сказала Вельда.

Скоро они подошли к свеженасыпанному холму.

– Здесь лежат мои бедные охотники, погибшие на охоте, – сказал Гуллох.

Он открыл двери и показал углубление, выложенное камнем; на полу стоял ряд урн, вокруг лежало оружие, а около стен расставлены были высокие сосуды с молоком и плоские блюда с хлебом.

– Их пепел хранится в этих урнах, – сказал калат.

– Разве вы сжигаете своих мертвецов?

– Моему коню я поставил каменный памятник в долине Кадде, – не отвечая, продолжал Гуллох, – я желал бы, чтобы проклятые олени натыкались на него головами. Но я придумал другой план для охоты на них… Тропинка перешла в широкую извилистую дорогу; на ней работали люди. Толпа женщин разбивала кирками камень, а мужчины возили его на повозках, запряженных парой лошадей. При приближении Гуллоха и Вельды, все почтительно кланялись и вставали. Вождь калатов лишь изредка небрежно кивал головой, но Вельда всем приветливо улыбалась. Маленькая девочка подошла к ней и поцеловала край ее одежды.

Вельда погладила ребенка по голове и ласково спросила:

– Что ты делаешь здесь, Ара?

– Моя мать больна и я принесла отцу хлеб и молоко.

– Кто же остался дома с твоей больной матерью?

– Никого, – отвечала девочка.

Вельда умоляюще посмотрела на отца.

– Отец! Позволь мужу больной женщины оставить работу и идти к жене.

– Мужчины должны работать до вечера! – отвечал Гуллох сурово. – Иначе все женщины заболеют.

– Я пойду к твоей больной матери, – сказала Вельда девочке и распрощалась с отцом и гостями. Руламан с восхищением посмотрел ей вслед.

– Счастливы ли твои люди? – спросил серьезно Репо вождя калатов.

– Скоро наступит праздник Бэла, бога солнца, – сказал Гуллох. – Приходите к нам. Ангеко и Наргу тоже придут. И вы увидите, счастлив ли ваш народ, живя в темных пещерах и перенося голод и холод девять месяцев в году?

– Как понимать счастье… – проговорил Репо. – Кому лучше по-твоему: вашей покорной собаке, или нашему голодному волку.

– Покорной собаке, – отвечал Гуллох, – она любит и ее любят.

– Голодному волку, – сказал Репо, – он свободен и никого не боится.

Они взошли на вершину горы Нуфа. С нее открылось поразительное зрелище. Прежде всего им бросилась в глаза кольцеобразная стена, высотою почти в человеческий рост и почти такой же ширины. Она состояла из больших грубо обтесанных камней, пригнанных друг к другу и укрепленных дубовыми, вбитыми в землю столбами. Около ста человек работало около нее.

– Для чего эта куча камней? – спросил Репо.

– Для защиты от врагов, – отвечал Гуллох. – Теперь сойдемте в подземелье замка, оно уже окончено.

Он сошел вниз по ступенькам и провел их в комнату с бревенчатым потолком. Отверстие вверху пропускало необходимый свет.

– Хорошая удобная пещера, – заметил Руламан. – А кто будет в ней жить?

– Пленники, – отвечал Гуллох.

– Но кто же твои пленники? – спросил Репо.

– Все те, которые не желают мне повиноваться.

– Ты, значит, таким путем принуждаешь своих людей слушаться тебя?

– Да, но не худших из них, а только строптивых. Для тех же, кто меня ненавидит, у меня приготовлена другая пещера.

Гуллох повел их к узенькой, в несколько футов вышиной стене и дал им заглянуть в глубокий, мрачный и темный колодец. Ни одной ступеньки не было в отвесных и сырых стенах его. Над темным отверстием висел ворот с бесконечно длинным канатом.

– Вот помещение для моих врагов! – надменно сказал калатский вождь и, взяв камень, бросил его вниз. Раздался глухой звук.

– И ты моришь там людей голодом? – спросил Репо.

– Это было бы легче для них, – засмеялся Гуллох, – но они получают хлеб и воду каждый день.

– Там есть кто-нибудь? – спросил Руламан с ужасом.

– Нет! Но я знаю, кто первым будет сидеть здесь, – отвечал Гуллох. – Однако, душно, выйдем на свет.

Над подземельем возвышался продолговатый четырехугольный фундамент.

– Здесь будет построен уже настоящий дом для начальника калатского народа. Но пройдут годы, прежде чем я окончу его. Он повел гостей к лесу, за выступ скалы, где виднелся густой дым. Там возвышался очаг, полный тлеющих углей. Седой старик, почти голый, с лицом и руками перепачканными сажей, смотрел в глубокий котел, стоявший на огне. Там кипела красная масса. Несколько работников стояли около него.

– Мы пришли как раз к отливке, – сказал Гуллох.

Старик схватил большую металлическую ложку с деревянной ручкой, зачерпнул ею красную, кипящую жидкость и стал тонкой струей выливать ее из ложки в отверстие круглого камня, обмотанного проволокой. Наконец-то, айматы увидали, как отливается оружие из солнечного камня. С напряженным вниманием следили они за каждым движением старика. Старик бормотал некоторое время непонятные слова, вероятно для измерения времени, пока масса охладеет. Тогда он развязал проволоку и ударил долотом по шву круглого камня. Камень разделился на две половины, и из них выпал блестящий медный топор. На обеих сторонах камня отчетливо были вырезаны половинки топора, проволока же служила для того, чтобы скреплять обе части формы.

Гуллох схватил щипцами топор и показал его гостям.

– Это кельт! – сказал он с ударением. – Вот почему наш народ с древних времен называется калатами, или кельтами! Этим топором он завоюет мир.

– Но откуда вы добываете этот камень? – с живостью спросил Руламан.

– Это знают только я и старик; но он умрет, если выдаст тайну!

И Гуллох показал на целый склад еще не отделанных, наполовину готовых топоров, кирок, колец и прочего.

– А где делаются ваши мечи? – спросил Репо.

– Они отливаются так же, как и топоры, а потом куются молотками.

С этими словами Гуллох вошел в большую хижину, где перед плоским песчаным камнем сидели на коленях несколько калатов и точили свои заступы и топоры.

– Поточи и мой меч! – сказал Гуллох одному из людей. Тот встал, подошел к круглому камню на деревянной подставке и стал вертеть его за ручку. Другой калат взял меч и держал его неподвижно, наклоняя острие, от которого сыпались искры.

Руламан радостно закричал:

– И мы можем тоже точить наши каменные топоры!

Гуллох взял отточенный меч и, схватив толстое бревно, одним ударом перерубил его надвое.

– Уже приближается ночь, – сказал Репо, – и нехорошо, если в ночное время нет начальника в пещере, – и протянул Гуллоху руку на прощанье.

Тот взял два новых топора и подарил их айматам со словами:

– Через двадцать дней – праздник солнца. Надеюсь, что мы опять увидимся.

Оба аймата в раздумье шли по краю горного кряжа. Над ними с громким карканьем носилась стая ворон.

– Руламан! – сказал наконец Репо, – видишь ли, как вороны летают над горою Нуфой и как они кричат? Лес Нуфы служил для них прежде ночлегом. Несчастные птицы айматов! Леса Нуфы уже нет. Разве вы забыли ту страшную ночь, когда калаты сожгли его? А вы все-таки ищите его каждый вечер! Они и нас также выгонят из пещер, и последние айматы, осиротевшие и бесприютные, будут бродить по склонам этих гор, искать опустевшую Тульку, плакать о ней и проклинать врагов, как эти вороны!

– Как ты думаешь, не сидит ли Ара в той хижине, у леса? – спросил Руламан.

– Я желал бы, чтобы прекрасная Ара никогда не возвращалась в Тульку, – сказал Репо.

Потом он задумался и продолжал:

– Наше время прошло!

– Нет, если мы поучимся у калатов, мы побьем их при помощи их же собственного оружия, – горячо возразил Руламан.

– Ты молод, – сказал Репо, – а я стар и умру айматом.

Глава 26. Праздник Бэла

Наступил день праздника бога солнца. Репо, Наргу и Ангеко согласились принять приглашение калатского вождя.

Рано утром оставили Репо и Руламан вместе с другими айматами пещеру Тулька. Все были одеты и вооружены по-праздничному. Недоставало только Обу. С того времени, как Руламан сообщил ему свое предположение относительно того, где находится Ара, он каждый вечер исчезал и возвращался только утром. Днем он сидел около Парры и шептался о чем-то с ней.

– Я приду позже: мой праздник начнется ночью, – сказал он угрюмо Руламану, звавшему его к калатам.

Когда айматы сошли в долину Нуфы, то вся деревня пришельцев казалась вымершей; даже старый горшечник не работал. И тропинка, на которой раньше толпился народ, была тиха и пустынна. Только лошади, коровы и овцы спокойно паслись на лугу, по ту сторону ручья.

Поднимаясь по извилистой дороге в гору, айматы услышали шум и говор толпы. Кольцеобразная стена, прежде голая и белая, теперь представляла сплошной зеленый венок. Она была обсажена вокруг елями, и высоко над ней, на тонком шесте, весело развевался золотистый флаг. Когда они приблизились к замку, раздался громкий звук рога, возвещавший их прибытие.

Вскоре показался в воротах Гуллох с Кандо и Вельдой, все трое в великолепных праздничных нарядах, вышитых золотом; за ними следовал отряд телохранителей с музыкантами. На шее Гуллоха и его сына сверкали тяжелые золотые цепи, а на голове Вельды сияла диадема. Гуллох громко приветствовал гостей и предложил Репо и Руламану по блестящей звезде.

Он их повел через двор замка в лежащий за ним лес. Большая круглая площадка была очищена там от деревьев и тщательно утоптана; с одной стороны ее возвышались высокие подмостки, украшенные листьями и еловыми ветвями.

Гуллох взошел на подмостки, пригласив с собой Репо и Руламана. Остальные айматы должны были остаться внизу. Такое неравенство не понравилось Репо.

На подмостках стоял длинный стол с сиденьями для вождей. Над ними возвышалась крыша из зеленых листьев. Отсюда можно было видеть всю площадку с толпой народа.

Когда вожди показались на подмостках, раздались звуки рога и шумное приветствие ликующего народа. Всюду виднелись возбужденные, веселые лица, праздничные пестрые наряды, всюду раздавался веселый говор, шум и смех. На деревьях пестрели флаги, и все кругом было убрано зеленью и цветами. Руламан был восхищен блестящим зрелищем, но Репо смотрел по прежнему пасмурно.

– Что это за каменное сооружение посредине площадки? – спросил Руламан сидевшего рядом Кандо.

– Это жертвенник!

– Правда ли, что вы приносите вашему Бэлу человеческие жертвы?

– Мы приносим нашему богу солнца лучшее, что у нас есть: хлеб от нашей жатвы, чтобы он благословил наши поля, плоды от наших деревьев, чтобы они поспевали и зрели под его теплыми лучами, животных от наших стад, чтобы они размножались, и дитя от нашего народа, чтобы он помогал калатам повелевать врагами. Так учит нас друид.

– И твой отец позволяет друиду убивать сыновей своего народа?

– Никто не смеет противоречить друиду, даже мой отец, так как с ним разговаривает сам Бэл, и народ верит в него.

– О, если бы я был вождем калатов, – сказал Руламан с волнением, – ни одна капля человеческой крови не пролилась бы под солнцем! Опять раздался трубный звук. Гуллох встал.

– Подходят другие гости, – сказал он и пошел навстречу гостям вместе с Кандо и Вельдой.

Они вернулись с Ангеко и Наргу, которых сопровождала большая толпа айматов обоего пола. Большинство айматов оделось в калатские одежды; Наргу и Ангеко также облеклись в шерстяные платья и золотые украшения, которые они получили от калатов в уплату за работу своих людей; но оба они поверх шерстяной одежды накинули шкуры белого волка. Наргу, несмотря на глубокую старость, казался еще видным мужчиной. Шепот и смех пробежал в толпе при виде высокой шапки и ожерелья Ангеко.

После взаимных приветствий Гуллох дал знак к началу празднества.

Все стихло. Глаза всех устремились в сторону замка.

– Идут, идут! – пронеслось по толпе.

Высокий юноша в красном платье, с шапочкой, украшенной перьями, и с голыми коленями открывал, как герольд, шествие трубными звуками. Около него шли, танцуя, шесть других юношей в золотисто-желтых одеждах, ударяя в медные бубны. Следующую группу составляли двенадцать маленьких, одетых в белое девочек с венками из цветов на темных локонах и с букетами в руках. За ними шли более взрослые девочки, также в белых платьях, украшенных пестрыми лентами; они несли длинную гирлянду цветов. Процессия окружила жертвенник.

Тогда появился другой герольд, объявляя о приближении солнечной колесницы Бэла; это была маленькая позолоченная повозка, на которой был прикреплен цепями большой котел, отливавший золотом. Повозку несли четыре калата на покрытых красной тканью носилках. За ней шел друид в длинной белой одежде, с золотым поясом, держа широкий блестящий жертвенный нож. Народ упал перед ним на колени.

Торжественным, размеренным шагом друид подошел к алтарю, встал на возвышении перед ним и поставил на него золотую повозку с священным сосудом.

Снова затрубили герольды, и открылось шествие жертв. Впереди всех шли девочки с блестящими чашами, наполненными золотистыми яблоками, грушами и свежей земляникой. За ними длинные ряды мужчин с корзинами, наполненными плоскими жертвенными хлебами, испеченными в виде звезд. Потом шли девушки, неся на голове красные, расписанные узорами кувшины с молоком. Вслед за ними показались жертвенные животные. Впереди всех три белые овцы, с венками из листьев на шее; их подгоняли девочки в пестрых платьях. За ними юноши в красных туниках вели трех великолепных белых быков с позолоченными рогами и гирляндами цветов на спинах. Наконец, показалась прекрасная белая лошадь, которую вел под уздцы воин в полном вооружении. Двенадцать мальчиков, в длинных белых одеждах, похожих на платье друида, заключали шествие.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Поделиться ссылкой на выделенное