Василий Головачев.

Палач времен

(страница 6 из 37)

скачать книгу бесплатно

– Но он ни словом не обмолвился об участии в Игре, – с сомнением проговорил Ивор.

– Пока не было нужды. Если бы ты согласился, объяснение состоялось бы рано или поздно. А визит госпожи Тирувилеиядаль – сомневаюсь, что это женщина, – говорит о прямой заинтересованности Игрока в вербовке на свою сторону творчески мыслящих людей.

– Но ведь и Полуянов, и эта рыжая ведьма могут работать на одного и того же хозяина, – с пренебрежением сказала Мириам.

– Могут, – согласился Игнат. – Хотя ответственности за принятие решения с твоего друга это не снимает.

– Что же мне делать? – пробормотал Ивор. – Отказаться?

– Конечно, отказаться! – Мириам решительно тряхнула волосами.

– Я бы потянул время, – спокойно сказал Ромашин. – Пусть обозначатся оба и хотя бы намекнут, кому они служат. Может быть, кто-то из них все-таки связан с Игроком-джентльменом, выполняющим все правила Игры. В таком случае можно было бы и присоединиться к его команде.

– Я все же не понимаю, что они нашли во мне, – сказал Ивор, виновато покосившись на Мириам.

Та открыла рот, но ее опередил отец:

– Мама тебе ничего не рассказывала?

– О чем?

– О твоих врожденных способностях.

– Н-нет… как будто нет… не помню, если честно.

– Поговори с ней, возможно, узнаешь кое-что интересное для себя. А пока, милые мои, выметайтесь-ка отсюда, мне надо поработать. Держите меня в курсе событий.

Молодые люди вышли из кабинета.

– Что он хотел сказать? – опомнился Ивор.

– То, что ты себя плохо знаешь.

– Но мама никогда мне ничего не говорила о каких-то там способностях… и отец тоже… и вообще я не понимаю, о чем идет речь!

Мириам заговорщицки подмигнула ему, потащила за собой и уже в своей комнате проговорила:

– Во-первых, ты просто не замечаешь своих умений. Я уже не раз удивлялась, когда ты отвечал мне на вопросы, которые я не задавала.

– Что же, по-твоему, я читаю мысли? – скептически хмыкнул Ивор.

– Не читаешь, но интуитивно схватываешь, чувствуешь ситуацию. Ты и моих друзей поразил, когда мы играли в теннис, перехватывая их удары в самый нужный момент. А ведь Боб и Саша – мастера. И во-вторых, я случайно слышала разговор отца с твоей мамой, и он сказал, что ты – потенциальный оператор.

– Что еще за оператор?

– Думаю, это нечто сродни экстрасенсу с выходом на магическое оперирование.

– Значит, мне осталось только вывернуть себя наизнанку и выяснить, что я умею? – улыбнулся Ивор, не придавая особого значения словам девушки.

– Я в это верю! – серьезно ответила Мириам. – Поговори с мамой, может, она знает, как привести тебя в состояние инсайта. А пока что вернемся к нашим баранам. Я сейчас… – Она не договорила.

Снова запиликал вызов видео Ивора.

На этот раз позвонил Федор Полуянов.

– Жданов, ты где находишься?

Ивор и Мириам переглянулись.

– Я скоро буду дома, – уклончиво ответил молодой человек.

– Ничего не хочешь мне сообщить?

– О чем? – Ивор сделал удивленный вид.

– Например, о встрече с красивой рыжеволосой женщиной.

– Откуда вы знаете? – пробормотал Ивор.

– Я обязан знать все.

Жду тебя в четырнадцать по среднесолнечному в Управлении. Заодно поговорим и о твоей работе в отделе. Пора определяться.

Изображение головы комиссара погасло.

Молодые люди молча смотрели друг на друга.

– Мне это категорически не нравится, – сказала Мириам задумчиво. – Судя по всему, за тобой следят работники комиссара, иначе трудно объяснить его информированность о том, кто тебя посещает.

– Я бы заметил…

– Существуют эквидистантные методы слежки, которые практически невозможно обнаружить.

– Откуда ты знаешь?

– Ты забываешь, что я дочь бывшего комиссара. Я много чего знаю и умею. Вот что: время у нас еще есть до встречи с Полуяновым, давай-ка смотаемся на базу, обеспечим себе экипировку, а уж потом пойдем в Управление. Идет?

– Вместе?

– Более удобного момента не придумаешь. Комиссар будет уверен в своей неуязвимости, расслабится, а мы его прижмем и заставим отдать дриммер.

– Так он нас и послушается.

– Ты меня мало знаешь, – подбоченясь, сказала Мириам. – Когда необходимо, я могу быть очень-очень убедительной.

– Хорошо, – согласился Ивор ценой потери душевного равновесия. – Летим на базу.

Девушка подбежала к нему и поцеловала.

Больше он не колебался.

* * *

Игнат слышал весь разговор младшего Жданова с дочерью. Когда они тихонько, не прощаясь, покинули дом, он вызвал по транш-линии особый отдел контрразведки. Виом связи развернулся световым веером и протаял в глубину, открывая вход в тесное помещение с чешуйчатыми стенами и коконом инк-управления. В коконе сидел светловолосый мужчина с угрюмоватым лицом, на котором выделялись крупные губы, крупный же нос и холодные колючие серые глаза. Это был начальник особого отдела секунд-майор Клыков.

– Они направились на Венеру, в район гор Максвелла, восточный внутренний склон кратера Клеопатра.

– На базу ОСС-11, – уточнил Клыков низким голосом.

– Понаблюдайте за этим районом. Мало ли что случится. Боюсь, Жданова ведут.

Майор наклонился вперед, коснулся огонька на «кактусе» вириала, на несколько мгновений замер: разговаривал с кем-то в пси-диапазоне. Окончив разговор, глянул на Ромашина.

– Группа пошла.

– Чья?

– Тео аль-Валида бин-Талала.

– Тогда все в порядке.

– Жданов знает о наших интересах?

– Миа его подготавливает, но он еще сырой, не созрел. Хотя решительности должно хватить.

– Жаль, что он не профессионал по выживанию.

Ромашин усмехнулся.

– Профи спецназа у нас достаточно, нужен именно такой человек – интуиция, порыв и вдохновение. Остальное приложится.

Игнат не знал, что почти дословно повторил речь курьера Игрока в адрес Ивора Жданова.

– Ты прав, – после недолгой паузы сказал Клыков. – Но именно поэтому ему нужна спецохрана. Твоей дочери будет недостаточно, случись что серьезное.

– Ты не знаешь моей дочери, – дернул уголком губ Ромашин. – Хотя группу на всякий случай подготовь.

– По варианту «Аргус»?

– По варианту ВВУ[9]9
  ВВУ – внезапно возникшая угроза, императив службы безопасности.


[Закрыть]
«Шторм».

– Слушаюсь, – кивнул начальник особого отдела, не показав, что удивлен масштабами предполагавшейся функционально ориентированной операции.

– Работай и звони, как пройдут маневры. Кто у нас сегодня следит за комиссаром?

– Пархоменко.

– Пусть не вмешивается, что бы ни произошло.

– Передам. – Клыков поколебался немного, но все же добавил: – Можно вопрос?

– Валяй.

– Тебе не кажется, что парень слишком молод для такого дела?

– Это хорошо, что он молод и неопытен. Никто из наших врагов не будет брать его в расчет.

– Понял. Может быть. Еще вопрос, не относящийся к делу?

– Задавай.

– Зачем Творцу, реализовавшему Древо Времен, Игры на выживание? Почему он сталкивает лбами целые системы цивилизаций?

Ромашин покачал головой.

– Похоже, Ваня, ты начитался Златкова и заболел, раз задаешь такие глубокие философские вопросы. Во-первых, Творец никого не сталкивает лбами, так как не он – организатор Игр, а его ученик. Как бы кто его ни называл. Во-вторых, ты не дочитал труды Атанаса, в последнем из них – об аспектах нового мировоззрения – говорится, что Игра – это просто выражение процесса усложнения и совершенствования Древа Времен.

– А мне кажется, каждая Игра только сокращает варианты развертки Ветвей. Хотя теоретик я слабый…

– Зато критик сильный. Работай и думай, это полезно. Кстати, возможно, ты прав, и начавшаяся Игра действительно направлена на свертку многих Ветвей. До связи.

Виом свернулся в нить, но тут же развернулся снова. На Ромашина взглянули яркие зеленоватые глаза Ясены Ждановой, матери Ивора.

– Что-нибудь с сыном?! – встревожилась женщина.

– Пока ничего серьезного, – ответил Ромашин. – Имеется определенная стадия романа с одной молодой особой.

– То есть с твоей дочерью, – покачала жена Павла Жданова. – Это можно было бы приветствовать, не знай я нрав твоей Миа. Она всегда нравилась мне независимостью суждений, однако иногда она становится слишком самостоятельной и увлеченной.

– Согласен, это далеко не лучшие ее качества, – хмыкнул Игнат. – Порой она бывает слишком независимой, что вредит ей самой. Но уверяю тебя, сына твоего она в обиду не даст.

– В ней течет кровь нашего рода, всегда отличавшегося свободолюбием и независимостью. Я в молодости была не менее увлекающейся натурой, да и твоя Ярина тоже. Где она, кстати? Давно не видела.

– Она пытается запустить на Марсе пивоваренный завод и сутками сидит в Зурбагане. Думаю, объявится не сегодня-завтра.

– Ты отпускаешь ее одну?

– А что с ней сделается? Марс – не центр Галактики. Я звоню тебе по более серьезному поводу. Хочу посоветоваться и поразмышлять о походе Павла.

– Я жалею, что не пошла с ним, – пригорюнилась Ясена. – У меня были определенные сомнения по поводу планов похода, но интуиции не хватило.

– Не переживай, вытянем мы твоего Павла. Он, к счастью, не один, а с Атанасом. Итак, начнем с базовых позиций. Двадцать лет назад, спустя пять лет после окончания прошлой Игры, началась следующая. Появились новые Игроки, о которых мы почти ничего не знаем, кроме того, что сообщил Посредник. Один представляет собой форму жизни на основе биоядерных реакций, то есть реакций так называемого «холодного» термоядерного синтеза, не имеющую аналогов на Земле и вообще в нашей Ветви. По сути, это «жидкие кристаллы со спонтанно нарушаемой симметрией», способные принимать любую геометрическую форму, кроме остроугольной.

– Костров в своей лаборатории создал нечто подобное – удивительная субстанция! Уже есть предложения перевести всю нашу промышленность на создание псевдоживой текучей техники на основе биоядерных технологий.

– Если нет принципиальных возражений, почему бы и нет? Далее. Второй Игрок представляет собой – опять же со слов Посредника – разумную фитоструктуру. Представить трудно, но можно. Это так называемый «медленный объемный разум на основе систем флоры». Данного Игрока мы так и назвали – Мера, по первым буквам слов «медленный разум», в отличие от второго, имя которому – Палач – предложил сам Посредник. Очень символичное имя, надо признаться, весьма многообещающее.

– Если не сказать больше. Боюсь, Посредник не дал нам полного пакета информации о цели Палача и вообще о состоянии Игры.

– Он сказал только, что Палач побеждает, а его действия напрямую затрагивают нашу Ветвь.

– И Ветви многих наших кванков. Может быть, положение еще хуже, и затронут не только наш Куст Ветвей, но и почти все Древо?

– Эта мысль приходит ко мне все чаще, – признался Ромашин, – а посоветоваться не с кем. Златков, к сожалению, ушел с Павлом. Я был против, но Федор настоял на том, чтобы он вошел в команду. Итак, Посредник уговорил Павла подключиться к Игре в качестве независимого судебного исполнителя, для чего необходимо создать кластер Ждановых, то есть объединить всех Павлов во всех Ветвях в стаю. И первый же выход за пределы нашей Ветви привел отряд в ловушку! Почему? Что не сообщил Посредник? Чего не учли мы сами?

– Если бы я знала ответы на все вопросы, мы бы не ошибались. Единственное, что приходит на ум, – это изменение масштабов. Цена Игры такова, что вербовщики Игроков начинают искать союзников и исполнителей все активней, а также устраняют с пути всех, кто может помешать.

– Мне нужен доступ к Стратегу Управления или Мыслителю ИВКа, но так, чтобы не знал Федор. Попробую с их помощью проанализировать ситуацию.

– Я дам заказ якобы от ВКС или лучше от СЭКОНа, – пообещала Ясена; речь шла о доступе к большим инк-системам.

– С Федором давно общалась? Что он говорит?

– Он делает вид, что развил бурную деятельность по розыску Павла и якобы собирается запустить в Ствол еще один спецотряд.

– Это интересно. Мы сможем внедрить в отряд своего человека?

– Постараемся. Ваня Клыков вроде бы является одним из кандидатов.

– Тогда у меня все. – Ромашин поколебался несколько мгновений, но о деятельности сына Ясене так и не сказал. Ей и без того хватало переживаний за мужа.

Глава 7

Первые достоверные сведения об условиях на поверхности Венеры были получены еще в конце шестидесятых годов[10]10
  В 1967 году поверхности Венеры достиг спускаемый аппарат советской межпланетной станции «Венера-4».


[Закрыть]
двадцатого века, когда на планету один за другим посыпались зонды и спускаемые аппараты, запущенные Советским Союзом и Соединенными Штатами Америки.

Уже тогда стало известно, что атмосфера Венеры почти целиком состоит из углекислого газа, температура воздуха у поверхности близка к четыремстам шестидесяти градусам по Цельсию, а давление достигает девяноста атмосфер. Кроме того, было установлено, что толщина облачного покрова планеты составляет от тридцати до сорока километров, причем верхний слой облаков состоит из капелек концентрированной серной кислоты. Таким образом, освещенность поверхности Венеры оказалась примерно такой же, как в пасмурный день на Земле. Цветовая же палитра венерианского пейзажа была близка средневолновому диапазону видимой части спектра: здесь преобладали зелено-коричневые тона, так как синие и голубые лучи поглощались необычайно плотной атмосферой.

Впоследствии люди узнали, что на Венере случаются грозы намного мощнее земных и что ураганные ветры, постоянно дующие со скоростью до ста метров в секунду на высоте верхней границы облачного слоя, сменяются у поверхности легким «ласковым» дуновением около одного метра в секунду.

Первый пилотируемый полет на Венеру состоялся в две тысячи двадцатом году и едва не закончился трагически. Спускаемый аппарат отнесло от предполагаемого места посадки на двести с лишним километров, и сел он в ущелье, откуда не смог потом взлететь. Пришлось сажать второй модуль и забирать экипаж первого.

Однако и в начале двадцать четвертого века, несмотря на создание сети мгновенного транспорта (метро) и успешное освоение галактических просторов, эта планета оставалась почти не тронутой из-за своих специфичных условий. К тому же на ней была обнаружена жизнь, хотя и весьма своеобразная – на основе кристаллических соединений углерода. Образуя причудливые фестоны, арки, башенки, ротонды, грибообразные наросты, «живые» кристаллы графита, гексавита и алмаза селились в наиболее жарких районах Венеры, и открытие сверкающих «городов» стало сенсацией, хотя держалась эта сенсация недолго – до второй экспедиции на планету. И все же естественные творения местной природы были великолепны. Их текучими переливами можно было любоваться бесконечно, как языками огня в костре или текущей водой. А сохранилась эта форма жизни на Венере лишь благодаря особенности всего живого: стоило отделить от тела «кристаллической грибницы» хотя бы один кристалл, как он через некоторое время распадался в черный графитовый порошок. Именно поэтому люди и не истребили кристаллидов Венеры ради использования их тел в ювелирной промышленности, для украшений, как они это сделали на Земле с моллюсками-жемчужницами.

Секретная база службы безопасности, о которой говорила Мириам, была оборудована в пещере на восточном внутреннем склоне кратера Клеопатры. Кратер этот диаметром девяносто пять километров (на самом деле он двойной, внешний – диаметром девяносто пять, и внутренний – пятьдесят пять) располагался на плато Лакшми, самой высокой части гор Максвелла, и был окружен почти параллельными хребтами-складками, отстоящими друг от друга на пять-пятнадцать километров и тянущимися на сотни километров. Больше всего этот бороздчатый рельеф напоминал морщинистую шкуру моржа, каковое сравнение сделал Ивор, стоя на вершине пика Максвелла и с высоты одиннадцати с половиной километров обозревая горную страну.

Мириам стояла рядом в таком же «кокосе», что и он, похожая на удивительное существо с конусообразной головой и блестящей шкурой (в спецкостюмах типа «кокос» можно было купаться в солнечной фотосфере или разгуливать по ледяным равнинам Плутона), и с таким же романтическим восторгом созерцала дикий пейзаж Венеры.

Оказались они на вершине самой высокой горы Земли Иштар, которой принадлежали и горы Максвелла, и плато Лакшми, лишь по прихоти Мириам, которая захотела опробовать «кокосы», найденные на базе. Но до этого молодые разведчики несколько часов провели в отсеках базы, прибыв сюда по «замороженной» линии метро. Код выхода, известный Мириам, оказался действующим, и прямо из кабины метро университета в Минске они вышли в отсек метро базы.

Инк базы встретил их неласково, огорошив вопросом: есть ли у них доступ степени «А»? Такого доступа ни у Ивора, ни у Мириам не было, и победного шествия по всем помещениям базы, запрятанной в толще базальтовых пород кратера, не получилось. Инк разрешил им лишь посетить зону отдыха и отсек внешнего выхода, где они обнаружили «кокосы». Но ни на оружейный склад, ни в ангар со спецоборудованием гости базы не попали, и надежды Мириам на получение оружия и аппаратуры пси-идентификации не оправдались. Им достались только «универсалы», входящие в стандартный комплект для выхода наружу, блоки НЗ и аптечки.

– Что ж, с паршивой овцы хоть шерсти клок, – не упала духом Мириам. – Придется добывать оружие и спецуху в другом месте.

Ивор с интересом посмотрел на девушку, знавшую словечки из жаргона тревожных служб. «Спецуха» на этом жаргоне означала аппаратуру специального назначения.

Побродив по доступным помещениям базы, оценив комфорт зоны отдыха: жилые модули были довольно большими и имели все необходимое для отдыха и удовольствия, вплоть до мини-баров, игровых зон и шикарных пневмодиванов (таких уже не делали), – гости посидели в одном из модулей, пытаясь представить, кто здесь жил, потом облачились в «кокосы» и вышли наружу через тамбур-вход.

Короткий коридор привел их к металлической на вид стене, которая оказалась видеофантомом. Вход в пещеру, ведущую к базе, был замаскирован генератором динго[11]11
  Динго – аппарат динамической голографии.


[Закрыть]
, создающим видимость твердого скалистого выступа. Отыскать вход со стороны, даже имея локатор, в склоне кратера со множеством каверн и пещер было нелегко.

Выйдя из скалы, как привидения, молодые люди включили антигравы и, поднявшись над кратером, некоторое время созерцали зелено-оранжево-коричневые горы и желтое дно гигантской астроблемы, состоящей из двух ударных кратеров. Потом поднялись выше и устроились на вершине пика Максвелла, с которой можно было увидеть чуть ли не всю поверхность Венеры: из-за очень плотной атмосферы рефракция была чудовищно сильной.

Вид с вершины горы оказался настолько великолепным, что Ивор не удержался и тихо и торжественно прочитал вслух:

 
Орлом раскинув крылья, с высоты
Я вниз глядел, на жизнь мою, что ныне
Песчинкою затеряна в пустыне.
И красота, низвергнутая в ад,
Звала меня! Звала меня назад!
 

– Как здорово! – воскликнула Мириам. – Прямо под настроение! Это ты прямо сейчас сочинил?

– Это не я, – смутился Ивор. – Старинный поэт.

– Какой? Я как будто неплохо знаю классику.

– Эдгар По.

– Да, конечно, вспомнила, я читала По в юности. «Ворон» – его стихотворение?

– Его. – Ивор вдруг почувствовал смутное беспокойство, оглядел зеленовато-серый клочкастый небосвод, близко-далекий горизонт (впечатление было такое, будто они стоят в центре гигантской чаши с поднимающимися вверх морщинистыми краями).

Нельзя было сказать, что Венера пустынна и безлюдна, все-таки на ее поверхности люди успели построить десятка три купольных городов и станций, десятка два шахт, карьеры и заводы по производству силикатов и углепластиков, но местность вокруг пика Максвелла и вообще плато Лакшми была слишком пересеченной и дикой, ближайший город был расположен в двухстах с лишним километрах от кратера Клеопатры, за хребтами гор Акны, и все же Ивору показалось, что они с Мириам здесь не одни.

– Миа, давай уйдем отсюда, – пробормотал он.

К его удивлению, девушка отреагировала на его слова без обычного шутливого подначивания, сразу оценив состояние молодого человека.

– Ты что-то увидел? – быстро спросила она.

– Не увидел, но… такое впечатление, что на нас смотрят по крайней мере с двух сторон!

– Тогда сматываемся домой!

Мириам сорвалась с обрыва и стремительно понеслась вниз, к восточному склону кратера Клеопатры. Ивор устремился за ней, выписывая крутую дугу пикирования. И тотчас же за ними хищно кинулся почти невидимый в сумеречном свете венерианского дня треугольник когга, появившийся словно из воздуха.

Дальнейшее произошло в течение нескольких секунд.

До спасительного скального выступа, прикрывавшего входной коридор базы, оставалось всего две-три сотни метров, когда когг открыл стрельбу.

Мириам, летевшая в сотне метров впереди, продолжала мчаться с прежней скоростью, но в момент залпа внезапно сделала петлю и открыла огонь по преследователям из «универсала». Ивор же поступил точно так же, доверившись интуиции, – отвернул влево, и огненная трасса прошла мимо. К счастью, преследователи применили плазменную пушку, а не «глюк» или антимат. В противном случае шансов спастись у беглецов бы не было. В данной ситуации, несмотря на то что огонь вел инк аппарата, залп не достиг цели, а второго не последовало.

Во-первых, световая очередь «универсала» – Мириам применила лазерную насадку – пришлась по кабине когга, ослепив пилота и сбив прицел инка. Во-вторых, откуда-то возник еще один когг и открыл по первому огонь из более серьезного оружия. Трасса неярких штрихов – разряд «глюка» – перечеркнула треугольник агрессора, и тот, задымив, отвалил в сторону.

– Не отвлекайся! – крикнула Мириам замешкавшемуся Ивору.

Жданов метнулся за ней, и молодые люди, проскочив коричнево-желтый бок скалы, ввалились в пещеру.

– Никогда себе не прощу! – бросила в сердцах девушка, подталкивая Ивора в спину. – Можно было предвидеть, что нас вычислят!

– Кто? – тупо спросил Ивор.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37

Поделиться ссылкой на выделенное