Владимир Васильев.

Лик Черной Пальмиры

(страница 3 из 19)

скачать книгу бесплатно

– Ага, – не без ехидства поддакнул Лайк. – Может, еще и на стол не запрыгивать? А-ля Жан Марэ?

– А не проще ли фехтовальный зал какой-нибудь устроить по соседству? – подал голос Арик. – Сколько бы люстр сберег. Только на моей памяти это третья.

– Что б ты понимал, салага, – беззлобно фыркнул Лайк. – Когда по мою душу придет коварный враг, что же, мне ему поклониться и сказать: «Не изволите ли пройти в фехтовальный зал, уважаемый?» Ага, щаззз! Придется здесь махаться. Прыгая по столам а-ля Жан Марэ и разрубая люстры а-ля Лайк.

– Зануда ты, Лайк, – заметил Завулон, уже устроившись в кресле. – Даже этому мальчику должно быть понятно, что коварный враг явится по твою душу отнюдь не с клинком в руке. И вряд ли в одиночку.

Лайк тем временем направился к бару, поскольку секретарши на месте, что вполне естественно, не наблюдалось и близко. Смешав коктейли, хозяин выкатил на центр изящный сервировочный столик на гнутых, в форме вставших на хвосты змей, ножках и уселся в третье кресло. Конечно же, Лайк знал, что по нраву Завулону и какое питье предпочитает в текущее время дня Арик Турлянский. Для этого даже не обязательно было умение Иного. Просто Лайк достаточно хорошо и долго знал обоих, чтобы запомнить алкогольные предпочтения.

– Итак, – отхлебнув, начал Завулон.

Арик почувствовал, как старый маг наскоро прощупал магическую защиту кабинета. Она была сплетена на совесть; Арик совершенно отчетливо сознавал, что сломать такую ему не под силу. Защита плелась годами и годами укреплялась. Не один Лайк приложил руку и мастерство к ее созданию. Чувствовалась древняя и невероятно мощная основа. Такую не вдруг прошибешь, будь хоть сто раз магом вне категорий. Закон сохранения энергии не дано нарушить даже Иным.

– Итак…

– Как видишь, Артур – перебил москвича Лайк, – Арик уже здесь. Симонов (это который из Винницы, ты его не знаешь) на подходе. Местных я велел оповестить. Думаю, к вечеру все соберутся. Остался один: николаевец Швед. Он у нас яхтсмен-маньяк. Моряк, понимаешь, спички бряк, грудь в якорях, жопа в ракушках. И в настоящее время бороздит волну где-то между Очаковом и Кинбурном. Мобильник у него отключен. Я пробовал достать Силой, но то ли луч рассеивается, то ли Швед слишком занят своими веревками и парусами. В общем, придется его ловить лично.

– А без него не обойдешься? – с сомнением справился Завулон.

– Не хотелось бы… – Лайк откинулся в кресле. – Он не очень сильный маг. Но он тертый не в одной стычке. Настоящий боец. Да и трудно найти город, которого Швед бы не знал достаточно хорошо, чтобы безошибочно ориентироваться. А это всегда плюс. Я лично Питера не знаю, да и не стремлюсь узнать, если честно. Не люблю я Питер…

– Никто не любит, – буркнул Завулон. – Снять вашего Шведа нужно быстро. Завтра вы должны быть в Москве.

– Снимем, – беспечно махнул рукой Лайк. – У Арика такой гидрофойл в порту на подхвате… Он уже вышел за Шведом. Кстати, прокатиться как-нибудь не желаешь, Артур?

– Желаю, – не задумываясь, ответил Завулон. – Потом.

После всего.

– Шведа уже везут в аэропорт, – меланхолично подсказал Арик. – Вылет через двадцать минут. Еще через час он будет в Борисполе.

– Так что, машину высылать? – оживился Лайк. Спустя секунду он поморщился и потянулся к мобильнику. На несколько секунд раньше, чем тот зазвонил.

– Да! – сказал Лайк в трубку. – Хорошо, Ефим. Теперь дуй в Борисполь и встреть Шведа, он прилетит одесским рейсом через час-полтора. Да, в «Викторию». Что? – Тут Лайк смешно фыркнул. – Разрешаю.

И прервал вызов.

– Вот уроды! – пожаловался он. Видимо, на подчиненных. – «Разрешено ли нам со Шведом выпить по дороге пива?» Можно подумать, если я не разрешу, они не выпьют! Да и чтобы Швед в гонке рюмку-другую со своим экипажем не шандарахнул? А после рюмки и облома с гонкой Швед в самолете небось вискаря в сердцах налопается.

Завулон глубоко вздохнул:

– Да, Лайк. Тихо вы тут живете. Мирно. Беспечно. «Виктория», пивко. Идиллия.

– Город такой, Артур. Он знает, как поддерживать порядок и тишину. Мы лишь подстраиваемся под него.

Завулон задумчиво кивнул:

– Ладно. Слушай. В Москве все получите временную российскую регистрацию. И еще… придется встретиться с представителями Инквизиции. И со Светлыми. Более того, в вашей группе пойдет их наблюдатель.

– Вот радость-то, – сразу насупился Лайк. – А без этого никак?

– Никак. Кроме того, думаю, Инквизиция будет вас скрытно вести. Поэтому тебе и всем твоим придется оставаться сдержанными и максимально корректными. Сдается мне, Светлые попытаются, по обыкновению, совать нос во все щели и бдительно подшивать в досье каждый наш промах. И разумеется, станут исподтишка вставлять палки в колеса. Поэтому после всего официоза в Москве и до самого поезда…

– Поезда? – удивился Лайк. – Почему не самолета?

– Да все потому же. Мало кому в голову придет, что вы отправитесь поездом, а не самолетом. Причем дневным поездом.

– Дневным?

– Дневным, Лайк. Потому что мы – Дневной Дозор. И работать будете исключительно днем. Так надо.

– Что, даже так? Дневной Дозор Питера не с нами?

– Вот с этим вам и предстоит разобраться. Мутная там компания. И делишки их мутные – дальше некуда.

– А что же эти… Дикие-«Черные»? – начал было Лайк, но тут же сам себя и оборвал: – Погоди. Надо Арику обрисовать. Вкратце. Без подробностей. Можно?

– Нужно, – фыркнул Завулон. – Если тебе не лень перед каждым из своих в отдельности распинаться.

– Не лень. Кроме того, Симонову я скажу немного иное, чем вот Арику или Шведу.

Арик меланхолично внимал. Он редко проявлял внешние признаки любопытства или заинтересованности, а прочесть, что творится у него в душе, за последние лет десять стало затруднительно даже Завулону.

– В общем, Арик, дела такие. С Дозорами в Питере бардак. Они там больше бумажки с места на место перекладывают да размеры премиальных выгрызают, чем ищут неинициированных и держат в узде вампирскую мелочь. Проклюнулась там какая-то секта. И творит безобразия. Вот, Артур сказал, что даже ему не по себе стало от их… э-э-э… деятельности. Основа у них, надо понимать, Темная. Договор они не чтят…

– Светлых просто… давят, – вставил слово Завулон. – Талантливо, надо сказать, давят. Регулярно приносят человеческие жертвы. Недавно кто-то изящно намекнул Гесеру – с фотографиями, видеоматериалом и комментариями. Я еле удержал его от карательной экспедиции. Гесер с Семеном уже цели намечали.

– А нам разбираться, – понимающе кивнул Арик. – В самом деле. Не москвичам же?

Лайк многозначительно хмыкнул: отношения между Москвой и Питером оставались неоднозначными на всех уровнях: и для командированных, и для забулдыг, и для футболистов, и для вырождающихся интеллигентов, и для политиков, и для медиамагнатов. И для Иных. Причем чем шире были возможности соперников, тем более жестоко и бескомпромиссно они пытались один другого давить.

– По-моему, нет смысла что-то обсуждать, – сказал Арик. – Лучше покажите документы. Из Праги, поди, целая телега привалила?

– Из Праги – только резолюция, – уточнил Завулон.

– Кстати, – вмешался Лайк. – Я бы тоже глянул на документы. Надо же знать, кого по питерской грязище раскатывать?

Завулон молча вынул из воздуха тонкую розовую папочку с несколькими листками внутри и маленький восьмисантиметровый компакт-диск.

– Видео здесь, – сообщил он, бросая диск на столик поверх папочки. – Извольте ознакомиться. Причем для наглядности рекомендую глядеть через сумрак. И, надеюсь, тошнить вас не будет, а то лучше сразу запаситесь гигиеническими пакетиками.

Глава вторая

Едва он вошел, в «Виктории» воцарилась тишина. Напряженная. И недоуменная.

Вошедший был Иным. Светлым Иным. Он пришел в неофициальный клуб Темных – просто вошел через дверь. Защита его была сплетена умело и надежно, чувствовалась рука мастера. Сам Иной скорее всего был магом-прорицателем. Достаточно сильным… но даже второй уровень для него казался редко достигаемым потолком.

– Не понял! – возмутился Ефим и даже начал вставать.

Но тут посреди зала, как раз напротив барной стойки, с тихим шипением разверзся портал, и из него вышли трое – Лайк, Арик Турлянский и Завулон.

– Всем ша! – негромко предупредил Лайк. – Этот Светлый – под моей защитой. Ну и под защитой Инквизиции еще.

– Наблюдатель? – догадался Арик.

Завулон молча кивнул – еле-еле заметно.

– Алексей Солодовник, Иной, Светлый, – представился вошедший тоном, каким обычно Светлые общаются с Темными. – Согласно…

– Мы знаем, зачем ты здесь, – прервал его Лайк. – Можешь напрасно не распинаться. Считай, что миссию ты свою выполнил, наблюдатель. В поездке нам твое общество, сам понимаешь, будет малоприятным, так что уж не обессудь. В Москве мы не задержимся. А в Питере… Вот держи.

Лайк протянул Светлому мобильный телефон.

– Там в памяти всего четыре номера. Прилетишь – звони по любому из них. Или я сам тебе позвоню, когда потребуется.

Алексей не спешил принимать телефон – глядел на него, словно на гремучую змею.

Глава Темных криво усмехнулся, потом вынул откуда-то (не то из кармана, не то просто из воздуха) простенький амулет на сыромятном шнурке:

– На, не дергайся! – и протянул другой рукой.

Светлый с готовностью схватился за амулет и торопливо пробормотал:

– Тавискарон, у тебя нет власти надо мной…

И только после этого соизволил взять мобильник.

– Я прибываю в Питер послезавтра утром, – сообщил он со странной смесью неприязни и торжественности в голосе.

– Вот и отлично, – подытожил Лайк. – Мы тебе тут же позвоним. А теперь, уважаемый коллега, попрошу очистить помещение. У нас тут совещание, да и вообще… в «Виктории» Светлого духа не переносят.

Алексей, более ни слова не говоря, развернулся и покинул кафе, изобразив спиной все, что полагается: и презрение, и брезгливость…

Но и облегчение на его спине читалось так же явственно.

– Какого… – начал было Ефим, но его резко прервал Лайк:

– Отставить! Я же сказал, этот Светлый под моей защитой… до окончания операции. Конфликты с Инквизицией нам ни к чему. Все уяснили?

Ответом ему было дружное молчание. В знак согласия.

– Шеф, Шведа я доставил. Вон он… сидит, – доложил Ефим после приличествующей моменту паузы.

– Я бы сказал, – ехидно прокомментировал Лайк, – не сидит, а лежит!

– А что делать? – Ефим виновато развел руками. – С катера его на руках сгружали. Оне изволили спать, понимаешь ли. И в самолет тоже загружали-сгружали в горизонтали.

Арик Турлянский не слишком удивился: Швед вполне мог допиться до любого состояния. Но в гонке? В гонке, да и вообще на борту любой яхты Швед никогда себе такого не позволял.

Впрочем, николаевский Иной быстро развеял все сомнения. Оторвав голову от столешницы, он вдруг совершенно без усилий встал, кристально ясным взором окинул зал, без малейших признаков качки подошел к Лайку, Арику и Завулону и невозмутимо произнес, обращаясь по очереди к каждому:

– Привет, Лайк, я прибыл по зову. Привет, Арик. Здравствуйте, коллега.

После чего крутнулся на триста шестьдесят градусов на каблуке, помахав всем присутствующим, включая бармена Сережу и официанток, рукой:

– Привет!

– Хм… – с сомнением прищурился Лайк. – Так ты трезвый, что ли?

Он, сколько ни старался, не мог уловить следов магического протрезвления. Швед минимум полсуток не брал в рот спиртного, да и до того если и брал, то весьма умеренно.

– Трезвый, трезвый. Я просто спал – рулил на ночном этапе. Думал с полудня отоспаться, а тут вы. Ну, меня и срубило.

На стойке как бы сами собой возникли бокал темной «Оболони» и фарфоровая ушастая мисочка с мясной солянкой. Бармен Сережа и повар Саша видели Шведа не впервые и вкусы николаевца успели изучить. Поэтому зелень в солянку не клали вовсе, а оливки подали отдельно, в блюдечке, и предназначались они Лайку.

Все четверо уселись за дальний столик, где уже поджидали еще двое нечастых гостей «Виктории»: высокий очкастый шатен с бородкой-эспаньолкой и смуглый усач с легким присутствием Кавказа в наружности, не слишком, впрочем, бросающимся в глаза. Очки на усаче смотрелись как еще один штрих в сторону от обычного облика гостей-горцев.

– Артур? – удивился усач при виде Завулона. – Здравствуй!

Говорил он с акцентом. Все тем же.

– Здравствуй, Ираклий.

Некоторое время все перекрестно жали руки и обменивались приветствиями.

– Артур, это, как ты понял, Швед, а это – Симонов из Винницы. Если не считать Рублева и Ефима, команда в сборе.

– Вообще-то выезд у вас через полчаса. – Завулон демонстративно глянул на «ролекс». – И кстати, солянки я бы тоже съел.

Официантка Таня, подстегнутая лично Лайком, тотчас метнулась на кухню.

Разумеется, столик, за которым беседовали Темные, был накрыт надежным колпаком, оберегающим от чужих ушей. Лайк видел, что Завулон мельком проверил колпак и усиливать его нужным не счел.

– А зачем тебе Ефим? – неожиданно поинтересовался у Лайка московский гость.

Лайк охотно пояснил:

– Да, Артур, он не слишком силен как маг. Зато если понадобится достать черта лысого из-под земли – Ефим это проделает быстрее и экономнее всех. Проверено.

– Ясно, – удовлетворился Завулон.

Как раз принесли всем пива, а московскому гостю еще и солянку.

– Ну, за отлет, – предложил Лайк.

– И за успех, – добавил Завулон.

Все выпили.

– А теперь, – приказал – не сказал, а именно приказал Завулон, – марш в Борисполь. Лайк, будь добр, вызови мне давешних ведьмочек.


Короткое и емкое совещание Лайк провел в лимузине, по пути в аэропорт, благо места в салоне было предостаточно для всей команды. Ираклий, судя по всему, и так знал, куда и зачем едет украинская «сборная». Ефим по молодости лет все еще радовался участию в любых операциях, как серьезных, так и несерьезных. Димка Рублев, боевой маг-оборотень, как всегда, остался невозмутим. Подумаешь, еще одно дельце! Симонов был рад сбежать из Винницы, из-под каблука ведьмы-начальницы, ну а Швед с Турлянским последние годы всегда прикрывали Лайка, в любом начинании. Так что все было воспринято спокойно и деловито. Разве что Арик Турлянский выразил мысль: дескать, на такое мероприятие неплохо бы захватить опытную ведьму, на что Лайк, приподняв бровь, вопросил: «Я что, больной, соваться в дело без ведьмы? Ведьма будет. Но вот еще и ехать в ее компании – нет уж, увольте! Лариску я отправил отдельно».

С этим никто и не подумал спорить – опытная ведьма в попутчиках никого не вдохновляла. Тут и молодые-то женщины через одну стервы, а уж достаточно долго пожившая Иная… Бр-р-р-р!!!

В дороге соблюдали дежурное правило: никакой лишней магии. Зачем магия, если и обычным порядком все идет как нельзя лучше? Билеты всегда есть, в аэропорт доставил Платон Смерека, вещей у каждого самый минимум: самая объемная поклажа у Шведа – кожаная сумочка с ноутбуком. Швед его даже в гонки всегда берет. В «дьюти фри» прихватили по вкусу напитков, дабы не скучать час до Москвы. Прессу раздали в салоне «Боинга-737» компании «Трансаэро». Сколько их было в жизни каждого дозорного, подобных рабочих перелетов? Правда, даже в советские времена, когда с треском развалившееся на банановые державы СНГ еще было единым и неделимым Союзом Советских Социалистических Республик, приходилось перемещаться в основном по Украине. В Россию и уж тем более в другие места заносило очень редко. Лайк такие случаи помнил, да Ираклий – тогда он еще активно работал в Дневном Дозоре. А сейчас… Изредка сотрудничал. Пару раз приходилось вылетать на внешние миссии Арику Турлянскому. Остальные богатым опытом действий в других краях похвастать не могли – особенно Ефим, который и в своем-то родном Киеве еще не успел как следует повоевать.

Москва встретила их гомоном и суетой. Вот вроде бы и Киев город не маленький, а все ж не сравнить его с бурлящей и спешащей неизвестно куда Москвой. Как сказал когда-то старинный приятель Лайка и Артура-Завулона: «Велика Россия, а Москва еще больше!» Невзирая на явную протокольную ошибочность, было в этой фразе нечто сакрально-истинное.

Киевскую команду встречали: подпустив в ауру Тьмы, прямо в зале прибытия к ним немедленно подкатился мрачноватый субъект, в сумраке определенно смахивающий на большую человекоподобную ящерицу.

– День добрый, коллеги! Я – Шагрон, Иной, Темный, сотрудник Дневного Дозора Москвы. Шеф велел вас встретить и поселить. Машины на стоянке.

Лайк благосклонно кивнул: веди, мол.

На стоянке ожидали аспидно-черный BMW и Mitsubishi цвета кофе с молоком.

– А что, вас разве не восьмеро? – немного удивился Шагрон.

– Один из нас предпочел путешествовать самостоятельно, – светски пояснил Лайк.

Принятый в полете вермут настроил его благодушно.

Встречающие объяснением вполне удовлетворились.

– Сначала – на регистрацию, – предупредил Шагрон. – Где-нибудь в центре в гостиницу заскочим.

Расселись по машинам.

Уже когда выезжали с территории аэропорта «Внуково», Лайк обернулся к сидящим позади Ираклию и Арику.

– Наблюдателей заметили? – осведомился он с явным интересом.

Ираклий усмехнулся в усы; Арик меланхолично кивнул.

– Бдят, – осклабился Шагрон, небрежно ворочая рулем. Водил он классно. – С этими питерскими чудотворцами и нам житья не стало. Плюнуть некуда, обязательно в Светлого попадешь. Я бы и сам с удовольствием съездил в Питер, да шеф запретил любую самодеятельность…

– Ничего, – миролюбиво заверил Лайк. – Мы разберемся. Не впервой.

– Как там Киев-то? – поинтересовался абориген.

– А что ему сделается? Стоит. Хранит равновесие.

– Хороший город, – сказал Шагрон. – Бывал я там когда-то. Шеф-то ваш как, хвосты попусту не крутит?

– Не, – ничуть не изменившись в лице, ответил Лайк. – Нормальный мужик наш шеф. Жить можно!

– Это главное, – удовлетворенно кивнул Шагрон.

Арик позади негромко фыркнул и подумал: «А вот Светлый не преминул бы поставить в известность, что именно он и является шефом киевского Дозора, чтоб москвич присмирел и зауважал… Точно не преминул бы!»

За ни к чему не обязывающей болтовней прорвались в центр; вечерняя Москва была укупорена на совесть: чуть ли не на каждой магистрали плотная многометровая пробка. Но Шагрон на совершенном автомате расчищал дорогу, не прекращая при этом рассказывать Лайку, что в «Пятом океане» по-прежнему подают прекрасных морских волков, которые на самом деле обыкновенные вареные раки, и что югославские вина в «Белграде», как и раньше, чудесны. Кофейный Mitsubishi следовал в кильватере будто приклеенный.

Регистрацию прошли в одном из больших модерновых отелей, фасад которого был обильно украшен рекламой всего, чего угодно, включая родимое пиво «Оболонь». Светлые держались корректно и настороженно – как всегда. Можно подумать, Темные только и ждут удобного случая, чтобы насолить и подпортить им жизнь. Смешно. Из всей киевской команды разве только Ефим не смеялся в душе – он еще слишком плохо знал Светлых. Но внешне каждому приходилось сохранять солидное спокойствие.

Легко считав остаточные следы знакомой ауры, Лайк понял: ведьма Лариса (для молодняка – Лариса Наримановна) уже успела побывать и пройти регистрацию здесь же. Ну да, хорошая ведьма видит на несколько ходов вперед и просчитать наиболее вероятное место регистрации способна без труда даже в случае, когда Лайк с командой еще сами толком не знают, где это произойдет. Впрочем, Лайк и не пытался определиться с местом регистрации, целиком полагаясь на провожатых, так что скорее всего Лариса обрабатывала Шагрона. Да настолько виртуозно, что тот ничего и не заподозрил.

Процедура была рутинной и скучной. Назваться, обрисовать цель визита, впитать кожей российскую транзитную печать с правом бессрочного посещения Санкт-Петербурга, вежливо и кисло улыбнуться Светлому чиновнику… И с облегчением вернуться к автомобилям.

– Ну, – усевшись за руль и трогаясь, спросил Шагрон, – теперь вас отвезти в ресторанчик какой, а? Или сразу к ночлегу?

– А где предстоит ночевать? – лениво поинтересовался Лайк.

– О, в весьма неплохом месте. – Шагрон уже вовсю рулил по Моховой. – Новый жилой комплекс на берегу Москвы-реки. «Ассоль» называется. Элитный. Охрана, сервис, торговый центр, почтовое отделение – все как положено.

Арик Турлянский мысленно улыбнулся: ночью им нужнее всего будет именно почтовое отделение, как же…

Невозмутимый и обстоятельный Лайк все так же лениво взглянул на любимую карманную луковицу.

– Знаешь что? Ты оставь нам явки и пароли. А мы просто побродим. Ногами.

Шагрон немедленно притормозил и, порывшись в бардачке, извлек визитку:

– Проще всего так: вот вам мой мобильник. Как решите возвращаться, звоните, я вас подберу и доставлю. Пойдет?

– Пойдет.

– Российские у вас есть?

– Российские – что? Паспорта? – не понял Лайк.

– Рубли.

– А… Найдем, не парься. Спасибо, Темный. Жди звонка.

Шагрон только кивнул. Даже не ответил обычным «пожалуйста». Ибо зачем? Собеседники ведь тоже Темные, им вежливые расшаркивания ни к чему.

Бродили украинские легионеры до темноты. То есть они не только бесцельно бродили: заходили на кофе и чего покрепче в кафешки, которых в центре Москвы было не счесть, поужинали в уютном ресторанчике «Эстерхази» на Маросейке, навестили знакомую ведьмочку Лайка в Малом Власьевском переулке, пошлялись по испортившемуся Арбату и таки нашли его действительно испортившимся, послушали поющих-пляшущих напротив «Союза» латиносов в пончо и соломенных шляпах. Пели и плясали латиносы замечательно, а играли так и вообще виртуозно. Лайк не удержался и подпел им «Koli Pankarita» на каком-то незнакомом языке, за что сорвал заслуженные аплодисменты остальных зрителей и несказанно удивил самих музыкантов. Швед не удержался и выпытал, что это за язык, – ведь точно не испанский? Оказалось – наречие индейцев-аймара. В общем, к моменту вызова Шагрона украинцы пребывали в прекрасном расположении духа, и продолжение праздника по месту ночлега каждый считал само собой разумеющимся.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

Поделиться ссылкой на выделенное