Владимир Васильев.

UFO: Враг неизвестен

(страница 3 из 31)

скачать книгу бесплатно

Глава третья

Январь 1999

На этот раз в тренажерной, кроме семерки оперативников, находились Батт, ван Торенс, еще один помощник Батта и двое ученых. Одного Пир знал, звали его Дражан Чукич и специализировался он на биологии.

Батт не выглядел мрачным, но, похоже, был суровее обычного.

– Что ж, парни, подведем первый итог. Захвачен вражеский корабль, захвачена масса инопланетного оборудования, которое наши эксперты оценивают весьма высоко и рисуют на редкость заманчивые перспективы. Конечно, все мы были бы рады, если бы Юрген остался жив… но вы знали, на что шли. Любой из вас может не вернуться со следующей миссии. Или вернуться так же, как он, – под брезентом. Это война и потери неизбежно будут. Единственное, что я хочу сказать сейчас: счет три-один в нашу пользу – это неплохой счет. Учитывая, что мы вели наступательные действия. Я просмотрел видеозапись захвата и в целом доволен работой группы. Но мне кажется, что все то же можно проделать гораздо быстрее. И еще – точнее стрелять. Прошу, Сендер!

Ученый, видимо ассистент Чукича, вынул из металлического кейса коричневый пистолет, из какого был застрелен Штейнбах. Потом медленно обвел взглядом семерку оперативников.

– Вы, конечно, уже догадались, что это такое. Оружие пришельцев. Судя по всему – это плазменный пистолет, работающий в импульсном режиме. Энергия выстрела в десятки раз превосходит энергию ваших винтовок. Именно поэтому даже усиленный кевларовый бронежилет для такого оружия – что промокательная бумага. Пистолет выполнен из неизвестного – пока неизвестного – нам сплава, легко заметить, что он рассчитан на руку, мало отличающуюся от руки человека. На примере этой вещицы можно сделать вывод, что инженерная мысль, по крайней мере, относительно оружия, у нас и ребят из космоса текла параллельно. Предохранителя у этой штуки нет вовсе, обойма выщелкивается, если снять вот этот стопор.

Сендер продемонстрировал обойму – коричневый параллелепипед размером с две коробки спичек.

– В обойме двадцать шесть зарядов. Принцип действия пистолета, повторяю, мы пока не поняли, но больше всего удручает тот факт, что и выстрелить из него пока не удалось ни одному из исследователей. Не знаю почему. Я хотел бы, чтобы кто-нибудь из вас, как специалист-практик по оружию, попробовал. Прошу…

Оперативники переглянулись.

– Паллистер! – сказал генерал Батт, и американец рывком встал. – Кстати, не просто Паллистер, а сержант Паллистер с сегодняшнего дня. Когда закончим, получишь нашивки у Крота…

Кротом прозвали кладовщика-интенданта. Не то за подслеповатые узенькие глазки, не то за манеру все экономить и тащить к себе на склад.

– Есть, сэр!

Алан подошел к Сендеру, протянувшему чужой пистолет. Кто-то загодя повесил мишень, осталось лишь подойти к рубежу огня, прицелиться и выстрелить. Паллистер так и сделал, взяв оружие из протянутой руки. Прищурился и плавно утопил спусковой крючок.

Не произошло ровным счетом ничего.

Паллистер вопросительно взглянул на научников, извлек обойму, внимательно осмотрел ее и вогнал на место. Пошевелил стопор. Повертел пистолет в руках и снова прицелился.

Тщетно – пистолет не стрелял.

– Дай-ка я, – попросил Пир, надеясь на верную свою удачу. Оружие его любило и слушалось – по крайней мере, земное. Распирало законное любопытство: покорится ли оружие чужаков?

Пистолет был легче, чем Пир ожидал. То ли сплав чрезвычайно легкий, то ли очень тонкий раскат. Впрочем, ствол выглядел совершенно так же, как и у земных пистолетов, ничуть не тоньше. Значит, легкий сплав. На гладкой рукоятке, слегка выгнутой под руку, обнаружились овальные шершавые пятна, как раз там, где легли на прохладный металл подушечки пальцев. Пир вскинул руку и утопил спуск.

Ничего. Пистолет не слушался, только заныли кончики пальцев, словно кто-то подвел к рукоятке слабый ток. Пир удивленно шевельнул бровями и перехватил пистолет левой рукой за ствол.

– Ай! – сказал он, морщась.

– Что такое? – насторожился Батт.

– Жжется! – пожаловался Пир. – Вроде, и не больно, а до самых костей продирает!

– Ага, тебя тоже? – оживился Сендер и обернулся к Чукичу. – Что я говорил?

Батт вопросительно уставился на научников.

– Подробнее, пожалуйста! – потребовал он.

Сендер кивнул и охотно объяснил:

– Эта штука отзывается на прикосновение некоторых людей. Не всех, приблизительно одного из пяти. Чувствуется неприятное покалывание в руке, что-то на субнервном уровне. Похоже, это сугубо индивидуальное оружие. Его нужно настраивать на владельца…

– Не торопись, – предостерег коллегу Чукич. – Это всего лишь твое предположение.

Сендер резко передернул плечами и умолк.

– Ладно. Кроме этого чертова пистолета, подобраны вот такие вот штукенции, – Сендер продемонстрировал небольшие коричневые шарики с наростами, похожие на картофелины. На каждом из двух наростов виднелись ярко-красные точки. Между наростами располагался квадратный матовый экранчик, смахивающий на цифровое поле электронных часов. Экранчик выглядел мертвым. Или спящим. Во всяком случае, он был одинаково сер в каждом квадратном миллиметре. – Полагаю, это гранаты. Как только мы с ними разберемся, введем вас в курс дела.

Батт одобрительно кивнул, не разжимая губ.

– Что это такое, – продолжал Сендер, – пока загадка. Даже намеков никаких нет.

Он достал из кейса сероватый шар. Идеальную сферу размером с небольшую дыню. Поверхность сферы походила на затененное стекло и тускло поблескивала.

– Возможно, это средство коммуникации пришельцев, возможно, какой-то датчик. Сами понимаете, за два часа много не поймешь. Остальные предметы, найденные во вражеском корабле, по нашему мнению, к боевым действиям отношения не имеют, поэтому их рассмотрение мы отложили до момента, когда окончательно с ними разберемся. На этом я заканчиваю и передаю слово коллеге Чукичу.

Серб кашлянул в кулак и развел руками.

– Я планировал рассказать вам о форме жизни, с которой мы столкнулись, но боюсь, что рассказывать пока особо нечего. Рабочее название этой расы – сектоид, с уверенностью пока можно предположить лишь океанское происхождение этих созданий – очертания тела и рудиментарные перепонки между пальцами рук и ног мгновенно наталкивают на такую мысль. Мозг и глаза развиты великолепно, причем хорошо развиты и те области мозга, которые у людей заторможены. Что это значит – покажет будущее. Не найдено даже намека на органы размножения. Тут возможны два варианта: либо их общество напоминает рой, как у насекомых, либо это генетически спроектированная или подправленная раса. Во всяком случае, вам следует запомнить, что у сектоидов великолепное зрение и темнота им не помеха.

– Ну, положим, нам темнота тоже не помеха, – проворчал Мбида. Батт немедленно метнул на него холодный взгляд, и камерунец осекся.

Чукич невозмутимо продолжал:

– По мере изучения захваченных артефактов мы постараемся приспособить их для нужд проекта, либо создать на основе полученных знаний и технологий земные аналоги. Поэтому настройтесь на частую смену экипировки – по нашим прикидкам, техника пришельцев значительно превосходит земную. И еще это значит, что в миссиях вам может прийтись очень туго. Успех первой миссии может объясниться и чистым случаем.

Пир насупился. Он видел, что и остальные оперативники недовольны словами научника. Случай! Какой еще случай? Хотя Штейнбах мог и выжить… Неизвестность – все дело в чертовой неизвестности. Не знаешь, как будет действовать враг. Не знаешь даже, как он будет выглядеть. Тяжело, если враг неизвестен.

Впрочем, теперь икс-команда кое-что знала. Но за всякое знание нужно платить, и эту нехитрую истину сознавал каждый оперативник. А плата за знание – человеческие жизни.

Батт отпустил их лишь спустя полтора часа, когда каждый попробовал выстрелить из пистолета сектоидов. Не преуспел никто, зато выяснилось, что жжение в пальцах ощутили, кроме Пира, еще Ооно Ивасаки и сам генерал Батт. К остальным пистолет остался вообще равнодушен. Пробовали сменить обойму, пробовали другой пистолет – всего их в миссии захватили три, по числу убитых чужаков – и для этого Чукич и Сендером вызвали помощников из лабораторий. Ничего так и не добились. Вражеское оружие оставило свои секреты при себе.

Вечером Пир, Завадски и Паллистер зашли поужинать в полюбившемся маленьком ресторанчике вблизи жилого модуля. Никому не хотелось нарушать молчание. Худощавый официант, словно почувствовав настроение оперативников, с вопросами не приставал, просто выбрал несколько блюд на свой вкус и так же молча сервировал столик.

Пир вяло ковырялся в тарелке вилкой.

– Вот так-то, – вздохнул Паллистер. – Теперь воюем с инопланетянами.

– Все не можешь поверить? – спросил Завадски. – Я тоже не могу.

Паллистер пожал плечами:

– Как тебе сказать… И могу, и не могу. С одной стороны, верить в инопланетян – это уже даже не смешно в наше время. Не знаю, как у вас, а в Америке каждый второй в сумасшедшем доме похищался инопланетянами. Наполеонов стало меньше, зато летающие тарелки видят чуть не ежедневно.

– В Австралии то же самое, – ввернул Завадски.

– С другой стороны, я привык верить тому, что вижу, – продолжал Паллистер. – Я уже убил троих, и это не люди. Значит, они существуют.

– Опомнился! – Завадски отпил сока. – Сколько мы уже в проекте? Полгода?

– Больше, – Паллистер зажмурился и покачал головой. – Не знаю… Все равно я не верил в чужаков.

– Когда-нибудь это все равно должно было произойти, – философски заметил Пир. – Кажется, в старину не верили, что Земля круглая. А потом ничего, поверили. И привыкли. И к инопланетянам привыкнем.

– Привыкнем? – Завадски отодвинул стакан. – Нет уж, дудки. Я тесниться не собираюсь. Вышибем их с Земли к чертовой матери. Их сюда не звали, в конце концов. Вспомни кинохронику – что они творили в Чили и Парагвае? Пришли бы с миром, тогда и разговор получился бы другой. А так – все верно, и проект правильно создали. Давить их нужно, как клопов, чтоб поняли, что не овцами дело имеют, а с людьми.

– Ты думаешь, они относятся к нам, как к скоту?

– А что, нет? Людей похищают? Похищают. Для чего? Для опытов.

– Скот они тоже похищают, – сказал Паллистер нейтрально.

– Значит, они не видят разницы между овцами и нами, – Завадски хлопнул ладонью по столу. – Вот прижмем их к стене, тогда поймут, что мы не скот. Овцы, в конце концов, никогда не организуют «икс-ком дефенс». А мы – организовали.

– Слушай, – Пиру вдруг пришла в голову свежая мысль. – Алан, мы ведь для сектоидов – тоже инопланетяне. Так?

Паллистер поднял взгляд и вопросительно уставился на Пира.

– Так, – согласился он.

– А раз они людей похищают и вообще затеяли эту экспансию, значит они безусловно верят в инопланетян. Так?

– Так, – повторил Паллистер.

– А раз они верят в инопланетян, почему нам не верить?

Паллистер усмехнулся.

– Да умом-то я верю. Только… все равно дико.

– Он безнадежен, – проворчал Завадски. – Так и будет класть сектоидов и не верить в них.

– Главное, чтоб не промахивался, – хмыкнул Пир. И добавил: – И чтоб не подставлялся… как Юрген.

Они снова замолчали, на этот раз – надолго.

– Ладно, пошли, – сказал, наконец, Завадски и отложил салфетку. – Хоть бы ночью никто не прилетел. Устал я что-то…

В эту ночь Пир спал плохо. Все время снился синеватый свет в отверзнутом люке летающей тарелки и выплескивающиеся навстречу зеленоватые вспышки. И боль, боль в разорванной груди, а потом – пустота и леденящий холод…

Шестого января радары засекли вторую тарелку, над Средиземным морем. Греческие истребители вели ее почти до Аппенин, но тут вмешались оба «Интерсептора» X-com. Тарелка была маленькая, метра три всего в диаметре, и первый же залп разнес ее в клочья. Что могло так взорваться в этом крохотном конусе – горючее, силовая установка или боезапас – оставалось только гадать. Все, что осталось после взрыва, а осталось там, надо полагать, немного, ухнуло в бирюзовые волны моря недалеко от итальянского побережья. Естественно, не нашли ни единого осколка. Пилоты записали на свой счет первый воздушный бой и получили выволочку от зама Батта по стратегии операций перехвата. Оказывается, атаковать над морем им ни в коем случае не следовало, а следовало, наоборот, сопровождать НЛО до суши и атаковать там. Знакомый моложавый пилот, у которого в привычку вошло обмениваться с оперативниками едкими фразочками, не сдержался и ехидно заметил – какая, мол, разница, где взорвалась бы тарелка, над сушей или над водой? За что и схлопотал от зама. В общем, проект от этой воздушной дуэли слегка поимел престижа, дескать, не зря денежки летят в трубу, икс-комовцы бдят и оберегают покой мирных граждан от злобных захватчиков из космоса. В плане же знаний осталась только видеозапись полета чужого корабля да воспоминания пилотов. Потом, днем позже, схлопотавший взыскание летчик поведал Пиру в баре – черта с два они удержали бы эту тарелку до суши. Пока ее вели греки на старых «Спитфайрах», все было нормально. Но едва в дело вступили «Интерсепторы», тарелочка развила такую скорость, что исчезла бы из виду в мгновение, не нажми летчики на гашетки. Ракеты же «Эвеланш» обогнать оказалось не под силу даже ей…

Восьмого января прибыл новичок – англичанин Нил Ватсон. Оперативники встретили его шуточками, где, мол, твой друг и соратник Шерлок Холмс? На что новичок с ледяным спокойствием ответил: если остальные думают, будто он слышит подобный вопрос впервые в жизни, то сильно ошибаются. Пир хмыкнул – действительно, с такой фамилией этим вопросом беднягу должны достать еще в детстве. Дело Ватсон знал, как выяснилось на первой же тренировке, снаряжение освоил быстро и влился в икс-команду без трений. До восемнадцатого января все было спокойно, разве что научники пару раз приносили на испытания чудо-пистолет. Лазерный. Пир стрелял из него, чувствуя, как что-то ломается внутри. Привычный мир, похоже, уходил в прошлое. Если появляется ручное лазерное оружие, значит очередной виток завершен и шарик по имени Земля выходит на новый уровень. Из револьверов стреляли еще ковбои на диком западе, и отдача успокаивающе толкалась им в запястья. Лазерник стрелял без всякой отдачи и прожигал мишени в тире вместе с пластиковой плитой. Насквозь. Броневой лист он, правда, не взял, но слегка подпортил в месте, куда попал ослепительно-желтый импульс. Все время находились какие-нибудь недоработки, и пистолеты забирали в мастерскую на окончательную доводку. Оперативники продолжали сыгрываться, как футболисты, чтоб в миссии понимать друг друга без слов.

Дважды их допускали к перевезенной в свободный ангар тарелке. Пир с остальными буквально вылизали каждый квадратный дюйм снаружи и изнутри и теперь знали этот корабль лучше собственного кармана. Пульт управления, конечно, оставался загадкой, так же как и конус силовой установки, зато Пир сразу смекнул, что за этим конусом может целиком скрыться сектоид в полный рост и от входного люка его видно не будет. Тут же смастерили чучело и поставили за конусом. Пир оказался прав, чучело рассмотреть можно было, только сделав шаг вправо или влево от входа. Потом бородатый физик путано объяснял принцип действия входного люка, из которого Пир понял только одно: люк открывается автоматически, подчиняясь мысленному приказу. Открыть его может только разумное существо; собака или любой другой зверь никогда не проникнет в тарелку самостоятельно. Наверное, для инопланетян будет неожиданностью, когда выяснится, что люк подчиняется приказам людей…

Восемнадцатого числа рано утром «Интерсепторы» сбили третью тарелку над Испанией, в ста с небольшим километрах юго-западнее Бильбао. Икс-команду вырвал из сна уже становящийся привычным сигнал «ALERT».

Когда Пир и Завадски ворвались в тревожный рукав, там снова облачался Хуан Олаэча. В гордом одиночестве.

– Черт! Ты что, спишь здесь, что ли? – буркнул Пир, влезая в боевой комбез и бронежилет.

Остальные подтянулись меньше чем за минуту. Грохоча подошвами по выстланным в ангаре керамическим плитам, оперативники грузились в «Рейнджер». Свистели на высокой ноте запущенные моторы, рабочий с флажками в руках стоял перед прозрачным колпаком кабины и загадочно помахивал одним из флажков, синим. Смысл его манипуляций от Пира начисто ускользал, но пилоты наверняка черпали из них некую ценную информацию. С шипением отворился шлюз в стартовый тоннель, и трап «Рейнджера», лязгнув, отделил внутренность десантного бота от остального мира.

Пир на миг включил лазерный прицел своего «Лигерта» – отчетливо видимая красная точка возникла на противоположной стене, в нескольких сантиметрах от головы Завадски.

– Эй, эй, полегче, – сказал тот. – У меня голова нормальных размеров и перепонок между пальцами нет. Можешь взглянуть, – Ник растопырил пятерню и вытянул ее к Пиру. – Но сначала пушку убери.

Пир хмыкнул и выключил прицел.

– Пир, ты в самом деле бы не шутил, – заметил Паллистер, стараясь, чтоб голос звучал дружелюбно и без вызова.

– О’кей, сардж, уже не шучу. Кстати, «Лигерт» на предохранителе, и я его не трогал.

Паллистер исподлобья взглянул на Пира.

– Вижу. Только раз в году и лопата стреляет, ты ведь знаешь.

Пир вздохнул.

– Знаю. Извини.

Двигатели взвыли, и «Рейнджер» стартовал в январское утро. На этот раз летели больше часа.

Снова на экране над дверью к пилотам возникло озабоченное лицо Батта. Снова он почти сразу передал слово ван Торенсу.

– Привет, ребята, – на этот раз голландец выглядел спокойнее и говорил не так сжато. Видимо, знал, что времени сегодня достаточно. – Не выспались, небось?

– А ты думал? – оскалился Завадски, прижавшись щекой к прохладному металлу ружья. – Вернемся – обязательно пожалуюсь бабушке.

Мбида довольно заржал и захлопал себя по бокам, словно взлетающий пеликан.

Хуан Олаэча, храня невозмутимость на лице, слегка наклонился к Пиру, сидящему рядом.

– Клянусь небом, его бабушка не расстается с «Магнумом» сорок четыре и горе молочнику, если он опоздает в одно прекрасное утро.

Пир хмыкнул.

– Сбитая тарелка, – продолжал ван Торенс, чуть заметно улыбаясь, – в точности такая же, как и захваченная в первой миссии. Другими словами, настраивайтесь на троих сектоидов. Как открыть люк, надеюсь, вы помните.

– Конечно, – с ужасающим спокойствием отозвался Олаэча, как никогда похожий на резного индейского идола. – Нужно сказать: «Сезам, откройся».

Мбида снова заразительно захохотал, хлопая ладонями по бронежилету.

– Зря смеетесь, – парировал ван Торенс. – Это правда. Кстати, не удивлюсь, если в основе этой легенды лежит как раз инопланетный шлюз. Кто знает, может, эти головастики уже прилетали на Землю в старину?

Паллистер вздохнул:

– Значит, много лет назад икс-команда, вооруженная дубинами, дала достойный отпор плазменным пистолетам. Иначе сейчас бы наш шарик был населен исключительно головастиками, а мы с вами гнили бы где-нибудь в джунглях с каменными топорами подмышкой.

– По-моему, во времена Сезама уже никто не пользовался дубинами, – Завадски с сомнением покачал головой. – Кто знает, когда придумали дамаскскую сталь?

Пир пожал плечами:

– Давно. Только сталь эта называется дамасской.

– Какая разница? – отмахнулся Завадски.

– Теперь – никакой, – согласился Пир. – Это я так, к слову.

Ван Торенс впечатленно покачал головой с экрана.

– Да-а, ребята! Теперь я вижу, что нервы свои вы оставляете в тумбочке.

– Пригляди там за нашими тумбочками, – проникновенно попросил Мбида и сам с готовностью засмеялся.

– Пригляжу, – с не меньшей готовностью согласился голландец. – Обязательно. Однако продолжим. Тарелку свалили второй ракетой; ясно, что она получила повреждения. Мы ожидали, что она рухнет, словно метеорит, однако до поверхности она дотянула на удивление браво. Посадка, не падение, а именно посадка – вот что мы увидели. Вероятно, экипаж будет занят починкой. Впрочем, это мы так думаем, а как поступят сектоиды-астронавты, предстоит выяснить вам.

– Выясним, – кивнул головой Паллистер и обратился к остальным. – Так?

– Йэ-эп! Конечно, выясним, – подмигнул ему Мбида и ткнул локтем соседа – Патрика Рейнольдса, не проронившего до сих пор ни слова. – А ты чего молчишь, бледнолицый брат? А?

Рейнольдс угрюмо взглянул на камерунца и вновь опустил голову.

– Так… Предчувствие у меня хреновое. Не знаю даже…

– Брось, Пат! – сказал Паллистер ободряюще. – Я в первый раз больше волновался. Теперь мы хоть знаем, чего ожидать…

Рейнольдс отмолчался. Его не стали больше трогать. Ван Торенс говорил еще о чем-то, но Пир слушал его вполуха. Чем ближе подлетали к месту, тем неспокойнее становилось на душе. Никогда перед обычными операциями Пир не испытывал такой неясной тревоги, ну, разве что в самом начале карьеры, когда только вернулся из Чечни и поступил на службу в свой неизменный отдел… Неизменный до недавних пор.

На Испанией сияло восходящее солнце. Не было даже намека на альпийскую тугую облачность. И было тепло, плюс шестнадцать, если верить установленным на борту «Рейнджера» термометрам. Впрочем, оборудованию икс-комовцев верить можно, это не Россия, страна парадоксов. Это первый мир, где под упаковкой всегда скрывается именно то, что изображено на упаковке.

Когда «Рейнджер» пошел на снижение, Пир изгнал из себя все, кроме сосредоточенности. Мышцы жаждали движения. Знакомо потемнело в глазах, когда прокалывали вражеское поле, а в следующий миг шасси десантника коснулись почвы.

– С богом, орлы! – донеслось из пилотской кабины, и трап откинулся, впуская в брюхо «Рейнджера» утренний свет. «Рейнджер» стоял на умопомрачительно-зеленой траве, Пир даже на миг удивился, потому что за месяц, проведенный под землей успел отвыкнуть от живой природы.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

Поделиться ссылкой на выделенное