Владимир Васильев.

Наследие исполинов

(страница 4 из 29)

скачать книгу бесплатно

И правильно делал. Если к Жбану присоединялся Скотч, эта парочка могла кого угодно затуркать до непреодолимого желания вскочить и умчаться от этих зубоскалов подальше. Желательно – на край света. Но, к счастью, Скотч со спасателями виделся только между турами. Потому что по праву считался лучшим гидом «Экзотик-тура», а спасатели, в свою очередь, – лучшей спасательной группой.

– Ладно, – резюмировал Солянка. – Пойду я. Готовиться и все такое. Когда нам выходить?

– Завтра утром, – буркнул Скотч. – А то ты не знаешь.

– Знаю, конечно, но мало ли… Ты у нас горазд на выдумки. Ну, до встречи в первом!

– Я те дам до встречи! – оскалился Скотч. – Хоть одной туристке покажешься – шкуру спущу!

Солянка печально вздохнул и поплелся назад, в резерв.

Оставшиеся два часа Скотч прослонялся по территории, встретил мистера Литтла, в миру – Витальку Акулова, завхоза турбазы, и раскрутил того еще на банку пива.

А потом на финишную площадку космодрома свечой спикировал посадочный модуль туристского лайнера. Отдых закончился, началась работа.

2.

– Добрый день, господа, добро пожаловать на Табаску! Фирма «Экзотик-тур» рада приветствовать вас в краю захватывающих приключений и первозданной природы.

Слова сами соскальзывали с языка, Скотч мог думать о чем-нибудь совершенно постороннем, но голос его, тем не менее, звучал бы все так же приветливо и проникновенно, а на лице красовалась доброжелательная улыбка.

– Меня зовут Вадим Шутиков, я ваш основной гид-инструктор на все время тура. Это – Валентин Ваулин, второй гид-инструктор. Напоминаю, что перед выгрузкой из лайнера всем вам были сделаны инъекции локальной биоблокады и антиаллергентов, поэтому с первой же секунды пребывания на Табаске вы можете не опасаться никаких болезней или нежелательных реакций вашего организма на эндемичную флору и фауну Табаски. Напоминаю также, что таможенной службы на Табаске не существует, поэтому никаких ограничений на ввоз также не существует, но все же осмелюсь дать дельный совет: если вы притащили сюда какие-нибудь наркотики – не делитесь ими с попутчиками. Блокада и антиаллергенты защищают только от реалий Табаски. И последнее: через пару дней все мы уйдем в дикие и незатронутые цивилизацией джунгли. Залог успешного похода – взаимовыручка и дружеские отношения в группе. Поэтому постарайтесь познакомиться поближе и на время нашего тура стать одной семьей.

«Плохо дело», – подумал Скотч, разглядывая только что прибывших туристов.

Среди туристов было четыре женщины – одна среднего возраста и явно с мужем, а остальные три – молодые. И, что собственно и было плохо, все три весьма привлекательные. Остальные туристы – мужики. Будут распускать хвосты, заигрывать, лезть на рожон… В общем, тур обещал сложиться непросто.

– Сейчас служащие турбазы займутся вашим размещением. Господина Нути-Нагути я попрошу пройти со мной, буквально на минутку.

Высокий худощавый мужчина в темных очках и спортивном костюме немедленно подошел к нему; остальными занялись Валти и девочки из обслуги.

Виталька Акулов оживлял киберов-носильщиков.

– Я слушаю вас, Вадим, – сказал перевертыш.

– Судя по документам, вы подданный Оа. Я обязан напомнить вам, что Табаска находится в пространстве доминанты Земли, поэтому тут действуют земные законы. Вы информированы на этот счет?

– Да, Вадим, я информирован на этот счет.

– В таком случае по всем вопросам, относящимся к межрасовому праву, прошу вас обращаться непосредственно ко мне. Надеюсь, во время тура не возникнет никаких эксцессов или разногласий.

– Я также надеюсь на это, – спокойно сказал перевертыш.

На интере он говорил совершенно чисто, без всякого акцента. Перевертыши живут долго, поэтому, как правило, успевают досконально выучить несколько чужих языков.

– Благодарю за понимание и поддержку, – Скотч слегка склонил голову. – Извините, я могу задать вопрос, касающийся вашей… э-э-э… природы?

– Задавайте, – Нути-Нагути ничуть не смутился.

– Насколько вы метаморфированы? В данную минуту?

– Относительно изначальной формы оаонс – процентов на сорок. Применительно к сходству с людьми белой расы – процентов на девяносто.

– Вы предполагаете сохранять эту степень метаморфоза?

– В общих чертах – да. Разве что там, в лесу, может пригодиться какая-нибудь мелочь.

– В таком случае, я прошу вас производить метаморфоз не слишком быстро и, желательно, в уединении. Дело в том, что иногда туристы реагируют на изменение внешности оаонс не вполне адекватно. Особенно нервные женщины откуда-нибудь из захолустья.

Перевертыш, похоже, относился к происходящему с пониманием и известной долей юмора:

– Обязательно, Вадим. Мне много приходится бывать среди людей, поэтому я стараюсь уважать их чувства и вести себя максимально корректно.

– Вот и отлично. Надеюсь, что у вас не останется неприятного осадка от этого разговора. Поймите, я обязан заботиться о всей группе в целом.

Перевертыш кивнул на людской манер. Видимо, действительно хорошо знал людей.

– Я понимаю. Ничего страшного.

– Мартина! – окликнул Скотч одну из девочек-служащих. – Займись!

И указал на инопланетянина.

На заселение ушел час; этот час Скотч провел в кабинете директора базы, которым сам номинально и являлся. За чаем и деловым разговором со стюардессой-психологом туристического лайнера.

Психологиню звали Гурма Бхаго, была она смуглой и миниатюрной. В «Экзотик-туре» работала совсем недавно, Скотч даже не успел с нею ни разу переспать.

– Здравствуйте, Вадим, – поздоровалась она, едва Скотч вошел.

– Привет! – Скотч расплылся в улыбке и пошел в атаку. – Давай на ты, а?

Стюардесса с готовностью улыбнулась в ответ:

– Давай!

– Чаю? Кофе? Уклу?

– Уклу, если можно.

– Конечно можно! – Скотч всплеснул руками и попутно рявкнул в браслет: – Литтл!

– Да! – отозвался завхоз сразу же, словно ждал вызова. Впрочем, он наверняка действительно ждал вызова от шефа.

– Организуй уклу и два чая ко мне в нору. И Валти позови, если он освободился.

– Сейчас.

Скотч улыбнулся еще шире, провел рукой по браслету, сбрасывая вызов, и вновь повернулся к Гурме.

– Ну, что? Займемся делом?

Девушка кивнула, одновременно вынимая из сумочки маленький терминал. Повинуясь ее командам, в видеокубе вспыхнул список прибывших туристов. Очень кстати подоспел и помощник – Валентин Ваулин, мужчина лет сорока, зубр туристического бизнеса и ветеран Табаски.

– Здравствуй, Гурма.

– Здравствуйте, Валентин!

Валти всегда выглядел очень солидно, к нему все малознакомые люди обращались исключительно на «вы» и часто решали, что директор турбазы именно он, а не куда более молодой и менее представительный Скотч.

– Я смотрю, вы уже начали?

– Начинаем как раз, – уточнил Скотч. – Давай, Гурма!

Гурма придвинула к себе терминал.

– Итак, – начала она; голос ее сразу стал суховатым и невыразимо профессиональным. Как у университетской преподавателыни на лекции.

– Гунила Бот и Тентор Бот, супружеская пара. Подданство Фелиции, живут тоже на Фелиции. Возраст – сорок три и сорок семь локальных. Вполне обычная семейная пара, в которой главенствует жена. Жена – умеренно вредная, но без заметных перегибов. Муж – спокойная и уравновешенная личность, хотя и не без традиционных мужских слабостей. Полагаю, на маршруте с этой парочкой особых проблем не возникнет. К конфликтам не склонны, ни между собой, ни с окружающими. Также полагаю, что тебя, Вадим, будут слушаться безоговорочно…

– Достаточно, – сказал Скотч, коротко переглянувшись с напарником. – С этими все ясно. Дальше.

– Константин Цубербюллер, тридцать шесть локальных, подданство Беренгалз, родом с Пламмера-12. По-моему, это опытный и бывалый турист. Но без фанатизма, не экстремал. Я мельком видела его снаряжение – видавшее виды. На Табаске ранее не бывал, но неоднократно ходил к пику Рокдейл на Офелии, всю Селентину излазил, даже на Иншуди как-то занесло. Если что – вполне можете на него рассчитывать.

Скотч довольно кивнул: подобные персонажи в походе – сущий клад. Если без закидонов. А это, похоже, как раз такой случай.

Тут как раз принесли чай и горячий уклу. Скотч в который раз за сегодня поулыбался Мартине – та, видимо, уже успела поселить инопланетянина-перевертыша, поэтому Виталька Акулов по прозвищу Литтл навесил напитки на нее.

Гурма с удовольствием отведала уклу, вдохнула ароматный парок и с сожалением вернула чашку на блюдце.

– Ну, что, дальше?

– Ага.

– Акоп Подолян, двадцать семь локальных, подданство Республики Скарца, планета Венеция. С этим сложнее. Типичный комик, мнящий себя суперменом. Много пыжится и всегда садится в лужу. Но, в принципе, совершенно не зол и не агрессивен, наоборот, пытается каждого спасти и поддержать. К собственным конфузам относится поразительно беспечно. В общем, будет безобиден, если его взять под жесткий контроль и поручать дела, которые он заведомо не запорет. Тогда будет приносить пользу. Среди туристов успел схлопотать прозвище «Траншея», над чем сам же первый и хохочет.

– Понятно, – Скотч сделал отметочку в собственных записях и отхлебнул чаю. – Следующий.

– Владимир Семенов, тридцать четыре локальных, подданный Земли, по документам с Беты Вуалехвоста. Этот – просто закрытая книга. Все время слушает и все время молчит. Ничего о себе не рассказывает. На вопросы отвечает односложно и расплывчато. Вместе с тем – невероятно корректен. Как и Цубербюллер, производит впечатление сильного и тренированного человека – однажды видела его в бассейне. Но, в отличие от Цубербюллера, у Семенова вообще нет никакого снаряжения. Да и из вещей, как вы сами видели, одна-единственная сумочка. Кстати, к нему всю дорогу клеилась Майка Завьялова, она тоже родом с Беты Вуалехвоста, если не знаете. Майку он мягко отшил, но я сумела у нее выведать: судя по ответам на Майкины расспросы, Семенов на Бете Вуалехвоста однозначно бывал. К сожалению, я толком не успела сделать определенных выводов относительно него.

– Жаль, – вздохнул Скотч и вопросительно поглядел на Валти. Тот жестом призвал Гурму продолжать: вопросы у него возникали крайне редко, ибо ветеран туристического бизнеса видал-перевидал на своем веку столько разнообразнейших типажей, что поведение практически любого клиента мог предсказать с довольно высокой точностью.

– Далее. Инопланетянин. Нути-Нагути, возраст – двести тридцать четыре с четвертью солнечных циклов Иншуди, что соответствует приблизительно двумстам шестидесяти пяти локальным годам. Оаонс, подданство Оа, родом, как я уже сказала, с Иншуди. По нашим данным представляет один из самых влиятельных кланов Оа, входящий в синдикат. По документам – совершенно чист, но… есть одна тонкость.

Гурма интригующе примолкла, отхлебнула уклу и, чуть наклонив голову, взглянула Скотчу в глаза. Скотч заинтересовался. Да и Валти сразу же насторожился.

– Имя. Дело в том, что Нути-Нагути – сказочный герой фольклора Оа, – пояснила Гурма. – Толстый оаонс, умеющий летать. И вообще, судя по тому, что я успела выяснить, это понятие у оаонс неразрывно связано с полетом. Скажем, первый летательный аппарат тяжелее воздуха, созданный на Оа, носил это имя. И первый космический корабль, кстати, тоже. В общем, я сомневаюсь, что это настоящее имя. С тем же успехом землянин мог бы податься куда-нибудь на Свайге или ту же Оа и назваться Санта Клаусом, Кащеем Бессмертным или Иисусом Христом. В службу безопасности я уже сообщила, но, если рассудить здраво, разве станет реальный шпион брать такой дурацкий псевдоним? Да и что оаонс может интересовать на Табаске?

– Мало ли, – философски заметил Валти. – Полезных ископаемых тут пруд пруди. Но я согласен, вряд ли это настоящий агент, скорее, какая-нибудь инопланетная знаменитость на отдыхе.

– Ага, – поддакнул Скотч. – Эти часто берут псевдонимы и мотают в глушь, на волю, в пампасы. Странно только, что не видно никого из нянек и прочих телохранителей. Обыкновенно знаменитости путешествуют со свитой.

Скотч вдруг осекся, приподнял брови и уставился на Гурму.

– Слушай, – внезапно осенило его. – А может, Семенов – как раз его телохранитель, а?

– Человек – телохранитель перевертыша? – усомнился Валти, косо глядя на Скотча. – Ты, босс, фантазируй, да не зарывайся. Это все равно как если бы ты взял в телохранители моего шестилетнего племянника…

– Перевертыш легко может прикинуться человеком, Валти. Не забывай. В крайней форме метаморфоза различия возможно установить только лабораторным путем.

– Эй, мальчики, хватит спорить, – вмешалась Гурма. – Я, конечно, не специалист по охране, но не думаю, чтобы телохранитель мог себе позволить в течение полета большую часть времени проводить в каюте, взаперти, в то время как его подопечный вовсю разгуливает по лайнеру, не вылезает из баров и часами просиживает перед игровыми автоматами в компании, в общем, далеко не безупречных типов.

Скотч подумал, мысленно согласился и вздохнул:

– Ладно, убедила. С выводами спешить не станем, но возьмем на заметку. Безопасникам, говоришь, про этого Санта Клауса ты уже сообщила?

– Про Нути-Нагути? Да, сообщила.

– Кому конкретно?

– Нашему корабельному представителю. В присутствии капитана лайнера.

– Это хорошо! – похвалил Валти и обратился к Скотчу: – Можем не дергаться, если что, сверху на тебя моментально выйдут.

Скотч знал, что однажды Валти имел честь вляпаться в довольно мутную и запутанную историю с соглядатаями-нелегалами из доминанты Тсурры и какое-то время тесно сотрудничал с земной контрразведкой.

– Да я и не дергаюсь особо… – пожал плечами Скотч. – Давай дальше, Гурмочка.

Психологиня, машинально поправив прическу, вновь углубилась в анализ:

– Денис Воронцов, тридцать локальных, подданный и житель Офелии. Этот, братцы, просто беда. Заносчивый, резкий, самовлюбленный и самоуверенный… в общем, именно то, что называют «пальцы врастопырку». Тащит с собой уйму снаряжения, все безумно дорогое и, на мой взгляд, довольно бестолковое. Склонен всех поучать, а если не внимают – принуждать к учению силой. Во время полета дважды сцепился с Цубербюллером, в принципе – оба раза вничью. Однажды наехал на Подоляна, тот сразу дал задний ход и занял подчиненное положение. Неоднократно пытался задеть Семенова, но Семенов просто глыба! Остался ко всем выпадам равнодушен и не ответил ничем. Последние дни у Воронцова, мне кажется, сформировалась идея-фикс Семенова все-таки достать.

– Блин, – искренне огорчился Скотч. – Значит, понтарь… Только сегодня пил за то, чтоб в группе понтарей не оказалось…

– Они всегда находятся, Скотче, – философски заметил Валти. – Не переживай, обломаем в лучшем виде! Макнем пару раз в болото, выпустим виверне в клешни или к сольпугоиду на свидание сосватаем. Обломается как шелковый, зуб даю!

Зуб Валти дорогого стоил.

– Будем надеяться… – буркнул Скотч. – Поехали дальше, солнце мое…

От «солнца» Гурма Бхаго расцвела пуще прежнего. Красивая женщина всегда способна стать еще чуточку красивее.

– Валентина Хилько, подданство Вануаты. Вануата – монодомен, единственная планета в системе, знаете ведь?

– Знаем, – кивнул Валти.

Скотч промолчал. О существовании владения Вануата в доминанте Земли он впервые узнал из списка туристов на этот маршрут, то есть четыре дня назад.

– Возраст – тридцать два солнечных цикла Вануаты; примерно тридцать два-тридцать три локальных года. Очень видная и очень спортивная дама, – продолжала Гурма, ревниво зыркнув на Скотча (тот моментально оживился, словно кот при виде сметаны). – Это та шатеночка с короткой стрижкой, ты на нее все время пялился во время тронной речи, Вадим. Я как-то наблюдала за ней в гимнастическом зале – уверяю, что если придется взбираться на скалу по канату, ничья помощь ей не потребуется. Натура, насколько я поняла, скорее интровертная, чем экстравертная, и, ручаюсь, у нее сейчас трудный период в жизни. «Экзотик-тур» для нее – возможность забыться и развеяться. Из подавленного состояния не выходила весь рейс. Но слез и истерик не было.

Гурма умолкла, выжидательно глядя на Скотча, тот демонстративно молчал, уставившись в записи.

– Понятно, – ответил за Скотча напарник. – Продолжай, продолжай…

Психологиня приложилась к чашечке с уклу и вновь взялась за терминал:

– Орнела и Фаусто Аркути, сестра и брат. Двадцать два локальных и неполных шестнадцать, подданство орбитальной станции Гелиотроп. Поездку на «Экзотик-тур» получили в подарок от родителей: Орнела недавно с блеском закончила университет в Хельсинки, а Фаусто успешно поступил туда. Орнела – хорошенькая вертихвостка, немного ветреная, но умненькая и не развязная. Все мужики в полете напропалую к ней клеились, не исключая команду лайнера. Не хочу ничего плохого сказать, но иногда небезуспешно. О парне тоже плохого ничего не скажешь: в меру увлекающийся, в меру желающий подвигов. В меру пил, сестре не мешал. Боготворит Цубербюллера, хохочет вместе с Подоляном и терпеть не может Воронцова…

– Достаточно, – делая очередную отметку прервал Скотч.

– И последняя участница, – заглянув в записи объявила Гурма. – Патрис Дюэль, двадцать семь локальных, подданство Офелии, зарегистрирована на Лазурном Шепоте. Это хрупкая грустная брюнетка, на которую ты тоже пялился, Вадим…

– Чего ж не пялиться, – нейтрально прокомментировал Скотч. – Красивые женщины стоят того, чтоб на них пялиться. Я и на тебя пялюсь, Гурма.

– Не обращай внимания, деваха, Скотч всегда был кобелем, – фыркнул Валти и хохотнул: – Хе-хе! И песик у него такой же был – даже за кошкунами гонялся! Плохо кончил в итоге…

– Ну вот, – обиделся Скотч. – Собственные подчиненные кобелем обзывают. Ну как можно работать в таких условиях, а, Гурмочка?

– Я продолжу? – психологиня даже не собиралась прятать веселье, но и о деле не забывала. – Патрис – журналистка. Собирает материал для какой-то книги. В силу профессии успела побывать во всяческих передрягах по всей обитаемой части Галактики и даже в ненаселенных секторах. Папа ее – какая-то шишка в содружестве Франции-семь и Новейшей Каледонии, а мама – дочь президента Амазонки. В общем, девочка с детства вращается в высшем свете, но нисколько этим не кичится. По-моему, с ней у вас тоже не будет проблем.

Гурма в очередной раз приложилась к чашечке с уклу и закруглилась:

– И краткое завершающее резюме. Группу можно было бы назвать идеальной, если бы не присутствие Воронцова и в определенном смысле – Подоляна. Темные лошади – перевертыш и Семенов. Остальные – скорее положительный баланс, нежели отрицательный. У меня все.

– Спасибо, дорогая, – Скотч сделал последнюю запись и выключил блокнот. – Отменная характеристика, без дураков. Это не комплимент, между прочим.

– Врет, – опять фыркнул Валти. – Хвалит он тебя искренне, но это и комплимент тоже, будь уверена.

– Так, – официальным голосом изрек Скотч. – Инструктор Ваулин! Ну-ка, ноги в руки и в обход!

– Яволь, мой фюрер! – Валти щелкнул бы каблуками, если бы они не были изготовлены из пористого каучука, не издающего вообще никаких звуков. – Имею честь отбыть!

Он, посмеиваясь, покинул кабинет. Ничего официального на самом деле не произошло – дружески подтрунивать друг над другом на этой турбазе мог кто угодно над кем угодно. И показной дисциплинизм ни о чем на самом деле не говорил: в этом коллективе работа исполнялась по велению внутренней дисциплины, а не по приказам.

– Невозможно работать с таким персоналом! – пожаловался Скотч, изображая легкое возмущение. – Подметки режут прямо на ходу! Ты что сегодня вечером делаешь, Гурма? – Скотч резко сменил тему, памятуя, что у внезапной атаки больше шансов обернуться успешной.

Психологиня уже убрала терминал в сумочку. Тираду Скотча она выслушала с понимающей улыбкой на устах.

– Ты и правда кобель, Вадим! – подытожила она. – Сегодня вечером я, вероятно, ем шашлыки, которые ты, по слухам, организуешь. И пью то, чем ты меня угостишь. А дальше… дальше посмотрим. Во всяком случае, никаких определенных планов у меня нет и на лайнер я возвращаться не собиралась.

– Отлично! – просиял Скотч. – Тогда пойдем, я тебя лично поселю!

Несмотря на некоторые проблемы с участниками группы, первый день работы начинал удаваться.

3.

В день прилета состоялась еще популярная лекция с голопроекциями, посвященная природе Табаски. А завершился день традиционным банкетом, плавно перешедшим в ночной пикник, в свою очередь плавно перешедшим в веселую и шумную попойку. Как и следовало ожидать, имелись особо отличившиеся.

В стельку надрались понтарь Денис Воронцов, Акоп «Траншея» Подолян и малолетний Фаусто Аркути. Остальные финишировали в состоянии «сильно навеселе», исключая печальную Валентину Хилько и человека-загадку Владимира Семенова – эти почти не пили. Даже довольно занудливая тетка Гунила Бот к середине ночи слегка осоловела, чем не замедлил воспользоваться ее бедовый муженек и тоже быстро осоловел.

Случился неприятный эксцесс: в самом начале пикника еще более-менее трезвый Воронцов якобы случайно окатил Семенова вином из серебряного кубка и даже не подумал после этого извиниться. Семенов меланхолично утерся салфеткой и поинтересовался у Скотча, есть ли тут общественный душ ближе, чем душ в его коттедже. Воронцов вслух обозвал Семенова рохлей и трусом; Скотч специально выдержал паузу, изучая реакцию Семенова.

Семенов всего лишь усмехнулся. Скотчу показалось – снисходительно.

Тут уж Скотч не смог не вмешаться. Он встал, без всяких церемоний взял Воронцова за шиворот и потребовал принести извинения коллеге по походу. Воронцов попробовал было помахать кулачками, но с другой стороны подошел Валти и одним убедительным движением отсоветовал.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Поделиться ссылкой на выделенное