Вадим Селин.

Дом, затерянный в снегах

(страница 1 из 6)

скачать книгу бесплатно

Этой новогодней сказки вам лучше не слышать. Кто знает, может, это и не сказка вовсе?..

Но если вы все-таки отважились ее узнать, то сначала представьте снег, почувствуйте запах мандаринов, хвои, и тогда сказка станет явью, ну, или почти явью.

Ни в коем случае не стойте в новогоднюю ночь под снегом и не заходите в незнакомые дома, если, конечно, хотите, чтобы праздничная ночь прошла и после нее наступил день. А день – это спасение. Спасение, которое к некоторым не приходит уже сто лет. Для них каждая ночь – Новый год. И неизвестно, увидят ли они когда-нибудь день или их жизни поглотит ночь? Новогодняя ночь…

Но главное – всеми силами постарайтесь не превратиться в вечных скитальцев новогодней ночи.

Не стойте в Новый год под снегом! Не заходите в незнакомые дома! И ночь пройдет.

В трех километрах от деревни Северной
Джип «Grand Cheroki»
Суббота

22.40.


Снежинки за окном кружились в причудливом веселом хороводе.

Если долго смотреть на падающие с неба снежинки, то может показаться, что и ты снежинка, кружишься вместе со всеми, тебя подхватывает ветер и носит до тех пор, пока ты не упадешь на землю. А потом… У всех снежинок одна участь – они тают и превращаются в грязь. И это по-настоящему грустно.

Снежинки за окном кружились в причудливом веселом хороводе. Я смотрел на них и чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Я очень любил сидеть у окна в темной комнате. На подоконнике дымилась чашка горячего чая, а я в это время наблюдал за снегом. Люди за окном куда-то спешили. Кто-то поскальзывался на льду, ойкал и падал. Кто-то беззаботно играл с собакой, ловя снежинки. А кто-то останавливался посреди тротуара, запрокидывал голову, расставлял руки в стороны и, глубоко вдохнув свежий морозный воздух, быстро-быстро опускал руки и шел дальше. Не дай бог, кто-нибудь увидит его в такой странной позе! А я знал, что этот человек представлял себя снежинкой. И хотел беспечно крутиться в причудливом веселом хороводе.

В тот вечер я сидел у окна. Большие пушистые снежинки тихо падали с неба и кружились, кружились, кружились… Вот только все это я наблюдал из окна машины.

Я уже начинал замерзать. Из носа, словно огонь из ноздрей дракона, валил пар. Хотя, надо признаться, в салоне машины было гораздо теплее, чем на улице. Но вопрос – надолго ли?

– Па? Может, попробуем толкнуть? – робко предложил я.

– Не смеши меня, – нервно ответил папа, листая записную книжку своего мобильника. – Это только в мультике про Простоквашино папа, сын, собака и кот вытаскивают машину из ямы… И в придачу ко всему у них был «Запорожец», а не джип… Ха! Вот кино! Точь-в-точь «Простоквашино»!

– А что нам тогда делать? – осторожно спросил Алик.

– Сидеть и ждать, – резко ответил папа. Его пальцы нервно нажимали кнопки. Наверно, нужный номер не желал находиться.

– Понятно, – кивнул Алик и посмотрел на меня.

– Молчи лучше, – шепнул я ему на ухо, – когда папа такой, его лучше не трогать.

Алик пожал плечами и уставился в окно.

Вздохнул. Действительно, малоприятная ситуация. Очарование новогодней ночи, снега и пронизывающего воздух волшебства портило то, что наша машина застряла в яме.

Мы молчали минут пять.

– Па? – спросил я наконец. – Ну? Чего мы сидим? Надо же что-то делать, блин…

– Не блинкай мне тут, – мгновенно взвился папа, – ты же знаешь, как я ненавижу это слово. Ну, когда его не в прямом смысле употребляют…

Алик выразительно цокнул языком.

– Ну слава богу! – воскликнул папа, победоносно потрясая телефоном. – Почему-то я номер эвакуатора как «Эва» записал. Сто раз записную книжку просмотрел и только сейчас понял, что Эва – это не моя сотрудница Эвелина, а эвакуатор. Смешно… Помню, как один раз я перепутал…

– Па, звони уже. Нам холодно. Как цуцики замерзли.

– Ага… Сейчас эвакуатор приедет и вытащит нас, – проговорил папа, сосредоточенно прислушиваясь к звукам в трубке. – Алло! Служба экстренной эвакуации автотранспорта?..

Однако во время разговора выяснилось, что спасательная машина приедет в эту глушь не раньше чем часа через три. Перед нами замаячила перспектива встретить Новый год в машине. Голодными, холодными и злыми на весь белый (в прямом смысле – снег же идет) свет.

– Это черт знает что! – кричал папа в трубку. От крика он весь покраснел и покрылся потом. Скорее всего ему было жарко. Повезло же.

– Почему так долго?!

Трубка что-то пропищала в ответ.

– Ах, Новый год?! Ах, долго? Ну, блин!

Мы с Аликом переглянулись. Ради сохранения собственной жизни я не стал напоминать папе, как он не любит слово «блин».

Не буду пересказывать весь разговор папы и диспетчера. Главное, что нам предстояло просидеть в машине минимум три часа. А значит, угроза встретить Новый год в машине была уже не призрачной, а вполне реальной.

Некоторое время папа проклинал всех диспетчеров и все колдобины планеты. Ведь в одной из таких колдобин и застряла наша машина.

– В чем проблема? Позвони в другую службу, – посоветовал я, – вдруг они порасторопнее и приедут сразу же?

– А то я без тебя не догадался! – скептически отозвался папа. – У меня номер только этой службы.

– Позвони друзьям, знакомым. Пусть они приедут. Делов-то.

– Не надо, – зачем людей на уши поднимать в новогоднюю ночь. Неприлично это.

– А в машине ледяной сидеть прилично? – начал заводиться я. Жаль, что не машина. – Вот уж невезуха так невезуха – мало того, что наш драндулет застрял, так еще и аккумулятор сел! Вот блин! Просто фантастический блин!

– Не блинкай. Сколько раз можно повторять?

– Ой, да ты сам недавно блинкал, – отмахнулся я. – Па, давай по-серьезному? Что делать?

– Сидеть и ждать, – шепнул мне Алик.

– Сидеть и ждать! – по обыкновению сказал папа. – Эвакуатор приедет и нас вытащит.

– Замечательно. У меня нет слов. Остались одни слюни и эмоции.

– Если ты такой умный, предложи что-нибудь получше, – произнес папа, настраивая радио на своем навороченном телефоне. Тут же полилась какая-то радостная новогодняя песня. «Колокол, колокол, колокол звенит…»

– Я уже предложил.

– Людей я тревожить не буду, и на этом точка, – твердо сказал папа. И тут же воодушевился: – Мальчишки, давайте не будем вешать нос. Представьте, как это романтично – Новый год в машине. Здорово! Другие люди об этом и мечтать не могут!

– Было бы еще романтичней, если бы в машине было тепло и нашлось что-нибудь съестное, – размечтался я.

Алик, наверное, тоже многое бы сказал, но он молчал – папа же не его, а мой. А с чужими родителями не разговаривают так, как со своими. Поэтому он поступил деликатно: уставился в свой телефон и принялся с увлечением просматривать SMS-ки от друзей и подружек.

Впрочем, в том, что случилось, папиной вины не было. И раздражался он, по сути, не на него, а на ситуацию.

– По-моему, в «бардачке» шоколадка есть, – вспомнил папа. – Точно! Целая шоколадка! Вот так находка! Кто будет?

Шоколадку захотели все, в том числе и папа. Мы поступили очень непредусмотрительно: съели ее полностью. Даже мысли не возникло – оставить на потом. Затем папа достал из багажника плед, в который мы с Аликом укутались. Вместе с теплом ко мне вернулась и вера в лучшее. Жизнь уже не казалась такой гадкой, ситуация тоже. Кто бы мог подумать, что плед и шоколадка могут принести столько счастья?

– Смотрите, какой снег красивый! – восторженно указал папа за окно машины.

– Да… Скоро наша машина в сугроб превратится. И тогда мы все замерзнем, так и не дождавшись эвакуатора, – пессимистично заметил я, чем очень рассмешил отца:

– Ты, сына, глупость сказал.

– Это еще почему? – удивился я.

– А потому что географию учить надо. Вот, помнится, наша географичка рассказывала, что в сугробе, наоборот, не замерзнешь. Если зарыться в снег, то он будет греть, как шуба. Так что имейте в виду – снег сохраняет тепло. Поэтому-то и озимые сорта пшеницы под снегом не замерзают.

– Ладно, все понятно… – поверил я папе на слово. Он-то знает о пшенице все: на элеваторе работает.

И тут по радио объявили, что до Нового года остался час. Папа хлопнул себя по лбу:

– Слушайте, парни, у меня идея!

– Какая? – поинтересовался я.

Папа развернулся к нам.

– Деревня отсюда не так уж и далеко. Если идти все время прямо по шоссе, никуда не сворачивая, то непременно на нее выйдешь. Ориентироваться можно по электрическим столбам, которые по-над всей дорогой стоят.

– Подожди… Ты хочешь, чтобы мы пошли в деревню? – уточнил я.

– Ну да! А что? Еще не факт, что эвакуатор сюда через три часа приедет, а не под утро… Новый год все-таки…

– М-м-м… – задумчиво промычал я, обдумывая папино предложение. А затем обратился к Алику: – Ты как на такую экспедицию смотришь?

– В принципе, я не против… – неуверенно отозвался Алик. – Я у вас в деревне не был еще ни разу… Мы точно не заблудимся?

– Точно! – заверил папа. – Тут невозможно заблудиться! Идите! Хоть по-человечески праздник встретите. А если до деревни за полчаса дойдете, то дяде Саше свистните – пусть мою машину к деревне притянет… Тогда и я до двенадцати к вам успею!

– Па! Ты ж говорил, что людей тревожить неприлично! – злорадно напомнил я.

– Ну да, неприлично. Но до деревни же рукой подать… А от города ехать и ехать…

Короче говоря, уже через пару минут мы с Аликом брели по заснеженной дороге в сторону деревни. Этот поход не показался нам опасным – что такое с нами может произойти? Медведь нападет? Так тут медведей отродясь не водится. Маньяки? Сомнительно – они сейчас сидят по домам. Маньяки же тоже люди – иногда и расслабиться надо.

Тогда я еще не знал, что в мире есть более опасные вещи, чем медведи и маньяки. Например… Хотя не буду торопить события. Обо всем по порядку.


23.12.

Когда машина скрылась из виду, Алик обернулся, провожая взглядом джип, и сказал:

– Странно как-то.

– Что странно?

– Смотри – здесь же справа и слева от дороги поля идут, да?

– Ну.

– Первый раз вижу такие странные поля.

– Так что странного в них? – не понимал я.

– А видишь – вообще лесопосадок нет. Полоса деревьев должна разграничивать поля и для вида, и для того, чтобы сдерживать ветер…

– Подумаешь… – пожал я плечами. – Может, тут какие-то особенные поля?

– Не знаю.

– Вот и я.

Снег весело скрипел под нашими ногами. Хрум-хрум, хрум-хрум, хрум-хрум… Мимо не проезжало ни одной машины. Оно и понятно – все люди сидели сейчас за праздничными столами и ждали боя курантов.

– Скоро там деревня? – спросил Алик, дрожа от холода.

– По моим подсчетам, скоро. Точно – вон, видишь, вдалеке огоньки? Это уже деревня.

– Здорово. Может, успеем до двенадцати машину вытащить… – вздохнул Алик. И грустно добавил: – Не нравится мне, как год заканчивается… Все так сумбурно, ненормально. Застряла машина, мы тащимся в деревню за каким-то мужиком, чтобы он помог машину вытянуть… У меня нехорошее предчувствие… Новый год надо в тепле и уюте встречать, а не так вот…

– Да ладно тебе, чего в жизни не бывает. Сейчас дядь Сашу возьмем, тачку вытащим и помчимся домой: «оливье» кушать и шампанское пить, – ободряюще сказал я, но слова Алика разбудили какую-то непонятную тревогу. И мне тоже начало казаться, что Новый год надо не так встречать. Это дурной знак. Чтобы взбодрить и себя, и Алика, я произнес: – Будем надеяться, что все успеем сделать в этом году, а новый встретим нормально – в тепле, уюте и спокойствии.

Алик ничего не ответил. Да и я в свои слова не поверил. Что-то подсказывало: наши проблемы перекинутся и на следующий год.

Снег повалил сильнее. Хлопья были такими крупными, что напоминали огромные белые простыни.

– Классно, снег… – уже веселей сказал Алик. – Давно уже на Новый год не было снега.

– Угу. Помнишь, как несколько лет назад в новогоднюю ночь было пятнадцать градусов тепла? Не Новый год, а неизвестно что.

Снег пошел еще сильнее. Под ногами начало скрипеть еще громче. Поднялся ветер. Он подхватывал колючие снежинки и щедро бросал их в наши лица.

Затем снегопад набрал такие обороты, что уже с трудом можно было различить Алика, который шел всего в двух метрах от меня. Ноги увязали в снегу. Дубленка не спасала от холода. Я дрожал так, что зубы помимо моей воли выбивали причудливую дробь. Ветер дул в лицо, и из-за этого становилось трудно дышать.

– Идем быстрее, а то нас снегом завалит! – обратился я к другу, прикрывая нос ладонями, чтобы было легче дышать.

– А? Что ты сказал? – не расслышал Алик – так сильно завывал ветер.

– Быстрее идем! Видишь, снег как валит!! Быстрее!

Я чувствовал себя по меньшей мере полярником.

Запищали мои электронные часы. Полдвенадцатого. Значит, папа встретит Новый год в машине. За полчаса дойти до деревни, позвать дядю Сашу и притащить джип в деревню мы вряд ли успеем. Точно – Новый год ненормальный. Это скверно. Ведь известно – как встретишь Новый год, так его и проведешь. А встречаем мы его плохо. Мне стало еще тревожней. Отчего-то эта погода казалась жуткой, леденящей не только тело, но и душу. Я словно растворялся в снеге. На мгновение почудилось, что в мире ничего, кроме него, не существует. Только снег, снег, снег… Белая колючая пелена, которой нет ни конца ни края…

Алик схватил меня за руку.

– Давай держаться вместе. Снег такой густой, что ни черта не видно… Потеряться запросто можно… Ой! – Алик остановился и недоверчиво огляделся по сторонам. – А где столбы?

Я огляделся. Столбов не было видно. А ведь только по ним можно было ориентироваться. Конечно, если не считать огни впереди, но и их из-за снега нельзя было увидеть.

– Они где-то здесь… Где-то здесь…

Мы принялись искать столбы, крутились по сторонам, но тщетно. Столбов не было. Ничего не было. Один снег. Он забивал ноздри, колол лицо, попадал в рот… Я потихоньку раздражался.

– Чертов снег! – зло крикнул Алик, пригрозив снегу кулаком. – Чертов снег!

И вдруг снег перестал идти. Раз – и нет его. Ветер тоже утих. Только одинокие снежинки падали с неба и тихо ложились на пышный снежный ковер.

Из-за белых просторов вокруг нас было относительно светло. И этого света хватало, чтобы понять, что вокруг нет ни одного столба. Нет абсолютно ничего. Даже огоньков вдалеке не видно. Только белая пустыня, белые барханы. И снег, который искрился и слепил глаза.

Алик замер от растерянности.

– Подожди… А столбы куда делись? Куда нам идти? Ты запомнил дорогу?

– Ну, мы шли прямо… – заметил я.

– Это сначала мы шли прямо, а когда потеряли из виду столбы, то принялись крутиться, как волчки. Ты мне можешь сказать – где деревня?

– В… впереди… – произнес я, не осознав до конца, что произошло.

Неожиданно в небе прогремел раскатистый гром.

– Ни фига себе, – опешил я. – Гром.

– И что?

– Так он же только в теплое время года бывает. А сейчас зима, самая что ни на есть ее середина…

Гром прогремел еще раз. В небе полыхнула разветвленная, похожая на сетку вен желтая молния.

– Бред какой-то, – изумился я. – Молния… Зимой… Так, ладно, чего мы стоим? Идем.

– Куда?

– Вперед, в деревню.

– А может, назад? Или вправо? Или влево? Или по диагонали? Да куда же столбы эти гадские делись-то, а? Послушай… Что-то здесь не так… Даже если мы потеряли направление, то столбы должны были остаться на месте. Но их нет. Где они?

Я огляделся. Столбов не было. Огней впереди тоже. Мы сбились с дороги.


23.45.

Какое-то время мы шагали вперед, надеясь выйти хоть куда-нибудь: или к деревне, или к нашей машине. Но ничего похожего на деревню или машину не возникало. Вокруг был только снег. Признаться, он начинал сводить с ума. Никогда не думал, что можно ненавидеть снег. А в тот момент я его именно ненавидел, хотя еще совсем недавно любил.

– Мы что, заблудились? – удивленно обратился ко мне Алик.

– Смеешься, что ли? – нервно рассмеялся я. – Разве можно заблудиться в двух соснах?

– Можно вообще без сосен этих заблудиться, – явно на что-то намекая, ответил Алик. – Где деревня? Где машина? Где дорога? А столбы? Слушай, классный речитативчик получается: «Где деревня? Где дорога? Где машина? А столбы?»

– Ее замело.

– Кого?

– Ну, дорогу…

– Да? А столбы тоже замело? – Алик остановился. – Давай вести себя серьезно, хорошо? Ты видишь поблизости деревню?

– Нет.

– А дорогу?

– Нет.

– А огни, которые впереди маячили? А машину?

– Нет. Ничего этого я не вижу.

– Вот и я тоже. Поэтому думаю, что мы заблудились. Надо решать, что делать дальше, – рассудил Алик. И чуть ли не подпрыгнул на месте: – Тьфу, как я сразу не додумался?! У меня же телефон есть!

– И у меня тоже.

Мы повытаскивали свои сотовые. Но нас ждал новый сюрприз: телефоны отчего-то не ловили.

– Вот же… – от злости Алик чуть не раздавил свою трубку.

– Блин? – подсказал я, задрав руку и подпрыгивая на месте в надежде, что телефон поймает хоть одну антенну. Но он по-прежнему отказывался принимать сигнал.

– Да, блин!

– Новый год через десять минут, – сказал я, пряча в карман свой сотовый.

– Отлично. Встретим его черт знает где.

Сказать по правде, все происходящее сильно смахивало на дурацкий сон. Не верилось, что мы заблудились на пути от машины до деревни. Собственно говоря, до нее было рукой подать. Меня раздирал смех.

И тут краем глаза я заметил какую-то тень, возникшую слева. Веселье как рукой сняло. Я осторожно повернул голову налево и увидел… дом. Большой, двухэтажный. Скорее всего, постройки еще позапрошлого века. Стены не кирпичные, а деревянные, на окнах – закрытые ставни, на крыше – дымоходная труба. И, не знаю, может, мне показалось, но дом обволакивал туман.

В небе полыхнула молния, осветив на мгновение дом. В этот момент я увидел, что окна на втором этаже – на самом деле не окна, а глаза, которые внимательно за нами наблюдали.

В воздухе запахло чем-то свежим, едва уловимым. Озоном – понял я позже. После грозы всегда пахнет озоном. По моей спине пробежал холодок, колени затряслись.

– Э… – услышал я голос Алика. Он вывел меня из оцепенения. – Это что, дом?

– Дом…

– Но… его же не было… откуда он взялся?

– Может, мы его не заметили? – робко предположил я. – А вообще, какое нам до него дело? Идем в деревню.

Я больше ни секунды не хотел оставаться рядом с этим домом. На странности типа грозы в декабре (или уже в январе?) я пытался не обращать внимания.

– Подожди-ка, – упорствовал Алик. – Давай постучим и спросим, как добраться до деревни?

– Не надо! – испуганно воскликнул я, и сам удивился своей реакции.

– Почему? – искренне поразился мой друг.

– Мне не хочется туда идти… Тебе не кажется, что это все как-то странно? Откуда дом взялся?

– Здрасте, пожалуйста! Ты же сам только что сказал, что мы его, может, не заметили! Хотя… Я уверен, что его здесь не было. Не слепые же мы, в конце-то концов.

– И я о том же. Так что сваливаем отсюда по-быстрому… Я не хочу неприятностей.

Только я закончил фразу, как с неба вновь повалил снег. В мгновение ока все вокруг стало белым-белым, даже Алика, стоящего рядом со мной, я не видел. Но вот странно – силуэт дома все же просматривался, хотя тот находился от меня значительно дальше Алика…

– Ты тут? – крикнул Алик. – Эй, где ты?

– Да здесь я! Здесь!

Алик подошел ко мне на голос и вцепился в мою дубленку.

– Опять снег! Надоел он уже!

– Так, Алик, стоим на месте и не двигаемся! А то еще больше заблудимся! Стоим!

– С ума сошел? Мы же в снеговиков превратимся! Там, у дома, крылечко есть! Давай хоть на крылечко станем, снегопад переждем! – предложил Алик.

Я не хотел приближаться к дому. От одной мысли об этом меня охватывало нехорошее предчувствие. Но так как логичных доводов, почему не надо приближаться к дому, я не мог привести, пришлось согласиться с другом.

– Побежали! Только на крылечко! В дом проситься не будем, договорились?

– Конечно! Зачем нам в дом? Люди там, наверно, Новый год празднуют, а тут мы заваливаемся… Не люблю быть незваным гостем.

И мы помчались к дому. Забежали на скрипящие ступеньки крыльца и сняли с себя капюшоны.

– Что-то не похоже, что там праздник полным ходом идет, – настороженно заметил я, осматривая дом. – Голосов изнутри не слышно, да и из-под ставень свет не пробивается…

– И вкусной едой не пахнет, – добавил Алик.

Я посмотрел на часы, которые высвечивались на дисплее «мертвого» мобильника.

– Без пяти двенадцать. Все люди сейчас взрывают хлопушки, поднимают бокалы с шампанским и смотрят по телевизору поздравление президента…

– А мы стоим на крыльце чужого дома и нюха… – договорить Алик не успел. Ветер бросил ему в лицо горсть снега. Алик закашлялся.

Не прошло и секунды, как продуваемое всеми ветрами крылечко замело снегом. Теперь не было никакой разницы, где стоять – под небом или под крылечком.

Вдруг я как-то неловко увернулся от порыва ветра, оступился и… кубарем полетел прямиком на дверь дома.

– Сейчас хозяева нам по ушам надают! – перепугался Алик.

Но я уже стоял на четвереньках и заглядывал в темную глубь дома. Открываясь, дверь жутко заскрипела несмазанными петлями. Хозяева не показывались. Да и были ли там хозяева? Дом казался необитаемым. К тому же от его стен исходили непонятные волны опасности.

– Алик… По-моему, там никто не живет… – неуверенно проговорил я. – Вон как затхлостью прет из него.

– Ты думаешь? – Алик подошел к порогу. – Хозяева! Ау! Тут-тук-тук! Кто в теремочке живет?

На его крик никто не отозвался.

– Люди! – теперь уже мы кричали в унисон. – Люди! Здесь есть кто-нибудь?

В ответ – завывание метели.

– Так здесь нет никого, – сообразил Алик. – Поэтому-то и свет не пробивается, и вкусностями не пахнет… А раз так – идем внутрь. Переждем там снегопад. Может, и телефон разыщем.

– Думаю, это плохая идея.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6

Поделиться ссылкой на выделенное