Вадим Панов.

Бонсай

(страница 1 из 2)

скачать книгу бесплатно

Путь Самурая – это смерть.

В ситуации «или – или» без колебаний выбирай смерть. Это нетрудно. Исполнись решимости и действуй. Только малодушные оправдывают себя рассуждениями о том, что умереть, не достигнув цели, означает умереть собачьей смертью. Все мы желаем жить, и поэтому неудивительно, что каждый пытается найти оправдание тому, чтобы не умирать. Но если человек не достиг цели и продолжает жить, он проявляет малодушие. Он поступает недостойно. Если же он не достиг цели и умер, в этом нет ничего постыдного. Такая смерть есть Путь Самурая. Если каждое утро и каждый вечер ты будешь готовить себя к смерти и сможешь жить так, словно твое тело уже умерло, ты станешь подлинным самураем.

Тогда вся твоя жизнь будет безупречной.

* * *

– Знаешь, я все-таки возьму эту лилию.

– Непрактично, – заметила Галка. – Здесь одна луковица, а стоит она почти столько же, сколько три вот этих.

Ольга задумчиво повертела в руке пакет – действительно, один корень, посмотрела на картинку, изображавшую роскошный золотисто-красный цветок, и покачала головой:

– Он красивый.

– Непрактично, – повторила подруга.

– Красота стоит денег.

Галка хмыкнула, но ничего не сказала, лишь выразительно посмотрела на подругу. И было непонятно, что именно вызвало усмешку: упрямство молодой женщины или забитая до отказа тележка, в которой вперемешку лежали будущие лилии и хризантемы, георгины, гладиолусы и розы. Корешки, семена, рассада – создавалось впечатление, что Ольга собирается открыть оранжерею, что, впрочем, было не так уж далеко от истины. Три месяца назад она стала мамой, предстоящее лето планировала провести на даче, вот и решила приукрасить участок цветами.

– Ты хотела взять траву для газона, – напомнила Галка.

– Да. – Ольга в последний раз окинула взглядом полки и толкнула тележку: – Пойдем.

Огромный супермаркет сети «Мир садовода» был подлинным раем для любителей покопаться в навозе. Здесь они могли отыскать любую мелочь для услады души: саженцы, газонокосилки, удобрения, горшки, семена, шланги – в общем, все, что могло расти, и все, с помощью чего за растущим ухаживали.

– Какие красивые! – восхитилась Ольга, останавливаясь у полок с карликовыми деревцами. – Прелесть! Это бонсай?

– Ага, – со знанием дела подтвердила Галка. – Красивые, но дорогие, заразы!

– Они не вырастают?

– Нет. – Галка оставила свою тележку и подошла к полкам. – Комнатные растения.

– Фикусы.

– Да, тоже деревья.

– И тоже маленькие.

– Не в размере счастье.

Женщины переглянулись и одновременно прыснули.

– Мне Гера подарил бонсай на Восьмое марта.

– И как?

– Растет. – Галка медленно прошла вдоль полки. – Красивый.

– Осенью листья сбросит?

– Через полгода узнаем.

Женщины снова рассмеялись.

Галка, в отличие от подруги, садоводством болела по-настоящему, и новые растения в ее квартире появлялись не реже раза в месяц.

Она-то и подсказала Ольге, как приукрасить дачный участок.

– А это что?

– Где? – Галка подошла к деревцу, на которое указала подруга. – Это? – Прищурилась. – Впервые вижу.

Понравившееся Ольге деревце не было красивым, скорее – изящным. Основательный ствол, крепкие ветви – оно твердо стояло на земле, и весь его вид говорил о надежности и спокойствии. Ольга вдруг подумала, что налети сейчас ураган – не шелохнется бонсай, не вздрогнет, останется стоять, как стоял. И в то же самое время при взгляде на деревце не возникало ощущения простоты или грубости. Перед женщиной был не бункер, а замок – крепкий, неприступный, но элегантный. Изящный. А длинные узкие листья напоминали знамена, развевающиеся над башнями и зубчатыми стенами.

– Красота какая! – Галка восхищенно улыбнулась и прочитала надпись на ценнике: – «Сердце Самурая»! Никогда не слышала.

– Оно мне нравится, – зачарованно произнесла Ольга.

– Бонсай на открытый грунт не высаживают, – торопливо поведала знающая подруга. – Это комнатное растение.

– Ты говорила, – кивнула Ольга. Взгляд ее стал решительным и упрямым. – Беру! Будет стоять в доме.

– Зачем? У тебя даже кактуса нет. Колыванов твой надо мной смеется постоянно, цветы травой называет. Он ведь не любит домашние растения, да?

– Не любит.

Володя, муж Ольги, к цветам на подоконнике относился, мягко говоря, без энтузиазма и с удовольствием потешался над зеленым хобби друзей.

– Вот и чудненько. – Галка взглянула на цену, тихо ойкнула и открыла кошелек. – Не хватит… не хватит… – Посмотрела на свою тележку. – Ладно, удобрения не возьму и горшки… и лилии… В следующий раз заеду. – Перевела взгляд на подругу: – Одолжи…

– Я тебе его не отдам, – отрезала Ольга и взяла деревце в руки. – Не обижайся, Галка, но я его первая увидела.

– А Колыванов?

– Разберусь.

– Да ты знаешь, какого ухода требует бонсай? Это ведь целая наука!

– Справлюсь. Книжку куплю.

– А еще подруга называется. – На мгновение Галка насупилась, но тут же улыбнулась: – Ладно, огородница, подожди меня здесь, а я с продавцами поговорю. Может, у них еще один такой на складе завалялся?

И умчалась. И долго требовала от работников «Мира садовода» провести инвентаризацию, проверить запасники и поискать в других супермаркетах сети. Требовала, настаивала, даже ругалась, но все напрасно: к разочарованию Галки и удивлению менеджеров магазина, выяснилось, что бонсай «Сердце Самурая» прибыл в Москву в единственном экземпляре.

* * *

Быть слугой означает не что иное, как оказывать поддержку господину, вверяя ему все свои чаяния и отрекаясь от личной выгоды. Если посмотреть на мир, в котором все идет своим чередом, мы увидим многих людей, вкравшихся в доверие, надев личину преданности, мудрости и жизненного опыта. Но стоит господину уйти в отставку, как сразу же найдутся слуги, которые отвернутся от него и будут искать расположения нового повелителя. Об этом неприятно даже вспоминать.

Говорят, что для слуги в отношениях с хозяином главное – преданность. Хотя преданность может поначалу казаться тебе недоступной, в действительности она у тебя перед глазами. Если ты однажды решишь довериться ей, в то же самое мгновение ты станешь безупречным слугой.

* * *

– Как Мишка?

– Нормально. – Ольга улыбнулась. – Выбрасывает погремушки из кроватки.

– В смысле, они у него падают? – уточнил Володя.

– Нет. В смысле: привлекает к себе внимание.

– Здорово.

Муж усмехнулся, но Ольга видела, что веселья в его глазах нет. Да и вопросы о сыне Колыванов задавал, что называется, «на автомате», ответы выслушивал, но мыслями пребывал далеко-далеко. Где-то в бухгалтерских отчетах, деловых переговорах и проектах. В бизнесе.

Принадлежащая Володе фирма занималась поставками специфического железнодорожного оборудования, уверенно стояла на ногах, легко преодолев, а точнее, почти не заметив кризис девяносто восьмого года. В свое время Колыванов вычислил товар, спрос на который не зависел ни от времени года, ни от биржевых сводок, поднял дело с нуля и сумел занять нишу на рынке. Однако с недавних пор идеально отлаженная машина начала давать сбои: конкуренты действовали все более и более дерзко, активно теснили Колыванова с давно занятых позиций, и жизнь Володи стала походить на затянувшийся триллер. Жену Колыванов в подробности не посвящал, ограждал от проблем, но Ольга видела, что у него неприятности.

– Я с Галкой сегодня в «Мир садовода» ездила! Цветов набрала кучу, траву для газона. А то у нас на даче как-то нерадостно.

– Цветы? Правильно. Только грядок никаких не надо.

– Грядок не будет, – пообещала Ольга. – Зато представь: прямо возле дома розы растут, хризантемы, лилии…

– Представляю, – кивнул Колыванов. – Я это, после ужина поработаю в кабинете, лады? Надо кое-что просчитать.

– Договорились. – Ольга прижалась щекой к щеке мужа. – Вовка, у нас все в порядке?

– У нас все будет в порядке, – уточнил он. – Все будет хорошо.

– А ты не обидишься?

– На что?

– Я еще кое-что купила. Пойдем. – Она увлекла мужа на кухню и с гордостью показала на подоконник: – Смотри!

Володя уставился на деревце.

– Не нравится?

Колыванов не ответил. И Ольга неожиданно увидела, что взгляд Володи стал куда более внимательным и сосредоточенным, чем во время разговора за столом. Колыванов не просто смотрел на деревце, а разглядывал его – знакомился. Таким взглядом смотрят на человека.

– Бонсай, – произнес наконец Володя.

– Называется «Сердце Самурая».

– Красивое название, – кивнул после паузы муж. – И, кажется, правильное.

– Только не спрашивай, сколько он стоит, – попыталась пошутить Ольга.

– Неважно, – отрывисто ответил Колыванов. – Ты правильно сделала, что принесла его домой.

– Ты же не любишь комнатные растения, – улыбнулась Ольга. – Я думала…

– Он мне нравится, – тихо сказал Володя. – Он настоящий.

Ей показалось, или ветви действительно чуть склонились, словно завершая церемонию представления? Наверное, показалось: форточка приоткрылась, легкий ветерок заставил шевелиться листья.

Что и создало эффект поклона…


Так в доме Володи и Ольги поселился зеленый самурай. Молчаливый. Знающий себе цену. Неброский.

Надежный.

И в то же время – трогательный. Его окно выходило на южную сторону, и, когда весеннее солнце начинало припекать, деревце приходило в движение. Листья приподнимались, тянулись вверх, навстречу теплу и свету, крона становилась похожей на распушенную ветром копну сена и вызывала непроизвольную улыбку. Бонсай же, казалось, улыбался в ответ. Ближе к вечеру он успокаивался, как будто готовящийся ко сну человек, ночью затихал, а утром все начиналось сначала.

И кухня, бывшая до тех пор простым хозяйственным помещением – Ольга и Володя предпочитали обедать и ужинать в гостиной, – преобразилась. Она стала уютнее, домашнее, в ней хотелось задержаться, посидеть, помолчать, подумать. Ольга попросила Володю переставить стол к окну и частенько пила кофе или кормила сына, то и дело поглядывая на стоящее на подоконнике деревце, наслаждаясь ощущением покоя. Тем редким ощущением, что появляется, когда рядом с тобой друг.

А самое удивительное, что маленький Мишка, дотянувшийся однажды до деревца, не попытался, как это принято у детей, оторвать лист, а только погладил бонсай. Погладил – и весело засмеялся, словно ощутив ответное прикосновение.


– Что скажешь, Олег?

– Все плохо.

– Черт бы побрал твою честность.

– Хотел услышать ложь?

– Нет, не хотел. – Колыванов угрюмо посмотрел на коммерческого директора своей фирмы. – Еще кофе?

– Давай.

Олег только что прилетел из Екатеринбурга, с важных деловых переговоров, и сразу же примчался к шефу, дабы лично донести плохие новости: к конкурентам уплывал крупный контракт. Была поздняя ночь, а потому мужчины, не желая беспокоить домашних, расположились на кухне. Полусонная Ольга сварила кофе и немедленно вернулась в кровать: времени на сон у молодой мамы не очень много.

– «Yellow Road» скинула еще десять процентов и дает гарантию на три года.

– Нам будет трудно предложить такие же условия.

– Исходя из того, что я знаю, – почти невозможно. – Олег размешал сахар в чашке с кофе. – Я думаю, «Yellow Road» не получит прибыль от этой сделки. Они предложили столь щедрые условия только для того, чтобы вышибить нас с рынка.

– Если потеряем контракт с Уральской дорогой, будет нелегко, – буркнул Володя.

– Угу. – Олег отхлебнул кофе. – Красивый бонсай.

– Ольга купила.

– Моя тоже просит. – Еще один глоток кофе, и Олег вернулся мыслями к текущим проблемам: – Такие, Володя, дела…

Но при этом продолжал смотреть на деревце.

Колыванов тоже перевел взгляд на «Самурая», на уверенную фигуру, возвышающуюся на подоконнике, напоминая воина, стоящего на крепостной стене. На маленькое растение, всем своим видом демонстрирующее, что следует оставаться твердым и сохранять спокойствие в любых обстоятельствах.

«Это просто дерево!»

Показалось или листья затрепетали? Пришли в движение, словно от прикосновения несильного ветерка. Сквозняк? Вряд ли. Вчера вечером погода испортилась, стало холодно, и Ольга плотно закрыла форточку. Сквозняка быть не может, но… листья волновались, а теперь к ним присоединились и ветви! Чуть вверх, чуть вниз, чуть в сторону… ветви задавали темп, направление, а листья формировали причудливый узор танца, увлекающего взгляд наблюдателя плавностью и изяществом.

«Дерево живет своей жизнью? Что за черт? От усталости мерещится?»

Колыванов усмехнулся, отвел взгляд от «Самурая» и пару мгновений разглядывал кофейную гущу на дне чашки.

«Погадать, что ли? В моих обстоятельствах остается только гадать, как „Yellow Road“ умудряется действовать с такой потрясающей точностью…»

Тяжело вздохнул:

– Такое впечатление, будто в «Yellow Road» знают обо всех наших замыслах.

– Это я им рассказываю.

Сначала он даже не понял, ЧТО услышал. Мозг отказался принять признание всерьез. «Только не Олег!» Поэтому реакция запоздала почти на две секунды.

– Что ты сказал? Что?!

Олег молчал. Не шевелился. Не моргал. Смотрел на бонсай пустыми-пустыми глазами.

«Он что, принял наркотик? Нет, не может быть! Олег нормальный мужик, дрянью не балуется!»

А Олег все смотрел на деревце. На танцующие ветви. На затягивающий сознание узор, который рисовали листья. Смотрел и не шевелился, будто загипнотизированный.

Володя взял себя в руки. Как получилось, что бонсай загипнотизировал Олега, можно выяснить позже. Сейчас же следовало воспользоваться неожиданно возникшей ситуацией.

– Что ты сказал?

Молчание.

«Нужен правильный вопрос, – понял Колыванов. – Попробуем сначала».

– Такое впечатление, будто в «Yellow Road» знают обо всех наших замыслах.

– Это я им рассказываю.

– Давно?

– Два месяца.

«Как раз тогда и начались проблемы! Какой же я идиот! Даже не задумывался о возможности предательства!»

Неподвижный Олег терпеливо ожидал следующего вопроса, его глаза не отрывались от танцующих листьев. Володя потер лоб. «Скорее! Скорее!! Надо узнать самое важное! Понять, как глубоко они влезли в дела фирмы!»

– Они спрашивали о наших взаимоотношениях с поставщиками?

– Спрашивали. Я рассказал все, что знал.

«А знал ты, голубчик, не так уж и много». Колыванов похвалил себя за предусмотрительность: переговоры с производителями редкого оборудования он вел самостоятельно, не подпускал к ним даже самых близких помощников, и, как выясняется, не зря. Купив Олега, «Yellow Road» не получила доступ к основной информации и не узнала, что Колыванов может сделать уральцам еще более выгодное предложение.

Что ж, предатель выявлен, что делать дальше – понятно.

– Олег, почему ты это сделал?

– Мне предложили должность вице-президента и долю в предприятии. А ты, жадный урод, все гребешь под себя. Что тебе стоило поделиться десятью процентами акций?

Ответить Колыванов не мог.

Сеанс гипноза закончился минуты через две после последнего вопроса. Бонсай успокоился, обессиленные листья мягко легли на ветви, Олег тряхнул головой, поморгал и недоуменно посмотрел на закурившего Володю.

– Ты что-то сказал?

– Нет. Ничего.

– Странно. – Олег потер лоб. – Мне показалось, что я вырубился на какое-то время.

– Не заметил, – тихо произнес Колыванов. – Ты пил кофе и молчал. Я не мешал. Было о чем подумать.

– Устал, наверное, – криво улыбнулся Олег. – Все эти перелеты, переговоры… вымотался. Володь, я, пожалуй, поеду домой.

– Да, так будет лучше. – Колыванов посмотрел на неподвижное деревце и повторил: – Так будет лучше.

* * *

Высказывать людям свое мнение и исправлять их ошибки очень важно. В этом проявляется сострадание, которое больше всего помогает в вопросах служения. Однако делать это очень трудно. Прежде чем выразить человеку свое мнение, подумай о том, в состоянии ли он его принять. Позаботься о том, чтобы он получил твой совет, как получает воду тот, кто изнывает от жажды, и тогда твое наставление поможет ему исправить ошибки.

* * *

Первую половину следующего дня Володя посвятил делам фирмы. Он связался с производителями и выбил из них дополнительную скидку на очередную поставку, пообещав увеличить объем закупок. Он созвонился с уральцами и убедил их выслушать еще одно предложение, специальное и очень выгодное, лично от него. Он приказал Олегу заняться подготовкой к следующему конкурсу, который должен был состояться через два месяца – не следовало сразу показывать конкурентам, что шпион раскрыт. И только к обеду, убедившись, что контракт с уральцами практически у него в кармане, Колыванов вернулся к главному вопросу.

Бонсай.

Гипноз, которому подвергся Олег, – случайность или нет? Действительно ли деревце способно влиять на людей, или ночное происшествие стало следствием уникального стечения обстоятельств? Мог ли уставший и голодный Олег потерять контроль над собой, «вырубиться» и разболтать тайну? Или все дело действительно в «Сердце Самурая»? Ответ следовало получить как можно быстрее, ведь деревце находится на видном месте, на него смотрит Ольга, на него смотрит маленький Мишка – не получится ли так, что бонсай навредит их здоровью? Колыванову требовался хороший консультант, и он подключил все свои связи, дабы выйти на нужного человека – у солидного человека всегда под рукой толстая записная книжка. С кем-то познакомился на светском приеме, с кем-то на премьере, на чьем-то дне рождения, на тренировке в спортивном зале или в ложе почетных гостей на финале Кубка. А друзья солидного человека всегда готовы помочь и подключить своих знакомых, а те – своих… в общем, всего через час Володя узнал телефон одного из совладельцев сети «Мир садовода», позвонил и договорился о встрече. Колыванов не стремился выйти именно на этого человека, его бы устроил любой квалифицированный специалист, но решил, что в сложившихся обстоятельствах лучшего варианта и быть не может – люди, продавшие Ольге «Сердце Самурая», должны знать о нем все.


Денис оказался подтянутым веселым мужиком примерно одного с Володей возраста. Не снобом, не педантом, без конца посматривающим на часы, нормальным мужиком – а потому они быстро перешли на «ты». К тому же, к легкому удивлению Колыванова, Денис вызвался сам ответить на вопрос.

– Я думал, ты эксперта какого-нибудь вызовешь.

– У меня два образования, Володя, экономическое, но это Гарвард… закончил три года назад. А первая любовь – биология. – Денис усмехнулся. – Я ведь доктор наук.

– Ты?

– Удивлен?

Огромный, отделанный натуральным дубом кабинет. Колоссальных размеров письменный стол, построенный первоклассными мебельщиками по специальному заказу, напоминал небольшой редут. Глубокие кресла, из-за стеклянных дверец книжных шкафов важно поблескивают позолоченные корешки.

– Я, между прочим, до сих пор свою старую лабораторию спонсирую. И принимаю участие в разработках.

Доктор наук? Почему нет? Колыванов улыбнулся:

– А я всего лишь кандидат.

– В чем?

– Математика.

– Наш человек. – Денис вопросительно поднял брови: – Коньячку? За знакомство.

– Охотно.

– Лена, будьте добры: два кофе и коньяк. – Хозяин кабинета отключил интерком и вновь посмотрел на гостя: – Сергей сказал, что у тебя какая-то растительная проблема?

– Купил странный бонсай.

– Что в нем странного?

– Никто не может сказать, что это за дерево.

– Бывает, – махнул рукой Денис. – Проблема-то в чем?

– Я хочу узнать.

– И все?

– И все.

Доктор наук хмыкнул, кивком поблагодарил вошедшую с подносом девушку, разлил, на правах хозяина дома, коньяк – «За знакомство!» – и, закусывая лимонной долькой, осведомился:

– Фотография есть?

– Конечно! – Колыванов передал Денису диск с файлами. Бонсай он снял утром, собираясь на работу, сделал с десяток фотографий с разных сторон и на разном расстоянии.

– Посмотрим, что за зверь вырос…

Денис жестом попросил Володю вновь наполнить бокалы, а сам открыл первый файл.

И замолчал.

– Узнал зверя? – поинтересовался Колыванов.

Денис оставил вопрос без ответа. Быстро просмотрел остальные фотографии, задерживаясь на крупных планах, после чего откинулся на спинку кресла, сцепил на животе руки и в упор посмотрел на Володю:

– Где ты его взял?

– Купил. Жена купила.

– Где?!

– В вашем… в одном из твоих магазинов.

– В моем магазине?!

– Да.

Денис крякнул. Денис взлохматил идеально причесанные волосы. Денис взял свой бокал и, не чокаясь, без тоста, опрокинул коньяк в рот. Денис вновь сцепил руки на животе и покачал головой:

– Уволю. Всех уволю к … матери. Идиотизм! Разучились работать. Или никогда не умели?

Рано или поздно любого руководителя посещают подобные мысли, а посему Колыванов слушал речь доктора наук с пониманием.

– Володя, ты не поверишь: тупость повальная. Ботаники хреновы! МГУ заканчивают, Тимирязевку заканчивают, а ни черта не знают! Пять лет в клубах потусуются, потом приходят и хотят работать типа «по специальности». Ну как же! Ведь в ботанике разбираются! Еще зарплату требуют, гады! Черт! Смешно сказать: каждый знает, как обустроить Россию, готов часами обсуждать эту тему, а на своем собственном месте – полный профан! Ничтожество! Был у меня один специалист по концептам в рекламном отделе. Пень пнем, даром что волосы длинные. «Давай, говорит, будем спонсировать команду знатоков. Прославимся!» Я его взял, чтобы он людей в магазины привлекал, а он прожекты пишет.

– Выгнал?

– Выгнать-то выгнал, но с кем работать? Люди разучились любить свое дело, свою профессию! Ничем не интересуются, кроме денег! Зато каждый считает, что я ему не доплачиваю…

– Зубы мне не заговаривай, – попросил Колыванов. – Что за траву я купил?

Денис вновь разлил коньяк, но брать бокал не стал. Внимательно посмотрел на Володю. Оценивающе посмотрел, как на деловых переговорах.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное