Вадим Панов.

И в аду есть герои

(страница 7 из 32)

скачать книгу бесплатно

– Надо просто захотеть.

Девушка с улыбкой посмотрела на своего друга, окутанного золотистым сиянием:

– Я могу!

– Я знаю, любимая!

Ее рука проникла в черную поверхность зеркала и дотронулась до чего-то теплого, нежного, желанного.

* * *
Цитадель, штаб-квартира Великого Дома Навь
Москва, Ленинградский проспект,
30 июля, понедельник, 20.17

– А что ты скажешь вот об этом всплеске? – поинтересовался Тамир, указывая на монитор.

Доминга, высокий нав, к которому обращался Тамир, молча подошел к столу и прищурил черные глаза:

– Ты специально ищешь самые слабые проявления магической энергии?

– Ты сам поспорил, что сможешь определить, какое заклинание работает, только по показаниям монитора, – ухмыльнулся Тамир. – Девять случаев из десяти, и две сотни на кону. Один прокол у тебя уже был.

– Поспорил, поспорил, – проворчал нав, потирая виски.

Доминга, опытнейший маг-предсказатель, и шас Тамир Кумар, специалист по теории вероятностей и математической логике, а также великолепный компьютерщик, составляли знаменитую пару «ласвегас» – команду личных аналитиков комиссара Темного Двора. Двухъярусный кабинет в Цитадели, который они занимали, представлял собой удивительно запутанное сочетание компьютерной барахолки и антикварного склада. Многочисленные мониторы, серверы и системные блоки мирно уживались в нем с бронзовыми конструкциями, ретортами, порошками в причудливых колбах и старинными манускриптами. «Ласвегасы» работали на сочетании магии и современных технологий и считались лучшими в Тайном Городе специалистами в этой области.

Сейчас они занимались в общем-то несвойственным для себя делом: маялись дурью со скуки. Доминга высказался в том смысле, что сможет сам, без помощи «железа», вычислить, на какое заклинание расходуется магическая энергия в любой точке Тайного Города. При этом нав неосмотрительно не уточнил нижний предел мощности всплеска, и Тамир, жаждущий проучить напарника, запустил все сканеры и тщательно следил за всеми строящимися в Тайном Городе арканами, выдергивая для Доминги самые незначительные импульсы. Тотальное сканирование стоило очень недешево и использовалось крайне редко, в исключительных случаях, но в Темном Дворе не считали расходы «ласвегасов», и аналитики могли себе позволить легкое развлечение в качестве тренировки.

– Ну что? – Шасу надоело ждать. – Записываем прокол? Наличные у тебя с собой?

– Размечтался! – Доминга открыл глаза. – Кто-то решил скрасить вечерок и вызвал инкуба.

– Инкуба? – недоверчиво переспросил Тамир. – Кому нужны инкубы? Только энергию зря переводить!

Любвеобильные духи, временно обретающие плоть под действием несложного заклинания, пользовались большой популярностью в Средние века. В последнее время маги, как правило, предпочитали натуральных партнеров.

– Нельзя быть таким меркантильным, – покачал головой нав. – Во-первых, натурам, склонным к романтике, свойственно искать идеал, а когда таковой не находится, создание инкуба – единственно возможный выход.

– Тоже мне выход.

– Я же сказал, натурам, склонным к романтике.

Тебе этого не понять. – Доминга потянулся. – А во-вторых, качественно вызванный инкуб имеет массу достоинств по сравнению с реальным любовником.

– Каких же?

– Например, он не храпит после секса, – засмеялся нав. – Просто делает свое дело и растворяется.

– Много ты понимаешь в сексе, – проворчал шас. – Нет ничего более приятного, чем всхрапнуть часок после любви. Самый сладкий сон, между прочим, эрлийцы очень рекомендуют.

– Ты лучше проверь всплеск, герой-любовник, – предложил Доминга. – И деньги заодно приготовь.

– А чего их готовить, надо сначала проверить. – Тамир постучал по клавиатуре, запуская программу обработки магического импульса, увеличил мощность сканеров и тщательно разложил полученный с Гольяновской улицы сигнал. Стоимость энергии, которая ушла у шаса на эту хитрую операцию, в восемь раз превышала стоящую на кону сумму. Получив результат, Тамир пару секунд изучал таблицу, а потом вздохнул: – Ты прав, действительно инкуб.

– Никогда не спорь с навом на деньги, – поучительно произнес Доминга, бережно пряча в бумажник полученные от шаса купюры. – Тем более с навом-предсказателем.

– Знаю я твои предсказания. – Кумар побарабанил пальцами по столешнице. – Что это за идиотка живет на Гольяновской? Не могла нормального мужика в гости позвать?

– Какая разница? – махнул рукой Доминга. – Может, удвоим ставки?


…Он был напорист и робок. Он был агрессивен и нежен. Он был неутомим. Он был таким, каким Лешенька никогда не был. Он был таким, каким Вероника хотела Лешеньку видеть. Он был ее мечтой, ожившей мечтой. Он раз за разом выводил Веронику на пик блаженства. Он вдыхал ее сладкие стоны и дарил ей свое тепло. Он целовал ее губы и шею, он целовал ее волосы и плечи, он целовал ее руки и глаза. Ее прекрасные глаза, наполненные густым золотистым сиянием.

Он был мечтой.

Он не мог быть чем-то другим.

* * *
Клуб «Ящеррица»
Москва, Измайловский парк,
30 июля, понедельник, 22.48

Отмечать возвращение Кортеса и Яны наемники отправились в клуб «Ящеррица», самое шумное и самое праздничное заведение Тайного Города. Если торговлю и финансы прочно держали в своих руках шасы, то вся сладкая жизнь: азартные игры, проституция и прочие милые развлечения, наполняющие наше существование подлинным смыслом, – контролировалась концами, небольшой веселой семейкой, входящей в Великий Дом Людь. Невысокие, склонные к полноте, абсолютно лысые концы инстинктивно находили подходящее развлечение для представителя любой расы: одним предлагались карточные столы «Реактивной куропатки», другим – гурманское меню огромного ресторана «Для желудка», третьим – гладиаторские бои в «Красном Колледже», и даже отпетые меланхолики, склонные к маниакально-депрессивному психозу, охотно тратили деньги в баре «Угрюмая пауза», наслаждаясь суицидальными балладами осов. Законы шоу-бизнеса концы впитывали с молоком матери, но даже среди них управляющий клубом «Ящеррица» Птиций считался непревзойденным специалистом по организации экстравагантных и необычных шоу. Как и все концы, он обладал легким характером, неутомимым сексуальным аппетитом, обожал яркую одежду, драгоценности и, разумеется…

– А женщины там были? – жадно поинтересовался он. – Полинезийки? Такие, знаешь, губастенькие дикарки.

– Откуда женщины, Птиций? – улыбнулась Яна. – Это необитаемый атолл. Мы прилетели туда на гидросамолете.

– А где вы жили? В гамаках под пальмами?

– Там есть бунгало.

– С полинезийскими горничными?

– Никаких аборигенов. Только я и Кортес.

Птиций недоуменно покрутил круглой лысой головой:

– А кто вам заправлял постели? Кто готовил еду?

– Мы сами.

– Форменное безумие.

– Иногда горничные ужасно достают, – зевнул Артем.

Управляющий поправил ярко-красный галстук, приятно дисгармонирующий с нежно-голубой рубашкой и оливковым пиджаком, и бросил на Яну долгий взгляд: загорелая девушка, одетая в плотно облегающее подтянутую фигурку максимально открытое белое платье, выглядела необычайно соблазнительно.

– Яна, неужели ты настолько боишься конкуренции, что вынуждена прятать Кортеса на необитаемых островах?

– Мы ездили отдыхать, Птиций, а не развлекаться, – пояснил наемник, лаская в руках бокал с коньяком. – Но в любом случае конкуренции Яна не боится. – Он помолчал. – Я тоже.

– Не сомневаюсь. – Конец отвел взгляд от девушки и, звякнув многочисленными кольцами, поднялся из-за стола. – Приятно видеть, что вы, вернувшись из медвежьего угла, первым делом навестили мое скромное заведение. Если что-нибудь потребуется, я к вашим услугам.

И его невысокая пухлая фигурка растворилась в полутемном зале.

– Звук выключи, – пробубнил ему в спину Кортес, но было поздно.

Звуки, доносящиеся со сцены, были действительно своеобразными: в славящейся яркими шоу «Ящеррице» шло выступление хора поющих химер «Каменные ноты». Несколько месяцев назад неугомонный Птиций, вечно изобретающий, чем удивить посетителей, взял в аренду у чудов два десятка истуканов помельче, пригласил толкового хормейстера и обучил уродцев стройно попискивать в такт музыке. Учитывая, что последний раз живые химеры появлялись в городе около двухсот лет назад, народ валом повалил в клуб, но первое выступление хора ознаменовалось большим конфузом: истуканы ужасно застеснялись публики, постоянно выпадали из ритма, и если бы не развеселившие посетителей трепыхание декоративных каменных крыльев и жалобные ужимки, дебют можно было бы признать провальным. Птиций решил было преподнести труппу как комическую, но химеры неожиданно распелись, перестали теряться на сцене, а их необычайно высокие голоса нашли своих поклонников, обеспечивающих на редких выступлениях уродцев полный аншлаг.

Кортес к числу любителей каменного писка не относился.

– Варьете сегодня предусмотрено? – недовольно поинтересовался он, поморщившись, когда солист хора взял особенно высокую ноту и компания рыжеволосых чудов за соседним столиком разразилась бурными аплодисментами.

– Варьете здесь предусмотрено всегда, – ответила Яна, потягивая коктейль. – Но оно не имеет ничего общего с искусством. Прислушайся, постарайся понять прекрасное.

– Надо было спросить у Птиция, где он хранит это прекрасное в перерывах между концертами, – проворчал Кортес. – В подвале?

– Украшает ими парк вокруг «Ящеррицы», – рассмеялся Артем. – Химерам-то до лампочки, где стоять, а публике приятно – искусство.

– Не сомневаюсь, что ты поступил бы именно так, – протянула Инга.

Хрупкая, тоненькая девушка была отчаянно похожа на школьницу, непонятно каким образом попавшую в ночной клуб. Это впечатление особенно усиливали заведенные за уши гладкие рыжие волосы и невинный взгляд темных, почти черных глаз, и в принципе оно было справедливым: Инге еще не исполнилось и двадцати. Но девушка являлась неплохим магом и даже успела поучаствовать в одной очень опасной и запутанной авантюре, из которой сумела выбраться лишь благодаря заступничеству наемников. Ее положение в команде было двойственным: с одной стороны, рыжая являлась подругой Артема, принимала участие в нескольких несложных операциях, но ничем особенным себя еще не проявила, и все понимали, что в глазах Кортеса Инга пока еще «свободный агент, периодически привлекаемый к выполнению контрактов». Не более.

Пищание со сцены усилилось.

– Может, поедем в «Три педали»? – предложил Кортес.

– Мне, кстати, тоже не нравятся эти, с позволения сказать, артисты, – прогудело за его спиной. – Вы позволите к вам присоединиться?

Рядом со столиком наемников, отгородив его от сцены, подобно Кавказскому хребту, появилась массивная, как пассажирский трамвай, фигура приставника. Косматая голова гиганта, поросшая длинными спутанными волосами и густой бородой, гордо возвышалась примерно в восьми футах над полом, а его длинные руки могли украсить собой экскаватор средней мощности.

– Христофан, – улыбнулся Кортес. – Рад тебя видеть.

– Взаимно, дружище, взаимно.

Приставник уселся на скрипнувший стул – наемникам пришлось слегка потесниться – и щелкнул толстенными пальцами, сухой треск напомнил пистолетный выстрел и на мгновение заглушил хор. Ожидавший знака официант немедленно выставил на стол бутылку дорогого коньяка.

– Если вы не против, господа, хочу угостить вас лучшей выпивкой, которая нашлась в этом заведении. – Христофан ловко откупорил бутылку и разлил по бокалам янтарную жидкость. В воздухе поплыл чудный аромат выдержанного напитка. – Коньячку почти сто лет!

Артем удивленно кашлянул: их последняя встреча с приставником не давала оснований полагать, что он первым протянет наемникам руку. Скорее наоборот, Христофан вполне мог считать себя обиженным достаточно жестким поведением челов. Правда, это было давно.

– Выпьем и забудем все маленькие эпизоды, которые омрачали нашу дружбу! – провозгласил гигант и, отправив коньяк в длительное путешествие по своему необъятному животу, удовлетворенно крякнул.

Кортес и Артем вежливо последовали его примеру, в отличие от девушек, которые, переглянувшись, не стали отказываться от выбранных ранее напитков. Впрочем, приставник сделал вид, что не заметил этого.

– Приятно вот так, с душевной теплотой и ненавязчивостью, обрести, казалось бы, давно утерянных друзей, – принялся разглагольствовать гигант. – Вы не будете против, если я оплачу ваш ужин?

– Знаешь, Христофан, – пробурчал Кортес, – будет гораздо лучше, если ты прямо скажешь, чего тебе от нас надо.

На фоне косматого здоровяка атлетичные формы наемников потеряли большую часть внушительности, Кортес и Артем выглядели рядом с ним зелеными юнцами. А хрупкая Инга и вовсе стала похожа на хорошенькую куколку, которую Христофан зачем-то вытащил из кармана.

– Почему ты решил, что мне от вас чего-то надо? – немного обиженно поинтересовался приставник.

– Мама воспитала меня циничным, – признался Кортес. – Мне действительно было приятно, когда ты предложил забыть тот маленький эпизод, который омрачил нашу дружбу. И я с удовольствием забуду о нем. Но… – Наемник пошевелил пальцами и улыбнулся. – Ты плохой актер, Христофан.

– В самом деле? – уныло вздохнул гигант.

– В самом деле, – подтвердил Артем. – Колись, Христофан, что надо?

Приставник медленно обвел взглядом наемников, задержавшись на изящных антикварных сережках, украшавших уши Яны, и проворчал:

– Моя семья хочет предложить вам контракт. Очень хороший контракт, дорогой. Ради того, чтобы вы взялись за это дело, мы приняли решение отойти от корпоративных правил и предложить вам суперплату!

– Это какую же? – поднял брови Артем.

– Любой клад по вашему выбору, – серьезно ответил Христофан. – Абсолютно любой.

Семейным бизнесом приставников, входящих в Великий Дом Людь, была охрана зарытых в землю кладов. За это им причитались десять процентов от спрятанных сокровищ, и косматые гиганты считались в Тайном Городе весьма денежными мужиками. Но чтобы они пошли на нарушение собственных порядков! Суровые корпоративные правила запрещали приставникам распоряжаться кладами по своему усмотрению, и тем удивительнее было щедрое предложение Христофана. С другой стороны, наемники не страдали от отсутствия заказов. Чтобы заставить Кортеса отложить все свои дела и вплотную заняться новым контрактом, требовалось нечто большее, чем заурядные деньги, а значит, семья приставников была крайне заинтересована в участии наемников.

Первой установившуюся за столиком тишину нарушила Инга:

– Ух ты!

– Гм, клад, – протянул Кортес, недовольно покосившись на рыжую, – знаю я ваши обещания. Сначала посулите груды сокровищ, а потом приведете к маленькой кубышке с серебряной мелочью и будете пыхтеть от гордости, что подарили клад.

– Когда это мы приводили тебя к кубышке? – возмутился приставник. – Клад сам выберешь, какой пожелаешь! Мы тебе даже примерную оценочную стоимость подскажем.

– Во-во, оценочную, – не унимался Кортес. – А потом выяснится, что вы сами его и оценивали. На глазок. Знаешь, как я намучился с нашими предыдущими сокровищами?

– И как у тебя совести хватает об этом вспоминать?

Массивный кулак Христофана со всего размаху опустился на столешницу, вызвав легкое землетрясение в окрестностях: у меломанов за соседним столиком подпрыгнули тарелки, проходящий мимо официант споткнулся, а завывающий на сцене солист сфальшивил. Но на Кортеса агрессия гиганта не произвела особого впечатления.

– А почему бы не вспомнить, если уж зашел разговор? – пожал плечами наемник. – Я ведь еле-еле те побрякушки пристроил, с трудом нашел идиота…

– Уж не меня ли ты имеешь в виду? – прищурилась Яна, на шею и пальцы которой Кортес и «пристраивал» извлеченные с помощью приставника драгоценности.

Инга прыснула, Артем закусил губу и отвернулся, Кортес понял, что увлекся:

– А в общем, ты прав, Христофан, – задушевно проворковал он, дружески стукнув приставника кулаком в бок. – Чего ворошить прошлое? Мы ведь просто шутим.

Кортес жалобно посмотрел на Яну. Девушка демонстративно отвернулась.

– Чего только не скажешь, когда говоришь о деньгах…

В Тайном Городе открыто судачили о том, что в умении торговаться Кортес на голову превосходил даже прирожденных торговцев – шасов. Те особо не спорили, но указывали на то, что наемник слишком много времени проводит с известными своей жадностью навами, а челы вообще быстро учатся. Особенно плохому.

Гигант крякнул, покрутил косматой головой, налил себе еще коньяку и грустно вздохнул:

– Не были бы вы лучшими наемниками, никогда бы к вам не обратился.

И, подтверждая эти слова, янтарная жидкость радостно провалилась в глубокую глотку приставника.

– Не были бы мы лучшими, мы бы себя так не вели, – рассудительно заметил Кортес. – Так в чем проблема, Христофан?

– То есть вы согласны?

– Не делай вид, что искренне считаешь нас идиотами, – вставил свое слово Артем. – Мы можем обидеться.

– Мы не возьмемся за контракт, пока не узнаем, в чем он заключается, – закончила Яна. – Ни за какие деньги.

– Совсем ни за какие?

– В чем проблема, Христофан? – повторил Кортес.

Приставник погладил косматую бороду, вытащил из кармана черную пирамидку оберега Темного Двора и повернул ее вокруг основания. Теперь столик наемников был абсолютно защищен от любых методов прослушивания, включая даже чтение по губам – навы давали полную гарантию на свои артефакты.

– Вы когда-нибудь слышали об Этнических Яйцах?

Наемники отрицательно покачали головами.

– Поразительная безграмотность, – вздохнул Христофан. – А фамилия Фаберже вам о чем-нибудь говорит?

– Говорит, говорит, – кивнул Кортес. – Ты решил открыть ювелирный магазин?

– Не в этом дело… – Приставник задумчиво повертел в руках пустой стакан и отставил его в сторону. – В позапрошлом веке Карл Фаберже был очень знаменит…

– Он и в этом веке ценится.

– Я знаю. – Христофан пожевал губами, отчего густая копна волос на его подбородке пришла в движение. – Все работы Фаберже наперечет. Оно и понятно – гений ведь! Но об одной его коллекции мало кто слышал…

– Этнические Яйца. – Артем налил себе сок. – Странное название.

– Зато точное. – Приставник, недовольный тем, что его перебили, стрельнул в наемника глазами. – Это пасхальные яйца, сделанные из белого золота и украшенные драгоценными камнями. Их шесть, по числу континентов. Внутри каждого яйца находится символическая фигурка жителя континента, негр, китаец, индеец…

– С названием понятно. – На этот раз несчастного гиганта перебил Кортес. – Чем они ценны? Помимо того, что их делал Фаберже?

Христофан упрямо засопел:

– Фигурки выполнены с замечательным мастерством, даже одеты в соответствующие одежды, отражающие…

– Если у тебя есть фотографии этих штучек, этого будет вполне достаточно. – Кортес был настроен на деловой лад, хотя, возможно, его просто раздражало непрекращающееся пищание химер.

– Фотографий нет, – буркнул приставник, – поэтому и описываю так тщательно. – Он налил себе еще коньяку и выпил. – Эх, челы, челы, понимания в вас нет. Один голый расчет. А ведь тут искусство! Красота неописуемая, и сделано гениально! Вы все на деньги меряете, а ведь такими вещами наслаждаться надо! Фигурки эти как живые! Чуть не дышат!

– Здорово, – прошептала Инга. – И сколько они стоят?

– Один клад, – так же негромко ответил Артем. – Один любой клад.

– Мне довелось видеть Этнические Яйца – прелесть необычайная, – нежно продолжил гигант. – Поэтому я и хочу собрать у себя все шесть штук.

– Из любви к искусству, – с улыбкой обронил Кортес.

– К великому искусству, – поправил Христофан наемника. – Ты, чел, еще гордиться должен тем, что творения твоего соплеменника так ценятся среди разумных рас.

– А почему об этой коллекции мало кто знает? – осведомилась Яна.

– Карл Фаберже делал ее для частного лица, – скупо ответил приставник. – И клиент запретил ювелиру упоминать об этом заказе где бы то ни было.

– Христофан, – вздохнул Кортес, – я тебе уже говорил сегодня, что ты отвратительный актер?

– Ты говорил, что я плохой актер.

– Это то же самое, – махнул рукой наемник. – Врать ты не умеешь.

– Почему?

– Откуда мне знать? – рассмеялся Кортес. – Ты уже проговорился, что нас хочет нанять семья. Вряд ли все приставники так озаботились твоим отношением к великому искусству.

– Все знают, что корпоративные правила запрещают вам раздавать клады направо-налево, – вклинился в разговор Артем. – И вдруг ты приходишь, просишь найти шесть заурядных побрякушек, которых у вас в каждом сундуке сотни, и с легкостью предлагаешь за них любой клад.

– И при этом еще смеешься над разумом челов, – поддакнула Инга.

– Ну, это мелочи, – великодушно улыбнулся Кортес. – Не сходится, Христофан, ты запутался, но это только подогревает мой интерес. Зачем вам Этнические Яйца?

– А тебе не все равно? – насупился приставник. – Я тебе хороший контракт предлагаю, чего ты в душу лезешь?

– Мы уже говорили, что не беремся за работу до тех пор, пока не будем полностью уверены в ситуации, – спокойно ответил Кортес. – Как ты понимаешь, Христофан, мы можем себе позволить не бросаться за каждой костью, которую нам предлагают. Во многом благодаря этому, – наемник веско поднял указательный палец, – мы всегда выполняем свои контракты.

– И поэтому ты лучший.

– Мы лучшие, – поправил приставника Кортес. – Мы – команда. И если ты хочешь сотрудничать с нами, то расскажи, пожалуйста, всю правду.

– Правду… – Христофан тоскливо оглядел челов, вздохнул и сжал громадный кулак. – Это корпоративная тайна. Вы готовы официально подписаться под ее неразглашением?

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Поделиться ссылкой на выделенное