Вадим Еловенко.

Иверь

(страница 5 из 26)

скачать книгу бесплатно

   Я непослушными пальцами взял винтовку за цевье и приклад. Приложил к плечу. Нащупал включение прицела. Окошко прояснилось, и я постепенно увидел происходящее на поле. Десантура «чистила» площадку, вырезая всех, до кого могла дотянуться. Их броня матово светилась в моем прицеле.
   Чуть нажав на курок, я захватил цель и немедленно выстрелил. Отдача дернула, но несильно. Посмотрел в прицел и увидел, что цель поражена. Еще раз навел – на другого уже. Снова пуск. Этому повезло… Руку оторвало по плечо. Взял третью цель, «погасил» и ее. Капсула не выпустила спасателей, что наверняка были внутри. Она не забрала и раненого, а, без колебаний врубив реактор на полную и следом генераторы гравитационного поля, пошла вверх.
   Я, не задумываясь, спрыгнул с крыши во двор, больно отбив ступни, и побежал к уже опускающемуся мосту. Выскочил к торговому посту и еще раз в прицел оглядел поле. Три трупа в защите и несчетное количество мертвых рабов. Костры, потухшие или разметанные потоком из турбин, уже не освещали ничего, и в прицел я видел лишь то, что фиксировал компьютер. Подбежал к первому. Без головы. Мерзко. Второй был с пробитой на груди броней. А третий, безрукий, еще шевелился.
   Ко мне, запыхавшись, подбежал Инта, и я криком послал его обратно за аптечкой. Он убежал, а я, уже почти не брезгуя, осмотрел рану. Да, парень, думал я, даже на Земле из такого не регенерируют. Хорошо, что крови почти не потерял. Импульсом мясо было буквально зажарено. Кусок кости, что торчал из месива, тоже был обожженным.
   Десантник потянулся за ножом, валявшимся невдалеке, но я приставил ему к горлу ствол винтовки и сказал по-русски:
   – Не суетись, малый. – Десантник обмяк, затуманенным от боли взором пытаясь рассмотреть меня.
   Прибежал Инта. Я взял у него аптечку и быстро нанес на зажаренное мясо клей. Он восстановит ткань, удалив омертвевшую из-под себя. Видя, что десантник бледнеет, а его сведенный судорогой рот готов уже не сдерживаясь завопить, я вколол ему «тушитель», прозванный так за то, что вместе с болью он гасит и сознание.
   Приказав, чтобы разожгли костры посильнее, я начал осмотр тех, кому еще мог помочь. Таковых казалось не много. «Псы войны» работали всегда качественно.


   Поздним утром перенесенный в замок десантник пришел в себя и после нескольких глотков воды смог проговорить укоризненно:
   – Что же ты наделал, урод?
   – Ты поговори, – кивая, сказал я, – сейчас «деблокатор» вколю – за несколько часов в мучениях концы откинешь. Если сердце не остановишь раньше.
   Тот, криво усмехнувшись, выговорил:
   – Девять огней. Это SOS. Три, да три, да три…
   Я не сразу понял, о чем он. Я даже нахмурился, пытаясь сообразить, что к чему в его бреде. Но когда понял, то побледнел.
Все правильно. Они же ищут меня. Они прочесывают все квадраты. И увидев такой до боли знакомый знак, они бросили десант. Они меня для трибунала вытащить хотели. Я идиот… Я полный кретин. Я сам читал в детстве, как такой нехитрый знак спасал целые экспедиции. Девять ракет. Девять огней. Девять фонарей. Я в Академии сдавал зачеты на первом курсе! Там мы все это проходили и еще смеялись: разве кто таких вещей простых не знает?! Они подумали, что я сдаюсь. Они подумали, что я в беде, и послали три, безусловно, боевые единицы для моего спасения, чтобы потом умертвить в «газенвагене». Но есть же «крест»! Это место забора группы. Они же не идиоты. Я бы крест выставил, если бы хотел уйти под трибунал! Или «Т» с направлением ко мне. Я метался по помещению и с трудом сдерживался, чтобы вслух себя идиотом не называть.
   Видя мое состояние из-за нескольких непонятных слов безрукого воина, Инта и мне протянул воды. Я, не скрывая дрожащих рук, взял деревянную плошку и отпил из нее.
   – Там у меня… такой кувшин прозрачный… принеси, – сказал я, не удовлетворившись тепловатой водицей.
   Когда он принес ополовиненную бутылку виски, я сам отпил треть, словно воду, и дал десантнику. Тот одной рукой принял бутылку и, высосав все до конца, отдал мне.
   – Я за нее три сотни контрабандисту заплатил, – сказал он печально, проводив взглядом улетевшую в бойницу пустую бутылку.
   Я только и кивнул. Что еще тут скажешь? Десантник от боли сморщил лицо, но сказал, обиженно улыбаясь:
   – А ты весь наш запас упер.
   Я снова кивнул, удивляясь, как он еще может улыбаться с такой гримасой. Наверное, виски сказывалось. Крепкое пойло, но я в теперешнем состоянии пил его, не замечая этого.
   – Ты стрелял? – спросил он.
   – Я, – сознался я. Глупый вопрос. Кто еще мог по ним палить?
   Он только посмотрел на левое плечо и заметил:
   – Чему-то вас учат все-таки в навигации…
   Я, не в силах выйти из ступора, сказал:
   – Случайность. Прицел у СВИ сорвался.
   – Тогда мне не повезло, – кивнул он.
   Посидели. Инта принес еще бутылку, и мы ее тоже ушли. Хоть бы в одном глазу…
   – Подумать только, – заметил десантник, – шесть сотен выпил, а трезв до противности.
   Он сел, прислонившись к стене, и попросил:
   – Ты это… кончай меня.
   – Не понял? – помотал я головой.
   – Чего ты не понял? Говорю, кончай меня. Кому я без руки нужен? Я же не дурак. Это не регенерируемая потеря. А протез… В общем, не вариант.
   – Ты чего?! – тихо изумился я, чувствуя легкий шум в голове. – Сейчас я чуть приду в себя и потащу тебя до капсулы. Поставлю на автопилот, и дуй домой.
   – Ты не понял. Как там тебя… Виктор? Я без руки никому не нужен. Когда на Землю вернусь, мне уже сто сорок стукнет. Я не из высших сословий. Максимум – это пенсия, которую я неделю пропивать буду, а в сто восемьдесят – дом престарелых на государственном обеспечении. Где я буду вспоминать об Омелле и восстании на Прометее.
   – У тебя семья… – сморозил я глупость.
   – Какая семья? Откуда у десантника семья? Короче, не клюй мне мозги и давай тащи свою СВИ. Только в голову, – с усмешкой попросил он, указывая на висок.
   Я поднялся и вышел. Вслед за мной вышел Инта. В коридоре он обратился ко мне:
   – Прот, я сказал, чтобы тела других боевых зверей перенесли в замок и раздели. Их броню я сложил в этом… арсенале, – вспомнил он слово, которым я обозвал подвальное помещение с оружием.
   – Хорошо, Инта. Спасибо… – рассеянно поблагодарил я.
   – За что? – удивился тот.
   – Да это я так… – отмахиваясь от назойливого парня, ответил я.
   – Вождь… Прот… – неуверенно обратился Инта.
   – Что? – спросил я на ходу, даже не оборачиваясь и чувствуя нарастающее раздражение.
   – Он хочет, чтобы ты его убил? Да?
   Откуда ты, мальчик, такой догадливый, подумал я, но вслух ничего не сказал.
   Мы спустились в арсенал, и я взял ручной излучатель. Проверил готовность батареи и уже хотел подниматься обратно, но в этот момент случилось невероятное. Инта встал на проходе и не давал мне пройти.
   – Он хочет смерти? – повторил он свой вопрос.
   Я холодно посмотрел на него. А не пристрелить ли и Инту заодно? Помажем нового вождя на царствие… хотя бы того, кому я нож свой отдал.
   – Да, – сказал я, отказавшись от идеи дворцового переворота силами божественного возмездия.
   – Он сильный воин, – возмутился, не обращая внимания на мое состояние, Инта. Он так и не отошел с прохода. Я снял излучатель с предохранителя. Любой мальчишка Земли или колонии уже в штаны наделал бы, а этот сопляк, сын вождя, не знал, что такое предохранитель, стоял со страхом в глазах и сдерживал меня.
   – И что? – спросил я.
   – Он будет жить! Ты же его вылечил, – воскликнул он.
   – Он не хочет жить. И на его месте я тоже не хотел бы.
   – Он не сможет кормить семью? – спросил Инта, что-то крутя в своей молодой, но такой бестолковой башке.
   – У него нет семьи, – сказал я жестко.
   – Тогда это вообще нельзя. Раз у него нет детей, он может не попасть в долины Рога. Он уйдет к звездам.
   – Да он оттуда пришел! – рявкнул я, не выдержав.
   – Я так и понял. В сказках рассказывают, что злые боги посылают боевых зверей против людей…
   – Ты мне надоел, – честно сказал я.
   – Убей и меня, Великий Прот, – сказал он, опуская голову.
   Я что-то перестаю понимать окружающих, когда они начинают вот так себя вести. Я заставил его объяснить, в чем дело.
   – Мой отец… Ему на охоте Чешуйчатый оторвал руку. Правую. Это страшно для мужчины. Но не для сильного воина. Мой отец еще восемь лет был вождем, научившись левой бросать копье дальше, чем когда-то бросал правой.
   – Для боевого зверя это слабое утешение, – хмыкнул я.
   – Он многое умеет, – сказал Инта.
   – И что?
   – Он научит меня. Я научу остальных. Если бы мой отец ушел тогда, когда захотел первый раз, сразу после той неудачной охоты, разве был бы я охотником? Разве научил бы он меня быть вождем?
   Я задумался.
   – Пошли, – сказал я, и только тогда он пропустил меня вперед.
   Десантник курил, выпуская дым в потолок. Увидев, что тот делает, Инта и впрямь на всю оставшуюся жизнь решил, что десантник – это демон, извергающий дым душ, сожженных в пламени солнца. Он замер на пороге, принюхиваясь к резкому запаху, а я прошел в комнату и просто сел на пол рядом с десантником. В руках я держал излучатель и, крутя взад-вперед колесико настройки мощности, все еще не решался ни на что. Он вопросительно посмотрел на меня, но я всем своим видом показывал, что я еще не решил его участи.
   – Не томи, – попросил он.
   Я не к месту пожал плечами и спросил:
   – Как звать-то?
   – Игорь. Оверкин.
   – Я Виктор Тимофеев.
   – Да знаю я, из-за кого этот весь сыр-бор.
   Я разозлился. Это со мной бывает. Я не ангел, но и чужих заслуг мне не добавляйте.
   – Знаешь, из-за кого? Ты знаешь, из-за кого все это началось?
   – Ага. Из-за тебя. Из-за Виктора Тимофеева. Через несколько дней я бы получил приказ на твою ликвидацию. Ну, не я, так другой. Так что ты не намного переживешь меня. Встретимся в аду – уголечками поделимся… – улыбнулся он.
   – Ты знаешь, из-за кого? – снова жестко спросил я.
   Он недоуменно посмотрел на меня, и я пояснил:
   – Тогда уж ни из-за кого, а из-за чего.
   – Не понял, – честно признался он.
   – Знаешь, почему адмирал Вернов скрыл эту планету? – спросил я, исподлобья рассматривая калеку.
   – Да об этом все знают. Он пожалел аборигенов. Хотя чего их жалеть? Людоедствуют тут помаленьку.
   Я решился:
   – Его корабль провел на орбите Ивери почти полгода. Они сделали все необходимые исследования. Они обнаружили на планете развивающуюся цивилизацию, копию нашей. Точнее, цивилизацию людей. Затем они провели ряд тестовых бурений и обнаружили залежи полезных ископаемых. Не просто там золота или платины… Этого здесь навалом. Они нашли здесь месторождения тяжелых металлов. Даже тех, что на Прометее не добываются. Здесь они россыпями. Это золотое дно. Но со всеми вытекающими последствиями. Эта планета не станет второй Ягодой, курортом и домом престарелых для аристократии. Ее будут копать, пока всю не перекопают. И аборигенов за время насилия над планетой уничтожат или превратят в бесплатную рабочую силу.
   – Глупости. Так далеко корпорации не сунутся. Десять лет в один конец? Бред, – усмехнулся он.
   Он меня удивлял.
   – Скажи: что дешевле? Организовать добычу на непригодной для жилья планете или таскать издалека, но дармовой товар? – спросил я, особо не надеясь на грамотный ответ.
   – Второе. Первое требует постоянных затрат, а переброска товара таковых не требует. Но не с таких же расстояний!
   – А при чем здесь расстояния? Когда через десять лет отсюда стартанут корабли, груженные уже очищенными материалами, – очищать будут тут же, – тогда все превратится в замкнутый двадцатилетний цикл. И на трассе будет порядка сорока кораблей…
   – Я тебя понял. Даже один корабль груза в год окупит десяток кораблей с необитаемых планет. Ну и что? Адмирал-то тут при чем? Вернов не имел права скрывать от Короны такие факты. Он предатель. Понимаешь? Предатель и, согласно постановлению суда, вор…
   Я помолчал. Потом сказал, чтобы Инта принес мне воды. Пока он ходил, я спросил у десантника:
   – Как ты сам относишься к тому, что делает здесь Земля?
   – Не у того спрашиваешь, – отмахнулся десантник. – Я исполняю приказы и даже не думаю их нарушать. Я даже на Прометее не думал. А уж на Омелле и подавно. И на других заданиях я не думал.
   – И все же? – настаивал я.
   – Что? – вымученно вскинул брови Игорь.
   – Ну, ты считаешь, что мы правы, вмешиваясь в их жизнь? – серьезно спросил я.
   – На себя посмотри, – сказал десантник и чуть не заржал.
   – У меня нет выбора, – сказал я, довольный тем, что отвлек десантника от мыслей побыстрее свалить на тот свет. – Я осужден, и к тому же у меня есть план, как преподнести родной Земле презент.
   – Типа какого? – спросил боец.
   – Я сделаю марш-бросок цивилизации из каменного века в капиталистический.
   – Это строй, а не век. Капиталистический…
   – Это не важно. Я смогу провернуть все лет за сто. Операция по оккупации Ивери Землей назначена на будущий год. Я хочу подготовить армию сопротивления, чтобы выиграть время с помощью партизанщины.
   – Ты безумец. Здесь десантная группа. Это сотня десантников. На Омелле нас было пятьдесят. На Прометей нас послали вдесятером. Мы подорвали выходы из больших городов и просто дождались капитуляции. А на обсерватории Весты хватило двоих, из которых один погиб, прикрывая второго, а тот спас обсерваторию. То, что ты нас подстрелил, – это случайность. Неправильная вводная и запрет на излучатели. А вот в случае оккупации сначала пройдут штурмовые высотники. Они снесут основные предполагаемые очаги сопротивления. И тебя вместе с ними, если раньше исполнитель не грохнет.
   Я положил рядом с ним излучатель и сказал:
   – Я знаю, что я прав и Земля не имеет права вторгаться на разумные планеты.
   – Время рассудит, – флегматично сказал десантник, не прикоснувшись к оружию.
   – Да, – согласился я. – Или Орпенны. Они атаку начали после того, как мы оккупировали Георга Шестого. Не они, так еще кто другой. Но здесь пока буду судить я.
   – На здоровье…
   – Ты знаешь, за что я вызвал на дуэль и убил вашего командира?
   – Что-то слышал.
   – Он предложил на офицерском собрании пустить в атмосферу бактериологическое оружие. Причем при его поддержке это было бы реально. Оружие, которое через год станет безвредным. То есть, если по-русски, были люди – теперь нет. За год оно вымело бы всех жителей Ивери.
   – Но собрание зарубило идею, – сказал он.
   – После моего вызова на дуэль, – сказал я и даже заметил у себя некую гордость. Плевать, что на том собрании я случайно оказался. Я дал понять, что в эскадре не все будут спокойно смотреть на то, что пытается творить командование десанта.
   – Почему тогда тебя арестовали после убийства, а не после дуэли? – улыбнулся он.
   – Он отказался драться. Без объяснения причин. Я проткнул его прямо на ходовом мостике.
   – Понятно, – усмехнулся десантник. – Решил не ждать суда чести? Сам все сделал? Молодец. Теперь ты в заднице похуже, чем я. Я-то скоро уйду, а ты останешься на какое-то не очень долгое время…
   Инта принес воды, и я налил себе и десантнику в чашки.
   – Странно, от виски не пьянел. От воды выносит… – сказал Игорь после нескольких глотков.
   У меня тоже шумело в голове, и я еле ворочал мозгами.
   – Вот ты на свои шесть сотен и получаешь, – подбодрил я его и добавил: – Просто от шока отходишь.
   Инта присел под бойницей и стал вслушиваться в нашу речь. Ни слова не понимая, он по интонации пытался понять, о чем мы говорим.
   – Зачем все-таки тебе это надо? – спросил Игорь. – Ну, сбежал и сбежал. У тебя же капсула есть. Там есть все, чтобы прожить. Причем учитывая запасы – неплохо прожить.
   – Тогда зачем было вообще все это затевать? Чтобы в капсуле сидеть? А потом, свихнувшись, поднять ее в небо и повести на таран вашего БДК?
   – Ну, зачем на таран? Ты бы не дошел… Большой десантник не пинасса. В ответ жахнет – мало не покажется.
   Зачем на таран? Я задумался над его вопросом. Всего было не объяснить. Не объяснить обиду за деда. Не объяснить, что мне вообще никогда не нравилось, как Земля себя ведет по отношению к другим планетам. Словно паразит на теле всего Земного сообщества. Не объяснить моего почитания Вернова и таких, как он. На сказках о нем, вопреки всем запретам, воспитывалось не одно будущее поколение навигаторов и пилотов. И что почти все в детстве хоть раз, но мечтали найти СВОЮ планету. Вслух я сказал другое:
   – Я хочу, чтобы Вернов был прав.
   Игорь, отпив из кружки, сказал:
   – А кто говорит, что он не прав? Он прав. Но он предатель и за это наказан.
   – Как все просто, – улыбнулся я.
   – Ага. Просто это еще до нас было и после нас так и останется. Вот ты тоже изменник. Но я пью с тобой. Не потому, что ты мне нравишься или нет. Не потому, что ты изменник или святой. А просто потому, что я говорю с человеком в последний час. И уж точно не хочу говорить с твоим Интой. Видишь, как это просто?
   Услышав свое имя, парень посмотрел на меня, но я его успокоил жестом.
   – Ты, может, и прав, – продолжил он. – Но вот мне, веришь, все равно… Просто потому, что я не ломаю голову над этим и тебе не советую. Просто решил ты для себя… все: я предатель, и я буду бороться с земной властью. На здоровье. Но только не думай, прав ты или нет. Только ты задумаешься, как у тебя найдутся сотни причин, чтобы этого не делать. Чтобы посчитать себя в чем-то неправым. В излишней жестокости или, наоборот, в мягкости.
   Он замолчал на несколько минут, как бы прицениваясь ко мне.
   – Я тебе тайну открою… Помнишь, в начале года на спутнике погибли двое ксенологов и десантник-техник?
   – Ну? Это когда по неведомым причинам они провалились в атмосферу? – вспомнил я шокирующий исторический случай нашей эскадры.
   – Ага. Они живы. Все трое, – кивнул улыбаясь Игорь.
   – Что? – не поверил я.
   – Ага. И тем же страдают, что и ты. Пытаются развивать аборигенов. Их списали на потери личного состава при десанте на какую-то левую планетенку. Чтобы родственникам пенсия досталась.
   – Ты уверен? – изумлялся я.
   – Даже больше… Я, когда на островах ставил наш маяк, с одним из них встретился. Чуть не поубивали друг друга. Хорошо, вовремя я понял, что что-то здесь не так. Я же в него весь заряд высадил и не попал. А он в меня две стрелы всадил. Броню не пробил, но обидно. Он же технарь какой-то… Так, покричали друг другу. Я перед подъемом ему передатчик оставил. Сказал, что утопил.
   – Как они выжили? – не сдерживая улыбки, спросил я.
   – Не поверишь. На генераторе от спутника спустились. Спутник потом рухнул, и демонтажа никто, понятно, не заметил.
   – Не сгорели?
   – Чему там гореть? Они же как пушинки спускались. Спутник три тонны весит. А они сколько? Короче, спускались они часов шесть. Еще и место приземления по ходу спуска подбирали. Не могли раньше подумать, – съязвил Игорь.
   – И где они?
   – Островитян изучают. Разочарованы жутко. Но не объявлять же, что они воскресли… так там и маются, развивая рыболовство и кондитерское искусство. Придурки. Я во второй раз на острова когда ходил, поболтал с тем техником. В общем, он точно жалел, что сбежал.
   Я невольно усмехнулся. Потом спохватился и подумал, а я-то чем лучше. Я тоже где-то в душе, наверное, жалею, что так все случилось.
   – Ну, ладно, – сказал я. – Ты уж извини. Только я тебя убивать не буду.
   Десантник ухмыльнулся:
   – Я уже понял. Может, пацан твой?
   – Это местный вождь, – сказал я, улыбаясь.
   – А ты тогда кто? – удивился Игорь.
   – Бог, – пожал плечами я и поднялся. – Просто бог.
   Десантник, не сдержавшись, засмеялся:
   – А я тогда кто?
   – Ты демон со звезд. Боевой Зверь. Это не я придумал. Это тут такая мифология и до меня была. Похоже, и до Вернова.
   – Обалдеть. Демон со звезд… Боевой Зверь… А что? Он прав. Я такой. Только вот какой из тебя бог?
   – Обыкновенный… местный.
   Мы с Интой ушли, оставив десантника одного с излучателем. Я не боялся. Ему незачем было меня убивать. Приказа такого не было, а сами они не своевольничают. Я, конечно, и не думал о том, убьет он себя или нет. Как сделает, так сделает. Захочет – кончит себя, нет, так пусть живет… Мне будет с кем поговорить. А захочет, я его в капсулу посажу и отправлю наверх. Тем более что из нее я все необходимое забрал, а остальное еще заберу.
   Выйдя на улицу, мы занялись подсчетами убытков от погрома.
   Из сотни с небольшим мужчин-рабов осталось не более пятидесяти. Я был настолько раздосадован, что еле сдерживал эмоции. За несколько минут эти трое вырезали уйму народа и все ради моего якобы освобождения. То есть ради того, чтобы доставить меня на Землю для исполнения приговора, они там наверху плевали на количество уничтоженного местного населения. Я подозвал Инту и, стоя с ним на площади перед нашим замком, сказал, чтобы на ночь рабов заперли в торговом посту. Он опять попытался объяснить мне, что там нет места, но я оборвал его, сказав, что это меня не волнует вообще. Подумав, я попросил, чтобы их накормили до отвала. Пусть не жалеет того, что у них же и захватил.
   Также я потребовал, чтобы к завтрашнему утру его люди подготовили четыре повозки, нагрузив их кирками и лопатами. Провианта чтобы было в них дня на четыре сотне человек. Он только кивал ошарашенно.
   – Завтра я с этой группой уйду к горам. Со мной уйдет два кулака воинов и четыре кулака рабов. Также я заберу всех кузнецов с собой. Сколько у нас рабов? Четыре кулака наберется? – Когда Инта задумчиво кивнул, я добавил: – Вот и замечательно. Завтра уйдем.
   На его вопрос, зачем, я ответил, что надо же развивать его царство. Что мы основываем новый поселок. В нем будут добывать и переплавлять железо, из которого потом и здесь, в Тисе, и там, в новом поселке, будут делать оружие. Оружие мы сможем менять на провиант у народа Инты. Он начал говорить, что они сами могут добывать питание. Что они охотники и так далее. Я ему и сказал сдуру, что через год в Тисе будет более ста кулаков жителей и на всех он не сможет добывать питание. Инта, травмированный моими словами, ушел отдавать указания.
   Вечером мы с ним встретились в арсенале, где я подбирал себе экипировку. Он спросил, сколько меня не будет.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Поделиться ссылкой на выделенное