Вячеслав Шалыгин.

Крейсер «Безумный»

(страница 2 из 7)

скачать книгу бесплатно

«Стебов» так и замер на месте.

– Как ты догадался? – хрипло выдохнул он.

– Ты мастер, конечно, перевоплощаться, но прокололся почти сразу.

– На пиве?

– Точно. Настоящий Квентин скорее ракетного топлива тяпнет, чем станет давиться чем-нибудь слабее сорока градусов. Такие характеры ничем не размягчаются. Ни годами, ни госслужбой. Учти это, Сбондин, на будущее... Да, и еще... сотню-то хотя бы подкинь.

Униженный провалом Федор бросил на стол пару мятых купюр и торопливо вышел из бара.

Вдохновленный своей проницательностью, Зигфрид взял со стола деньги и остался.

И весь вечер рассказывал случайным собутыльникам, а также периодически подплывающей к столику Джинни о службе на «Безумном». А потом, лежа поперек кровати озадаченной Джинни, всю ночь думал о том, как выглядит родной корабль после стольких лет разлуки и модернизации. И когда под утро разочарованная девица выставила мечтательного капитана за порог, Зигфрид даже обрадовался. Он почти бегом бросился на космодром, запрыгнул в заправленный ровно на треть (Сбондин – жаба!) «ЗУБ» и стартовал в сторону пограничной базы Шимоза.

Кажется, в момент старта он снова видел на орбите Ширяевки странные, похожие на пауков, корабли, но теперь это его не взволновало. В мыслях Зигфрид уже целиком переместился на «Безумного». Ему снова стукнуло двадцать, он был отчаянно смел и бесшабашен. Предвкушение встречи с юностью казалось невероятно волнующим, и когда в иллюминаторе появился пришвартованный к выносному пирсу крейсер, капитан невольно вздрогнул. Да, это был «Безумный». Без сомнений. Огромный, черный и величественный. Зигфрид вернулся туда, где был когда-то счастлив...

2

– После скандала с аукционными махинациями мы не можем вкладывать средства в ваши предприятия легально, – важный марсианский промышленник Микка Вирамайнен закрыл папку с деловыми бумагами. – А нелегальными делами моя компания не занимается.

– И я вынужден свернуть финансирование вашего проекта поворота реки Миссисипи в Мексику, – свою папку закрыл другой видный магнат, монгольский шейх Жугдэрдемедин Денехнет-Финансов.

– Господа, вы спешите с выводами, – засуетился помощник Злюхина, менеджер «Баблинвеста» Жорж Бушелье. – Временные трудности преодолимы, но для этого нам потребуются стабильные тылы. Если вы отзовете свои активы, нам не выкрутиться.

– Это ваши проблемы, – Вирамайнен встал.

– Подождите всего месяц! – взмолился Бушелье. – Я гарантирую вам не только стабилизацию акций «Злюхин и С.», но и рост не менее чем в десять процентов. А еще вы получите неучтенную компенсацию в размере... ста миллионов!

– Каждому? – уточнил Денехнет-Финансов.

– Хорошо, – Жорж утер холодный пот.

– Я подожду, – согласился шейх.

– Я тоже, – Вирамайнен бросил папку обратно на стол, но сам все-таки направился к дверям кабинета. – Месяц. И ни сутками больше.

– Да, – Жугдэрдемедин тоже поднялся и важно покинул кабинет.

– Ты что тут наплел? – Злюхин схватил Жоржа за лацканы пиджака и притянул к себе через стол. – Какой рост акций, какие сто миллионов?!

– Яков Дормидонтович... – глаза у Бушелье полезли на лоб. – Я же эксклюзивно за дело радею...

– Где ты возьмешь столько денег?! После аукционного конфуза и прочих неприятностей у меня осталось меньше одной десятой части капитала!

– У меня есть надежные сведения... – прохрипел менеджер.

Злюхин отпустил его пиджак, и Жорж сполз обратно в кресло.

– Говори, – приказал босс.

– Военные списывают крейсер, он пойдет на переплавку с Шимозы на Лиддит.

Никакого досмотра, никаких препятствий. Капитан готов сотрудничать. Остается только загрузить посудину на Глюконате-4 сами понимаете чем и разгрузить на Мелините, это совсем рядом с переплавкой. С Еврони я уже связался, он отпустит любое количество товара. Четверть даже в кредит. Расчет по входу крейсера в гиперпространство. Это реальный шанс, Яков Дормидонтович!

– А как ты вышел на этого капитана?

– Так ведь он пограничник, последние пять лет только и делал, что курьеров Еврони вылавливал. А когда понял, что перспективы нет и его спишут на берег вместе с крейсером, решил обеспечить себе старость. Вот и связался с гундешманцами. А они уже нам предложение передали.

– Так, так, – Злюхин задумался. – Считаешь, подвоха нет?

– Чисто, Яков Дормидонтович, исключительно беспроигрышное дело!

– Капитана проверяли?

– Его «гундосы» знают как родного. Я же говорю, пять лет он им кровь портил.

– Ты думаешь, они отличают нас одного от другого?

– Ну, мы же их отличаем. Да и за пять лет можно было одного-то врага изучить вдоль и поперек.

– Ладно. Встретим, посмотрим. Где, говоришь, на Мелините?

– Да.

– Ну, смотри, Бушелье! Если не получится и ты меня окончательно разоришь, лично придушу.

– Все будет правильно, Яков Дормидонтович, – весь такой элегантный Жорж зацепил большим пальцем верхний зуб, а затем чиркнул под подбородком. – Клянусь, бл...ик мне в монитор.

* * *

Гундешманский наркобарон Долариан Еврони был крайне расстроен. Ему даже не лезли в глотку изысканные деликатесы. А уж в чем, в чем, в еде Еврони был исключительно разборчив, и любое блюдо на его столе отличалось завидным вкусом и баснословной дороговизной. Поставщики его кухни не стеснялись назначать запредельные цены, но зато гарантировали, что таких продуктов не поставляют больше никому в Галактике, даже Гундешманскому Тирану. Клялись они собственными жизнями, и Еврони им верил. Ведь не настолько они были глупы, чтобы врать при таком закладе.

Сегодня к обеду подавались тушеные лапки фрагранских змей, которых барону привезли по специальному заказу прямо с заболоченной планеты Фрагранс-не-Воньс, и знаменитая шато-баланд – похлебка из настоящих французских крыс, выловленных в подвалах знаменитой Бастилии строго четырнадцатого июля. Это на первое. Вторые блюда были представлены натуральной китовой икрой, опять же с Земли, в соусе из мускуса тигра-людоеда с пустынной планеты Халь-Ава, и лохудринская кабарга в собственной струе. На десерт подавался пудинг из агар-агара с куйбинским сахаром и сливками из молока орлов с Бастурманских гор.

Вот такое объедение. И вся эта хренотень не лезла ни самостоятельно, ни вместе с божественным клоакианским абсентом. Долариана сильно расстроила его единственная дочь Рубелия. Она сидела напротив, вяло ковыряя вилкой змеиные лапки, и гневно моргала аляповато накрашенными третьими веками.

– Я скоро сгнию в этом захолустье![1]1
  Здесь и далее к диалогам между гундешманцами применен дословный перевод с гундешманского.


[Закрыть]
 – шипела Рубелия, со злостью вонзая вилку в нежнейшее мясо (одна трехграммовая лапка – сто галкредитов). – Никаких приличных заведений, ни одного кавалера, даже межпланетное гипервидение и то барахлит!

– Со дня на день привезут новую антенну, – растерянно заметил папаша. – «НГВ плюс», пятьсот каналов...

– Все равно – скукота! Хочу домой, на столицу!

– Но, милая, там меня... э-э... не очень ждут. Да и тебе не стоит появляться.

– Тогда хочу путешествовать! Хочу на Супертрахбах, на Землю, на... куда угодно, лишь бы не сидеть в этой дыре!

– Куколка, ну дай папе еще немного времени, Глюконат-4 только год, как признал меня главным бароном. Скоро здесь станет как на Ривьере или в земном Лас-Сосе: сплошные развлечения и карнавалы, обещаю!

– А куда ты денешь плантации? – Рубелия усмехнулась. – Пока здесь выращивают «дурь», ни в какой Лас-Сос эта планета не превратится! Так и останется тайной «фабрикой грез» до скончания веков! А я не хочу сидеть тут и от скуки нюхать зелье до конца времен, я хочу жить! Нормально, с оттягом, как и полагается в моем возрасте!

– Ну, хорошо, слетай на Замурзинск, там, правда, чересчур много людей, но есть кое-какие развлечения.

– На Замурзинске Замухрышенском?! Какие там развлечения?! Два балагана на сельской ярмарке и три портовых кабака?!

– Ну, можно на Клоакию...

– А там вообще одни уроды и бродяги! Я хочу повидать мир, папа! Не прошвырнуться по супермагам или нелегально натрескаться абсента, это я успешно делаю и здесь. Я хочу понять, где я живу и для чего!

– Это студенты тебя науськали? – Долариан огорченно сплюнул в тарелку. – Вот ведь рабы нынче пошли! Раньше – лови любого, пару плетей и на плантацию, а теперь... поймаешь, а он с высшим образованием. Руками работать вроде не положено, а головой не умеет, только треплется... Не надо было покупать их у бастурманцев. Работают плохо, зато на мозги окружающим срать – мастера высшего разряда.

– Я и сама знаю, чего хочу!

– И я знаю. – Еврони раздраженно бросил вилку на стол. – Только тебе еще рано этим заниматься!

– Не пустишь путешествовать, сбегу!

– А-а, валяй, – Долариан вяло махнул рукой, – бегунья нашлась...

– Хвостом бабушки клянусь – сбегу!

– Ну и дура будешь, – Еврони отбросил еще и ложку, затем подумал, взял супницу и выдул весь деликатесный шато-баланд прямо через край. – А студентов я обратно бастманчцам верну, – он поковырял в зубах и выплюнул крысиный хвостик, – чтобы с понта тебя не сбивали.

– С панталыку, – демонстрируя гораздо лучший иностранный, поправила Рубелия. – Пап, я же и языки знаю, и с деньгами умею обращаться, ну что тебе стоит? Дай мне какой-нибудь ДКР и на карманные расходы... совсем капелюшечку, пару миллионов. Я обещаю, буду вести себя примерно-примерно!

– Примерно, как кто? – Долариан попытался опередить события и ухватил кусок десерта прямо пальцами, но пудинг вперед второго браться никак не хотел. Знал свое место и очередь. Такие качества Еврони уважал даже в десерте. Он прекратил лапать скользкий продукт и вернулся к икре и кабарге.

– Примерно, как ты в молодости!

Долариан поперхнулся китовой икрой.

– Тогда уж, как я в младенчестве. Это было, пожалуй, единственное время, когда меня хоть немного любили и не хотели упрятать за решетку.

– Я не собираюсь ходить под себя и сосать молоко, – обиделась дочь.

– Да я о другом, – Долариан запил кабаргу абсентом. – О моральном облике.

– Буду невиннее младенца! – горячо пообещала Рубелия.

– Ладно, я подумаю. – Еврони снова вооружился ложкой и обратился наконец к пудингу. – Тут как раз намечается надежный транспорт почти до Марса. А там уже пересядешь на какой-нибудь ДКР. Но сделать это тебе придется очень быстро. Только крейсер сядет, сразу рви когти. С Яковом не столкнись.

– Он же твой деловой партнер, – удивилась дочь.

– Был. Это наше последнее дельце, дальше каждый за себя. За Злюхиным сильно много хвостов тянется. Того и гляди, сядет.

– Зачем же ты меня к нему отправляешь?

– Для достоверности. Чтобы он не беспокоился.

– Но пересесть на прокатный ДКР мне лучше до начала разгрузки?

– Умница. Соображаешь как настоящий деловой человек.

– Вечно ты меня используешь, – обиделась Рубелия. – Почему я не могу улететь на своем кораблике прямо отсюда? Далась тебе эта достоверность!

– Почему... Потому! Во-первых, такие крупные партии принято обеспечивать гарантиями, иначе Яков деньги не переведет, а во-вторых, «свои» кораблики засвечены, и, если ты полетишь на одном из них, тебе все путешествие придется убегать от всяких спецслужбистов...

– Сколько раз я тебе говорила, займись легальным бизнесом, – дочь укоризненно вздохнула.

– Ну да, – Долариан сытно отрыгнул. – И на какие шиши я буду питаться, а ты путешествовать? Не говори глупости, лучше иди собирайся. Транспорт прилетит уже через час...

* * *

Крейсер был тем же. Модернизация ходовой части никак не коснулась прочих отсеков. Зигфриду даже не пришлось ничего вспоминать. Все всплыло в памяти само собой. Главная палуба, мостик, кубрики, кают-компания, технические отсеки, гальюны... Единственное, что отличало нынешнего «Безумного» от прежнего, – тишина. На борту списанного корабля, кроме Зигфрида, не оказалось ни одной живой души. На огромном крейсере без экипажа летать не полагалось, но Безногий не раз слышал истории об аварийных ситуациях, когда корабли приходили в порты приписки и вовсе без экипажа или с каким-нибудь коком за штурвалом. Автоматика на военных посудинах была надежной, а кибернавигаторы туповатыми, но исполнительными. То есть, если не случится серьезных поломок, управлять «Безумным» Зигфриду будет не труднее, чем «каром». Такова была теория. Что выйдет на практике, должно было показать время.

Безногий прошелся по мостику и вспомнил своего бывшего командира. Капитан первого ранга Еремей Кактус вполне соответствовал и званию, и фамилии, и грозному имени крейсера. У него было все: авторитет среди боевых офицеров и штабистов, ежовые рукавицы для экипажа и сотня неотразимых тактических приемов для врага. Едва завидев вымпел «Безумного», «гундосы» предпочитали драпать, даже не пытаясь вступить в бой. Настоящий был капитан, гроза межзвездного вакуума. Смывной бачок для всякого гундешманского дерьма. Ледяной душ для горячих бастурманских голов. Живой символ мощи Земного космофлота.

Где-то он теперь? Зигфрид вздохнул. Жалко, если его действительно списали вместе с «Безумным».

Впрочем, согласно условиям разведигры, никто его никуда не списывал. Пока. Безногий приосанился и, стараясь подражать голосу Кактуса, проорал:

– По местам стоять, бляха! Свистать всех наверх, матьихтак!

Получилось похоже. Это Зигфрида раззадорило, и он продолжил упражняться, заодно вспоминая и премудрости военно-космической службы.

– Задраить переборки, на! Гиперсвязь, на, пеленг мне живо! Боевая тревога, ершть! Орудия, товсь!

– Командир Кактус? – несмело спросил кто-то, появившийся за спиной.

– Я, на, – Зигфрид обернулся. – Ты как сюда попал, мазут?

На самом деле нежданный гость был совсем не грязным. Даже наоборот, аккуратно одетым и даже франтоватым. Слой бриолина на прическе, белоснежные манжеты, сверкающие черными искрами туфли. В общем, было видно, что человек не прочь полюбоваться собой и не возражает, когда это делают другие.

– Я от Якова Дормидонтовича, менеджер по поставкам и финансовым махин... э-э... делам, – торопливо пояснил «мазут». – У вас шлюз открыт. Меня служебный лимузин подвез, а тут открыто... Ну я и вошел.

– Ты мне мозги не борозди! – Безногий окончательно вошел в роль, и она ему все больше нравилась. – Спереть чего-то хотел, да? А ну, мордой в палубу, мародер!

Он выхватил из кармана сработанную под пистолет зажигалку. Такие продавались во всех портовых ларьках торговой планеты Кидай, но незнакомец этого, видимо, не знал. Безногий взял себе на заметку – парень лох. Во всяком случае, в плане конкретных разборок. Скорее всего он и вправду один из злюхинских теоретиков.

– Еремей Бертольдович, клянусь, я от Злюхина! – падая на палубу, запричитал «мародер». – Он будет грузополучателем! А меня послал присмотреть за гундешманскими партнерами! Чтобы в мешки с зельем для весу не мочились!

– Это они могут, – смягчая тон, согласился Зигфрид. – Ну, а чего от них ждать? «Гундосы» же, на. Ладно, вставай.

Менеджер проворно вскочил. Безногий спрятал зажигалку в карман и крепко хлопнул гостя по плечу. У наблюдателя отнялась правая рука, и он окончательно скис.

– Разрешите представиться, Жорж Бушелье...

– С Ривьеры, что ли? – Зигфрид прищурился. – Фамилия у тебя подходящая. И манеры... эти... советские.

– Светские, – поправил Жорж. – Нет, я с Земли...

– Обшибся, на! – Безногий оглушительно заржал и хлопнул Бушелье по другому плечу.

Теперь менеджер был обезврежен полностью. Даже если это была ловушка-проверка, Зигфрид пребывал теперь в относительной безопасности. Отнявшимися руками, если что, не подерешься. Но Жорж, судя по пришибленному поведению, капитана не проверял, поскольку не знал настоящего Кактуса лично и верил, что Зигфрид – это и есть Еремей Бертольдович.

«Хорошо, Злюхин сам не явился, – мелькнула мысль. – С Жоржем-то справлюсь, а вот с Яковом...»

– Ну располагайся, на, – разрешил Безногий. – Да пристегнись, сейчас садиться будем.

– А разве такие крейсеры садятся на планеты? – осторожно спросил менеджер.

– Они на... все садятся, – Зигфрид вогнал в кибернавигатор команду, и «Безумный» величаво двинулся прямо на зелено-серебристый диск Глюконата-4. – Да ты не потей. Это корыто для меня, как старый тельник. Кожей его чувствую. Посадка будет мягче пуха...

Капитан рассмеялся. Не потому, что пошутил насчет посадки, просто ему было весело. Пока операция шла успешно. Роль Кактуса пришлась Безногому по вкусу. Это внушало такой оптимизм, что Зигфриду даже не хотелось выпить. Состояние было забавным и капитану почти понравилось. Конечно, было бы лучше принять на грудь, но взять любимого напитка было негде. Орбитальных палаток вокруг гундешманских планет не бывало отродясь, а единственный орбитальный торговый центр летел сейчас где-то с другой стороны Глюконата. Но все равно настроение было приподнятым. Его не испортил даже бдительный гундешманский броненосец, увязавшийся за «Безумным» еще от границы. И даже то, что, когда крейсер входил в атмосферу, сквозь бушующий за иллюминаторами огонь Зигфрид успел рассмотреть нечто знакомых очертаний, но так и не понял – что. Кажется, опять те странные «паучьи» корабли...

...А вот посадка вышла не очень. «Безумный» грохнулся о грунт с такой силой, что в течение получаса вокруг космодрома Плановый оседала пыль. Да еще неопытный Жорж приложился лбом о приборную панель.

– Говорил тебе, пристегивайся, – вынимая «поплывшего» Бушелье из кресла, проворчал капитан. – Это же крейсер, тут свои понятия. Ежели не всмятку – мягкая посадка, на.

– Я не подумал, – с трудом фокусируя взгляд на Зигфриде, признался Жорж.

– Ну, идем в трюм, – Безногий подтолкнул наблюдателя к дверям. – Туда уже грузовики подъехали.

В трюме вовсю кипела работа. Несколько десятков рабов под командой погрузочных роботов и под присмотром вооруженных охранников перетаскивали на плечах туго набитые мешки, складируя их в дальнем углу грузового отсека.

За погрузкой лично наблюдал Долариан Еврони. Он сидел в мягком кресле посреди трюма и жрал каких-то моллюсков, таская их пальцами прямо из консервной банки.

– О, Жорж, – хрюкнул он, увидев представителя Злюхина. – Контроль и учет?

– Поймите правильно, Долариан, такая крупная партия...

– Понимаю, – Еврони протянул ему банку. – Хочешь?

Моллюски шевелились и попискивали.

– Благодарю, меня слегка укачало, – Бушелье потер шишку на лбу.

– А ты и есть капитан Кактус? – Долариан ткнул мокрым пальцем в сторону Зигфрида. – Ну, ты и попил нашей крови!

– Теперь-то все в прошлом, на, – прорычал Безногий. – Ты мне – я тебе.

– Эх, раньше бы тебя осенило, – Еврони покачал головой. – Ну хоть так, и то гипюр.

– Ажур, – поправил разгрузившийся неподалеку раб в круглых розовых очках.

– Шагай, – проворчал Еврони. – Налегке – бегом! Умник... Жорж, тебе рабов не надо? Три штуки. Задешево отдам.

– Больные? – усмехнулся Бушелье.

– Хуже, – признался гундешманец. – Студенты. Скажешь им слово, они два в ответ. Никакой кнут не помогает.

– У нас в Федерации рабов не используют, – Бушелье развел руками.

– Чистоплюи у вас все, – Еврони скривился, – кроме бастурманцев. А тебе, капитан? Будут сад вокруг домика в деревне окучивать и книжки вслух читать. Пенсионеру-то чего еще надо?

– Я до пенсии еще пару сотен светолет на...летаю, с чего ты решил на...счет домика с садом? А читать я и сам умею.

– Ну, смотри, – Долариан подбросил на ладони опустевшую банку. – Хорошие были мудии...

– Мидии, – снова встрял раб, возвращаясь в трюм теперь уже с мешком на плечах.

– Я и сказал – мидии, – Еврони запустил ему вслед пустой тарой. – Поправлять он меня будет!.. Сто малахаев за банку... Прямо с Каракумского побережья. Там у одного моего приятеля океанская ферма, он их сам выращивает. Специальный вид, только для меня.

– В Каракумах мидий выращивает? – усомнился Зигфрид. – На Земле?

– Ну, а где еще? – язвительно спросил Долариан.

– Ладно, – сдался Безногий. – Этот груз, и все?

Он указал на вереницу грузовиков.

– Еще пассажирку одну Якову доставите, а я ему по гиперсвязи передам, что с ней делать.

– У меня отдельных удобств нет, – нахмурился Зигфрид. – И паек флотский.

– Ничего, я ей с собой котомку соберу, – Еврони махнул на последний грузовик в очереди. На его фургоне красовалась надпись «Блеваши унд жижа» (в переводе с гундешманского: «Мясные пирожки и напитки»). – Вот ознакомьтесь, моя дочь Рубелия.

По грузовому пандусу вспорхнула совсем юная гундешманочка в потертых розовых джинсах, утепленной кожаной куртке и модных темных очках. На ее милой зеленой мордашке играла застенчивая улыбка. Для разумной ящерки она была даже симпатичной и ничем не походила на жирного, жабообразного папашу.

– Салют, Жорж! Хай, капитан! – воскликнула она по-русски, причем без акцента.

В целом, осложнений от ее присутствия на борту Зигфрид не предвидел, но все равно насупился. Любые поспешные коррективы даже в самом идеальном плане чаще всего выходили боком. Это Безногий усвоил давно и прочно. Но отказаться он не мог, а потому смирился и вяло кивнул.

– Поднимайтесь, барышня, на главную палубу. Выбирайте любую каюту.

– Ой, как здорово! – Рубелия похлопала в ладоши. – Я полечу на самом настоящем крейсере! А стрелять вы будете?

– Если найдется в кого, – буркнул Зигфрид. – Вообще-то, я видел на орбите один броненосец...

– Это мой! – запротестовал Долариан. – Я его на распродаже купил, когда на Клоакии откупные какому-то Безногому собирали.

– Какие еще откупные? – удивился Зигфрид.

– Чтобы он... – Еврони понизил голос до шепота, – чтобы он швахианскую мурлышку с планеты увез! «Арбуз», гад, запросил, представляете?! Секретарю Коврони пришлось половину армии распродать!

– Ну и как, откупились? – Безногий почувствовал, как закипает внутри.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное