Виталий Виноградов.

Настольная книга подводного охотника

(страница 3 из 15)

скачать книгу бесплатно

   К сожалению, буквально накануне поездки на ногу Ольге Трофимовне упал тяжелый предмет, и стопа вспухла. С такой ногой не поплаваешь, и ей пришлось отказаться от погружения. Мы же с Владимиром облачились в теплые одежды, сухие гидрокостюмы и ушли в поиск. Открытой воды оставалось мало, большая часть нижнего бьефа, где течение очень слабое, была подо льдом. А на льду, буквально в трех метрах от его кромки, сидели наши коллеги – зимние рыболовы-мормышечники. Согласитесь, интересное соседство: рыболов на ящике в тулупе у лунки и в трех метрах от него плавающий подводный рыболов. Впрочем, я старался к ним близко не подплывать, дабы не вызвать возможное неудовольствие.
   Вода нас порадовала: прозрачность была не менее трех метров. Да еще солнышко высвечивало все подводные темные уголки. А вот рыбы, увы, почти не было. Основная часть подводной травы осталась подо льдом, а, как известно, где трава там и рыба. Под лед же я не заплываю, и никому не советую. В одном месте напал на стайку хорошей плотвы, и десяток рыб устроились на моем кукане (естественно, не по собственной инициативе). Подстрелил несколько маленьких судачков, которых в другой ситуации не стал бы трогать. Но Ольга Трофимовна собралась тут же, на берегу сварганить ушицу, а судачки для этого почти также хороши, как окуньки и ершики. Поэтому, проплавав час, я подплыл к берегу и сбросил рыбу Жуковой. Сам снова уплыл побороздить еще немного родную Москва-реку.
   Кроме удовольствия, которое испытываешь всегда, плавая в чистой воде, были и огорчения. На дне валялись дохлые рыбешки и даже один рак – результат деятельности электроудочников. Совершенно открыто стояла сеть, в которой билось десятка три плотвиц. Ужепосле охоты Володя сказал, что видел прямо под плотиной подводного охотника с аквалангом, использование которого Правилами рыболовства также запрещено, как сеть или электроудочка.
   Некоторые участки дна сплошь покрыты ракушкой. Это также приятный факт, ибо их наличие, с одной стороны, говорит о хорошем экологическом состоянии реки, а, с другой, ракушки сами являются естественными очистителями воды. Именно в таком месте я заметил хвост какой-то рыбы. Нырнул, присмотрелся: хвост точно не угриный, но и на налимий не похож. Легонько ткнул его наконечником, и обладатель загадочного хвостика задним ходом выплыл из норки. Сомик! Вот уж кого не ожидал встретить.
   Через полчаса в другом месте, но опять же среди ракушки, обнаружил сразу два торчащих сомовьих хвоста. Эти рыбины посолидней: где-то под килограмм, по крайней мере, намного больше тех плотвиц, что были у меня на кукане. Однако после охоты на 30-40-килограммовых сомов, этих малышей подстрелить рука не поднялась. Я позволил себе поиграть с одним из них. Несколько попыток вытащить рыбину за скользкий, плоский хвост успеха не дали – выскальзывала. Когда соменку мои домогательства надоели, он сам вылез из своей явно тупиковой норы и, лениво изгибаясь, поплыл вниз по течению.
Я лишь проводил его взглядом и мысленно пожелал удачи…
   На берегу нас ждал отличный костер, горячая уха, приготовленная многоопытной и неунывающей «бабушкой подводной охоты», чай в термосах и неизменные бутерброды. Ну, вот, вроде и охотиться было негде, а все равно поплавали…
   Обычно вдоль берегов рек и речушек вьются тропинки. Это летом. Зимой же их нет и пройти даже 50 метров по глубокому снегу – проблема. А если вы сплавились на километр или на два? Ни по воде, ни по сугробам не выйти к тому месту, откуда вы начинали сплав. Поэтому мы используем маленькую надувную лодку или герметичный мешок. Добравшись в самом удобном месте до реки, например, у шоссейного или пешеходного моста, переодеваемся в подводное, все остальное – в мешок, хорошенько его завязываем и цепляем на пятиметровом, желательно плавающем, шнуре к поясу. Так он и плывет вместе с охотником. Сплавная охота обычно продолжается от трех до пяти часов, и охотник за это время проплывает от двух до пяти километров. Как-то с другом в феврале месяце мы плыли по реке Руза весь световой день – восемь часов!
   Предположим, с начала сплавной охоты прошло два часа, охотник проплыл пару километров, и решил передохнуть. Выбрался на берег, извлек из гермомешка термос, бутерброды, организовал костерчик и сидит себе на складном стульчике, кайфует. Кругом тишина, девственной чистоты снег, ни единого следочка среди наряженных в белый ледяной хрусталь, деревьев. А охотнику тепло и радостно. Тепло от доброго костра и сладкого горячего чая. Радостно от ощущения собственной силы, охотничьей удачи, необыкновенной окружающей его красоты и от сознания уникальности того занятия, которое он освоил – зимней сплавной охоты. Перекусив, попив и «минус попив», закатываешь(соединяешь рубаху со штанами) гидрокостюм, все не нужное в воде и добытую уже рыбу – в гермомешок, и снова в воду. Охота продолжается. И так до какого-нибудь моста или трассы, где охотник превратится в простого туриста с большим рюкзаком за плечами.
   Интересно, а что же творится там, под водой, когда на берегу снег и метель?
   Подводные обитатели, в частности, рыба, зимой ведут менее активный образ жизни, нежели летом. Некоторые карповые даже зарываются в ил и несколько месяцев проводят в такой добровольной темнице. Объясняется это не столько воздействием на рыбу низкой температуры воды, сколько отсутствием необходимого корма в нужном для активной жизни количестве. Хищникам несколько полегче зимовать. Но и они испытывают лишения, так как используют по большей части засадный метод охоты, а их потенциальные жертвы, как мы уже говорили, не очень-то разгуливают по водоему. Поэтому, встречающиеся зимой крупные щуки не так пугливы, обычно подпускают охотника на выстрел, а тела их, зачастую, запорошены илом и увешены десятками маленьких пиявок.
   Как известно, с наступлением холодов в реках и озерах отмирает большая часть водной растительности. Небольшие реки, от берега до берега заросшие летом рдестами и кувшинками, к зиме очищаются от них. При этом скорость течения увеличивается. Подводному охотнику противостоять потоку порой не удается: мощности ласт не хватает, а очень большие нагрузки на ноги, в сочетании с холодной водой, приводят к судорогам. Охотиться классическим, летним методом, то есть вверх по реке против течения, подныривая и заглядывая под густые заросли рдеста, не всегда получается. Да и необходимости нет, так как в прозрачной воде при отсутствии растительности все видно, как на ладони.
   Впрочем, про «отсутствие растительности» я слегка перебрал. Редкие, тонкие и длинные стебли речного рдеста то там, то здесь сохранились. И достаточно дюжине таких «веревочек» оказаться в одном месте, как жди встречи со щукой. Очевидно, тонкие и длинные хищницы наилучшим образом маскируются под пучком такой же тонкой и длинной, склоненной течением и вытянутой вдоль дна, растительности. Чем гуще травка, тем больше шансов встретить рыбу. И не только щуку, но и плотву, и язя, и окуня.
   Окунь любит забиться в сплетение отмершей и живой, стелящейся иногда по самому дну, растительности. Плотва, а еще больше голавль, тоже подлезают под такие космы, да так, что пока траву не поднимешь, не догадаешься, что тут кто-то прячется. Еще любит плотва притулиться к крупным камням и валунам, лежащим на дне бревнам или автомобильным скатам, возле которых течение вымывает углубления и ослабевает. Если же вам повезет отыскать на реке завал, пусть даже не классический, из бревен и веток, а из палок, досок и арматуры, все равно это будет самым привлекательным местом для рыбы. Плотва, голавли и подъязки непременно будут толпиться у самого дна такого укрытия.
   Вот на противоположном берегу реки вы увидели прибрежные кусты. Не поленитесь, переплывите реку и загляните под опущенные в воду ветки. Как и летом, там могут оказаться язи. Если кусты нависают над глубоким и проточным местом реки, то шансов напасть на них еще больше. В таком тесном и шумном месте язи зимой совсем не пугливы, и взять, не сдвигаясь с места, несколько штук из стаи – обычное дело.
   Только у одной рыбы зимняя активность превосходит летнюю. Это налим – единственный пресноводный родственник всем известной трески. Он даже нерестится в разгар зимы. По Правилам рыболовства Москвы и Московской области в нерестовый период (с 15 декабря по 15 января) добыча налима любыми снастями запрещена. По нашим многолетним наблюдениям срок запрета следует увеличить или сместить вправо на пару недель, то есть до конца января. Только в феврале добываемые охотниками налимы уже пусты, не имеют икры и молоки. Излюбленные места для налима – глубокие, но проточные участки реки. Чаще всего один или несколько рыбин открыто лежат по руслу у какого-нибудь камня на песке. Более флегматичной рыбы, чем налим в наших реках нет, поэтому, когда находишь его на твердом грунте, то стрелять не обязательно: вполне можно наколоть. Я колю и стреляю налимов, целясь ему сразу за головой, дабы не испортить его уникальную печень. Редко, но приходилось стрелять налимов, которые словно тряпки подвешены на подводной траве или среди переплетения веток.
   Лещи и подлещики встречаются, как правило, в стаях. И движутся по реке в стаях, и отдыхают тоже в стаях, останавливаясь на мелководье либо среди остатков растительности, либо под береговыми припаями льда. При приближении охотника стая сразу приходит в движение. Очень часто за такой стаей идет небольшой судак или пара. Такие подлещики им явно не по зубам, и почему они примыкают к сообществу своих потенциальных жертв – не ясно. Причем, если стая движется в толще воды на довольно глубоком участке реки, то следует смотреть вниз, на дно: судачки бегут за подлещиками, но на другом уровне, у самого дна.
   Если на дне останки дерева, засыпанные ветками, советую не уповать на отличную видимость, нырнуть и внимательно проверить, не скрывается ли кто в этом затемненном месте. Такие темные и тесные места и зимой остаются для судаков излюбленным местом стоянки. Групповых судаков тоже можно обнаружить, но бывает это в начале весны на каком-нибудь глубоком плесе, например, в месте слияния двух рек. Впрочем, однажды, в чудом сохранившейся густой, но короткой траве, я увидел сразу 7 небольших судаков. Они все были одного размера, «мертво» стояли вплотную друг к другу, и все уместились на половине квадратного метра.
   Белый карась не всегда и не везде ложится на зиму в спячку. В таких местах, где мы охотимся зимой, вода насыщена кислородом и в реке продолжается довольно активная подводная жизнь. Караси тоже ведут активный образ жизни, если, конечно, уткнувшихся носами в камень или друг в друга и неподвижных рыбин можно назвать активными. В траве караси тоже есть, особенно в густой траве, но там они каждый по себе, а в ямках, возле какого-нибудь автомобильного ската их может быть и десяток и больше. Обычно караси легко подпускают к себе охотника на выстрел, не требуя от последнего особой тишины и скрытности. Но очень быстро обучаются. Если в одном открытом месте охотиться несколько дней, то на третий-четвертый день придется брать более мощное и дальнобойное ружье, так как караси уже держатся на безопасном расстоянии, и при виде охотника, быстренько «дают деру». Впрочем, это присуще почти любой рыбе. Когда я только начинал зимнюю охоту, то даже килограммовых щук можно было хватать руками. А теперь, тихо-тихо сплавляясь по течению, чаще видишь перед собой облако мути или песчаной взвеси, которые красноречиво говорят, что здесь только что стояла щука, не пожелавшая даже показаться вам на глаза.
   В прошлые годы в небольших ямках, в старых ондатровых норах, под палками и досками на дне, частично зарывшись в ил, кучками зимовали озерные лягушки. Теперь их почти нет. Все убито «рыболовами»-электроудочниками. Впрочем, это отдельная и совсем неприятная тема.
   Подытоживая эти свои наблюдения, какие-то выводы можно сделать. Но, чем больше мы охотимся, тем больше убеждаемся в слишком частой непредсказуемости поведения рыбы. Например, известно, что крупная рыба в глухозимье уходит на большие глубины и практически не питается. Но вот мы находим на метровой глубине в тростнике десятикилограммовых сазанов. Что им там делать? Или вдруг наблюдаем явно свадебные хороводы небольших карпов и белых амуров. Это в январе-то месяце!? Можно было бы привести массу других примеров, когда никак не удается объяснить необычное поведение той или иной рыбы. Возможно, это влияние меняющегося климата, возможно, повсеместное ухудшение экологии или действие электротока, которым нынче во всех малых реках по ночам подчуют нашу рыбу. Впрочем, из этого печального факта можно сделать и другой, на мой взгляд, вполне благоприятный вывод: подводный охотник всегда должен надеяться на чудо, на встречу с невероятной рыбой даже там, где ее ни по каким признакам быть вроде бы не должно. А это, согласитесь, достойный аргумент в пользу любой подводной охоты, в том числе и зимней.
   Итак, подводный охотник тем или иным образом оказался у парящей зимней реки. Причем, если «тем» – это автомобиль, то «иным» – значит своим ходом, то есть троллейбусом, электричкой, автобусом, пешком. А на талии, между прочим, пудовый грузовой пояс, за спиной – рюкзак со снаряжением, весом минимум 15 килограммов. Бывало в двадцатипятиградусный мороз (рекорд – ЗГС!) пробираемся мы по глубокому, нехоженому снегу к берегу реки, на усах и бровях иней и лед намерз, а из-под курток пар валит. Класс!
   У зимней охоты, понятное дело, имеются нюансы, причем не всегда приятные. Много теплой одежды под резиновым костюмом, действительно, позволяют момент перемещения из снега в ледяную воду осуществить для тела незаметно. Бывает, правда, в этот момент где-то в районе лба появляется острая боль (очевидно, от резкого сужения сосудов), но так случается не всегда и всегда через минуту-другую боль проходит. При сильном морозе никак не удается подготовить к охоте маску. Положено ополаскивать и, дабы не запотевало, тщательно протирать ее стекло. Однако вода на нем моментально замерзает, и этот ледяной слой на стекле смыть или стереть не удается. Приходится надевать маску, через которую ничего не видно, и первые несколько минут, пока не растает лед со стекла, плавать вслепую.
   На морозе намокший капроновый линь на ружье превращается в жесткую проволоку, может не хватить сил распрямить скрученный и в таком положении застывший капроновый пояс. Без подогрева (от костра или остатками тепла в руках) не скрутить наконечник со стрелы, не извлечь стрелу из ружья. Если гидрокостюм по неосторожности порвется и под него хлынет ледяная вода – это уже отдельная песня. Впрочем, и такое нам теперь не страшно: мы научились ремонтироваться и заклеивать «пробоины» в гидрокостюме очень быстро и в любых условиях.
   Очень часто вблизи берега, где течение ослабевает или останавливается, образуется лед. Он тонкий и довольно хрупкий, если на него надавить сверху или снизу. Но, когда, увлекшись поиском рыбы, вдруг врезаешься лбом в торец этого ледяного припая, то кажется, что трещит уже не лед, а голова и шея. Я, отплавав зимой четверть века, каждую зиму приобретаю на лбу отметину от такой встречи. А то – и не одну.
   В погоне за рыбой некоторые не в меру азартные охотники лезут под большие участки льда. Иной раз специально ломают лед и делают полыньи, чтобы в них охотиться. Не советую. Любая рыба не стоит вашей жизни.
   Но все эти трудности отступают и мгновенно забываются, лишь только первая щука, подняв со дна облако мути, удерет у вас из-под носа. При охоте на щук все решают доли секунды, особенно в последние годы, когда рыба хорошо познакомилась с охотниками и стала ученой. Тут для успеха нужен личный опыт, ибо самые детальные наставления скорого результата все равно не дадут. Быстрое течение наносит вас на пятнистую красавицу и вы:
   1 – вовсе не увидели замаскировавшуюся хищницу;
   2 – увидели, но поздно;
   3 – не успели развернуть на цель ружье;
   4 – выстрелили, но промазали и т. д. и т. д.
   Для успеха надо знать куда и как смотреть, как при этом вращать головой, как держать ружье и куда оно изначально должно быть направлено, как и когда должен быть повернут четырехзубый наконечник стрелы, надо ли плыть по поверхности или слегка притопленым под водой…
   После удачного выстрела я тут же разворачиваюсь и, не торопясь, продвигаюсь на несколько метров теперь уже вверх по реке. За это время пересаживаю добычу со стрелы на кукан и перезаряжаю ружье. Затем вновь разворачиваюсь и продолжаю охоту опять вниз по течению. Без этого маневра течение вполне может натащить меня с разряженным ружьем на другую щуку. Естественно, она будет больше той, которую только что подстрелил, так как под водой действуют все те же законы (в частности, «закон подлости»), что и на суше. Некоторые охотники после удачного выстрела при небольшой глубине становятся на дно. Это недопустимо из-за поднимающейся мути, которую понесет течением именно на тот участок реки, где предстоит охотиться. Придется это мутное облако быстро-быстро обгонять, либо ждать, когда его унесет и рассеет, либо мириться с резким ухудшением видимости, что непременно скажется на результатах охоты и удовольствии, получаемом от нее.
   Незамерзающие участки рек мелководны, с довольно быстрым течением. Поэтому, если хотите удержаться на струе, а также после сплава вернуться вверх по реке к месту стоянки, надо иметь мощные ласты. Вас вполне могут устроить ласты с открытой пяткой, ибо они в калоше и по ширине, и по длине способны вместить ногу почти любых размеров. Наличие же по бокам стоп пряжек, в отсутствие мощной травы, не является недостатком. Летом, когда поднимется трава, а течение ослабнет, в этих же местах можно будет плавать уже в небольших, мягких ластах. По поводу того, в каком гидрокостюме лучше охотиться, мы уже разобрались. Осталось выяснить каким же должен быть сухой гидрокостюм, как им пользоваться и где его взять?
   Наличие под резиной сухого гидрокостюма приклеенной ткани, предохраняет его от большого разрыва. Однако зимой надо очень постараться, чтобы такой разрыв получить. Зато эта же ткань значительно ухудшает другие эксплуатационные качества костюма: он становится жестче, в нем сложнее найти маленькие проколы, а, в случае намокания, его очень сложно высушить. Толщина резины в таких костюмах всего 0, 3–0, 4мм, то есть он больше подвержен проколам, а в паху резина довольно быстро протирается. Многолетний опыт эксплуатации (причем, как летом, так и зимой) сухих гидрокостюмов показал, что он должен быть чисто резиновым, толщиною 0, 8-1мм. И вот еще, что очень важно. Сухой гидрокостюм должен быть такого размера, чтобы охотник без посторонней помощи и без специальных ухищрений мог надеть и снять его с себя.
   Под сухой гидрокостюм надевают много теплой одежды. Именно много. При этом, натянуть на себя 4–5 тонких шерстяных или полушерстяных рубахи лучше, чем один толстенный водолазный свитер верблюжьей шерсти: в случае протечки тонкие рубашки можно отжать, поддеть под них сухую из резерва и продолжать охотиться. И высушить тонкие одежды намного проще, чем одну очень толстую, шерстяную. Опыт показал, что хорошо поверх шерстяной, вязаной, иметь суконную (офицерское шинельное сукно), которая очень плохо впитывает воду. Средненький набор одежд под сухим гидрокостюмом в себя включает 3 шерстяных носка (иногда 1 шерстяной и 1 меховой), 3–4 пары шерстяных рейтуз, 4–5 шерстяных рубахи, шерстяной подшлемник и двойные перчатки. Кроме этого в рюкзаке всегда есть резерв сухой одежды. В таком комплекте в любой мороз мы плаваем по 4–5 часов, а однажды в феврале плыли по реке Руза, аж, 8 часов! Как вы понимаете, вся эта одежда не обязательно должна быть новой, кроме того, она вполне может быть с чужого плеча (жены, тещи и т. д.).
   Дабы можно было нырнуть в сухом гидрокостюме с такой поддевкой, на пояс вешается не менее пуда свинца. Зимний грузовой пояс имеет простую ременную пряжку, так как летние легкоразъемные пряжки самолетного типа на морозе смерзаются. Да и трудно представить себе необходимость аварийного сброса пояса, если охота проходит на метровой глубине и в отсутствии травы и завалов. Кроме того, с пряжкой самолетного типа при необходимости очень трудно изменить длину затвердевшего капронового ремня. Еще лучше использовать не капроновый, а резиновый пояс, так как он не впитывает воду и, стало быть, не твердеет на морозе. Мягкий резиновый пояс не пойдет – большое количество тяжелых грузов будет его вытягивать, и грузы будут «отваливаться» от талии.
   Защитных резиновых перчаток должно быть на руках две пары. При этом в 9 случаях из 10 прокалывается или рвется только верхняя пара, и руки остаются сухими. Перчатки используются технические (черные), но самого большого размера, иначе пережатые пальцы будут плохо снабжаться кровью и быстро замерзнут. Можно также вместо шерстяных и резиновых использовать толстые (7мм) неопреновые. Однако использовать в один день их можно лишь единожды, так как намокшие они на морозе твердеют, и вторично натянуть такую перчатку на руку уже не удастся.
   К сожалению, приобрести сегодня в России хороший сухой гидрокостюм – проблема. Гидрокостюмы «Садко» украинского производства уже не выпускаются. В Ярославле изготавливают костюмы на базе военных УГК, но они не лишены целого ряда недостатков. Известно также, что в Федерации подводного рыболовства России есть специалисты, клеящие их на заказ. Вот и все. Импортные сухие гидрокостюмы очень дорогие и очень неудобные для охоты. Из костюма с гермомолнией, которыми снабжены такие импортные костюмы, у охотника-горемыки есть шанс на морозе вообще не вылезти.
   Многие охотники зимой переходят с иностранных масок на отечественные. Почему-то под них меньше идет вода, и многие охотники это связывают с потерей силиконом на морозе своей эластичности. На трубках у нас непременно верхний клапан. Только задача у него совсем не такая, как летом: летом он исключает бульканье пузырей из трубки и распугивание рыбы, а зимой не пускает к вашим зубам при каждом нырке ледяную воду. Пустячок, а приятно!
   Так как зимой и рыба мельче и стрельба ведется с малых дистанций, то используются короткие речные ружья. А в качестве наконечников – четырех-или пятизубцы без флажков. Этого вполне достаточно в силу следующих причин: первое – рыба не крупная, второе – она не такая бойкая, как летом, и третье – стрельба почти всегда идет сверху вниз и почти никогда сзади. Для примера. Я своим четырехзубцем охочусь уже зим 15. Брал судаков, карпов и щук до б кг и, конечно, прочую, более мелкую рыбу. Лишь однажды, повстречав сазана на десятку, не меньше, у меня не было никаких шансов на успех, да и то скорее из-за довольно слабого речного ружья, а не из-за наконечника. Вот только наконечник мой не простой: планка титановая, а длинные, близко расположенные зубья из очень жесткой, рояльной проволоки (бмм). Их невозможно согнуть даже с помощью плоскогубцев.
   Это может показаться невероятным, но зимой охотятся даже в Заполярье. Понятно, что мест там для этого еще меньше, чем в нашем Подмосковье. И все же, под плотинами и под мощными порогами находится немного открытой воды. Туда и лезут наши северные коллеги. Особенности их снаряжения определяются скорее условиями горной реки, нежели низкой температуры воды и воздуха. Так из-за постоянных ударов ластами по камням пластиковые лопасти колются. Мощное течение порой так закручивает, что на ластах с открытой пяткой лопается резинка. И так далее.
   Если пресноводную охоту можно лишь с определенной натяжкой назвать чисто российским нововведением, то зимняя подводная охота при очень низких температурах воздуха – уж точно чисто наше детище. Все больше и больше охотников, не в состоянии долгие зимние месяцы сидеть, сложа руки, рискуют окунуться в ледяную реку. И вдруг, неожиданно для себя констатируют, что ничего в этом страшного нет. Надо только не пренебрегать опытом тех, кто давно и успешно практикует столь оригинальное и здоровое увлечение – зимнюю подводную охоту.
   К великому сожалению, не у всех охотников имеются поблизости незамерзающие водоемы. Им приходится туго:

     Зима укрыла снежною периной
     Поля и долы.
     Серебристый снег
     Искрится золоченою картиной
     Под шапкой дремлет крутобокий брег.
     Лиса на берег осмотреться вышла,
     Ища в полях забытые стога.
     Не пискнет мышь,
     Сова холодной тенью
     Сковало льдом крутые берега,
     Река уснула, шороха не слышно,
     Скользнет неслышно в темноте ночной,
     С неслышным хрустом выйдет на тропу оленью
     Матерый хищник.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

Поделиться ссылкой на выделенное