Юрий Погуляй.

Именем Горна

(страница 5 из 29)

скачать книгу бесплатно

– Не торопись! – грубо осадил его чародей. – Поедешь не один. С тобой будет рыцарь Братства. В Смутных Королевствах сложно выжить без острой стали. Поставленные вас пропустят и проводят до границы.

Эйдор кивнул. Новости о попутчике он обрадовался. Вместе веселее.

– Пока остаешься в Обители – постарайся как можно больше узнать о тех землях, мальчик. Слышал я, что в тех краях верить можно только паладинам Небесного Горна, но кто знает, как оно на самом деле, – взгляд Айлока затуманился. Юноша знал, что отец старика родился по ту сторону Путаных мест, но почти никогда не рассказывал о своем прошлом.

– Хорошо, настоятель! – Эйдор понял, что после аудиенции забросит вещи в комнату и пойдет в библиотеку. Может быть, там что-нибудь найдется о южных землях.

– Запомни, малыш: никому ничего не рассказывай. Ни здесь, ни там. О результатах своей инспекции тоже молчи. Все хорошо в Стохолмье, правда ведь? А отправляешься ты в столицу, переводят тебя туда. Понял?

– Д… Да, настоятель, – неуверенно сказал Эйдор. Юноша понял, что никак не может отделаться от официального обращения, но так как старик не отреагировал – выбросил мысль из головы.

– Тогда иди. Когда придет время, я тебя вызову.


В библиотеку Эйдор попал только к вечеру. Знакомые и приятели совсем замучили молодого инспектора с расспросами, заинтригованные его аудиенцией у настоятеля, о которой не знали, пожалуй, только в деревне у озера. Эйдор поделился с товарищами, что его переводят в столицу. Кто-то завидовал, кто-то с видом знатока говорил, что в столице тоска зеленая, а юноша мечтал поскорее добраться до книг о Смутных Королевствах.

* * *

– Открывай, баран! – терпению Ладомара пришел конец, и он стукнул обухом боевого топора по массивным створам орденских ворот. Сверху за шиворот посыпался снег, заставив воина крепко выругаться.

– Не шали! – глухо, с угрозой, ответил стражник за неодолимой преградой. – Сейчас командир подойдет – с ним лайся.

Паладин сцепил зубы и со всей силы обрушил топор на ворота, надеясь хоть так излить ярость. Глупо, невероятно глупо он выглядит со стороны. Воин нутром ощущал насмешливые взгляды прохожих. Ставка ордена хоть и находится на окраине города, а гуляк тут хватает; и все, несомненно, все до единого, не могут удержать смешка, глядя как стучится в ворота одинокий рыцарь. Позор…

Перехватив топор, Ладомар повторил удар, прицелившись в незащищенную железом древесину.

– Не балуй! – окрикнул его невидимый стражник. В голосе служаки послышалось беспокойство: а ну как безумец попался? Разнесет ворота, что и так стоят больше для виду, чем для дела, а отвечать кому? С сумасшедшего какой спрос?

– Вот войду – узнаешь, как я балую, – прошипел паладин и, выплескивая в удар весь накопившийся гнев, вновь обрушил топор на незыблемую твердыню. Легче не стало, а совсем даже наоборот, эмоции подкатили к горлу и воин едва удержал рвущийся наружу рык.

– С-с-скот!

Не знают они, видите ли, никакого Ладомара.

Нет такого паладина у Небесного Горна и точка, нечего шум подымать выпивохам разным.

– Сейчас болтом угощу! – пригрозили из-за ворот.

– Угости, – неожиданно согласился Ладомар, – высунись и угости, курва ниранская!

– Че?!

Паладин ответил еще одним тяжелым ударом по воротам.

– Пристрелю, собаку! – рявкнул из-за стены ненавистный стражник.

Стук копыт за спиной заставил Ладомара напрячься. Всадников много, к шуму можно привыкнуть, но этот направлялся к ставке Ордена. Перехватив топор поудобнее, воин Горна обернулся, лелея надежду, что любознательный путешественник даст повод пустить оружие в ход.

– Приветствую, брат! – не зевака, не молодой дворянчик с рыцарскими замашками и даже не преисполненный служебного рвения патрульный. Как жаль…

– Да пребудет с тобой свет Небесного Горна, брат, – процедил Ладомар и с большой неохотой отпустил топор.

– И с тобой, – паладин спешился, отряхнул от снега теплый плащ и с прищуром оглядел пострадавшие ворота. – Откуда?

– С Трех Границ.

– А я из Сейнара. Не открывают?

Ладомар с уважением покачал головой, в Сейнар он заходить не решался, слишком уж злобный и горячий народец там обитал. Ни дня без драки.

– Открывай ворота. Паладин Хисъяр из Арны прибыл на постой! – зычно гаркнул странник. Имя это ни о чем Ладомару не сказало, однако стражник за стеной откликнулся быстро.

– Орден рад принять тебя, брат! – официально сообщил он, и добавил. – Вот только дровосек этот может помешать проходу в нашу обитель.

Ладомар на одеревеневших ногах обернулся к воротам, выбирая место для следующего удара.

– Этот дровосек – паладин Небесного Горна, – проревел Хисъяр. – А вот тебе не избежать нагоняя, служивый. Негоже заставлять благородных людей орать, как торговок на ярмарке. Открывай!

– Не знаю я ни о каком Даромире! – неуверенно ответил стражник.

– Ла-до-ма-ре! – точку в вопле поставил еще один удар по воротам, наконец-то в разные стороны брызнули щепки и паладин с довольным видом опустил топор. – Из Двух Столпов! – весомо добавил паладин.

– Открывай! – гаркнул Хисъяр.


Створки дрогнули, и Ладомар зло скривился от предвкушения. Оставлять стражника без наказания он не собирался.

– Следи за собой, брат, – неожиданно Хисъяр положил руку ему на плечо. – Гнев плохой советчик. Много бед произошло из-за того, что кто-то дал ему волю.

Слова паладина спасли зубы стражника. Ладомар с огромным трудом взял себя в руки и даже не поглядел на говорливого часового, чтобы не вводить сердце в соблазн мести.

Хотелось каленым железом выжечь на груди солдата: «Ладомар из Двух Столпов». Чтобы не забывал.


Раскаянье пришло ночью. Прокралось в плохо протопленную комнатушку, назначенную распорядителем Ордена, и завалило душу паладина камнями. С чего он так завелся? Ведь обычное дело – забыл служака имя, затерялось в списках, а то и не внесли в них Ладомара, как оно уже не раз бывало. Не каждый же год их обновляют. В иных местах десятилетиями лежат, и некоторых паладинов вносят туда уже посмертно. Отчего такая ярость проснулась? Пора бы уже привыкнуть к «неузнаваемости»!

Дорога? Не было в ней ничего такого. Ровная, будничная жизнь путешественника. Заснеженные, сонные деревушки-села, труднопроходимый всаднику тракт да парочка стычек с обнаглевшими от наступающих морозов разбойниками. Произошедшее в Трех Границах? Тоже нет. Кстати, Вестник Горна сегодня оказался «занят», что вызвало у Ладомара очередной прилив тихого бешенства, но, слава Небесному Горну, оно не вырвалось наружу.

Он плохой паладин? Недостойный? Однако прошел же проверку в Храме Мирамии! Выпил зелье и выжил! А скольких не принял Небесный Горн? Сколько кандидатов сгорели на месте, у алтаря? Множество! Каменные плиты почернели от огня, в который обратились отверженные воители. Ладомар отчетливо помнил темные пятна на полу храма и сильно сомневался, что жрецы специально жгут костры у святилища, дабы подчеркнуть традицию.

Тогда откуда столько ярости?

Из-за Элинды?

Нет! Есть только две святыни на свете: Небесный Горн и Она. Остальное не имеет смысла.

В очередной раз поклявшись впредь быть сдержанней и больше думать о других, чем о себе, паладин закрыл глаза и молча помолился своему божеству. На удивление стало легче и Ладомар, наконец-таки, уснул.


К Вестнику его выдернули рано утром, без каких-либо церемоний и расшаркиваний. Осталось только пожалеть, что вчера не сдержался и бросил в сердцах писарю: «Великая Война», когда тот спросил о цели визита.

Без доспехов Ладомар чувствовал себя голым: походная, застиранная ливрея, дорожные штаны и рубаха – вид не самый презентабельный, однако времени на сборы не оказалось.

Святой Отец, утопающий в роскошном белом кресле, нелепо смотрящемся в тесном кабинете, был ни на шутку встревожен, хотя и чувствовалось его подозрение к неизвестному паладину. Нет у Ладомара заслуг и регалий, известных Нирану. А если и есть – то о них никто не слышал, разумеется.

– Что стряслось, воин? – Вестник задал этот вопрос, едва Ладомар ступил на порог его кабинета. Тучный мужчина, даже чересчур тучный, жирный, так вернее будет. Оплывший… Интересно, он держал когда-нибудь в руках что-то тяжелее ножа? Паладин с сомнением уставился на невероятно толстые и короткие пальцы духовного отца.

– Вести с Трех Границ. Во всех трех фортах обнаружены усмийцы, в гарнизоне Зуррага двое, в Ниранском тоже, причем один из них – командир гарнизона. Я предполагаю, что это не просто так.

– Предполагать это не твоя забота, воин, – поморщился Вестник, – это все?

– Да.

– И ты говоришь «Великая Война»? – побагровел духовный отец.

– Да, – равнодушно пожал плечами Ладомар.

Вестник сомкнул толстые губы, неодобрительно глядя на паладина:

– Воин, это слишком громкое заявление, понимаешь? Нужны факты, а не домыслы! Нельзя так разбрасываться «Великой Войной»! Ты не думал, что это может быть совпадением, случайностью?

– Простите, Святой Отец, я не догадался проверить остальные пограничные гарнизоны всех королевств, мне показалось, что достаточно трех из трех проверенных.

– Не ерничай, воин! – Вестник ткнул в сторону паладина уродливым пальцем. – Не надо тут обиженную добродетель строить. За службу спасибо, Горн гордится такими сыновьями, но со словами впредь поаккуратнее.

Ладомар промолчал, глядя на тусклый гобелен в полстены, украшавший кабинет Вестника. Жерло Небесного Горна… Говорят, раньше паладины причащались в нем, кто выйдет из него – тот истинный сын творения Халда. Но с тех пор, как Анхор отгородился от соседей – святыня, располагавшаяся в сказочных землях, стала недоступной. А жаль. Так было бы гораздо торжественнее… Не будничный глоток зелья под пристальными взглядами вооруженных ведрами с водой служителей.

– В-общем, я попрошу проверить гарнизоны в тех краях, – Вестник вяло махнул рукой. – Свободен.

Кивнув на прощание, Ладомар покинул кабинет и, едва закрылась дверь, шумно втянул носом воздух. Обычно помогало успокоиться.

Совпадения?! Громкие заявления? Домыслы?

Ладно, пусть будет так…


В обеденной зале, где обычно собирались все находящиеся в ставке паладины, было почти пусто. За небольшим столом, в углу таверны, расположился вчерашний знакомый. Хисъяр с угрюмым видом поглощал завтрак, и Ладомар даже залюбовался отточенными, скупыми движениями воина.

– Утро доброе, – поприветствовал он завтракающего бойца.

Тот кивнул, но от трапезы не оторвался.

– Я присяду?

Еще один короткий кивок.

– Чем будете завтракать? – рядом со столом объявилась пожилая женщина в белом переднике. Хозяйка? Служанка? Какая разница.

– Этим, – Ладомар указал на миску со странного вида серой кашицей.

– Встретился с Вестником? – через пару минут тишины произнес Хисъяр. Взгляда от завтрака он так и не оторвал.

– Да…

– И что?

– Не спрашивай, – поморщился Ладомар.

– Тем плоха наша служба, что мы действуем сердцем, а отцы разумом. Очень сложно удовлетворить и то и другое, – Хисъяр отломил кусок от ломтя хлеба, уперся локтем в стол и, наконец-то, оторвал взгляд от миски. – Но если все будут действовать сердцем – жди ошибки. А если все разумом – жди несчастья.

– Красиво говоришь, – хмыкнул Ладомар.

– Да, это я умею, – непонятно улыбнулся Хисъяр и вцепился зубами в хлеб.

– Что ты в Сейнаре делал?

Паладин замер, медленно дожевал и неохотно посмотрел в глаза Ладомару.

– То же что и ты у Трех Границ…

– Место-то неправильное. Туда одному ездить не следует, – словно оправдываясь пояснил Ладомар.

– А я не один туда ездил, – хмуро ответил Хисъяр. – С друзьями.

У стола возникла знакомая уже женщина, поставила миску каши, кружку с водой и взгромоздила сверху добротный ломоть хлеба.

– И? – Ладомар зачерпнул ложкой парящую массу. Хисъяр сдавленно кашляну, будто всхлипнул, залпом допил из кружки и поднялся из-за стола:

– Приятного аппетита.

Есть расхотелось.

– Соболезную… – догадался Ладомар.

Хисъяр лишь махнул рукой.


Смерть всегда рядом. Если «с друзьями» – значит Хисъяр работает «по заказу», и скорее всего именно его направят на проверку гарнизонов. Обычно у паладинов нет близких: вольные хлеба часто проходят в одиночестве. Заказные – совсем иное дело, Настоятели посылают их отряды туда, куда надо Ордену. Проще говоря: вольники – разведка, заказники – исполнители. Разум и сердце?

Обычно в таких отрядах, называемых Копьями, четыре человека. Все матерые, обученные воины, в странствиях обретающие истинное братство. Тяжка судьба человека, потерявшего всех близких.

Впрочем, у каждого свои потери. У Хисъяра друзья…

У Ладомара Элинда.

Вот только надежды у всех разные.


Ставку Ордена паладин оставил днем, так как не хотел терять время за стенами малолюдной, тихой обители. Куда ехать – он так и не придумал, в голове было лишь направление: на запад. Возвращаться по тому же тракту не хотелось, и потому, доехав до первой развилки, Ладомар свернул к северу, полный решимости добраться до границы с Анхором, и уже оттуда двигаться в сторону заката.

Элинда, на удивление, мысли паладина не занимала. То ли беседа с Хисъяром так подействовала, то ли неприятный осадок после разговора с Вестником – непонятно, но воин Горна отчего-то наслаждался неспешной ездой по ниранскому тракту. Редкое чувство, когда становится хорошо только от понимания, что ты существуешь. Мимо проплывал лес с редкими отворотами зимних троп, конь, казалось, упивался дорогой не меньше всадника.

Ниран… Наверное самая бледная северная земля. Есть король, есть вялые дружины и ленивые отряды милиции. Есть крестьяне, есть дворяне. Ничего необычного! Как, впрочем, и везде в этих краях. Поставь на дороге парочку инквизиторов – будет Халдия. Выведи на тропу медленный караван, посреди которого будут плестись закованные в цепи рабы – значит Балион.

Ладомар улыбнулся мыслям. Не так все, конечно… Совсем не так. На землях Халдии простой народ до колик боится рассекающих по дорогам фанатиков веры, а в Балионе жизнь идет по унылому сюжету: раб служит хозяину, а хозяин мечтает о большем количестве рабов. Так что не королевства такие одинаковые, а жизнь. Серость объединяет всех. На любой дороге могут оказаться разбойники, каждый трактирщик легко накормит ужином из испортившихся продуктов. И даже благословенный Эймор не панацея, хоть и родина паладину. Человеческой грязи везде хватает.

Только стальной кулак способен навести порядок в загнивающем мире. Пока люди не начнут бояться нарушить закон – все будет лишь ухудшаться. Человек слабое животное, и пряники его лишь развращают. Иногда надо не бить палкой по виновным рукам, а рубить их!


Впереди, на дороге, Ладомар вдруг увидел распряженную телегу. Заинтересовавшись, он подъехал поближе, уже догадываясь, что обнаружит.

В разворошенной повозке лежал труп. Скорчившийся бородатый мужчина лет пятидесяти уткнулся носом в подгнивший борт телеги. Совсем недавно зарезали.

Паладин молча оглядел снежную дорогу, высматривая следы напавших. Картина привычная: кто-то позарился на лошадь, или же на нехитрый скарб крестьянина. Может быть, он в какой-нибудь таверне сболтнул чего лишнего, и расплата не заставила себя ждать. Людям нельзя верить.

Разбойники не таились, судя по следам они так и пошли по дороге на север. Остановившись у розового пятна на снегу, паладин внимательно осмотрелся. Тут убийца неторопливо очистил нож. С такой наглостью и неспешностью бандиты не могли далеко уйти…

Воин пришпорил коня, беспрестанно вращая головой. Сквозь узкую щель забрала иначе выслеживать противника смысла не было.

Нагнал он лиходеев через милю. Трое разбойников свернули на едва заметную лесную тропу, и где-то в ста-двухста шагах от дороги Ладомар их достал.

Конечно, драться с рыцарем никто из бандитов не захотел, и они ринулись врассыпную. Первого Ладомар уложил стрелой; второго, что до сих пор не мог победить жадность и волок за собой украденную лошадь, паладин легко нагнал, и без удивления почувствовал как рванулась наружу сила Горна. Однако разбойник падать на снег и корчиться от боли не спешил. Отпрыгнув, и, наконец, отпустив коня, рыжеволосый мужчина ойкнул, поймал удар меча, и рухнул на землю. Ладомар одним взглядом проводил ускользающего в лес последнего лиходея. Преследовать беглеца-лыжника по чаще воин не стал. Все равно не догонит.

С мрачным видом паладин опустил взгляд на извивающееся на снегу тело и начал читать слова молитвы.


Молодой, темноволосый парень так визжал от боли, что умудрился перекричать звон Небесного. Ладомар машинально произносил слова молитвы, и отстраненно размышлял. Бандиты наверняка хотели продать юношу в Балион, может быть и старого коня взяли лишь для того, чтобы не тащить пленника волоком. Тут до земель рабовладельцев рукой подать, и если тайными тропами пробираться, то можно все Ниранские заставы миновать без опаски оказаться на виселице. Напрямую ссориться с Балионом никто не хотел, да и замкнутому королевству не с руки было бодаться с более могущественными соседями, а вот вздернуть парочку-другую работорговцев не отказались бы ни эйморские, ни ниранские военные патрули.

Дочитав молитву, Ладомар бросил на мертвеца раздосадованный взгляд. Ради чего он работает? Кому служит? Нагнав разбойников, дабы отбить у них пленника, ему пришлось убить и его тоже. А если следовать присяге Ордена – зло враждующее с Усмием не есть зло. То есть сейчас он зря положил бандитов?

Люди – мерзкие создания. Спасешь жизнь одного человека, а он завтра спалит дом более удачливого соседа или зарежет в пьяной драке неплохого парня. С другой стороны, может и убийцу какого погубит, но вряд ли. На практике Ладомара регулярно всплывали моменты, когда вырученные люди несли беды окружающим. Одного купца, отбитого от налета разбойников, паладин запомнил очень хорошо.

Спустя неделю улыбчивый бородач отравил своих компаньонов, не желая делиться несказанной прибылью. Умертвил не задумываясь, что у двоих были семьи, а третий вот-вот собирался жениться. Ради нескольких золотых принес горе стольким людям. А кто виноват?

Выходит – воин Небесного Горна. Недоглядел, спас жизнь мерзавцу. Выпустил в мир еще немного зла.

Поморщившись, Ладомар попробовал выкинуть из головы злые мысли. Хочешь изменить мир – покажи пример, каким надо быть. Наверное в этом-то и есть долг паладина. Быть примером… Но что делать, если ко всему живому внутри бурлит тихая ненависть?

– Элинда-Элинда, – Ладомар развернул коня. – Мне тебя не хватает…


Только когда Она была рядом – паладин забывал про окружающий мир. И потому сейчас все его мысли были лишь об ее поиске. Однако и тут его постигла неудача. Через три дня путешествия по снежным лесам Нирана на пути паладина вырос небольшой, но обнесенный стеной ниранский городок. Эти дни зимней дороги настолько вымотали Ладомара, что он решил добраться до ставки Ордена и переждать наступающие морозы в тепле. Идея продолжать путешествие дальше показалась ему не такой уж и удачной.

Судьба и тут не улыбнулась паладину. В Лесном царило невиданное оживление, связанное с подготовкой карательной экспедиции Ордена. Местный Вестник собирал Копья для отправки их на юг, в Сейнар, дабы покарать какое-то поселение за смерть воинов Небесного. Насколько понял Ладомар – речь шла о товарищах Хисъяра. Долго раскачивались Вестники, долго.

В Лесном набралось даже два Копья. Хотя все они состояли из паладинов также, как и Ладомар, желающих перезимовать в тишине и покое. Кое-кто даже открыто ворчал, сетуя на погоду, но никто не посмел отказаться. В единстве Ордена – сила паладинов. За смерть одного святого воина ответят все причастные. Так уже бывало и прежде.

Подготовка экспедиции заняла трое суток, и утром четвертого дня из Лесного вышел небольшой отряд, сопровождаемый обслугой. Копья Ордена двинулись по заснеженной дороге на юг, к стране озер и безумных воинов. Угрюмый Ладомар держался особняком. Даже в своем Копье он старался не заводить знакомств, несмотря на то, что ребята, на его взгляд, подобрались замечательные. Но то ли зима так действовала, то ли понимание, что он удаляется от цели своего поиска – настроения у него не было никакого.

Орден долго запрягал, но быстро ехал. После трудного путешествия по трескучим морозам, Копьям из Лесного предстояло проторчать в лагере на границе с Сейнаром около десяти дней, пока до места доберутся остальные отряды. В общей сложности набралось свыше трех сотен паладинов, но все равно главной ударной силой должны были оказаться наемные отряды, которых здесь насчитывалось значительно больше чем людей Ордена. Вестники расщедрились, угрохав на псов войны большие деньги.

В самой карательной экспедиции Ладомару поучаствовать не удалось, да он, если честно, и не рвался. Небольшое поселение на восточном берегу Титан-Озера вырезали наемники. А потом несколько Копий демонстративно медленно проехали по дымящимся развалинам и один из Вестников оставил посреди пепелища штандарт Ордена. Месть за павших друзей Хисяъра свершилась.

Ладомар обо всем этом действе слышал только из рассказа одного из паладинов-участников «заезда». Хмурый мирамиец посетовал, что в Ордене совсем дурные времена настали, раз всю работу поручают наемникам. Ладомар пропустил его слова мимо ушей, хотя и поймал странный, загадочный взгляд соратника. Тот будто ждал какой-то реакции и заранее готовил нужные для такой ситуации слова, но так и не дождался. Ладомара больше занимала обида за потерянный месяц. Он ведь и так-то не хотел зимой бродить по дорогам да прозябать на холоде, но судьба распорядилась иначе. Вот только почему она потащила его на юг, а не на запад? Так бы он был на месяц ближе к Элинде. А теперь ему нужно было возвращаться обратно в Лесной.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Поделиться ссылкой на выделенное