Юрий Никитин.

Зачеловек

(страница 6 из 38)

скачать книгу бесплатно

Генетика – понятно, о ней столько говорили, что каждый грузчик знает или думает, что знает, чего от нее ждать. Нанотехнология же совсем новенькая, только что с технического конвейера, сама технология пошла, наконец, развиваться стремительно, сейчас обещает даже больше, чем генетика. Теперь нанотехнология – уже не наука, а производство, где полный контроль не только над веществом, а над самой его структурой. Это значит, что производство будет осуществляться простой перестановкой атомов, а даже школьник знает, что из атомов состоит все. Переставляя одни и те же атомы, можно получить каменную глыбу, слиток золота, кусок льда, рыбу, птицу или даже человека – это все те же атомы, размещенные в строго определенном порядке.

Кажется, конечно, что манипулировать атомами – это не скоро, но еще в 1990 году мир обошел снимок логотипа IBM, выложенный на никелевой пластинке из 35 атомов ксенона. С тех пор техническая мощь удваивается по закону Мура каждые полтора года, сейчас уже два года работают над созданием первого ассемблера, то есть микроскопического манипулятора, который способен будет захватывать отдельные атомы и втыкать их в указанное место.

Конечно же, он уже обошелся в миллиарды и миллиарды долларов, но его же запрограммируют на создание своей копии, что сразу удешевит его вдвое. А клоны создадут еще и еще, так что, в конце концов, ассемблеры станут практически бесплатными. Работая в больших группах, они смогут создавать любые, даже самые сверхгигантские, объекты, причем эта технология абсолютно чистая и безотходная, а строительным материалом сможет служить абсолютно все: воздух, вода, камень, даже тела самих ассемблеров…

Из комнаты доносились веселые голоса, Тигги что-то щебетала, Олег расслышал убеждающий голос Мрака:

– Не беспокойся, я не уступлю ему диван!.. Сам буду, как король на именинах, а удел рыжих – раскладушки…

Он отвлекся от их игр, вспомнил, что генетика, точнее, биология и в создании ассемблеров идет ноздря в ноздрю с металлургией: пока те улучшают сканирующие туннельные микроскопы а также атомно-силовые микроскопы, для достижения позиционной точности и силы захвата, генетики торопливо испытывают возможности хитроумных химических компонентов, способных к самосборке.

Они же ставят опыты с рибосомами, что уже сами по себе ассемблеры, но только специализированные ассемблеры. Рибосомы осталось только использовать для сборки первого универсального ассемблера. В любом случае, любую структуру, описанную с атомарной точностью, легко построить ассемблерами предельно дешево, без отходов и даже без участия людей. Понятно, что именно ассемблеры смогут оживить тех безумцев, что уже заморозили себя в ожидании «золотого века», они же создадут особо мощные компьютеры, словом, перевернут мир… как мы и хотели, или же так, как нам мерещится в страшных снах.

Голова гудит, он хотел привычно встать и походить взад-вперед, но это балкон, не комната и даже не его просторная кухня, здесь не расходишься, к тому же в чужом монастыре неча со своим уставом, это только Мраку хаханьки, везде у него повод повеселиться.

Всплыл соблазн выйти из биологического состояния, за одну секунду «атомной жизни» успеет перебрать миллион вариантов, прогнать от и до тысячи сценариев, но снова удержал страх, что слишком часто прибегает к такому вот отстранению от человечества, вдруг да опасно отдалится, перестанет болеть его болью, принимать к сердцу тревоги и надежды этих человечков.

Да, нанотехнология уже на марше, ассемблер вот-вот создадут. А как только созданный приступит к самокопированию, тогда туши свет, мир пойдет вразнос, если заранее не вогнать его в очень узкий туннель, откуда ни вправо, ни влево, ни даже вверх или вниз. Все, что создается человеком, тут же приспосабливается для военных действий, а нанотехнология куда страшнее всех крылатых ракет и атомных бомб, страшнее даже террористов, вооруженных «чемоданными» атомными бомбами. Армия микроскопических убийц, которых не засечь никаким радаром, легко пересечет любые границы, а заводы по производству таких боевых киборгов будут меньше картонной коробки из-под пары кроссовок, тут уж никакая комиссия ООН по разоружению не обнаружит!

Он нахмурился, вспоминая, какой вой подняли правозащитники, когда сообразили, что вот она, настала эра, можно записывать себя в компьютер или же впускать в кровь крохотные ассемблеры, настолько крохотные, что в сотни раз мельче кровеносных телец, зато эти механические штучки могут устранять все неполадки, делая, таким образом, организм абсолютно здоровым, вечно молодым и бессмертным.

Вой поднялся не потому, что плохо, не все правозащитники полные идиоты, среди них есть и не совсем клинические случаи. Эти напирают на то, что не все смогут воспользоваться всеми возможностями! По крайней мере, не сразу, а только потом, когда их станет много, когда все подешевеет. А правозащитникам подай все так, чтобы одинаковый доступ к благам имел и подвижник, который все жизнь работает без выходных и отдыха по четырнадцать часов в сутки, и абсолютный лодырь, живущий только на пособие по безработице, пропивший из дому все и вся.

Бред, конечно, и сейчас богатые покупают огромные плоские экраны на всю стену, а бедные довольствуются ЭЛТ-кинескопами, у богатых оптоволокно, а у бедных простая выделенка, а то и старинный диалап, богатые ездят отдыхать в теплые мора на собственные виллы, а бедные к себе на дачу за городом. Все это понятно, с этим устаканилось. Хотя богатых по-прежнему ненавидят, особенно в России, однако настоящий накал страстей будет, когда дело коснется не жалкой разницы между стареньким «Москвичом» и шикарным «Бентли», а выбором: кому жить дальше, а кому умереть. Ужас для тех, кому умирать, еще и в том, что их уж точно никто не возьмется восстанавливать. Понимают, что Коперника восстановят, Пушкина восстановят, даже пепел Джордано Бруно сумеют собрать и восстановить из него мятежного гения, а вот они, всю жизнь прикладывающиеся к бутылке да мечтавшие оттрахать жену соседа – кому нужны? Остается только набрать камней и пойти по-пролетарски громить исследовательские центры и фабрики по производству ассемблеров. Если не всем, то пусть тогда никому…

– Взять на заметку, – пробормотал он. – По всем данным, они уже готовы перейти от криков и лозунгов к делу… Боюсь, Яфет не справится. Даже со всеми Тайными.

Глава 7

Лежа на раскладушке, он вдыхал свежий ночной воздух, слушал затихающие шумы большого и бестолкового района, вспомнил, что уже ночь, в это время люди спят, у них вообще затихает мозговая деятельность, кроме самой низшей, они должны лежать в постели примерно семь часов, а без этого, без сна, вообще неполноценные существа, так что, пока он играет роль человека, тоже должен лечь и сделать вид, что спит. Впрочем, это нетрудно.

Заскрипел диван, это поднимается Мрак, ну, естественно, не может обмануть ожиданий женщины. Спасенной женщины. Если откажется, она ощутит себя виноватой, как бы не отблагодарившей, а так утром будет лучиться тихим блаженством, мол, сделала все, чтобы ее спаситель был счастлив.

Повернулся на другой бок, намеревался всю ночь лежать вот так и мыслить, мыслить, но легко и просто начал проваливаться в сон, хотя не чувствовал усталости или потребности во сне… однако же сонливость угнетала, путала мысли, потом вспомнил, что уже трое суток без сна, а ведь он человек, раз уж старается не покидать эту биологическую структуру…

Сознание затуманилось, он все еще чувствовал, что лежит на раскладушке, в соседней комнате Мрак обнимает женщину, однако почти так же ярко проступили и дивные фигурки из созвездий, прошла оранжевая волна сжатого пространства, звезды задвигались, как отражение в темном озере, куда бросили камешек.

Густой и нечеловеческий голос произнес нечто, Олег не понял, слова сразу со всех сторон, словно само пространство говорит с ним на своем языке, что и не язык вовсе… но и не телепатия, хотя теперь все непонятное – телепатия…

Его пронизал черный, гасящий разум ужас, смешанный со щенячьим восторгом. С ним заговорила Вселенная! Ну, может быть, не с ним, но он слышал ее голос… если это можно назвать голосом, он с л ы ш и т!..

Голос, даже не голос, а глас, звучит ровно и торжественно, он не обращается именно к нему, такую малость кто заметит, он вещает, как говорили в старину «городу и миру», не ждет ответа и не рассчитывает на ответ, нет таких, кто мог бы ответить, он просто доводит до сведения всех-всех, кто способен услышать и понять.

А потом вместо угасающих звезд проступил красный мир, в котором просвечивают подрагивающие сгустки, исполинские волокна, Олег сделал усилие и поднял веки, зажмурился, чихнул от солнечного луча, щекотавшего ноздри. Все-таки проснулся человеком, значит, даже подсознательно чувствует в себе основу человеческую… Или же дают себя знать тренировки, когда он подчинял новые возможности железной воле, чтобы даже во сне не выползли, не проявились, пока он в бессознательном состоянии.

Зябко поежился, представив себе, что, просто потянувшись во сне «по-новому», мог бы снести половину города или вызвать к жизни вулкан, а чихнуть на полную мощь – землетрясение в девять баллов, жуткий ураган, а то и вовсе весь этот материк, как когда-то Атлантиду, в океан…

Потянулся сладко, чисто по-человечески, прислушался, как потрескивают отдохнувшие и распрямившиеся суставы, рывком вскочил, заставив жалобно пискнуть раскладушку. В комнате на диване никого, даже не смято, правда, со стороны кухни под дверную щель протискиваются, обдирая спины и повизгивая, приглушенные голоса, однако вкусных запахов пока не слышно, спасатель и спасенная тоже только что встали. Мрак, похоже, так и не понял, что именно потянуло его с такой силой к этой женщине, что ощутил в ней настолько аттрактантное, что не хочет отпускать…

Он вздохнул, природа, при всей кажущейся безграничности, на самом деле оперирует очень малым набором ДНК. Вот прямо сейчас по планете можно отыскать абсолютных двойников, а если взять древние эпохи, то сейчас по улицам Москвы спешат на работу рамзесы, тутанхамоны, пифагоры, точно такие же сейчас засыпают перед телевизором по ту сторону океана. Мрак то ли не понял, то ли подсознательно не позволяет себе осознать, кто именно эта Тигги, чья она точная копия, уж слишком много у него с тем образом горя и радости, страданий и взлетов.

Весь подоконник на балконе заставлен пластмассовыми горшочками, цветы поворачивают листочки навстречу солнечным лучам, похожие на эстонских улиток, такие же быстрые, с толстенькими стеблями. Он потрогал листья пальцем, стараясь вспомнить название. Вроде бы герань, хотя у герани должны быть листья чуть мельче… Или все-таки герань, просто за тысячи лет видоизменилась, не только человеческий вид движется от мутации к мутации…

Солнечный свет пронизал листок, делая его прозрачным. Жилки выделились темным, а сам лист разделился на крохотные вздутые подушечки, похожие на целлофановые пакеты со сладким соком. С нижней стороны листа, прячась от жгучих лучей, пристроилось целое стадо тлей. Солнечного света хватало, чтобы, даже пронзив толстый мясистый лист и оставив в нем половину своей проникающей мощи, высветить и тлей, сделать их полупрозрачными.

В комнате послышались шаги, Олег не стал оборачиваться, от Мрака распространяется то чувство, которое древние греки назвали бы гармонией со всем миром.

– Как спалось? – поинтересовался Мрак ехидно.

Волосы на голове и груди блестят, как покрытые лаком, а на ресницах и бровях еще крохотные жемчужные капельки. В то же время на его коже все еще сохранились частички женского тепла, ее запах, молодой и здоровой самочки, но мыслями он уже здесь, готов к деяниям. Олег не отрывал взгляда от толстеньких неуклюжих пузырей с соком, крайне нежных, которых губит и жара, и холод, и ветерок, и все-все хищники, которые только ходят по таким листьям. Мрак, не понимая, что в тлях интересного, всмотрелся, Олег сказал наставительным тоном:

– Ну вот посмотри на эту… На которую и так смотришь. Смотри, как пьет сок, как медленно… очень медленно ползет, едва-едва переставляя лапки, на другой участок листочка. А теперь представь себе, что эта тля овладела нуль-переходом. Вот она «прыгнула» и оказалась где-то в Бразилии на роскошном дереве, на зеленом листочке. Перевела дух, попила соку, чтобы восполнить запас, у нее на это уйдет полдня, потом сделал второй «прыжок». На этот раз оказалась, скажем, в Австралии. Снова попила соку, отдохнула, набралась сил, прыгнула… Теперь в Новой Зеландии. И нигде не обнаружила других тлей. Но она будет дурой, если скажет, что на всем этом пространстве, которое она пересекла, тлей нет. Они могут быть на соседнем дереве, на соседней ветке, даже на соседнем листочке!.. Вот так прыгаем и мы. С той лишь разницей, что наша Вселенная в миллиарды миллиардов раз больше, чем земные просторы для тли.

Мрак посмотрел-посмотрел на тлю, почесал лоб.

– Дурью маешься… Какие вселенные? Там Тигги такую яичницу жарит!

– Снова яичницу?

Мрак обиделся:

– А что, должна была предвидеть, что вломятся два голодных крокодила?…

– Кстати, как там наш Барсик?

– Мог бы и раньше спросить, – ответил Мрак язвительно. – Там такой рыжий котяра, вдвое больше нашего щеника! Я даже ночью вставал проверить, не сожрал бы нашу лапочку…

– Он же Барсик, – возразил Олег. Глаза его на миг стали отстраненными, прислушался, в тот же миг в прихожей раздался звонок. – Пойди, открой!

Мрак возразил:

– В чужой квартире? Неприлично.

– Тигги возражать не будет, – заверил Олег.

– Ты кого-то ждешь?

– Я кое-что заказал по Интернету, – объяснил Олег.

Мрак поспешил в прихожую, крикнул Тигги, чтоб не покидала плиту, сам справится, начал отпирать многочисленные замки, стараясь понять, что же заказал Олег: оружие, географические карты, пособие по достижении нирваны в городских условиях или же последние монографии по ядерной физике.

По ту сторону двери пыхтел взмокший парень в форме рассыльного, в руках две огромные корзины. Ноздри Мрака уловили безумно дразнящие ароматы хорошо приготовленного мяса, запеченной рыбы и чего-то еще вкусного,

– Ваш заказ? – спросил парень вопросительно.

– Мой! – заорал Мрак счастливо. – Ну, Олег, ну удружил!.. Думал, ничем меня уже не удивишь… Сколько с меня?.. Только-то? Держи, здесь без сдачи.


Тигги ахнула, когда он ввалился с грузом на кухню и принялся доставать из корзин блюда в судках, бутылки очень дорогого шампанского, огромных омаров, лангустов, всякие диковинки, которые никогда не доводилось видеть.

Сразу же примчались Барсик с рыжей кошкой, которая, оказывается, тоже Тигги, только не Инна, начали путаться под ногами. Кошка требовательно сказала «мяв», а Барсик подпрыгивал и просился на ручки.

По кухне потекли ароматы дивных стран и заморских кухонь.

– Откуда все это? – воскликнула Тигги потрясенно.

– Олег догадался, – объяснил Мрак счастливо. – Это я, тупой, даже не сообразил… а он у нас умный. Все понимает! Прям, как человек.

– Но это же баснословно дорого, – прошептала она.

– На эти пустяки не обращай внимания, – ответил он с понятной неловкостью очень богатого человека перед не настолько богатыми. Утешил торопливо: – Скоро всем это будет доступно… Только бы захотели.

Он вызвался расставить блюда, получилось хреново, зато тарелок оказалось втрое больше, чем принесено, чего опять же ошалевшая от счастья Тигги просто не заметила.

А Мрак доставал и доставал из пакетов разносолы, жареное и печеное, уже заставил стол в большой комнате, а в корзине все не уменьшается, уже начал тревожиться, наконец пошли всякие там ананасы, апельсины, персики, хурма, грейпфруты, огромные гроздья отборного винограда, всем этим занял другой стол и подоконник, вторая корзина исторгла не меньше двух дюжин бутылок шампанского. К счастью, потрясенная Тигги просто не врубилась, что в таких емкостях поместится разве что треть всего выложенного.

Не дав опомниться, Мрак холодные закуски выставлял сразу на столешницу, Олегу поручил открыть шампанское, Тигги посоветовал украсить блюда зеленью. Она умчалась на кухню резать спаржу, Мрак одним глазом косил на стену, один из квадратов превращен в экран, там беззвучно мечутся жертвы очередной железнодорожной катастрофы. В последнее время скорость поездов резко возросла, из-за чего при любом столкновении или теракте жертв все больше и больше.

Олег заметил, как темнеет лицо Мрака, а дыхание учащается, усилием воли переключил канал на «Культуру», но там показывают кровавую резню в Анголе, а на двух соседних вытаскивают уцелевших из-под развалин рухнувшего здания в Лос-Анджелесе.

– Да что же это такое, – вырвалось у Мрака.

Олег сказал предостерегающе:

– Не кипятись. Их семь миллиардов.

– Не их, а нас, – огрызнулся Мрак. – Это мое племя!

– И мое тоже.

– Насчет твоего – не знаю. Не вижу. А я должен смотреть, как они гибнут… даже не успевая понять, за что, почему?

Он отшвырнул пустую корзинку, брови грозно сошлись на переносице, прошелся по комнате, сжимая кулаки. Олег тяжело вздохнул, Мраку показалось, что волхв горбится под неподъемной человеку тяжестью, а когда Олег обернулся, лицо было искажено горячим сочувствием и страданием.

– «И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи, и дерево жизни посреди рая, и дерево познания добра и зла». Это слыхал?

Мрак отмахнулся:

– Да что-то краем уха. Ну и что?

– «И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла, не ешь от него; ибо в день, в который вкусишь от него, смертию умрешь». А это?

Мрак сказал раздраженнее:

– Да что-то помню смутно, если слова не перевираешь.

– Не перевираю, – ответил Олег сухо. – Такие слова не перевирают. Но «сказал змей жене: нет, не умрете; но знает Бог, что в день, в который вы вкусите, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло». Мрак, ты же видишь, что Богу было заранее известно, что человек рано или поздно сорвет запретный плод. И Бог явно не собирался их за это наказывать, но он пришел в ярость, что человек сорвал н е з р е л ы й плод, что значит, получил незрелые представления о добре и зле! Мы не должны повторять ошибку Адама. Тем более что мы для человека почти боги, у нас такая мощь, что… полностью связывает нам руки!

Мрак сказал раздраженно:

– Ну да? А вот мне не связывает!

– Связывает, – возразил Олег. – Мы не должны мешать, как услужливые дурачки, осуществлению гениального, просто божественного проекта! Мрак, у человека нет врожденных представлений о добре и зле! Он получает их в процессе приобретения жизненного опыта, знаний. Да, как ни больно это, но прежде всего – в муках творчества, страданиях, войнах, эпидемиях, социальных катастрофах, всяких там бомбежках Ирака, Судана или резне в Индонезии! Только в этом и смысл суровых испытаний, что посланы человеку: нас готовят к величайшей миссии, а в тепличных условиях не вырастить тех, кто…

Он умолк, задохнувшись, на бледных щеках полыхал румянец, а зеленые глаза вспыхивали, как звезды.

– Кто перевернет Вселенную? – спросил Мрак бодро.

Олег медленно покачал головой. От его пристального взгляда Мраку стало вдруг не по себе. Зрачки Олега расширились, в темной глубине почудилась бездна более глубокая, чем космос.

– Нет, Мрак…

– А что?

– Бери больше. Что Вселенная для…

Со стороны кухни послышались торопливые шаги, Тигги принесла пучок зелени, принялась втыкать зеленые веточки в горки жареного мяса, в тушки мелких обжаренных птичек, счастливо щебеча, собирала на стол, донельзя счастливая, что может накрыть так, как всегда мечтала: с размахом, с дорогим шампанским, с изысканными блюдами, цветами в вазах. Мрак с великим удовольствием помогал переставлять блюда, счастливая Тигги и не замечала, что в руках могучего друга появляются вина, которые посыльный вроде бы не приносил, блюд прибавилось еще, а когда вновь раздался звонок, это оказалась девушка из бюро доставки цветов на дом.

Тигги, счастливо щебеча, унесла корзину в комнату, мужчины остались на кухне, Мрак все еще смотрел на Олега с ожиданием.

– Улыбайся, – ответил тот, и сам улыбнулся, хоть и несколько вымученно. – Как бы себя ни чувствовал – улыбайся! Жизнь такая, Мрак. Надо улыбаться, иначе вообще, как Анна Каренина, под чугунку.

Мрак скривил губы.

– То-то у тебя морда, будто укусить хочешь. Это так улыбаешься? Оскал не совсем улыбка, ты не знал? Эх, что за жизнь, на фиг она так усложнилась? А помнишь, как мы осаждали замок барона Шарля Андессю?

Олег нахмурил лоб, потом усталое лицо осветила улыбка, глаза заблестели.

– Помню, как не помнить!.. Славное было детство.

– Детство? А по сколько тысяч лет нам было?

Олег с укоризной покачал головой.

– Знаешь, о чем говорю, знаешь.

– Ну, знаю, – ответил Мрак сварливо, – ну и что?

– А то, Мрак, что пора все-таки хоть потихоньку, но выползать из блаженного детства. Там было хорошо, уютно, понятно, красиво, а мы были героями в любой ситуации. А сейчас вот неуютная взрослость. Инстинктивно хочется обратно в теплое, детское… Но надо взрослеть, Мрак, надо! На самом деле здесь во взрослости намного больше радостей, чем в том мире замков, рыцарей, алхимии и крестовых походов.

Тигги вернулась, посматривала на обоих с улыбкой, мужчины любят вспоминать детство, совместные игры, мало кто миновал участи побывать мушкетерами, пиратами или джедаями. Мрак в свою очередь поглядывал на нее, довольный, как огромный кот, счастливый, только не мурлыкающий. Тигги раскраснелась, зарплата гуманолога не позволяет делать такие покупки, на одну бутылку шампанского уйдет месячная зарплата, что же это за люди такие, если олигархи, то почему пешком, без охраны, без лимузинов, личных шоферов и телохранителей?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Поделиться ссылкой на выделенное