Юрий Никитин.

Передышка в Барбусе

(страница 3 из 37)

скачать книгу бесплатно

– Так чего надобно? – спросил Мрак недружелюбно.

Жаба двинулась по лавке с явным намерением перепрыгнуть на соседнюю и добраться до старика. Мрак поймал за лапу и утащил назад, прижал к боку. Жаба зашипела и начала брыкаться всеми четырьмя, выворачиваться.

Старик кивнул на золотую монету.

– Угощение за мой счет.

– На это можно упоить весь постоялый двор.

Старик вяло отмахнулся, глаза его с жадным вниманием осматривали лицо Мрака, изучали, чуть не лезли ему в рот, не щупали зубы и уши.

– Я могу себе это позволить.

– Ну-ну… За что будем пить?

Старик хихикнул:

– Да за что угодно. За свое здоровье, например. За то, чтобы завтра была добрая погода.

– Не знаю, не знаю, – прорычал Мрак с сомнением. – Для кого добрая – солнце, для кого – дождь. Что-то ты мне не ндравишься, батя. Больно непростой ты человек. И руки у тебя холеные. И пахнут дорогими благовониями… Такие люди так просто по дорогам не шляются.

Старик неотрывно изучал его из-под нависших седых бровей. Взгляд был колючим, но не враждебным.

– А ты наблюдательный, – произнес он с некоторой нервозностью. – Это еще лучше. Да, ты прав. Я человек из… дворца. Вон там стольный град, как ты уже знаешь, Барбус. Дальше рассказывать не надо?

Мрак отмахнулся.

– Не надо. Ты здесь встречаешься со всякими лазутчиками. Чтоб подальше от чужих глаз и ушей. Но мне это до прошлогодних листьев. Меня сейчас больше заботит эта проклятая жаба, что так и норовит нашкодить, спереть, поломать, опрокинуть, напасть…

Старик покачал головой. Во взгляде росло уважение.

– Гм, с лазутчиками?.. Да, ты не прост. Как тебя зовут, доблестный варвар?

– Мрак.

– А меня… Агиляр. Пока просто – Агиляр. У меня к тебе предложение, доблестный Мрак.

– Не интересуюсь, – ответил Мрак твердо.

Старик прищурился.

– Ты даже не выслушал.

– Меня никто больше не интересует, – отрезал Мрак. – Я много воевал, меня воевали, я кого-то бил, резал, меня тоже резали… по живому. Но сейчас я обнаружил, что у меня уже есть такое сокровище…

Старик насторожился.

– Какое?

– Моя жизнь, – ответил Мрак просто.

Старик слегка скривил губы:

– А раньше не знал?

– Да как-то… не догадывался.

– Как и все мы, – сказал старик. – А сейчас, значит, ты посидел в тиши, подумал… и додумался?

– Что-то вроде этого.

Старик подумал, пожевал губами. Лицо его медленно светлело. Он даже ладони потер одна о другую. Глаза заблестели.

– Все-таки боги есть, – произнес он с чувством. – И они следят за родом Яфета! Надо же, именно в это время послать тебя! И сразу послужить тебе и нам…

Мрак покачал головой.

– Ты можешь даже и не рассказывать, старик.

– Почему?

– Я же сказал, – отрезал Мрак. – У меня есть все, что мне надо.

Жаба брыкалась, отбивалась всеми четырьмя, норовила соскочить с лавки. Агиляр присмотрелся, сказал уверенно:

– Если сейчас не отпустишь, обделает штаны.

Советую вообще вынести на двор. Или на улицу. Пока на руках, будет терпеть, а как только отпустишь… Не стоит, чтобы пачкала пол. Хозяин с тебя возьмет двойную плату.

Мрак ругнулся, подхватил жабу, почти бегом вынес во двор, но здесь столпотворение, караван спешно готовится в путь, запрягают волов, коней, все суетятся, двор уже тесен…

Старик вышел за ним на улицу. Жаба, едва оказавшись на земле, сделала три гигантских прыжка, спряталась за крупным лопухом, видно было, как там согнулась, сидя на полусогнутых задних, морда стала очень задумчивая и серьезная.

– Ты устал, – участливо сказал старик за спиной Мрака. – Тебе хочется найти спокойное место, отдохнуть, отсидеться. Чтоб никто тебя не трогал, чтоб и ты никому ничем не был обязан. Не удивляйся, я все знаю… Мы все через это прошли, потому и знаю. Сейчас ты уверен, что уже закончил все свое бурное… Нет-нет, я не переубеждаю! Как раз это и хорошо. Именно вот таким спокойным сидением в теплом райском уголке… такой вот прекрасной передышкой ты можешь очень сильно помочь одному хорошему… даже прекрасному человеку.

Мрак с сомнением покачал головой.

– Что-то трудно верится.

– Еще бы! – ответил старик. – Но никому бы и не могло такое счастье выпасть, но ты… твоя внешность… Даже голос…

– Помочь одному хорошему человеку? – повторил Мрак с горькой насмешкой. – Обычно помогают тем, что стараются перебить его соседей, чьи куры топчут его огород, а то и роют, сжечь хаты, изнасиловать жен и дочерей…

Старик испуганно замахал руками.

– Что ты, что ты! Или это так шутишь?.. Наоборот, ничего делать не надо.

– Как это не надо?

– Вообще ничего делать не надо!

– Разве такое бывает?

– Да я ж говорю…

– Ну ладно, говори.

– Этот хороший человек, о котором веду речь, очень любит умные беседы с мудрецами, а еще больше любит в ночи смотреть на звезды, мыслить, зачем они и для чего, сидеть в тиши… Ему бы в пещерах жить, истину искать…

Мрак покачал головой.

– Я знаю одного, который тоже рвется в пещеры. А что, кто-то не пускает в пещеры?

Старик скорбно вздохнул.

– Не кто-то, а что-то. Понимаешь, это… но ты должен пообещать, что разговор только между нами. Обещаешь? Клянешься? Небом и своими родителями?…. Хорошо, только держись за что-нибудь, а то упадешь. Этот человек – тцар всей Барбуссии!.. Дел столько, что он совсем захирел… А ему срочно надо закончить одну работу. Понимаешь, он составляет карту… звезд! Звездную карту. Осталось совсем немного, но для этого ему надо, чтобы хоть пару недель никто не трогал. А лучше – месяц. Он все мысли должен направить на решение… а ему приходится разбирать придворные склоки! За месяц он точно все закончит… А то и раньше. Но все бросить и уйти в свою обсерваторию тоже нельзя.

– Почему? – удивился Мрак. – Он тцар или не тцар?

– Тцар, – ответил старик. – А тцар должон заботиться о подданных. Пока он на троне – в тцарстве все спокойно. Но как только исчезнет, тут такое начнется! Наследников у него аж три, и все трое такие… нет-нет, они не полезут, слишком малы, но от их имени могут начать такую склоку, что не приведи боги! А с ними на трон полезут всякие… Море крови прольется!

– Ага, – ответил Мрак. – Понял. Ну а теперь к делу. Я при чем?

– Понимаешь, мы с тцаром придумали… не лупи глаза, я – его главный советник!.. Что, не похож?

– Похож, – пробормотал Мрак.

– То-то… Мы придумали на недельку-другую дать ему уйти из дворца, вообще из города… Есть у меня одна хорошая женщина на примете, хороший дом, где он отдохнет, отлежится, на звезды по-другому посмотрит, придумает систему получше, как эти звезды расположить… А потом вернется как новенький!.. А на троне все это время просидишь… ты.

Мрак отшатнулся:

– Сдурел?

– Вы с ним как две капли воды, – объяснил старик настойчиво. – Просто этого никто не видит, так как тцар всегда в золотых одеждах, в высокой шапке, взор надменен и тцарственен… Это я только могу увидеть, что похожи! Я ж видел тцара и… без тцарственных одежд. Если ему волосы чуть отрастить да взлохматить… да не дать брить бороду недели две… вылитый ты!

– Ты оборзел, – сказал Мрак с отвращением. – Что с того, что рожей схожи? А повадки?.. Всяк узрит, что я того не знаю, того не помню… Ничего себе, тцар!

Старик протестующе выставил ладони.

– Наш тцар – мудрец! А это значит, малость с придурью. Он все время забывает, что ел, с кем разговаривал, кого призвал пред свои ясны очи… Звезды все до единой по именам знает, а своих жен не помнит!

Мрак спросил с проснувшимся интересом:

– А много ли жен?

Старик отмахнулся:

– Да это так говорится. Такому тцару положено сотни две. Меньше нельзя – урон его имени. Но он сразу сказал, что одного вида этих дур не выносит. Конечно, малость зазвездился: кто от женщин ума ждет? Словом, у него была только одна жена, он ее любил очень сильно, но с полгода тому она тяжко заболела и померла. Я сам видел, как он страдал и убивался. С тех пор и пристрастился к звездному небу… Словом, ты знай: при тебе всегда буду я! Я все знаю, всех вижу насквозь. Всегда под рукой. Ты только взгляни, я тут же вмешаюсь. Либо подскажу на ушко, при тцаре всегда советник, либо отложим: тцару-де надобно обмыслить. От тебя только и требуется, чтобы тебя время от времени просто видели. Хотя бы издалека. Можешь рот вообще не раскрывать. Для того и существуют советники… Но тцар во дворце должен быть, иначе…

– Что иначе?

– Иначе, – вздохнул старик, – интриги, заговоры, борьба за трон, война… А когда видят тцара, да к тому же тцар бодр и весел, то и все бодры и веселы. И про борьбу за трон не думают.

Он смотрел в лицо Мрака уверенно и требовательно. Мрак покосился в ответ хмуро, уже раскрыл рот, чтобы послать этого советчика подальше, но вдруг в черепе мелькнуло неожиданное: а почему бы и нет? Сам же собирался остановиться и перевести дух. С того дня, как вышли из Леса, каждый день – бегом, надсаживая грудь, дым из ушей, секира уже приросла к рукам, все время то бьешь по головам, то сам получаешь… Дрались с тцарами, магами, даже богами, не говоря уж про всяких там чудищ и прочую мелочь. Потом сердце обливалось кровью в Куявии, что сейчас с каждым днем отдаляется за горным хребтом… А вот сейчас прямо носом тычут в местечко, где может пожить спокойно, без драк и надрываний сердца.

– И как ты это мыслишь? – спросил он все еще с недоверием.

Старик сказал быстро, чувствовалось, что план продуман давно:

– Ты ждешь в условленном месте. Я сейчас возвращаюсь, договариваюсь с тцаром. Привожу его… нет, не сейчас, лучше в полночь. Вы быстренько меняетесь одеждой. После чего расходитесь. Поодиночке, чтобы никто вас вместе не увидел. Тцар уходит в свою обсерваторию… нет, в уединение, а я тебя увожу во дворец, в тцарские покои, где ты будешь отдыхать две-три недели. От силы – месяц. После чего так же тайно поменяетесь… ты получишь больше золота, чем видел в своей жизни!

Мрак подумал, что он видел золота побольше, чем старик даже может вообразить, но смолчал, не в золоте дело, спросил только:

– И где тайная встреча?

Первый день в Барбусе

Жаба лежала посредине ложа кверху брюхом. Подушку ухитрилась скомкать, изжевать угол, после чего вовсе спихнула на пол. Мрак почесал ей пальцем широкую грудку, она захрюкала и подрыгала задней лапой. Он тихонько прикрыл ее одеялом, отошел на цыпочках. Дверь тихонько скрипнула, он оглянулся, но жаба дрыхла, не больше чувствительная к звукам и шорохам, чем булыжник.

Внизу в харчевне слышались удалые голоса, кто-то кому-то бьет морду, другие постояльцы пробуют петь, слышен звон посуды. Ноги бесшумно вынесли его потихоньку на улицу, легкие жадно ухватили запах свежескошенного сена, молодой хвои, березовых листьев, ароматы конской сбруи.

Небо выгнулось темным загадочным куполом, звезды мелкие, колючие, совсем не роскошно летние, а будто кристаллики льда. Бледный ковшик ныряет в темных тучах, как в неспокойном море. Корчма отдалялась за спиной, со всех сторон обступила тьма: факелы у крыльца трусливо остались там, в уюте и безопасности, а к слабому свету звезд обнаглевшие человечьи глаза привыкают чересчур медленно.

Он пошел, однако, быстро, потом перешел на бег. Мир стал черно-белым, краски исчезли, зато видел отчетливо: глаза оставались наполовину волчьими, а ноздри жадно ловят запахи, даже со слабым человечьим нюхом мог сказать, где недавно проехала телега, что на ней везли, а где дорогу пересек странный караван, в котором была только рыба и железо, много железа…

Развалины он увидел издали, даже не развалины, а просто груду камней, остатки постаревшей и рассыпавшейся горы. Луна изредка выныривала из прорех тучи, бледный неживой свет падал на гладкие, как огромные яйца, валуны, но от такого света в щелях становилось еще темнее.

Мрак перешел на шаг, сказал:

– Привет, Агиляр! Можешь не прятаться, я хорошо тебя вижу.

В темноте завозились, Мрак услышал кряхтение и недовольный голос:

– Я думал, меня никто не может заметить…

– Тогда не ешь мясо с жареным луком, – сказал Мрак. – И не заедай пережаренной яичницей с диким чесноком. Да и вино ты пил как-то странно: будто плавал в нем…

Из темноты выступил Агиляр, сказал торопливо:

– Это я растирал вином ноги. Думаешь, легко в мои годы вот так, как бродяга? Да еще ночью?.. Мои одногодки вот сейчас спят на мягких ложах…

– Вином, – сказал Мрак, – ноги?

– Ноги, – ответил Агиляр со злорадством. – Хорошим вином!

– Не худо быть советником?

– Тцаром побыть еще нехудее, – ответил Агиляр.

Мрак не ответил, всматривался в темноту. Там смутно виднелся человек в длинной бесформенной одежде. Настолько бесформенной, что нельзя ничего сказать о сложении, но явно дороден, в плечах широк. Рукава халата опускаются чуть ли не до кончиков пальцев, но запах подсказал, что пальцы достаточно толстые, кровь застаивается из-за тесных золотых перстней и колец, волосы на пальцах лоснятся от душистого масла. На голове высокая раззолоченная шапка, с боков опускаются уши из дорогой материи, тоже расшитой золотыми нитями, украшенной рубинами, изумрудами, опалами и какими-то сиреневыми камешками.

Агиляр спохватился, сказал с поклоном:

– Ваше Величество, вот этот человек… Взгляните, он – как две капли воды!

Из темноты раздался раздраженный голос:

– А что тут увидишь?

Тцар вышел на залитый лунным светом участок. Одежда на нем вспыхнула и заблистала даже при таком скудном освещении. Мрак невольно подумал, что Агиляр прав: на кого ни нацепи вот это великолепие, того и будут принимать за тцара. Даже если будет хоть козлом рогатым, будут смотреть только на корону.

Он молчал, Агиляр с тревогой всмотрелся в его лицо, оглянулся на тцара:

– Ваше Величество!.. Я сделал все, что вы желали!

Тцар кивнул, пророкотал сильным голосом:

– Тогда не будем тянуть время.

Агиляр обеими руками бережно снял с головы тцара раззолоченную шапку. На плечи тцара упали черные смоляные кудри, густые, обильные. Сейчас он смутно смахивал на атамана разбойников, а также на того здоровяка, которого Мрак видел, когда наклонялся над спокойной водой озера.

– Похожи, – признал Мрак. – Но кого это обманет?

Тцар смотрел высокомерно, а старик сказал быстро:

– Всех! Ты не понимаешь, все видят прежде всего тцарский блеск. Входя в зал, видят роскошь зала, идут по ковровой дорожке к трону, а там блеск золота, драгоценных камней, ароматы…

Мрак прервал:

– Я про тех, кто ближе. Таких, как ты.

– Таких немного, – ответил старик. Посмотрел на тцара, добавил: – Его Величество подтвердит, что самый близкий – я. Но и я сейчас настолько поражен сходством… Пока различие только в одежде да в волосах. Да, волосы… Именно волосы делают вас разными людьми! И, конечно, запах. От тцара пахнет дорогими благовониями, от тебя – лесным зверем… Словом, я не стал бы задерживаться, Ваше Величество…

– Погодите, – сказал Мрак. – Это ты мне верещишь, как сорока, а тцар слова не сказал. Может, ты все брешешь. Мы договариваемся на две недели, так?

Тцар кивнул нехотя.

– Можно и больше, – сказал он густым и сильным, но каким-то чересчур мягким голосом. – Но пусть будет две недели, ладно.

– Где встречаемся?

– Я знаю одну уютную пещеру у Лиловых Мечей, – начал тцар, но Агиляр решительно прервал:

– Нет, это блажь, совсем уж превращаться в отшельника!.. Ваше Величество, вы, как мы и договаривались, отправитесь во владения моего кузена Черного Листа. Вам будет оказан лучший уход, и вы сможете без помех и забот составлять карту…

Тцар сказал торопливо:

– Да-да, ты прав. Поспешим.

Он начал сбрасывать одежды. Сбрасывал, сбрасывал, У ног его уже блистала целая груда, а он все сбрасывал. Мрак, у которого всей одежды была родная волчовка, которую так не любил менять на что-то иное, из-за чего всякий раз заказывал кожевникам точно такую же, стоял голый и терпеливо ждал.

Агиляр так умело помогал тцару раздеваться, что Мрак заподозрил, что тцар вообще не умеет этого делать сам. Когда тцар остался совсем в чем-то вроде сверкающей дорогим шелком набедренной повязки, Агиляр помог ему облачиться в волчовку, а уж затем начал объяснять Мраку, что одевать сперва, а что потом. Мраку он помогать не стал, явно тцар потом его не допустит к себе.

Напоследок старик упрятал дико торчащие волосы Мрака под тцарский платок тонкой работы, затем хотел нахлобучить шапку, но Мрак воспротивился:

– Еще и шапку? При такой жаре? Да вы там рухнулись?

Агиляр сказал упрямо:

– Его Величество поверх этой шапки носит еще и тцарский колпак или корону. Это обязательные атрибуты власти. Давай надевай. У тебя должен быть привычный тцарский облик, тогда никто ничего не подумает.

Он повернулся к тцару, старательно разлохматил ему волосы, стараясь придать вид как можно более дикий. Хотел даже вымазать грязью, но Мрак обиделся:

– Это я грязный? Потный – да, лето не мылся… хотя сколько того лета, но чтоб грязный?

Старик сказал тцару, на Мрака не обращая внимания:

– Главное, Ваше Величество, вы идите вот так… нет, вот так, как зверь! И зыркайте, зыркайте из-под бровей по сторонам… Брови у вас… соответствующие. Если что не нравится, тут же вот так приподнимите верхнюю губу, чтобы клык показать… это действует, у меня всякий раз мороз по коже… Не получается? Странно, а у этого зверюки как бы само собой. Но это ничего, вид у вас такой, что все и так разбегутся, будто перед набегом гиксов.

Тцар старательно копировал манеру Мрака, наконец старик остановил:

– Все хорошо. Для вас вовсе не обязательно вживаться в его личину. Просто выйдите, а потом… потом как уговорено. Это ему будет потруднее… Нет-нет, не брыкайся, я буду все время рядом.

Тцар молча кивнул, забросил на спину дорожный мешок Мрака и вышел из тени на улицу. Мрак смотрел, как на самого себя со стороны. Тцар запустил пятерню в затылок, почесался, потом поскреб в подмышках, скотина, неужели и он так делает, а потом… Мрак не поверил глазам: тцар выудил что-то мелкое из волос на голове, долго рассматривал под лунным светом, потом сдвинул большими ногтями обеих рук. Мраку почудился легкий треск.

– Скотина, – ахнул он. – Да у меня сроду вшей не было!.. Блохи – да, да и то не на… совсем не, но чтоб вши…

Старик вцепился в него, как клещ, оттаскивал, а тцар, как будто ощутив угрозу, пошел вдоль улицы широкими шагами, вскоре исчез за темным поворотом.

– Это так шутил, – сказал наконец Агиляр с великим изумлением. – Фу, как одежда меняет человека… Чтоб Его Величество да расшутился?

– Я бы за такие шуточки, – проворчал Мрак озлобленно.

– Тихо, – сказал старик. – Сейчас мы отправимся обратно…

– Куда, в корчму?

– Во дворец, дурень!..

– А как на воротах?

Старик отмахнулся с пренебрежением.

– Какие ворота?.. В любом дворце, в любой крепости прежде всего копают подземный ход. Чтобы можно было убегать, если враг осадит, или же, напротив, привести тайком подмогу… Пойдем. Ты здоровый, отодвинь-ка вот тот камень…

Мрак отодвинул, он уже чуял обострившимся нюхом, как тянет снизу холодом. Старик пошел первым, в темноте слышно было стук огнива, вспыхнул факел. Мрак двигался за стариком, чувствуя себя странно и нелепо в такой одежде.

Старик оглянулся, как будто ощутил его колебания, сказал подбадривающе:

– Ничего, сейчас придем, сразу рухнешь в такую мягкую постель, какой свет не видывал!.. И целыми днями только ешь, пей да спи. Отлежишься вволю…

Ход шел ровный, только шапку Мрак все-таки снял и нес в руках, да и то приходилось пригибаться. Справа и слева плечи задевали стены из серого гранита. Под ногами только небольшие выступы, но вообще-то ход неведомые строители делали старательно. Явно не торопились, время было.

Наконец старик сказал тихо:

– Все, за той стеной – уже дворец. Надень шапку. Если кого встретим, ничего не говори, ясно? Все, что надо, скажу я. Нам сейчас главное – пройти в тцарские покои. На беду, тайный ход от тцарских покоев далековато, нам надо через четыре зала, а там стражи…

Мрак пробурчал:

– А что нам стражи? Была бы у меня моя секира…

Агиляр бросил раздраженно:

– И думать забудь! Это теперь твои стражи, забыл?.. Верные, преданные. Даже, бывает, чересчур…

Он осторожно потрогал плиту, навалился. Мрак услышал приглушенное кряхтенье. Он уже уловил место, что неподвижная плита, а где поворотный камень, протянул руку и надавил. Камень сдвинулся, старик быстро выскользнул, махнул ему. Мрак вылез следом. Камень бесшумно опустился на место.

Зал был полутемен, светильники горели только возле дверей, два у двери слева, и еще два – на противоположном конце зала. Агиляр поманил Мрака, быстро пошли через зал, под ногами вытертые до блеска мраморные плиты, воздух пропитан запахом благовоний, душистых масел.

– А теперь сюда, Ваше Величество, – приговаривал старик полушепотом, а потом еще тише: – Шаги, шаги мельче!.. В тцарских покоях так не шагают!..

– Мужчина должен быть широким, – буркнул Мрак, но послушно сделал шажки мельче, из-за чего они стали двигаться совсем как улитки, зато с важностью. – По этим залам можно вообще верхом на коне…

– На колеснице, – прошипел старик. – Тцарскому достоинству надлежит пользоваться только колесницей. Изготовленной в особой тцарской мастерской по тцарским колесницам.

Он толкнул дверь, по ту сторону звякнуло железо. Мрак видел краем глаза, как двое воинов, охранявших дверь с той стороны, вскочили и сделали вид, что последний раз спали вообще в детстве.

Старик махнул рукой, Мрак постарался стражей вообще не замечать, он тцар, а тцар замечает только себе подобных, Агиляр повел его по довольно темному переходу, далеко впереди угадывался еще один зал, там свет, но здесь…

…Мраку почудилось какое-то движение. Он насторожился, но все вроде бы тихо, только медленно тает запах крупного мужчины, что был совсем близко, вон за той колонной, но исчез…



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37

Поделиться ссылкой на выделенное