Юрий Никитин.

Безопасность вторжения

(страница 1 из 2)

скачать книгу бесплатно

Сквозь темные провалы и звездные вихри, через разорванное полотно пространства и гравитационные ямы – впервые корабль добрался к звезде, что столетие не давала покоя астрономам и астронавигаторам.

В главной рубке сгрудились все члены экипажа. Капитан нависал над пультом, его длинные пальцы прыгали по клавишам.

– Идем на планету, – сообщил он хмуро. – Выжидать смешно. Нас они засекли давно. Может, даже карманы наши просмотрели и книги прочли в корабельной библиотеке… Если захотели…

– А как нас встретят там?

– Ну это от нас не зависит, – ответил капитан подчеркнуто бесстрастно. – Они могут, если хотят, и мысли наши прочесть. Идем с чистым сердцем, идем к старшим Братьям, что еще? Заранее признаем, что готовы учиться.

Корабль рванулся через пространство, крошечный диск планеты быстро вырос, заполнил экран.

На двенадцати обзорных экранах угрожающе быстро выросли циклопические сооружения, замелькали призрачные дворцы, созданные словно из лунного света. По зеленой траве прыгало зверье и носились стрекозы; сканирующий луч поймал мрачные исполинские заводы под землей, что тянулись по всей толще базальта, ныряли в магму бог знает до какой глубины; огромные плавучие города, яркие, как попугаи, покрывали океан…

– Да-а, – сказал штурман ошеломленно, – они смогли бы нашу Землю взять в два счета! Внезапный удар из космоса каким-нибудь своим сверхоружием, и – земляне кверху лапками.

– Не болтай глупости, – бросил капитан сердито. – Лучше за посадкой следи, а то у тебя руки трясутся.

Экипаж рассыпался по грузовому отсеку, подготавливая вездеход. Вскоре пол вздрогнул, донесся затихающий рев двигателей.

– Сели, – сказал штурман с нервным смешком. – Ну, здравствуй, сверхцивилизация!.. Здравствуйте, звездники…

Они все рассматривали панораму окрестностей, переданную зондом, лишь капитан часто смотрел на часы, хмурился. Справа километрах в двух темнеют многоугольные башни, слева в три ряда горбятся прижатые к земле массивные сооружения, дальше тоже тянутся постройки, вышки, словом – корабль опустился в густонаселенном районе…

– Что скажет психолог? – спросил он отрывисто. – Два часа с момента посадки, а нас не замечают.

Психолог, красивая и всегда элегантная Марина, ответила осторожно:

– Я бы расценила это как вариант: «Добро пожаловать, будьте как дома». Оскорбительного любопытства не проявляют, свобода действий нам дана.

Капитан мгновение раздумывал, затем сказал честно:

– Я бы предпочел оскорбительную опеку… По крайней мере, ни за что не отвечаешь. А так над каждым шагом трясись!.. Дураком выглядеть ох как не хочется. Тебе что, ты красивая. Ладно. Вездеход готов? Группа «А» – на выход! Поведу лично!

Штурман побледнел, сказал заикаясь:

– Но как же… Вести должен я. Капитану нельзя покидать корабль!

– Это на диких планетах, – огрызнулся капитан. – Здесь мы на виду, как голенькие. В их власти полностью.

Штурман опечаленно следил за вездеходом, что съезжал по пандусу на поверхность планеты.


Капитан повернулся на сиденье, придирчиво оглядывая свой отряд.

Не считая его самого и механика, что вел машину, в вездеходе тряслись еще двое: Максимов и Даша.

Максимов – мозг корабля, как считают многие. Если в головах обоих ксенобиологов поселилась Даша, корабельный медик, если механик изнурял себя телостроительством, зачем-то накачивая сверхмускулатуру, если Леонов и Даниленко самозабвенно резались в шахматы, то Максимова не интересовали ни женщины, ни игры, ни мускулы – только философские проблемы, отвлеченные истины и дальнейшее прогнозирование. Над этой страстью можно было бы иронизировать, но он не раз с легкостью решал труднейшие задачи, перед которыми становились в тупик специалисты корабля. А вот проблемы, через которые он продирался сам, даже корабельным психологам оказались не по зубам, и более того, в задачах, над которыми он ломал голову, им не удавалось даже понять условия.

Однажды он огорошил штурмана:

– Спят ли ангелы?.. Не знаешь? А какого они пола? Не гыгыкай, над этим ломали головы лучшие мудрецы Европы сотни лет… Какого возраста Адам был при сотворении? Или вопрос попроще: может ли всемогущий Бог создать камень, который не смог бы поднять?

– Что за чепуха, – отмахнулся штурман. – Это же схоласты занимались!.. Вздор, не более.

– Верно, – согласился Максимов. – Но зато на какую высоту вознесли логику, какой уровень абстрактного мышления!

Таков был Максимов, который сидел сейчас на заднем сиденье. Даша – это редкостная интуиция, умение строить догадки… Правда, гипотезы, а тем более теорию, развивать не умеет – багажа недостает, – но это блистательно делает Максимов.

Было и еще обстоятельство, посему капитан ее все-таки взял. Очень красивой женщине всегда трудно отказать, особенно когда она смотрит умоляюще, а ее громадные глаза медленно наполняются слезами… Правда, в последнее время она держится возле Максимова, даже сейчас сидит слишком уж близко, а вездеход трясет не так уж сильно, чтобы прижиматься… Совсем не трясет.

Он нахмурился, стал смотреть на дорогу. Механик, опытный десантник, ведет машину, побелев от напряжения, но достаточно уверенно. В нем капитан уверен всегда.

Башни Золотого Города, как они назвали для себя скопление сверкающих зданий, приближались, вырастали. В голубом небе часто возникали летательные аппараты: иногда стремительные, возникающие из ниоткуда, иногда лениво ползущие, как дирижабли, величавые и толстые.

Колеса вездехода скрежетнули по твердому, и механик поспешно выпустил мягкие колеса. Рядом сверкала твердая дорога, где часто проносились квадратные, непроницаемые для взгляда машины, похожие на слитки металла.

В вездеходе затаили дыхание. Капитан зачем-то затянул пояс потуже, выпятил и без того широкую грудь, голос его грянул, как удар молота по наковальне:

– Вперед! Раз прут как ни в чем не бывало, значит – не столкнешься. Они знают, что делают.

Механик осторожно вывел машину на край дороги. Сверкающие слитки все так же неслись мимо. Вездеход потихоньку двинулся в путь, а механизмы звездников по-прежнему неслись с той же скоростью, оставив обочину.

Дома, если это дома, расступились, дорога ринулась вдоль этих невысоких зданий. Машины звездников сновали молниеносно. Даша вскрикнула, когда одна неожиданно прыгнула в воздух и тут же исчезла в синем небе. Дальше еще несколько машин унеслись вверх, а одна взвилась на высоту пятого этажа, прилипла к стене и во мгновение ока растворилась, оставив быстро исчезающий силуэт.

– Гони, – повторил капитан. На его скулах заиграли желваки. – Они доверяют нам. Как равным! Не по мощи, конечно, а по достоинству, что ли… Что ж, неужто признаемся, что они ошиблись, мы на самом деле беспомощные слепые котята?

– Но методом проб и ошибок…

– Может, иначе нельзя? – спросила Даша неуверенно.

– Не думаю, – отрубил капитан, не оборачиваясь. – Останови!

Механик включил тормоз. Капитан откинул люк, легко выпрыгнул. Широкий ремень плотно обжимал в поясе, во всем теле играло грозное веселье. Готов ко всем неожиданностям!

Оставшиеся в машине напряженно наблюдали, как капитан вышел на дорогу и поднял руку перед приближающимся квадратным слитком. Они охнули в один голос, когда этот сверкающий металлом монолит на полной скорости остановился прямо перед капитаном, в лице которого, однако, не дрогнул ни один мускул.

В тот же миг слиток стал прозрачным, верхняя половина исчезла совсем, открыв двух звездников. Крупнее землян, настоящие гиганты, они были залиты золотым светом, и сами казались золотыми, а их лица – высоколобые, с огромными глазами, за которыми угадывался мощный мозг, повернулись к капитану, что как чугунная статуя торчал у них на дороге.

Даша затаила дыхание, и даже Максимов скорчился в шоке, ибо за долю секунды понял, что те знают много, умеют много, понимают много, а ему даже за сотню жизней не подняться до их интеллектуальной мощи…

– Приветствую вас, – сказал капитан ровно, и Максимов возненавидел его за бесстрастность, с которой он смел разговаривать с богами. – Не подскажете, как проехать… ну, скажем, в библиотеку или любое другое хранилище информации, полезное нам?

Ближайший к нему звездник улыбнулся светло и сказал красивым голосом, в котором не было и малейшей неправильности в звуках:

– Прямо и направо. Там башня с… э… круглостью на выси. Я понятно говорю? Сиреневой круглостью.

Второй тоже улыбнулся и добавил:

– Возлифтите сразу на самый подкрыш.

Он перевел взгляд на панель управления, и послушная машина мгновенно исчезла. Капитан машинально поднял голову, но в небе плыли облака, в северной части вспыхивали разноцветные знаки…

Запрыгнув в машину, он велел буднично:

– Поехали. Прямо и направо. К этой, сиреневой круглости.

Механик вздрогнул, руки метнулись к рычагам. Навстречу понеслась дорога, в герметично закрытой кабине стало жарко.

– Как они, а? – сказал механик сдавленно. – Только взглянули на нас и – враз по-нашему! Вот она – сверхцивилизация, вот они – звездники…


Звездники относились доброжелательно, на вопросы отвечали, в хранилищах научили пользоваться аппаратурой для считывания информации. Сами же, однако, ничего не навязывали, по-прежнему оставляя свободу выбора и действий.

Максимов держался на лошадиных дозах тонизатора. Он хаотично перебирал все, начиная от древних книг до записей на атомном уровне. Даша охотно взяла на себя роль няньки, которая подает обед прямо к экрану информария. Капитан хмурился, наконец махнул на них рукой и покинул здание.

Штурман, которому он наконец разрешил покинуть корабль, пригнал скоростной вертолет, и они вдвоем прыгали из города в город, с континента на континент. Толку от этого все равно не было, понять в технике звездников, равно как и в общественном устройстве, удавалось мало, но теперь даже капитан, при всей своей тревоге за экипаж, убедился, что от них ничего не скрывают, и лишь свои мозги виной, что не вмещают сверх того, что могут вместить.

Еще, к своему безграничному удивлению, удалось выяснить, что на планете целых шесть государств со своим устройством. Правда, так и не удалось выяснить, что за устройства и где границы государств: везде принимали одинаково, везде улыбались, везде разрешали пользоваться хранилищами информации.

Через неделю капитан выпустил еще две группы исследователей. Теперь штурман вернулся в опустевший корабль и оттуда поддерживал со всеми видеосвязь. Максимов похудел, глаза его ввалились, но он пел за работой, и Даша никогда не видела его таким счастливым.

Капитан был единственным, кто даже не пытался проникнуть в сокровищницы знаний. Он взял на себя охрану, как он определил свои функции, и целыми днями слонялся вокруг информариев, где трудились земляне, присматривался к всегда приветливым звездникам.

Высокий, мускулистый, в черном облегающем комбинезоне, с каменным лицом и холодными глазами, он и раньше вызывал неприязнь постоянными требованиями соблюдать дисциплину, порядок, субординацию. Если штурман и механик принимали это как должное, то остальные, непрофессионалы, чувствовали раздражение.

У Даши капитан сначала вызывал двойственное чувство. С одной стороны, импонировала суровая решительность, непреклонность, с другой стороны – отталкивал узколобый педантизм в соблюдении правил внутрикорабельной жизни. Когда же в экспедиции появился блистательный Максимов с его абсолютным неприятием дисциплины, она окончательно сделала выбор и с капитаном с тех пор здоровалась подчеркнуто вежливо и предельно холодно.


В работе пронеслась еще неделя. Максимов перешел в дальний информарий, где накапливались труды по философии, этике, механик почти неотлучно находился при вездеходе, наотрез отказавшись знакомиться с транспортом звездников, «чтобы не расстраиваться зазря», и капитан выбрал момент, чтобы подняться в отдел техники, где Даша напряженно изучала планы, таблицы и диаграммы, пытаясь ухватить хотя бы общие принципы работы механизмов звездников.

Зал был огромный, пустой, экраны и считывающие механизмы стояли только под стенами. Даша торопливо просматривала каталог, все больше углубляясь в историю, в надежде найти аналогию с земными устройствами, капитан прохаживался взад-вперед, искоса посматривая на девушку. В этот момент никто не видел его лица, и он мог позволить себе выглядеть не таким твердым и суровым.

Вдруг в коридоре послышался тяжелый топот. Капитан напрягся, мгновенно оказался возле Даши.

В зал вбежали золотые гиганты, вспыхнуло сияние. Но лица звездников были как грозовые тучи, глаза метали молнии. В руках мелькали металлические прутья, обломки труб.

Капитан инстинктивно закрыл собой Дашу, рука легла на рукоять бластера. Глаза у Даши были круглые от страха, как два блюдца.

– Что им нужно?

Мимо пронесся золотокожий гигант. Пахнуло теплом, земляне ощутили покалывание в теле, но тут в зале грохнуло, а гигант на бегу ударил железным ломом прямо по экрану информария. Гулко и страшно ухнуло, посыпались осколки. За черным провалом блеснули сиреневые кристаллы.

По всему залу гремело, взрывалось. Золотые гиганты остервенело крушили аппаратуру, рвали провода, ломали приборы, под ногами жутко хрустели кристаллы. Кто-то с наслаждением всаживал из короткой трубочки атомные пули в компьютеры, экраны, аппаратуру, там ахало, плазменно-белые вспышки озаряли зал, по стенам метались черные тени, на пол рушились обломки немыслимо сложных приборов, брызгала цветная жидкость, страшно кричали квазиживые механизмы…

Капитан с силой придавил Дашу лицом к своей груди, не давая ей повернуть голову. Мускулы его окаменели, ныли, сжавшись от абсолютной беспомощности, но гиганты не обращали на них внимания, рушили механизмы, стреляли, ломали, уничтожали, кто-то зло оттолкнул их, но, видимо, этим спасал, ибо тут же на это место с грохотом и лязгом обрушилась целая стена из крохотных экранов, металлических конструкций, на полу вспыхнули и рассыпались зеленой пылью детали…

– Что это? – простонала Даша.

– Тихо-тихо, успокойся. Все потом.

– Почему они?

– Да замолчи же!

Пахло горелым железом. В зале вспыхивало багровым. Двое гигантов прошли мимо землян к выходу. Грохот утихал, звездники бросали орудия уничтожения, переговаривались, медленно покидали разрушенный информарий.

Мимо прошел гигант – прекрасный, горячеглазый, он все еще сжимал железный прут, болтался по ветру разорванный рукав. Даша перехватила его взгляд, спросила отчаянно:

– Что случилось?

Звездник на миг остановился, окинул обоих взглядом. Его губы неохотно разжались:

– Не поймете… Мы – лишь придатки машин. Они нас… поработили.

Даша вскрикнула:

– Они? Вас?

– Да.

– Но это же вы их рушили…

Гигант, уже уходя, оглянулся, глаза его были глубокие и грустные:

– Еще не поймете. Не буквально рабство, как у вас, а… вам, наверное, еще трудно понять.

Он ушел, в зале было мертво. Под ногами хрустело, помещение усыпали осколки. В стенах зияли дыры, кое-где свисали оплавленные конструкции.


Вечером капитан устроил экстренное совещание. Максимов, Даша, механик присутствовали лично, остальные – на экранах. Капитан нетерпеливо дождался, пока все отрапортуют о готовности докладывать, и сказал резко:

– Внимание!.. Объявляю чрезвычайное положение. На планете свирепствует жесточайшая… война.

Он сказал это резко, с нажимом, но все смотрели непонимающе. Механик прервал молчание:

– Капитан, я правильно понял? Война?

– Да.

– Но кто… установил?

– Я, – ответил капитан. Заметив недоверие на лицах, повысил голос. – Вы занимаетесь своими делами, исследованиями, а я – безопасностью корабля и… вашей безопасностью. Так что за свои выводы отвечаю.

– Капитан, – вскричал механик, ощутив угрозу пребыванию на планете, – нигде нет никакой войны!.. Все радушны, все занимаются своими делами! Наши группы побывали во всех регионах планеты, и спокойно везде.

Капитан холодно взглянул на него, перевел взгляд на экраны, где возбужденно жестикулировали ученые.

– Повторяю, – сказал он медленно, – война жестокая. Вовлечены все ресурсы… Если мы не видим обмена ядерными ударами, то это ничего не значит. Кто из вас знает, как воюют сверхцивилизации?

На миг воцарилась тишина, лишь Максимов выпрямился в кресле, возразил:

– Война – дикость, высокий разум на нее не способен. Я не верю.

– Ваше дело, – сказал капитан холодно. – Но от вездеходов больше, чем на сотню шагов, не отходить. Возможно экстренное возвращение на корабль.

Максимов вскочил как подброшенный катапультой, лицо его побагровело:

– Вы… вы не смеете такое приказывать! Вы не специалист, вам не понять как многое мы только-только начинаем понимать…

Капитан сказал жестко, как припечатал:

– Не вам возражать. Кто испортил компьютер в вездеходе? Подозреваю, что намеренно.

Максимов огрызнулся:

– Ваши кибернетические игрушки – помеха на пути культуры! Я сумел понять истинный путь, где машинам нет места…

Капитан остановил на нем долгий испытующий взгляд.

– Ладно, – сказал он наконец. – С вами разберемся на Земле. Сейчас же совещание окончено. За нарушения приказа буду отстранять от работы.

Он выключил экраны, и Максимов тут же вскочил, ринулся к выходу. Даша бросилась за ним. Ее волосы рассыпались по плечам, сделав ее похожей на миниатюрную копию звездницы.

– Готовь вездеход, – сказал капитан.

Механик вышел вслед за Дашей, а капитан, подумав, вызвал группу Макивчука:

– Что у вас?

Вспыхнул экран. Неземная красота города выбила дух, и капитан подумал потрясенно, что никогда не привыкнет, и на Земле будет тосковать о таком совершенстве…

Он нахмурился, дал увеличение. Улицы приблизились, и он сразу понял, что здесь что-то ошибочно.

Город явно брошен, хотя люди встречаются часто. Одни лежат где попало, другие сидят, кое-кто бесцельно двигается, иногда даже мелькнет летательный аппарат, но вот один врезался в стену, хотя скорость черепашья, грянул взрыв, на каменной стене осталось красное пятно, а к земле медленно полетели обломки…

– Макивчук, – резко спросил капитан, – что происходит?

Голос Макивчука злой, усталый, заполнил помещение:

– Началось два-три дня назад. Эпидемия, что ли? Бросали все, застывали, на все им наплевать… Мы только наблюдали, а сегодня не утерпели, когда начали умирать – взяли одного, выспросили без всякой деликатности… Оказывается, возникла философская теория, что в мире нет ничего, кроме твоего сознания. А все остальное, дескать, иллюзия! Тут каждый теперь считает себя центром мира, пупом вселенной, единственной реальностью. Все остальное, мол, только мерещится. Представляете? Даже свои руки-ноги кажутся, а на самом деле их нет!

Голос Макивчука дрогнул, сорвался.

– Представляю, – сказал капитан мрачно. – Чего ж тогда с миражами церемониться?

– Вот-вот, и я о том же! Сами они пусть. А ежели нас за миражи сочтут?

– Не попадайся под ноги, – посоветовал капитан.

Он выключил связь, пристегнул бластер. Максимов и Даша уже сидели на заднем сиденье, механик вопросительно оглянулся.

– Гони в нижнюю часть, – велел капитан. – Хочу увидеть, что еще сделали с силовыми установками.

Максимов долго молчал, затем сухо попросил высадить его возле красочного парка, там как раз вокруг цветочной клумбы собирались люди. Капитан заколебался, но место выглядело донельзя мирным, жители с любопытством рассматривали быстро сменяющиеся картины на небе, да и Максимов держался оскорбительно вежливо, всем видом намекая на трусость капитана, и тот велел механику:

– Останови.

За Максимовым, не спрашивая разрешения, выпрыгнула Даша. Уже на земле она обернулась и сказала подчеркнуто вежливо:

– Капитан не будет возражать, если я помогу доктору Максимову в его исследованиях?

– Не возражаю, – ответил капитан с усилием.

Механик тронул машину, двое остались позади. Капитан заставил себя смотреть вперед, механик деликатно помалкивал.


Максимов уловил какой-то смысл в символах, которые появлялись на небе, и весь ушел в расшифровку. Когда Даша попыталась напомнить о своем существовании, он резко оборвал ее. Да и понятно, что вовсе возненавидит, если она оторвет его еще хоть раз, когда он едва-едва начинает понимать ход мыслей жителей могучего звездного мира…

Она сперва держалась в стороне, потом вышла на улицу. От сверкающей красоты в который раз перехватило дыхание. Не скоро такое будет на Земле, немало сменится поколений, да и то – если у каждого поколения вкус будет улучшаться сразу на порядок…

Сквозь низкое огромное окно она видела комнату, хотя это могло быть цехом, мастерской или еще чем-то, а сердце сжималось от тоски: слишком прекрасно, не скоро так будет на Земле…

Вдруг в помещение как ветер влетела женщина, вся в золотом, светлая, и Даша сжалась от неловкости, ощутив себя безобразной мартышкой. Женщина сдернула со стены картину, и Даша с изумлением, затем с ужасом увидела, как эта женщина, вся – одухотворенная красота, зло рванула полотно, с хрустом разбила раму, затем лихорадочно стала доставать с полок древние богато украшенные книги. Она люто вырывала страницы, и пол был усеян хрупкими быстро тающими листочками, так же ожесточенно срывала со стен и колонн украшения, разбивала хрупкие каменные кружева, от ее рук грохнулась на пол и разлетелась на куски статуэтка.

Даша вздрогнула, огляделась. На улицу высыпала толпа звездников. Всеми владело агрессивное веселье. Со смехом, шуточками, кое-где и с грозными возгласами они начали сбивать со стен барельефы, ломать старинные статуи, швырять камни в окна, где блестели разукрашенные стекла.

Неподалеку глухо бухнуло, дрогнула земля. Вокруг сброшенного с постамента памятника человеку в древней одежде прыгали люди, били по нему прутьями, и после каждого удара часть статуи исчезала бесследно…

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2

Поделиться ссылкой на выделенное