Юрий Иванович.

На древней земле

(страница 6 из 26)

скачать книгу бесплатно

– Да был он уже в одном месте! – Лицо Гарри покраснело от гнева. – Так его там санитары за футбольный мяч принимали! А я через забор подсмотрел и всем четверым ноги поломал! Да и мозги не сильно жалел, ублюдки! Когда буду уверен в хорошем к нему отношении, тогда и оставлю.

Перед уходом пираты посоветовали есть быстрей – свет будет только двадцать минут. Поэтому мы сразу накинулись на пищу. Лишь Гарольд заложил руки за спину и блаженно потянулся. По его сытому виду можно было догадаться, что к своему скудному пайку его пока совершенно не тянет. Лишь вспомнив, кого я из себя разыгрываю, он стал меня кормить и по ходу дела рассказывать о последних событиях. При этом мы все понимали, что некоторые детали выпадут из повествования из-за возможного подслушивания. Но читать между строк мы умели. И понимали друг друга даже по интонации.

– Вначале меня опрашивали только те же трое типов, что и вас. Но минут через пять зашла капитан и уселась прямо на соседний стол. Да еще в позе лотоса. Вроде даже как и не слышит нас. А я как раз стал описывать свое умение в области массажного искусства. И как я барона одного на ноги поставил, после того как остальные врачи от него отказались. Тут она и проснулась: «Толстый! Ты за кого нас принимаешь? Мануальная терапия – вещь слишком тонкая для твоих мозгов! Ври, да не завирайся!»

Хоть и захотелось мне при этих словах ее по попке отшлепать до крови, но сдерживаюсь. Говорю: «Госпожа капитан! Я, конечно, в последнее время не практикую, но могу ручаться за свой высокий профессионализм. С детства обучался, и мне прочили великое будущее. Лишь волею злого стечения обстоятельств оказался на тропе искателя приключений. Уж больно вспыльчив был да подраться любил».

А она глаза опять закрыла и как бы в трансе говорит: «Если соврал, я тебе по пальцу на каждой руке пообрубаю! – И своему адъютанту: – Лекаря ко мне!»

Того как ветром сдуло. Ну а мне чего волноваться? Сижу спокойно, отвечаю на возобновившиеся вопросы. Тут и лекарь подошел. Ну, вы его видели, он смерть после поединка подтверждал. Лишь он вошел, капитан ему и говорит: «Снимай рубаху и ложись животом на стол! Будем массаж делать!»

А тот хоть и циник, но парень с юморком. Спрашивает: «А чем? Да и здоров вроде я!»

А капитан: «Сейчас обоих и проверим! Тебя на здоровье, а его на знания. Давай, толстячок, показывай свое мастерство!»

Ох как мне хотелось ей ротик заткнуть за словечки мерзкие! Но терплю. Взялся я за спину лекаря – и давай ее мять и прощупывать. Сразу нашел два старых перелома ребер, зажившее давно декомпрессационное повреждение шейного позвонка и отложение солей. Нестрашное отложение, но в наличии. Через полчаса лекарь меня зауважал и поклялся, что лучшего массажиста он не встречал в своей жизни. Встал, оделся и тут же дал команду адъютанту вести меня за собой. Трое «следователей» лишь переглянулись и уставились на капитана. А та будто заснула – не шелохнется. А при ее молчании, видимо, лекарь старше всех по званию.

И повели они меня куда-то. Интересно стало до жути.

Пришли мы в их госпиталь. Скажу вам, ребята, все на высшем уровне. Словно на флагмане океанской эскадры. Чего только нет из оборудования, и все самое современное. Отпускает адъютанта мой недавний пациент и так неназойливо ко мне обращается: «А не выпить ли нам, коллега, по стаканчику неплохого коньяка?»

«С превеликим удовольствием! – отвечаю. – Даже и от двух не откажусь».

Он: «Если поможете мне в одном вопросе, то обещаю напоить вас до беспамятства!»

Кто же от такого предложения отказывается?!

Отпили мы напитка – неплохого, признаюсь сразу. Лимончиком даже закусили. Хоть и кислейший, зараза, но удовольствия прибавил. Затем ведет меня лекарь к световому стенду – и давай рентгеновские снимки раскладывать. И все подробно объяснять по ходу дела: «Есть у меня один пациент, недавно пострадал очень в бою. И так его скрутило, что криком кричит. Уже шестой день его колотит, а я никак понять не могу. Причиной недуга послужило неудачное падение на спину. Но тогда лишь заныло, и лишь потом начались осложнения. По моим предварительным прогнозам, поврежден позвоночник. Но вот где и как – не могу определить! Уже и консилиум собирался: три самые заслуженные личности приезжали с острова да с кораблей лучшие медики присутствовали, а толку никакого. Большинство так и говорит: девица может инвалидом остаться».

– Девица? И тоже на этом корабле? – Я не скрывал своего удивления. – Да мне у вас нравится! Очень демократично и толково – у всех равные права.

Тут лекарь как-то воровато оглянулся и говорит мне чуть ли не шепотом: «Ты не сильно-то губу раскатывай и деликатней с пациенткой! А то капитану голову кому срубить – раз плюнуть! Кроме того, пострадавшая ей кузиной приходится, и она за нее особенно переживает. Но это между нами. Ибо виду она не подает – что случилось, того не миновать. Она у нас как скала. А того, кто кузине здоровье повредил, она уже мертвого по кускам рубала и акулам скармливала. И очень жалела, что того еще в бою прикончили. Так что деликатнее и с тактом, если не хочешь в капусту шинкованную превратиться».

«Да ладно тебе, и так достаточно запугал, – признался я. – Давай лучше думать, чем помогать будем. Или сразу напьемся? Может, и я не потяну такого сложного случая».

«Да в том-то и дело, что у тебя есть шанс. Если ты и вправду знаток, каким мне показался. Один из врачей, ее осматривавших, советовал обратиться к такому, как ты. Мол, вы знаете, что в таких случаях делать. Так что думай, смотри, решай. Авось и удастся. И не забывай, твоя судьба в руках капитана. Постарайся ее умилостивить».

Пришлось постараться. Нашел я один подозрительный позвонок на снимках, он-то, скорее всего, и защемил важный нерв. Давай, говорю, свою пациентку. Но чтоб градусов двадцать восемь в помещении было, и вода горячая, и кремы, и мне напитки для охлаждения. Оказалось, у них тут и сауна с бассейном небольшим есть. Вот уж кораблик комфортабельный, нечего сказать. А уж когда пострадавшая появилась, то я даже занервничал. Капитан – прелесть, а та – так вообще диво дивное. Сама скромность, целомудрие и невинность. Даже не верилось, что она в схватках участвует. Но пришла-то, вернее, приползла с такими стонами да оханьями, что плакать хотелось, на нее глядя.

Уложил я ее на стол и лишь собрался начинать разогревать – капитан явилась. Уселась сзади меня на кушетку, меч положила на колени и взгляда с меня не сводит. А лекарь мне так по-товарищески подмигивает: смотри, мол, держи себя в руках. И то правда: на пациентке ведь одни тоненькие трусики, а я уже и забыл, когда женское тело видел.

При этих словах Гарольд печально закивал и в сердцах воскликнул, воздев очи к потолку:

– И надо ж было случиться такому горю с моим братом!

В ту же секунду погас свет, и ребята захихикали такому совпадению. А я в отместку за намек несильно пнул друга ногой в бок. Без света напряжение немного спало – все-таки хоть подсматривать за нами не могли. Правда, кто его знает – при современной технике все возможно. Я стал есть уже сам, а Гарольд продолжил свой рассказ:

– Целый час я ее разогревал, мял, катал и месил как тесто. Вначале она вскрикивала, потом кряхтела, потом лишь тяжело сопела с закрытыми глазами. С меня семь потов сошло, пришлось даже до пояса раздеться. Лекарь мне здорово помогал уже тем, что полотенцем меня обтирал постоянно. Килограмма три потерял, не меньше. И в конце сеанса наступил решающий момент. Поднял девчонку, приложил к себе спиной и мягко дернул за сложенные на животе руки. Меня учитель особо учил этому процессу. Если не так сделаешь, то и убить можно. Или разогрев всего тела не удался. Но все прошло хорошо. Она только вскрикнула слабо и потеряла сознание. А меч капитана уже холодил мою шею возле уха.

«Что ты с ней сделал?!»

«Уже все хорошо! – говорю. – Через полчаса она придет в себя и сама расскажет о своем самочувствии. Гарантий в таких делах не дают, уж больно случай запущенный. Надо было это делать в первый же день после повреждения. Но мне кажется, она поправится».

Убрала она меч и говорит лекарю: «Жди меня в госпитале и глаз с него не спускай!»

А того долго упрашивать не надо. Только и всего – глаз не спускать?! Сели мы у него в кабинете друг против друга – да и приговорили две бутылки отличного пойла, которым он меня вначале угощал. Запрета ведь не было. Пытался я у него узнать об их житье-бытье, да не успели мы напиться как следует – через час к нам капитан заявилась. И лекарю так грозно: «Ты бы только пил! Совсем тебе спиртное доверять нельзя!»

«Так ведь это в медицинских целях!» – оправдывается тот.

«В медицинских целях надо учиться спасать людей, а не напиваться как скотина за один час!»

«Да мы с коллегой совершенно трезвы!» – попытался и я вставить словечко. Тут уж и мне досталось: «Рабы должны молчать, пока их не спросят! Понял?!»

«Так точно! Виноват! Исправлюсь!» А что мне еще оставалось делать?

«Твое счастье, что сестра чувствует себя лучше. Проснулась, попила. Мы ее перенесли в каюту. Говорит, что будто под катком побывала, все соки из нее выжали. Но резкие боли прошли. Затем сразу заснула. Посмотрим до утра, будут ли положительные сдвиги».

Но нам с лекарем и так уже все стало ясно – дело идет на поправку! Мы даже хлопнули друг друга по ладоням на радостях. И он стал меня хвалить: «Я сразу увидел в этом парне талант! Он настоящий специалист! И руки у него золотые – каждую слабину в организме чувствует! Заслужил хороший обед и отдых!»

«Обед? – капитан с сарказмом хмыкнула. – Покормить, конечно, надо! А вот отдыхать ему еще рано – пусть и мои старые ушибы полечит. Завтра продадим его по хорошей цене – когда еще к такому массажисту попаду? Давай, лекарь, тащи побольше еды в сауну. Мы тебя там подождем».

Поели мы очень существенно! А какие блюда! Видимо, и кок здесь имеет все права называться лучшим. Затем лекарь удалился вроде как за спиртным, а я приступил к массажу. А минут через сорок капитан повернулась на спину и с ехидством констатировала: «А ты ведь совсем не толстый! Это просто твои мускулы обвисают, когда расслаблены».

Гарольд замолчал, и целую минуту не раздавалось ни звука. Первым не выдержал Армата:

– А дальше?

Рассказчик хмыкнул и тяжело вздохнул:

– А дальше все было как в сказке! Волнительно, долго и прекрасно! Ради таких событий следует делать паузы в любых приключениях.

– А царапины откуда? – выдал свою заинтересованность и Николя.

– В каждой сказке есть конец, – резюмировал Гарольд. – И не всегда счастливый. Думал, Нина крепко спит, и решил заглянуть в какую-то книгу в кожаном переплете, лежавшую под прикроватной тумбочкой. Даже предположить не мог реакции капитана. Она мне чуть глаза не выцарапала, от меча ее под кровать пришлось прятаться, а в конце выставила меня, голого, из своей каюты и вышвырнула за мной мою одежду. Под смех нескольких козлов меня сюда и привели. И чего она так разъярилась? Я тоже хорош – в такой мелочи прокололся! Грамотным прикинулся! А жаль, хороший шанс упустил!

– Так ее Ниной зовут? Очень красивое имя, – обрадовался Армата. – Как у моей мамы!

– Не вижу поводов для радости, – с тоской в голосе сказал Гарольд.

И Малыш его поддержал, пропев строчку из оперы на новый манер:

– Что Нина завтра нам гото-о-овит?!

Глава третья
Хаос

Ужин нам принесли, когда корабль полностью прекратил движение. Видимо, мы зашли в порт или хорошо защищенную гавань, так как не ощущалось даже малейшей качки. После долгой темноты включенный свет казался неимоверно ярким, но мы сразу рассмотрели наших предыдущих посетителей. Двое все так же держали нас под прицелом, а третий скрупулезно проверил наручники. Хоть и лица у всех были грубые и не вызывали особой симпатии, но явно чувствовалось некое к нам расположение. Грех было не попытаться выведать хоть какую-либо информацию. А разносящий пайки вообще не прочь был с нами побеседовать. Он-то и начал с вопросов:

– Ты чем это кэпа так разозлил? – Он уставился на Гарольда и упер руки в бока. – Весь экипаж на авральных работах!

– Да ничем… – Мой друг удивленно пожал плечами и признался: – Хотел книжку старую полистать, за это и поплатился…

– А с доктором ты как расстался?

– В каком смысле? – не понял Гарольд.

– Подрался ты с ним, что ли?

– Еще чего?! Расстались мы лучшими друзьями! И выпили вместе!

– А почему же у него синяк свежий под глазом? – допытывался пират.

– Откуда мне знать? Я его видел в полном здравии.

– Странно… – протянул раздававший нам провиант и переглянулся с остальными своими товарищами. – Видать, попал кому под горячую руку…

– Ребята! – как можно более дружественно начал Малыш. – Вы бы нам не обрисовали, что нас ждет впереди? Хотя бы кратко, в двух словах.

– Если кратко, то большие трудности! Из-за того что ваш автомобиль утонул, за вас попытаются выручить как можно больше деньжат. А это возможно только в двух вариантах. Первый: вас будут выставлять на гладиаторских боях, а там долго не живут. И второй: набить рабам цену какими-то большими знаниями современных технологий или вооружений. Тогда вас купят в лаборатории или на заводы. Или Министерство обороны. А там жизнь вполне сносная. И быстрее можно стать свободным.

Впервые за все время плена заговорил Цой Тан:

– Надеюсь, здесь нуждаются в специалистах по ведению подводного хозяйства? Я умею выращивать любые водоросли, разводить колонии моллюсков и другую полезную живность.

– Не смеши нас! Кому нужны твои моллюски? Нас от продуктов моря и так тошнит!

– А гладиатор после победы тоже становится свободным? – оживился Гарольд. – У меня кулак сильный! Могу драться целый день!

– Ха! – засмеялся пират, и его поддержали трое других. – Раб-гладиатор частенько обретает свободу только после своей смерти. И очень долго принадлежит хозяину. Хотя есть много случаев, когда и им была дарована свобода. Один из таких случаев – сбор средств на выкуп болельщиками. Другой – вольная от хозяина. Третий – особые условия боя. Вашему пацану вчера повезло, он как раз попал под один такой закон. И между прочим, он что, всегда так силен в поединках?

– Честно говоря, он только и умел, что ножами кидаться, – стал объяснять Гарольд. – А в драке слабоват до неприличия. Первый поединок – настоящее чудо. Хоть парень с нами всего полгода, но привыкли к нему. А тут такое для него испытание. Думал, все, хана нашему компаньону. Да и брат к нему тянется. Он хоть и больной, а добрых людей чувствует.

– Здесь добрые долго не живут… – проворчал пират, уже подходя к двери. Затем обернулся и снова обратился к Гарри: – А тебе тоже не позавидуешь…

– Чего так? – беззаботно спросил мой друг.

– Мы уже в порту, и заправляет здесь один… гм… человек. Очень неравнодушный к нашему капитану. И очень опасный противник! – Он переглянулся со своими товарищами, и те поддержали его молчанием. – И ты вряд ли избежишь его внимания. Наш тебе совет: не оказывайся на его пути. Хотя я тебе уже говорил, что буду ставить на тебя. Да и многие наши ребята рискнут капиталами в вашем поединке. Если он состоится…

– А вы знаете, я вам тоже дам один совет! – Мой «брат» забрал у меня хлеб, который я начал жевать с упаковкой, освободил его от пластика и опять сунул в руки. – Только скажите, есть у вас паузы между раундами?

– Да. Особенно в важных боях и наиболее посещаемых.

– Тогда обещаю вам продержаться первый раунд и сделать вид, что мне не справиться с соперником. Но потом я его завалю. Поставите в перерыве и утроите выигрыш. Здорово?

– У нас говорят: дурак в мечтах богатеет. А мы мечтать не любим. Да и ты того… гм… человека еще не видел.

– Все равно не забудьте. Раз уж вам денег на меня не жалко.

Пираты ушли, а мы продолжили ужин в некоторой задумчивости. Малыш попытался пошутить:

– За свою любовь иногда приходится бороться!

– Да пошел ты! – беззлобно отозвался Гарольд. – Какая там может быть любовь? Шлюха как шлюха. Только с большими амбициями. Попала на голодного мужика, да и только.

Я сидел напротив него и сосредоточенно жевал хлеб, но глаза-то я его видел! И его глаза мне не понравились – была в них какая-то непонятная тоска. И даже сквозила некая растерянность. Или, может, мне показалось?

Продолжительное время нас не трогали. Так как в полной темноте нечем больше заняться, кроме как прощупывать свои наручники или трепаться, то мы решили отоспаться. Про запас, для лучшей сохранности бодрого настроения. Хотя последними из всех заснули наверняка я и Гарри. Он шептал мне на самое ухо о событиях, которые произошли со мной и с ребятами за последнее время. И событий было порядочно. Вначале я слушал очень внимательно, но потом сон все-таки сморил то ли меня, то ли моего друга. Не помню, кто уснул первым.

Часов никому из нас не оставили, поэтому, когда опять неожиданно зажегся свет, мы подумали, что уже утро и наступила пора завтрака. Да и желудки говорили о том же. Но время шло, а дверь нашей общей камеры все не открывалась. Так и напрашивалась мысль, что нас кто-то тщательно рассматривает. Естественно, мы все реагировали надлежащим образом: я испуганно вскрикивал и закрывал руками глаза, Гарольд меня утешал, ребята шутили или ворчали. Но постепенно мы успокоились и даже опять впали в некую дрему. Свет так и не выключили, и часа два мы старательно играли свои роли. Я лежал, свернувшись калачиком, под боком у моего «брата» и иногда вздрагивал во сне. А он мне шептал успокаивающие слова.

Гарольд первым заметил приближение непонятного. А я услышал уже после того, как его грудная клетка напряглась и замерла. Откуда-то сверху раздавался противный, но очень осторожный скрип. Будто откручивали барашки на давно заржавевшем лючке или иллюминаторе. Затем какой-то люк все-таки открылся, потому как Армата успел воскликнуть:

– Я вижу отверстие на потолке!

И сразу же за этим в нашу арестантскую камеру ухнула дымовая шашка. За ней вторая, почти одновременно с третьей. Негустой и вначале даже прозрачный дым стал заволакивать все помещение. И сразу стало ясно, что наши жизни в опасности: едкая дымная смесь была явно нервнопаралитического действия. Не в силах подняться к двери из-за цепей и наручников, ребята стали изо всех сил колотить чем попало по полу и переборкам. Ведь только так мы могли привлечь к себе внимание охранников. Ибо если кто-то и хотел с нами расправиться, то только не они. Разве они одни были в сговоре с пытающимися нас отравить злоумышленниками. Все уже стали задыхаться и надрывно кашлять, а помощь так и не приходила. Задерживать дыхание тоже не имело смысла, и ребята орали из последних сил. Один я забился головой под матрас и мычал нечто нечленораздельное. Если уж не могу чем-то помочь, то лучше притворяться до конца. Хотя в голове похоронным набатом крутилась только одна мысль: ведь мы никому не нужны мертвыми! Постепенно дым заполнил все пространство, скрыв нас от взглядов возможных наблюдателей. Тогда я набрал как можно больше относительно чистого воздуха из-под матраса и задержал дыхание. Ребята прекратили всякое движение и не издавали больше ни звука, а я пытался держаться до последнего. Я ведь четыре минуты могу находиться под водой и когда-то спасся этим от смерти. Но сейчас мое время, видимо, истекло. Я попытался еще раз вдохнуть под матрасом, но горячий дым оказался уже и там. Он ворвался в мои истомленные легкие адской смесью, и мое сознание отключилось.

В загробную жизнь я не верил, поэтому происходящее со мной очень удивило и преисполнило некоего величия. Моя душа поднималась из темного, вязкого мрака к мерцающему далеко вверху яркому свету. Своего тела я уже не чувствовал, догадываясь, что никогда больше не воспользуюсь бренной оболочкой. Зато я обрел полную свободу своей сути и с увеличивающейся скоростью устремился вверх. И чем быстрей я поднимался, тем громче звучали трубные звуки чего-то величественного и таинственного. Мрак отступал, давая место светящемуся облаку, и моя внутренняя сущность ощутила благодатное тепло. Еще одно мгновение – и я увижу место, в которое перенеслась моя душа. Интересно, кого я там встречу? Первым, о ком я вспомнил, был Серджио. Раз он умер, то обязательно должен быть где-то здесь! Ослепительное сияние ворвалось в мой мозг – и я увидел!

Увидел, что яркий свет исходил от низко висящей лампы. И услышал, что трубные звуки превратились в удовлетворенный человеческий голос:

– Наконец-то. Дрогнули зрачки!

Чье-то лицо низко склонилось надо мной. Захотелось спросить, где я и что со мной приключилось, но губы слиплись, а челюсти свело судорогой. Поэтому из моей глотки вырвалось лишь непонятное мычание. Меня явно не поняли, так как я услышал:

– Он что-то пытается сказать! – На что второй голос заявил:

– Да он вообще не говорит, только мычит что-то непонятное. Лишь его брат как-то понимает это мычание.

Надо же! Если бы не пересохшее горло, я бы разоблачил себя несколькими словами. Но неужели нас травили газом только для этого?! Что же произошло? Я начал водить глазами, захрипел громче и попытался встать. Но не тут-то было! Все мое тело и конечности были крепко привязаны к ложу, на котором я приходил в сознание. Первый голос показался озабоченным:

– Может, его отвязать? И он успокоится?

– Вряд ли… Лучше пусть так и лежит!

Второй человек склонился надо мной, и я узнал в нем судового врача. Его правый глаз украшал огромный синеватый фингал, который был виден даже сквозь тонирующую мазь. Я вспомнил недоумение пиратов по этому поводу и как можно жалобнее заскулил. Пытаясь этим скрыть свое желание засмеяться. Вряд ли мне стало смешно от вида разукрашенного лица лекаря. Видимо, наступило облегчение от сознания, что все-таки я еще не на том свете. Жизнь продолжалась! Хоть и в неимоверных трудностях и неопределенных перспективах на будущее, но шла по намеченной судьбой линии. А может, мы сами эту линию выбираем? Когда-нибудь и об этом узнаем. Скорее всего, действительно после смерти.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Поделиться ссылкой на выделенное