Юрий Иванович.

Бег по песку

(страница 3 из 16)

скачать книгу бесплатно

Девушка растерянно выслушала мой рассказ и явно не знала, что ответить, зато полтавчанин неожиданно задвигал удивленно бровями и спросил слащаво-ехидным голосом:

– Вы уж извините, ради бога, что я вас к окну не пустил. Хотите сесть на мое место? Уже рассветает, и вам будет здесь удобнее рассматривать проносящиеся пейзажи. А?

– Нет уж, спасибо! – ответила она раздраженно. – Я здесь часто ездила раньше, и мне все здесь знакомо.

– А вы в отпуск? – удалось вовремя вставить мне. – Или по делам: личным, служебным?

– В отпуск… – вырвалось у девушки. Потом вздохнула и добавила: – Хочу побыть на свежем воздухе и поплавать.

– Насчет купаний не сильно-то увлекайтесь! – я снова перешел на профессиональный тон. – А вот свежий воздух вам крайне необходим. Вы заметили, какой у вас на коже лица неприятный оттенок? – видя, что она недоверчиво покрутила головой, но при этом все-таки непроизвольно провела себя ладонью по щеке, попытался успокоить: – Не волнуйтесь, это у всех такое происходит в мадридском смоге. Миллионы машин, фабрик и заводов – все это очень отрицательно сказывается на нежной коже лица беременных женщин. Особенно в первые месяцы. Какой, кстати, у вас уже срок?

Неожиданно красавица, вместо того что бы и дальше продолжать растерянно отвечать на вопросы, перешла к наступательной тактике, возможно, догадываясь, что я ее раскусил.

– Вы, конечно, извините, но мне нисколечко не хочется разговаривать на мои сугубо личные темы с совершенно чужим и незнакомым человеком. К тому же я могла ошибиться, приняв за доктора обыкновенного работника какого-нибудь цирка. У вас есть с собой диплом? И в какой клинике вы работаете?

Я гордо поднял подбородок, показывая, как чужды мне обиды в ответ на беспочвенные обвинения. К счастью, я знал одну клинику подобного профиля и с большим апломбом назвал ее адрес, добавляя при этом:

– У нас самое лучшее и современное оборудование и если бы вы хоть раз решили посетить нас, никогда бы больше не обращались в другое место. А какой отличный у нас медперсонал!

– Представляю себе! – она скептически оглядела меня с ног до головы.

– Высокий профессионализм, – с пафосом продолжал я, не обращая внимания на ее реплику. – И самые новейшие методы лечения и диагностики позволяют нам по праву входить в десятку самых лучших клиник страны. И вы сеньора… э-э… извините, забыл ваше имя… – как я все-таки хотел это узнать. Но она была начеку и не давала сбить себя с толку:

– Мой муж запрещает мне знакомиться с кем попало, и я с ним полностью согласна.

Я печально вздохнул и констатировал с сожалением:

– Наверняка ваш муж очень старый и очень некрасивый.

– С чего это вы взяли? – она недоуменно приподняла брови.

– Потому, как он слишком боится, что вы познакомитесь с молодым, – я распрямил плечи. – Красивым, – я поднял голову и повернул лицо в профиль. – И талантливым мужчиной, а его бросите, – потом выразительно взглянул на ее животик. – Даже несмотря на ваше пикантное положение.

Она хотела ответить мне какой-то колкостью, но ей пришлось в недоумении обернуться на захлебнувшегося от смеха полтавчанина.

Он, видно, уже давно сдерживался, но оставаться и дальше серьезным было превыше его сил. Он согнулся, закрыл лицо руками, и со стороны могло показаться, что он всхлипывает. Момент для ответа был девушкой утерян, а я громко высказал новое предположение:

– И он наверняка очень богатый! – Она сердито повернулась ко мне, но я успел спросить: – Как же иначе такая очаровательная и прекраснейшая молодая женщина смогла бы жить с таким старым уродом? – и резюмировал: – Только за деньги! За очень и очень большие деньги!

Тут уже председатель заржал во весь голос. И снова все пассажиры, которые остались в автобусе ехать до Сантьяго, обернулись в нашу сторону. И снова милое личико девушки, которая упорно не хотела со мной знакомиться, от гнева пошло красными пятнами.

А я продолжал делано-сочувственно покачивать головой, всем своим видом показывая, как мне жалко, что такая красивая и молодая вынуждена жить с кем попало, лишь бы обеспечить себе безбедное существование. В душе я одновременно и жалел эту обворожительную и манящую к себе девушку, и немного злорадствовал. Пусть, мол, знает, как отвергать попытки такого мужчины, как я, познакомиться и приятно провести время в дороге, болтая непринужденно о всякой всячине. Завралась насчет своего замужества и беременности, естественно, тоже, пусть теперь выкручивается. Жаль только, времени осталось маловато. Боюсь, не успею перевести нашу острую перепалку в более спокойное русло и на темы, меня больше интересующие.

Ибо автобус уже въехал на улицы Сантьяго. Промчался по новопостроенному району, потом мимо нескольких величественных соборов и нырнул в огромное, крытое здание автовокзала. Все пассажиры зашевелились, готовясь к выходу. Только красавица сидела не в настроении, с умильно надутыми губками и кидала в мою сторону взгляды, от которых мне становилось то холодно, то жарко. Она порывалась каждый раз что-то сказать, но каждый раз раздумывала и резко отворачивала голову.

А я про себя решил: во что бы то ни стало обязательно помочь ей с багажом. Это наверняка будет моя последняя и единственная возможность получить от нее хотя бы один благодарный взгляд. Ну и, если очень повезет, может, узнаю все-таки ее имя. На большее, естественно, после наших «душевных» разговоров рассчитывать было глупо. Даже при моей буйной фантазии.

Поэтому я одним из первых выскочил из автобуса, достал свою сумку, а рюкзачок удобно пристроил за спину. А вот появилась и сама красавица. Увидев меня, скривила свои прекрасные губки и стала высматривать багаж среди нескольких оставшихся сумок. Ее рука потянулась за одной из них, большой, с поперечными красными полосками. Я тут же ринулся на помощь и успел взять ее вещи раньше нее.

– Разрешите вам помочь? – и, доставая неожиданно очень тяжелую сумку, задел затылком за верхний край багажного отделения и даже присел от полученного удара.

– Ой-е-ей! Как больно! – запричитал я жалобно, одновременно другой рукой потирая ушибленное место.

– Не стоило так беспокоиться! – безжалостно констатировала девушка. – Я не просила вас о помощи!

– Если бы я был вашим мужем, – стал я возражать, – я бы всегда одобрил поведение настоящего джентльмена, желающего вам помочь. Тем более, вам категорически нельзя носить подобные тяжести.

Полтавчанин-председатель, который уже взял свои две сумки, радостно загигикал и направился к лестнице, ведущей на выход. Красавица зло и обиженно посмотрела ему вслед, а потом повернулась ко мне:

– Сумка вообще-то тяжелая, сомневаюсь, что вы ее донесете. Но! Если уж вам так хочется – несите! – и гордо развернувшись, величественно пошла к выходу. Я подхватил и свою кладь, которая тоже весила немало, и устремился за ней. Мы поднялись по лестнице на верхний уровень, пересекли зал ожидания и холл и вышли на площадь, сплошь уставленную припаркованными автомобилями. Девушка уверенным и быстрым шагом направилась к самому дальнему концу стоянки. А я, несмотря на утреннюю свежесть, от заданного ею темпа, мягко говоря, совсем разгорячился и к тому же все никак не мог ее догнать и перекинуться хоть одним словечком.

Багажник белого «Рено» был поднят высоко вверх, и туда укладывал свои вещи наш веселый попутчик. Девушка подошла прямо к нему и спросила сухим официальным тоном:

– Не могли бы вы меня подвезти? – при этом она глядела куда-то далеко в сторону.

– Для меня это не составит особого труда, – церемонно ответил полтавчанин, беря из моей руки ее тяжеленную сумку. При этом он мне хитро подмигнул и сказал, улыбаясь: – Но хочу заметить, мы уже не в автобусе.

– Где ты вел себя совершенно безобразно! – сердито ответила девушка и, усевшись на переднее пассажирское сиденье, громко захлопнула за собой дверцу автомобиля.

Я ахнул про себя, приходя в неописуемый ужас: «Неужели это и есть ее муж?!» Видя мое растерянное и ошарашенное лицо, мой попутчик по автобусному путешествию радостно заулыбался и, хлопнув меня по плечу, протянул руку для знакомства:

– Меня зовут Фернандо! И если меня не обманывает моя жена, то я отец этой красавицы, – при этом он большим пальцем левой руки показал себе за спину, на девушку, сидящую в машине.

У меня сразу же отлегло от сердца, и я попытался возобновить свое спертое дыхание:

– У вас самая прекрасная и очаровательная дочь в мире!

– Полностью с вами согласен… э… вы забыли представиться!

– Извините… Меня зовут Андре! – я пожал протянутую руку.

– Рад познакомиться! Вы нам очень понравились, – заверил он меня.

– А почему ж вы так в автобусе?.. – недоуменно спросил я, доставая сигареты и угощая Фернандо.

– Уговор такой был, – ответил тот, закрывая багажник и прикуривая от моей зажигалки. – Моя доча считает, что я вечно веду себя очень шумно и непосредственно и что ее якобы это компрометирует и выставляет в неверном свете.

– Ну что вы! – заверил я его от всей души. – Веселые люди – это самые лучшие люди в мире!

– Так и я ей все время это твержу! – обрадовался он, а потом спросил: – А вы, Андре, сюда в отпуск или как?

– Да я не в Сантьяго. Через час у меня автобус в Ною, а оттуда уже буду добираться в Портосин. Там меня товарищи ждут. Будем жить на кемпинге.

Глаза моего собеседника от удивления полезли на лоб:

– Ну, надо же! Какое совпадение! И мы едем в Портосин! Я ведь оттуда родом, и у меня там старый дом.

– Ой, как здорово, – восхитился я. – Жить возле самого моря!

– Так давайте подъедете с нами! – неожиданно предложил Фернандо. – И про поселок расскажу, и в дороге веселей будет!

Сердце мое радостно забилось от появившейся возможности, почти невероятной, продолжить знакомство с его дочерью-красоткой. Но я ведь не забыл о ее ко мне отношении. Поэтому в сомнении показал глазами в салон авто, а потом выразительно схватил себя пальцами за горло. Он проследил за моим взглядом в сторону дочери, своим удивленным лицом как бы спрашивая: «Она-то?», а вслух сказал:

– Да она добрейший человек! – и убедительно добавил: – Даю гарантию, что у вас есть шанс доехать с нами в Портосин без смертельных повреждений.

– Если есть хоть малейший шанс… – я чуть задумался в нерешительности. – То я согласен рискнуть.

– Ну, вот и прекрасно! – Фернандо открыл багажник, и мы ловко впихнули туда мою сумку. Рюкзак бросили через спинку на заднее сиденье, куда через секунду уселся и я. Девушка повернулась и открыла глаза с демонстративным возмущением.

– Карлота! (Наконец-то я узнал, как ее зовут). Ты уже познакомилась с молодым человеком? – спросил ее отец, шумно усаживаясь на водительское место и вставляя ключ зажигания. – Он милостиво согласился нас проводить до дому и помочь с выгрузкой багажа.

– Это он-то молодой?! – фыркнула его дочь. – Папа! Да ведь он старше тебя!

Мы с ним оба радостно переглянулись и одновременно засмеялись. Потом Фернандо с гордостью сказал:

– Доча вся в меня! Никогда не ошибается в хорошем человеке!

Я хотел добавить: «И может ударить, не прикасаясь!» – но вовремя сдержался. И так уже много наговорил колкостей.

– А я что хочу предложить, Андре! – продолжал он, заведя машину и выезжая со стоянки. – Раз мы с вами одного возраста, то давайте перейдем на «ты». А? Так будет проще между старыми друзяками.

– С каких это пор вы стали старыми друзяками? – вставила вопрос его дочь.

– Да с самого детства! – уверенно ответил он. – Помнишь, Андре, как ты меня защищал от старших мальчишек, твоих ровесников?

– А, помню, помню, – поддакнул я, делая вид, что копаюсь в своей памяти. – Меня за это всегда били, зато маленький Фернандик успевал всегда убежать и спрятаться. И за это отдавал мне все свои конфеты.

Теперь мы уже засмеялись все втроем. Сквозь смех Фернандо проговорил: «С тех пор ты не любишь сладостей!» – и я в тон ему ответил: «А ты до сих пор по ним страдаешь!»

– Не страдает, а просто умирает без них, – захлебываясь от смеха, вставила Карлота, чем вызвала еще больший взрыв хохота.

Какой это был чудесный час! Карлоту было не узнать. Она веселилась от всей души, потешаясь над нашими шутками и розыгрышами, и даже сама часто вставляла очень уместные и веселые реплики и небольшие рассказы. Пока мы доехали до Портосина, я узнал о моих попутчиках в тысячу раз больше, чем за целую ночь поездки в автобусе.

Оказывается, они уже пару недель жили в своем старом доме возле моря, а в последние три дня ездили в Мадрид. У Фернандо там было важное дело, а его дочь решила набрать массу нужных вещей, ведь они собирались пробыть в Портосине еще почти месяц. А так как с машиной им возиться надоело, они посетили Мадрид в автобусе и так же вернулись обратно в Сантьяго.

Карлоту заинтересовало, откуда я узнал о ее мнимом замужестве, и я намекнул, что, мол, мне об этом рассказал один очень милый и добрый человек. На секунду задумавшись, она воскликнула:

– Ваша соседка! – и в сердцах, не зло, добавила: – Старая ведьма!

– Ну, зачем же так? – нравоучительно вмешался ее отец.

– А она что, тоже ваша родственница? – зная об осведомленности бабульки, я бы совершенно не удивился при положительном ответе.

– Да нет! – засмеялся Фернандо. – Просто на автовокзале, в Мадриде, она находилась рядом в тот момент, когда мы договаривались с Карлотой не мешать друг другу и вести себя как посторонние люди. И она прекрасно слышала каждое наше слово. А мы как раз говорили…

– Папа! – с укором перебила его дочь. – Я думаю, ты не собираешься рассказывать в деталях весь наш разговор?

– Да, да. Конечно! Хотя какие могут быть секреты между друзьями детства, – и мы оба согласно закивали головами. – Но, если в двух словах, – продолжал он. – То вполне можно было понять, что моя дочь не замужем, – и добавил: – Как ни странно…

– А в чем же, осмелюсь спросить, причина подобной странности? – я спросил это как можно более вежливым тоном, приготовив в уме ехидный и колкий ответ. Но Карлота меня переплюнула:

– Выйдешь тут замуж, – она печально вздохнула, сдерживая улыбку. – Когда кругом одни клоуны и врачи-самозванцы, – мы все от души посмеялись, и она задала прямой вопрос: – Вы ведь, признайтесь, совершенно далеки от медицины?

– Ну не совсем! – я прокашлялся, придавая своему голосу больше солидности. Конечно, я не собирался ничего рассказывать о своей работе – шеф всегда запрещал нам это категорически. Поэтому, хоть мне и хотелось похвастаться перед девушкой, на ходу сочинил несложную полуправдивую версию, из которой всегда можно было бы выкрутиться. Если встанет необходимость. – Буквально пару дней назад мы перевозили одну стоматологическую клинику в другое помещение, и мне пришлось быть в самом непосредственном контакте с новейшим медицинским оборудованием.

– Так вы работаете на перевозках? – в ее голосе было слышно разочарование.

– Поэтому я такой сильный, – при этом я похлопал себя по тугому бицепсу. – Такой ловкий и такой…

– Наглый и приставучий? – засмеялась Карлота.

– … Общительный! – закончил я свою фразу.

– А чем занимаешься в свободное время? – спросил Фернандо, внимательно следя за дорогой. Мы уже въехали в Ною, которая прямо-таки кишела пешеходами и туристами.

– Пишу песни, – ответил я просто. Хоть это было и не единственное мое хобби.

– Частушки, что ли? – Карлота удивленно повернулась ко мне всем корпусом.

– Если бы я писал частушки, – обиделся я. – То так бы и сказал: частушки. А так я пишу принципиально другое.

– И что, о вас уже идет большая слава? – продолжала она ехидно допытываться.

– Пока мне достаточно хороших отзывов моих друзей и их желания слушать меня в любое время дня и ночи.

Карлота внимательно меня всего осмотрела и спросила:

– А где же ваша губная гармошка? В рюкзаке? Или вы поете без аккомпанемента? – и первая засмеялась. Ей стал вторить ее отец, и мне ничего не оставалось делать, как присоединиться. А про себя с восхищением подумал: «Да! Если она войдет в раж и начнет кого-нибудь подкалывать, то тому несдобровать. Хотя я, в принципе, согласен и на это, лишь бы больше побыть с ней! Лишь бы она хихикала!» Конечно, шутки по поводу моего творчества были мне неприятны, но с другой стороны, это был лишний повод доказать ей свою значимость и незаурядность. И, когда мы чуть успокоились, я ответил:

– Увы! Как это для вас ни прискорбно, нет у меня гармошки. Мои музыкальные инструменты: пианино и гитара. Как только представится возможность, я вам обязательно продемонстрирую свои способности. Кстати, мои друзья имеют гитару, специально ими купленную по случаю моего приезда. Поэтому я и не брал свою.

– Ну, надо же… – начала было девушка, но в этот момент ее отец так резко затормозил, что машина остановилась как вкопанная. Причиной тому послужил неожиданно выехавший из узкой улочки шикарный «Ровер», который нагло пытался проскочить, не уступив нам дорогу. В результате раздался звук небольшого удара от соприкосновения бамперов. Водитель «Ровера» остановился и выскочил из машины, угрожающе выкрикивая что-то в нашу сторону. Он был здоровый и лысый, но какой-то неопрятный и противный, всем своим видом смахивающий на спившегося самурая.

– Ты только взгляни, он еще и возмущается! – удивился Фернандо и тоже стал выходить из машины, сердито приговаривая: – Ну, ну! Сейчас, сейчас!

Я быстренько выскочил с другой стороны и бросился между сходящимися водителями. При этом я выставил подбородок вперед, сдвинул брови и зарычал на «самурая» низким голосом:

– Куда прешь, козел?!

Тот сразу остановился, а потом, осознав наше преимущество, попятился. С ненавистью посмотрев на нас исподлобья, юркнул в свою машину, пробурчав с угрозой:

– Ладно, еще встретимся! – и, газанув, помчался по дороге вперед. Мы, улыбаясь, вернулись в машину – наше настроение совершенно не было испорчено происшедшим мелким инцидентом.

– Как! – Карлота в ужасе всплеснула руками. – Неужели вас не побили? Очень странно! Вас же бьют с самого детства! Андре за то, что заступается, тебя, папа, за то, что плохо прячешься. Видимо, вам сегодня крупно повезло.

– Это еще неизвестно, кому повезло! – задиристо ответил ее отец, трогая авто в дорогу. – Если бы Андре его не спугнул, он бы у меня попрыгал!

– Да ладно, не кипятись! – хоть мне было немного неудобно называть Фернандо на «ты» из-за нашей внушительной разницы в возрасте, но он был таким милым, общительным и веселым, что это было даже интересно. – Ты бы его еще ненароком зашиб, и кому б тогда фармацевты сбывали свои лекарства?

– Точно, Андре! Правда! – он согласно и радостно кивал головой. Тем временем мы проехали несколько извилистых поворотов среди холмов, густо поросших самыми разнообразными деревьями, и справа мелькнул огромный щит с названием кемпинга и всеми видами услуг, ему сопутствующих. – Это здесь ты собираешься жить? Других рядом вроде бы нет.

– Да я даже и не знаю, – ответил я, оглядываясь по сторонам. – Ребята ждут моего звонка часа через три, не меньше. Они работают до обеда, и я думаю, что мне их там будет найти гораздо легче. Немного подожду, а потом они покажут, где и как я буду размещаться.

– А что здесь делают ваши друзья? – с подтекстом спросила Карлота. – Подрабатывают акушерами-любителями?

– Очень смешно! – согласился я, смеясь вместе с ее папой. И ответил полу правдой: – Мои товарищи – специалисты по электронике и устанавливают системы сигнализации и обеспечения безопасности.

– Вот это солидная профессия! – в ее тоне слышалось одобрение. – А какие они: молодые, красивые? – и кивнула головой в мою и отца стороны: – Или как вы оба – пожилые?

Я закашлялся от возмущения, а Фернандо даже обиделся:

– Как тебе не стыдно, доча?! Ты ведь всегда говорила, что я самый молодой и красивый!

– Да! – вздохнула она. – Но это было раньше. Когда я еще не знала всех твоих друзей детства. Теперь, видя постаревшее лицо одного из них, все в морщинах и покрытое налетом наступившей старости, я прихожу к совершенно иному мнению.

Фернандо сочувственно на меня оглянулся:

– Да, Андре! Что-то ты сдал в последние годы. Из-за тебя и меня уже в старики записывают.

– Что поделаешь! – скорбно пожаловался я. – Видать, виной тому моя затянувшаяся холостяцкая жизнь. Если бы женился, намного бы помолодел и душой, и телом.

– Не женись, дружище! – захохотал он. – Наоборот, еще быстрей состаришься!

– Нет, нет! – возражал я категорически. – Если жена отвечает лучшим требованиям: добрая, красивая, очаровательная… – я выразительно глянул прямо в глаза оглянувшейся на меня Карлоты.

– Еще чего! – возмущенно фыркнула она. Потом радостно заулыбалась. – С большим удовольствием хочу вас огорчить и проинформировать: у меня есть жених. Красавец, силач, умница и к тому же вице-директор одной очень солидной фирмы.

По скривившемуся лицу ее отца я понял две вещи: жених и в самом деле существует (в отличие от выдуманного ею раньше мужа) и что он очень не нравится Фернандо. Ну, по крайней мере, он от него не в восторге. Я, конечно, внутренне расстроился, но что оставалось делать? Только сказать:

– Не всегда портфель и внешние показатели являются гарантами семейного благополучия, – по прояснившемуся лицу ее отца я понял, что попал в точку.

Мы въехали в этот момент во двор усадьбы, почти со всех сторон окруженный садовыми деревьями. Широкая дорожка, выложенная гранитной плиткой, уходила в глубь сада, и там просматривались стены дома, облицованные таким же серым гранитом, но самой разнообразной и произвольной формы.

– Ну, вот мы и дома! – сказал, выходя из машины, Фернандо и удовлетворенно потирая руки. – Сколько бы ни был в Мадриде, три дня или полгода, а все равно скучаю по родной обители и, когда сюда возвращаюсь, чувствую себя как мальчишка, так мне хорошо и здорово! – и обращаясь уже ко мне: – Как тебе здесь, нравится?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Поделиться ссылкой на выделенное