Юлия Галанина.

Трое из Города

(страница 2 из 11)

скачать книгу бесплатно

Директор не поленился, сам вынул у каждого провинившегося из сумки дневник, и унес дневники с собой.

Данюшки хмуро уселись. Остальной класс, пораженный суровостью кары, сидел тише воды – ниже травы.

У друзей на душе скребли кошки: четыре наказания сразу за один пропущенный урок – все-таки, чересчур. Но в глубине души они считали, что за такой замечательный бой Затычки с Непобедимым Силачом не жаль получить и вдвое больше неприятностей.

Уроки прошли, и счастливые одноклассники разбежались по домам, а данюшки остались в пустом классе. Господин Лабео поручил им разбирать шкаф с картами и тоже ушел.

Карты были старые, пролежали в шкафу очень долго и покрылись толстым слоем пыли. Чихая и кашляя, данюшки вытаскивали их на белый свет, разворачивали, протирали тряпкой и заклеивали дыры, прорванные указками и прогрызенные мышами.

Шкаф упирался в потолок и был забит бумагами доверху, поэтому даже за три часа каторжной работы они не смогли разобрать и половины.

– Мы не будем сдавать осенью переэкзаменовку по географии! – радостно заявил Шустрик, вытирая пыльной ладонью лоб, отчего тот стал полосатым.

– Почему это? – заинтересовался Затычка, уныло болтая кисть в ведерке с клеем.

– А мы погибнем здесь, около этого шкафа, как каторжники на золотых рудниках Зловещего Края! – еще радостней объявил Шустрик.

Полосатик потянул очередную карту, и вдруг все рулоны лавиной посыпались из недр шкафа, накрыв Полосатика с головой. Облако пыли поднялось в воздух.

– Ну вот, что я говорил! – махнул тряпкой Шустрик. – Один труп уже есть! А-а-апчхи!

Им пришлось настежь раскрыть окна, но пыль все равно стояла стеной. За этой кутерьмой данюшки не заметили, как открылась дверь. Кто-то вошел и сразу утонул в пыльном облаке.

– Вы что, а-а-апчхи-и-и, устроили?! Чхи-и!!! – прочихал невидимый Директор, пытаясь рукой разогнать пыль.

– Мы карты чистим, как наказанные! – буркнул Затычка, с удовольствием наблюдая, как начальство барахтается в пыльном омуте. – Чуть что, сразу мы… Сами сказали и сами недовольны…

– Не дерзи! А-а-апчхи! А ну-ка, все трое – марш из класса! – приказал Директор и быстренько исчез за дверью.

Недоумевающие друзья вышли в коридор. Там помимо отчаянно чихающего Директора стоял какой-то незнакомый толстый господин в пышном коричневом костюме с красными атласными лентами.

– Вот взгляните, господин Астронотус! – почтительно обратился к нему директор. – Больше учеников в школе, к сожалению, нет – слишком поздно. Я не думаю, чтобы эти лоботрясы Вам подошли! А-а-апчхи-и-и!

Толстяк, шевеля губами, словно что-то жуя на ходу, осмотрел запыленных данюшек со всех сторон.

– Эти ребята подходят мне. По росту они точно такие же! – наконец сказал он Директору.

– Вы сейчас, а-а-апчхи, пойдете с господином Мажордомом в Цитадель! – объявил данюшкам Директор. – Это большая честь! Он объяснит вам, что делать. Ведите себя достойно и не позорьте стены, воспитавшие вас!

– А родителей завтра в школу? – ехидно спросил Затычка, почувствовавший, что можно поторговаться. – Мы ведь наказанные!

Директор угрожающе посопел, пару раз чихнул и, наконец, махнул рукой:

– Ладно, родителей не вызываю.

Но, остальное… – остается в силе!

– Ура!!! – закричали данюшки и, бросив тряпки, побежали к выходу.

Толстяк Мажордом, покряхтывая на каждом шагу, пошел за ними.

По пути он объяснил, зачем Шустрик, Полосатик и Затычка потребовались в Замке Короля:

– Через три дня, включая сегодняшний, будет Праздник Весеннего Солнца. Это вы, молодые люди, и без меня прекрасно знаете. Король поедет в Аквилон, но принцесса Бурунди решила по случаю Праздника устроить бал. Почетную охрану в Большом Зале Гербов будут нести юные оруженосцы – это так красиво! Все уже давно готово и отрепетировано. Но трех проклятых сорванцов угораздило подраться, и теперь они щеголяют синяками и шишками на самых видных местах, обормоты! Вы их замените, и упаси вас Великий Торакатум до Праздника от драк, болезней и прочих неприятностей.

Господин Астронотус даже остановился и поднял палец кверху, чтобы подчеркнуть всю важность своей мысли. Постояв так минутку, он, опять не спеша, двинулся в путь.

* * *

В Цитадели данюшки бывали частенько: в башне Гонцов находились Караульные Палаты и они постоянно бегали сюда к отцам. И Полосатик, и Шустрик, и Затычка с нетерпением мечтали о том моменте, когда они сами станут Гонцами, получат право носить герб Гонцов: белую стрелу с красным оперением на черном щите – и по заданию Короля будут доставлять в другие города Союза Королевств важные послания и грамоты.

Но в Большой Зал Гербов мальчишек не пускали и друзья там ни разу не были. Поэтому они с любопытством озирались по сторонам.

Большой Зал был и вправду громадным. Две шеренги высоких колонн поддерживали потолок, а по стенам были развешаны щиты с гербами всех Цехов и Сословий Города. Данюшки с гордостью нашли герб Гонцов, висевший прямо напротив трона.

Репетиция прошла быстро. Дело оказалось довольно нехитрым, и данюшки сразу усвоили, где и как им надо стоять, когда меняться и кого приветствовать. Костюмы тоже пришлись впору, переделывать не пришлось, так что они скоро освободились и пошли домой, обсуждая прошедший замечательный бой Забияки и предстоящий веселый Праздник.

Глава вторая

На следующее утро весь Город провожал Короля, отправляющегося на День Весеннего Солнца в соседний город Аквилон, один из центров Союза Королевств.

По обычаю, раз в три года он должен был встречать Праздник там, в храме Четырех Солнц. С ним поехала большая свита придворных, горожан и солдат: многие хотели побывать в Храме, своими глазами увидеть, как Весеннее Солнце зажигает огонь на вершине Черного Камня и потом долго-долго рассказывать об этом всем друзьям и знакомым.

Большая Площадь была запружена людьми, повозками, синодонтисами и панаками.

Надо сказать, что синодонтисы, панаки и королевский птеригоплихт: упряжные животные и скакуны Союза Королевств – были очень необычными.

Легенды говорили, что они вместе с людьми вышли из воды на сушу. Но, в отличие от изменившихся со временем людей, сохранили свой первоначальный рыбий облик.

Все существа, вышедшие из воды Там, Где Всегда Тепло, кроме людей и нескольких мелких зверюшек, передвигались одинаково: они скользили над землей.1

Как выглядели синодонтисы и панаки? Так же, как и свои водные родственники, только были значительно крупнее.

Обычный синодонтис был размером с небольшой бочонок (в каком солят капусту на зиму), положенный на бок. Если к такому бочонку приделать хвост и плавники, то получится вылитый синодонтис. А уж раскраска у них была самая разнообразная: с белыми пятнышками по темному туловищу; с продольными или поперечными полосками; с большими черными пятнами по светлой шкурке – в общем, на любой вкус!

Правду сказать, на самом деле никто и никогда не называл синодонтисов их настоящим именем.

Во-первых, само имя было куда длинней владельца, а во-вторых (и это главное) имели резвые бочонки с хвостиками одну милую привычку: как только с них снимали упряжь, они начинали резвиться, переворачиваться с бока на бок, крутиться колесом, а то и вовсе скользили брюшками кверху и не желали возвращаться в нормальное положение.

Глядя на их выкрутасы, язык сам выговаривал: перевертыши!

Из-за малого размера перевертыши не попали в скакуны. Их по несколько штук зараз впрягали в повозки или плуги, и они честно трудились на полях и дорогах.

Деревенские мальчишки развлекались тем, что соревновались в езде на перевертышах. Победителем выходил тот, кому дольше всех удавалось удержаться на спине своего скакуна – а перевертыши так и норовили опрокинуть непрошеных седоков, да не куда-нибудь, а непременно в грязную лужу!

Ну а взрослые, серьезные люди ездили на панаках: это были уже настоящие верховые животные, легко поднимающие одного, а то и двух человек.

Размером панаки были с хороший диван, ростом – с обеденный стол, а телом очень напоминали пологий холм: от плоской головы туловище плавно поднималось вверх, к спинному плавнику, реющему как флаг на кургане вождя, а потом “скатывалось” вниз, завершаясь большим хвостовым плавником.

Из-за того, что спинной плавник располагался у панаков близко к хвосту, на передней части спины было много свободного места, куда и крепили седло. По крепким боковым плавникам (чем-то даже похожим на крылья, когда панак расправлял их, паря над землей), ездок легко добирался до стремянной площадки и вскакивал в седло.

Всем были хороши панаки, но и в их характере имелась своя “ложка дегтя”: они легко впадали в ярость и обожали драться друг с другом. Поэтому обязательной деталью сбруи были фигурные защитные пластинки-щитки, не позволявшие панакам во время езды видеть что-нибудь, кроме дороги.

По преданиям жителей Союза Королевств, панаки и перевертыши вместе с изгнанниками-людьми покинули место Там, Где Всегда Тепло.

А у Короля был свой, особый скакун – один-единственный во всем Союзе Королевств. Он был очень похож на панаков обликом, но в несколько раз больше их. Лет пять назад его подарило какое-то заморское посольство, и где водятся подобные красавцы – не знал никто.

Это был птеригоплихт.

Когда он появился в Городе, акватиканцам очень понравилось, что их Король будет ездить на великане, подобного которому нет в соседних государствах, но поначалу никто не мог толком выговорить его названия. Целую неделю бедного птеригоплихта склоняли на все лады, но потом кто-то догадался поделить заморское слово на две части.

Птериго – плихт.

И сразу стало легче запоминать! В длинном “птериго” слышалось плавное движение, а в коротеньком “плихт” наоборот, что-то быстрое и резкое. А все вместе получалось, словно кто-то подскользнулся и плюхнулся: птериго-плихт!

И теперь жители гордились, что у Короля не просто необычный скакун, но еще и с таким заковыристым названием!

Сейчас и перевертыши, и панаки, и птеригоплихт были наряжены в праздничную сбрую не хуже разодетых в честь наступающего Дня Весеннего Солнца людей.

Шустрик, Затычка и Полосатик были в толпе провожающих и изо всех сил махали отъезжающим родителям. Вообще-то, они тоже хотели бы поехать в Аквилон, но благоразумно не заикались об этом, понимая, что только неожиданное появление в школе королевского Мажордома спасло их от визита родителей к Директору, а иначе вместо праздничного веселья им бы пришлось сидеть дома за уроками и это в лучшем случае!

Наконец, после суеты расставания, горнисты протрубили сигнал отъезда. Король на прощание чмокнул дочь в лоб и легко вскочил в седло.

Большой королевский птеригоплихт гордо расправил громадный спинной плавник, раскрыл грудные, и плавно оторвался от земли. Поднявшись над камнями мостовой на локоть, он, не спеша, заскользил вперед. Золотая сетка узора на теплом коричневом теле переливалась в лучах солнца и напоминала парчовую ткань. Глубокое седло, укрепленное на широкой спине птеригоплихта перед спинным плавником казалось совсем небольшим, хотя с головой бы накрыло обычного упряжного перевертыша.

За птеригоплихтом таким же манером двинулись Меченосцы на голубоглазых панаках. Голубоглазые панаки были резвее остальных своих собратьев и ценились очень дорого. Имела их только Королевская Гвардия. Сейчас половина роты Тигровых Меченосцев красовалась на светло-серых скакунах, а половина – на черных.

За гарцующими Меченосцами пешком шли остальные.

А кто не хотел утруждать ноги, тот разместился в разноцветных, украшенных флагами, лентами и вертушками повозках, которые тянули трудяги-перевертыши. Но таких было немного: до Аквилона и пешком рукой подать – день пути прогулочным шагом. Шагалось в теплое весеннее утро легко, с разговорами, песнями и прибаутками. Веселой пестрой змеей процессия выползла из Города, пересекла мост и потянулась по Аквилонскому Тракту.

Проводив паломников, Город стал готовиться к празднику. Сколачивались подмостки для актеров и циркачей, выставлялись столы для угощения, складывался хворост для праздничных костров.

Вечером, в канун Дня Весеннего Солнца, большинство горожан выходило на улицы и площади и всю ночь напролет веселилось при свете костров и факелов, провожая Зимнее Солнце. На каждом пятачке можно было найти еду, питье и балаган с артистами. Кто хотел – ел и пил за двоих, кто хотел – танцевал и запускал хлопушки, кто-то всю ночь ходил вслед за бродячим цирком и смотрел веселые представления.

А на рассвете все поднимались на городские стены или на стены Цитадели, чтобы увидеть первый луч Весеннего Солнца.

В этот раз канун Дня Весеннего Солнца приходился на субботу.

* * *

…Бал-маскарад был в полном разгаре.

Шуршали по плитам пола пышные шелковые юбки придворных красавиц, из-под масок сверкали белозубые улыбки, топорщились усы и шпаги кавалеров, два балкона музыкантов, без перерыва, сменяя друг друга, играли вот уже третий час.

Одетые в черные с золотым шитьем костюмы оруженосцев, Данюшки стояли в почетном карауле возле трона и развлекались тем, что пытались угадать под масками знакомых. Первым они нашли, конечно же, Забияку, за ним Непобедимого Силача и других бойцов Бетта Спленденс.

Шустрик очень хотел увидеть замаскированную принцессу Бурунди и, неподвижно застыв, он, как и полагалось часовому, прочесывал взглядом веселящихся гостей. Поэтому первым заметил появление в зале незнакомцев. За масками все казались другими, но то, что эти люди – чужаки, Шустрик понял сразу и почувствовал необъяснимую тревогу.

Теперь он выискивал в толпе танцующих только странных незнакомцев. Это оказалось довольно просто: если приглядеться повнимательнее, они не веселились, как все остальные, а только делали вид, что веселятся. Чужаки неуклюже переминались с ноги на ногу, переглядывались друг с другом из разных концов зала, но, проходя рядом, делали вид, что не знакомы.

Тревога стала просто грызть изнутри Шустрика, потому что он видел: никто, кроме него, не обратил на чужих внимания – все были захвачены весельем праздника.

“Будь что будет! – решил Шустрик. – Пусть меня осмеют и с треском выгонят, но пару слов Меченосцам сказать надо. Уж больно э т и какие-то странные. Неприятные… Откуда они взялись? Никакие чужедальние гости к нам вроде не приезжали, в Городе я таких не видел, это точно! Дождусь смены и скажу Начальнику Караулов!”

Оруженосцы оруженосцами, но входы в Большой Зал Гербов, как и всю Цитадель, сегодня охраняла рота Черных Меченосцев. Тигровые уехали с Королем, а Алые отдыхали – их много было среди танцующих.

Чтобы немного унять тревогу, Шустрик скосил глаза к ближайшему входу и вдруг увидел, что вместо караульных там стоят три чужака с мечами наготове, незаметные залу из-за пышной портьеры.

Умом Великий Торакатум Шустрика не обидел и он сразу сообразил, что дело очень серьезное. Меченосцы по доброй воле своих постов никогда не оставляют, даже в праздничном зале в центре защищенной Цитадели охраняемого Города.

И друзья с удивлением увидели, как Шустрик внезапно сорвался со своего места, подскочил и сдернул висящий на щите Трубачей настоящий горн.

Над залом разнесся резкий Сигнал Тревоги, звучавший только в минуты страшной опасности для Города. Музыка смолкла и гости остановились, с недоумением глядя на странную проделку юного оруженосца.

В этот же момент над ухом Шустрика просвистел нож. Начисто срезал ему прядь волос и вонзился в торец спинки трона. Шустрика как ветром сдуло за трон, и оттуда срывающимся голосом он крикнул:

– Чужаки в зале! Все – маски долой! К оружию!

Но у остальных входов в зал появились вооруженные до зубов незнакомцы. Блестели кольчуги и мечи. А охраны уже не было, – ее задушили тонкими удавками.

Поднялась паника, а страшные пришельцы и их сообщники в толпе хладнокровно начали резню.

Но предупрежденные криком Шустрика, Алые Меченосцы и бойцы Бетта Спленденс сбросили маски, чтобы узнавать своих, и, обнажив оружие, попытались дать отпор людям в кольчугах.

Закипела в Большом Зале Гербов, как в котле, кровавая похлебка. Звенела сталь, визжали обезумевшие от ужаса придворные дамы, мечась и падая под ударами незнакомцев. Валялись убитые, корчились в муках раненые.

Перевес был на стороне чужаков: они, не боясь задеть своих, просто рубили всех, кто попадался по пути, не щадя ни женщин, ни стариков, а наоборот, с каким-то особым удовольствием заливали кровью платья нежных гуппи.

Поначалу данюшки так и стояли у трона столбами, не в силах переварить увиденное: минуту назад был веселый праздник, а теперь!.. Жуть несусветная!!!

Но Шустрик, про которого все забыли, крикнул им из своего укрытия:

– Вы что, сдурели?! Вас сейчас посекут в капусту! Айда ко мне!

Полосатик и Затычка очнулись и кинулись к нему.

– Что делать будем? – спросил Полосатик, выглядывая из-за трона. Его колотило мелкой дрожью.

– Не знаю… – шепнул побелевший Затычка. – Может, мы спим?

– Ага, спим! Вон нож пощупай, засоня! – Шустрик тоже смотрел в зал расширенными от ужаса глазами.

Он увидел, как упала под ударом меча разбойника старенькая тетушка Нанкин, которую знал весь Город, и меч нацелился на неподвижно стоявшую за ней принцессу Бурунди.

Неминуемый удар отбил Забияка, неизвестно как выросший перед девушкой.

– Не тронь принцессу, ты, ублюдочный убийца стариков! – прорычал он, бросаясь на врага.

Шустрик отчаянно ждал: сейчас Затычка так же легко, как и на турнире, разделается с чужаком и все будет прекрасно. Но вышло иначе…

Схватка была короткой и безобразной. Парируя очередной удар, Забияка поскользнулся на мокром от крови полу, и упал навзничь.

Его спас Непобедимый Силач: он отшвырнул в сторону своего противника, ринулся вперед и заслонил Забияку. Силач стал теснить врага, орудуя двумя клинками сразу и шаг за шагом отодвигая его от Забияки и принцессы.

Победа была на его стороне, но свистнул нож, вонзился бойцу Бетта Спленденс в спину и Силач, дернувшись всем телом, упал лицом вниз.

Двое чужаков крутили руки оглушенному падением Забияке, а тот, что метнул остро отточенное лезвие, держал принцессу Бурунди, умело связывая локти за спиной куском ее же шлейфа.

…Когда данюшки в первый раз мерили костюмы для бала, их разочаровало отсутствие всякого оружия, даже крохотного кинжальчика. Господин Астронотус считал, что оружие оруженосцам ни к чему – сплошное баловство…

И теперь они сидели за троном совсем безоружные.

Шустрик пытался вырвать застрявший в троне нож, чтобы кинуться на врагов и хоть чем-то помочь Забияке, но лезвие ножа вошло в тугую древесину, как в масло, почти по рукоять.

Противник Забияки и Непобедимого Силача что-то рявкнул своим людям, пленников не стали убивать, а поволокли прочь.

В этой части зала сражение закончилось и переместилось в противоположный конец, где оставшиеся в живых Меченосцы и бойцы Бетта Спленденс защищали потайную дверь, своими жизнями давая возможность женщинам и старикам уйти из зала.

Около трона было тихо и пусто.

– Пошли! – дернул друзей Затычка. – Посмотрим, может, кто жив.

Они выбрались из укрытия, где по-пластунски, где на четвереньках поползли среди лежащих людей. Стиснув зубы, данюшки пробирались меж телами и в сердце каждого вползала такая беспросветная тоска, словно кто-то пилил его, сердце, тупой пилой.

– Эх, хоть бы ножичек мне! – как заклинание повторял трясущимися губами Полосатик, совсем не замечая, что из глаз у него льются слезы. – Ну почему эти дурацкие оруженосцы без оружия?!!

Затычка первым добрался до Непобедимого Силача. Силач был жив.

– Силач, миленький, потерпи! – зашептал обрадовавшийся Затычка, махая друзьям. – Мы тебя вытащим! Потерпи немного, Силач!

– Может, нож из него выдернуть? – тихонько спросил подползший Шустрик, глядя на резную рукоять, торчащую из спины.

– Ты что, ополоумел?! – как чайник зашипел Затычка. – Прикончим его этим сразу. Если с ножом пока жив, так и нужно к лекарю доставить. Давайте-ка его в коридор оттащим, пока нам головы не отсекли.

Странная вещь: вид раненого Силача приободрил данюшек и загнал тоску куда-то в глубину, в закоулки души. Появилось дело, надо было спасать раненого, и отчаяние отступило, уступив место решимости и находчивости.

Они с трудом передвинули тяжелого Силача на чей-то плащ и потащили его к тому выходу, в котором Шустрик заметил трех незнакомцев.

Тянуть плащ, ползя на четвереньках было очень трудно. Голова Силача безвольно подергивалась, а ноги, не поместившиеся на коротком плаще, волоклись по полу. На их счастье враги были уверены, что около трона остались трупы или почти трупы, и никто не заметил, как три маленькие фигурки утянули в коридор большое тело.

– Ну и куда мы теперь? – дыша со свистом, спросил Полосатик. – Нам одним его не унести, а здесь оставаться опасно.

– Ползем в нишу! – предложил Затычка. – Вы посидите там, а я кое-куда прошвырнусь.

Данюшки оттащили Силача в закрытую плотными шторами нишу в стене (там обычно обожали сплетничать легкомысленные гуппи).

Затычка задернул портьеры снаружи так, чтобы ничего не было видно. Шустрик и Полосатик стали ждать его прихода, вслушиваясь в звуки за тяжелой бархатной тканью.

Затычка потому и получил такое прозвище, что был в любой бочке затычкой. Он везде успевал сунуть свой любопытный нос, обо всем узнать и все выяснить.

Его друзья еще не успели толком выучить путь от входа в Цитадель до Большого Зала Гербов, а он уже излазил весь Замок сверху донизу. Сейчас он без колебаний двинулся в сторону Замковой Кухни.

Спустившись винтовой лестницей без ступенек, по которой кушанья подавались в зал, Затычка осторожно вошел в кухонный подвал.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Поделиться ссылкой на выделенное