Юлия Федотова.

По следу скорпиона

(страница 5 из 39)

скачать книгу бесплатно

Оставшиеся привычно переночевали в овраге, а поутру побрели по направлению к Оузе, кудианской деревне, славящейся производством козьего сыра. Не то чтобы кто-нибудь из них так уж любил козий сыр, просто Оуза лежала как раз на пути к Трегерату, и в ней имелся постоялый двор, единственное заведение подобного рода во всей округе. Оно-то и было назначено местом встречи с отбывшими в Сильфхейм. Те, кому удастся добраться до Оузы первыми, снимут комнату и будут дожидаться друзей в уюте и комфорте. А почему бы и нет? Они существа состоятельные, могут себе позволить!


К дальним перелетам на грифонах все относились по-разному. Энка, например, воспринимала их неоднозначно. С одной стороны, она не могла не признать, что лететь намного приятнее, чем плестись пешком. Но с другой… Это какие же нервы надо иметь, чтобы спокойно сидеть без дела более трех суток кряду! И это только в одну сторону!

Иное дело – Ильза. Ни ледяной встречный ветер, ни запах псины, ни весьма сомнительное пение сидящей в головах сильфиды не умаляли ее восторга. Она находила прекрасными даже те моменты, когда грифон применял свою пожирающую пространство магию, отчего ландшафты внизу превращались в мелькание цветных полос, уши закладывало, а непривычные к полетам субъекты зеленели и шуршали пакетиками из-под крупы. Что они смыслят в жизни, эти ученые задохлики?! Что может быть прекраснее ощущения скорости, высоты и свободы! Эх, вот если бы еще вместо жалкого Бандароха, за которым приходится следить, чтобы не свалился, перед ней сидел бы Хельги, и можно было бы уцепиться за его пояс, уткнуться лбом в спину и… Впрочем, нет в этом мире совершенства. Девушка давно усвоила сию грустную истину и научилась довольствоваться имеющимся. Августуса пока не тошнит – уже радость!

Радость была недолгой. Очередной прыжок через пространство – и Августуса вырвало прямо ей на сапог. Ветром снесло. А все Рагнар! Говорили ему: не корми его на дорогу, не корми! Пожалел… И вот вам результат. И магистру на пользу не пошло, и ей неприятность. Ну да ладно. Ветром обдует. Все равно жизнь прекрасна!

Бандарох, разумеется, думал совсем иначе. Он сомневался, можно ли это вообще считать жизнью.

Высоты магистр боялся с детства. Боялся до визга, до обморока. Он никогда не залезал на деревья, не бегал с мальчишками по крышам, не нырял в речку с откоса. Любой забор, достающий ему хотя бы до подмышек, был для юного Бандароха непреодолимой преградой. А повзрослев, он из собственного чердачного окна старался не выглядывать без особой нужды.

И вдруг такая высота! Ужас! Ужас! Ужас!!!

А все демон Ингрем! Это из-за него приходится вновь терпеть муки и унижения. Изобретай он пытку специально, и то не придумал бы лучшей! И после этого еще берется утверждать, что не является убийцей! Как бы ни так!.. Ну вот опять! И опять мимо пакета!

Кошмарный перелет оказался не последним испытанием, выпавшим на долю несчастного автора «Полнейшего и новейшего». Он-то наивно полагал, что будет официально представлен родителям сильфиды, как это принято в любом приличном обществе.

Ничуть не бывало! Его тайно протащили в город через сырой, до колен заиленный и до жути зачарованный тоннель, потом долго вели темными закоулками, круто поднимающимися в гору, потом втолкнули внутрь небольшого строения, внешне вполне эстетичного, но оказавшегося не чем иным, как стойлом для грифонов, а там усадили на охапку пахнущей псиной соломы и велели дожидаться утра.

– А это, – Энка вручила ему наспех нацарапанную записочку, – отдашь моему папаше. Он утром придет наряжать грифона, чтобы лететь в Парламент… Да не трусь, он будет очень рад. В смысле рад, что я привела тебя, а не увела грифона. Ну, счастливо оставаться!

Нехорошо читать чужие письма. Но Бандарох сделал это! Из мести! Засветил холодный магический огонек на кончике указательного пальца, и в его неверном свете, с трудом разбирая витиеватый почерк сильфиды, прочел:

«Привет вам, дорогие папа и мама! Как вы догадались, это опять я. Встретиться с вами лично, увы, не могу, время не позволяет. Очень спешу! В утешение оставляю вам моего приятеля Бандароха Августуса собственной персоной. Полагаю, он может рассчитывать на гостеприимство, коим издревле славится наш народ. Пусть поживет у вас, пока я за ним не вернусь. Можете поселить его в моей комнате, только заприте секретер. За сим, до свидания.

Ваша любящая дочь Энкалетте.

P. S. Имейте в виду, за Бандарохом гонится десяток-другой наемных убийц. Надеюсь, у вас не возникнет проблем с ними.

Ваша любящая… тьфу, я это уже писала. Короче, до встречи. Не пугайтесь, не до скорой. Я».

Прочитал и похолодел. Он был уверен, что папаша любящей дочери, получив этакое послание, выставит незваного гостя за порог на растерзание убийцам. Но он счастливо ошибался. Если пришедший утром в грифонную благообразный седовласый сильф и имел поводы для недовольства, то виду не подал. Августусу был оказан именно такой прием, какой принят у представителей приличного общества. Даже секретер не заперли. Жизнь, похоже, начинала налаживаться.


Да, Оуза здорово изменилась с тех пор, как Хельги и Меридит побывали здесь в последний раз. Теперь уже никто не назвал бы ее «Козьей деревней», именно так переводилось слово «Оуза» с языка кудиан. То есть козы-то как раз наличествовали: большие, белые, сытые, вполне довольные своей дикой жизнью, – не было самой деревни как таковой. Путники стояли на заросшем бурьяном пустыре.

– Глупо было ожидать чего-то другого после того, как здесь прошелся Глом, – заметил Хельги рассеянно. – От человечьих сел мало что осталось, а уж от кудианского…

– Надо было подумать об этом раньше, – ворчливо откликнулся Орвуд. – Где теперь девиц ждать? Где ваша хваленая ночлежка?

– Как где? Вот! – Меридит ткнула пальцем себе под ноги. Там, в траве, чернела обугленная доска. Один ее конец сохранился чуть лучше, на нем с трудом угадывались буквы… «зе»… – Это их вывеска: «Пьяный козел». Значит, надо ждать здесь.

– Спасибочки, обрадовала! – шутовски раскланялся гном. – Прекрасные апартаменты, нечего сказать! Комфортные… Уж и не знаю, хватит ли нам средств расплатиться за постой в этаких хоромах!

Рагнар, как всегда, стремился сгладить ситуацию:

– Ну, немного не повезло. С кем не бывает! Нам все равно нужно было назначить встречу – не здесь, так в другом месте. Какая разница, где ждать?

– Зачем вообще нужно ждать? Они на грифоне. Вполне могли бы отыскать нас в пути. Пролететь пару раз туда-сюда над дорогой…

– При встрече скажи это Вампиру, – со вздохом перебила Меридит. – У него, знаешь ли, принципы: «туда-сюда» не летает.

Аолен с Эдуардом участия в общем разговоре не принимали. Они рыли землю. В прямом смысле этого слова, лопатой. Подобрали где-то старую ржавую лопату и занялись земляными работами на склоне ближайшего холма. Хельги некоторое время наблюдал за процессом, потом поинтересовался:

– Клад ищете? Одного мало показалось?

– Землянку строим. Ночью пойдет дождь, не хочется мокнуть зря, – пояснил эльф. – И вообще, нам не один день тут сидеть…

Дождь начался на закате и, похоже, решил не кончаться больше никогда. Лужи вокруг холма уже слились в озеро, а он все лил и лил. Козы сновали вокруг землянки, белые и наглые – непогода была им нипочем – блеяли и злили Орвуда.

– Изловить скотину, и на жаркое, – бурчал он.

– Это кудианские козы, – заметил Хельги не без злорадства в голосе.

– И что?

– Измененные кудианские козы. Совершенно несъедобные. На них даже волки не охотятся.

Вдруг, словно в ответ на его слова, из леса вынырнула мохнатая тень, метнулась в самую гущу козьего стада. Козы встретили хищника насмешливым блеянием и частоколом красивых янтарных рогов. Тот отпрянул, лапы разъехались на скользкой глине. Взвизгнув, зверь плюхнулся в лужу, подняв брюхом фонтаны брызг. Затем вскочил, отряхнулся и, поджав хвост, убрался в чащу.

– Вот урод! – прошипел Хельги сквозь зубы.

– А говоришь, волки на них не охотятся!

– То волки, а то Гуго. Дуракам закон не писан.

– Это твой брат? – воскликнул Рагнар. – Ты уверен?

– Что я, родного брата не узнаю? – фыркнул демон.

Рагнар только головой покачал. Он решительно не понимал, как можно опознать родного брата в волке. А спросить не решался из деликатности.

– А что тут делает твой брат? – удивился эльф.

– Я полагаю, за нами увязался, – пояснила диса сурово. – Жаль, Энка его тогда не догнала.

Принц поежился. Ему стало… нет, не страшно, а как-то неуютно. Остальные, наверное, почувствовали то же самое – помрачнели, притихли.

– Чего ему от нас надо? – спросил рыцарь вполголоса. – Он знает, что мы тут, в норе?

– Не знает. Иначе не стал бы охотиться у нас на виду. Думаю, он следил за нами по грифону, его же издали видно, – рассуждал Хельги вслух. – А когда Энка с Ильзой улетели, он нас потерял, теперь идет по дороге наугад. Сворачивать тут особо некуда… А вот что ему от нас надо?… Даже не представляю. Замыслил какую-нибудь гадость, не иначе. Провалиться на этом месте, если… Ой! Мамочки мои!!!

– Хельги, счастье мое! Ты хоть иногда думай, прежде чем говоришь! – попросила Меридит, потирая ушибленные части тела.

Падали они глубоко, удар вышел весьма ощутимым.

– Зато Гуго нас тут не найдет.

– Угу. Энка с Ильзой тоже. Им скоро пора возвращаться.

Принц Эдуард опасливо озирался.

– А где это мы?

– В склепе, разумеется, – авторитетно заявил гном. – Выходит, мы вырыли нору не в простом холме, а в кургане.

Эдуард вздрогнул. Надо заметить, что пережитые приключения, и в особенности школа Белых Щитов, изрядно закалили характер его высочества. Это был уже далеко не тот капризный, нежный, трусоватым отрок, каким он встретился наемникам и эльфу. В Гильдии его теперь сочли бы неплохим воином. Но с курганниками у него были связаны такие жуткие воспоминания, что все мужество куда-то подевалось. Если он и удержался от крика, то только потому, что боялся потревожить могильную тишину и привлечь внимание хищных обитателей склепа.

– А тут есть эти… как в степи… с ластами? – Назвать курганников по имени он тоже опасался, чтоб не накликать.

– Сейчас поглядим! – бодро откликнулся виновник происшествия, засветив на раскрытой ладони голубой огненный шарик. Аолен даже присвистнул от удивления. Считалось, что такие шарики умеют делать только эльфы и сильфы.

– Это меня Энка научила, – пояснил демон. – В принципе ничего сложного.

Он поднял ладонь повыше, холодный магический свет озарил пространство, веками погруженное во тьму.

Никаких сомнений не осталось, они действительно угодили в склеп. И в какой! Помещение было размером с хорошую университетскую аудиторию.

Пол выложен грубо отесанными плитами песчаника, стены – из таких же валунов. На их слегка отшлифованной поверхности просматривались некие символы, высеченные резцом. Каменные своды над головой были совершенно целыми, будто сквозь них никто никогда не проваливался.

Саркофаг – здоровущий, в два человечьих роста длиной – располагался не в центре подземного зала, как это принято в традиционных гробницах, а как-то сиротливо в уголке. И слава богам! В противном случае компания свалилась бы прямо на него, и тогда дело точно не обошлось бы ушибами и ссадинами. В целом же склеп производил впечатление очень мирное, ничего зловещего не ощущалось, никакой нежити в поле зрения не наблюдалось. Самым разумным было бы спокойно удалиться.

– И мы даже не посмотрим, кто тут похоронен? – спросил Хельги разочарованно.

– Оно нам надо? – воспротивился Орвуд. – Тебя в детстве не учили, что старые кости тревожить негоже? Хуже Энка, право слово!

– Интересно же! И потом, может, Силы Судьбы нарочно нас сюда забросили?

– Силы Судьбы тут ни при чем. Это ты нас сюда забросил, по собственной дурости…

…И пока одни так препирались, а остальные с интересом им внимали, в славном рыцаре Рагнаре взыграла молодецкая удаль – он взял да и приподнял крышку саркофага. Просто так, чтобы силушку свою испытать. И приоткрыл-то самую малость – на пол-ладони, больше не осилил. Этого оказалось достаточно. То, что было внутри, вылезло наружу.

Было оно бесплотным, но крупным, на обычное привидение непохожим. Привидения белые, как сгустки тумана. Тварь же из саркофага была черна, будто облако пепла или столб дыма. В подземном сумраке очертания ее совершенно терялись.

– Я Царь Народов! – торжественно объявил черный дух. И добавил сварливо: – Вы все умрете!

– Почему? – искренне удивился Рагнар.

– Как почему? – столь же искренне удивился дух. – Вы осмелились нарушить покой моей скорбной обители. Уж тыщу лет провел я в сем склепе, заживо замурованный врагами, – и вот явились вы!

– Лично я была бы только рада, если бы меня освободили после тыщи лет заточения, – заметила Меридит философски.

– Я тоже рад, – призналось черное нечто, – но вы все равно умрете. Такова традиция. Трепещите, смертные!

– А если я, например, бессмертный? – полюбопытствовал Хельги, которому вовсе не трепеталось.

– Почему это ты бессмертный?

– Потому что он могущественнейший и опаснейший из современных демонов-убийц, – заявил Эдуард, безмерно гордый своим наставником.

– Правда, что ль? – обеспокоился дух, и Хельги почувствовал, как всколыхнулся Астрал.

Увиденное в Астрале заставило Царя Народов заметно сникнуть.

– Велик и ужасен! Воистину, велик и ужасен, – со скорбью в голосе признал он. – Что ж, казни меня, низвергни в небытие, ибо возгордился я и достоин кары!

– Вот еще! – возмутился Хельги, который, к слову, понятия не имел, каким образом низвергают в небытие подобных чудовищ. – Очень мне надо с тобой возиться! Живи себе, только нам не мешай.

Но Царь заупрямился. Он заслужил кару – он желает ее понести, как того требуют традиции, и снисхождения не просит. И никакие это не глупости. А смертным вообще не пристало вмешиваться в разговор высших существ. Заслужил кару – должен понести. На традициях мир стоит. И вовсе они не устарели…

– Да низвергни ты его, куда просит! – потерял терпение Орвуд. – Чего с ним валандаться?!

– Не умею я низвергать! – ответил демон-убийца страшным шепотом.

– Чего тут уметь? – совсем рассердился гном. – Поглоти, как Ирракшану, и дело с концом!

От возмущения Хельги даже поперхнулся и не смог высказать Орвуду все, что думает по этому поводу. И хорошо, что промолчал!

– Что слышу я?! – взревел дух ликующе. – Ужель повержена Ирракшана?! Ужель не оскверняет боле земной лик?! О, Величайший из Великих! Отныне я – раб твой! Царь Народов – раб твой. Приказывай – повинуюсь!

– То есть повергать… низвергать тебя больше не надо? – с надеждой уточнил Хельги.

– Не надо. Я посвящу свое бытие служению тебе!

Демон вздохнул с облегчением. Он, бедный, даже не догадывался, сколько хлопот нажил на свою голову.

Из гробницы спутники выбрались без всяких усилий. Царь Народов взмахнул бесплотными руками, провыл заклинание на языке, незнакомом даже Меридит. После чего стены склепа расступились, выпустили незваных гостей на волю у самого подножия холма, и тут же вновь сомкнулись за их спинами.

Рагнар поискал недавнего собеседника взглядом, но не обнаружил.

– Я не понял, этот… Царь, он что, с нами идет или как? Он вроде собирался служить Хельги…

– Увы! – Голос прозвучал ниоткуда, но громко. – Не должно мне покидать надолго обитель сию. Но случись в том нужда – явлюсь без промедления, дабы исполнить служение свое!

– Вот и прекрасно! – обрадовался Хельги. Такое положение дел устраивало его как нельзя лучше. Царь Народов успел надоесть ему до отвращения, было приятно расстаться с ним хотя бы на время.

Иначе думала Меридит. Она не любила нежить и не доверяла ей. Неизвестно, как поведет себя древний дух, выпущенный из заточения и оставленный без присмотра. Не начнет ли грабить мирных путников и насылать мор на окрестные селения?

Мнения разделились. Рагнар, по обыкновению, принял точку зрения Меридит: он стал клясть себя за легкомыслие и неосторожность и призвал Хельги принять меры по обезвреживанию темной твари. Хельги отказался, сославшись на неумение. Орвуд же ругал рыцаря и дису, обзывая их перестраховщиками, и списывал всё на волю Сил Судьбы. Его поддерживал и Эдуард: отвязался, и слава всем богам, незачем вновь привлекать внимание чёрного духа…

– Вы ничего странного не замечаете? – вдруг перебил спорщиков Аолен. Выглядел эльф испуганным и ошеломленным.

– Чего именно? – насторожился Рагнар.

– Луж-то нет!

Друзья недоуменно переглянулись. В самом деле, за то короткое время, что они пробыли в склепе, ландшафт успел преобразиться. Лужи высохли, не оставив даже грязи. Там, где только что разливалась вода, теперь была плотная глинистая корка, местами уже потрескавшаяся под лучами яркого солнца.

– Это что же такое?! – прошептал Эдуард упавшим голосом. Он стоял на холме у входа в землянку и с суеверным ужасом таращился внутрь. Там в углу оставалось их походное снаряжение. Боги великие, в каком оно было виде! Разворошенное козами, наполовину засыпанное землей, подплесневевшее от сырости.

Над холодным кострищем склонился Хельги. Потрогал угли, принюхался.

– Нас здесь не было минимум две недели.

– Да мы же вот только… – начал было принц и осекся. Понял: произошло что-то жуткое и необъяснимое.

Впрочем, нет. Объяснение нашлось благодаря Орвуду, знатоку горных недр.

Оказывается, бывают под землей места, где время течет иначе. Быстрее или медленнее, где как. Отчего так происходит – одним богам ведомо. Опасные это места. Разбросанные в толще земли без всякого порядка, то глубоко, то у самой поверхности, они ничем себя не проявляют, и не догадаешься, что угодил в такое, пока не выберешься наружу. Разные истории хранит народная молва. Иногда забавные: утречком позавтракал муж, шагнул за порог, жена еще крошки со стола не смахнула, а он уже обратно и ужин требует. Но чаще – страшные: отработал гном смену, вышел из забоя, а вокруг все незнакомые; он домой, а там ни жены, ни братьев с сестрами, а у детей у самих уж внуки подрастают. Или, наоборот, бывает – ушёл в гору молодым, а вернулся стариком.

– Да-а, – вздохнула диса. – Выходит, мы еще легко отделались. Но где теперь искать Ильзу и Энкалетте – не представляю. Хельги, ты их в Астрале не видишь?

Демон только головой покачал. Перед отлетом Энка специально проследила, чтобы он отвязал от грифона свои астральные продолжения. Иначе она, видите ли, чувствует себя собачкой на цепи.

– Выход один, – спокойно рассудил эльф, – надо идти в Аполидий, искать памятник и надеяться, что они догадаются ждать нас там.

Меридит вздохнула еще горше. Они, конечно, догадаются. Но Аполидий – то место, где юные девицы, особенно с внешностью Ильзы и характером сильфиды, имеют все шансы вляпаться в какую-нибудь историю…


– Всё, хватит уже, не реви, ты же воин, – как умела, утешала Энка боевую подругу. – Подумаешь, запропастились куда-то, с кем не бывает.

– А вдруг их у-у-би-и-ли? – хлюпала Ильза жалобно.

– Да кому они нужны, убивать их? Они сами кого хочешь убьют. А Хельги твой – вообще бессмертный, забыла? Найдутся, никуда не денутся…

Целую неделю девицы честно отсидели на пепелище Оузы, а потом еще дней пять, вопреки принципам Ампира, летали вдоль дороги туда-сюда в надежде обнаружить своих спутников. Безрезультатно. Те как в воду канули.

– И где их теперь искать?!

– Вот что я тебе скажу. Наша цель – Аполидий. Что бы с ними ни приключилось, они в конце концов придут туда. Будем ждать их в Альтеции, у памятника Мангоррату, это самое разумное, что мы можем предпринять в данной ситуации.

Выражение «данная ситуация» показалось Ильзе очень убедительным, она вняла голосу разума, перестала заливать Староземье слезами, даже повеселела в предвкушении долгого полета. А вот сильфиде было вовсе не весело. При всей своей отчаянности и бесшабашности девица прекрасно отдавала себе отчет, что Альтеций, и особенно ближайшие к борделю кварталы – не то место, где ей стоило бы задерживаться надолго…


Детство каждой сильфиды – пора абсолютно безоблачная. Прелестные создания окружены всеобщей любовью и заботой. Они растут, как оранжерейные розы, не ведая тревог и печалей. Красота и гармония окружают их. Нежные няньки, опытные воспитательницы, мудрые наставницы ведут их по жизни, подавая пример нравственности и добродетели. Сам Верховный Амарант считает своим долгом неусыпно печься о благополучии благородных дев и лично следит за их воспитанием.

Через тринадцать лет жизни такой Энка поняла очень отчетливо: либо она просто спятит, либо убьет Верховного Амаранта, либо надо бежать.

Она бежала ночью, через древний, до колен заиленный и до жути зачарованный потайной ход, о котором, кроме нее, вечно сующей любопытный нос во все дырки, наверное, ни одна живая душа уже не помнила. Бежала на эттелийском военном фрегате, в трюме с крысами, в пустой бочке из-под соленой рыбы. Такой и обнаружили ее моряки: продрогшая, сопливая, чешуя в волосах, шелковый пеньюар воняет селедкой, но настроение вполне боевое, ни намека на раскаяние и сожаление.

Женщина на корабле – дурная примета. Но эттелийцы то ли не были суеверны, то ли не посчитали злобное рыжее созданьице за женщину и оставили для развлечения, как собачку или обезьянку, но провела она на «Грозе Морей» два с лишним года. Сперва на положении забавной зверушки, а позже, когда стали проявляться ее военные таланты, в должности стрелка правого борта. Военно-морская жизнь пришлась ей по душе, и надо же было оказаться такой идиоткой, чтобы отстать от судна, да не где-нибудь, а именно в. том самом Альтеции – городе, чья репутация была дурной даже по меркам безнравственного и беззаконного Аполидия. Результат не заставил себя ждать: ее изловили и продали в бордель.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39

Поделиться ссылкой на выделенное