Юлия Шилова.

Неслучайная связь, или Мужчин заводят сильные женщины

(страница 3 из 18)

скачать книгу бесплатно

«Спокойной ночи, любимая».

Глава 4

Когда Аскольд приехал с потрясающим букетом розовых роз, я сидела у окна и смотрела в сторону парка, где прогуливались пациенты клиники. Я никогда не выходила на улицу. Мне было страшно пугать людей своим уродством. В то же время я понимала, что моей внешностью тут вряд ли кого-то испугаешь, потому что в этой клинике лежали только люди с тяжелыми ожогами. Одним словом, человека с безупречной внешностью здесь было не найти. У большинства пациентов клиники был один шанс из ста на то, чтобы выжить. А я так вообще при поступлении сюда относилась к бедолагам, у которых практически не было никаких шансов. В моей ситуации все решил СЛУЧАЙ. Все эти многочисленные трубки… Одному Богу известно, как я от них устала…

– Яна, дорогая, как ты здесь у меня?

Аскольд бросился ко мне и без тени брезгливости поцеловал мое изуродованное лицо. Я по-прежнему не могла говорить, только хрипела и произносила отдельные звуки. Когда я видела Аскольда, мне почему-то хотелось плакать. Мне было страшно, когда его не было рядом, и становилось страшнее еще тогда, когда казалось, что он больше никогда не приедет. В минуты слабости и неописуемой тоски я представляла, как Аскольд решит, что я больше ему не нужна и разорвет со мной отношения. Зачем больная и убогая, когда на свете есть масса красивых и здоровых?! Я боялась, что он влюбится в другую женщину, например, в ту, смех которой я слышала в телефонной трубке, и поймет, что я ему больше не нужна. Я представляла, как меня попросят удалиться из клиники, ведь я не в состоянии заплатить даже за один проведенный здесь день. Как я выйду на улицу и как начнут шарахаться от меня окружающие, словно от настоящей прокаженной…

Именно по этой причине я всегда бросалась на шею Аскольду и плакала, когда он ко мне приходил.

– Успокойся, девочка моя. Ты же знаешь, я рядом. Я никогда тебя не брошу, родная, – ласково говорил Аскольд и гладил мою лысую, покрытую рубцами голову.

Перед беседой с врачом в тот день Аскольд оставил мне подшивку газет о страшной катастрофе, в которую я попала, и попросил, чтобы я не слишком близко принимала прочитанное к сердцу. Все это в прошлом, а я должна с уверенностью смотреть в будущее. Как только за ним закрылась дверь, я тут же открыла газету и просмотрела списки погибших. Нашла Кочеткову Анну, а точнее, себя. Прочитав о собственной смерти, я почувствовала, как у меня поплыло перед глазами, и схватилась за спинку кровати, чтобы не потерять сознание.

Придя немного в себя, я вновь взялась за газеты и тут же увидела нашу с Матвеем свадебную фотографию. Из груди вырвался пронзительный стон.

«ЦЕНА ЗА СВАДЕБНОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ

«Молодожены Кочетковы поженились всего за несколько дней до страшной трагедии. Это была очень красивая, яркая пара…

Они влюбились друг в друга с первого взгляда. Настоящая любовь не заставила себя ждать. Перед поездкой на Мальдивы эти двое решили обменяться обручальными кольцами и скрепить нежную любовь навеки.

Казалось бы, их судьбы сплелись и уже ничто не могло помешать их счастью. Впереди романтиче–ское свадебное путешествие на коралловые острова. Влюбленные хотели пережить новые ощущения на острове Любви и Желания, окунуться в атмосферу приключений и насладиться красотой самого сказочного места на Земле. Они мечтали об ужине при свечах под необъятным звездным небом среди необыкновенных мальдивских коралловых рифов, о катании на украшенной лодке и о незабываемом роскошном отдыхе. Они планировали любоваться закатом, бродить вдоль пляжа, слушать шепот белоснежного песка и шум волн. Садясь в самолет, они взялись за руки в предвкушении встречи с самым романтическим ост–ровом в мире, который должен был удивить их своей красотой и оставить в их памяти прекрасные воспоминания. Но видно, не судьба…

Во время крушения самолета Матвей, как мог, боролся за любимую, потому что хорошо понимал: жизнь без нее ему не нужна. Он хотел спасти Анну даже ценой собственной жизни, но так и не смог вырвать ее из огненного плена. Доставив останки молодой жены на родину, убитый горем муж не мог сдержать слез на похоронах. Хоронили Анну в закрытом гробу, так как ее тело обгорело до неузнаваемости».

Под текстом красовалась фотография моей могилы, усыпанной живыми цветами. Бросив газету на пол, я зарыдала и, упав с кровати, забилась в истерике. В этот момент в палату вбежал Аскольд и, вызвав сестру, бросился поднимать меня с пола.

– Яна, я тебя умоляю, успокойся. Все хорошо, девочка моя! Я как чувствовал, что не стоит тебе давать эти газеты! Не нужно было бередить раны и предаваться воспоминаниям. Девочка моя, все уже в прошлом.

Несмотря на уговоры Аскольда, я так и не смогла прекратить истерику и взять себя в руки. Успокоилась только тогда, когда медсестры заставили меня лечь и сделали укол. Аскольд собрал газеты и выкинул их в мусорное ведро.

– Ни к чему тебе это все перечитывать. Зря я их привез.

Я чувствовала себя несчастным и затравленным зверьком и хотела только одного: чтобы у моей кровати сидел не он, а Матвей.

Успокоительное подействовало быстро. Я закрыла глаза и ощутила, что медленно проваливаюсь в сон. Мне снились Мальдивы… Такая милая и умиротворенная атмосфера. Счастье. Вот мы с Матвеем гуляем среди пальмовых и банановых рощ, держим друг друга за руки и говорим о своих чувствах. Слушаем нежный шепот ветра и шорох белоснежного песка под ногами, а трепетная любовь переполняет наши сердца. Несмотря на то что я люблю сильный дождь, мне нравится теплый тропический климат Мальдив. Матвей ласково целует меня в ушко и вместе со мной вос–торгается первозданной природой.

Матвей обнимает меня за плечи, обещает показать подводный мир и уговаривает пролететь над безбрежным океаном на гидроплане. Я с досадой пожимаю плечами и говорю ему о том, что я вряд ли полечу на гидроплане, я просто боюсь летать… Матвей понимает мои страхи и говорит, что мы можем поехать на рыбалку, а затем заказать барбекю из своего улова. Вот эта идея мне намного больше нравится, потому что когда я думаю о полетах, я чувствую необъяснимый, полностью поглощающий меня страх. Вечером мы восстанавливаем свои силы на SPA-процедурах и сеансах массажа. После чего нам не дает скучать бурная клубная жизнь. В тот момент, когда Матвей прижимает меня к себе и покрывает мое тело поцелуями, я просыпаюсь…

Я просыпаюсь и думаю о том, что Матвей вряд ли стал бы целовать мое теперешнее изуродованное тело. Но как же хочется вернуться в тот красивый и добрый сон… Так хочется…

Каждый новый день как две капли воды был похож на вчерашний. Врачи все так же боролись с моими ожогами: удаляли обгоревшие ткани и делали кожную пластику. Это было очень проблематично и требовало титанических усилий от медиков, учитывая дефицит донорских участков кожи. Мой организм уже был порядком ослаблен, а поражения были слишком обширны. Конечно, огромный плюс в том, что меня лечили за границей. Здесь были крупные банки искусственной кожи и крови, высокопрофессиональные хирурги. В нашей стране самоотверженные и талантливые медики, но нет такой материальной базы.

Между операциями со мной теперь ежедневно занимался логопед, которого нашел Аскольд. Русская женщина, вышедшая замуж за иностранца и переехавшая сюда на постоянное место жительства. Это значительно укрепляло мой дух, потому что хоть я толком и не могла разговаривать, но так нуждалась в русской речи… Мне хотелось ее просто слышать…

Логопед учила меня отрабатывать движения губ перед зеркалом, чтобы восстановилась артикуляция.

Спустя несколько месяцев она действительно восстановилась. От артикуляции звуков я перешла к артикуляции слогов, а затем стала произносить и целые слова. Самым сложным для меня почему-то являлось слово «Аскольд». Моя речь звучала еще слишком искусственно. Было заметно, с каким трудом давалось мне каждое слово. Моя речь была медленной и постоянно прерывалась паузами, служащими для поиска новых слов. Особенно худо было с окончаниями. Но для меня все это было огромной победой, ведь совсем недавно я могла только мычать и с огромным трудом произносила «да» и «нет». Логопед сказала, что для того, чтобы я начала говорить быстрее и свободнее, потребуется еще время.

После очередной операции я наконец-то смогла более спокойно относиться к своему отражению в зеркале. Рубцы перестали быть такими заметными, некоторые исчезли совсем. А еще у меня наконец-то появились губы, довольно пухлые и красивые.

Затем я лежала еще в нескольких клиниках пластической хирургии, боролась с рубцами, училась четко выговаривать слова и пыталась привыкнуть к новой внешности. Мое лечение длилось три нескончаемых года. Когда врачи клиники сказали, что сделали для меня все, что могли, я подошла к зеркалу и не смогла сдержать слез. На меня смотрела совершенно чужая девушка, не похожая ни на Яну, ни на Анну.

Глава 5

Как только мы подъехали к особняку, в котором теперь мне предстояло жить вместе с моим «мужем» Аскольдом, я почувствовала сильное волнение, но все же постаралась взять себя в руки.

– Ян, ну ты хоть узнаешь родные пенаты? – Аскольд посмотрел на меня с улыбкой.

– Узнаю, – немного растерянно ответила я.

– Янка, тут совсем ничего не изменилось. Все осталось таким же, как и до того, как ты попала в больницу.

– Я вижу.

Участок был очень красивым и ухоженным. Он был обнесен высоким каменным забором, с автоматическими воротами и калиткой. Ворота открывались пультом дистанционного управления. Территория особняка была напичкана видеокамерами. На участке были выложены симпатичные аккуратные дорожки из цветной тротуарной плитки. Да, тут явно поработал ландшафтный дизайнер. Поражали красотой клены, сосны, ели и газон. Взглянув на дом, я еще раз убедилась в том, что Аскольд был далеко не беден.

Стены дома были отделаны рельефной штукатуркой, фасад украшали авторские мозаики. Портал входа поблескивал мрамором. Террасу, балкон второго этажа и крыльцо украшали красивые кованые решетки. Если уж быть откровенной, то я никогда не бывала в подобных домах даже в качестве гостьи. Теперь же мне предстояло стать хозяйкой роскошного особняка.

Не успела я выйти из машины, откуда ни возьмись выскочила большая собака, залаяв и зарычав, бросилась мне навстречу, собираясь порвать меня на куски. Закричав от охватившего меня дикого страха, я успела заскочить в машину и с ужасом смотрела на то, как эта громадная псина злобно кидается на автомобильную дверь.

– Джек, ты что, с ума сошел?! – прикрикнул на пса Аскольд. – Ты что, свою хозяйку не узнаешь? А ну пошел на место!

Увидев, что пса невозможно успокоить, Аскольд взял его за ошейник и потащил в отведенное для него место. Заперев его там, он открыл дверь и помог мне выйти из машины.

– Ян, ну ты что, трясешься-то так?

– А как, по-твоему, я должна себя чувствовать? Этот пес чуть было меня не порвал.

– Просто Джек от тебя отвык. Тебя же несколько лет не было дома. Не переживай, он тебя вспомнит и будет любить еще больше, чем раньше.

– Если быть откровенной, то я не горю желанием подружиться с этим псом.

– С Джеком, – поправил меня Аскольд. – Его зовут Джек. Не называй его псом.

– Я буду тебе очень признательна, если ты будешь держать Джека от меня как можно дальше, – поежилась я.

– Странно, что он на тебя бросился. Все-таки ты не чужая. Видишь, как ты у меня изменилась: даже любимая собака не признала. Эх, Яна, теперь тебя вообще никто не узнает, но, между прочим, худа без добра не бывает. В этом есть свои плюсы.

– Какие?

– Милая, не торопи события. Чуть позже я тебе все объясню. Знаешь, наши знакомые будут в шоке, когда тебя увидят. Они подумают, что я просто поменял жену, – рассмеялся Аскольд и, обняв меня за плечи, повел ко входу.

Дом Аскольда превзошел все мои ожидания. На первом этаже располагались просторный холл, кухня, столовая и гостиный зал с эркером и камином. Гостиная соединялась с кабинетом Аскольда, из него можно было выйти на открытую террасу. Рядом с кабинетом находилась библиотека. Поражала высота потолков – около четырех метров. Еще в доме обнаружились бассейн длиной около двенадцати метров с противотоком и массажным фонтаном, сауна, турецкая баня, джакузи, комната отдыха и тренажерный зал. На втором этаже – спальная зона, разделенная на хозяйскую и гостевую. А еще выше – мансарда с высотой потолка около шести метров.

– Ян, ты хоть соскучилась по дому-то?

В тот момент, когда Аскольд положил руку на мою грудь, я слегка отстранилась и прошептала:

– Не надо.

– Не надо, так не надо, – тут же убрал руку Аскольд. – Я тебя и не тороплю. Просто соскучился очень. Кстати, у меня для тебя сюрприз.

– Какой?

– Скоро узнаешь.

Сюрпризом оказалось то, что в этот вечер приехали несколько семейных пар, с которыми мы были очень дружны и которых я, естественно, видела в первый раз. Совершенно незнакомые мне люди засыпали меня дорогими подарками, говорили, что я стала еще красивее, и желали мне крепкого здоровья и хорошего самочувствия. Мужчины готовили шашлык, а я разговаривала с незнакомыми женщинами на милые «женские» темы.

– Яна, честное слово, я бы никогда тебя не узнала, – порывисто обняла меня за плечи незнакомка, которая, как я поняла, была лучшей подругой Яны. Девушку звали Диной. – Знаешь, я тысячу раз хотела к тебе приехать, но Аскольд не пускал. Не хотел, чтобы кто-то видел тебя обожженной. Янка, ты вообще другим человеком стала! И внешность, и голос… От тебя прежней ничего не осталось. Ты другая.

– Хуже или лучше?

– Не могу сказать. Я же говорю, что передо мной стоит совершенно другой человек. Ты и раньше была очень красивая, а уж сейчас!.. – Дина подалась ко мне и заговорила совсем тихо: – Знаешь, Аскольд так по тебе убивался! Просто не передать словами. Бледный весь ходил, просто жуть. Страшно переживал. И все-таки дождался свою красавицу. Совет вам теперь да любовь. Подруженька дорогая, как же я рада, что ты вернулась! Мне же так тебя не хватало…

Гости ели шашлык и поднимали бокалы за наше с Аскольдом счастливое будущее. Затем Аскольд включил громкую музыку и пригласил меня на танец.

– Все так тебя ждали, – прошептал он мне на ухо. – Все в один голос говорят, что ты стала еще красивее.

А я положила голову ему на плечо, пряча слезы, и подумала: «За что мне все это?»

Всю последующую неделю мы спали с Аскольдом в разных спальнях, я отговаривалась тем, что плохо себя чувствую. Конечно, Аскольд был очень интересным мужчиной, но я и представить не могла, как лягу с ним в постель. Получается, что в постели я должна играть роль Яны, и от этой мысли мне было как-то не по себе. Я видела, что Аскольд страдает, но не могла ничего с собой поделать. Меня переполняло чувство благодарности по отношению к этому мужчине, который подарил мне жизнь, но все же заниматься с ним сексом мне не хотелось. Да еще эти рубцы на теле… Хотя я понимала, что они никогда не испугают Аскольда, уж он-то видел меня в куда худшем состоянии. Ублажать чужого мужчину я не могла. Возможно, это от того, что я постоянно думала о Матвее. Другой причины я просто не находила.

Аскольд оказался на редкость понимающим человеком. Он говорил, что ни в коем случае не хочет меня торопить и наша близость настанет только тогда, когда я сама этого захочу.

В один из ничем не примечательных дней Аскольд взял меня за руку и вывел во двор. Перед этим он завязал шелковым платком мои глаза и возбужденно проговорил:

– У меня для тебя сюрприз.

– Какой?

– Сейчас узнаешь.

Как только я вышла во двор, злобно залаял Джек. Монстр по-прежнему реагировал на меня крайне негативно.

– О Боже! Он заперт?

– Не переживай, заперт. Не знаю, что с ним творится. Хочется, чтобы он поскорее тебя вспомнил.

– Боюсь, он задался совсем другой целью. Он и не собирается меня вспоминать, потому что ему хочется меня съесть.

– Дорогая, не преувеличивай.

Аскольд снял повязку с моих глаз и указал на ярко-красную иномарку, перевязанную ленточками и украшенную цветами.

– С днем рождения, любимая, – поцеловал меня в щеку Аскольд.

– Это мне? – Я смотрела на дорогой автомобиль и не верила своим глазам.

– Конечно.

– А у меня сегодня день рождения? – задала я дурацкий вопрос.

– Конечно, а ты разве не помнишь?

– Знаешь, у меня в последнее время что-то с памятью. Может, амнезия?

– Ничего страшного. Оно и понятно: ты же столько вынесла и такое пережила. Знаешь, я иногда сам по ночам просыпаюсь в холодном поту. Снится, что самолет падает. Как ни крути, психика нарушена. Вот кошмары и мучают. – Аскольд выдержал паузу и спросил уже более оживленно: – Как тебе автомобиль?

– Я о таком не могла и мечтать, – честно призналась я.

– Ничего подобного! Мечтала. Всю плешь мне проела. Я хотел подарить тебе его три года назад, но потом ты попала в больницу…

Я смотрела на этот автомобиль и в очередной раз гадала: за что мне все это? Я жила с Матвеем в двухкомнатной квартире, которая осталась ему от бабушки. В ней нужно было делать капитальный ремонт и полностью менять мебель. Матвей ездил на старенькой иномарке, которая постоянно ломалась, и почти все деньги уходили на то, чтобы ее починить. Из-за этого мы иногда даже ругались. Матвей неплохо зарабатывал, но его зарплаты хватало только на повседневные нужды. Мы любили иногда поужинать в ресторане или кафе. Ни о каких накоплениях не было даже речи. Деньги на Мальдивы мы заняли у родственников, потому что все наши сбережения ушли на свадьбу.

– Ну как тебе мой подарок, дорогая? Я всегда уважал и буду уважать все твои желания.

– Голова не на месте, – тут же ответила я и нерешительно взяла протянутые мне ключи.

Роскошный подарок вызвал чувство вины – от того, что я обманываю столь благородного и любящего другую женщину мужчину. На глазах почему-то выступили слезы, и мне захотелось сделать Аскольда счастливым. Ни к чему рушить его иллюзии. Казалось бы, у меня все есть для счастья…

Но все же самый светлый уголок моего сердца принадлежал Матвею. Мне было больно предавать истинные чувства, и я не знала, смогу ли я изменить себе. Матвей всегда жил во мне. Память о нем поддерживала меня все эти годы. Я шептала его имя, как молитву, и ничего не могла с собой поделать…

Глава 6

Аскольд уехал на работу, обещая вернуться пораньше для того, чтобы отметить мой день рождения. А я села в свой новенький автомобиль и поехала в сторону… бывшего дома.

Подъехав к дому, где прошло мое детство, я припарковала машину недалеко от детской площадки, положила руки на руль и посмотрела на бабушек, сидящих на лавочке. Сердце так бешено заколотилось, что я почувствовала, как мне не хватает воздуха.

– Здравствуй, мой родной двор…

Я понимала, что не должна этого делать, но мне так хотелось хотя бы одним глазком увидеть маму. Немного поколебавшись, я все же вышла из машины и направилась в сторону своего подъезда. Сидящие на лавочке бабульки осмотрели меня с ног до головы и стали шепотом гадать, к кому из жильцов приехала столь роскошная дама. Отросшие каштановые волосы падали мне на лицо, скрывая тревогу в глазах. Поднявшись на третий этаж, я подошла к своей квартире и, несмотря на внутренние колебания, все же нашла в себе силы нажать кнопку звонка.

Дверь открыла моя заметно постаревшая мать. Я чуть было не бросилась ей на шею, но все же сдержалась, схватившись за косяк, чтобы не упасть в обморок.

– Мама…

– Вы кто? – с подозрением посмотрела на меня мать.

– Мама…

– Что вам нужно? – Лицо матери напряглось и стало испуганным.

– Вы мама Анны?

– Да, – недоверчиво ответила она.

– Аня дома? – только и смогла спросить я.

– Она погибла несколько лет назад. Вы разве не знаете?

– Нет. Я ничего про это не слышала.

– А вы кто?

– Я ее знакомая из Омска. Приехала в Москву на несколько дней, хотела увидеться. Звонила ей на мобильный, но не дозвонилась. Я подумала, что она просто номер сменила.

– Она не номер сменила. Она погибла.

– Как же так… У меня ее адрес был, я решила заехать.

– Видимо, вы с Анечкой давно не общались. Проходите, пожалуйста.

Через несколько минут я уже сидела на кухне вместе с матерью и пила душистый чай со своим любимым земляничным вареньем. Мама вытирала заплаканные глаза носовым платком и рассказывала мне о том, как погибла Анна. На полочке стоял мой портрет, перевязанный черной лентой.

– Анин муж спасся, а Анечка сгорела, – всхлипнула мать.

– Как же так получилось, что они вместе не спаслись?

– Да там в давке вообще никто ничего не мог понять.

– А он помогал ей спастись?

– Конечно, помогал. Пытался вытащить из пламени, да не смог. Там же давка началась, вот Анечка и затерялась среди людей. Не смог он ее найти.

Я подумала о том, что в газете все было описано совсем по-другому, но ничего не сказала.

– Вот такое у Ани с Матвеем было первое и по–следнее свадебное путешествие на Мальдивы. Про них даже в газетах писали. Молодожены все-таки.

Я смотрела на родные стены и с трудом сдерживалась, чтобы не зарыдать и не рассказать матери о том, кто перед ней. Я не боялась того, что моя мать мне не поверит. Материнское сердце не обманешь. В конце концов, я могу привести ей массу фактов из моей биографии, и она тут же поймет, что я осталась жива. Но больше всего я боялась, что у нее не выдержит сердце, случится удар.

На окне сидел мой любимый плюшевый медведь с загнутым ухом. Не удержавшись, я потянулась к нему, посадила к себе на колени.

– Анечкин любимый, – сквозь слезы произнесла мать. – Она с ним выросла.

– Красивый.

– Старенький, уже потрепанный.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Поделиться ссылкой на выделенное