Алексей Толстой.

Золотой ключик, или приключения Буратино

(страница 2 из 7)

скачать книгу бесплатно

   – Потому что моя невеста от меня убежала…
   – Ха-ха-ха, – покатился со смеху Арлекин, – видели дуралея!..
   Он схватил палку и отколотил Пьеро.
   – Как зовут твою невесту?
   – А ты не будешь больше драться?
   – Ну нет, я ещё только начал.
   – В таком случае её зовут Мальвина, или девочка с голубыми волосами.
   – Ха-ха-ха! – опять покатился Арлекин и отпустил Пьеро три подзатыльника. – Послушайте, почтеннейшая публика… Да разве бывают девочки с голубыми волосами?
   Но тут он, повернувшись к публике, вдруг увидел на передней скамейке деревянного мальчишку со ртом до ушей, с длинным носом, в колпачке с кисточкой…
   – Глядите, это Буратино! – закричал Арлекин, указывая на него пальцем.
   – Живой Буратино! – завопил Пьеро, взмахивая длинными рукавами.
   Из-за картонных деревьев выскочило множество кукол – девочки в чёрных масках, страшные бородачи в колпаках, мохнатые собаки с пуговицами вместо глаз, горбуны с носами, похожими на огурец…
   Все они подбежали к свечам, стоявшим вдоль рампы, и, вглядываясь, затараторили:
   – Это Буратино! Это Буратино! К нам, к нам, весёлый плутишка Буратино!
   Тогда он с лавки прыгнул на суфлёрскую будку, а с неё на сцену.
   Куклы схватили его, начали обнимать, целовать, щипать… Потом все куклы запели «Польку Птичку»:

     Птичка польку танцевала
     На лужайке в ранний час.
     Нос налево, хвост направо, —
     Это полька Барабас.


     Два жука – на барабане,
     Дует жаба в контрабас.
     Нос налево, хвост направо, —
     Это полька Карабас.


     Птичка польку танцевала,
     Потому что весела.
     Нос налево, хвост направо, —
     Вот так полечка была…

   Зрители были растроганы. Одна кормилица даже прослезилась. Один пожарный плакал навзрыд.
   Только мальчишки на задних скамейках сердились и топали ногами:
   – Довольно лизаться, не маленькие, продолжайте представление!
   Услышав весь этот шум, из-за сцены высунулся человек, такой страшный с виду, что можно было окоченеть от ужаса при одном взгляде на него.
   Густая нечёсаная борода его волочилась по полу, выпученные глаза вращались, огромный рот лязгал зубами, будто это был не человек, а крокодил. В руке он держал семихвостую плётку.
   Это был хозяин кукольного театра, доктор кукольных наук синьор Карабас Барабас.
   – Га-га-га, гу-гу-гу! – заревел он на Буратино. – Так это ты помешал представлению моей прекрасной комедии?
   Он схватил Буратино, отнёс в кладовую театра и повесил на гвоздь.
Вернувшись, погрозил куклам семихвостой плёткой, чтобы они продолжали представление.
   Куклы кое-как закончили комедию, занавес закрылся, зрители разошлись.
   Доктор кукольных наук синьор Карабас Барабас пошёл на кухню ужинать.
   Сунув нижнюю часть бороды в карман, чтобы не мешала, он сел перед очагом, где на вертеле жарились целый кролик и два цыплёнка.
   Помуслив пальцы, он потрогал жаркое, и оно показалось ему сырым.
   В очаге было мало дров. Тогда он три раза хлопнул в ладоши. Вбежали Арлекин и Пьеро.
   – Принесите-ка мне этого бездельника Буратино, – сказал синьор Карабас Барабас. – Он сделан из сухого дерева, я его подкину в огонь, моё жаркое живо зажарится.
   Арлекин и Пьеро упали на колени, умоляли пощадить несчастного Буратино.
   – А где моя плётка? – закричал Карабас Барабас.
   Тогда они, рыдая, пошли в кладовую, сняли с гвоздя Буратино и приволокли на кухню.


   Когда куклы приволокли Буратино и бросили на пол у решётки очага, синьор Карабас Барабас, страшно сопя носом, мешал кочергой угли.
   Вдруг глаза его налились кровью, все лицо сморщилось. Должно быть, ему в ноздри попал кусочек угля.
   – Аап… аап… аап… – завыл Карабас Барабас, закатывая глаза, – аап-чхи!..
   И он чихнул так, что пепел поднялся столбом в очаге.
   Когда доктор кукольных наук начинал чихать, то уже не мог остановиться и чихал пятьдесят, а иногда и сто раз подряд.
   От такого необыкновенного чихания он обессилевал и становился добрее.
   Пьеро украдкой шепнул Буратино:
   – Попробуй с ним заговорить между чиханьями…
   – Аап-чхи! Аап-чхи! – Карабас Барабас забирал разинутым ртом воздух и с треском чихал, тряся башкой и топая ногами.
   На кухне всё тряслось, дребезжали стёкла, качались сковороды и кастрюли на гвоздях.
   Между этими чиханьями Буратино начал подвывать жалобным тоненьким голоском:
   – Бедный я, несчастный, никому-то меня не жалко!
   – Перестань реветь! – крикнул Карабас Барабас. – Ты мне мешаешь… Аап-чхи!
   – Будьте здоровы, синьор, – всхлипнул Буратино.
   – Спасибо… А что – родители у тебя живы? Аап-чхи!
   – У меня никогда, никогда не было мамы, синьор. Ах я, несчастный! – И Буратино закричал так пронзительно, что в ушах Карабаса Барабаса стало колоть, как иголкой.
   Он затопал ногами.
   – Перестань визжать, говорю тебе!.. Аап-чхи! А что – отец у тебя жив?
   – Мой бедный отец ещё жив, синьор.
   – Воображаю, каково будет узнать твоему отцу, что я на тебе изжарил кролика и двух цыплят… Аап-чхи!
   – Мой бедный отец всё равно скоро умрёт от голода и холода. Я его единственная опора в старости. Пожалейте, отпустите меня, синьор.
   – Десять тысяч чертей! – заорал Карабас Барабас. – Ни о какой жалости не может быть и речи. Кролик и цыплята должны быть зажарены. Полезай в очаг.
   – Синьор, я не могу этого сделать.
   – Почему? – спросил Карабас Барабас только для того, чтобы Буратино продолжал разговаривать, а не визжал в уши.
   – Синьор, я уже пробовал однажды сунуть нос в очаг и только проткнул дырку.
   – Что за вздор! – удивился Карабас Барабас. – Как ты мог носом проткнуть в очаге дырку?
   – Потому, синьор, что очаг и котелок над огнём были нарисованы на куске старого холста.
   – Аап-чхи! – чихнул Карабас Барабас с таким шумом, что Пьеро отлетел налево, Арлекин – направо, а Буратино завертелся волчком.
   – Где ты видел очаг, и огонь, и котелок, нарисованными на куске холста?
   – В каморке моего папы Карло.
   – Твой отец – Карло! – Карабас Барабас вскочил со стула, взмахнул руками, борода его разлетелась. – Так, значит, это в каморке старого Карло находится потайная…
   Но тут Карабас Барабас, видимо, не желая проговориться о какой-то тайне, обоими кулаками заткнул себе рот. И так сидел некоторое время, глядя выпученными глазами на угасающий огонь.
   – Хорошо, – сказал он наконец, – я поужинаю недожаренным кроликом и сырыми цыплятами. Я тебе дарю жизнь, Буратино. Мало того… – Он залез под бороду в жилетный карман, вытащил пять золотых монет и протянул их Буратино. – Мало того… Возьми эти деньги и отнеси их Карло. Кланяйся и скажи, что я прошу его ни в коем случае не умирать от голода и холода и самое главное – не уезжать из его каморки, где находится очаг, нарисованный на куске старого холста. Ступай, выспись и утром пораньше беги домой.
   Буратино положил пять золотых монет в карман и ответил с вежливым поклоном:
   – Благодарю вас, синьор. Вы не могли доверить деньги в более надёжные руки…
   Арлекин и Пьеро отвели Буратино в кукольную спальню, где куклы опять начали обнимать, целовать, толкать, щипать и опять обнимать Буратино, так непонятно избежавшего страшной гибели в очаге.
   Он шёпотом говорил куклам:
   – Здесь какая-то тайна.


   Рано утром Буратино пересчитал деньги – золотых монет было столько, сколько пальцев на руке, – пять.
   Зажав золотые в кулаке, он вприпрыжку побежал домой и напевал:
   – Куплю папе Карло новую куртку, куплю много маковых треугольничков, леденцовых петухов на палочках.
   Когда из глаз скрылся балаган кукольного театра и развевающиеся флаги, он увидел двух нищих, уныло бредущих по пыльной дороге: лису Алису, ковыляющую на трех лапах, и слепого кота Базилио.
   Это был не тот кот, которого Буратино встретил вчера на улице, но другой – тоже Базилио и тоже полосатый. Буратино хотел пройти мимо, но лиса Алиса сказала ему умильно:
   – Здравствуй, добренький Буратино! Куда так спешишь?
   – Домой, к папе Карло.
   Лиса вздохнула ещё умильнее:
   – Уж не знаю, застанешь ли ты в живых бедного Карло, он совсем плох от голода и холода…
   – А ты это видела? – Буратино разжал кулак и показал пять золотых.
   Увидев деньги, лиса невольно потянулась к ним лапой, а кот вдруг широко раскрыл слепые глаза, и они сверкнули у него, как два зелёных фонаря.
   Но Буратино ничего этого не заметил.
   – Добренький, хорошенький Буратино, что же ты будешь делать с этими деньгами?
   – Куплю куртку для папы Карло… Куплю новую азбуку…
   – Азбуку, ох, ох! – сказала лиса Алиса, качая головой. – Не доведёт тебя до добра это ученье… Вот я училась, училась, а – гляди – хожу на трёх лапах.
   – Азбуку! – проворчал кот Базилио и сердито фыркнул в усы. – Через это проклятое ученье я глаз лишился…
   На сухой ветке около дороги сидела пожилая ворона. Слушала, слушала и каркнула:
   – Врут, врут!..
   Кот Базилио сейчас же высоко подскочил, лапой сшиб ворону с ветки, выдрал ей полхвоста – едва она улетела. И опять представился, будто он слепой.
   – Вы за что так её, кот Базилио? – удивлённо спросил Буратино.
   – Глаза-то слепые, – ответил кот, – показалось – это собачонка на дереве…
   Пошли они втроём по пыльной дороге. Лиса сказала:
   – Умненький, благоразумненький Буратино, хотел бы ты, чтобы у тебя денег стало в десять раз больше?
   – Конечно, хочу! А как это делается?
   – Проще простого. Пойдём с нами.
   – Куда?
   – В Страну Дураков.
   Буратино немного подумал.
   – Нет, уж я, пожалуй, сейчас домой пойду.
   – Пожалуйста, мы тебя за верёвочку не тянем, – сказала лиса, – тем хуже для тебя.
   – Тем хуже для тебя, – проворчал кот.
   – Ты сам себе враг, – сказала лиса.
   – Ты сам себе враг, – проворчал кот.
   – А то бы твои пять золотых превратились в кучу денег…
   Буратино остановился, разинул рот…
   – Врёшь!
   Лиса села на хвост, облизнулась:
   – Я тебе сейчас объясню. В Стране Дураков есть волшебное поле – называется Поле Чудес… На этом поле выкопай ямку, скажи три раза: «Крекс, фекс, пекс», – положи в ямку золотой, засыпь землёй, сверху посыпь солью, полей хорошенько и иди спать. Наутро из ямки вырастет небольшое деревце, на нём вместо листьев будут висеть золотые монеты. Понятно?
   Буратино даже подпрыгнул:
   – Врёшь!
   – Идём, Базилио, – обиженно свернув нос, сказала лиса, – нам не верят – и не надо…
   – Нет, нет, – закричал Буратино, – верю, верю!.. Идёмте скорее в Страну Дураков!..


   Буратино, лиса Алиса и кот Базилио спустились под гору и шли, шли – через поля, виноградники, через сосновую рощу, вышли к морю и опять повернули от моря, через ту же рощу, виноградники…
   Городок на холме и солнце над ним виднелись то справа, то слева…
   Лиса Алиса говорила, вздыхая:
   – Ах, не так-то легко попасть в Страну Дураков, все лапы сотрёшь…
   Под вечер они увидели сбоку дороги старый дом с плоской крышей и с вывеской над входом:

 //-- ХАРЧЕВНЯ «ТРЁХ ПЕСКАРЕЙ» --// 

   Хозяин выскочил навстречу гостям, сорвал с плешивой головы шапочку и низко кланялся, прося зайти.
   – Не мешало бы нам перекусить хоть сухой корочкой, – сказала лиса.
   – Хоть коркой хлеба угостили бы, – повторил кот.
   Зашли в харчевню, сели около очага, где на вертелах и сковородках жарилась всякая всячина.
   Лиса поминутно облизывалась, кот Базилио положил лапы на стол, усатую морду – на лапы, – уставился на пищу.
   – Эй, хозяин, – важно сказал Буратино, – дайте нам три корочки хлеба…
   Хозяин едва не упал навзничь от удивления, что такие почтенные гости так мало спрашивают.
   – Весёленький, остроумненький Буратино шутит с вами, хозяин, – захихикала лиса.
   – Он шутит, – буркнул кот.
   – Дайте три корочки хлеба и к ним – вон того чудно зажаренного барашка, – сказала лиса, – и ещё того гусёнка, да парочку голубей на вертеле, да, пожалуй, ещё печёночки…
   – Шесть штук самых жирных карасей, – приказал кот, – и мелкой сырой рыбы на закуску.
   Короче говоря, они взяли всё, что было на очаге: для Буратино осталась одна корочка хлеба.
   Лиса Алиса и кот Базилио съели всё вместе с костями.
   Животы у них раздулись, морды залоснились.
   – Отдохнём часок, – сказала лиса, – а ровно в полночь выйдем. Не забудьте нас разбудить, хозяин…
   Лиса и кот завалились на двух мягких кроватях, захрапели и засвистели. Буратино прикорнул в углу на собачьей подстилке…
   Ему снилось деревце с кругленькими золотыми листьями… Только он протянул руку…
   – Эй, синьор Буратино, пора, уже полночь…
   В дверь стучали. Буратино вскочил, протёр глаза. На кровати – ни кота, ни лисы – пусто.
   Хозяин объяснил ему:
   – Ваши почтенные друзья изволили раньше подняться, подкрепились холодным пирогом и ушли…
   – Мне ничего не велели передать?
   – Очень даже велели, – чтобы вы, синьор Буратино, не теряя ни минуты, бежали по дороге к лесу…
   Буратино кинулся к двери, но хозяин стал на пороге, прищурился, руки упёр в бока:
   – А за ужин кто будет платить?
   – Ой, – пискнул Буратино, – сколько?
   – Ровно один золотой…
   Буратино сейчас же хотел прошмыгнуть мимо его ног, но хозяин схватил вертел – щетинистые усы, даже волосы над ушами у него встали дыбом.
   – Плати, негодяй, или проткну тебя, как жука!
   Пришлось заплатить один золотой из пяти. Пошмыгивая носом от огорчения, Буратино покинул проклятую харчевню.
   Ночь была темна, – этого мало – черна, как сажа. Всё кругом спало. Только над головой Буратино неслышно летала ночная птица Сплюшка.
   Задевая мягким крылом за его нос, Сплюшка повторяла:
   – Не верь, не верь, не верь!
   Он с досадой остановился:
   – Чего тебе?
   – Не верь коту и лисе…
   – А ну тебя!..
   Он побежал дальше и слышал, как Сплюшка верещала вдогонку:
   – Бойся разбойников на этой дороге…


   На краю неба появился зеленоватый свет – всходила луна.
   Впереди стал виден чёрный лес.
   Буратино пошёл быстрее. Кто-то позади него тоже пошёл быстрее.
   Он припустился бегом. Кто-то бежал за ним вслед бесшумными скачками.
   Он обернулся.
   Его догоняли двое – на головах у них были надеты мешки с прорезанными дырками для глаз.
   Один, пониже ростом, размахивал ножом, другой, повыше, держал пистолет, у которого дуло расширялось, как воронка…
   – Ай-ай! – завизжал Буратино и, как заяц, припустился к чёрному лесу.
   – Стой, стой! – кричали разбойники.
   Буратино хотя и был отчаянно перепуган, всё же догадался – сунул в рот четыре золотых и свернул с дороги к изгороди, заросшей ежевикой… Но тут двое разбойников схватили его…
   – Кошелёк или жизнь!
   Буратино, будто бы не понимая, чего от него хотят, только часто-часто дышал носом. Разбойники трясли его за шиворот, один грозил пистолетом, другой обшаривал карманы.
   – Где твои деньги? – рычал высокий.
   – Деньги, паршшшивец! – шипел низенький.
   – Разорву в клочки!
   – Голову отъем!
   Тут Буратино от страха так затрясся, что золотые монеты зазвенели у него во рту.
   – Вот где у него деньги! – завыли разбойники. – Во рту у него деньги…
   Один схватил Буратино за голову, другой – за ноги. Начали его подбрасывать. Но он только крепче сжимал зубы.
   Перевернув его кверху ногами, разбойники стукали его головой о землю. Но и это ему было нипочём.
   Разбойник – тот, что пониже, – принялся широким ножом разжимать ему зубы. Вот-вот уже и разжал… Буратино изловчился – изо всей силы укусил его за руку… Но это оказалась не рука, а кошачья лапа. Разбойник дико взвыл. Буратино в это время вывернулся, как ящерица, кинулся к изгороди, нырнул в колючую ежевику, оставив на колючках клочки штанишек и курточки, перелез на ту сторону и помчался к лесу.
   У лесной опушки разбойники опять нагнали его. Он подпрыгнул, схватился за качающуюся ветку и полез на дерево. Разбойники – за ним. Но им мешали мешки на головах.
   Вскарабкавшись на вершину, Буратино раскачался и перепрыгнул на соседнее дерево. Разбойники – за ним…
   Но оба тут же сорвались и шлёпнулись на землю.
   Пока они кряхтели и почёсывались, Буратино соскользнул с дерева и припустился бежать, так быстро перебирая ногами, что их даже не было видно.
   От луны деревья отбрасывали длинные тени. Весь лес был полосатый…
   Буратино то пропадал в тени, то белый колпачок его мелькал в лунном свете.
   Так он добрался до озера. Над зеркальной водой висела луна, как в кукольном театре.
   Буратино кинулся направо – топко. Налево – топко… А позади опять затрещали сучья…
   – Держи, держи его!..
   Разбойники уже подбегали, они высоко подскакивали из мокрой травы, чтобы увидеть Буратино.
   – Вот он!
   Ему оставалось только броситься в воду. В это время он увидел белого лебедя, спавшего близ берега, засунув голову под крыло.
   Буратино кинулся в озерцо, нырнул и схватил лебедя за лапы.
   – Го-го, – гоготнул лебедь, пробуждаясь, – что за неприличные шутки! Оставьте мои лапы в покое!
   Лебедь раскрыл огромные крылья, и в то время когда разбойники уже хватали Буратино за ноги, торчащие из воды, лебедь важно полетел через озеро.
   На том берегу Буратино выпустил его лапы, шлёпнулся, вскочил и по моховым кочкам, через камыши пустился бежать – прямо к большой луне над холмами.


   От усталости Буратино едва перебирал ногами, как муха осенью на подоконнике.
   Вдруг сквозь ветки орешника он увидел красивую лужайку и посреди её – маленький, освещённый луной домик в четыре окошка. На ставнях нарисованы солнце, луна и звёзды. Вокруг росли большие лазоревые цветы.
   Дорожки посыпаны чистым песочком. Из фонтана била тоненькая струя воды, в ней подплясывал полосатый мячик.
   Буратино на четвереньках влез на крыльцо. Постучал в дверь.
   В домике было тихо. Он постучал сильнее – должно быть, там крепко спали.
   В это время из лесу опять выскочили разбойники. Они переплыли озеро, вода лила с них ручьями. Увидев Буратино, низенький разбойник гнусно зашипел по-кошачьи, высокий затявкал по-лисьи…
   Буратино колотил в дверь руками и ногами:
   – Помогите, помогите, добрые люди!..
   Тогда в окошко высунулась кудрявая хорошенькая девочка с хорошеньким вздернутым носиком. Глаза у неё были закрыты.
   – Девочка, откройте дверь, за мной гонятся разбойники!
   – Ах, какая чушь! – сказала девочка, зевая хорошеньким ртом. – Я хочу спать, я не могу открыть глаза…
   Она подняла руки, сонно потянулась и скрылась в окошке.
   Буратино в отчаянии упал носом в песок и притворился мёртвым.
   Разбойники подскочили.
   – Ага, теперь от нас не уйдёшь!..
   Трудно вообразить, чего они только не выделывали, чтобы заставить Буратино раскрыть рот. Если бы во время погони они не обронили ножа и пистолета – на этом месте и можно было бы окончить рассказ про несчастного Буратино.
   Наконец разбойники решили его повесить вниз головой, привязали к ногам верёвку, и Буратино повис на дубовой ветке… Они сели под дубом, протянув мокрые хвосты, и ждали, когда у него вывалятся изо рта золотые…
   На рассвете поднялся ветер, зашумели на дубу листья. Буратино качался, как деревяшка. Разбойникам наскучило сидеть на мокрых хвостах.
   – Повиси, дружок, до вечера, – сказали они зловеще и пошли искать какую-нибудь придорожную харчевню.


   Над ветвями дуба, где висел Буратино, разлилась утренняя заря.
   Трава на поляне стала сизой, лазоревые цветы покрылись капельками росы.
   Девочка с кудрявыми голубыми волосами опять высунулась в окошко, протёрла и широко открыла заспанные хорошенькие глаза.
   Эта девочка была самой красивой куклой из кукольного театра синьора Карабаса Барабаса.
   Не в силах выносить грубых выходок хозяина, она убежала из театра и поселилась в уединённом домике на сизой поляне.
   Звери, птицы и некоторые из насекомых очень полюбили её – должно быть, потому что она была воспитанная и кроткая девочка.
   Звери снабжали её всем необходимым для жизни.
   Крот приносил питательные коренья.
   Мыши – сахар, сыр и кусочки колбасы.
   Благородная собака пудель Артемон приносил булки.
   Сорока воровала для неё на базаре шоколадные конфеты в серебряных бумажках.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Поделиться ссылкой на выделенное