Татьяна Луганцева.

Хозяйка бешеных кактусов

(страница 2 из 20)

скачать книгу бесплатно

Карл, слегка улыбнувшись, снова погрузился в мир цифр. В салоне стоял приятный свежий воздух, предметы мебели были размещены с максимальным комфортом на большом расстоянии друг от друга. Действительно, здесь была кровать, барная стойка, светомузыка, большой домашний кинотеатр и еще много чего интересного. Самолет летел мягко, тихо и спокойно. Улыбчивая стюардесса была готова предугадать все пожелания сегодняшних пассажиров. Карл Штольберг со своими гостями поужинали по ресторанному меню и выпили бутылку дорогого вина.

– За знакомство! – провозгласила за трапезой тост Регина. – Я имею в виду твое, Карл, и Сержио.

– Интересно… Я тринадцать лет не был на родине. Изменилось там что-нибудь или нет? – посмотрел в темный иллюминатор Сержио.

– Россия такая страна, что там каждый год все меняется, – заметил Карл.

– И ты тем не менее едешь в эту страну? – спросила Регина.

– Там живет моя женщина, которая не хочет уезжать из России. И она такая же непредсказуемая, как ее страна, все время держащая в напряжении. А потом, ведь перемены не всегда плохие, – ответил Штольберг.

– И тебя такое положение устраивает?

– Вполне. Только это и устраивает, как показала жизнь, – пожал плечами Карл.

– А где мы остановимся в России? – задал правильный вопрос Сержио. И тут же добавил: – У меня деньги есть, – словно давая понять, что он не альфонс.

– Я обычно бронирую номер в одной из пятизвездочных гостиниц и живу попеременно либо в номере, либо у Яны, – ответил Карл. – На сей раз вы можете занять номер, а я найду где поселиться.

– Что же Яна-то не принимает у себя ваше высочество? – съязвила Регина.

– Яна живет в обычной квартире, у нее семья, ребенок, и я не хочу им мешать.

– Мне бы любимый мужчина не помешал никогда! – фыркнула Регина, оттягивая и без того глубокий вырез платья-чулка, якобы для вентиляции.

– Мы заходим на посадку, Москва дала разрешение. Пристегните, пожалуйста, ремни безопасности, – появилась в салоне улыбчивая стюардесса.

– Вот и прилетели! – радостно заключила Регина, прижимаясь к своему кавалеру. Она никогда не была в России, но хотела в ней побывать, так как много слышала об этой стране от матери-польки и даже знала русский язык. Но больше всего Регина хотела увидеть женщину, которой удалось сделать то, что ей самой не удалось за целый год ухаживания за Карлом и что она считала самым серьезным своим жизненным промахом.

Глава 3

Яна Карловна Цветкова была особой весьма дружелюбной и сверхобщительной. Она не могла жить, не контактируя с людьми. Отчасти поэтому Яна не представляла своего отъезда из страны – ведь иначе потеряла бы свой колоссальный круг общения. На официальном приеме с князем Штольбергом она была один раз и чуть не умерла от скуки. Постные лица с наклеенными улыбками, блеск брильянтов и нудная светская беседа с обязательными вопросами, не требующими ответов, с набором одних и тех же стандартных фраз, действовали ей на нервы.

Когда она поняла, что, став женой Карла, будет должна постоянно присутствовать на подобных сборищах, то впала в ужас и решила всячески воспрепятствовать своему замужеству и автоматическому получению статуса княгини.

– Я – княгиня? Это абсурд! – заявила Яна своей лучшей подруге Асе Юрьевне Кудиной, адвокату по образованию.

– Пути господни неисповедимы, – неопределенно ответила Ася, очень симпатичная шатенка с короткой стильной стрижкой.

– Ну уж нет! Меня на этот крючок не поймаешь. Я полюбила Карла не за то, что он князь, и княгиней становиться не собираюсь! Это в конце концов смешно!

Подруги встретились в одном из многочисленных кафе в центре Москвы, в обеденный перерыв, решив поболтать о жизни. Ася с Яной смотрелись как день и ночь, как лед и пламень. Ася была одета в дорогой брючный костюм классического покроя одной из известных итальянских марок. Причем весь ее облик был выдержан в одном, не ярком, приятном цвете кофе с молоком. Сумочка из кожи коричневого цвета и такого же цвета туфли на каблуке средней высоты. Оживляла лицо белоснежная блузка с нежным кружевным воротничком. В общем, людям сразу становилось понятно, что перед ними интеллигентная, умная и серьезная женщина, врач, или преподаватель вуза, или юрист. И точно, Ася была очень знающим и хорошо оплачиваемым адвокатом.

Яна же Цветкова восседала напротив в коротких джинсовых шортах с оборванным краем, в вызывающе красных туфлях и сиреневой кофточке с люрексом и бантиками. Довершали образ громадные золотые серьги с черными камнями, золотые браслеты на худых запястьях и многоярусные разноцветные бусы из полудрагоценных камней. Со стороны их встреча могла расцениваться как чисто профессиональная: проститутка обворовала (или сделала еще чего хуже) своего клиента или клиентов и наняла себе вполне респектабельного адвоката. На самом деле они дружили чуть ли не с пеленок и, несмотря на то, что были абсолютно разными, вполне дополняли и, самое главное, понимали друг друга.

Яна заказала себе три пирожных с масляным кремом и взбитыми сливками и две чашки американского кофе, а Ася – легкий салат и зеленый чай.

– За талией тебе явно следить не приходится… Везет же некоторым, – проговорила Ася.

– Ну да, а если питаться, как ты, то могут вырасти рожки и копыта и захочется пойти пастись на лужок, – ответила Яна.

– Перестань! – засмеялась Ася. – Это здоровая пища.

– Тоска зеленая, а не пища! – махнула рукой Яна и откусила полпирожного махом. Прожевав кусок, спросила: – Как у тебя дела?

– Полная запарка. У меня сейчас клиент – очень известный человек, которого обвиняют в какой-то ерунде. Но я уверена, что его оправдают, и я приложу к этому свою руку.

– Желаю тебе удачи, – сказала Яна и посмотрела на часы, запихивая второе пирожное в рот. – Вот черт! Мне надо бы поторопиться.

– Работа? – уточнила Ася.

– Ты же знаешь, что я, как стала директором стоматологической клиники «Белоснежка», так сама прием врачебный не веду, но иногда делаю исключения и лечу знакомых.

– Конечно, знаю. Ты и мне лечила два зуба собственными ручками.

– Так вот сегодня именно такой день. Придет мама моей одной очень хорошей знакомой. Она боится лечить зубы панически и для себя решила, что только хорошая знакомая не сделает больно в стоматологическом кресле, – пояснила Яна.

– Могу понять эту женщину. Некоторым действительно легче, если их лечит именно знакомый человек. Вот мне, например, тоже.

Подруги поговорили о детях – у Аси росли две маленькие дочки, – еще немного о работе и о личной жизни. Затем Яна поправила свой макияж, вернее, освежила ярко-красную помаду на губах, оставила деньги на столике, покидала все вещи в сумочку и поспешила на работу.

Ездила Яна быстро, уверенно, ведя свою старенькую машину. Красную «Пежо» она никогда бы не променяла ни на один автомобиль в мире.

Пресловутая пациентка, которую звали Алла Юрьевна, уже ждала Яну в коридоре перед кабинетом с чашечкой кофе. Лицо ее было бледное, словно у покойницы, зрачки расширены чуть не во весь глаз, а кофе поминутно выплескивался из чашки в белое блюдце – из-за трясущихся рук.

– Алла Юрьевна, здравствуйте! Извините, что задержалась на десять минут. Сейчас надену халат, помою руки, и приступим.

В ответ Алла Юрьевна даже не смогла сказать ни слова, ее челюсти сжались, лицо приняло гримасу ужаса. Когда Яна выглянула из кабинета и, приветливо улыбнувшись, пригласила Аллу Юрьевну войти, реакция последней была уж совсем из ряда вон: она приподнялась из кресла, затем, побледнев еще больше, повалилась назад прямо на журнальный столик с развлекательной прессой и стоявшей на нем недопитой чашкой кофе, принесенной ей девушкой-администратором «Белоснежки» Викой.

– Что с вами? – не на шутку перепугалась Яна, кидаясь к своей клиентке.

Алла Юрьевна смотрела в одну точку и судорожно пыталась расстегнуть ворот блузки, словно ей не хватало воздуха.

– Вика, скорее! – пронзительно закричала Яна и, увидев перепуганную девушку в конце коридора, приказала: – Немедленно звони ноль три! Сердечный приступ! Зинаиду сюда! – Яна имела в виду их опытную старшую медсестру.

– Нитроглицерин… – прошептала Алла Юрьевна, делая конвульсивные движения рукой, – в сумочке…

– Да-да. Сейчас. – Яна стала судорожно рыться у нее в сумочке, пока не нашла нужные таблетки, и сразу же дала две пациентке.

Зинаида уже спешила на помощь с весьма встревоженным лицом.

– Два кубика кордиамина, один преднизолона и эуфелин! – крикнула Яна.

– Поняла, – бросилась в процедурный кабинет Зинаида.

– Так болит… – прошептала Алла Юрьевна, кладя руку на область сердца.

– Ничего, сейчас все будет хорошо. «Скорая» уже едет, – взяла ее ледяную ладонь в свои руки Яна.

– Как-то все очень некстати… Извините, Яночка, – облизала пересохшие губы Алла Юрьевна. – Вот и пришла зуб лечить.

– Да о чем вы говорите? Забудьте вы о зубах! Сначала вылечитесь сами, а уж потом я полечу вам зубы.

– Я не об этом… Дело в том, что сегодня у меня очень ответственный день, очень ответственные похороны… – судорожно вздохнула Алла Юрьевна.

«Вот почему у нее не выдержало сердце», – поняла Яна и вслух сказала:

– Примите мои соболезнования.

– Яночка, горе не у меня. Я – директор частной фирмы по организации пышных похорон. Именно сегодня на мою голову, словно снег, обрушился один клиент. Умер очень известный человек, семья поручила организацию похорон в какой-то фирме, а там их надули. Я, честно говоря, не совсем поняла, что у них не сложилось, да это и не важно… – Капли пота выступили на бледном лице Аллы Юрьевны.

Зинаида уже сделала два внутримышечных укола пациентке и нащупывала пульс.

– Дело в том, что тот человек должен быть захоронен завтра, сроки уже поджимают. Мне заплатили большие деньги, и я пообещала успеть к завтрашнему дню. С утра встретилась с клиентом, взяла домашний адрес умершего, заехала лечить зуб, а затем должна была ехать на работу, делать венки от коллег, близких… вернее, не венки, они у меня уже готовые, только ленты к ним… А завтра я должна была приехать в дом к покойному и устроить там траурное убранство. Гроб привезут сами родственники.

– Вы не волнуйтесь так, – попросила Яна.

– Как же мне теперь не волноваться? Людей одна фирма кинула, они мне поверили, а я тоже сейчас отправлюсь в больницу, а то и на тот свет… – закрыла глаза Алла Юрьевна.

– Не говорите так! Все будет хорошо!

– Такой известный человек – и не заслужил нормальных похорон? Привезут тело, придут уважаемые люди на поминки… а там ничего из того, что я обещала и за что взяла деньги! Какой позор! Я должна поехать на работу! – Алла Юрьевна сделала попытку встать, но была остановлена Яной.

– Я вас не отпущу! Давайте, сама схожу к вам на работу и все организую, если вы больше никому не можете доверить, – вызвалась было Яна и тут же прикусила язычок. Ну почему она все время ввязывается в какие-то странные авантюры? Вот только похороны организовывать ей не хватало!

В «Белоснежку» быстрым шагом вошла реанимационная бригада с носилками.

– Сюда! – позвала их Яна, с облегчением вздыхая.

– Яна, я могу на вас положиться? Правда? Вы такая решительная и ответственная, я знаю. Проконтролируйте, пожалуйста, наличие венков и траурного убранства.

– Что здесь? – склонился кардиолог.

– Трудно дышать и сильная внезапная боль за грудиной, – ответила Яна.

Речь Аллы Юрьевны становилась все бессвязней и сбивчивей.

Ей быстро сделали переносным аппаратом электрокардиограмму, и хмурый доктор, кинув взгляд на ленту, кивнул своим помощникам:

– Похоже на микроинфаркт в развитии… Грузите больную в машину. И немедленно капельницу!

– Яна, вот визитка умершего, там его адрес, – сквозь сильную одышку сказала Алла Юрьевна и сунула Яне белый картонный прямоугольник.

Руки ее были холодными и липкими. Врач «Скорой помощи» отстранил Яну и процедил сквозь зубы:

– Вы перестанете мне мешать? Не знаю, о каком умершем вы тут все твердите, но если вы не дадите мне поставить капельницу и подключить приборы, у нас будет еще один труп.

Яна отскочила от Аллы Юрьевны.

– И вообще, хорошо же вы тут зубы лечите, если у вас пациенты инфаркт получают! – зыркнул на Яну врач, который явно не оценил ее легкомысленного наряда и яркого макияжа. Весь его вид говорил, что он никогда бы не доверил свои зубы такому врачу.

– Яночка ни при чем! Она очень хороший доктор! Я сама виновата! Сердце у меня уже неделю болело, а я вот и… очень боюсь зубы лечить, – сказала на прощание Алла Юрьевна, когда ее уже укладывали на носилки и надевали ей кислородную маску.

Яна судорожно засунула визитку, данную ей Аллой Юрьевной, в сумку, проводила врачей и вернулась к себе в кабинет. Ее тоже всю трясло. Впервые у ее пациентки, пусть и не в самом стоматологическом кресле, а рядом с кабинетом, случился сердечный приступ. Тем более было неприятно, что он случился у знакомой.

«А я еще и опоздала, женщина перенервничала», – корила она себя.

– Будете еще сегодня кого принимать, Яна Карловна? Инструменты убирать? – заглянула к ней Зина.

– Нет, я теперь долго никого принимать не буду! И с документами займусь после. У меня возникло одно срочное дело! – замахала руками Яна и начала судорожно снимать с себя белый халат.

– Вы поедете в больницу к этой несчастной женщине?

– Нет, я поеду по делам этой женщины. А ты позвони, пожалуйста, в больницу, куда ее отвезли, и узнай о ее состоянии.

Яна поменяла сиреневую блестящую кофту на ярко-красную кружевную блузку, оставшись в джинсовых шортах с рваным краем и туфлях на высоком каблуке, распустила длинные волосы и опрыскала себя с головы до ног французскими духами. Яна во всем любила перебор.

– Все, Зинаида. Я в похоронное бюро, адрес мне Алла Юрьевна оставила.

– Яночка, зачем же вы так торопитесь? У нее, врач сказал, всего-навсего микроинфаркт, ваша несостоявшаяся пациентка выживет, вот увидите!

– Эх, Зина, ничего ты не поняла. Дела у меня! Ясно? Де-ла!

Яна вылетела из клиники прямиком в свою машину, припаркованную рядом, и понеслась в частную фирму Аллы Юрьевны.

«Не люблю я, конечно, все, что связано с кладбищем, моргом и похоронным бюро, но судьба упорно отправляет меня именно в эти места. Интересно, почему? Чтобы сбавить мой природный оптимизм? Настроить на правильный лад, охладить пыл? Эх, говорила мама, не лезь в прорубь…» – думала Яна, уверенно лавируя между машинами и не обращая внимания на звуки клаксонов, которыми сильный пол пытался привлечь внимание экстравагантной дамы за рулем «Пежо». Конечно, не заметить Яну было невозможно: красная машина, красная кружевная блузка, длинные развевающиеся волосы, горящий взгляд и красная помада. Яна не реагировала на знаки внимания в ее адрес, так как была самодостаточной личностью, и вообще в целом мужское население страны не вызывало у нее живого интереса ввиду всегда занятого любовью сердца. Яна была однолюбом, и уж если сердце ее было занято, то всецело и полностью, и горе было бы избраннику, осмелься он сопротивляться напору Яны. Она бы достала и мертвого!


В фирме Аллы Юрьевны ее ждала встреча с двумя почему-то заспанными сотрудниками. Офис был маленький, но с дорогим и прямо-таки торжественным ремонтом. Однотонные стены, высокие светлые потолки, классическое освещение и жалюзи.

– Я прислана вашей начальницей для выполнения важной миссии, – сразу сообщила Яна.

– Почему мы должны вам верить? – зевнул один мужчина, постарше. Другой, помоложе, с интересом рассматривал прозрачную блузку Яны, явно думая отнюдь не о похоронах.

– Вам придется это сделать, иначе Алла Юрьевна будет очень недовольна, – безаппеляционно заявила она.

– А если мы ей позвоним и уточним? – недоверчиво спросил старший мужчина.

– Вот уж чего делать не советую. Ваша директриса находится в реанимации, и беспокоить ее не рекомендуется.

– А что с ней? – забеспокоились оба сотрудника.

– Сердечный приступ, – лаконично ответила Яна, прохаживаясь по офису хозяйской походкой и оглядывая помещение с мирно журчащими фонтанами и обилием живых растений. – А у вас тут ничего…

– Ну да! Пыль в глаза! – махнул рукой пожилой мужчина, представившийся Анатолием.

– Объясните! – развернулась на каблуках Яна.

– А чего тут объяснять? Мрут люди, как мухи, и все мимо нас… В государственные конторы обращаются. И там-то их обдирают, как липку, пока люди в горе, в шоке и плохо соображают, а уж у нас цены втрое больше. Кто сюда пойдет?

Яна не совсем поняла, о чем он больше сожалеет: о том, что все мрут или что все деньги текут мимо их конторы? А тот продолжал:

– Алла Юрьевна вложила все деньги в ремонтище, мол, пусть клиенты видят, что фирма солидная, респектабельная и оформление траурной церемонии будет на высшем уровне. А за душой что? Вот мы с Максимом тут единственные работники, и то лишь потому, что приезжие, без прописки, нас больше никуда не берут. Мы все и делаем: отвечаем на звонки, убираем помещение, изготавливаем гробы, вяжем венки… А Алла Юрьевна бьется, как рыба об лед, в поисках клиентов. Бедная женщина, все деньги уходят на оплату аренды помещения и нам с Максом на зарплату. Я даже знаю, что нам зарплату она иногда из своих денег выдает, – приблизил к Яне плохо выбритое лицо Анатолий, доверительно понизив голос.

«Немудрено, что Алла Юрьевна получила удар, перенервничала, получив большие деньги на похороны известного человека. Это был ее шанс вылезти из тени!» – поняла Яна и хлопнула в ладоши.

– Так, мальчики, слушайте меня! Похоже, и на вашей улице будет праздник. То есть в вашем случае – покойник, прости господи. Алла Юрьевна получила большой заказ, и выполнить его надо к завтрашнему утру.

– К чему? – не поняли мужчины.

– К завтра… А что такое?

– Да у нас и венков-то нет!

– Плохо. Значит, работать, ребята, работать! Всю ночь, если понадобится. А утром я уберу траурным убранством дом клиента, и все останутся довольны. У меня, между прочим, художественный вкус и дизайнерская жилка!

– На венках должны быть надписи… Кого хороним-то? – спросил воодушевившийся Анатолий.

– Все есть, не переживайте. Сейчас вот достану визитку… – Яна порылась в сумке и извлекла визитку, данную ей Аллой Юрьевной, внимательно вчиталась в написанное на ней. – Ну, надо же, у этого человека так много должностей… По-моему, я даже где-то слышала его фамилию. Точно, известный человек, и он – ваш клиент. За работу, ребята! Ваши руки и мое художественное восприятие мира сотворят чудо!

Глава 4

Никита Глебович Серебрянников был еще молодым мужчиной тридцати пяти лет, но он уже очень много успел сделать в своей жизни. Никита был известным актером, журналистом, ведущим на популярной радиостанции и шоуменом. Он был очень известен, современен, как говорит молодежь, – креативен, умен, хоть ему и приходилось часто валять дурака, обладал большим чувством юмора. За внешней беспечностью, порой некоторой придурковатостью его поведения скрывалась личная драма, но о ней знали только его близкие друзья: шесть лет назад Никита потерял любимую жену Таисию и с тех пор очень изменился. Три года он находился в депрессии и вел монашеский образ жизни, зато потом пустился во все тяжкие. Бесконечная череда девиц и абсолютно никакой ни к кому привязанности – вот что стало для него привычным. Сам себе Никита это объяснял тем, что он утратил способность любить после смерти единственной женщины, которую любил. Молодых смазливых девиц рядом с Никитой было не счесть, и он этим пользовался. И прекрасно себя чувствовал, изображая шута и бабника. Помогали ему огромные связи в мире шоу-бизнеса, в модельных агентствах, театральных институтах, на телевидении и на радио. В общем, Никита жил легко, удобно, зарабатывая большие деньги и не заглядывая в будущее.

Этот день, первая пятница июня, начался для него, как всегда, обычно. Всю ночь он прокутил с друзьями в ночном клубе, буквально купаясь во всеобщем обожании, своей известности, в коньяке и шампанском. Утром такси подвезло его к его дому, находящемуся в коттеджном поселке в элитном месте, и таксист недовольно покосился на всю дорогу проспавшего пассажира, от которого пахло дорогим спиртным, табаком и женскими духами. Никита был видным мужчиной, но, как бы выразилась Яна Цветкова, весьма на любителя. Он был высок и – нет, не толст, а именно плотен. Крупная голова с копной русых волос, приятное лицо с крупными чертами и темно-коричневыми глазами с прищуром, модная дорогая одежда. В общем, вот вам портрет Никиты Серебрянникова.

– Шеф, приехали, – сказал шофер.

– Ага! – очнулся Никита. – Балтийская?

– Балтийская, восемнадцать, как сказали ваши друзья, – подтвердил водитель, кидая взгляд на ладный, белого камня домик в три этажа с отделкой по фасаду из темного дерева.

– Спасибо! – Никита зевнул, сунул водителю сто долларов и, буркнув «сдачи не надо», поплелся по ухоженной тропинке к входной двери.

Солнце уже вовсю светило, небо было чистым и прозрачно-голубым. Одним словом, ничего не предвещало беды. Никита не сразу попал ключом в замочную скважину, а когда понял, что теоретически и практически и не сможет туда попасть, потому что с внутренней стороны вставлен ключ, то задумался. Такое было впервые. Домработница к этому времени уже уходила – она являлась по ночам, убирала в доме и готовила, пока хозяина нет. Так ему было удобно, подобный распорядок устраивал и ее, потому что днем женщина еще где-то работала.

Никита с минуту поразмышлял, пошатываясь на своем крыльце, а потом нажал на кнопку звонка, встряхнувшись. Послышался перестук каблуков, и дверь открыла молодая женщина, сразу же поразившая Серебрянникова своей яркой внешностью. Высокая, да еще и на громадных каблуках, она смотрелась почти вровень с Никитой, рост которого был метр девяносто. Взгляд его выхватил длинные белые волосы, пожарную блузку, короткие джинсовые шорты, обнажавшие длинные стройные ноги, ярко-голубые глаза и огненную помаду. Незнакомка шумно вздыхала и пыталась состроить на лице печальную гримасу.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20

Поделиться ссылкой на выделенное