Татьяна Луганцева.

Девочка на шару

(страница 1 из 21)

скачать книгу бесплатно

Глава 1

– Депрессия… у меня депрессия… депрессия… – на разный лад пробовала это слово Яна, глядя на себя в зеркало. – Депрессия… – нараспев повторила она. – Какое красивое слово «депрессия», импрессия, экспрессия… Короче, вот я и докатилась!

Яна Цветкова, тридцати с небольшим лет женщина, сидела перед обитой кожей дверью с табличкой «психолог» в одном из крупных медицинских центров. На консультацию к данному специалисту ее отправил лечащий врач, которому она пожаловалась на головокружения и постоянные головные боли, после того как объективные методы обследования не выявили у нее никаких изменений. И вот Яна послушно притащилась к психологу и ожидала приема.

Она была высокой, очень худой, с длинными руками, ногами и длинными белыми волосами, стянутыми в хвост на затылке. Черные, тонкие брови вразлет, прямой нос; большие голубые глаза смотрели на мир с интересом и вызовом. Пухлые губы сейчас находились в гримасе обиженного ребенка. Ее нельзя было назвать красавицей, но внешность Яны была очень яркой и запоминающейся. Увидев один раз, не запомнить ее было невозможно. Этому способствовали большое количество украшений, всегда имевшихся на ней, словно на новогодней елке, и склонность молодой женщины к дорогой, но аляповатой и совершенно не комбинирующейся друг с другом одежде. Вот и сейчас Яна была в короткой трикотажной юбке ярко-красного цвета, сетчатых черных с аппликациями красных роз колготках и ярко-зеленом джемпере. Рядом с ней на соседнем стуле лежали небрежно брошенные розовая кожаная сумка известной фирмы и кожаная лакированная черная куртка, которая гармонировала только с лакированными же полусапожками на высоченных шпильках.

Кожаная запыленная дверь дрогнула, и из нее вышел молодой человек с горящим взглядом, явно настроенный психологом на позитивный лад. Он решительными шагами прошел мимо Яны. Цветковой захотелось убежать вслед за ним по больничному коридору, но из-за двери уже выглянуло добродушное полное лицо миловидной женщины.

– Яна Карловна Цветкова? – спросила она, сверяясь со своими записями.

– Я… – обреченно произнесла Яна.

– Проходите, – пригласила женщина.

Фигура ее была такой же круглой и пышной, как и лицо с полными щеками. Голову украшали куцые волосы, выкрашенные неожиданно для ее солидного возраста в ярко-рыжий цвет, а на толстых коротких пальцах красовались массивные золотые перстни с разноцветными камнями, как у Хозяйки Медной горы.

Кабинет психолога был небольшим, но уютным, занавески на окнах вместо жалюзи производили благоприятное, этакое домашнее впечатление. Имелись здесь кресло и стол для врача, заваленный папками и листками, и большое, явно удобное кресло для пациента.

– Присаживайтесь, – пригласила Яну психологиня.

Стенку нежно-салатового цвета позади психолога украшало множество дипломов и сертификатов, свидетельствующих о семинарах, прохождении курсов повышения квалификации и принятии участия в международных конгрессах.

– Разрешите представиться, Ада Валерьевна Анисимова.

Психолог. Окончила психологический факультет МГУ, имею опыт работы больше двадцати лет, владею многими методиками психоанализа и психокоррекции личности. Поближе мы с вами познакомимся во время нашей долгой доверительной беседы. Ложитесь на кушетку и попытайтесь расслабиться.

Только сейчас Яна заметила кушетку, стоящую у стены.

– Ложиться? – не поняла она.

– Именно. Вы должны быть полностью расслаблены, и ничто не должно угнетать вас, – заверила Ада Валерьевна.

Яна подошла к кушетке, стуча каблуками, и легла на нее, стянув резинку с затылка – с хвостом из длинных волос лежать было бы неудобно. Уставившись в белый потолок, Яна вовсе не почувствовала себя расслабленной, скорее наоборот. Она почувствовала себя как на операционном столе, только препарировать сейчас собирались не ее тело, а ее душу.

– Кто вам посоветовал обратиться ко мне? – спросила Ада Валерьевна, водрузив на нос картошкой сильно увеличивающие ее глаза очки в золотой оправе.

– Терапевт.

– С какими симптомами вы обратились к доктору?

– Слабость, апатия, головокружения, головные боли…

– Это все симптомы тревоги. Не находите? – уточнила психолог, начиная свои записи в толстую тетрадь. – Ну да ладно! Хочу предупредить вас, Яна: от степени откровенности ваших ответов зависит, смогу я помочь вам добрым профессиональным советом или нет. Я как священник, если хотите. Со мной надо говорить все или ничего. Еще обязана вас предупредить, что я очень жесткий психолог, не сюсюкаю и не жалею, а рублю всю правду-матку своим пациентам. И многим этот момент не нравится. Будьте готовы посмотреть правде в лицо. Готовы?

– Всегда готова! – сглотнула Яна. – За тем я и пришла. Я словно запуталась в своей жизни.

– Ваш возраст? – спросила психолог.

– У женщин не спрашивают.

– Я вас умоляю, Яна! С первого вопроса вы увиливаете в сторону, – поморщилась психолог.

Яна ответила ей «правду-матку».

– Возраст Христа… – задумалась психолог.

– Что? Я не отожествляю себя с Христом, – дернула длинными ногами Яна.

– Нет, просто переходный возраст, весьма переходный. Когда человек уже подводит кое-какие итоги тому, чего он достиг. Это возраст, когда женщина, глядя на себя в зеркало, понимает, что ей не двадцать лет.

– Ага! А впереди сорок, пятьдесят и шестьдесят, – подала голос Яна, – что отнюдь не вселяет надежды на молодость…

– Комплекс старения? – оживилась психологиня. – Боитесь взрослеть?

– А кому хочется? – вопросом на вопрос ответила Яна.

– Любой возраст хорош с философской точки зрения, – возразила Ада Валерьевна.

– Так это с философской, а не с житейской, – возразила пациентка.

– Обычно такое наблюдается у красивых женщин. Вы почувствовали снижение внимания со стороны мужского пола? – спросила психолог.

Яна поморщилась.

– Вот уж что рада была бы почувствовать… Так нет, мужчины были и раньше, есть и сейчас… И, судя по их горячим признаниям в любви, они не собираются оставить меня в покое и в дальнейшем. По крайней мере, в ближайшем будущем.

Психолог поправила очки на носу, нервно заерзав на стуле.

– Расскажите о вашем детстве. Вы были любимым ребенком?

– Я была единственным ребенком, – ответила Яна.

– Вы ощущали родительскую любовь? – чуть изменила вопрос психолог.

– Я фактически не видела родителей, – ответила Яна. – Мама все время пропадала в театре на репетициях – она была и есть отличная актриса нашего провинциального ТЮЗа, а отец… отец все свободное время посвящал зеленому змию – он всегда пил.

– Он кто по профессии? – уточнила Ада Валерьевна.

– Отец был плотником, работником сцены. А в последние годы жизни делал гробы на кладбище. Да, вот такой вот диапазон…

– Отца уже нет в живых?

– Он умер. Вернее, ему помогли умереть – убили. Его напоили до бесчувственного состояния, зная его слабость, дали свалиться в свежевырытую могилу, и он захлебнулся собравшейся на дне водой, – ответила Яна.

– Какой ужас! – Ручка выпала из рук психолога. – Что вы пережили тогда?

– Шок, – просто ответила Яна. – Но большого душевного родства у нас с отцом не было, и я не билась головой о стенку, смею вас заверить.

– Мама, ваша мама, она счастлива? – спросила психолог, изучая Яну пытливым взглядом.

Яна на минуту задумалась.

– Раньше я считала ее неудачницей, зная о ее неосуществимой мечте стать знаменитой актрисой, играть в Москве, быть замеченной кинорежиссерами. Отец к тому же всегда пил, да еще и умер довольно рано. Но потом я поняла, что не права. Моя мама не отделима от своего театра, которому отдала всю жизнь, она любима и уважаема зрителями и коллегами, у нее всегда были поклонники. Как ни странно, она очень любила отца… У нее была насыщенная и вполне счастливая жизнь. Да, я думаю, что она счастлива. Моя мать – очень гордая женщина, и она никогда никому ни на что не жаловалась.

– У нее сильный характер? – уточнила психолог.

– Да, именно так! Лучше не скажешь.

– А у вас? Вы в кого?

– Думаю, что я взяла что-то и от отца, и от матери, хотя, конечно, не хотелось бы закончить жизнь так, как отец, – подняла голову Яна.

– Ваше образование?

– Я окончила медицинский институт. Врач-стоматолог. В данный момент руковожу стоматологической клиникой «Белоснежка», – ответила Яна.

Психолог снова нервно заерзала на стуле.

– Вы руководительница?

– Именно так.

– И как дела на работе?

– Все отлично. Клиника рентабельна, коллектив отличный, – ответила Яна.

– Вы замужем?

– Затрудняюсь ответить, – настала очередь Яны нервно ерзать.

– В смысле?

– Я была замужем четыре раза. Правда, два раза за одним и тем же человеком… В данный момент у меня есть друг.

– Муж пил или меньше вас зарабатывал? – решила уточнить докторша.

– Что вы! Ричард – святой человек, красавец-мужчина, умный, тонкий. Он смог остаться со мной в дружеских отношениях, несмотря на то что именно я его бросила. Он очень крупный бизнесмен.

– А ваш друг? Кто он? – спросила раскрасневшаяся психологиня.

– Он князь, – просто ответила Яна.

– Кто?! – не поняла психолог, ненароком подумав, что Яне нужен уже не психолог, а психотерапевт.

– Князь. Его зовут Карл Штольберг, он настоящий чешский князь, потомок древнего рода, живет в настоящем замке, – повторила Яна.

– Пьет?

– Почему вы всех подозреваете в пьянстве? Это что-то личное? – обернулась к ней Яна. – Карл умен, воспитан, знает пять языков, музицирует, красив как бог, считается одним из самых престижных женихов Европы. Он не пьет, меня не бьет и ничего такого, уверяю вас.

– А вы были у психиатра? – осторожно спросила Ада Валерьевна.

Яна хохотнула.

– Что, трудно поверить, что такой человек может быть влюблен в российскую тетку не первой свежести, без титула и без звания «Супермодель мира»? Любовь, как известно, зла, полюбишь и Яну Цветкову. Шутка! Я совершенно нормальна и стараюсь говорить вам только правду.

– Но ведь и ваш муж Ричард тоже хорош, правда?

– Да, они оба хороши, – вздохнула Яна.

– Ваш бывший муж устроил свою жизнь?

– Нет.

– Вы этому рады?

– За кого вы меня принимаете? Я желаю Дику только счастья! Меня не покидает чувство вины, что он одинок, а у меня есть Карл, – с возмущением ответила Яна.

– Может быть, скажете, что он хотел бы вернуть вас? – явно ехидно спросила психолог.

– Было у меня такое чувство поначалу… но теперь уже нет. Думаю, что Ричард смирился.

– От хороших мужей не уходят. Почему вы ушли от него? – допытывалась психолог.

– Я ушла не от него… Я ушла к Карлу. И, поверьте мне, это было долго и мучительно. Именно так, как я говорю.

– Что вас сдерживало?

– Пресловутое чувство долга, чертовская положительность мужа, совместный ребенок и то, что Карл князь… – смущенно ответила Яна.

– Чем же это плохо? Это плюс!

– Несомненно… но не для меня. Я – простой, прямолинейный человек, а его статус и титул парализовали меня. Сейчас-то я уже привыкла, а раньше бегала от него, как от огня. Карл Штольберг тоже с определенной периодичностью то боролся за меня, то сдавался, но все же добился меня. Правда, не думаю, что на удачу себе.

– Вы же должны быть счастливой женщиной, за вас боролись такие мужчины! – воскликнула Ада Валерьевна, закатывая глаза.

– Ну да… – вяло произнесла Яна.

– Может быть, вы жалеете, что ушли от мужа? Все-таки он – человек русской души и больше понимал вас? – предположила психолог.

– Раньше мою душу терзали некоторые сомнения, но другого рода. Я боялась испортить жизнь молодому князю, но сейчас я уверенно скажу, что ни о чем не жалею. Я всегда добивалась того, что хотела. Ричарду просто не повезло, что он попался мне на глаза, и в ту минуту я захотела его. Карл хоть и иностранец, но похож на меня, с точностью наоборот, вот он и добился меня. Он все время поддерживает интерес к своей персоне, и я просто не вижу других мужчин, кроме него. В общем, я влюблена и счастлива, – сказала Яна, смиренно сложив руки на груди, словно приготовившись к отпеванию.

– В вашей речи проскользнуло что-то о ребенке. Вы – мать? – почти с ужасом спросила Ада Валерьевна.

– Да. Правда, плохая. Меня длительное время не бывает дома, часто я чем-то занята и загружена. Вова явно обделен моим вниманием, он воспитывается моей домоправительницей Агриппиной Павловной, которую я тоже украла у Ричарда.

– Это обстоятельство вас мучает?

– Да. Только я понимаю, что ничего существенного в своем характере изменить не смогу, – ответила Яна.

– Извините за нескромный вопрос, а откуда у вас деньги на собственную стоматологическую клинику?

– Это долгая история! После развода со своим вторым мужем я осталась у разбитого корыта – в буквальном смысле, у меня не было даже нормального жилья. Затем я встретила состоятельного Ричарда, да вдобавок на мою голову свалилось наследство.

– Понятно… – процедила сквозь зубы психолог, словно подразумевая: «понятно, что в этой жизни таким вертихвосткам только и везет». – Правильно я понимаю, что вы, молодая, красивая и успешная женщина, впали в депрессию?

– Правильно, – вздохнула Яна.

– Я предупреждала, что я жесткий психолог? – спросила Ада Валерьевна и, получив утвердительный ответ, продолжила: – Я поняла, что человек вы эмоциональный, неуравновешенный, эксцентричный, с неустойчивой психикой, отсюда и нелогичные поступки, преследующие вас по жизни. Конечно, все корни подобных неприятностей находятся в детстве, происходят от полученного воспитания. Ваши противоречивый характер и дерганый темперамент сформировались в детстве. Мать – актриса, отец – гробовщик! Не правда ли, странный союз? Сначала я думала, что проблема ваша в личной жизни, в одиночестве, в том, что вы со своим сложным характером ни с кем не уживаетесь. Но не тут-то было, вниманием вы не обделены. Видимо, мужчин-экстремалов привлекают такие непредсказуемые женщины. Между прочим, за один только кусочек, небольшой период вашей личной жизни многие женщины отдали бы все. А вы… «Ой, я была четыре раза замужем! Ой, муж у меня был красавец, богач, не пил и не гулял, но за мной приударил князь, и мое семейное счастье, извините, пошатнулось! Кстати, князь тоже красив, умен и богат и, главное, до беспамятства влюблен в меня! Его мы теперь можем поменять только на царя!»

– Я такого не говорила!

– Молчать! – перебила Ада Валерьевна. – Сейчас я подвожу итог вашему психологическому портрету. Я думала, что Бог не дал вам ребенка. Так нет, вы счастливая мать. Я думала, что вы не успешны в карьере, но у вас свой хороший коллектив и доходная клиника.

– И что? – подняла голову Яна.

– Зажрались вы, дамочка, вот что! Есть нервные срывы у людей, оказавшихся у черты, у бедных, озлобившихся на весь мир и потерявших все. Эти срывы понятны, и таким людям действительно надо помогать. А вы… Такая депрессия называется «с жиру». Чем я могу вам помочь? В чем причина вашего неудовлетворения? Может быть, все-таки из-за того, что вы в жизни добились не совсем всего сами? Богатый муж… наследство… а вы что же? Что вы сами собой представляете? Чего добились лично вы?

Яна растерянно хлопала длинными ресницами.

Психолог закатила глаза и четко проговорила:

– Нет, я, конечно, не умаляю ваших личностных качеств. Наверняка вы умны, остроумны и обладаете еще рядом положительных качеств, раз в вас смогли влюбиться такие достойные мужчины, раз вас уважают в коллективе. Но, видимо, вы так и не нашли себя, не добились чего-то, за что сами себя стали бы уважать.

– И что делать? – затряслась Яна.

– По большому счету, вам необходим стресс. Начните строить свою жизнь с нуля лично, без чьей-либо помощи, и посмотрите, чего достигнете. Конечно, я не призываю вас бросить работу, это было бы слишком, но можете начать свою новую деятельность параллельно.

– А чем я должна заниматься? – тупо спросила Яна.

– Вот-вот, вы уже настолько в шоколаде, что даже не знаете, чем можно заняться! А миллионы людей живут за чертой бедности и как-то зарабатывают себе на хлеб. У меня есть одна знакомая – она работает на трех работах, так ей впасть в депрессию просто некогда. Советую сходить еще к психотерапевту, возможно, он поможет вам медикаментозно. А я… если хотите, стану вашим личным психологом, – предложила Ада Валерьевна.

Яна задумчиво поднялась с кушетки, снова затянула в хвост свои длинные волосы, золотые браслеты звякнули на худом запястье.

– Ну что? Убедила я вас заняться в жизни чем-то полезным? Сориентировала совершить подвиги?

Яна как-то странно посмотрела на психолога. Кто знал Яну Цветкову достаточно хорошо, тот понял бы этот взгляд. Вот как раз подвигов в ее жизни хватало с лихвой! В какие только передряги ни попадала она на протяжении жизни, становясь то свидетелем преступления, то его жертвой, а то и обвиняемой. Сколько слез пролил ее муж, сколько нервов потратили все окружающие люди, чтобы вразумить ее, чтобы она свернула с этой дорожки! И вот теперь психологиня говорит о каких-то подвигах… Яна даже содрогнулась.

– Думаю, что последую вашим советам и попробую остаться одна, чтобы собраться с мыслями, как дальше жить и что делать, – медленно проговорила она.

– Вот и правильно! – улыбнулась Ада Валерьевна.

– Есть в Италии замок, доставшийся мне по наследству, вот там я и уединюсь, – добавила Яна.

Улыбка медленно сползла с лица психолога.

– Замок? Я не ослышалась? Вы хотите жить в замке?

– Да, а что? Вы бы предпочли, чтобы я сняла комнату в коммуналке?! – взорвалась Яна. – Завистливая докторишка! А я-то думала, что сеанс психолога мне поможет… Но нет, вам не удастся занизить мою самооценку! У меня в жизни тоже были трудные периоды, и я действовала, а не распускала слюни. И многим людям я принесла радость и помогла, и мужчины меня любят именно за эти качества. Но даже такой энергичный человек, как я, может устать. Все! Баста! Перегорела лампочка! Я могла бы, как многие жены богатых людей, сидеть дома, выходя из него только в магазин за тряпками да в салон красоты, а я открыла клинику, пашу там сама и даю заработать другим людям. И никто теперь не отберет у меня мои кредитные карточки! Кстати, я могу хоть завтра сменить обстановку, стать княгиней и жить припеваючи…

Яна подошла к столу онемевшей психологини и нагнулась над ней, как коршун над добычей.

– Дорогая Ада Валерьевна, а не на таких ли дорогих дамочках вы делаете свою зарплату? И еще при этом, прикрываясь именем правду-матку режущего психолога, хамите пациентам? Личный психолог… Да я сама себе психолог! Кстати, если я буду начинать с нуля и жить в коммуналке, я не смогу носить своему «личному психологу» по сто долларов за прием. Вас такое положение устроит?

Яна резко развернулась и вышла из кабинета, хлопнув дверью. А про себя подумала: «Что это я? Вправду какая-то нервная стала. Набрасываюсь на людей, как голодный волк на добычу».


Психотерапевт принял ее в том же диагностическом центре. Это был мужчина средних лет с пронизывающим взглядом темных глаз и гладко зачесанными черными волосами. На Яну он с первой минуты произвел неблагоприятное впечатление. Во-первых, с его губ не сходила какая-то глупая улыбка, во-вторых, взгляд его был очень неприятен, а в-третьих, в кабинете стоял стойкий запах перегара.

«Психотерапевт, который лечит других от алкоголизма, а сам пьет… это круто», – подумала Яна.

– Я смотрю, настроение у вас, девушка, не очень хорошее, – сказал психотерапевт.

– Нормальное настроение, – буркнула Яна.

– Не улыбаетесь даже.

– А я не улыбаюсь, знаете ли, когда мне не смешно, – сказала Яна, нервно тряхнув хвостом.

– Раздражительность появилась, я прав?

– Глупые вопросы меня раздражают, это точно, – согласилась Яна.

– А какое сегодня число, месяц и год? – улыбаясь, задал вопрос доктор.

Яна удивленно вскинула брови.

– Я что, произвожу впечатление слабоумной? – ответила она вопросом на вопрос.

– Обследовались когда-нибудь у психиатра?

Яна хмыкнула.

– Обследовалась… Да я лежала в психушке! Правда, тогда сложилась безвыходная ситуация – либо меня посадили бы в тюрьму, либо я должна была пробыть энное время в лечебнице, третьего не дано, – задумалась Яна, вспомнив свое боевое прошлое.

Улыбка медленно сошла с лица психотерапевта.

– А в чем была причина? – осторожно поинтересовался он.

– Меня ошибочно обвиняли в преступлении. Но потом я сбежала из психушки, и с моей помощью был пойман настоящий убийца, – заверила его Яна.

Психотерапевт понимающе кивнул и вплотную перешел к жалобам, какие она предъявляла к своему организму. В конце концов назначил антидепрессанты и некоторые другие лекарства.

Яна вышла из медицинского центра в плачевном настроении. Буквально ничто не радовало ее.

На дворе стоял апрель. Снег уже растаял, но на улице было еще прохладно. Яна в лакированной курточке прошла к своей уже не новой, но очень любимой машине красного цвета фирмы «Пежо». Машина словно была продолжением хозяйки: яркая, как будто имела душу. В общем, Яна ни за какие деньги не хотела менять ее на другую машину. «Пежо» приветливо просигналила в ответ на нажатие кнопки сигнализации, Яна села в салон и поехала домой, по дороге заглянув в аптеку и купив для себя лекарства. Жила она в хорошем районе, в большой трехкомнатной квартире с сыном Вовой, домоправительницей Агриппиной Павловной и ее гражданским мужем Борисом Ефимовичем. Ричард, ее бывший муж, до сих пор уговаривал ее переехать в их совместный коттедж, но Яна была неумолима. Если она первая разрушила их брак, то она и должна была покинуть их дом. Она не смогла бы жить в коттедже, зная, что выгнала из дома хозяина.

С траурным выражением лица она вошла в квартиру.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Поделиться ссылкой на выделенное