Светлана Борминская.

Дай погадаю! или Балерина из замка Шарпентьер

(страница 4 из 16)

скачать книгу бесплатно

   И вдруг мне словно надели на глаза очки, хотя я не просила об этом... Очки нацепили сзади, я даже попыталась их смахнуть, но не смогла – моя рука их не цепляла! Я машинально взглянула на нее – и на моих глазах правая рука стремительно покрылась синей глиняной коростой... А еще через миг – я не увидела своей руки! Я недоверчиво хмыкнула, ведь только что проделала столько дел этой самой рукой... Да, да, я хмыкнула, как неверующий Фома, и посмотрела на другую свою руку... которой тоже не было. Без предупреждения моя левая рука заканчивалась у туловища обрывком рукава...
   Я упрямо не поверила глазам и обернулась к зеркалу, с истеричным смехом обнаружив, что меня там практически нет – шевелилось что-то, но это была не я, а какая-то творожная запеканка с изюмом, да-да... И я внезапно начала икать, ошалело озираясь по сторонам и сознавая, что пора отсюда «делать ноги»! Но вот ног-то у меня и не было. Что-то шевелилось в воздухе, когда я с ужасом глянула вниз, и все...
   Я как-то вылетела в дверь, ударившись о косяк, и она тихо затворилась за мной... Набирая ртом воздух, я перетекла на первый этаж по щербатым ступенькам.
   На лестнице, несмотря на раннее утро, стоял непрошибаемый аромат карского шашлыка с помидорами! «Хоть нюх-то у меня остался!» – перманентно утешилась я, выпадая на улицу на своих ватных ходулях.
   На улице было солнечно, ветрено и совсем-совсем не страшно. Шли люди.

   «Районы... кварталы... жилые массивы... Я ухожу... ухожу – красиво!» – прошел мимо с плеером какой-то нестарый старичок с солидной плешью – судя по музыке, фанат Бритни Спирс.
   – Эй, вы меня видите? – непослушными губами осведомилась я. – Скажите, будьте так любезны, старичок!
   Старичок подозрительно мазнул по мне взглядом и пошел дальше, пробурчав:
   – Берегите себя...
   «Что он имел в виду? – задавшись нехитрым вопросом, я осторожно текла своими невидимыми ходулями по асфальту наподобие сухопутного осьминога...
   «Значит, я все-таки есть?» – думала я, глядя на то, как меня обходят прохожие. Я почти успокоилась и прекратила нервно похихикивать.
   «Теперь-то понимаю, что имела в виду мадам Ингрид, когда спрашивала – не боюсь ли я открывать магический салон? – с облегчением думала я, различая себя обычную в витринах, мимо которых шла. – Понимаю, да... Мне бы лучше идти в посудомойки в какой-нибудь ресторан, а не выпендриваться с раскладкой карт перед всякими олухами царя небесного. Тоже мне, колдунья, без рук и ног!»
   И в эту самую секунду я нечаянно перетекла с тротуара на проезжую часть и чуть не угодила под колеса свадебного кортежа, промчавшегося мимо... Не помня как, я выметнулась из-под колес.
   – Таланта притягивать неприятности мне только и не хватало для полного счастья... – бормотала я, пытаясь отдышаться за газетным киоском у дороги.
Я даже купила газету «Жизнь», чтобы просто еще раз убедиться в наличии рук. А что мне еще оставалось делать?
   Сердце мое от страха стучало и ныло, и мне надо было хоть немножко передохнуть и привести себя в порядок. Поэтому, усевшись на какой-то старый ящик с мусором позади киоска, я с умным видом раскрыла газету и принялась читать, но ничего так и не увидела – буквы расплывались перед глазами, и я закрыла глаза, раз от них все равно не было никакого толку. И помедитировала очень по-русски, то есть прочла молитву «Отче наш» тихим шепотом три раза подряд...
   «Лос-анджелесским хирургам удалось спасти виконтессу Тавиани, которая с ожогами и переломами была доставлена в больницу Доброго Самаритянина. В ходе 6-часовой операции хирурги произвели с изуродованным телом Эмилии Тавиани настоящие чудеса... Видимо, ангел-хранитель виконтессы лучше заботился о ней, чем ангел-хранитель Роберта Кеннеди, который скончался в этой же больнице после покушения на него...» – прочла я со второй попытки, сразу же заподозрив, что у людей, пишущих такие репортажи, нет ничего святого за душой, если они проводят такие параллели...
   «Ну, при чем здесь смерть Роберта Кеннеди и жизнь очаровательной виконтессы? Когда было то убийство? Давным-давно... А авария – на днях практически...»
   Так, ворча, я зачем-то сохранила в памяти информацию о том, что «...загипсованная виконтесса улетела долечиваться в свой замок Шарпентьер (castello Charpentier) под Римом...»
   «Слава богу, – думала я, сворачивая к своему дому в стиле барокко, – хоть одна неплохая новость на сегодня». Виконтесса, о которой часто писали в прессе, стала мне чем-то очень близка вместе со всеми приключениями, которые происходили в ее жизни с завидным постоянством. Даже разбившись, она умудрилась попасть в одну из самых известных больниц.

   Первым делом я разыскала валерьянку и накапала себе и кошке по тридцать капель. Напившись по двойной дозе успокоительного, мы легли на кровати в моей комнате и заснули... А когда я проснулась, то обнаружила две весьма приятные вещи: синие сумерки в окне и зевающую Клеопатру у себя в ногах. За стеной о чем-то спорили мои квартирные хозяйки. И это, согласитесь, было в некотором смысле приметой весьма непритязательного домашнего уюта – все живы, здоровы, жизнь идет своим чередом, и слава богу.
   Я посмотрела на свои руки, в сумерках они выглядели как всегда – полные и красивые руки сорокалетней женщины, и я вздохнула с немалым облегчением. По правде говоря, у меня уже и мыслей не осталось, чтобы еще поработать колдуньей.
   – Доколдовалась, – бормотала я, – не дай бог никому такое пережить!
   Рисковать больше не имело смысла, ведь это было какое-то злое волшебство, не иначе. Кому же я перешла дорогу? Нет, бросаю это дело, – окончательно решила я к утру и заснула, бормоча:
   – Мне уж лучше в посудомойки!
   Но утром я проснулась с совершенно другими мыслями и поэтому решила сходить к магине.


   «Женщина-авантюристка останавливается, когда достигает цели», – пришла мне в голову мысль, пока я ехала в такси.
   – Хотя какая из меня авантюристка? Ну если только вынужденная, – задумчиво бубнила я, подходя к зданию Лиги независимых астрологов.
   – Повтори, пожалуйста, какая у тебя была цель, когда ты ввязывалась в это дело? – Мадам Ингрид раздраженно взглянула на меня, когда я вошла к ней в кабинет в сопровождении остроухой секретарши.
   – Заработать! – Я хлопнула себя по лбу. – Чтоб открыть страусиную ферму в Рузском районе или что-нибудь попроще, а что? Извините, здравствуйте.
   – Не смеши, – магиня даже закашлялась. – Ведь если каждый будет ставить перед собой какую-нибудь идиотскую цель и пытаться ее осуществить – мир упадет еще ниже, чем он упал к этому дню.
   – Почему идиотскую-то? – пробубнила я. – Уж и помечтать нельзя, что ли?
   – Что ли! – передразнила магиня. – Мечтай сколь угодно, но ты же пытаешься осуществить!
   – А что, нельзя? – удивилась я.
   Мадам Ингрид вскочила.
   – Ты сбиваешь весь порядок вещей, где обычные люди – это просто обычные люди, – возмущенно пробормотала она. – Я тебе уже говорила, не притворяйся.
   – Это вы про кастовость? Да, если так думать, то не стоит и жить! – До меня вдруг дошло, что именно она пытается мне втолковать.
   – Вот, я же говорила, ты редкостная хулиганка, – вздохнула магиня и махнула на меня рукой. – У меня мало времени, что ты еще хотела спросить?
   – Мне просто понравилось гадать. Скажите, ведь ничего не будет, кроме того, что должно быть? – с надеждой спросила я.
   – В суету ты попала. – На мой вопрос, кто же все-таки залез в мой салон прошлой ночью, магиня пожала плечами. – В Москве много незарегистрированных магов... И колдунов тоже хватает, не иначе кто-то решил поточить об тебя свои когти.
   – Когти?! – побледнела я. – А камень нельзя против них использовать? – Я пошарила в сумке и вытащила из нее кусок того самого гудрона.
   Магиня покачала головой:
   – Не очень-то надейся на него, ты живая, а у камня даже ног нет.

   Через час, с твердым желанием разобраться, я снова входила в дверь служебного входа, откуда вчера убежала в полнейшей уверенности, что больше сюда не вернусь. Похоже, работа самозваного мага затянула меня окончательно, ведь я все реже мечтала о страусиной ферме и принце лет пятидесяти на снежно-голубом «Майбахе». Глядя на ступеньки лестницы, я некоторое время собиралась с духом, чтобы просто подняться по ней. Уверив себя наконец, что все со мной будет хорошо, я вытащила баночку со святой водой из отделения для мобильных телефонов, перекрестилась и сделала пару шагов вперед, и тут мне на плечо опустилась тяжелая рука.
   – Света, – произнес вкрадчивый мужской голос за спиной, – что случилось? Я тебя вчера весь вечер искал.
   Знаете, иногда шутка человека, его улыбка или взгляд скажут больше, чем его автобиография.
   – Спички есть? – обыкновенно спрашивал меня Бениамин Маркович Баблосов, бухгалтер ресторана «Ганнибал», сталкиваясь со мной на служебной лестнице; в свете пожара, который случился у меня, первое время это звучало смешно.
   Но только не сегодня, так я была напугана вчерашними событиями.
   – Ав... ав... ав! – ловила я некоторое время воздух открытым ртом.
   – От избытка уста глаголют? – В мудрых глазах Баблосова я узрела отражение нечеловеческого масштаба его мыслей и, не сходя с места, рассказала про вчерашнее происшествие, на что получила глубокомысленный посыл:
   – Не бойся, говорит эта карта, смело ступай и берись за дело, ибо новое всегда лучше старого, хочешь, провожу? – предложил он. – Сейчас вот, только зонтик возьму, если что, будем отбиваться, ведь зонт пред лицом врага разрушает все иллюзии и помогает увидеть вещи в их истинном свете. Мы прогоним всех бесов, Света! – Прихрамывая, Баблосов быстро зашел в служебную дверь ресторана и стремительно вернулся, потрясая огромным мужским нескладывающимся зонтом.
   Я сразу согласилась.
   Итак, мы с Бениамином Марковичем, беззаботно разговаривая, поднялись на второй этаж, я открыла дверь и благоразумно попятилась. Бениамин Маркович не подкачал, он, отважно хромая, вошел в мой опороченный вчерашними врагами салон и затих на долгую минуту. Я стояла, переминаясь с ноги на ногу, не решаясь даже заглянуть туда.
   – Никого нет. Ключи от магии потеряны, Света! – наконец раздалось из комнаты, и я, подумав, вошла...
   Бениамин Маркович постукивал зонтом об пол и курил. Он курил, а я, неуверенно хихикая, осматривала пустые углы.
   – Не может быть, – разводила руками я...
   – Зачем тебе работать, Света? Почему ты не хочешь составить счастье какому-нибудь миллионеру? – задал свой коронный вопрос Бениамин Маркович, и мы расстались, довольные друг другом, договорившись попить чайку как-нибудь на днях...
   В комнате было тихо. Я побрызгала святой водой все предметы и выпустила на волю пожилую бабочку с обтрепанными крыльями, непонятно как залетевшую ко мне. Ветер за какую-то минуту выдул из салона дух вчерашней жути, и я присела в ожидании клиентов...
   Итак, я снова работала. Однако что за тайфун пронесся вчера по моему салону, разгадать так и не смогла.
   «Жизнь меня не научила ничему?» – неожиданно подумала я и навострила уши, потому что по лестнице кто-то поднимался.
   Дверь отворилась. На пороге стоял и улыбался следователь из Дракина Палладий Дудкин с газетой «Ведомости», именно ему я рассказывала после поджога обо всех своих подозрениях.
   – Зомбируете? – весело осведомился он.
   – Что? – привстала я.
   – Эсхатологично тут у вас, а говорили, горячими беляшами на вокзале торгуете. Еле вас нашел, – покачал головой следователь. – Нравится, значит, вешать лапшу на уши? Буду иметь в виду.
   Я пристыженно молчала, вспомнив, что действительно на вопрос, где я буду теперь работать, твердо сказала, что мечтаю торговать беляшами на Курском вокзале.
   – Моя работа теперь такая, сами видите, не хотелось светиться, честно вам скажу... – сказала я. – Вы присаживайтесь.
   – Я понимаю. – Дудкин вздохнул и осторожно опустился в соломенное кресло.
   Я молчала, словно набрав в рот воды, на меня изредка находит такое – «привет аутисту» называется.
   Дудкин поцокал языком и неожиданно спросил:
   – Так вы хотите узнать, кто поджег вашу квартиру?
   – Еще бы, – кивнула я, но Палладий Дудкин увлеченно безмолвствовал, перебирая мой гадательный инструмент на столе.
   – Кто же постарался-то, Палладий Митрофанович? – устав ждать, поторопила я. – Спички детям не игрушка...
   – А как вы догадались? – И следователь Дудкин назвал фамилию мальчишки, на которого я никогда бы не подумала, потому что скромный очкарик со мной здоровался и называл тетей Светой.
   Оказывается, подожгли мою квартиру по рядовой хулиганской глупости, метнув новогоднюю петарду на мой балкон.
   – У вас там ничего огнеопасного не хранилось? – Дудкин подозрительно прищурился.
   – На моем балконе? Нет, конечно, – отмела я подозрения.
   У меня, по правде говоря, как у каждой запасливой хозяюшки, хранилась на балконе трехлитровая банка с керосином и пакля. Да мало ли что еще...
   – А как же вы узнали имя поджигателя? – изумилась я.
   – Сгорела еще одна квартира, в соседнем доме.
   Тут я снова впала в спасительное аутичное молчание, с горечью вспоминая новое пальто, телевизор и школьные фотографии дочки, сгоревшие в ту ночь. Я взглянула на следователя, он что-то увлеченно говорил, и я с трудом заставила себя сконцентрироваться на разговоре.
   – Скажите, а вы не против помириться с поджигателем... – услышала я.
   – Издеваетесь, что ли? Он же меня на улице оставил. – Я вытерла слезы.
   Следователь красноречиво помолчал.
   – Тут такое дело, – начал он. – У его матери магазин и две парикмахерские, так вот, она пообещала купить вам равноценное жилье в какой-нибудь блочной «хрущобе», если вы простите ее сына... Больше она не потянет, по ее словам. Так что, Светлана Михайловна, будем мириться или судиться? – тихо спросил Дудкин.
   – Пусть покупает, – сразу же согласилась я.
   Дудкин улыбнулся:
   – Вам надо будет приехать в Дракино к мировому судье в течение этой или, скорее всего, следующей недели, я уточню. Как мне вас быстро найти, если не секрет?
   – Я живу неподалеку, у неких сестер Хвалынских. – Я поискала глазами клочок бумаги.
   – Хвалынские? Это не те ли известные балерины? – Палладий Дудкин протянул мне сложенную газету «Ведомости». – Пишите адрес здесь.
   – Вы их тоже знаете? – Я быстро черкнула на газете номер дома и квартиры, в которой жила. – Похоже, я одна не слышала о таких балеринах. Не верится до сих пор в их балетное прошлое, они ведь старушки, причем сильно пьющие. К слову, никаких следов грации у них не осталось!
   Следователь кивнул на газету, которую я все еще держала в руках.
   – Разверните на второй странице и посмотрите внизу.
   Я быстро нашла и прочла коротенькую заметку всего в три строки:
   «В замке Шарпентьер под Римом на 73-м году жизни скоропостижно скончалась его хозяйка виконтесса Эмилия Тавиани (в девичестве Хвалынская). Великая танцовщица современности, женщина без возраста – вечный праздник. Мировая балетная общественность скорбит о ней...»
   Дудкин поднял с пола газету, которую я не удержала в руках.
   – А вы не знали, что они сестры?
   Я покачала головой, вспомнив, что пару дней назад о сестрах Хвалынских меня спрашивал смахивающий на испанского короля Бобер.
   – Поразительно, что бывают такие совпадения, – пробормотала я. – Не могу поверить, может быть, это не они? Ведь моим квартирным хозяйкам примерно по шестьдесят лет, а виконтессе семьдесят два!
   – Трио сестер Хвалынских гастролировало по всему миру в шестидесятых и семидесятых годах, – спрятал газету следователь.
   – Шестидесятые и семидесятые годы были в прошлом веке. – Я покосилась на лопоухого Дудкина, которому на глазок можно было дать лет двадцать пять. – Откуда у вас такие познания, вы ведь юрист, а не балерун!
   – Юрист, без всякого сомнения. – Палладий Дудкин хмыкнул. – А в детстве ходил в балетный кружок: па-де-де и па-де-труа, опять же... На свете столько великих, ну и я знаю парочку! – Следователь обезоруживающе улыбнулся, а я закашлялась.
   – Я о них ничего не слышала, – сказала я, перестав кашлять. – Странно, да? Я все еще не верю.
   – Такова земная слава – они были известными солистками и объехали полмира, а потом исчезли куда-то. – Дудкин встал, явно собираясь уходить.
   – Подождите, расскажите хоть что-нибудь про них! Куда они делись, если были так известны? Ведь о них нет ни передач, ни газетных статей, а они, – я понизила голос до шепота, – спились до безобразия, бутылки собирают...
   – Лучше спросите у них сами. – Палладий Дудкин посмотрел на часы. – Ну, хорошо, я быстро расскажу вам одну историю... Однажды на гастролях в Италии одна из сестер подобрала на улице умирающего кота, привезла его в Россию, и кот некоторое время жил у них.
   – Кота, говорите?
   – Да, обычного серого кота на улице... Кажется, напротив римского Колизея. Там в развалинах живут бездомные кошки, которых подкармливают дамы из общества защиты животных. – Дудкин поглядел на дверь.
   – И что с котом было дальше?
   – Оказалось, что у кота был хозяин, и не какой-нибудь обычный итальянец, а довольно известный в Риме модельер. – Дудкин пожал плечами. – Кстати, в Италии у всех котов есть хозяин или хотя бы опекун...
   – У каждого больного уличного кота есть хозяин-модельер? – уточнила я.
   – М-м... нет, – хмыкнул следователь. – Скорее, просто хозяин, где ж на всех уличных котов модельеров напасешься? Однажды о коте сестры рассказали в одном из своих многочисленных интервью, и это интервью перепечатали все мировые газеты...
   – И модельер об этом узнал?
   – А как вы догадались? – хмыкнул Палладий Дудкин. – Да, узнал и приехал в Москву за своим котом! В Италии просто так котов не бросают.
   – И женился на одной из балерин Хвалынских, – закончила я. – Как в сказке, ей-богу!
   – Да, все было точно так. Модельер был стар, богат и вдобавок к деньгам имел титул виконта, а в коте своем души не чаял. – Тут Дудкин посмотрел на часы и поднялся.
   – Может быть, вам погадать? – любезно предложила я. – Все равно никого нет, а вы мне еще что-нибудь расскажете.
   Дудкин пожал узенькими плечами и отказался, решительно помотав головой.
   – Вот так благодаря коту одна из сестер попала в Италию, а потом вместе с мужем она часто приезжала в Россию, – добавил он.
   – Ну и кот, я вам скажу! – хмыкнула я.
   – Тот еще кот, но он, кажется, вскоре помер, завершив свою миссию на земле. – Дудкин в последний раз оглядел мой гадательный салон. – Так, говорите, спились они?
   – Да, – кивнула я, – пьют просто по-черному, не просыхая...
   – Выходит, это рудименты семьи Хвалынских, увы... До скорого тогда, я вам позвоню, Светлана Михайловна.
   – Увидимся, – кивнула я и неожиданно заметила за его спиной первого за весь день клиента. Тот стоял на пороге и мрачно на меня смотрел. – Проходите. Вам погадать или приворот?
   Клиент смущенно пробормотал:
   – Мне того и другого, пожалуйста...
   – Садитесь, я мигом, – обрадовалась я. – Только следователя приворожу... провожу!
   День начинал мне нравиться, лишь изредка я поглядывала на руки – на месте ли они?
   Руки были на месте.

   Когда ближе к ночи я вернулась домой, на кухне сидели и плакали навзрыд две пьяные женщины.
   – Света, – подняла голову Марианна Юрьевна и кивнула на полупустую бутылку на краю стола и обкусанный бутерброд с селедочным маслом, – а у нас сестричка умерла... Садись, выпей с нами и помяни!
   Я чуть было не проговорилась, что знаю о жизни и смерти Эмилии Юрьевны, но благоразумно промолчала и, выпив стопку водки, отправилась к себе спать, но на душе у меня скребли кошки...
   «Все совсем не так, как видится... Совсем-совсем не так, – думала я. – А они довольно коренастые для балерин и маленькие, ну как они балеринами-то были? По сцене от принцев бегали... Как же неприятно чувствовать себя дурой!» – думала я, вынимая из сумки камень. Его, после вчерашнего происшествия, я носила с собой, считая нужным хранить при себе единственную по-настоящему волшебную вещь...
   Сестры разошлись по комнатам, мне не спалось, и я вернулась на кухню. Включив газовую колонку, я села и, пока вода не нагрелась, провела в раздумьях некоторое время. Из обрывков мыслей в голове остались две: «И виконтессы умирают...», «Может быть, в моем салоне искали деньги, а если не деньги, то что? Но обыск в целях воровства и поджог двери изнутри? А также визуальное исчезновение моих рук? Это вообще ни в какие ворота! Колдовство какое-то...»
   Засыпая после душа, я слушала заливистый храп за стеной и думала о странностях личных отношений, когда из шести миллиардов людей мне нужен всего один человек, которому, возможно, я совсем не нужна. И всю ночь мне снился Павел Мартынович Чернов, ведь недаром говорят, что любовь – это пушечные выстрелы в сердце.

   Павел Мартынович Чернов ехал по ночной Москве.
   «Есть два способа управлять женщинами, но их никто не знает», – думал он, сворачивая на Плющиху. Постояв у знакомого желтого дома, машина рванула с места и уехала.

   На побережье сидела мадам Ингрид и гладила камни, маленькие пятки магини упирались в небольшую их горку.
   – Мне эти два, – наконец сказала она.
   Кроме темно-синего сгустка воздуха, никого и ничего не было позади магини... В тайской деревушке неподалеку запели петухи...


   Утром я проснулась крайне злая, ритмичная музыка с улицы звучала примерно так, словно у меня на голове начинались танцы. Я выглянула в окно, приметив у подъезда старый автомобиль и ногу в джинсах, высовывающуюся из его салона. Нога притопывала, и мне захотелось ее оторвать... Я раскрыла было рот, но потом передумала...
   – Никто не испортит мне этот день прямо с утра, – сказала я себе.
   На ходиках была половина восьмого утра, а моя душа вдруг заболела...
   По сути, вчерашний день был добрым из-за новости, что у меня снова скоро появится жилье, но вот смерть виконтессы, я это чувствовала, она каким-то образом зацепила меня... Однако моя душа болела из-за другого. Мне отчаянно хотелось быть на своем месте в жизни, чересполосица последних лет угнетала меня. Конечно, кто ж спорит, работа гадалки и ведуньи лучше, чем работа в сортире на Курском вокзале, но, как ни крути, я все равно бесцельно прожигаю свою жизнь... Из года в год я живу на туманную перспективу, жду счастья, но никогда не дожидаюсь его. Мне достаются какие-то крохи – вся моя жизнь состоит из крошек радости и крошек горя, и ни разу в ней не было полновесного счастья.
   – Цели, к которой я движусь по жизни, просто нет, – ворчала я, умываясь. – Ведь страусиная ферма в Рузском районе – это глупая шутка и отмазка типа «купи слона».
   Я прислушалась. В квартире было тихо, и мне пришла мысль, что сестры Хвалынские успели до моего пробуждения куда-то уйти.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Поделиться ссылкой на выделенное