Сергей Сухинов.

Дочь Гингемы

(страница 3 из 13)

скачать книгу бесплатно


   Корина решила остаться жить в пещере Гингемы. «Наверное, Дило вместе с Гоной с ног сбились, пытаясь найти меня в лесу, – думала Корина, укладываясь после сытного обеда спать на мягкой медвежьей шкуре. – Так им и надо! Сами виноваты, что я заблудилась. Нечего было надо мной измываться и заставлять такую красавицу да умницу бродить по лугам и лесам на радость противным комарам!»
   Но на следующее утро Гингема ее разбудила ни свет ни заря.
   Девочка сладко зевнула и, повернувшись на другой бок, натянула на голову теплую овчину, которая служила ей одеялом.
   – Ой, мамочка, можно я еще немного посплю? – пробормотала она.
   – Какая я тебе мамочка? – зло ощерилась Гингема. – Ты же звала меня бабушкой! А бабушки бывают очень даже вредными, особенно если их внучки начинают лениться. Ну-ка, Нарк, помоги девочке проснуться!
   Волк завыл и заклацал клыками, да так громко и страшно, что Корина мигом вскочила на ноги.
   – Вот так то лучше, – хохотнула довольно Гингема. – Ишь ты, чародейкой стать она хочет… А спит целыми днями, словно сурок. Во сне разве колдовским заклинаниям научишься? Ну-ка, лентяйка, иди умываться!
   Девочка растерянно огляделась.
   – А где же здесь умывальник?
   – А ты выйди из пещеры и увидишь, что со склона горы течет ручеек. Вот он и будет твоим умывальником, – ухмыльнулась Гингема.
   Корина вздохнула и умылась из ручейка. До чего же вода была в нем холодная! Но Нарк следил на ней такими свирепыми глазами, что девочка не посмела даже пикнуть.
   – Бр-р-р… а где полотенце? – стуча зубами, спросила она.
   – Видишь, среди валунов растут лопухи? Вот они и будут твоим полотенцем – выбирай любое! – молвила Гингема. – А захочешь почистить зубы, то можешь взять на палец немного пепла из остывшего костра.
   – А чем расчесывать мои чудесные волосы, пятерней что ли? – съязвила Корина.
   – Ну почему же, я дам тебя свой костяной гребень, – усмехнулась Гингема. – Для такой красавицы ничего не жалко! А вот зеркала у меня нет, уж не обессудь. Ничего, в луже вода чистая, в нее и смотрись, когда будешь расчесываться.
   Корине ничего не оставалось делать, как последовать советам колдуньи. Приведя себя в порядок, она с упреком посмотрела на Гингему.
   – Вот уж не думала, что колдуньи так живут, – фыркнула она.
   – На что вам тогда чародейская сила, мамочка, если вы даже зубной порошок сотворить не можете?
   Гингеме очень понравилось, что Корина назвала ее не бабушкой, а мамочкой, и потому она не стала сердиться.
   – Очень надо тратить чародейскую силу на такие пустяки! – молвила она. – У меня есть дела поважнее.
   – Какие такие дела? – заинтересовалась Корина.
   – Потом узнаешь, – махнула рукой Гингема. – Ну, девочка, пошли завтракать.
Вчера я собрала в лесу такие сладкие коренья, пальчики оближешь!.. А потом так и быть, я с тобой позанимаюсь. Но немного, потому что у меня дел невпроворот. Думаешь, легко править целой страной? За этими Жевунами нужен глаз да глаз!
   Корина вслед за Гингемой и Нарком вернулась в пещеру. И только сейчас, при утреннем свете, смогла как следует рассмотреть ее. То, что увидела девочка, заставило ее позеленеть от страха.
   Посреди пещеры на очаге, сложенном из камней, стоял большой чугунный котел с желто-зеленым варевом. От него пахло так дурно, что у девочки даже закружилась голова. Со стен пещеры свисали гроздья сушеных мышей, лягушек и змей. На полках стояли глиняные горшки, доверху наполненные сухими пауками. А над головой девочки висело чучело здоровенного зеленого крокодила с длинной зубастой пастью.
   – Ой! – выдохнула Корина и от испуга села на земляной пол.
   Нарк рыкнул.
   – А ведь она трусиха, эта девчонка! Из такой колдуньи не получится.
   – Получится, получится! – торопливо закричала Корина и вскочила вновь на ноги. – Подумаешь, сухие мыши, какая невидаль! Я у себя в Даруме и живых-то ни чуточки не боялась. А змей и вовсе за хвост таскала, словно котят… Ой-ой-ой!
   Корина завизжала, увидев неподалеку большую пятнистую змею, обвивавшую деревянный столб.
   Гингема подошла к змее и ласково погладила ее по большой плоской голове. Та от удовольствия даже высунула из пасти длинный раздвоенный язык.
   – Это Лашка, удав, а вернее, удавиха, – тепло молвила старуха. – Лашку подарила мне одноглазая уродина Бастинда, правительница Фиолетовой страны. Мы с Бастиндой сестры, и обе – колдуньи, но не больно-то любим друг друга. Небось, Бастинда надеялась, что Лашка меня удавит, и тогда Голубая страна достанется ей! Но мы с Лашкой подружились. Я скармливаю ей самых лучших лягушек да мышей, которых приносят к пещере раз в неделю Жевуны.
   – Выходит, Лашка добрая? – робко спросила Корина.
   – Добрая? – расхохоталась колдунья. – А ты дай Лашке обнять себя за плечи, тогда увидишь, какая она добрая! Только косточки твои затрещат! Но вообще-то она смирная, на своих не бросается. А вот Жевуны при виде ее трясутся, словно листья на ветру. Иди, доченька, погладь мою удавиху!
   Корина зажмурила глаза и вытянула дрожащую руку. Лашка сама потерлась о нее головой и зашипела от удовольствия.
   – Похоже, вы скоро подружитесь, – довольно улыбнулась Гингема. – Ну, девонька, а теперь хватит отдыхать. Ты ведь хочешь учиться волшебству, верно?
   – Еще как хочу! – закричала Корина, забыв о своих страхах.
   – Ну, тогда принимайся за работу. Мне надо сейчас улетать по делу в другой конец Голубой страны. К вечеру я вернусь. А ты бери метлу да подмети пол в пещере как следует. А потом перебери связки с сухими мышами, выброси тех, что испортились. Когда закончишь, набери у ручья в ведерко песка, возьми тряпки и почисти снаружи котел – уж больно он закоптился вчера, когда я варила колдовское зелье.
   Корина даже глаза выпучила от возмущения.
   – Что-о-о? Разве так учатся волшебству?
   – Именно так, – кивнула Гингема. – Придется тебе потрудиться как следует, доченька. И не только сегодня, но и завтра, и послезавтра. Запомни: колдовское ремесло – самое трудное на свете! Лентяям здесь делать нечего. Подумай еще раз, Корина – может, я все-таки отвезу тебя в Дарум?
   Корина задумалась, а затем мотнула головой.
   – Не-а, не хочу! Ладно, уберу твою противную пещеру и переберу твоих гадких мышей. Чего только не сделаешь, чтобы стать настоящей чародейкой!
   – Молодец, дочка! – одобрительно молвила Гингема. Она села в ступу, взяла в руку колдовскую метлу и взмыла в небо. Вскоре она скрылась за вершинами деревьев.
   Корина завистливо проводила ее взглядом. Вот бы ей так пролететь над Дарумом на ступе! Все девчонки просто умерли бы на месте от зависти. А мальчишки, наоборот, стали бы восхищаться ею еще больше. И особенно рыжий, веснушчатый Тим. Он и так прежде не сводил с нее, Корины, восхищенных глаз. А когда она станет колдуньей, то, наверное, влюбится в нее на всю жизнь!
   Корина даже улыбнулась, представив вытаращенные, восхищенные глаза Тима. Но когда Нарк поднес ей в зубах метлу, то улыбка сбежала с лица девочки.
   – Это что, колдовская метла? – подозрительно спросила она.
   Волк положил метлу на пол и мотнул головой.
   – Нет, самая что ни на есть обыкновенная. За дело, Корина!


   К вечеру Гингема вернулась, усталая но довольная. В руках она держала большой сверток. Выбравшись из ступы, колдунья пошла к пещере, что-то весело напевая себе под крючковатый нос.
   Подойдя к горе, она даже охнула от изумления и выронила сверток из рук.
   В пещере стояла пыль столбом. Это Нарк, держа в зубах древко метлы, неумело мел пол. А удавиха Лашка, высоко подняв голову, внимательно осматривала свисающие со стен гроздья сушеных мышей. Если она видела мышь, покрытую плесенью, то откусывала ее и выплевывала, да так ловко, что та попадала прямо в большой глиняный горшок. А вокруг чугунного котла с обреченным видом прохаживались три больших барсука и чистили копоть тряпками.
   При виде колдуньи они испуганно пискнули и опрометью помчались в лес.
   – Это еще что? – возмутилась колдунья, потрясая костлявыми кулаками. – Где эта мерзкая лентяйка? Неужели, убежала? Вот я ее сейчас догоню, и задам по первое число!
   Тотчас из-за валуна выглянула Корина. Она держала в руках венок из одуванчиков.
   – Никуда я не убегала, мамочка! – рассмеялась девочка. – Мне здесь очень нравится, зачем же убегать? Видишь, какой венок я сплела? Хочешь, подарю?
   Гингема онемела от возмущения. А Корина спокойно подошла к ней, забралась на ступу и надела венок на седую голову колдуньи.
   – Вот так будет лучше, – молвила она. – Мамочка, ты сразу стала куда красивее! Хочешь, я каждый день буду сплетать для тебя веночки?
   Колдунья зло ощерилась.
   – Ты мне зубы-то не заговаривай, – уже более мирным тоном промолвила она. – Признавайся, почему не выполнила мой приказ?
   – Почему же не выполнила? – округлила от удивления Корина. – Да ты только посмотри, мамочка, как в пещере стало чисто! И мыши перебраны, и змеи, и даже сушеные лягушки. Те, что испортились, лежат во-он в том глиняном горшке. Только вынести я его из пещеры не смогла, больно уж он тяжелый. Вот если бы ты научила меня такому волшебному заклинанию, чтобы я стала сильной-пресильной, тогда бы я и с этой работой справилась!
   Колдунья погрозила ей пальцем.
   – Ну и хитра ты, девонька! Надо же, до чего додумалась – Нарка заставила пол мести! И даже Лашку к делу приспособила. И как она тебя не проглотила?
   Корина улыбнулась так, что на ее розовых щечках вновь появились чудесные ямочки.
   – Да что ты, мамочка? Лашка такая ласковая! Обожает, когда ее глядят по голове. А Нарк просто млеет, когда ему чешут за правым ухом.
   – Хм-м-м… а я и не знала, – призналась колдунья. – А как же ты заставила барсуков чистить котел?
   – Так они же любопытные, просто сил нет! – рассмеялась Корина. – Как только я уселась на полянке и стала плести венок, так они сразу из-за деревьев выбрались, чтобы на меня поглазеть. Ну, а я подмигнула Нарку, и он живо пригнал барсуков в пещеру. А когда они увидели там Лашку с разинутой пастью, то с перепугу не только котел, а что хочешь стали бы чистить!
   Гингема озадаченно почесала затылок.
   – А ты хитра, дочка, и это хорошо. Нам, колдуньям, без хитрости никак нельзя! Только вот лень твою я никак не одобряю. Иди-ка, приготовь мне поесть. Уж больно я устала да проголодалась.
   – Сейчас, мамочка! – с готовностью воскликнула Корина. – Только я сначала сбегаю в лес за малиной да за черникой. Знаешь, как полезно есть эти ягоды перед ужином? Нарк, пошли!
   Волк взглянул на колдунью виноватым взглядом, а затем подошел к девочке и присел перед ней на задние лапы. Корина мигом вскочила ему на спину.
   – Пока, мамочка, приятного тебе аппетита! – крикнула она.
   Волк торопливо побежал к лесу.
   – Эй, да ты лукошко забыла взять! – крикнула им вслед Гингема.
   – Ничего, я в листике тебе чего-нибудь принесу! – расхохоталась Корина, держась за густой мех волка так, чтобы не упасть.
   Гингема только руками развела, глядя ей вслед.
   – Просто глазам своим не верю… – пробормотала она. – И когда это девчонка сумела так быстро приручить Нарка? Эй, Лашка, а ты чего ей в рот глядела? Ты же удавиха, а не ящерица болотная, тебя все бояться должны!
   Лашка тихо уползла в самый темный угол пещеры. Ей было стыдно за то, что маленькая Корина заставила ее работать вместо себя.
   Пришлось Гингеме самой готовить ужин.
   «А эта Корина не так проста, какой кажется, – думала колдунья, помешивая половником остатки вчерашнего супа из уток. – Девчонка, конечно, лентяйка, каких свет не видывал. Но до чего же обаятельная! Такая далеко пойдет. Глядишь, и до самого Изумрудного города доберется, и станет там королевой. А что – когда Корина подрастет, она и самого великого Гудвина вокруг пальца обвести сможет!»

   Так проходили день за днем, месяц за месяцем. Каждое утро Гингема отправлялась на своей ступе в путешествие по Голубой стране, и оставляла хозяйничать в пещере юную Корину. Та клялась, что будет работать до самого вечера не разгибая спины, но лишь только колдунья исчезала среди облаков, как сразу же принималась за разные игры и шалости. Она перезнакомилась со всей окрестной живностью, и сумела подружиться даже с осторожными лисами, живущими в овраге возле лесного озера. Все животные очень боялись Нарка, а еще больше удавиху Лашку – таких огромных змей в Голубой стране никогда не водилось. Но увидев, что Корина запросто командует ими, осмелели и стали приходить к пещере по первому зову девочки.
   А уж она находила для всех работу, только успевай поворачиваться! Барсуки чистили посуду в ручье, хомяки собирали с пшеничных полей зерно и сами мололи его в каменной ступке, птицы стирали белье и высушивали его на ветру, летая с простынями в клювах над вершинами деревьев. Маленький олененок приносил целые кусты голубики и малины со спелыми ягодами. И даже злющие лесные пчелы наполняли янтарным медом глиняный кувшинчик, который ставила для них Корина на валуне возле входа в пещеру.
   Все ладилось у маленькой Жевуньи, причем ей самой для этого и пальцем о палец не нужно было ударять. Гингема даже не знала, сердиться ей на свою приемную дочку или наоборот хвалить ее. А Корина каждый вечер после ужина, когда колдунья становилась чуть добрее, садилась к ней на колени, обнимала за шею и просила:
   – Мамочка, когда же ты станешь учить меня волшебству? Я уж-ж-жасно этого хочу!
   Гингема только ворчала в ответ:
   – Ничего у тебя не получится!
   – Это еще почему? Ведь ты колдуешь с помощью своей колдовской книги, а читать мама Гона меня научила. Я бы и сама давно прочла твою книгу, да не могу найти ее. И куда ты ее прячешь, а?
   – Ишь, чего захотела! – фыркала Гингема. – Дай тебе только на минутку мою чародейскую книгу, ты таких дел натворишь – за год не расхлебать!.. Сначала тебе надо многому-многому научиться. Но учиться придется самой, понятно? Тут уж на лесных зверей свои заботы не перевалишь, не выйдет!
   Корина обиженно надувала губки.
   – Фу, какая ты все-таки гадкая! Я вовсе и не желаю, чтобы за меня учились кроты да сороки. Сама справлюсь! Знаешь, какая я умная? Вот ты – великая колдунья, а все равно не умеешь сделать так, чтобы тебе прямо в постель зайцы приносили чернику да землянику. А я умею!
   Гингема задумчиво молчала. И на самом деле, ее приемная дочка умела каким-то чудесным образом властвовать над всеми животными, птицами и даже насекомыми. А уж из Нарка и вовсе научилась просто веревки вить. А ведь девчонка вовсе не мед! Она бывала и капризной, и взбалмошной, и упрямой, и раздражительной и даже жестокой. Случалось она выкидывала с Нарком всякие злые штучки: то привязывала к его хвосту пук пылающей соломы, то вдруг окатывала ведром холодной воды. Но иногда она обнимала могучего волка за шею, и начинала что-то горячо шептать ему в ухо. Нарк, который не слыхивал ни от кого и ласкового слова, буквально таял в такие минуты. За эту редкую ласку волк был готов терпеть от своей юной хозяйки буквально все.
   Еще больше полюбила девочку Лашка. Огромная змея буквально млела, когда Корина начинала чесать ее чешуйчатую шею.
   Целые дни напролет Корина проводила в веселых играх и забавах. Бобры построили для нее маленькую лодку, и девочка нередко каталась на ней по лесному озеру. Она лежала на дне лодки, застланном соломой и, заложив руки за голову, любовалась облаками. Бобры тем временем дружно толкали лодку, а птицы бросали в нее цветы, сорванные на лесных полянах.
   «Когда-нибудь, я все-таки заставлю эту противную Гингему научить меня волшебным заклинаниям, – размышляла Корина, лениво покусывая соломинку. – Уж тогда я и дня лишнего не останусь в этой дурацкой пещере – нет уж, дудки! Я вернусь в Дарум, и покажу всем девчонкам и мальчишкам, какой великой чародейкой я стала! Тим просто остолбенеет, когда я осыплю его бриллиантами да изумрудами. Ну, а родителям я построю новый дом, самый красивый на свете!»
   Вспоминая о старых Дило и Гоне, девочка грустно вздыхала. Как там они живут, без нее? Может, стоит послушаться Гингему и навестить родителей хотя бы разок?
   Но потом Корина вспоминала, как ругали ее отец с матерью за лень, как пытались приучить ее к сбору трав да грибов, и в глазах девочки появлялся злой огонь. Нет уж, обойдутся! Сами виноваты, что так издевались над своей единственной дочкой. Теперь у нее новая мама – Гингема, и больше никого ей не надо!
   Корине очень понравилось властвовать над лесными зверями. Когда-то она точно так же командовала и над дарумскими мальчишками. Вот бы когда-нибудь ей стать настоящей королевой! Но не здесь, конечно, не в Голубой стране. Ее столица Когида была лишь большой деревней, и только. В ней и королевского дворца-то никогда не было!
   То ли дело Изумрудный город! Гингема не раз рассказывала ей про эту чудесную столицу Зеленой страны, расположенную в самом центре огромного края Торна. К Изумрудному городу вела дорога из желтого кирпича, но путь туда был очень долгим и опасным. А самое главное, там жил Великий и Ужасный Гудвин, самый могущественный чародей на свете. Его опасалась и уважала даже Гингема.
   Опасалась – и все же мечтала его победить! Наверное, ради этого Гингема часто улетала в путешествие по Голубой стране. Кажется, она что-то давно и упорно искала, но что – Корина не знала, а колдунья объяснять не хотела.
   Зато Гингема немало рассказала своей приемной дочке о крае Торна. Оказалось, что Голубая страна занимает всю ее западную часть, и от Зеленой страны ее отделяет Большая река. На юге находится Розовая страна, которой правила добрая волшебница Стелла. Ее подданных звали Болтунами. Рядом с Розовой страной находились высокие горы, в которых жили суровые воинственные Марраны, прозванные Прыгунами. На востоке, среди густых лесов, лежала Фиолетовая страна, в который жили мастеровитые Мигуны. Этой страной правила колдунья Бастинда, сестра Гингемы. И наконец, на севере расстилалась обширная Желтая страна, которой правила добрая старая волшебница Виллина. Ее Гингема почему-то ненавидела больше всех других чародеек.
   Корине нравилось слушать эти рассказы. И она решила, что как только вырастет и станет колдуньей, то обязательно постарается стать королевой какой-нибудь из этих стран. Но только не Голубой, здесь ей давно надоело. А вот почему бы не прогнать волшебницу Стеллу из Розового дворца? Конечно, Стелла – могущественная чародейка, но ведь она ДОБРАЯ. А что может Добро сделать со Злом? Ничего! Так было и в Даруме – самые злые мальчишки всегда верховодили над другими парнями, потому что те не решали дать им отпор.
   От подобных мечтаний у Корины даже кружилась голова. Но потом она вспоминала, что проходит день за днем, а она еще не научилась даже самому малюсенькому колдовству, и у нее сразу портилось настроение. «Ну ладно, мамочка, я тебе устрою», – однажды решила она.
   Однажды вечером ничего не подозревавшая Гингема как всегда вернулась из долгого странствия по Голубой стране. На этот раз в руках у нее ничего не было, и потому колдунья была явно не в духе.
   Едва она опустилась на поляну рядом с пещерой, как вдруг земля расступилась, и ступа рухнула в какую-то яму. Гингема полетела вниз и пребольно ударилась спиной о землю.
   Едва она с проклятиями поднялась на ноги, как сверху на нее полился поток холодной воды.
   – Ой-ой-ой! – закричала Гингема. – Это еще что за глупые шутки? Корина, прекрати немедленно!
   Вода перестала хлестать, и Гингема увидела, как над краем ямы появилась голова Корины. Девочка ехидно улыбалась.
   – Прекращу, мамуля, если обещаешь завтра же начать учить меня колдовству!
   – Еще чего захотела!
   Корина развела руками.
   – Мамочка, подумай как следует. Мои зверушки целый день наполняли котел водой из ручья. Если я прикажу, то они наклонят котел чуть посильнее, и вода зальет тебя по самую голову. А ведь ты не можешь колдовать, когда стоишь в воде, верно?
   Гингема даже рот приоткрыла от изумления.
   – С чего ты так решила?
   – Однажды ты проговорилась, мамуля, что Бастинда больше всего на свете боится воды, и потому и шагу не делает без зонтика. Вот я и подумала: раз вы – сестры, то и ты тоже должна недолюбливать воду!
   – Ах ты мерзавка, – пробормотала Гингема, у которой от сырости стали стучать зубы. – Немедленно прекрати свои дурацкие шалости!
   Но Корина только покачала головой.
   – Ну уж нет! Ты сама учила меня, мамочка, что Зло сильнее Добра. Я три года была добрая-добрая, и все делала, чтобы тебе угодить. И что толку? А вот теперь я поймала тебя в хитрую ловушку. Может, ты перестанешь упрямиться, и пообещаешь учить меня колдовству? А если не захочешь, тебе же хуже будет!
   Гингема сурово нахмурилась.
   – И ты готова погубить свою дорогую мамочку, чтобы добиться своей цели и стать колдуньей?
   Корина заколебалась. Ей было жалко Гингему. Но отступать девочка не собиралась.
   – Да! – в отчаянии выкрикнула она. – Да, да, да!
   Неожиданно, Гингема разразилась довольным смехом.
   – Вот этого-то я и ждала от тебя целых три года, доченька! Мало быть ленивой да упрямой, чтобы обучаться колдовским заклинаниям. Я давно ждала, пока Зло поселится в твоей душе. Наконец, ты разозлилась на меня по-настоящему, и это очень хорошо! Ведь и я когда-то силой заставила свою мамочку учить меня тайнам Темной магии. А теперь настал твой час!
   Гингема щелкнула пальцами, что-то прошептала – и тотчас какая-то невидимая сила подняла ее из ямы. Корина с криком отшатнулась, споткнулась о камень и сильно ударилась спиной о землю. Но она даже не почувствовала этого, настолько была удивлена. До сих Гингема при ней не проявляла по-настоящему свою чародейскую силу, так что девочка порой забывала, что живет вместе с великой колдуньей. Но сейчас Гингема показала себя во всем своем могуществе!
   Барсуки, суслики, зайцы и другие зверушки, которые помогали Нарку и Лашке опрокидывать котел с водой, сразу же разбежались кто куда. Гангема вновь щелкнула пальцами – и из днища котла появились длинные толстые ножки. Котел поклонился своей хозяйке, вылил из себя остатки воды, а затем вернулся в пещеру на прежнее место.
   Нарк и Лашка страшно испугались. Волк упал на брюхо, пополз к колдунье и взмолился:
   – Прости нас, великая Гингема! Эта девчонка просто закружила нам головы!
   Гингема взяла половник, и тот немедленно превратился в золотой посох. Подняв его, колдунья крикнула:
   – Сверкайте, молнии! Греми, гром! Сегодня у меня счастливый день! Сегодня моя приемная дочка не просто шалила, а совершила Зло, напав на свою мать! Значит, настала пора ей становиться колдуньей, ха-ха-ха!
   И тотчас над горой посреди чистого неба стали сгущаться темные облака, а чуть позже в воздухе зазмеились белые молнии.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

Поделиться ссылкой на выделенное