Кристофер Сташеф.

Напарник чародея

(страница 4 из 24)

скачать книгу бесплатно

   За 0,8 секунды компьютер понял, что Регги отворачивает недостаточно круто и что столкновения, по крайней мере частичного, не избежать. Поэтому он взял на себя управление, но только для того, чтобы увеличить скорость в том направлении, которое уже принял Регги.
   В последнее мгновение машины разошлись, не столкнувшись.
   Почти...
   «Почти» – ударил медный гонг, и это был удар, заполнивший гулом окружающее пространство. «Почти» – это сумма кинетических энергий двух материальных тел, соприкоснувшихся на почти параллельных курсах. «Почти» – это человек, прижатый в противоперегрузочной сети к задней стенке кабины, и еще два человека, барахтающихся в такой сети, как мухи в паутине. «Почти» – это скрип одной пластиковой поверхности о другую, грохот столкновения и отскока, болезненный, выворачивающий душу наизнанку вой турбины, пытающейся увеличить мощность антигравитационного поля, чтобы ослабить столкновение. «Почти» – это ошеломленный водитель, который осматривается по сторонам и с трудом произносит: «Что... что случилось?»
   Вторая машина пронеслась выше и на наносекунду избежала столкновения с каменным зданием. Ее спасла реакция собственного компьютера. Машина села рядом, помятая, но без серьезных повреждений. Пассажир выскочил из нее, подбежал к машине Регги, распахнул дверцу и закричал:
   – Парень, что с тобой? Ты в порядке?
   Регги помигал, непонимающе посмотрел на него и вдруг догадался, что его в чем-то обвиняют. Поэтому он нахмурился, призвал последние силы и выпалил:
   – Кто тебя учил вести машину?
   И потерял сознание.
 //-- * * * --// 
   – А ты? – спросила Корделия. Она широко распахнула глаза, осознавая трагичность рассказа. – Ты тоже потерял сознание?
   – Нет, – ответил Фесс. – Я ведь робот и не могу потерять сознание без серьезного разрушения своей начинки.
   – Но ты же был поврежден в этом столкновении, – вмешался Грегори.
   – Да, – согласился Фесс. – До столкновения все мои связи были в отличном состоянии, но после него... меня извлекли из машины, проверили и нашли, что мои конденсаторные панели значительно ослаблены.
   – Поэтому с тобой и случаются припадки? – спросил Джефри, глядя на железного коня широко раскрытыми глазами.
   – Да, – подтвердил Фесс. – Перед столкновением мне пришлось в ограниченное время принимать решение с учетом множества противоречивых факторов. И поэтому, сталкиваясь с подобными ситуациями, мои конденсаторные панели разряжаются. И поэтому техники встроили мне дополнительную цепь, которая в таких случаях отключает меня, чтобы я окончательно не вышел из строя.
   Магнус заметил:
   – Если бы они этого не сделали, у тебе сгорели бы все остальные цепи?
   – Да, – в который раз согласился Фесс. – К счастью, такую возможность предусмотрели, так что в дальнейшем никакого вреда не было.
   – А что произошло с машиной? – спросил Грегори.
   – Она не подлежала ремонту, – ответил Фесс. – Я слишком долго ждал хозяина Регги и ничего не предпринимал.
   – У тебя не было выбора, – с отвращением сказал Магнус.
   – Напротив, мои создатели решили, что у меня был слишком широкий выбор, но я не решился им воспользоваться в контексте ситуации.
Мне следовало игнорировать приказ хозяина и взять управление на себя. В последующих роботов серии ФСС встроили специальную цепь, позволяющую подобные вольности.
   – Но тебе-то это не очень помогло, – подвел итог Джефри.
   – Какие все-таки роботехники хладнокровные! – Корделия вздрогнула. – Я удивляюсь, почему они не разбили и не похоронили тебя. Такие бессердечные люди.
   – Они могли бы так поступить, – отозвался Фесс, – тем более, что пришли к выводу: стоимость ремонта слишком велика и не окупит затрат. Они не могли просто заменить конденсаторную панель, нужно было заменить все молекулярные цепи с микроманипуляторами. При этом существовала очень большая вероятность серьезно повредить мой центральный процессор. Разумеется, операция стоила бы гораздо больше, чем сумма, которую мог получить владелец от моей продажи.
   – Что же он сделал? – спросил Джефри, нахмурившись. – Ведь это его вина.
   – Я тоже был виноват, Джефри.
   – В чем? – спросил мальчик, – Ты ведь сам сказал, что у позднейших роботов была специальная цепь, которой у тебя не было. Ты не мог помешать хозяину.
   – Ты говоришь нелогично, Фесс, – добавил Грегори. – Но вижу, что ты поступаешь в соответствии с программой, о которой рассказывал нам.
   Джефри сердито посмотрел на брата.
   – А ты откуда знаешь?
   Но Магнус знаком велел ему замолчать, и обратился к Фессу:
   – Что же сделал с тобой твой хозяин?
   – Он не захотел больше меня видеть, – вздохнул Фесс.
   – Ага, – догадалась Корделия, – потому что ты был свидетелем его позора.
   – «Был свидетелем» – это точно сказано, – нехотя признался Фесс. – Мои записи полета были прочитаны в открытом суде, который признал хозяина виновным в управлении машиной в пьяном виде и приговорил к лишению прав на шесть месяцев.
   – Регги все-таки лишили прав? – порадовался Джефри. – Это значит, что он не мог больше управлять машиной без разрешения?
   – Да, без этого документа управлять летательными аппаратами не позволено, – согласился Фесс. – Слишком велика вероятность, что водитель причинит вред другим.
   – Ты все слышал сам, – презрительно бросил Магнус, – а выводы делать не умеешь.
   Джефри покраснел, но прежде чем он что-то сказал, Корделия спросила:
   – Значит, он больше не мог водить машину?
   – Нет, – подтвердил Фесс, – целых полгода ему приходилось нанимать других. И поэтому он продал меня – и меня самого, и все мои цепи – тому, кто предложил больше всех.
   – И кто же оказался счастливым покупателем?
   – Почему счастливым?
   – Потому что приобрел такого замечательного робота! – выпалил Джефри.
   – Этой счастливицей, – вздохнул Фесс, – оказалась компания, которая специализировалась на разборке старых машин и поставке запасных частей по низким ценам.
   – Ты, должно быть, стал для них большой ценностью, – предположила Корделия.
   – Спасибо за то, что пытаешься уберечь мои чувства, девочка, но, пожалуйста, не забывай, что у меня их нет.
   Девочка с сомнением посмотрела на него, но промолчала.
   – Я был обычной грудой металлолома, – откровенно сказал Фесс, – и со мной соответственно обращались. Конечно, нечего этого стыдиться, тем более что с тех пор прошло добрых полтысячи лет! И все же Корделия права: я был большой ценностью для этой компании, самым ценным собранием лома.
   – Но разве тебя не расстроила продажа на запчасти? – выпалил Джефри.
   Корделия укоризненно посмотрела на бесцеремонного братца, но Фесс ответил:
   – Не могу сказать, что я был расстроен, тем более, что тем самым освободился от Регги. Противоречивые приказы шалопая и вертопраха весьма угнетали меня.
   – Но тебя опозорили, обесценили!
   – В этом утверждении есть определенная доля истины, – согласился Фесс. – И все же, рассматривая этот эпизод с высоты прошедших пятисот лет, я считаю, что цена освобождения от Регги оказалась не слишком высокой.


   Магнус проявил мужество: он ни о чем не просил. Но Гвен видела его усталое лицо и пожалела сына. Джефри, напротив, был еще слишком мал, чтобы контролировать свои чувства:
   – Мама, я хочу есть.
   – Конечно, хочешь, – понимающе проговорила Гвен; на фоне сдержанности Магнуса нетерпение мальчика выглядело капризом. – Но потерпи, скоро будет гостиница.
   Действительно, та уже показалась из-за поворота дороги. Аккуратное двухэтажное строение. Высокие стрельчатые окна и красная черепичная крыша. Над дверью висел моток зеленой шерсти, который раскачивался на ветру.
   – Зеленый, – заметила Гвен.
   – У них есть свежий эль, – Род улыбнулся. – Обед под это дело пойдет гораздо веселей, чем я надеялся.
   Но Корделия во все глаза уставилась на животное, привязанное у входа.
   – О! Бедная овечка!
   – У тебя что, прогрессирующая близорукость, сестричка? – ядовито поинтересовался Джефри. – Разве не заметно, что сие не овечка, а самый натуральный осел!
   – Мои глаза видят не хуже твоих, – возразила Корделия. – Но это настоящая овечка среди ослов! Разве тебе его не жаль?
   – Ради Бога, Джефри, помолчи! – Гвен перехватила готовую сорваться с языка колкость. Мальчик закрыл рот и сердито посмотрел на мать. – Ты права, девочка, – сказала Гвен. – С животным обращались очень жестоко.
   Действительно, тусклая, грязная, в пятнах парши шерсть на боках ничуть не скрывала ходуном ходившие ребра. Осел вытягивал шею, стараясь дотянуться до пучка травы.
   – Какой у него жестокий хозяин, – возмутился Магнус. – Сам небось набивает брюхо в таверне, а животному даже клочка сена не оставил!
   – К тому же осел очень истощен, сразу видно, что ему много приходилось работать, – заметил Фесс.
   Это замечание можно было считать слишком мягким: бедный маленький ослик был впряжен в телегу, явно перегруженную гигантскими бочками.
   – Такое отношение к бедному тягловому животному непростительно! – заявил Фесс.
   Грегори удивленно посмотрел на него:
   – На тебя это не похоже, Фесс.
   – Что именно?
   – Осуждать поступки человека.
   – Наш приятель чрезвычайно чувствителен по отношению к тягловым животным, сын, – объяснил Род без капли иронии в голосе.
   – Но как хозяин этого ослика может быть таким черствым? Он очень жестоко обращается со своим помощником, – удивилась Гвен.
   – Конечно, – согласился Джефри, – настоящий негодяй, толстый, ленивый, медлительный мужик. Зверь, а не человек.
   Но вышедший из гостиницы человек не был ни толстым, ни медлительным. Среднего роста, слегка склонен к полноте. Одет в чистые рейтузы и камзол, и пока не вышел из гостиницы, шапку держал в руке. При этом с приятной улыбкой на лице беседовал с хозяином.
   – Да он кажется добрым! – пораженно воскликнула Корделия.
   Но как только человек подошел к привязи, улыбка покинула его лицо. Он отвязал повод, разразился затейливым проклятьем, пока оттаскивал осла от жалкого пучка травы, потом сел в телегу и расправил длинный хлыст, вытащенный из-под бочек.
   – Он не должен! – воскликнула Корделия, но возчик уже усердно потчевал осла хлыстом, который не только с треском обвивался вокруг спины животного, но и разрезал его бока до крови.
   – Негодяй! – закричала Корделия, метла вырвалась из ее рук и устремилась к телеге.
   Но Род уже заметил то, чего не видела дочь, и положил руку ей на плечо:
   – Убери метлу, дорогая, иначе это помешает восстановлению справедливости.
   – Не может быть, – по инерции возразила Корделия, но метла повисла в воздухе.
   – Может. Посмотри туда, на край луга.
   Корделия посмотрела и ахнула.
   – Род, – сказал Фесс, – там какой-то... зззвверь... – он задрожал.
   – Держись, Ржавый Ингибитор. Не хватало только твоего приступа. Я уверен, что существует какое-то разумное объяснение. Но ты прав, осел под теми деревьями просто двойник нашего друга, запряженного в телегу.
   – Он вроде бы чуть больше размером, – заметил Грегори, – как будто только что наелся свежей травой и зерном.
   Магнус нахмурился:
   – Но как они могут быть так похожи? Неужели кто-то создал новое животное из ведьмина мха?
   – Зачем? – спросил Джефри.
   – Не думаю, чтобы это был мох, – медленно проговорил Род. – Мне очень интересно. Не кажется ли вам этот двойник осла несколько... странным?
   – Теперь, когда ты сказал об этом, – задумчиво произнес Фесс, – я вижу, что поведение осла слишком жалкое.
   – Так я и думал, – кивнул Род. – Он переигрывает.
   – Кто, папа?
   – Подожди и увидишь, – негромко сказала Гвен, но начала улыбаться.
   Осел напрягся, стронул тяжелую телегу с места, вытащил со двора гостиницы на дорогу – и потащил в сторону от колеи. Возчик выругался и сильно дернул за вожжи, но осел как будто не заметил этого. Возчик свирепо хлестнул его бичом, так что рубец заполнился кровью, но осел только пошел быстрее, держа направление в сторону поля. Человек вышел из себя. Он колотил осла рукоятью хлыста, бранился, как сумасшедший, и так сильно натягивал вожжи, что одна из них не выдержала и порвалась.
   – Что это за осел? – удивился Джефри. – Никогда не видел, чтобы бедняги выдерживали такой рывок вожжей.
   – Может, он их закусил, – предположил Магнус.
   – Или пасть у него твердая, как из камня, – Род не переставал улыбаться.
   Осел высвободился из порванных вожжей и принялся бегать по кругу. Возчик ревел в гневе, колотил и колотил хлыстом, но осел только бежал быстрее, все кругом и кругом, и возчик вскоре ощутил воздействие центробежной силы и почувствовал первый укол страха. Он выронил хлыст, попытался соскочить с телеги – и уселся назад.
   – Он прилип к скамье, – восторженно закричал Джефри.
   – Муж мой, – сказала Гвен, – тут не просто создание из ведьмина мха.
   – О, я согласен с тобой – мы оба поняли это.
   Хлыст подпрыгнул из травы, развернулся со щелчком и обрушился на голову возчика. Тот посмотрел в ужасе и испустил низкий вопль. Хлыст, как змея, обернулся вокруг него, разрывая камзол.
   Род сердито повернулся к Корделии:
   – Я велел тебе подождать!
   – Я и жду, папа! Это не я!
   Род окинул дочь испытующим взглядом, потом повернулся, чтобы увидеть продолжение.
   Осел скакал теперь галопом, гораздо быстрее, чем когда-либо видел Род, телега раскачивалась, колеса подпрыгнули, опустились, снова подпрыгнули. Возчик вцепился изо всех сил в дощатые борта, он вопил от страха, хлыст с треском обвивался вокруг него, а телега под ним ходила ходуном.
   – Она опрокидывается, – отметил Род. – Вот...
   С грохотом телега опрокинулась набок, бочки покатились по земле. Две самые большие разбились, и красное вино залило луг. Возчик приземлился на спину в десяти ярдах от лужи. Небольшой бочонок придавил ему живот.
   – Бедняга! – воскликнула Корделия. – Папа, не нужно ли ему помочь?
   – Зачем, сестра? – спросил Магнус. – Разве его осел не страдал раньше так же, как он сейчас?
   – Ты сама назвала его негодяем, – напомнил Джефри.
   – Ну, тогда ему не нужна была помощь, а сейчас нужна. Ох!
   – Спокойней, дочь, – Гвен положила руку дочери на плечо. – Пусть почувствует на собственной шкуре облагораживающее действие хлыста. Чтобы никогда больше не обращался так с животными, пока жив.
   – Но он выживет?
   – Конечно, – заверил ее Фесс, изгибая шею, чтобы лучше видеть. – Я могу увеличивать зрительное изображение, Корделия, и повторить происшедшее в замедленном виде. Насколько я могу судить, вероятность получения серьезных ран очень мала.
   – Хвала небу за это!
   – Не думаю, чтобы небо имело отношение к этому маленькому фарсу, – проворчал Род.
   Возчик тем временем успел перевернуться и начал вставать, но осел принял боевую стойку, поднял хвост, уперся задними ногами, а передними попал в зад хозяину, который только-только сумел оторваться от земли. Возчик снова растянулся лицом в грязи.
   – Прекрасный прицел и исполнение, – похвалил Джефри, пытаясь скрыть улыбку. – Можно посмеяться над положением этого недотепы, папа?
   – Думаю, можно, – удовлетворенно кивнул Род. – Ведь сейчас он испытывает то, что испытывало его бедное животное четверть часа назад. И, конечно, я подозреваю, что никакая реальная опасность человеку не угрожает. Один-два ушиба, только и всего.
   – Почему ты так уверен? – спросила Корделия.
   К этому времени возчик наконец-то сумел встать и в страхе бежал назад к гостинице. При этом он кричал:
   – Колдовство! Черная магия! Какой-то колдун заговорил моего осла!
   – Мама, – сказала Корделия, – разве для нас хорошо, что он принародно позорит колдунов?
   – Не тревожься, дочь моя. Я уверена: всякий, кто услышит его рассказ, поймет, что дело не в колдунах.
   Корделия нахмурилась.
   – Но кто...
   Осел презрительно фыркнул в сторону своего прежнего хозяина, двумя точными ударами копыта разломал оглоблю и с видом победителя направился к лесу.
   – Папа, останови его! – воскликнула Корделия. – Я должна узнать, кто это сделал, или умру от любопытства!
   – Не сомневаюсь, – с улыбкой сказал Род, – и признаю, что и сам бы хотел подтвердить свои подозрения.
   Он негромко, но пронзительно свистнул.
   Осел повернул голову в сторону Рода. Чародей улыбнулся и встал так, чтобы его лучше было видно. Осел изменил направление и направился к ним.
   – Нам лучше уйти с дороги, – добавил Род. – В любую минуту могут выйти из гостиницы.
   – И то правда, – согласилась Гвен и первой двинулась в сторону небольшой рощи.
   Осел пошел за ними, но постепенно обогнал. Остановившись, он махнул головой.
   – Ну, хорошо, ты поступил благородно, – Род улыбнулся. – Но скажи мне, ты действительно считаешь, что возчик все это заслужил.
   – Все это и гораздо больше, – проржал осел. У детей отвисли челюсти, а Фесс задрожал.
   – Спокойней, о Петля Логики, – Род положил руку на рычажок, отключающий робота. – Ты должен знать, что этот осел – совсем не то, чем кажется на первый взгляд.
   – Я... попытаюсь привыкнуть к этой мысли, – ответил Фесс.
   Гвен с трудом сдерживала улыбку.
   – Значит, ты считаешь себя хорошим парнем?
   – Конечно, – осел улыбнулся. Все вокруг этой улыбки заколебалось, превратилось в аморфную массу, заструилось – и перед ними оказался Пак. Собственной персоной. – Хотя парнем меня трудно назвать, скорее я – Робин Весельчак.
   Трое младших детей едва не упали в обморок от такой неожиданности, и даже у Магнуса глаза стали как монеты. Но Род и Гвен только улыбались.
   – Это было сделано в порыве? – спросил Род. – Или ты предварительно все продумал?
   – В порыве? – воскликнул эльф недоуменно. – Да будет тебе известно, что я семь месяцев слежу за этим негодяем, и если есть человек, заслуживающий подобного наказания, так это он! Подлец и трус, человека побить боится! Даже лошади боится! Говорит с тобой кротко, как голубь, а в душе жаждет разорвать собеседника на части. Жалкая и завистливая душонка! Я наконец устал от того, как он обращается с этим бедным животным, и дал ему попробовать его собственного зелья!
   – Не похоже на тебя, Пак, поступать так жестоко, – проворковала Корделия.
   Эльф хищно осклабился:
   – Ты знаешь только одно мое лицо, дитя, если так говоришь. В моем поступке нет подлинной жестокости, потому что я просто выставил этого человека дураком, да и то не перед его товарищами. Если он умен, то усвоит урок с первого раза и больше никого не будет мучить безнаказанно.
   Корделия как будто успокоилась, хотя и не совсем.
   – Но ведь он очень испугался и ранен...
   – Разве хуже того, как он обращался с животным?
   – Ну... нет...
   – Не могу сказать, что ты в этом случае поступил плохо, Робин, – по-прежнему улыбаясь, сказала Гвен.
   – Только в этом случае? Я часто озорничаю, но редко приношу настоящий вред!
   Род отметил про себя это «редко» и решил, что пора сменить тему.
   Очевидно, Пак тоже.
   – Но хватит об этом негодяе: он не стоит наших слов! Как вы оказались поблизости и смогли наблюдать за тем, как восстановлена была справедливость?
   – Мы направляемся в отпуск, – величественно проговорил Род.
   – Чего-чего? – с сомнением произнес Пак. – И небо у нас под ногами, а земля над головой! Тем не менее, отпуск – это достойная цель. И куда же вы путь держите?
   – В наш новый замок, Пак, – доверительно сообщила Корделия. Глаза ее снова загорелись. – Разве это не здорово?
   – Не могу решить, – ответил эльф, – пока ты мне не расскажешь, что это за замок.
   – Он называется замок Фокскорт* [3 - дословно, Лисий Двор], – сообщил Род.
   Пак вздрогнул.
   – Я вижу, ты про это место кое-что знаешь, – медленно сказал Род.
   – Нет, не знаю, – увильнул эльф. – Только слышал какие-то слухи.
   – И слухи эти не очень приятные?
   – Можно сказать и так, – согласился Пак.
   – Так расскажи нам, – потребовала Гвен, нахмурившись. Пак вздохнул.
   – Я мало что слышал. Больше догадки. Но судя по всему, у этого замка дурная репутация.
   – Ты считаешь, что в нем проживают призраки? – спросил Джефри с горящими глазами.
   – Я этого не говорил, но раз уж ты спрашиваешь – да, что-то такое я слышал. Но есть призраки и призраки. Я бы не испугался призрака, который при жизни был хорошим человеком.
   Магнус склонил голову набок.
   – Судя по твоим словам, призраки в Фокскорте не были хорошими людьми, когда жили.
   – Вроде бы, – мрачно согласился эльф. – Но только не призраки, а один призрак. Хозяина замка. Правда, как я уже говорил, на самом деле ничего конкретного не знаю. Я не встречался с ним при его жизни, и у меня не было дел в его владениях. Но его имя пользуется дурной славой.
   – Но ты слышал о нем, когда он жил, – Магнус продолжал хмуриться. – Значит, он не такой уж древний призрак.
   – Нет, ему всего несколько сотен лет отроду.
   – Ты знал человека, который... – голос Грегори дрогнул, взгляд утратил сосредоточенность. – Но ведь ты один из древнейших среди Древних.
   Мальчик выглядел несколько ошеломленным.
   Пак тактично пропустил мимо ушей комплимент о собственном возрасте.
   – Я пойду с вами, добрые люди.
   – Мы всегда рады твоему обществу, – с улыбкой сказала Гвен. – Но если боишься за нас, я благодарю тебя. Занимайся своими делами. Не волнуйся. Ни один призрак не может смутить нашу дружную семью, каким бы злым он ни был при жизни.
   – Не будь так уверена, Гвендайлон, – предостерег ее Пак. Он по-прежнему выглядел встревоженным. – Однако должен признаться, что у меня есть поручение Его Величества, – все понимали, что под «Его Величеством» подразумевается не король Туан, но лишь один Род Гэллоуглас знал, что эльф имеет в виду деда его детей. – Но если я вам понадоблюсь, свистните, и я сразу появлюсь.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Поделиться ссылкой на выделенное