Кристофер Сташеф.

Напарник чародея

(страница 16 из 24)

скачать книгу бесплатно

   – Да, но все равно оставался бы бедным родственником, как бы искусно это ни маскировалось. – Род скорчил гримасу. – К тому же Максима... стала столь скучна!
   – Правда? – Магнус оживился. – А чем она была скучна?
   Род краем глаза глянул на Фесса. Магнус уловил его взгляд и повернулся к роботу.
   – Расскажи, Фесс.
   – Мы уже говорили об этом, – строго сказал Фесс. – Я не выдам тайн твоего отца.
   Род мысленно сделал быструю переоценку. Им с Фессом очень успешно удалось отвлечь детей от мрачной обстановки. Он сравнил достоинства дальнейшего отвлечения своих отпрысков с перспективой того, что их мысли вернутся к замку и к тому, что его населяет, и принял решение.
   – Ладно, расскажи им! – он расслабленно откинулся на спину. – В конце концов, в моем прошлом нет ничего постыдного. Немного смущает, конечно, но не стыдно.
   – Как хочешь, Род, – Фесс вздохнул, и Род устроился поудобнее. Однако по мере того, как продолжался рассказ, уши его все больше краснели.


   – Послушай, Фесс, называй меня просто Род, когда мы наедине.
   – Не могу, сэр хозяин босс, – к этому времени Фесс выглядел значительно лучше: он прошел через две замены тела и капитальный ремонт. Корпус робота сверкал металлическим блеском, и руки и ноги у него стали гораздо толще. Они уже не напоминали суставчатые трубы, как те, с которыми он явился на Максиму. Им пришлось стать такими: они превратились в хранилище многочисленных инструментов, приспособлений и запасных частей. Торс его тоже увеличился, в нем находился теперь более крупный компьютерный мозг, а голова соответственно уменьшилась и приобрела вполне человеческую форму и черты. Теперь это был настоящий металлический андроид, хотя и с несколько бочкообразной грудью. – Я не могу изменять систему обращений, – объяснил он терпеливо, – если только не прикажет хозяин.
   – А папа этого не сделает, потому что слишком уважает своих предков, – Род покачал головой и продолжил разбирать вещи во вращающемся шкафу. – Еще одна причина, почему мне не терпится убраться с этого захолустного планетоида.
   – Не могу понять причины твоей одержимости отъездом, молодой хозяин.
   – Да, конечно, если бы удалось отправиться в колледж на Землю, как мой кузен Руперт, может, я не был бы таким дерганым. Но если безвылазно сидишь здесь, на Максиме, и колледж приходит к тебе на дом через коммуникационный экран, а единственное место, где ты уже побывал, – Церера, у тебя непременно разовьется тайное желание посмотреть и другие места, самому взглянуть на то, что ты изучаешь.
   – Такое желание соответствует моим знаниям о молодых особях мужского пола, представляющих ваш вид, Род. Но если ты хочешь оставить дом, почему бы не спросить разрешения отца?
   – О, послушай, Фесс.
Если бы он мог отправить меня в колледж на Земле, он бы это сделал!
   – Я имел в виду не финансовую поддержку, а моральную.
   – Он этого не одобрит, Фесс. Он решит, что я спятил – отправляюсь неизвестно куда на бродячем торговце. И еще он будет очень беспокоиться.
   – Мне кажется, ты недооцениваешь своего отца, босс хозяин сахиб.
   – Ты шутишь? Во-первых, ему самому даже не приходило в голову покинуть Максиму, когда он был молод, и совсем другое дело – знать, что тебе запрещают это!
   – Ты не можешь знать, какие мысли одолевали твоего отца в молодости, хозяин босс раджа.
   – Фесс, ты ведь помнишь: дедушка каждые несколько недель говорил мне, что как только вырасту, я должен улететь с Максимы?
   – Ты должен принять во внимание, что твой дед больше не обладал здравым рассудком, молодой эфенди.
   – Да, и теперь я знаю, что свело его с ума! Каждый раз, говоря мне, что я должен улететь, он напоминал, что такой же совет давал папе.
   – У твоего отца было слишком большое чувство ответственности, чтобы поступить так эгоистично, молодой хозяин батюшка.
   – А по-моему, это чувство не больно-то мешало ему спокойно жить дома как до, так и после того, как дед спятил. Он ведь весь остаток жизни провел тут, на задворках имения, заботился о дедушке и о нас и безнадежно ждал: может, что-то случится с дядей Деспаром и с кузеном Рупертом. Но с ними ничего не случалось.
   – Да не случится с ними ничего дурного! Но пример самопожертвования отца должен служить тебе прекрасным образцом, молодой хозяин баас!
   – О, абсолютно прекрасный. И я собираюсь сделать все, чтобы со мной такого не повторилось! Торговец с Марса уже пришел, и капитан говорит, что им не помешают лишние руки. В полночь они уходят с орбиты, направляясь к Тритону. И я отправляюсь с ними! Позаботься, чтобы мой багаж доставили в космопорт к одиннадцати часам, Фесс.
   – Как прикажешь, очень молодой хозяин, – Фесс вздохнул. – Но тем временем остается вопрос о сегодняшнем бале. Если тебя там не будет, возникнут вопросы.
   – Да я сам знаю! Куда, ты думаешь, я собираюсь? К тому же если я пойду на бал, никто не будет меня ждать дома раньше полуночи... Ага, вот она, – из угла шкафа Род извлек кружевную рубашку. Набросил поверх трикотажной майки. – Ух ты! Мне нравятся выходные костюмы, но в этом году с ними очень уж переусердствовали.
   – Ты выглядишь элегантно, молодой хозяин босс.
   – Для элегантности требуются большие чемоданы, Фесс, а я беру с собой немного багажа. Как бы мне хотелось не ходить на этот бал!
   Робот издал поток белого шума, который у него является эквивалентом вздоха.
   – Ты можешь победить скуку, напомнив себе, что, вероятно, это твой последний бал, Род. Но у некоторых молодых леди удивительные сердца...
   – А также унылый вид и лица, как вареная картошка. Нет, я не справедлив, вычеркни «вареная».
   – Но ведь их фигуры вызывают твой интерес.
   – Да кто сейчас разгладит у них фигуру под тем, что они столько на себя навешивают? Наверное, это даже к лучшему, – Род содрогнулся. – Не говоря уже об их интеллекте. Я хочу сказать, что инбридинг сказывается на девицах уже очень заметно.
   Робот не стал упоминать, что сам Род может стать примером последствий инбридинга. Это не совсем справедливо и к тому же было бы просто холостым выстрелом.
   – Должен посоветовать тебе соблюдать вежливость, молодой хозяин сахиб. Нет причины вымещать свое раздражение на молодых леди.
   – Да, ты прав, – Род вздохнул. – Не их вина, что они так непривлекательны или что я неудачник, который не может остепениться, растить семью, ходить на работу, бродяга, который ищет приключения! Возбуждение! Независимость! – глаза его заблестели. – Вот жизнь для меня – подальше от своих сородичей! Не быть ни с кем связанным! Абсолютный индивидуализм! Надежда только на самого себя! – он снова вздохнул со счастливой улыбкой, потом покачал головой и повернулся, позволяя роботу вставить запонки в рукава. – Собери мои вещи, Фесс.
   Не успел Род появиться на балу, как на него навалилась дикая скука, как он, впрочем, и ожидал. Не в том дело, что ему не нравились накрахмаленный воротник и раздвоенные фалды фрака; напротив, костюм делал его чуть выше и добавлял упругости походке. Он чувствовал себя персонажем из пьесы девятнадцатого столетия в этом белом галстуке и с фалдами.
   И не атмосфера, царившая на бале, его отталкивала. Род всегда имел склонность к фантастическому, как будто ему не исполнился двадцать один год и он не перерос игры «Представим себе...» Он очень удачно играл в любительском театральном обществе Максимы и состоял в оперной ассоциации Максимы. Нет, если говорить об исполнении роли великосветского денди, то тут он был в своей тарелке.
   И репертуар его вполне удовлетворял несмотря на то, что танцы были подобраны слишком спокойные: Роду нравились вальс и даже менуэт: они очень соответствовали роли. Нет, все дело было в обществе. Просто в зале не оказалось ни одного человека, с кем ему интересно было бы поговорить, и определенно ни одной привлекательной молодой женщины.
   – О, как мне нравится ваш костюм! – прочирикала леди Матильда Болвил.
   – Я счастлив, – пробормотал Род, Лучше бы ей понравился обладатель сего костюма, ибо все мужчины в зале были одеты в аналогичные фраки и смокинги. – А ваше платье просто очаровательно, – он галантно не стал объяснять, кого оно может очаровать.
   – Спасибо, – она застенчиво полуотвернулась, опустив ресницы и напомнив Роду телевизионный клип с коровой, который показал ему учитель, когда Роду было десять лет.
   Но она явно загоняла его в угол, пытаясь заставить пригласить на танец, и ему ничего не оставалось, как сделать это. Вздохнув про себя, он набрался мужества и предложил:
   – Потанцуем?
   Она расцвела в улыбке.
   – С радостью!
   И они погрузились в вихрь кринолинов и фраков.
   Но когда танец кончился, Матильда продолжала крепко держать Рода за руку с явным намерением монополизировать его на весь вечер.
   – Пообедаем вместе, Родни!
   – Ну, гм, я сейчас на диете...
   – Ах, вот вы где, Родни! – к ним подплыла, как галеон на всех парусах, леди Малхерн, хозяйка бала. – Как бы нехорошо поступаете: остаетесь только с Матильдой, а ведь вы должны перетанцевать со всеми девушками! Вы ведь знакомы с леди Дженин?
   Вопрос чисто риторический: на Максиме все знают друг друга. На астероиде проживало около трехсот тысяч человек, но ровесников Рода из них насчитывалось всего несколько тысяч.
   – Добрый день, миледи, – Род поклонился, довольный тем, что хоть на какое-то время избавился от Матильды.
   – Рада нашей встрече, сэр, – Дженин склонилась в реверансе, демонстрируя золотистый цвет кожи плеч – результат смешения всех земных рас. Такой же, как у большинства жителей Максимы. У самого Рода кожа была значительно светлее нормы, несмотря на хороший загар. Однако и в других отношениях у него явно проявлялись атавистические черты.
   – Сейчас объявят новый танец, – заметил он. – Вы уже слышали гавот?
   – О, как он мне нравится! Попрыгаем?
   Эти слова прозвучали бы свежо, если бы Род не слышал их совсем недавно в той исторической телевизионной пьесе, которая вернула к жизни гавот. Он повернулся, чтобы извиниться перед Матильдой, но леди Малхерн уже сделала это за него:
   – Не нужно быть эгоистичной, Тильди... Нет, Родни, будьте хорошим мальчиком, идите... У нас так мало подходящих холостяков, что девушки должны делиться добычей...
   Матильда надула губы, а Род повел Дженин на гавот.
   – Только подумать: все это пришло к нам из нашумевшей пьесы, – говорила Дженин, попрыгивая и раскачиваясь. – Вам понравился Хамлиш Хофернунг в роли Людовика XV?
   – Он оправдал свое прозвище Попрыгунчик Хам, это уж точно, – про себя Род вздохнул. Теперь предстояло минут десять обсуждать последние похождения звезд трехмерного телевидения. Само собой сериалы – не единственное, что интересовало Дженин: просто это было единственное, о чем она хоть что-то знала. Но у нее, по крайней мере, не отнять умения рассуждать, вернее, повторять рассуждения, которые она услышала от актеров и искусствоведов.
   Обед прошел еще более скучно. Род очень рано научился механически улыбаться в ответ на реплики: он с братом тренировался в этом перед зеркалом и потому считался хорошим собеседником. Он превосходно овладел умением вести мозговую деятельность на двух уровнях: лобные доли занимались чем-то интересным, в то время как центры речи и слуха действовали автоматически, слух воспринимал нужные слова, а речь воспроизводила соответствующие реплики: «Правда?», «Не может быть!», «Подумать только!»
   Возможны были также «Гм» и «Да» или «Нет» и даже «Я не согласен». Но последнее требовало некоторого объяснения и могло привести к настоящему участию в разговоре.
   На обеде он оказался соседом леди Элоизы – на редкость некрасивой девушки, хотя мозги у нее имелись, и она была способна даже прокомментировать дневные новости. Но по какому-то странному совпадению с другой стороны его соседкой оказалась леди Морвена, а напротив сидела леди Летиция. В результате пришлось одновременно участвовать в трех разговорах: ни одна из девушек не дожидалась, пока кончит говорить соперница. Все они мололи чепуху одновременно. Ему пришлось на самом деле слушать, что они говорят, а это уже было совсем неинтересно. К тому же он был не в форме. Род не знал, почему они не разговаривают с другими своими соседями: может, потому, что эти джентльмены вдвое старше девушек. Но перспективы у них в качестве потенциальных женихов были гораздо лучше, чем у Рода: ведь иметь деньги лучше, чем не иметь.
   Это невольно приводило к заключению, что Род не относится к тем молодым людям, за которых хотели бы выйти замуж эти девушки (вернее, за кого собирались их выдать мамы), но зато с ним хочется танцевать и флиртовать.
   Но почему так?
   Дело совсем не во внешности.
   Может, в разговорах. В отчаянной попытке отвлечь внимание он повернулся к маркизу Мсимангу, спутнику Летиции.
   – Я слышал, вы создали нового робота, милорд.
   – Ну, конечно, – Хьюго крайне удивился: кто-то первым заговорил с ним. – В нем еще много недостатков, но, кажется, он будет работать.
   Род немного помолчал, чтобы дать девушкам возможность принять участие в разговоре, но все они выглядели так, словно только что надкусили лимонную дольку, случайно попавшую в рот из собственного чая.
   – А что это за робот?
   – Специализированное устройство для ведения домашнего хозяйства. Делает все необходимое: готовит, чистит, стирает пыль, подбирает разбросанное...
   Род нахмурился.
   – Да, но это все обычные способности. А что он может нового?
   – О, он может готовить тосты. Для любителей свежеподжаренного хлеба. У него в груди имеются две вертикальных прорези, и он готовит тосты прямо у вашей кровати.
   – Поразительное новшество, – пробормотал Род, представив себе, как он лежит в постели и в лицо ему выстреливают два тоста. – Действительно, разбудит утром лучше всякого будильника.
   Леди Морвена картинно повернулась к нему и напустила на свое невыразительное личико гримаску удивления.
   – Вы слышали! Леди Мишель везде рассказывает о новой карточной игре с Земли! – она ослепительно улыбнулась Роду. – Знаете, в нее играют без калькулятора в руке.
   Род всегда удивлялся, зачем нужны калькуляторы в игре в бридж или канасту. Впрочем, сам он никогда не относился к картам настолько серьезно, чтобы следить за новинками приложения теории игр.
   – Правда? И как же в нее играют?
   – О, цель игры – сравнять карты по достоинству, – заговорила леди Летиция, к явному удивлению и неудовольствию Морвены – ведь это была ее тема!
   Но Морвена тут же вернула себе инициативу:
   – Да, нужно просто спросить игрока слева: «У вас есть восьмерки?» или что-нибудь аналогичное, и если у него есть, он должен отдать вам.
   – Очень сложно, – отозвался Род. – А если таковых нет?
   – Тогда говорят: «Отправляйся на рыбалку!» И вы опрашиваете остальных игроков.
   – Это очень забавно, – добавила леди Элоиза, довольная тем, что может принять участие в разговоре. – Можно совсем не думать о картах и все внимание уделить игре.
   – Как пьеса, в которой совсем простые действующие лица?
   – О, вы видели последнюю роль Нотти Алент? – бросилась в бой Летиция. – Разве она не великолепна в образе леди Карстейрз?
   – И в каком же ветхом доме она оказывается гувернанткой! – воскликнула Морвена. – Какое падение для бедняжки: прирожденная леди, а со смертью отца лишается всех денег.
   В уголке ее глаза блеснула слеза. Все остальные леди замолчали, наверное, размышляя об ужасной перспективе самим зарабатывать себе на жизнь.
   Род откашлялся, уверенный в том, что подобная участь собравшимся на балу не грозит.
   – Ваше платье поразительно, Летиция. Не думаю, чтобы мне приходилось видеть подобный фасон.
   – Благодарю! – Летиция вспыхнула от удовольствия, а Морвена проворковала:
   – Она первой попала к мэтру Вальдесу!
   – Правда, Тиция, мне кажется, вы проявили излишнюю разворотливость, – подбросила шпильку Элоиза. – Не успел бедняга сойти с трапа, как вы на него набросились!
   – Тот, кто выжидает, проигрывает, – процитировала Летиция.
   Она выглядела чрезвычайно довольной.
   – Мое платье будет готово к балу в четверг, так что не думайте, Тиш, что ваше преимущество надолго, – язвительно сообщила Морвена.
   Летиция слегка улыбнулась:
   – Подлинный экземпляр от настоящего земного кутюрье хорош к месту. На этом балу высокая мода проявилась исключительно в моем наряде.
   Что ж, вот и объяснение. Род слышал разговоры о новом мастере и очень удивился тому, что земной дизайнер действительно может заявиться на Максиму. Он попросил Фесса собрать сведения об этом человеке. Тот просмотрел последние новости за полгода и сообщил, что мэтр Вальдес больше известен под своим земным прозвищем «мсье Испанец». Он начал свое дело недавно, лишь два года назад, проработав чуть ли не десять лет подмастерьем в доме мод Лакенуа. Всеми правдами и неправдами получив субсидию, он запустил свою первую модель, вызвавшую довольно прохладную оценку критиков. В результате у него появился только один заказ от некоего уличного торговца фруктами, который хотел подарить жене что-нибудь экстравагантное; ее костюм вызвал ажиотаж на весеннем биеннале на Пальма де Мальорке и весьма неблагожелательные отзывы прессы были обеспечены. Не каждая дама осмелится заявиться на открытие выставки в одном лифчике и колготках, правда, декорированных липучками от мух и прочих назойливых насекомых.
   – Я слышал, у него новая теория искусства создания одежды.
   – Да, это что-то весьма оригинальное, – сэр Гилман, сидевший по другую сторону от Морвены, нахмурился. – Что-то о том чувстве, которое возникает, когда смотришь в банку с дождевыми червями.
   Леди как по команде побледнели, а Род торопливо сказал:
   – Ну, это всего лишь неудачный пример. Мэтр утверждает, что искусство должно непременно вызывать эмоциональную реакцию, а природа реакции не имеет значения.
   – Я испытываю очень сильную эмоциональную реакцию, глядя на ваше платье, Летиция, – промурлыкала Морвена.
   Летиция гневно вспыхнула, но Род примирительно проговорил:
   – Да, она называется «Зависть любимой подруги».
   На самом деле он сочувствовал Морвене. Платье лишь слегка следовало теории мсье Испанца: единственная эмоция, которую оно вызывало, – неподдельное изумление.
   Впрочем, флюоресцентные краски и рисунки из пятен, пробегающие поперек полос, улучшали внешность Летиции, отвлекая внимание от ее невзрачного личика.
   Род решил, что в конце концов мсье Испанец сможет пользоваться здесь большим успехом, если сдержит свои авангардистские порывы и будет создавать платья, которые не слишком шокируют местную публику. Очевидно, на Земле ему действительно не повезло: ни одна женщина не захотела носить платье, увешанное рыболовными крючками. Осенняя коллекция провалилась. Остальные дизайнеры сложились и оплатили его отлет с Земли, пока он не развалил всю индустрию моды. Каким-то чудом незадачливый кутюрье сумел расплатиться с долгами и совсем без денег прилетел на Максиму.
   Но без средств он оставался не долго. Женщинам Максимы в сущности было все равно, в каком платье щеголять перед товарками, лишь бы сделано оно было подлинным земным дизайнером. И мсье Испанец настолько ожил, что снова заговорил о своем непростом взгляде на искусство драпировки женского тела в пошлую материю.
   Для себя же Род решил: что бы ни случилось с ним на борту торговца, весь следующий сезон его на Максиме не будет.
   Часы прозвонили одиннадцать часов, и Род вздрогнул, сообразив, что Фесс уже должен находиться в космопорту с его вещами. Он стиснул зубы, заставил себя улыбаться через силу и продолжал танцевать. Короткий вальс тянулся, казалось, целый час. Но вот наконец он кончился. Род поклонился партнерше:
   – Прошу простить, миледи, но у меня срочное дело.
   – Наверняка не такое уж срочное, – капризно надула губки его партнерша.
   – Вы разве не слышите, что музыка прекратилась? Простите, но мне действительно нужно ненадолго выйти.
   Он повернулся и торопливо пошел.
   И почти добрался до двери, когда его руку крепко поймала ладошка в перчатке. Она нажала на его локоть посильнее, и Род вытаращил глаза. Случайно или нет, но чьи-то пальцы нашли болезненную точку. Род повернулся, заставив себя криво улыбнуться.
   – Какой прекрасный бал, леди Малхерн.
   – Да, но он еще только начался, – леди Малхерн повернулась в сторону зала, продолжая цепко удерживать Рода. – Вы не должны уходить. Ваша дорогая матушка решит, что мой прием не удался, если вы вернетесь домой до трех.
   – Я и не думал уходить. Хотел отыскать спокойное местечко и наскоро перекусить. Знаете, ничто так не способствует аппетиту, как вальс.
   – Отлично. Пойдемте в мою флоридскую комнату. Там, по-моему, я видела блюдо с бутербродами. Или, если хотите, можно присоединиться к джентльменам, играющим в карты. В полночь им подадут аперитив и соленые орешки.
   Роду почему-то не хотелось играть в карты и наскоро глотать аперитив под соленые орешки, которые полагается принимать под пиво.
   – Я говорю правду, миледи. Мне нужно вернуться до полуночи.
   – Вздор! Ваши родители устыдятся своего сына, если вы не останетесь хотя бы до часа!
   – Но у меня головная боль! Болит ужасно! Это боль в лобных пазухах. Мигрень...
   – Вздор! – леди Малхерн обратилась к ближайшему роботу. – Болеутолящее для молодого джентльмена, Фейди!
   Робот нажал кнопку у себя на поясе, на его ладони оказались две пилюли. Робот протянул лекарство, потом раскрыл себе грудную клетку и нажал кнопку. Какая-то пенящаяся жидкость быстро заполнила стакан.
   Род проглотил пилюли и взял воду. И чуть не выплюнул: это была не вода, а какое-то горькое снадобье.
   – Леди Малхерн, пожалуйста...
   – Легкая встряска и будете как новенький, – в подтверждение своим словам леди Малхерн ухватила Рода за лацканы и достаточно весомо встряхнула молодого человека несколько раз. – Теперь пару робберов в бридж в компании полуночников, и все будет в порядке.
   – Но мне нужно домой. На кактусовую плантацию.
   – Зачем?
   – Я забыл полить кантонские кактусы перед уходом...
   – Неважно. Можно позвонить и приказать роботу. Фейди!
   Робот протянул руку. Его большой палец представлял собой наушник, указательный – микрофон.
   Род отмахнулся от телефона. Вспомнив Фесса, он почувствовал приступ паники.
   – Леди Малхерн, приношу свои глубочайшие извинения, но мне действительно пора идти! Еще немного, и я опоздаю!
   – Опоздаете? – удивилась леди. – На что?
   – На примерку моего хрустального башмачка! – воскликнул Род, вырвал руку и устремился к двери.
   Добежал до выхода и с облегчением забрался в машину. Сбежал позорно, но все равно – сбежал!


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Поделиться ссылкой на выделенное