Сергей Зверев.

Легальный нелегал

(страница 3 из 19)

скачать книгу бесплатно

– Господин Накамура, – глава информационно-аналитического отдела сидел, опираясь локтями о прозрачную крышку стола, – вам поручается очень важное дело.

Японец, к которому была обращена речь, внимательно следил за мимикой говорившего, стараясь угадать по ней то, чего не будет сказано словами. Под руководством этого старого волка, по слухам – бывшего якудза, ему приходилось проворачивать совершенно немыслимые операции, и он хорошо знал: если Таканаши упомянул о важном деле, значит, оно действительно важное.

– Господин Шоно введет вас в курс дела.

С этими словами сосед Накамуры развернулся на крутящемся сиденье к нему лицом:

– В настоящее время Япония очень сильно зависит от импорта нефти, несмотря на развитие атомной энергетики и технологии. Альтернативные источники энергии еще недостаточно надежны и доработаны, чтобы позволить нам отказаться от этого вида топлива. Поэтому мы крайне заинтересовались сообщениями, полученными господином Таканаши от своих агентов в Южной Америке. Если верить им, изобретатель-самоучка создал вполне дееспособный автомобильный двигатель на водородном топливе, открывающий громадные перспективы. Если нам удастся его заполучить, нефтяному господству придет конец. Мы получим баснословные прибыли, исчисляемые миллиардами долларов, а Япония от этого только выиграет, поскольку добыча нефти не является главным источником пополнения государственного бюджета, как у некоторых ее соседей. Японское автомобилестроение снова окажется вне конкуренции, первым запустив в производство подобные машины. И это без учета тех политических потрясений, которые, несомненно, обрушатся на Запад.

Шоно умолк, предоставив агенту осмыслить сказанное. В зале на некоторое время воцарилась тишина. Первым ее нарушил президент Куно.

– Господин Накамура, – обратился он к сосредоточенно хмурящему брови японцу. – Мы знаем, что вы надежный человек, преданный нашей компании. И опыта вам не занимать. Задача, которую мы предлагаем вам выполнить, вполне вам по силам, поэтому мы все ждем вашего решения. Тем более что такой шанс выпадает не так уж часто и времени на размышления у нас нет.

Сказав это, Куно вместе с остальными выжидающе уставился на Накамуру. Выпрямившись, как струна, тот громко и внятно изрек:

– Я готов выполнить задание.

– Вот и замечательно! – Куно, которого, видимо, ждали еще и другие дела, встал из-за стола. – Господин Таканаши, вам ведь необходимо обсудить детали? Оставлю вас и не буду мешать.

Он направился к выходу, но через пару шагов остановился и обернулся к Накамуре, который почтительно поднялся с места, провожая президента Корпорации.

– Да, чуть не забыл, – сказал он и взглянул на финансового директора. – В средствах мы вас не ограничиваем, господин Накамура. Главное, чтобы был результат.

Когда за створками дверей-автоматов скрылась большая половина участников совещания, за столом остались лишь глава шпионского отдела со своим подчиненным.

– Я знаю вашу манеру работы, Рю, – Таканаши расслабился и вел себя уже неформально, называя агента по имени. – За это время вы наверняка уже обдумали, что вам понадобится для этого дела.

Я и весь мой отдел в вашем распоряжении.

Накамура выдержал небольшую паузу и принялся перечислять:

– Для начала мне необходимо собрать все сведения, касающиеся личности изобретателя, его семьи и эмиграции русских в Южную Америку в целом. Мне понадобятся все данные о любых контактах наших корпораций со страной проживания объекта, а также сводки тамошних последних политических и экономических новостей.

– Я примерно так и думал. Люди уже работают. Еще?

– Разумеется, деньги, документы и билеты на ближайший рейс в Москву.

– В Москву? – Таканаши удивленно вскинул брови. – В Россию?

Накамура кивнул:

– Мне понадобятся архивы. Кроме того, у меня есть чувство, что эта поездка сильно поможет в последующих переговорах.

– Что ж, вам виднее, – согласился начальник. – Мой секретарь забронирует место в самолете.

7
Россия, Москва, Центр

Вот уже два часа начальник латиноамериканского отдела разведки обсуждал с ведущим аналитиком ситуацию, сложившуюся вокруг русского изобретателя Остроумова. Словно услышав мольбы разведчиков, фортуна подкинула им такой подарок. Как по заказу – высокие технологии, пусть даже в кустарном исполнении, русская диаспора за рубежом – все в соответствии с директивой, спущенной сверху. Закрадывалась даже мысль о возможной дезинформации со стороны стран-противников. И если бы не подтверждение от Стерха, к ней бы так и относились. Но чем больше и сам Щуров, и аналитики его отдела вникали в суть дела, тем становилось понятнее, что назревает совершенно не детская игра, из которой надо было выйти победителями при любом раскладе.

Поражали масштабы придуманного изобретателем проекта. По самым приблизительным подсчетам, реализация его «поставит на уши» полмира, скачки в развитии экономики неминуемы. Прибыли и потери будут сопоставимы с годовыми бюджетами некоторых стран. Именно поэтому без особенных проволочек удалось отправить в Южную Америку приглашение для Остроумова и его семьи на переезд в Россию от имени правительства Российской Федерации. Примечательно, что ответ не заставил себя ждать. Потомок русских эмигрантов с радостью на это предложение согласился. Оставалось только контролировать процесс перемещения этого гениального ученого, что было само по себе не такой уж и простой задачей.

– Сам Остроумов предполагает, что на сборы, включая свертывание его мастерских, лаборатории и оформление документов, уйдет около месяца, – глава разведотдела Борис Васильевич Щуров сидел за столом в одной рубашке с ослабленным галстуком. Пиджак висел на стуле. Несмотря на приоткрытые фрамуги, в кабинете было душно. Ведущий аналитик Семен Семенович Тарпанов, которого за глаза все звали просто «Эс-Эс», чувствовал себя не более комфортно. Его вязаный свитер невнятного цвета с каждой минутой казался все более теплым и колючим, и Тарпанову приходилось периодически оттягивать его ворот, чтобы улучшить циркуляцию воздуха под одеждой.

– Он совершенно прав, – согласился Семен Семенович, в очередной раз проделав эту нехитрую процедуру. – На подготовку к отъезду уйдет никак не меньше месяца, а то и двух. Благодаря газетной шумихе власти страны хорошо информированы о том, что именно собирается вывозить с собой Остроумов, и получить разрешение на выезд будет очень непросто.

– Это уже дело МИДа, – отмахнулся Щуров. – Там в курсе насчет происходящего и осознают всю важность мероприятия. Думаю, эти вопросы вполне решаемы.

– При условии, что местные власти не будут ставить палки в колеса.

– Есть некоторые рычаги воздействия на Ла-Пуэрто, я говорил с ребятами из министерства, обещают все уладить.

Тарпанов порылся в бумагах и уверенно заявил:

– Безусловно, русский ученый должен вернуться в Россию. Это логично и нас устраивает. Но ведь не одни мы не прочь получить результаты трудов Остроумова! Тут к бабке не ходи, появятся конкуренты. Неплохо бы подстраховаться.

– Уже, Семен Семеныч, подстраховались! – Щуров довольно ухмыльнулся. – Нам невероятно повезло: как раз в этом латиноамериканском государстве до недавнего времени работал очень толковый человек, сотрудник нашего посольства, Вертлужный Арсений Макарович. Два года назад он был переведен на другую работу, но теперь мы его возвращаем. Его связи очень пригодятся, надеюсь, он их не растерял.

– Это хорошо. Но врагов у нашего соотечественника теперь предостаточно. Надо подстраховать и Вертлужного.

– Полноте, Семен Семеныч! – искренне удивился начальник отдела. – Я понимаю, что дело важное, а вы человек осторожный. Но не настолько же! Двойные и тройные перестраховки – не кажется ли вам, что это лишнее? И потом, какие враги? В Латинской Америке?

– Не только, Борис Васильевич. Мои спецы просеяли информацию от агентуры и прессу и обнаружили одну интересную деталь. В Москву прибыл некто Такеши Согава.

– Это еще кто?

– Довольно интересный фрукт, судя по его связям. Прибыл с частным визитом как ученый Токийского университета, интересующийся русской историей. Музеи, архивы, библиотеки – такая вот культурная программа. – Тарпанов выглядел несколько озабоченным, видимо, сам уже не был до конца уверен в правильности своих выводов. Это заметил и Щуров и сразу же задал вопрос:

– А какое отношение он имеет к Остроумову?

– Видите ли, Борис Васильевич, в архиве он искал то же, что и мы. А именно: документы, касающиеся Ивана Алексеевича Остроумова, деда нашего изобретателя, в честь которого его, собственно, и назвали. Где жил, чем занимался, почему уехал…

– Так, так, так, – насторожился руководитель разведотдела. – И многое узнал?

– Почти все то же, что и мы, – аналитик развел руками, словно оправдываясь, хотя он был вовсе ни при чем. – А что можно было сделать? Архивариус клянется, что перепроверил все трижды – документы у японца в идеальном порядке, все заявки составлены так, что и комар носа не подточит. Наверняка он еще и «смазывает» бюрократическую машину…

– Да ладно, бог с ним, – перебил Щуров. – Ничего сверхъестественного он не узнал, я так понимаю. А вот про него что известно? Вы сказали: «интересный фрукт».

Семен Семенович поежился в колючем свитере и достал еще один листок из вороха принесенных с собой бумаг.

– Так, одну минутку, – протянул он, отыскивая в тексте нужное место. – Вот, пожалуйста. На самого Согаву у нас никаких сведений не оказалось, зато в картотеке нашелся человек, как две капли воды похожий на нашего загадочного гостя, – господин Накамура. Вот он действительно окончил Токийский университет, факультет журналистики. Потом служил в армии, а дальше след его затерялся. Снова его имя всплыло в связи с упоминанием о деятельности крупной японской Корпорации и ее штаб-квартире в Осаке и офисами во многих городах мира, в том числе и в Москве. Компания занимается промышленным шпионажем, специализируясь в основном на высоких технологиях, но не брезгует ничем. Естественно, официальный бизнес у этой фирмы существует, и довольно солидный, так что здесь все вполне законно, не считая того, что они в производстве частенько используют нелегальную информационную добычу. Проверили еще раз документы Согавы – все чисто, никаких зацепок. Но у меня есть все основания считать, что Согава – это и есть профессиональный промышленный шпион Рю Накамура. Тогда вполне понятен его интерес к Остроумову и его водородному двигателю.

Щуров покачал головой и в задумчивости затеребил карандаш.

– Этого и следовало ожидать… ну, конечно… такой лакомый кусок, – пробормотал он. – А вы молодец! Вовремя эту ищейку засекли! Не прощелкать бы остальных…

Семен Семенович терпеть не мог, когда его хвалили, поэтому торопливо вставил:

– Так как насчет перестраховки?

– Теперь-то естественно. А вот насчет японца идеи какие-нибудь имеются? Или так и отпустим его делать свое черное дело?

Тарпанов, смутившись, заерзал на стуле:

– Ну, в общем, не мое это дело, у вас для этого целое подразделение есть…

– Семен Семеныч, – с укоризненной интонацией произнес Щуров, – мы же с вами друг друга знаем как облупленных. Ваши советы в таких ситуациях – на вес золота. Детали-то мы и сами обмозгуем, вы только идейку подкиньте, как этого ловкача прищучить!

– Только для вас, Борис Васильевич, – сдался Тарпанов. – Но уговор: если скажу нелепость – вы мне сразу же честно об этом скажете. Идет? В общем, я пораскинул мозгами, что бы я на месте этого Рю в России забыл, и вот какая штука мне в голову пришла…

8
Латиноамериканская республика, столичный аэропорт

Воздух над взлетной полосой дрожал, нагреваясь от бетонного покрытия, и преломлял лучи так, что все предметы сквозь него виделись искаженными, похожими на миражи. Привыкая к твердой почве после долгого перелета, Арсений Макарович Вертлужный остановился на секунду и прислушался к собственным ощущениям. В ушах еще оставался гул двигателей авиалайнера, а в коленях – легкие последствия нервного перенапряжения в виде едва различимой дрожи. Он был уже немолод, но к передвижению по воздуху так и не смог до сих пор привыкнуть. Перелет оставался слишком большим стрессом для его персоны.

Салон российского «Ил-86» он покинул последним – задержался, общаясь с командиром экипажа. Остальные пассажиры ушли вперед и уже рассаживались по местам в подкатившем ядовито-желтом автобусе не первой свежести, без дверей и люков на крыше, который должен был довезти их до здания аэровокзала. Надо было нагонять, иначе придется топать пешком с полкилометра по рулежкам, да еще и выслушать кучу претензий от местной полиции, охранявшей порядок в воздушном порту. Но дипломат не смог отказать себе в удовольствии поставить дорожную сумку прямо на шершавый асфальт и, потянувшись, оглядеться по сторонам. Он не был в этой стране два года. А до этого прожил здесь – страшно подумать – пятнадцать лет! Зеленые плоскогорья, видневшиеся вдалеке, стали почти родными, а океанское побережье, во всей красе представшее его взору при подлете, и вовсе вызвало приступ ностальгии. Изо всех сил втянув носом горячий воздух с примесью гари и авиационного керосина, он понял, что гул самолета все еще преследует его. Чтобы с этим покончить, он энергично тряхнул бритой наголо головой. Не помогло. Тогда он легонько похлопал себя по ушам ладонями, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону, как делают после выхода из воды, чтобы избавиться от ее остатков в слуховом проходе. И снова безрезультатно. Мало того, гул стал заметно нарастать, постепенно переходя в низкий рев. И тут только Арсения Макаровича осенило, что звук этот раздается вовсе не в его голове, а исходит от совершенно реального двухмоторного транспортного самолета, который грациозно заходит на посадку.

Рассмеявшись собственной оплошности, Вертлужный подхватил свои вещи и направился было к заполненному автобусу, как что-то заставило его обернуться в сторону садившегося самолета, который уже катился по взлетной полосе, гася скорость реверсом двигателей. Расстояние было значительным, но кружок с пятиконечной звездой и надпись «NAVY USA» не оставляли сомнений: транспортный «Геркулес» принадлежал Военно-морскому флоту Соединенных Штатов Америки.

«Вот тебе и раз! – подумал российский дипломат, почти бегом догоняя прочих попутчиков. – Военный самолет в гражданском аэропорту! Интересно, что бы это могло значить? Уж не за тем же самым, что и я, он притащился?» Действительно, это выглядело немного странно, учитывая тот факт, что со Штатами у республики были несколько натянутые отношения. Успокоив себя тем, что в Ла-Пуэрто проживает никак не меньше шести миллионов жителей и вероятность совпадения мала, Вертлужный пообещал себе разузнать поподробнее обо всем этом и вскочил на подножку тронувшегося транспортного средства.

Дорога заняла всего несколько минут, еще столько же понадобилось солидному улыбчивому человеку с безупречным знанием испанского и дипломатическим паспортом, чтобы пройти таможенный контроль. Дело облегчил и его вопрос о том, как поживает владелец аэропорта сеньор Антонио Эрмоса. Полицейский почтительно кивнул и указал дипломату дорогу на третий этаж. Вертлужный и сам неплохо помнил, где помещалась обитель его старого приятеля, но на всякий случай выслушал стража порядка до конца – мало ли что за два года могло произойти и измениться. Поднявшись по чудом уцелевшему за столько лет работы эскалатору наверх, он дошел до конца коридора и постучал в двери безо всяких обозначений.

– Да! – послышался из-за двери знакомый рык. – Ну, кто там?! Входите уже наконец!

Потянув на себя ручку двери, Арсений Макарович нисколько не удивился, узрев лишь сизые клубы сигаретного дыма, плотно завесившие небольшую комнатку. От возникшего движения воздуха они закружились и хлынули в коридор, немного рассеявшись и сделав различимыми кряжистый стол у окна, сервант в углу, забитый всяким хламом, и внушительного вида хозяина этого беспорядка с зажженной сигаретой в зубах. Шагнув в этот туман, Вертлужный едва не закашлялся, но пересилил себя и, остановившись на середине затертого до неприличия ковра, возмущенно заметил:

– А ведь ты так и не научился выбирать хорошее курево, Антонио!

– Какого черта!!! – вскочил со своего места толстяк с красным лицом и пушистыми бакенбардами. Увидев гостя, он на миг замер, а потом с удвоенной энергией кинулся к нему, уронив по пути кипу бумаг со стола. Пыльные листки закружились, ссыпаясь прямо под ноги, но «авиамагнат» топал по ним, не обращая внимания на подобные мелочи. – Арсенио! Ты откуда здесь взялся, дружище?

Владелец аэровокзала и хозяин самой крупной авиакомпании в республике Антонио Эрмоса сгреб не успевшего проронить ни слова в ответ дипломата в объятия.

– Кэ энкуэнтро (Какая встреча)! – рычал толстяк, осыпая пеплом белую рубашку гостя и хлопая его по спине. – Тебя что, опять сослали в эту дыру? И чем ты снова провинился, а?

Высвободившись наконец из лапищ своего друга, Вертлужный перевел дух и огляделся.

– За все время, пока я тебя знаю, – хохотнул он, – в этой пещере ничего не меняется! Разве к лицу такому солидному мужчине иметь вместо кабинета клоповник? Или у тебя не осталось денег на уборщицу?

– Нет уж, пусть все уборщицы катятся куда подальше, я их на милю не подпускаю к своей берлоге! – свирепо завращал глазами Эрмоса. – Уберут, а потом не найдешь ничего! Ну их к свиньям! Ты лучше про себя расскажи.

– Я с удовольствием, только боюсь, сердце не выдержит такого удара никотином! – улыбнулся Арсений Макарович. – Так что либо открывай окна, либо пошли отсюда на свежий воздух!

– Окна?! – оторопел Антонио. – Ты надо мной издеваешься? Да они не открывались со времен Великого потопа! Пойдем в конуру к моему заму, там тебе точно понравится! Бросай свои шмотки здесь, никуда они не денутся.

Хлопнув дверью так, что вздрогнули стены, толстяк проворно двинулся вперед, увлекая за собой своего гостя. Вертлужный с удовольствием отправился за ним: дышать табачным дымом дольше было для него слишком мучительно.

Преодолев коридор, приятели вошли в дверь, на которой висела вполне респектабельная табличка с названием авиакомпании, выполненная золотом. Да и помещение, куда они попали, было, не в пример кабинету Эрмосы, приличнее: в нем нашлось место и секретарше с ярким маникюром, и мягким стульям для посетителей, и даже журнальному столику с кипой цветастых таблоидов. Все это разительно отличалось от каморки Антонио Эрмосы, где у обычного человека шансов выжить просто не было.

Бесцеремонно ворвавшись в светлый кабинет своего помощника, толстяк протопал через него к потайной двери, не обращая внимания на вскочившего в изумлении щеголеватого молодого человека в костюме кофейного цвета. Эрмоса лишь махнул рукой, мол, сиди, не отвлекайся. Вертлужный, стараясь не отстать от приятеля, шедшего впереди, подобно ледоколу, на ходу извинился, чуть не споткнулся о персидский ковер, но успел заметить, как заместитель, сообразив, что к чему, облегченно упал в свое кресло.

Понятно стало, куда так стремился Эрмоса, когда они очутились на затененном балконе с видом на летное поле. Установленная там легкая мебель оказалась как нельзя кстати, как и появившаяся следом девушка с подносом, на котором она принесла пару бокалов, графин с содовой и бутылку джина. Похоже, церемония встречи важных гостей была отработанной. Владелец аэропорта для того и выделил своему помощнику это место, чтобы в подобных случаях не пришлось краснеть за свою конуру. Хотя слово «краснеть» к Эрмосе было неприменимо, потому как его лицо постоянно имело цвет спелого томата.

Пропустив стаканчик и переждав взлет очередного лайнера, который заглушал все вокруг, хозяин покачал головой:

– Слушай, Арсенио, прошло всего два года, а кажется – целая вечность. Где ты пропадал все это время? Небось объездил кучу мест?

Вертлужный знал о парадоксе Эрмосы – владея десятками самолетов, сам он почти никуда не летал и страшно огорчался этим. Как-то не складывалось, и все тут.

– Ничего интересного, Тони! – Вертлужный не стал вызывать зависти у собеседника. – А вот у тебя здесь наверняка многое изменилось. С каких это пор у тебя паркуются американские вояки?

– А, ты об этом? – Толстяк лениво махнул рукой в сторону стоянки, где темнел «Геркулес». – Пришел ко мне человечек из их посольства, принес выгодный контракт. А мне особенной разницы нет, кто деньги платит. Они ведь не пахнут. Тем более что от меня никаких усилий – требуется принять их пустой транспортник с десятком морпехов на борту, заправить, дать ему отстояться дней десять и выпустить по первому требованию.

– Всего-то?

– Ясно, что темнят янки, – поморщился Эрмоса. – Я же не младенец! Такие деньги «ни за что» не платят. Да и морские пехотинцы просто так на «Геркулесах» не катаются. Только мое дело маленькое – наш МИД дал добро, так чего же мне выпендриваться?

– Ты все правильно делаешь, мудрый Антонио, – улыбнулся русский дипломат, погладив свою бритую голову. И призадумался. Его самые худшие опасения оправдывались: даже профан догадается, что появились еще одни конкуренты, и очень серьезные, не какая-нибудь частная фирма. По всем признакам чувствовалось – за спиной стоит государство. Причем даже не скрывающее своего лица. Это было очень скверно.

Арсений Макарович еще раз провел рукой по макушке и подмигнул толстяку:

– Не переживай! Я бы на твоем месте только проследил, чтобы эти парни не стащили один из твоих «Боингов».



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

Поделиться ссылкой на выделенное