Сергей Зверев.

Крестный. Накануне большой войны

(страница 2 из 14)

скачать книгу бесплатно

– С приездом вас, господин Колчин.

– Доброе утро, господин Лотковский, – энергично ответил гость.

На суровом волевом лице Колчина мелькнула и быстро погасла дежурная улыбка. При этом взгляд его серых глаз оставался деловито-холодным.

– Как долетели, Владимир Андреевич?

– Спасибо, без проблем, – ответил Колчин.

Он усмехнулся и добавил:

– Проблем хватает на земле, поэтому в небе я отдыхаю от них.

Обменявшись короткими энергичными рукопожатиями со всеми встречающими, мужчина направился к «Мерседесу», на котором были московские номера.

Лотковский, сказав что-то своим сопровождающим, пошел вслед за гостем к «Мерседесу». Эта иномарка, принадлежащая вице-президенту московской нефтяной компании «Тонеко», прибыла в город еще накануне. «Ауди» принадлежала председателю совета директоров местной нефтяной компании «Сатойл» Лотковскому Аркадию Михайловичу.

Однако Лотковский сел в машину вместе с Колчиным. Им предстояло о многом переговорить.

Едва иномарки выехали с территории аэродрома, как у ворот к ним присоединились еще две автомашины – темно-зеленый джип «Мицубиси Паджеро» и синяя «БМВ». В этих машинах ехала охрана нефтяных магнатов.

– Надеюсь, это ваше пребывание в нашем городе будет столь же приятным, как и все прошлые, – обратился Лотковский к Колчину, едва машины тронулись с места.

Колчин, с безразличным видом глядя в окно, ответил:

– Надеюсь, хотя в большей степени меня интересует полезность этого визита. Нам в Москве стало известно, что те недоразумения, которые возникали на прошлых собраниях «Сатойла», на сей раз могут перерасти в серьезные проблемы.

– Я думаю, что это преувеличение, – вяло возразил Лотковский. – Проблемы, конечно, есть, они всегда есть. Но они вполне разрешимы.

– В этом я тоже не сомневаюсь, – усмехнулся Колчин, – именно для этого я сюда и приехал.

Вице-президент помолчал несколько секунд, разглядывая уже знакомые ему окрестности аэропорта, которые мелькали за окном «Мерседеса».

– Мы очень обеспокоены, – произнес Колчин после паузы, – ситуацией как внутри «Сатойла», так и вокруг него. Когда год назад мы приобрели на аукционе пакет акций этой компании и добились того, чтобы вы стали во главе ее, честно говоря, мы не рассчитывали, что ситуация может дойти до такого серьезного конфликта среди учредителей. Насколько я знаю, речь идет о почти открытом противостоянии.

– Мне кажется, вы несколько преувеличиваете тяжесть создавшейся ситуации, – ответил Лотковский. – На самом деле все не так серьезно, как может показаться на первый взгляд. Просто часть акционеров, представляющих, так сказать, местные бизнес-круги, возомнила себя нефтяными генералами… хотя по менталитету многие из них являются скорее генералами песчаных карьеров.

На лице Колчина возникла легкая улыбка, ему понравилась хлесткая фраза.

– Может, вы и правы, – сказал он. – Но эти, как вы выразились, эти… генералы могут стать серьезной помехой в наших планах.

Лотковский внимательно слушал речь московского босса, согласно кивая головой, но тем не менее возразил:

– Я уверен, что этого не случится.

Надо пойти на разумный компромисс с ними и уладить конфликт. Я говорил на днях с нашими друзьями в областном правительстве и органах. Они подтвердили, что ситуация находится под контролем. В любой момент они готовы нам помочь.

– Надеюсь, что это так, – проговорил Колчин. – Хотя хотелось бы, чтобы мы обошлись без помощи друзей из органов. Это, знаете ли, всегда сопряжено с риском попасть под их влияние.

– Я думаю, что завтрашнее собрание покажет, сможем ли мы обойтись без них, – предположил Лотковский.

– В свое время мы допустили серьезную ошибку, – произнес Колчин. – Мы посчитали достаточным уже имеющийся у нас контроль над «Сатойлом» и не смогли приобрести контрольный пакет акций, позволивший бы нам полностью контролировать эту структуру. Отчасти это случилось потому, что в этом городе существовали силы, которые не позволили нам это сделать. Сейчас ситуация изменилась, мы должны полностью перевести «Сатойл» на положение своей дочерней фирмы. На эту компанию делаются большие ставки, поэтому нам придется качественно новым образом поработать с акционерами.

Лотковский бросил быстрый внимательный взгляд на Колчина и отвернулся.

Слова московского босса, как и сам его визит, служили своеобразным предзнаменованием серьезных перемен в жизни компании. Похоже, совет директоров «Тонеко» действительно решился на серьезные действия по окончательному захвату «Сатойла».

Когда год назад «Тонеко» закупила сорок процентов акций «Сатойла», она, став самым крупным акционером, добилась того, что на пост председателя совета директоров «Сатойла» был назначен протеже москвичей. Этим человеком стал Лотковский.

Все остальные, более мелкие акционеры согласились с этим решением. Взамен они потребовали, чтобы ревизионная комиссия, проверяющая действия правления, состояла из людей, представляющих интересы мелких акционеров.

Именно результаты работы этой ревизионной комиссии послужили причиной конфликта между крупнейшим акционером «Сатойла» и остальными его владельцами.

Лотковский понимал, что конфликт может зайти слишком далеко, поскольку недовольные акционеры, совокупный пакет акций которых был не меньше, чем у «Тонеко», настроены весьма решительно и готовы всерьез задеть жизненные интересы московских нефтяных тузов. А это грозило войной.

Как человек осторожный и даже боязливый, Лотковский предпочел бы договориться с местными владельцами «Сатойла», и такая возможность, несмотря на все сложности, имелась. Но решительный настрой прибывшего вице-президента «Тонеко» Владимира Колчина вызывал опасения. Похоже, в Москве не склонны к компромиссам.

Лотковский не сомневался, что победа в этой войне наверняка будет за более мощной московской группировкой. Но на любой войне бывают жертвы, и Лотковский понимал, что одной из наиболее вероятных жертв этой войны может стать он.

* * *

К офису нефтяной компании «Сатойл», расположенному в двухэтажном особняке на улице Дворянской, подъехали два черных джипа «Гранд Чероки». Обе машины остановились на большой автомобильной стоянке перед входом в здание, которая и без того уже была заставлена другими иномарками.

Из первой машины выскочили охранники, которыми руководил угрюмый, высокий, широкоплечий мужчина средних лет.

Через несколько секунд из второй машины вылезли еще двое мужчин и направились к входу в здание. Обоим на вид лет по тридцать. Хорошо одеты: дорогие костюмы, белые рубашки, модные галстуки, лакированные ботинки.

Шедший чуть впереди был высок, темноволос и черноглаз, крепко сложен. Легкая походка и покатые плечи выдавали в нем бывшего спортсмена.

Его спутник был невысокого роста, светлые редеющие волосы тщательно уложены. Голубые глаза на чуть красноватом лице смотрели на мир спокойно, без эмоций.

За ними из окна второго этажа наблюдали Колчин и Лотковский.

– Кто из них Потапов? – спросил Колчин, слегка раздвинув жалюзи.

– Вон тот темноволосый здоровяк – это и есть Потапов. Блондин же рядом с ним – это его банкир, Юрий Ламберт, председатель правления «Дисконт-банка», – ответил Лотковский.

– Это я знаю, – ответил Колчин. – На прошлом собрании акционеров присутствовал именно он.

Колчин не отрывал взгляда от направляющегося к входу в здание Потапова.

– Черт, по виду чистый гоблин, только что одет получше. И еще взгляд… взгляд колючий и цепкий. Он выдает в нем некую незаурядность личности, – усмехнулся Колчин.

– Внешность обманчива, – задумчиво произнес Лотковский, вглядываясь в прибывших. – Хотя он на самом деле бывший спортсмен, по-моему, мастер спорта по боксу. Впрочем, за его плечами есть и мехмат университета, и срочная служба в армии, в спецназе.

– Как он начинал? – спросил Колчин.

– Как и многие, – пожал плечами Лотковский, – по-моему, у него была какая-то своя маленькая контора по торговле компьютерами… и небольшая бригада, крышующая другие мелкие фирмы. А потом он на пару лет был отправлен в творческую командировку – на зону. Там к своему университетскому диплому он добавил еще диплом лагерного университета – жизненного. Похоже, все, что он ни делал, шло ему на пользу, так как после возвращения дела его сильно пошли в гору. За последние годы этот парень создал серьезную структуру, состоящую из сети коммерческих предприятий разного направления. В центре ее находится банк, который он полностью контролирует, занимая в нем пост президента. Кроме этого, его самого и его хозяйство оберегают два охранных агентства: «Легион» и «Омега». Вон тот высокий мужик, руководящий охранниками, это Иван Дегтярев – директор охранного агентства «Легион». Второго его силовика зовут Константин Титов. Он пользуется услугами то одного, то другого попеременно, стараясь держать их на расстоянии друг от друга.

– Ну что ж, умно, – произнес Колчин.

К этому времени Потапов и Ламберт уже вошли в здание нефтяной компании «Сатойл». Следом за ними туда прошел и Дегтярев.

– Помимо перечисленного, он сделал карьеру и в криминальной среде. Он один из самых молодых воров в законе в России, – продолжил Лотковский. – Его в городе поддерживает смотрящий вор, некто Гаврила. Сам Гаврила староват и все больше и больше отходит от дел, но похоже, что он сделал ставку на перспективную лошадку, ведет его дела и, кажется, их связывает личная дружба.

– Как вы думаете, – спросил Колчин, резко развернувшись к Лотковскому, – с этим человеком нам стоит договариваться?

– Владимир Андреевич, – после некоторой паузы ответил Лотковский, – я думаю, надо договариваться со всеми собравшимися сегодня у нас крупными акционерами.

Лотковский внимательно смотрел в глаза Колчина, стараясь отыскать в нем одобрение этой идеи.

– Впрочем, – добавил он, – Потапов действительно один из тех, с кем реально можно договориться. По информации, которую я имею об этом человеке, во всех спорах он всегда пытается сначала договориться и найти компромиссный вариант, устраивающий всех. К силе он прибегает в последнюю очередь. Кроме того, у меня сложилось впечатление, что на мнение Потапова ориентируются и другие акционеры.

Колчин прищурился и с легкой улыбкой поинтересовался:

– Вам не кажется, Аркадий Михайлович, что вы чересчур лестного мнения об этом местном криминальном авторитете?

– Я стараюсь лишь довести до вас объективную информацию о тех людях, с которыми предстоит иметь дело. Что же касается Потапова, то, по-моему, он не совсем тот человек, за которого вы его принимаете. Крестный – по менталитету скорее предприниматель, а его авторитет в криминальном мире возник на том, что он умело и зачастую жестко защищает себя от наездов конкурентов, – попытался оправдаться Лотковский.

– Защищать себя, – задумчиво повторил Колчин. – Хорошая формулировка. Мы тоже должны защитить себя от посягательств таких вот авторитетов. Кстати, что за странная кличка – Крестный?

– Ну это не совсем кличка, – усмехнувшись, произнес Лотковский. – Он действительно крестный отец детей нескольких своих друзей.

– Вот оно что! Все равно в этом прозвище чувствуется какое-то уважение. Значит, вы считаете, что договариваться в первую очередь надо именно с ним?

– Думаю, что да, – утвердительно сказал Лотковский. – У него самый крупный после нас пакет акций, почти двадцать процентов. Приблизительно по десять имеют две фирмы, которые контролируют Тихонов и Сохадзе. Пять процентов принадлежит Гаврилову. Десять процентов акций, как вы знаете, принадлежат областному правительству. Частные акционеры сейчас ждут нас, именно они и являются группой так называемых недовольных и инициаторами внеочередного собрания акционеров. Мне с трудом удалось удержать процесс и добиться проведения собрания в обычные сроки.

– Ведется ли работа по закупке акций у остальных, более мелких акционеров?

– Да, разумеется, – ответил Лотковский. – Но это не так просто. Они не особенно хотят продавать свои акции. Кто-то надеется на большие дивиденды, кто-то просто ждет, когда предложат максимальную цену.

Лотковский на секунду прервался, бросив взгляд на часы. До назначенной встречи оставалась ровно минута. Он продолжил:

– Суть проблемы, как вы понимаете, в том, что в руках этих людей находится блокирующий пакет акций. И если даже бы у нас было больше пятидесяти процентов, нам сложно было бы проводить те или иные решения в жизнь, имея такую оппозицию.

Он помолчал и добавил:

– Да и небезопасно, пожалуй.

– Хорошо, – произнес Колчин, также взглянув на часы, – пойдемте и попытаемся договориться с этими людьми… Надеюсь, нам это удастся.

Колчин и Лотковский вышли из кабинета и, пройдя по коридору, вошли в большую просторную комнату, где за длинным столом сидело человек двенадцать.

– Здравствуйте, господа, – произнес Лотковский.

Лотковский и Колчин подошли к столу и уселись во главе его. Лотковский обвел присутствующих взглядом:

– Ну что ж, поскольку все собравшиеся в сборе, можно считать сегодняшнюю неофициальную встречу акционеров открытой. Все вы знаете, господа, что в нашей компании возник ряд вопросов, которые необходимо обсудить. Полагаю, здесь собрались именно те люди, которые способны решить эти вопросы и которые непосредственно заинтересованы в этом. В связи с вышеизложенным я считаю целесообразным дать первое слово нашему московскому гостю, вице-президенту российской нефтяной компании «Тонеко» Колчину Владимиру Андреевичу.

Колчин откашлялся в кулак и произнес:

– Добрый день, господа, рад встрече с вами…

Глава 2

– …Я уверен, господа, что серьезных противоречий между нами нет и быть не может. Мы с вами деловые люди и, я надеюсь, поймем друг друга, поскольку цель у нас одна: процветание нашей компании. В связи с этим хочу сказать, что компания «Тонеко» осознанно идет работать на региональный рынок. Мы инвестируем деньги в местное производство, помогая тем самым администрациям поднимать промышленность, пополнять свои бюджеты, создавать новые рабочие места. Я уверен, что именно с подъемом региональной промышленности возрастет былая мощь России, начнется экономический подъем…

– Ну хорош! – оборвал речь Колчина громкий голос. – Хватит лить эту лабуду нам в уши…

Аудитория лениво перевела взгляды на высокого молодого мужчину, одетого в коричневую кожаную куртку. У него было бледное, тщательно выбритое лицо, длинный нос и слегка осоловелый немигающий взгляд синих глаз. Он развалился в кресле, откинувшись на мягкую спинку, положив одну руку на подлокотник, другую на стол, к которому он сидел чуть боком.

– Это Анатолий Тихонов, – шепнул на ухо Колчину Лотковский. – Контролирует фирму «Брасс», которой принадлежат десять процентов акций.

– Я помню, – кивнул Колчин и обратился к Тихонову: – По-вашему, я сказал что-то не то? Вас что-то не устраивает?

– Да, – произнес Тихонов, слегка хлопнув ладонью по столу, – меня не устраивает положение дел в этой конторе, в которой я являюсь одним из хозяев. Я так понимаю, если я хозяин, то это с моего согласия должны назначаться управленцы и технический персонал. – Тихонов бросил слегка насмешливый взгляд на Лотковского. – И эти управленцы должны отчитываться мне, хозяину, о том, как они работают и что собираются делать. Отчитываться, когда мне надо, а не раз в год.

– Если у вас есть претензии к назначенным управленцам, – Колчин на секунду скосил взгляд на Лотковского, – то мы можем это обсудить. Если они что-то сделали не так, я думаю, мы это можем поправить.

– Да все они делали так, как надо… Как вам надо, – махнул рукой Тихонов. – И вы совершенно правы, это положение надо исправить, и мы это сделаем.

– Что вы имеете в виду? – спросил Колчин, взглянув на Тихонова.

– А то самое, – ответил Тихонов, – здесь вам не пацаны сопливые собрались. Мы тоже хозяева этого предприятия, а раз я хозяин, то и мои люди должны находиться в правлении. Я должен знать, чем они занимаются. И если они гонят херню, то им надо по башкам настучать.

– Все это очень эмоционально, но не слишком конструктивно, – улыбнувшись, ответил Колчин. – Правление избиралось год назад на собрании акционеров, в котором и вы принимали участие.

– А что толку-то?! – заявил Тихонов. – Вы «продавили» своего кандидата на пост генерального директора, а также большинство своих людей в совете директоров.

– Что же тут удивительного, – парировал, улыбнувшись, Колчин, – ведь у вас десять процентов акций, а у нас сорок. На нашем месте вы бы поступили точно так же.

– А я что, свои акции на базаре, что ли, сп…дил?! Я их на аукционе за реальные бабки купил! И я не привык, чтобы моими деньгами распоряжались чужие дяди, как им вздумается, – яростно ответил Тихонов.

Колчин поморщился, агрессивный настрой этого акционера, известного в криминальных кругах под кличкой Тихон, не предвещал ничего хорошего. Похоже, его точка зрения и его агрессивность во многом отражали мнение остальных собравшихся владельцев «Сатойла».

– Вы поймите, мы живые деньги в это дело вложили, и нам реальная отдача нужна, – подал голос Сохадзе, толстый кавказец средних лет. – По итогам года даже дивидендов по акциям нет, так правление решило. Как так, они целый год работали – и дивидендов нет?!

Колчин взглянул на Сохадзе, затем на Лотковского, и тот поспешил заявить:

– Правление решило пересмотреть свои позиции по поводу выплаты дивидендов. По итогам года их выплатят, но они будут небольшими. Пока экономическая ситуация не позволяет фирме платить хорошие проценты по акциям. Конкретный размер суммы сейчас уточняется.

– О-о, вы слышали, – произнес возмущенно Сохадзе, обращаясь к остальным собравшимся. – Он все еще уточняет. Уже платить надо, а он уточняет, понимаешь!

– Хорошо, – произнес Колчин, – это действительно недоработка, которую надо устранить. Впредь правление должно гарантировать выплату дивидендов по акциям и заблаговременное уведомление всех акционеров о размере выплат. Но все же это пока единственная конструктивная критика, которую я услышал. Какие еще есть замечания по поводу работы правления компании?

Колчин скользнул взглядом по Тихонову, потом по Сохадзе, задержался на фигуре худощавого сморщенного пожилого мужчины в темных очках. Это и был Гаврилов, который за все это время не произнес ни слова. Наконец Колчин встретился взглядом с Потаповым.

Сергей был спокоен и сосредоточен. Поняв, что настал его черед вступить в разговор, он медленно подвинул к себе поближе папку с документами и, раскрыв ее, заговорил:

– Вы правы – давайте говорить конструктивно о том, что нас не устраивает. Начнем с инвестиций. Свои сорок процентов акций вы приобрели на практически закрытом аукционе, к которому никого из нас, использовав те или иные методы, не допустили. Правительство области пошло на эту сделку с вами умышленно, для того, чтобы привлечь в область крупного инвестора, каким считало нефтяную компанию «Тонеко». Но за прошедшее время в компанию не было сделано никаких инвестиций. По информации из областного правительства, вы до сих пор даже не полностью расплатились за купленный пакет акций. Теперь о рабочих местах. За полтора года, с тех пор, как вы стали владельцем «Сатойла», численность сотрудников сократилась на треть.

– Это естественно, – произнес Лотковский. – Мы избавляемся от ненужных кадров, чтобы улучшить и без того неблагоприятное финансовое состояние «Сатойла».

– За все это время не было пробурено ни одной новой нефтяной скважины, – продолжил Потапов. – Лучше бы вы работали в этом направлении. Это бы дало работу не только уволенным, но еще способствовало привлечению новых людей, то есть созданию тех новых рабочих мест, о которых вы нам сейчас с таким пафосом говорили.

– Видимо, здесь, из провинции, все видится очень просто: набурил скважин, расширил добычу, увеличил рабочие места, но эту нефть надо еще куда-то девать. Надо еще выяснить, где бурить, произвести расчеты, как транспортировать – здесь тоже свои проблемы – и куда, в конце концов, продавать.

– Кстати, о продажах, – перебил его Потапов, – об этом я хотел сказать отдельно. По соглашениям, заключенным между компаниями «Сатойл» и «Тонеко», последняя является зарубежным дилером «Сатойла». Именно она непосредственно продает нефть за рубеж.

– Думаю, что это здравая мысль, – иронично заметил Колчин, – ведь у нас больше опыта работы за границей, чем у местных бизнесменов.

– Возможно, – согласительно кивнул Потапов, – но опыт – дело наживное. Недоумение вызывает тот факт, что, по разным оценкам, до семидесяти процентов всех вырученных от продажи нефти средств не вернулись на счета «Сатойла». Куда они делись?

– Продажа нефти – не однодневный акт. Часть средств от выручки уже поступила на счета, остальные будут переведены несколько позже. Зарубежные потребители иногда тоже задерживают платежи, – нахмурившись, ответил Колчин.

– Возможно, что и так, – снова согласился Потапов. – Хотя, сдается мне, в данном случае вы клевещете на них. Но в любом случае – если иностранцы не платят «Тонеко», то это проблема самой «Тонеко». «Сатойл» страдать от этого не должен. Я думаю, дело здесь совсем в другом. Еще полгода назад до меня дошли слухи о том, что значительная часть средств от продажи нефти со счетов зарубежных фирм «Тонеко» была переведена в ряд фирм, расположенных в офшорных зонах. Уж не являются ли они именно теми деньгами, которые «Тонеко» должно «Сатойлу» за выкачанную нефть?..

– Я думаю, мы не будем на этом собрании терять время, обсуждая слухи, – довольно резко сказал Колчин, бросив короткий пристальный взгляд на Потапова.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

Поделиться ссылкой на выделенное