Сергей Зверев.

Холодная ярость

(страница 4 из 19)

скачать книгу бесплатно

– А я что, по-твоему, себя защитить не могу? – Александр воспринял выпад друга в свой адрес.

– Можешь, – признался Локис. – Я сегодня на спарринге лично убедился.

– И что, мне теперь, по-твоему, один путь определен? Всю жизнь бегать через болото по горло в вонючей воде? Премного благодарен. – Кондратьев театрально поклонился. – Это можно проделывать, пока здоровье позволяет. А потом что? Спецназовцы, как и спортсмены, долго в профессии не живут, – вынес он свой окончательный вердикт.

– Как это? – не согласился Локис. – А Комаров наш, Василий Игнатьевич, бывший наш командир роты? Он, кстати, в нашей части служит, тебя хорошо помнит и словечко за тебя замолвил. Капитан Коноваленко, опять же. Их, по-твоему, в расход списать надо?

– Это же офицеры, балда. – Кондратьев снисходительно глянул на непонятливого друга. – Отцы-командиры. Они небось кроссы каждый день не наяривают. Я же о рядовых толкую, о таких же парнях, как мы с тобой. О людях, которые не приказывают, а эти самые поставленные задачи выполняют. Ты представляешь себя в сорок лет, при полной амуниции бегущим по болоту, как сегодня? Я себя – нет.

– А че? – Володька на секунду задумался и потянулся за очередной порцией спиртного. – Мне в армии нравится. Надежные друзья, уважают меня по-настоящему, а не карьерным жополизством занимаются. Мир посмотреть можно…

– Какой мир? – встрепенулась Антонина Тимофеевна, доселе внимательно слушавшая безобидную перебранку сослуживцев.

– Мамуля, приготовь мне под сигаретку кофе, а? – попросил он маму, деликатно удаляя от мужского разговора. – Очень курить хочется.

Мать послушно двинулась на кухню, и, дождавшись ее ухода, Локис продолжал:

– Я, конечно, на красный «Феррари» на этой службе не заработаю, но не всем же на них ездить. И генералами не всем быть. Кто-то должен оставаться и простым исполнителем. Моя должность и звание на данный момент меня вполне устраивают.

– Вот именно, что на данный момент, – акцентировал Кондратьев.

– А чего заглядывать на годы вперед, а, Башка? – пожал плечами Володька. – Жизнь по-всякому повернуться может. Поживем – а там посмотрим.

– Хорошо тут у вас. – Тема разговора была исчерпана, и Кондратьев стал закругляться. – Вроде бы и Москва, а вроде бы и нет. Свой уклад, своя жизнь…

– Это точно. – Локис расплылся в широкой улыбке. – Балашиха – это отдельный разговор. Мне, по правде говоря, не очень нравится толкотня. Я больше простор люблю.

– А я вот к столице привык… – резюмировал Сашка. – Ну, давай на посошок. Время позднее, пора и честь знать.

– Какой-то у тебя друг… Непонятный. А я непонятных людей не люблю, – бросила сыну Антонина Тимофеевна, когда тот, проводив гостя, пришел на кухню выкурить под кофе сигарету.

– А чего в нем непонятного? – удивленно глянул на мать Локис. – Учиться пацан хочет. К нам пришел подработать. Для того и существует у нас контрактная система. Хочешь – продавайся на два года, хочешь – на пять.

Можешь и на всю жизнь.

– Какой-то он… чересчур уж расчетливый и прагматичный, – покачала головой опытная женщина.

– Скажешь тоже! – не согласился с матерью сын. – Он же не подался опять в стриптиз, а к нам пришел. А службу в нашей части пряником никак не назовешь.

– И опять же, что это за профессия для мужика – стриптизер? – не унималась Антонина Тимофеевна.

– Профессия, ма, конечно, говно. Тут я с тобой согласен. – Володька кивнул головой. – Ну а что делать после армии пацанам без профессии? Я вон в литейке целый год корячился. Он в стриптизеры подался. В бандиты же не пошел и не воровал, вот что главное. Да я уверен, что он понял, в чем его призвание. Только для виду хорохорится, сопротивляется. Понятно, что поначалу тяжело. Ничего, привыкнет. Через пару месяцев ты от него услышишь совсем другую песню!

– Твои бы слова, сынок, да богу в уши… – озабоченно вздохнула мать и принялась убирать со стола остатки пиршества.

Глава 7

Виктор Викентьевич сладко потянулся в утробе тяжеловесного «Боинга-767» и посмотрел на часы. Спал он, оказывается, не так уж и много, и до конца полета оставалось еще добрых два часа.

Новоявленный мультимиллионер после сна протер влажной пахучей салфеткой лицо и с любопытством осмотрел салон бизнес-класса. За последние несколько дней он так измотался морально и физически, что, оказавшись в удобном кресле авиалайнера, тут же уснул.

Впрочем, любопытство господина Еременко носило очень даже персонифицированный характер. Его мало интересовали холодно-вежливые теперь уже коллеги – представители дипломатического корпуса из нескольких стран. Немного привлек своей экзотичностью «арабский шейх», так охарактеризовал для себя Виктор Викентьевич восточного типа человека, одетого в цивильный европейский костюм, но в белоснежном тюрбане, в котором гордо, хоть и одиноко, поблескивал крупный рубин.

Кроме дипломатов и шейха, в салоне летела пожилая парочка американцев, которые всю жизнь не покладая рук работали лишь для того, чтобы оплачивать счета по кредитам и вот теперь, в свои семьдесят лет, позволить себе попутешествовать по старушке Европе.

Пересекали Атлантику и несколько бизнесменов, которые даже во время полета не переставали щелкать клавиатурой своих ноутбуков. Они бы с удовольствием полетели и в салоне попроще, сэкономив при этом пару сотен долларов, но приходилось держать респект. Что поделать, если Карнеги перевернул понятия с ног на голову?

Кроме публики, характерной для пассажиров салона бизнес-класса, летела и одна весьма экзальтированная личность: до неприличия волосато-бородатый мужчина лет пятидесяти, в потертых джинсах и ковбойской шляпе. Явно один из последних представителей давно вымерших хиппи. Скорее всего, даже один из их лидеров или музыкальных рок-кумиров, списанных нынче за ветхостью в утиль.

Отыскался и предмет любопытства Виктора Викентьевича – давешний незаметный человечек с заурядной внешностью клерка. Вот он в бизнес-классе смотрелся не совсем уместно. Но Еременко догадывался, по какой причине он здесь оказался, и даже мило улыбнулся незнакомцу, встретившись с ним взглядом.

До конца полета времени еще достаточно, и Виктор Викентьевич стал размышлять, чем бы занять эти часы. Он уже хотел было отдаться во власть киноиндустрии, как бортовое радио, хрипнув, милым и вежливым голосом стюардессы сообщило, что прибытие их рейса в Рейкьявик задержится на полчаса.

Еременко тут же нажал кнопку вызова, и уже через несколько секунд одна из миловидных бортпроводниц стояла у подлокотника его кресла.

– Какого черта? – раздраженно бросил Еременко. – Что еще за задержки?

– Извините, – девушка мило улыбнулась, – но сейчас в Атлантике проходят военные учения, и наш воздушный коридор временно закрыт. Поэтому мы должны немного изменить курс в сторону Гренландии. Получается небольшой крюк, поэтому время в полете займет чуть больше обычного. Приносим извинения за причиненные неудобства по не от нас зависящим причинам. – Девушка еще раз улыбнулась и поинтересовалась, не хочет ли мистер что-нибудь съесть или выпить.

Пить Еременко не хотел и только злобно пробурчал:

– Могли бы и в аэропорту сообщить. Наверняка же знали про эти идиотские учения. Не пять же минут назад они начались?

– Извините, мистер, – стюардесса ласково посмотрела на пассажира, – но в аэропорту всем пассажирам сообщили перед посадкой.

– Наверное, я прослушал, – буркнул Виктор Викентьевич уже более примирительно, вспомнив свое задушевное прощание с бывшими компаньонами Стромбергом и Шестопаловым. – А в Рейкьявике-то хоть посадку не отменили? Дозаправляться будем? – ехидно поинтересовался он. – А то я смотрю, у нас весь рейс какой-то… наперекосяк. То учения, то еще что-то.

И тут же, словно в подтверждение его слов, самолет тряхнуло так, что бортпроводница едва устояла на ногах, схватившись за спинку еременковского кресла. Было такое ощущение, будто одно из облаков, среди которых до сих пор мирно летел лайнер, оказалось из чего-то вроде застывшего цемента. Даже звук был похож, словно самолет протащило брюхом по асфальту.

– Что это? – Виктор Викентьевич встревоженно глянул на стюардессу, но та, перепуганно-дежурно улыбнувшись, извинилась и скрылась в служебном помещении.

Авиалайнер стал резко терять высоту. Чтобы убедиться в этом, даже не надо было выглядывать в иллюминатор. Достаточно было посмотреть на стакан с недопитым чаем. Жидкость расположилась под углом к донышку на добрых десять-пятнадцать градусов.

Пассажиры, однако, уставились в прозрачные стекла, с ужасом констатируя тот факт, что облака, плывшие доселе параллельно самолету, теперь с каждой секундой стремительно уходят вверх.

– Поздравляю, господа, мы падаем! – громогласно заявил отставной хиппи и, хрипло расхохотавшись, почему-то добавил, обращаясь неизвестно к кому: – Наконец-то…

В салоне сразу стало как-то жутко и неуютно. Паники еще не было, но кто-то уже начал истерично молиться богу, к которому до сих пор никогда не обращался и не очень-то в него верил.

Белоснежный тюрбан что-то скороговоркой залопотал на своем гортанном языке, всполошенно давя на кнопку вызова стюардессы. Что творилось в соседних, более густонаселенных салонах, можно было догадаться по звукам истеричных женских выкриков и перепуганному детскому плачу, доносившемуся из-за переборки.

И только, пожалуй, один Виктор Викентьевич оставался отрешенно-спокойным. События этих нескольких последних секунд никак не укладывались в его голове. Только что он пребывал в эйфории, так успешно свернув дело чуть ли не всей своей жизни. В багажном отделении лежали вожделенные мешки с зелеными пропусками в рай… Как же так? Что это за издевательство? Он сотни, если не тысячи раз совершал перелеты на самолетах чуть ли не всех авиакомпаний мира, и теперь, когда он, может быть, последний раз в жизни сел в самолет, провидение решило подложить ему такую свинью? Чушь собачья. Так не бывает!!!

Однако суровая действительность за стеклом иллюминатора говорила об обратном. Облака, бывшие до сих пор под ними, сейчас оказались вверху, а внизу теперь хорошо была видна бесконечная синь великого Атлантического океана…

– Господа, – в нешироком проходе между кресел появилась изрядно перепуганная бортпроводница. Несмотря на катастрофичность ситуации, девушка, однако, старалась держать себя в руках. – Господа, – повторила она громче, перекрикивая осатаневших пассажиров. Но те и так бросились к стюардессе, словно Суворов на штурм Измаила. Каждый приставал с вопросами, а некоторые умудрялись выкрикивать злобные угрозы в адрес и проводницы, и экипажа, и авиакомпании, и всей поганой Америки в целом.

– Господа, – чуть ли не закричала девушка, отстраняясь от навязчивых пассажиров. – Пожалуйста, все займите свои места. Живо! – грозно добавила она, и люди, затихнув, покорно поползли к своим креслам. – На борту лайнера произошли серьезные технические неполадки, причины которых пока неизвестны, – сообщила стюардесса, убедившись, что все пассажиры расселись согласно купленным билетам. – Командиром корабля и экипажем принято решение об аварийной посадке в Гренландии. До острова всего около ста пятидесяти миль…

– В какой Гренландии?! – раздраженно перебил девушку Еременко, которого наконец запоздало посетила истерика. – В какой Гренландии? – повторил он. – Там нет ни персонала, ни одной посадочной полосы для аэробусов такого класса! Вы что, угробить нас всех хотите? – свирепствовал Виктор Викентьевич, как человек, налетавший не одну сотню часов, хорошо осведомленный о возможностях местных аэропортов.

– Прошу не пугаться и не впадать в панику, – успокаивала пассажиров бортпроводница, не обращая внимания на злобные выпады Еременко. – Сейчас из-за неполадок с навигационным оборудованием наш самолет снизится до высоты семисот футов. До визуального контакта с землей, – уточнила она. – И будет садиться прямо на ледник, – озвучила она решение экипажа.

И словно в подтверждение ее слов самолет снова тряхнуло, и крутое пике прекратилось. Чай в стакане Виктора Викентьевича стабилизировался, приняв горизонтальное положение. Затем постепенно опять стал наклоняться. Правда, теперь авиалайнер не падал, а контролируемо сбрасывал высоту.

– Прошу вас всех пристегнуться, – в приказной форме продолжала инструктировать пассажиров бортпроводница, – положить руки на затылок, наклониться вперед и не покидать своих мест до полной остановки самолета. Спасибо. – Голос девушки чуть смягчился. – Благодарю вас за помощь.

Виктор Викентьевич не удержался и снова глянул в иллюминатор. Ведь семьсот футов – это всего каких-то двести метров! Неужто такая махина может лететь так низко?!

Самолет по-прежнему летел над океанской гладью, до которой, казалось, можно было дотянуться рукой. Виктор Викентьевич даже умудрился рассмотреть мелкие пенистые бурунчики на гребнях волн. Океан слегка штормило.

Новоявленный мультимиллионер слабо верил в россказни экипажа о посадке на лед, хоть это было вполне вероятно. Ледниковое покрытие во многих местах Гренландии относительно ровное и довольно обширное. Но это все чушь и профессиональные ухищрения экипажа. Хотят сыграть в ящик без паники. Ведь даже если они дотянут до острова, все равно ледник – это не бетонка взлетно-посадочной полосы. Стоит шасси попасть в любую мало-мальски неширокую расселину или напороться на торос, как лайнер просто начнет кувыркаться, словно попавший в кювет автомобиль. Только скорость самолета никак не сравнится со скоростью машины. И если у пассажиров попавшей в аварию легковушки есть хоть какие-то шансы на спасение, то самолет просто разорвет в клочья вместе с людьми…

– Ну, господи, – тихо прошептал Еременко, принимая рекомендованную стюардессой позу, – спаси меня и помилуй… Даруй хоть надежду…

Глава 8

О том, что американский «Боинг-767», выполнявший рейс по маршруту Нью-Йорк – Дублин, терпит катастрофу у берегов Гренландии, всему миру стало известно почти сразу. При аварии было повреждено навигационное оборудование, но средства связи работали исправно, и свою просьбу о помощи экипаж самолета смог послать в эфир.

Однако как раз с помощью вышла неувязка. Все заинтересованные службы знали о неполадках на борту, получили сообщение и о том, что из-за отказа приборов сажать авиалайнер на льды острова экипаж будет визуально. Но как только аэробус снизился до отметки примерно в тысячу футов, он пропал с экранов радаров. Даже специалисты военных кораблей, принимавшие участие в недалеких учениях, не могли засечь самолет как низколетящую цель.

Экипаж авиалайнера хоть и имел выход в эфир, но толку от этого было мало – не имея подробных карт острова, летчики не могли дать точную ориентировку на местности. Да и не до того им было. Последним сообщением, прозвучавшим по радио, было: «Есть касание!» И все. Дальше – как отрезало. Самолет замолчал. Это могло означать и самое худшее – посадка прошла неудачно и авиалайнер разбился. А могло случиться так, что при аварийной посадке просто были повреждены приборы связи.

Как бы то ни было, но как только новость об исчезновении самолета попала на телетайпные ленты информационных агентств, во многих странах мира вокруг этого события поднялся нездоровый ажиотаж. Ведь, кроме обычных пассажиров, на борту самолета летело несколько довольно известных в политических кругах дипломатических работников. Опять же шейх с отставной рок-звездой. Да и судьба почти пятисот рядовых пассажиров не могла оставить равнодушными не только родственников пропавших, но и правительства разных стран, гражданами которых являлись пропавшие во льдах Гренландии люди.

Да еще масла в огонь подлила воинствующая террористическая организация «Эль Шараф», которая через средства массовой информации сообщила, что ответственность за совершенный на борту самолета взрыв, в результате которого авиалайнер и потерпел крушение, эта организация берет на себя.

Компетентные люди знали, что эта дутая «Эль Шараф» сродни чеченскому полевому командиру Радуеву, который брал на себя ответственность даже за то, что российское правительство вовремя не выплатило бюджетникам заработную плату. Но тем не менее своего они добились, запустив по миру очередную волну террористической истерии.

Как бы то ни было, а эту историю с потерпевшим крушение авиалайнером следовало довести до логического конца: найти людей, самолет или хотя бы то, что от них осталось…

Однако пообещать сделать это было намного легче, чем осуществить на практике. Принадлежащий Дании остров Гренландия – это, по сути, огромный ледяной материк, на котором спокойно могли бы уместиться десять таких стран, как Великобритания. И на всем этом огромном пространстве народу живет всего тысяч пятьдесят. Население небольшого российского райцентра. Найти в таких условиях пропавший самолет – это почти то же самое, что отыскать иголку в стоге сена. Даже воздушную разведку было очень сложно провести. У реактивных самолетов слишком высокая скорость, при которой рассмотреть в снегу обломки авиалайнера представлялось весьма проблематичным делом. У пригодных для этого вертолетов для обследования таких площадей просто не хватило бы в баках горючего. А чтобы обойти пешком территорию размером в десять британских королевств, понадобилось бы слишком много времени.

А времени для поисков было совсем мало. Ведь если предположить, что посадка прошла более или менее нормально и экипажу вместе с пассажирами удалось выжить, то несчастных людей в ближайшие часы ждет неминуемая смерть от холода. Максимум, сколько бедолаги смогут протянуть, – сутки или двое…

Глава 9

– Товарищ капитан, вас к телефону дежурный по КПП. – Сержант из караульного наряда протянул трубку Коноваленко.

– Ну, что там у тебя? – поинтересовался Олег Петрович у дежурившего на воротах прапорщика.

– Товарищ капитан, – откликнулись на том конце провода, – здесь машина с представителями ФСБ. Вас требуют.

– Пропусти, – коротко приказал капитан и глянул на часы. Половина четвертого утра. Видимо, где-то произошло что-то очень серьезное и не терпящее отлагательств, коль скоро спецслужба не стала связываться по телефону, а пожаловала лично.

Скользнув фарами по окнам, перед штабом части остановилась машина, и спустя минуту в комнату дежурного офицера вошел мужчина в гражданской одежде и с депутатским значком на лацкане пиджака.

– Здравствуйте, Олег Петрович. – Штатский пожал руку капитану и коротко приказал сержанту: – Служивый, погуляй минут пятнадцать, подыши воздухом.

– Здравствуйте. – Офицер с любопытством уставился на незнакомца из властных структур, так лихо посреди ночи припершегося за сорок километров от города, да еще под охраной ребят из ФСО и представителей ФСБ. – Дежурный по части капитан Коноваленко, – по уставу представился Олег Петрович и замолчал, ожидая дальнейших действий визитера.

– Капитан, ты вечерний выпуск новостей смотрел? – с нагловатой фамильярностью поинтересовался чиновник, считая, очевидно, что имеет на это право.

– Никак нет, – снова отчеканил Коноваленко и с долей презрения добавил: – Я в восемнадцать ноль-ноль заступил дежурным по части. – Он выразительно поправил повязку на левом рукаве. – Мне не до телевизора было.

– А-а-а… Ну да… – рассеянно обронил визитер, только сейчас заметив, что находится в штабной дежурке. – Извини, мы тут в небольшом зашоре.

Олег Петрович молчал, не интересуясь, кто это «мы», что это за «зашор» и, главное, по какой причине он случился. Капитан полностью отдал инициативу в руки высокопоставленного незнакомца, ожидая продолжения.

Не дождавшись вопросов, мужчина сердито откашлялся и произнес:

– Я только что от Патрушева…

– Почему он сам не позвонил? – тут же спросил Коноваленко, устанавливая предел полномочий визитера.

– Дело это не для телефонного разговора, – загадочно сообщил незнакомец, – я уполномочен лично передать вам распоряжения вашего начальника.

– Извините, – вежливо ответил капитан, – но вам придется подождать одну минуту. Мне нужно сделать звонок.

– Звоните, – согласно кивнул мужчина, догадавшись о причинах недоверия. – Наверняка он не спит.

Коноваленко набрал домашний номер командира и припал к трубке. Дождавшись ответа, он представился:

– Извините, что так поздно потревожил. Говорит капитан Коноваленко. Да. Здесь, в части. Точнее, у меня. Я? Заступил в наряд дежурным по части. А как я сменюсь?! Есть дождаться Гаврилюка и сдать дежурство. – Он мягко положил трубку на аппарат и повернулся к мужчине. – Поскольку новостей я не смотрел, то внимательно слушаю вас.

– Значит, так. Несколько часов назад американский пассажирский «Боинг» потерпел аварию и совершил вынужденную посадку где-то в Гренландии, – начал издалека визитер.

– Понятно, – оценил информацию Олег Петрович. – А мне до этого самолета какое дело? – резонно спросил он.

– Непосредственное, – многозначительно ответил чиновник и продолжал: – Принято решение отправить во главе с вами группу спецназовцев из вашего подразделения. Вы должны десантироваться на месте предполагаемого крушения самолета.

– За каким лешим? – поинтересовался капитан, все еще не понимая, чего от него хотят. – Что мне там делать? Учить белых мишек рукопашному бою?

– К сожалению, капитан, цель вашей миссии сейчас я вам озвучить не могу. – Мужчина с сожалением покачал головой. – Во избежание утечки информации. О задачах вашей миссии вы узнаете только после десантирования, непосредственно на месте.

– Какая, на хрен, утечка информации? – вспылил капитан, которому меньше всего в своей работе нравились какие-то темные закулисные игры. – Здесь нас двое – вы и я. Двое, – подчеркнул он. – Вы обо всем знаете сейчас, я узнаю там, на месте. Только вы останетесь здесь, в Москве, а мне там придется работать. Я не могу выполнять задачу, о которой не имею понятия. Потому что не могу предусмотреть ни вероятных препятствий, ни степени подготовки и необходимого снаряжения.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

Поделиться ссылкой на выделенное