Сергей Зверев.

Два капитана

(страница 3 из 23)

скачать книгу бесплатно

Правило пятое...

Очередная лекция по выживаемости в экстремальных условиях продолжалась уже больше часа. Лекторий Академии генштаба был заполнен до отказа, курс «школы выживания», подготовленный Селивановым, вызывал огромный интерес и пользовался доброй славой. Не умел Александр выполнять порученную ему работу плохо, даже в том случае, когда была она ему не слишком по душе. Да, Селиванов совершенно справедливо считал себя «практиком», и преподавательская стезя его не привлекала.

Но раз уж он вынужден ей заниматься, он сделает это на совесть.

– ... не забывайте о таком важном пищевом ресурсе, как насекомые. В их телах много белка и жиров, ловить их может даже безоружный и ослабевший от голода человек. Мы с вами не дети, поэтому реплики с мест типа «противно» я считаю несерьезными. Умирать от истощения еще противней. Вон, сам Иоанн Креститель, по свидетельству Писания, акридами питался. Акриды, к вашему сведению, это саранча. И ничего, очень крепкий был мужчина... Если вам встретился муравейник, очистите от коры веточку и воткните в него. Когда она покроется муравьями, выньте ее и вместе с муравьями – в рот. Медведь, обратите внимание, вон какой здоровенный, а очень любит так лакомиться. Питательные, значит! Но не увлекайтесь, не больше пригоршни лесных муравьев за сутки. Муравьиная кислота, содержащаяся в их брюшках, в больших количествах опасна. Можно почки подсадить.

Не так уж трудно поймать руками сидящую стрекозу. Обрываете крылья, все остальное – съедаете. В любом мелком пресноводном водоемчике, да хоть в бочажине, можно без труда выловить несколько крупных жуков-плавунцов или водолюбов. Да, они жесткие, хитиновый панцирь не угрызешь. Но зато из них получается превосходный питательный бульон, и варить недолго – три минуты. Если вас занесет в другие климатические пояса, то и там жуки водятся, воспользуйтесь моим советом в случае острой необходимости. Но запомните: ярко окрашенные жуки как пищевой ресурс не годятся. Они потому и окрашены ярко, что как бы предупреждают: нас есть нельзя, мы – ядовитые! Используйте только однотонно окрашенных: черных, серых, коричневых.

Теперь о морском береге поговорим, о приливной зоне. Это настоящая природная кладовая!

Слушатели Александра не с улицы в лекторий пришли, они были людьми тертыми и битыми, что такое выживать, знали не понаслышке, они в те еще переделки попадали. И все же узнавали из лекций Селиванова кое-что для себя новое и полезное. Понимали, что их преподаватель прекрасно знает свое ремесло, что в свое время он прошел эту самую «школу выживания» в самых разных точках – от Таджикистана до Никарагуа. У такого не грех поучиться!

– ...Усвойте самое главное: голод убивает человека за несколько недель, жажда – за несколько дней, а вот отчаяние и неверие в собственные силы – за несколько часов, а порой и минут. Никогда не отчаивайтесь! Помните: человек – самое приспособляемое животное на планете, мы даже серой крысе сто очков вперед дадим! Отчаяние туманит мозг, а это – самое сильное ваше оружие.

Не теряйте хладнокровия. Как бы ситуация, в которую вы попали, ни была сложна и опасна, сначала подумайте, и только потом – действуйте. Но тогда уж – решительно. И все у вас получится. На следующей лекции я расскажу вам о приемах и правилах маскировки.

@int-20 = Он вышел на крыльцо здания лектория, достал из кармана полупустую сигаретную пачку. Курил Селиванов редко, но сейчас что-то захотелось подымить, отвлечься от невеселых мыслей. Слишком уж мутным было настроение.

Ему тридцать один год, он в самом расцвете сил, у него накопился немалый и весьма специфический опыт. Он боевой офицер и патриот своей страны. Он многое знает и умеет, может принести большую пользу. И что же? Читает лекции... Точно не осталось на планете горячих точек, где бы его навыки пригодились, где он был бы на своем месте, черт возьми! Подавать рапорта по команде? Пробовал... Но все его рапорта словно бы в черную дыру проваливались – ни ответа, ни привета. А в приватном разговоре один из новых сослуживцев по Академии генштаба прозрачно намекнул, что после того злосчастного инцидента он должен благодарить судьбу, что вообще «в рядах» оставили. Хоть ни тогда, ни сейчас никакой вины за собой Александр Селиванов не чувствовал, хоть тресни! Его просто убрали с глаз подальше, пожертвовали, словно пешку в гамбитном дебюте. Политика, ни дна б ей, ни покрышки! И вот он словно бы выкинут из жизни, занимается не своим делом... Грустно все это!

Настроение портилось все сильнее. Переоценивать себя опасно. Однако и недооценивать себя – признак отнюдь не скромности, а недалекого ума. А дураком Александр не был, и цену себе знал.

Как знал и то, что сожалеть об уже случившемся, есть себя поедом – занятие безнадежно глупое. Проку-то? Если бы, да кабы... вот переиграть бы... Чушь собачья: кому и когда помогало сослагательное наклонение?

Конечно, уместнее всего запастись терпением. Только никогда это свойство характера не отличало Александра Селиванова.

Кто-то потрогал его за плечо.

Селиванов резко обернулся. На крыльце рядом с ним стоял плотного телосложения мужчина лет шестидесяти, в неброском дорогом коричневом костюме и темных солнечных очках. Широкое лицо с чуть скошенным назад лбом. Тяжелая нижняя челюсть с выпирающим квадратным подбородком. Основательно поредевшие темно-русые волосы приморожены сединой. И хоть в штатском он, а сразу видна армейская выправка – в осанке, в характерном развороте плеч.

– Хочу поблагодарить вас за отличную лекцию, – низким рокочущим баритоном произнес мужчина. – Здорово у вас получается. Да и весь курс хорош. Даже я кое-что новое для себя открыл... Вы просто прирожденный преподаватель.

– Да-а? – Александр вяло улыбнулся. – Спасибо, конечно. А я вот только сейчас размышлял о том, что преподавательская работа не для меня.

«Хм-м... Кто же он? – промелькнуло у Селиванова. – Интересная у него оговорочка получилась: „Даже я...“ Определенно, где-то я этого человека видел!»

Александр представил себе этого плотного мужчину не в «гражданке», а в кителе с погонами на плечах, мысленно убрал с его лица солнцезащитные очки, надел на голову форменную фуражку... И узнал. Ага, вот это, оказывается, кто!

Генерал-майор Павел Николаевич Барецкий. Из ГРУ, из родного «аквариума», правда, совсем из другого подразделения. Аналитик. Но должность у него... Ох, до чего серьезная должность!.. Второй человек в секретариате управления.

Селиванов под началом Барецкого не служил, у Александра свои генералы имелись. Но видеться – да! – приходилось. И на учениях, и в коридорах конторы. Последний раз лет пять-шесть тому назад. А постарел генерал с тех пор... Даже брюшко появилось...

Да, полноватый, с пегим венчиком вокруг растущей лысины, лицом напоминающий гнома из мультяшки, почему-то сбрившего бороду. Одним словом, хочется улыбнуться ему, снисходительно похлопать по плечу и повернуться спиной... А вот последнего, думается, делать никак не следует.

Думается, кто спиной к нему поворачивался, потом до-о-олго об этом жалел. Или – жалеть не приходилось вовсе, не успевали...

И слышать про Барецкого доводилось Александру немало, заметной фигурой в их системе был Павел Николаевич.

Разного слышать, но больше хорошего, нежели плохого. Нетерпим к ошибкам подчиненных, резок, порой до грубости? Ну, в армии это грех для начальства вполне простительный. Лишь бы тупым самодуром не был, хотя такие в ГРУ просто не удерживаются. Не дурак выпить? А кто, скажите, дурак? Зато генерал не опереточный, которых развелось, как на Жучке блох, а боевой, настоящий.

Барецкий – это признавалось всеми в «аквариуме» – к своему званию и должности топал ножками, а не на лифте ехал. Со старших лейтенантов начинал, еще во времена Карибского кризиса. С той поры пороха он понюхал предостаточно, куда только ни заносила его служба. И горел, и тонул, и ранен был. Как хотите, а такая карьера вызывает заслуженное уважение. Ходили, правда, по управлению глухие слухи, что, дескать, потерял Барецкий с возрастом оперативную хватку... Но, во-первых, недоброжелателей и завистников у каждой из крупных фигур ГРУ хватало, а, во-вторых, – хотя бы и так! Есть в «аквариуме» народ с оперативной хваткой и помимо генерал-майора Барецкого, а вот много ли наберется с его опытом? Да и аналитиком он считался очень неплохим.

– Не для меня преподавательская работа, – повторил Александр и закончил, – товарищ генерал!

– Узнал, выходит? – Барецкий усмехнулся, поднял свои очки на лоб. – А я вот что-то тебя не припомню. Но я сразу понял, что ты волчара из нашей стаи.

– Был волчара, – с горечью сказал Селиванов, – да весь вышел. Теперь так... Вроде Красной Шапочки. Манной кашкой питаюсь, пирожки бабушке ношу. В смысле лекции читаю.

– Во-от как? – в голосе генерал-майора явно прозвучали сочувственные нотки. – А тебе, значит, манная кашка не в дугу, на мясцо тянет? Понимаю... Сам такой был.

Селиванов внутренне подобрался: разговор начинал приобретать интересный оборот. Что, если это шанс? Барецкий в управлении немалый вес и авторитет имеет!

– Я ведь, товарищ генерал, практик! – горячо сказал он. – Перелистайте мое личное дело, убедитесь! Я ведь немало чего натворил, а сделал бы еще больше!..

Барецкий молча смотрел на Александра Селиванова, словно просчитывая что-то. Взгляд генерал-майора был пристальным, изучающим.

Он обмозговывал слова Селиванова.

И слова эти ему пришлись по нраву.

– Ничего, что-нибудь придумаем, – успокаивающим тоном сказал Барецкий.

– «Что-нибудь» не надо, – неожиданно резко отозвался Александр. – «Что-нибудь» уже придумали.

– Ого! – рассмеялся генерал. – А ты колючий, палец в рот не клади. Что ж, отлично. Мне это нравится. Так, говоришь, практик? Навыки не растерял, ничего не забыл? Из ... э-э ... практики?

– А вы приезжайте на полигон, Павел Николаевич, – скромно сказал Александр. – Мне самому себя нахваливать как-то неловко. Лучше вы своими глазами посмотрите.

Широкая снисходительная улыбка озарила лицо генерал-майора, его брови сошлись, образовав выпуклые холмики.

– А почему бы и нет? Посмотрю...

Глава 5

Благодаря стараниям удравшего на Запад Виктора Суворова, который на самом деле Резун, о стеклобетонном кубе «Аквариума» знают во всем мире. Но ГРУ не только и не столько там распологается...

Вот кто бы мог подумать, что под скромненькой вывеской «АООТ ЗАГОТЗЕРНО» скрывается один из филиалов этой замечательной организации? Дверь, правда, характерная: полусантиметровая сталь, тройной ригельный замок, оснащенный сенсорным приводом, сверху – глазки встроенных телекамер... Просто так не войдешь! Любопытно, какое зерно за такой дверкой заготавливают...

Генерал-майор Павел Николаевич Барецкий вел оперативное совещание уверенно и внешне спокойно. Но его лицо, широкое, толстощекое, выражало все более явное неудовлетворение и недовольство.

Да и вообще, было в этом оперативном совещании что-то, на удивление напоминающее другое совещание, в штаб-квартире Би-би-си. Нет, не паника, конечно. Тут собрались люди военные, им паниковать по уставу не положено. Но вот чувство тоскливого уныния ощущалось вполне.

На экране большого демонстрационного монитора перед совещающимися высвечивалась крупномасштабная карта Абхазии с примыкающими территориями Краснодарского края и Республики Грузия. Сухумский, Гагрский, Гудаутский, Ткурачальский и другие районы Абхазии были выделены на карте разными цветами, а около городов Сухуми, Очамчира и Бзыпи стояли столбики цифр и условные значки, понятные лишь посвященным. Многое бы дало грузинское командование за возможность поглядеть на эту карту! Но нет, файлы ГРУ защищены надежно, никакому хакеру не взломать!

– У нас есть сведения, – обратился к Барецкому высокий моложавый военный с подполковничьими погонами, – что с ним ушло не меньше трех десятков человек. И не просто срочников, а настоящих коммандос. Это немалая сила! Но мы ничего не можем знать наверняка. Остается отслеживать ситуацию. Ждать, пока они проявятся.

– Мало просто отслеживать! – с раздражением сказал генерал-майор. – Надо что-то делать! Ждать... Дождемся! Вы только представьте, каких дров он может там наломать! А кому расхлебывать придется? Нам, больше некому. Бог мой, ну до чего же некстати! Еще раз: представьте, что случится, если...

Собравшиеся на совещание военные выслушали короткую, но эмоциональную речь своего начальника. Представили. И стало им совсем нехорошо.

Дело в том, что вот уже месяц, как стало известно: капитан Андрей Федорович Василевский, служивший миротворцем в Абхазии, самовольно покинул расположение воинской части. А теперь выясняется, что его примеру последовало, как минимум, три десятка спецназовцев. И все они бесследно исчезли, точно в воду канули.

Пикантность ситуации еще в том, что до известного инцидента, после которого капитан Василевский оказался в Сухуми, он служил в одном из диверсионно-разведывательных подразделений ГРУ. А возглавлял это подразделение как раз генерал-майор Павел Николаевич Барецкий! Лично встречаться со своим бывшим подчиненным генералу не доводилось, но наслышан о Василевском он был, и возможности Андрея представлял прекрасно. Более чем серьезные возможности!

Капитан Андрей Василевский сравнительно молод: ему тридцать два года. Что называется, в расцвете сил. При этом у него большой боевой опыт. Он прекрасно умеет драться в горах, и не только в горах. Андрей прошел такие «университеты» в нескольких «горячих точках», что никому мало не покажется. Это диверсант-спецназовец широкого профиля, с отличной выучкой. Он умен, хитер, необыкновенно удачлив, он превосходно знает методы своих бывших коллег. Все это, с учетом почти полного паралича местных властей, с учетом – называя вещи своими именами! – бардака, царящего в Абхазии, делает вышедшего из-под контроля Андрея Василевского крайне опасным.

В перспективе тлеющего, а потому взрывоопасного грузино-абхазского конфликта действия Василевского могут вызвать непредсказуемые последствия. Тем более что никому толком не известна ни причина, по которой капитан покинул ряды российских миротворцев, ни то, что он собирается предпринять дальше. Кто знает, что взбредет ему в голову? Словом, пока дело не зашло слишком далеко, капитана Василевского необходимо остановить. Любыми, вплоть до самых жестких, средствами.

А как его остановишь, если совершенно непонятно, где и почему он скрывается?!

Ну, относительно «почему» имелись у генерал-майора свои соображения. И весьма правдоподобные.

«После злосчастного инцидента с грузинскими спецназовцами, – невесело рассуждал сам с собой Барецкий, – капитан Василевский решил, что его, как говорится, сдали. Мужик он гордый и обидчивый. Вот, значит, и обиделся на руководство ГРУ, то есть – на нас. Посчитал, что его предали. Поэтому и вышел из-под контроля. Я такие импульсивные натуры знаю, насмотрелся. Мало того, я Василевского хотя и не оправдываю, но в чем-то понять могу. Недаром после того, как грузины весь его отряд положили, а мы тут мямлили нечто маловразумительное, я на себе косые взгляды своих же офицеров ловил. Мы военные, а не политики. Однако на Кавказе сейчас правит бал большая политика. И что для нее судьбы и доброе имя двух десятков человек и их командира? Звук пустой...

Но вояки, подобные Василевскому, с таким положением вещей соглашаться не хотят, и обид не прощают. Слишком серьезную закалку прошли их характеры. А Василевский, по моим сведениям, изначально был склонен к махновщине. Получается, что капитан организовал нечто вроде бандформирования. Ох, до чего слово противное, но кошку надо называть кошкой. Даже если на нее наступишь... А службу в нашем миротворческом контингенте он использовал для шлифовки и доведения до ума заранее подготовленного плана, который потом и воплотил в жизнь. Кроме того, навербовать себе соратников среди этого контингента – раз плюнуть. И теперь Василевский – изгой, которого придется травить, как волка. Неприятно все это до крайней степени, до тошноты!..»

Пойди, кстати, затрави! Достаточно внимательно приглядеться к карте Абхазии, как становится понятно: задача не из легких.

Да, площадь сравнительно небольшая. Всего-то восемь с половиной тысяч квадратных километров. С запада на восток – сто шестьдесят километров, с юга на север и того меньше – жалкая полусотня, час езды, даже по горным дорогам.

Но зато вся эта территория, которая куда меньше почти всех областей центральной России, густо поросла субтропическим широколиственным лесом, пронизана системой мелких речек, впадающих в Черное море, таких, как Псоу, Гумиста, Кодор. Добавить еще благословенный мягкий климат, позволяющий человеку даже зимой не страдать от холода. Плюс к тому разветвленные комплексы карстовых пещер.

По-настоящему высоких гор здесь нет, это не Северный Кавказ, самая высокая точка Абхазии – Домбай-Ульген, около четырех тысяч метров. Зато много распадков, ущелий, горных речек с поросшим колючим кустарником берегами, дремучих лесных урочищ, выходящих прямо на побережье и сплетающихся в запутанную сеть. Словом, ловить здесь кого-либо, тем более человека опытного, – это сущее наказанье господнее. А вот прятаться, напротив, легко и просто. Этот край идеально подходит для действий небольшой и мобильной группы вооруженных людей.

Плохо еще и то, что постоянной агентурной сети в Абхазии у ГРУ сейчас нет. Те, кто остался, надежно законсервированы, легли на дно, и светить этих людей никто не позволит. Откуда информацию получать? А без точной информации затевать какие-то оперативные мероприятия не только глупо, но и опасно.

Невеселые размышления генерала Барецкого прервал голос сидящего по другую сторону стола немолодого полковника:

– Мы получили информацию из двух независимых источников. Она настораживает. Нехорошие известия. С определенной – высокой! – степенью вероятности можно предполагать, что исчезновение съемочной группы канала «Дискавери» дело Андрея Василевского и его людей.

Генерал чуть вслух не выругался, услышав такое! Как же, был Павел Николаевич в курсе этого тухлого дела. Пропали двое подданных британской короны, Джулиана Хаттерфорд и Майкл Белчер. Именно там и пропали, где, вероятнее всего, действует дикий отряд Василевского. И если англичане сумеют найти доказательства... Совсем погано дело обернется! Значит, нужно как-то форсировать поиски беглого капитана Василевского. Только вот как?!

Моложавый подполковник, предлагавший «отслеживать ситуацию», словно бы прочел мысли своего начальника.

– А ведь капитан Василевский тогда спасся не один, – задумчиво, тихо проговорил подполковник. – Двое спаслись из всего отряда. Был еще человек, которому повезло. Александр Селиванов. Они с Василевским не то, что друзья, но... Боевые товарищи. Тут что интересно: когда-то, лет шесть тому назад, Селиванов служил под моим командованием. Недолго, около полугода. Так что я Александра чуточку знаю. И очень высоко его ценю. А совсем недавно я его встретил в Академии генштаба. И что же? Такой рубака, сорвиголова, а на кабинетной работе штаны протирает. Лекции читает! Ведь храбрец отчаянный, настоящий орел... Я вот думаю: нельзя ли как-нибудь использовать его знакомство с Василевским, их приятельские отношения? Может быть...

– Стоп! – прищурившись, прервал его генерал-майор. – Это какой Селиванов? Который в Академии генштаба лекции по выживанию в экстремальных условиях читает? Среднего роста, крепыш такой, волосы темные, а на висках сединка прорезается? И глаза характерные, серо-зеленые, дерзкие такие? Хм-м-м... Забавно! Я с ним позавчера случайно познакомился.

Барецкий замолчал, припоминая, как на крыльце Академии генштаба беседовал с понравившимся ему молодым лектором.

– Орел, говоришь? – задумчиво произнес Павел Николаевич, обращаясь скорее к самому себе. – Ну что же, посмотрим, какой он орел!..

«Лектор из него, дейсвительно, хороший, – продолжал Барецкий про себя. – И сразу видно, много где парень побывал, и много чего хлебнул. Но! Надо посмотреть, каков он в деле. Полигон? Отчего же нет... Вот на полигоне и поглядим. На орла... Может получиться интересная комбинация!»

И в голове генерал-майора Барецкого постепенно начала складываться схема операции: как использовать одного спецназовца против другого. Александра Селиванова против Андрея Василевского.

Цель операции? Самая простая: найти и...

Да, уничтожить. Нет человека – нет проблемы. Так еще учил Иосиф Первый, он же – последний.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Поделиться ссылкой на выделенное