Сергей Зверев.

Десантники не сдаются

(страница 2 из 29)

скачать книгу бесплатно

* * *

– Мне нужен боржоми в стеклянной бутылке, девушка! В стеклянной! А не это пойло, – возмутился очкастый, круглолицый здоровяк, подбрасывая пластмассовую бутылку с таким видом, будто хотел запустить ей в официантку.

– Поищем, – пролепетала девушка.

– Уж поищите! – Круглолицый вытряхнул из коробочки зеленую таблетку, проглотил ее и с жадностью набросился на солянку в глиняном горшочке.

– Здоровье бережешь? – спросил красивый чеченец в бежевом костюме, сидевший за одним столиком с круглолицым.

– Оно у меня одно, Рустам. Одно! И его не купишь! Поэтому я должен пить настоящий боржом.

– Будто паленый боржоми нельзя в стеклянную тару закачать.

– Можно. Но труднее...

– Тебе на диету надо, – рассудительно произнес Рустам, но в глубине его глаз скрывалась насмешка.

– Не надо. Диета ввергает меня в невроз. От нее вреда больше, чем пользы. Просто нужно есть строго по расписанию.

«Особенно, когда на халяву», – подумал Рустам, без всякого аппетита перемешивая ложкой солянку.

Придорожный ресторан – вполне подходящее место для конфиденциальных встреч. Народу в зале немного. Несколько шоферюг расселось по углам. Еще двое крепких бойцов с настороженными глазами сидели у входа – это охрана Рустама.

Можно было бы и не сидеть в этом ресторане, а давно уже разойтись. Но обед стал традицией при встречах этих людей. Круглолицый был патологически жаден, и халява его расслабляла, добавляла ему тонуса. А сегодня была самая важная, ключевая из встреч. Итог многомесячных переговоров. Сегодня все срослось. И Рустам не посчитал грехом за такое дело опрокинуть рюмку-другую из запотевшего графинчика.

Официантка принесла боржоми в стеклянной бутылке, с ненавистью глядя на посетителя.

– Приятно с тобой дело иметь, Василий. – Рустам налил себе водки, потянулся к рюмке сотрапезника, но тот замахал руками – мол, сухой закон.

– Сказал – сделал, – кивнул круглолицый Василий. – В срок и качественно. И заметь, не требую дополнительной платы, хотя и очень хочется.

– Я уже расчувствовался, Васек, ха!

– Давай, чтобы не последняя сделка была. – Василий налил себе в рюмку боржоми и чокнулся.

Рустам еще только начал солянку, а его сотрапезник уже умял свою порцию и потребовал еще одну. Затем пельмени. Еду Василий перемалывал со скоростью электрической мельницы. Его аппетит подстегивала сладкая мысль о халяве.

Рустам еще не успел закончить со своим горшочком, а Василий еже приканчивал пельмени и поглядывал на осетрину.

Последний кусок влез с большим трудом. Но Василий постарался. После чего удовлетворенно откинулся на спинке стула, положив широкие ладони на вздувшийся животик.

– Ну, по последней. – Рустам поднял рюмку.

Чеченец махнул водку, русский трезвенник – боржоми.

– А теперь порадуй брата. – В голосе Рустама прорвалось нетерпение. – Покажи товар.

– В машине, – кивнул Василий. – А где зелененькие портреты американских президентов?

– Все при мне. – Рустам хохотнул. – Представь, смеху будет, если твою тачку сейчас угонят.

– Но твои бойцы за нею присмотрят.

– Ха-ха! Сечешь момент!

– Ха! Секу!

– Ну что, идем? – спросил Рустам.

Василий прихватил не распечатанную бутылку боржоми, с сожалением оглядел опустевший стол, сокрушаясь, что не развел Рустама еще на пару отбивных, которые можно было бы завернуть с собой.

Они вышли из ресторана.

Им вслед пристроились охранники.

На стоянке перед рестораном стояло несколько машин. Тут были две дальнобойные фуры. Старенькая «Тойета». Чуть в стороне застыл черный «Кадиллак»-вседорожник – весь в хроме, солнечные зайчики отплясывают на капоте. Стекла, понятно, тонированы. Шины широкие, ребристые. Не машина, а боевой слон. Мечта порядочного бандита. Гордость Рустама. А тщательно отдраенная, с противотуманными фарами темно-серая «девятка» принадлежала Василию. На трассе метрах в ста от кафе, рядом с магазином автозапчастей, застыл зеленый триста восемнадцатый «БМВ». За тонированными стеклами не было видно, кто там сидит. Но Рустам отлично знал – там четверо его бойцов, со стволами и с приказом при подаче сигнала опасности дырявить пулями все, что движется.

Рустам хлопнул Василия дружески по спине, потом махнул рукой. Из «Кадиллака» выпорхнул худой, подвижный джигит, передал хозяину папку. Там должно было быть что-то около ста тысяч долларов.

– Получи и распишись, – хмыкнул Рустам. Взвесив в руке этот вместительный «кошелек», он передал его Василию. Тот заглянул внутрь. Удовлетворенно кивнул. Полез в багажник своей машины и с трудом извлек увесистый чемодан.

Договаривающиеся стороны избрали самый простой способ совершения сделки: из рук в руки – деньги-товар. Существует масса других способов, придуманных для того, чтобы осложнить деятельность правоохранительных органов. Деньги и товар могут оставляться в условленных местах – под кустом, в камере хранения. Иногда при передаче используются посредники, которые вообще не в курсе происходящего. Но сейчас решили не мудрить. Все равно, если третьей стороне станет известно, что именно является предметом купли-продажи, тут уж никакие предосторожности не помогут. Вся госбезопасность и МВД на уши встанут, да еще авиацию с артиллерией привлекут. Только вот не станет им это известно. У Рустама, который провернул массу подобных сделок, все под контролем.

– Проверять товар не буду, – сказал чеченец. – Тебе известно, что нас не обманывают?

– Наслышан... Надеюсь, что баксы настоящие.

– А если бы были ненастоящие? Или мы просто бы забрали по беспределу товар? – заинтересовался Рустам.

Василий отвел полу куртки и что-то продемонстрировал ему.

– «Лимонка», – озадаченно произнес Рустам. – И что, рванул бы?

– Мне очень деньги нужны, – с неожиданной каменной твердостью в голосе произнес Василий. – Я сильно злой становлюсь, когда мне мое не отдают...

– Уважаю. Мужчина...

Юркий подручный Рустама пристроил чемодан в багажник вседорожника.

– Деньги будут – заходи еще, – сказал Василий.

– Деньги будут, – заверил Рустам. – Лишь бы товар был качественный.

– Дерьма не держим, – ответил Василий и грузно устроился за рулем своего «жигуля».

Машины разъехались в разные стороны.

Через пяток километров «Кадиллак» завернул в бетонный «карман», где стояла занюханная «Газель». Чемодан с товаром перекочевал в нее.

Чеченские машины тронулись с места. Двинули обратно в город. Прилично растянулись. Впереди «Кадиллак». За ним «Газель». Сзади – «БМВ». Последняя машина выделывала фортели. То оттягивалась на значительное расстояние, то обгоняла.

Асфальт шуршал под шинами. Машины пожирали расстояние. Мимо проносились прилепившиеся к трассе поселки, городишки. Белая табличка «Осиновское». Убогие домишки. Дощатые заборы. Та же табличка, но уже перечеркнутая. Все, населенный пункт позади... Деревня «Волковка»... Позади...

Участок дороги плавной дугой выгнулся внутрь сплошного соснового леса. Пузатый старшина оторвался от «жигуленка» с надписью «ГАИ» и махнул полосатым жезлом.

«Газель» затормозила и остановилась прямо посреди лужи. «Кадиллак» с Рустамом, снизив скорость, продолжил движение. А зеленый «БМВ» угрожающе застыл метрах в двухстах сзади.

Сидящий на заднем сидении «Кадиллака» Рустам, ерзая на сидении, глядел на удаляющуюся «Газель» и фигуру милиционера. Он произнес в мобильник:

– Что там, Аскер?

– Кажется, обычные менты, – донесся в трубке голос боевика, сидящего в зеленом «БМВ».

– Контролируй, Аскер. Если что – валите всех...

– Не беспокойся, Рустам. Все будет хорошо.

Тем временем пузатый гаишник, не обращая внимания на лужу, подошел к «газели» и произнес строго.

– Старшина Цыпко.

– Свои, командир. Капитан Дивенко. – Водитель «Газели», по внешности чистый славянин, распахнул дверцу, спрыгнул на асфальт, тоже не обращая внимания на лужу, и продемонстрировал удостоверение капитана ГАИ.

– Что, из самой Москвы? – заинтересовался старшина. – Или из Подмосковья?

– Из нее, златоглавой...

– Москва, звонят колокола, – усмехнулся старшина.

– Звонят... Вот, с дачи барахлишко везу.

– Барахлишко. – Старшина задумчиво рассматривал «Газель». – Машина-то твоя?

– Друга. – «Капитан» кивнул на мужчину в глубине салона «Газели».

– Ах, друга...

Подошел второй гаишник – сержант с автоматом, небрежно болтающимся, как хомут, на шее. Осведомился:

– Свои, что ли?

– Ну да, – кивнул старшина. – Москвич. Вон, глянь, ксивы у них какие новые. Земляк, покажи.

Водитель «Газели» терпеливо продемонстрировал трехцветное удостоверение сотрудника милиции с голографической печатью и штрихкодом.

– Скоро вам тоже на такие заменят.

– Надо думать, – кивнул старшина лениво.

Тут на его боку переливисто запиликала увесистая милицейская рация. В тот же момент старшина необычно резво для своей тучной комплекции рванулся к водителю «Газели» и мощнейшим ударом кулака в челюсть сшиб с ног, успокоив на несколько минут. Сержант выбросил вперед руку, бросая через открытую дверцу в салон круглый предмет. Внутри «Газели» сверкнуло и ухнуло так, будто взорвалась ракета воздух – земля. Светошумовая граната «Заря» на несколько секунд выбила у пассажиров возможность ориентироваться во времени и пространстве. Осталось только повязать их тепленькими... Все, упакованы!

В это время грузовик перекрыл дорогу стоящему у обочины «Кадиллаку», сзади его подперла тяжелая «Волга-фургон». Рустам не успел опомниться, а его уже выволокли из салона и ткнули лицом в асфальт. Рядом устроился его шибко шустрый помощник, ему не дали дотянуться до спрятанного под сидением пистолета-пулемета «Кипарис».

Около «БМВ» резко затормозил темно-синий «Форд-мондео» с раскосыми глазами-фарами. Трех бойцов будто мощной волной вынесло из его салона. Каждый из них контролировал свою цель – фигуры четверых врагов, сидящих в «бумере». Одна из фигур дернулась. Хлопок – это почти задавленный глушителем звук выстрела. Пуля точно попала в череп – угроза ликвидирована. Ударом приклада вынесено лобовое стекло, водитель выдернут через проем, будто резиновая кукла. У жирного бугая в «БМВ» в голове замкнуло, по-видимому, он хотел рвануть гранату прямо в салоне. Не успел. Его тоже угомонили на асфальте, вжав морду в лужу. Вода булькала и пузырилась от его дыхания.

– Не стреляй! – хныкал бугай.

– Лежи, сученыш, – гаркнул боец и произнес в рацию: – Зачищено!

Пузатый гаишник залез в «Газель». Много времени, чтобы найти тайник, не понадобилось.

– Груз здесь, – произнес он в микрофон рации.

* * *

Офис был просторный, не меньше пятидесяти метров, обставленный в современном, никелево-кожаном стиле – знатоки знают, что стиль этот моден и дорог. Такая обстановка призвана убеждать клиентов в том, что дела фирмы обстоят самым лучшим образом. Впрочем, так оно и было.

– Ты заказал билеты? – спросил благообразный, полноватый мужчина лет сорока пяти. Его волосы щедро посеребрила седина. Про такую седину говорят – благородная. Судя по тому, что он занимал место хозяина за просторным столом красного дерева, здесь он был за главного.

– Да, – кивнул лысый колобок с курчавенькой легкомысленной бородой и настороженными глазками. – Рейс в пятницу. До Лос-Анджелеса...

– Что делать, ты, надеюсь, в курсе?

– В курсе, – хмыкнул «колобок». – Начать и кончить... Вообще-то нереально за такой срок...

– Через две недели ты здесь... Что ты должен обязательно успеть – это встреча с доктором Страусом. Визит во Флоридский технологический институт. И проработка протокола о намерениях с компанией «Интеллект». Остальное по обстановке.

«Колобок» с кислым видом кивнул.

– А ты что, хотел на Голливуд там глазеть? Нет, дружок. Работать надо. Деньги делать. Вкладывать капитал, в том числе интеллектуальный. Движение должно быть. А ты сидишь с унылым видом, Сема. И никакого блеска в глазах...

Судя по всему, песня была старая, поэтому «колобок» только пожал плечами и с видом человека, который давно привык и устал отбрехиваться, заявил:

– Тебе блеск нужен или работа?

– Работа.

– А работу никто лучше меня, старого еврея, не сделает. Так?

– За что тебя и ценю...

За окном заработал отбойный молоток. Хозяин кабинета успел одуреть от этого звука, сравнимого по зловредности только с ядовитым шипением бормашины. Прямо за окнами турецкие рабочие сноровисто превращали очередной московский памятник архитектуры девятнадцатого века в безвкусную стеклянно-бетонную упаковку для офисов.

– Теперь надо с Новосибирским институтом выйти на контакт, – деловито продолжил хозяин кабинета. – Разработка там перспективная есть. Англичане заинтересовались... В Обнинске – масса амбиций. Академики, доктора. Толку ноль... Галустян...

– Триумвират, – хмыкнул «колобок». – Гении доморощенные.

– Да уж... Не знаю, что и делать... Ты веришь в эти их фантазии?

– Галустян и команда – люди талантливые.

– Если такие умные, почему такие бедные, как говорят американцы?

– Талант и нищета в России – близнецы-братья. Мы, посредственности, за их счет богатеем, – изрек поучительно «колобок».

– Среди этих талантов больше психов, которые выдают неконструктивный бред за откровения свыше... И поди разберись, что стоит денег, а что только нервов... Боюсь, с группой Галустяна такая же история... Я не особо верю в мгновенные революции в науке и ниспровержение основ...

– Значит, не веришь в теорию относительности и квантовую механику? – глаза «колобка» смеялись. Эти дискуссии они вели уже не первый год. – И в геном человека?

– Верю... Было время, клады лежали под ногами. Стоило только увидеть их и нагнуться. Сейчас в мировой науке идет поступательное, неторопливое движение вперед, крайне материально затратное и вовсе не чреватое незапланированными прорывами... Плавно все должно быть. Пристойно. Без суеты. А Галустян со товарищами намереваются немножко растрясти основы...

– Но результаты есть. Экспериментальные...

– А кто их проверял?.. Ох, чувствую, влетит нам эта программа в копеечку... Не люблю сотрясателей основ. Они чаще сотрясают воздух впустую.

– А нам-то чего? – пожал плечами «колобок». – За погляд денег не берут... А если это правда?

– Тогда мы поймаем жар-птицу... Опять мистика – жар-птицы, – скривился Николай Валентинович Кумаченко – хозяин кабинета, он же директор фонда «Третье тысячелетие».

Фонд этот был создан стараниями Академии наук и Министерства экономики с целью собрать перспективные идеи, дать им импульс в развитии, в худшем случае повыгоднее продать их на Запад. С внедрением получалось как всегда – то есть ничего не получалось. А вот с продажей на Запад перспективных идей и технологий шло гораздо лучше. Благо отдавали дешево, так что от желающих отбоя не было. Притом торг шел по российской арифметике – бакс пишем, два в уме. Того, что в уме, хватало на подкорм нужных людей и в Академии наук, и в Минэкономики, а потому фондом все были довольны. В том числе голодные ученые – генераторы этих самых идей, которым каждый бакс – счастье.

– Галустян – не сумасшедший романтик. Он прагматичен, – отозвался «колобок», точнее Семен Иосифович Богучарский, заместитель Кумаченко, его правая рука, левая нога и заодно голова. – И умеет соблюдать секретность. Ядро процесса, на котором и основано ноу-хау, не знает никто, кроме его группы. Свой интерес он блюдет...

– Блюститель, – скривился Кумаченко. – Он нам еще крови попьет...

Зазвонил мобильник. Богучарский зашарил по всем многочисленным карманам своей джинсовой безрукавки. Наконец, извлек его из кармана брюк. Нажал на кнопку:

– Весь внимание...

По мере того как он выслушивал сообщение, лицо его бледнело и вытягивалось.

– Когда? Как? Какая-то несуразица... Да, понятно... Черт возьми, ну надо же... Пока, Коля. До встречи...

Он положил со стуком телефон на стол и вытер ладонью лысину.

– Что там? – заерзал в кресле Кумаченко.

– Не попьет нам Галустян крови...

– В смысле?

– Он мертв.

– Как мертв?

– Ночью покончил жизнь самоубийством. В записке написал, что устал...

– Устал? – Кумаченко нервно поправил свой роскошный бордовый галстук. – Черт! Я же говорил, он обычный сумасшедший! Как и его идеи!

* * *

Мир Рустама рухнул. Гордого чеченца грубо затолкали в холодный фургон – такие используют для перевозки мяса. Бросили на рифленый алюминиевый пол. Там крупногабаритный русский, настоящий буйвол, присев рядом с ним на колено, резко бросил:

– По ходу маршрута ты должен отзванивать?

Рустам ничего не ответил.

– Я спросил, – спокойно произнес «буйвол».

– Собак помойных спрашивай. Они тебе как брату ответят!

– Настрой ясен.

Железные пальцы стиснули Рустаму голову. А потом резкая боль в ухе.

Рустам задохнулся от боли. И заорал бы. Но челюсть ему стиснули, так что послышался только сдавленный крик.

По шее струилась кровь.

– Не скули, Рустам, – по-чеченски произнес резко, будто плетью хлестнул, второй присутствовавший здесь – жилистый, с холодными стальными глазами мужчина. – Это только мочка уха... Так и будем резать по кусочкам...

Ужас захлестнул Рустама... Все шло здесь неправильно. Резать головы и уши – это привилегия его братьев... Русские слишком слабы и чувствительны для такой работы.

В мозгу щелкало. Кто это? Кто посмел? Менты? ФСБ? Военные? Кто это, шайтан их всех забери?!

– Я повторяю – ты должен сделать отзвон?

– Должен, – выдавил Рустам.

И снова его стиснули в тисках. Нож коснулся другого уха...

– Будешь дальше врать?

Рустам не должен был сделать никаких отзвонов в пути. Он уже сообщил, что товар получен. На крайний случай был предусмотрен звонок с кодовым словом – это значило, что все пошло наперекосяк. Его обязанность была сделать это, даже если придется пожертвовать жизнью...

Русские поняли это...

– К тебе еще немало вопросов, Рустам, – произнес жилистый. – Адреса, явки, планы – классический набор...

– Я ничего не знаю. Мне сказали отдать деньги, взять чемодан. Привезти...

– На вокзал, да?.. Или в общественный сортир на Пресне?..

– Смешно, да? – опять начал хорохориться Рустам. – В центр города должен подвезти. Там у меня возьмут. Я ни при чем...

– Рустам... Я тебе гарантирую одно. Ты скажешь нам все, – пообещал «буйвол». – Через полчаса...

Рустам криво улыбнулся. Он не собирался говорить ничего. Сердце ухало в предчувствии страшного. Но он должен был держаться... Должен... Он не может опозорить себя. Своих братьев. Свой род! Должен...

– Отдохни пока...

Рустам пошевелил закованными в наручники руками. Разомкнуть бы их, ударом выбить дух из здоровяка, распахнуть дверцу фургона... Но это нереально...

Ему очень не понравились слова «отдохни пока»...

– Куда везете? Куда? – заволновался он.

Но ему не отвечали...

А потом кошмар продолжился. Гордого чеченца вытолкали из машины, как какую-то недостаточно поворотливую скотину. И затолкали в длинную фуру с иностранными надписями на боках. Захлопнулась дверца, отрезая солнечный свет и внешние шумы. Зажглась электрическая лампочка. Внутри было просторно, гулко и жутко. В центре стояло кресло.

От вида этого кресла решимость Рустама сразу ухнула куда-то в центр Земли, в магму, да там и сгорела.

Кресло было хирургическое, с ремнями. Рядом, как в старых фильмах о фашистах, столик с инструментами.

Здесь к тем двоим русским, которые сопровождали его в фургоне, присоединился невысокий, немножко сутулый человек с тщательно зализанными на пробор жиденькими волосенками. Рустам скривился. Даже в своем незавидном положении он не мог скрыть презрения к таким вот червякам, которых можно навсегда задавить одним взглядом. В них нет ничего от настоящих мужчин, кроме привычки носить брюки.

– Рустам, – произнес «буйвол» – он же руководитель операции, оперативник «Пирамиды» Русич, он же бывший капитан ВДВ Влад Абросимов. – Я буду говорить коротко и доходчиво. Выбор остается за тобой, но он невелик. Первый вариант – ты сотрудничаешь с нами, помогаешь нам разрешить проблему. За это мы оставляем тебе жизнь...

– Можешь хоть сейчас меня убить, – сквозь зубы процедил Рустам.

– Это второй вариант. Ты отказываешься от сотрудничества. Тогда Эскулап, – он кивнул на «червяка», который вежливо улыбнулся, будто его представили на светском рауте, – с помощью нехитрых инструментов и хитрых психотропных веществ – слыхал, небось, о таких – выдавливает из тебя по капле все. И ты умираешь. В мучениях...

Глаза чеченца полыхали ненавистью и упрямством.

– Я тебя понимаю. Ты боишься не за себя, а за своих близких... Поэтому учти, что вместе с тобой сегодня же в могилу ты потащишь сестру и отца, которые живут в Подольске.

Рустам дернулся, изрыгая нечто нечленораздельное, но ремни крепко удерживали его. Это было нечестно! Русские так не могут!

– У нас специфическая организация, – продолжил Влад. – Ее авторитет основан на том, что мы всегда держим обещания... Мы зачистим всех твоих родственников, которых только найдем. И ты с ними свидишься в мусульманском аду. В рай тебе не попасть. Тебя скормят свиньям, а косточки похоронят в свиной шкуре...

– Ты... Ты грязная скотина... Я на руку намотаю твои кишки, собака...

– Эмоционально, но не убедительно... Даю тебе три минуты на раздумье. – Влад посмотрел на часы. – Потом отдам тебя в руки Эскулапа.

– Ты... Я вырежу всех твоих...

– Время пошло...

В Чечне Рустам привык жить рядом со смертью. Он очень много видел смертей, убийств. Гибли люди от бомбежек, от межплеменной вражды. От солдат федеральных войск. Убивали его братьев и сестер. Он сам убивал... Это было нормально... Он готов был убивать и умирать... Так ему тогда казалось...

Сейчас ему казалось иначе. Он понял, что умирать именно сейчас и именно здесь совсем не готов. Тем более вместе со своими родными... Он боялся смерти. Он хотел жить...



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Поделиться ссылкой на выделенное