Сергей Зверев.

Батяня. Бой против своих

(страница 2 из 19)

скачать книгу бесплатно

– Нет, что ты, – проговорил Батяня, пряча в пакет початую бутылку водки и засовывая ее за стопку журналов в тумбочке, – такое не каждый день услышишь. За твое здоровье! – подняв стакан, сказал он.

– За ВДВ! – откликнулся Игорь. – И за тебя. Ты ведь мне жизнь спас.

* * *

Как всегда бывает после ЧП, тут же приняли запоздалые меры безопасности. После случая с нераскрывшимся парашютом отменили сдачу нормативов последней группой офицеров. Со складов доставили новые парашюты, по нескольку раз их перекладывали, перепроверяли стропы, искали на материи малейшие дефекты, дабы не повторить печальный подвиг офицера из Дальневосточного округа. Хотя печальным он был отчасти, майор-то выжил.

Но, несмотря на общее напряжение и волнение, сдача нормативов окончилась без чрезвычайных ситуаций. Когда экзамены завершились и Поволжье покинули последние гости, военная часть зажила привычной жизнью: учения по рукопашному бою, стрельбище, изнуряющие тренировки, прыжки…

На майора Лаврова навалилось много дел. Но он все-таки улучал несколько свободных минут в своем плотном графике и обязательно заезжал к Бутусову в госпиталь. Сидя на краешке больничной койки, он выслушивал истории из жизни дальневосточного офицера, делился своими. Через две недели майору Бутусову наконец разрешили стать на костыли, и он отбыл поправлять здоровье по месту службы в Хабаровск.

Летели месяцы, проходили годы. Многое случилось в жизни нашего героя. Батяня все так же воспитывал и тренировал курсантов, изредка ходил с медсестрой в кино. А через пару лет даже чуть было на ней не женился. Казалось, чего еще надо хотеть от жизни? Разве что более высокой должности и очередного звания. Но Лавров не рвался делать карьеру. Для себя решил, что лучше быть хорошим комбатом, чем плохим командиром полка.

Глава 2

Звездное небо, словно густо исколотая иголкой черная бархатистая бумага, расстилалось над просторами Уссурийского края. Сквозь узкий вырез полумесяца призрачный лунный свет лился на ниточку железнодорожного полотна, проложенного здесь еще в начале прошлого века. Казалось, что все спит, отдыхает и не найти на земле места, где было бы так тихо и спокойно.

Тишину природы и безмятежность пейзажа нарушил отдаленный грохот товарняка – рельсы завибрировали, земля отозвалась глубинным гулом, словно вот-вот должно было начаться землетрясение.

С приближением локомотива картина почти нетронутой цивилизацией природы дала трещину и рассыпалась. Вот уже вдалеке заблестели два ярких глаза электропоезда, зазвенел на железнодорожном переходе предупреждающий сигнал. Березы, тянувшиеся вдоль рельс, качнулись, будто хотели убежать прочь от железного зверя, несущегося в их сторону. Товарняк, подгибая под свое брюхо траву и проросший сквозь щебень подорожник, просвистел стрелою. За локомотивом пронеслась вереница вагонов.

Не успела природа оправиться от шума и грохота товарняка, как из-за леса, треща лопастями, выплыл вертолет.

Пилот военного вертолета не первый раз пролетал над этими местами, поэтому вел себя уверенно, пренебрегая некоторыми правилами безопасности осуществления полетов – опустив винтокрылую машину чуть ли не до самых верхушек деревьев, прибавил скорости. Турбины загудели еще сильнее, и вертолет теперь шел над лесом, будто комбайн, бороздящий колхозное поле. Пригибались вековые деревья, летели сухие листья, кружилась поднятая мощным потоком воздуха отшелушившаяся кора.

– Хорошо идем! – восторженно воскликнул худощавый мужчина в очках и в штатском костюме. – Но ниже не надо. Я и так теперь местность на полигоне в деталях вижу.

– Это еще что. На прошлой неделе шли мы над озером, так все рыбаки в лодки от страха попадали. Вот это зрелище было…

Вертолет внезапно тряхнуло – зашелся вибрацией металлический корпус. Худощавый штатский моргнул, прижался спиной к стенке и ухватился обеими руками за края узкой лавки.

– Что это? – дрожащим голосом промямлил он.

– Первый раз, да? – бесстрастно поинтересовался пилот и, не дождавшись вразумительного ответа от пассажира, сам же ответил на свой риторический вопрос: – Это боковой удар ветра. Такое случается, когда попадаешь в перекрестный воздушный коридор – просека.

– А-а-а… – слегка успокоился худощавый, но глаза все равно щурил, словно готовился к следующему удару.

– Можете расслабиться, скоро пойдем на посадку, – видя, что пассажир уже не следит за ландшафтом, пилот решил немного разрядить обстановку и втянуть его в разговор. – Вы инженер-оборонщик?

– Да, – закивал головой очкарик.

– А что делаете? – ради интереса спросил пилот, огибая водонапорную башню, одиноко возвышающуюся над верхушками деревьев.

– Разрабатываю новую технику для нужд обороны, – бросил инженер расплывчатое.

– Круто, – присвистнул пилот. – А что именно, если не секрет?

– Именно что – секрет, – неожиданно разнервничался очкарик.

– Государственная тайна, понимаю, – даже не обидевшись, как можно мягче ответил пилот.

Вертолет еще несколько минут летел над лесом, раскачивая верхушки деревьев. Пилот взял влево, выводя вертолет к сопке. Полумесяц, выглядывавший из-за тучи, осветил длинный сплошной забор, увенчанный колючей проволокой. Вскоре внизу показались и первые строения, ярко освещенные прожекторами.

– Идем на посадку! – предупредил он инженера.

Внизу осветился круг посадочной площадки – на земле коренастый старшина в камуфляжной форме взмахнул красными флажками и, придерживая рукой пилотку, попятился к забору. Вертолет коснулся шасси забетонированной площадки.

Еще не успели остановиться винты, а к винтокрылой машине уже спешили.

– Здравствуйте, Виктор Владимирович, – произнес пожилой генерал-майор, открыв боковой люк вертолета.

Инженер бросил недоверчивый взгляд на лицо пожилого военного, словно припоминал, сравнивал его с воспоминаниями, протер носовым платком запотевшие линзы очков, несколько раз кашлянул.

– Генерал Высоцкий? – не слишком уверенно спросил он, щурясь от слепящего света прожекторов.

– Он самый. Если помните, два года назад мы встречались. Тогда я еще командовал дивизией. Вас ждет машина, – спешно проговорил генерал.

– Извините, у меня плохая память на лица, – немного рассеянно сказал инженер и добавил: – Так это вам, оказывается, в министерстве поручили обеспечить полевые испытания. Значит, теперь вы в должности заместителя начштаба округа. Поздравляю. А я-то думаю – знакомая фамилия.

– Рад видеть вас. Все, о чем вы просили, уже обеспечено. Заместитель министра, если и прибудет, то к окончанию испытаний.

Армейский «УАЗ» стоял прямо напротив посадочной площадки. Сержант-водитель заблаговременно открыл дверцу московскому гостю. Вертолет вновь затрещал лопастями, поднял облако пыли над посадочной площадкой и взмыл в небо.

– Как долетели? – простывшим голосом спросил генерал, когда шум утих.

– Полигон осмотрел. Все уже готово? – осторожно поинтересовался инженер Протасов, бережно кладя на колени серебристый кейс.

– Мои люди – да. А ваши – московские, не знаю, мне они не докладывают.

– И правильно делают. Вы будете удивлены.

– Даже не знаю… – генерал зашелся кашлем.

«УАЗ» дернулся с места и выкатил на дорогу – под колесами машины зашуршал гравий. Фары автомобиля выхватили из темноты фасад здания, вдалеке заблестели огни военной базы. Дорога была настолько узкой, что водителю почти каждые две секунды приходилось выравнивать руль, чтобы не улететь в кювет.

– Разрешите? – инженер вытащил сигареты.

– Сам курил, – признался генерал, – потому уважаю чужие слабости. Пожалуйста.

Инженер Протасов закурил ароматную сигарету и погладил ладонью крышку серебряного кейса. Но не успел он сделать и двух затяжек, как сержант резко надавил на педаль тормоза – отвалившийся от сигареты уголек упал московскому оборонщику на колено. Выругавшись, Протасов с неприязнью посмотрел на водителя.

– КПП, – словно оправдываясь, произнес сержант, – сегодня не наши на посту, а ребята из комендантского взвода.

Двое спецназовцев с автоматами спешили к остановившемуся «УАЗу». Завидев на переднем сиденье генерала, козырнули по-уставному.

– Куда выписан пропуск? – сурово спросил один из них, напряженно всматриваясь в запыленные стекла машины.

– Пятый сектор, – ответил сержант, показывая помятый пропуск.

– Проезжайте! – проверив документы, спецназовец поднял шлагбаум.

Как уже знал московский инженер Протасов, так называемый «пятый сектор» был опытным военным полигоном. Он перед командировкой внимательно изучал его по карте, как мог, рассмотрел с борта низко идущего вертолета. Территория, отгороженная от военной базы высокой сетчатой оградой, простиралась от подножия до вершины сопки. Здесь были все необходимые условия для проведения испытаний любой степени сложности.

Как только «УАЗ» въехал на территорию полигона, водитель остановился. Прямо за старыми воротами стояло успевшее почернеть и даже порасти молодыми деревцами бетонное здание командного пункта. Инженер Протасов выбрался из салона машины, осмотрелся по сторонам. За земляным валом виднелся с десяток «УАЗов».

Несмотря на позднее время, все было видно как на ладони: огромное несжатое кукурузное поле, полоска леса, силуэты учебных развалин и длинный, слегка погнувшийся шпиль, на котором, как на воинском мемориале, возвышались заржавевшие серп, молот и пятиконечная звезда. Отовсюду на него веяло заброшенностью и величием прошлого.

– Ну, как вам? – напряженно спросил генерал, проводя вспотевшей ладонью по небритой щеке. – Я предупреждал, что полигон в запущенном состоянии.

– Подходит, – скупо ответил Протасов.

– Тогда пройдемте внутрь командного пункта.

В тесном помещении было не продохнуть: свита офицеров; пара московских инженеров и ученых НИИ, прилетевших еще вчера утром для установки необходимого оборудования; несколько людей в штатском, но с военной выправкой.

Протасов прошел внутрь, протер носовым платком запотевшие линзы очков, посмотрел на стену – по центру висел большой плазменный монитор, подсоединенный множеством проводов к ноутбуку, станции космической связи и к двум камерам наружного наблюдения, выведенным за пределы командного пункта.

Московские инженеры недолго пошептались со своим только что прибывшим руководителем, доложили о полной готовности к испытаниям.

– Товарищи офицеры. Занимайте свои места! – пробасил генерал Высоцкий.

Четыре длинные скамьи со спинками, составленные друг к другу почти вплотную, заполнились сразу.

– Минутку внимания! – произнес генерал и громко кашлянул.

Гул голосов постепенно утих, а вскоре и вовсе сошел на нет. Генерал Высоцкий распрямил плечи и, ощутив на своей персоне повышенное внимание гостей, улыбнулся:

– Кто не знаком – Протасов Виктор Владимирович, – громогласно представив инженера, генерал тут же перешел на шепот: – Вам слово.

– Добрый вечер! – волнуясь, поприветствовал гостей Протасов. – Сегодня вы станете первыми людьми в истории нашей страны, которые увидят боевую машину будущего в действии. Я и мои коллеги пять лет трудились над разработкой этой многоцелевой универсальной машины. Нигде ранее ее не демонстрировали, ни в одной стране мира нет даже подобия того, что смогли создать мы. Это я заявляю с полной ответственностью.

Инженер подошел к ноутбуку и бережно положил рядом с компьютером серебристый кейс, щелкнули кодовые замки. Один из помощников, прибывший со взводом обеспечения два дня назад, устроился рядом, повесил на ухо наушник с отростком микрофона и негромко стал проверять связь.

– Они на подходе, – прошептал помощник, – готовность номер один.

– Сейчас вы сами убедитесь, – Протасов достал из кейса миниатюрный диск и тут же отправил его в дисковод ноутбука.

За спиной московского инженера вспыхнул экран плазменного монитора. Появилось изображение, передаваемое с камеры наружного наблюдения. Протасов дал увеличение – на фоне полумесяца зачернел расплывчатый силуэт, гости прищурились, пытаясь рассмотреть не слишком четкий объект.

– Это вертолет, – взял слово один из московских разработчиков, – он доставит на полигон груз.

За стенами командного пункта послышался стрекот приближающегося вертолета. Теперь гости отчетливо могли рассмотреть на экране монитора «Ми-24», тянувший под собой на четырех стальных тросах контейнер.

Через несколько минут всеобщего ожидания и любопытства вертолет завис над полем и медленно пошел на снижение. Подбежавшие спецназовцы выровняли качающийся над полем груз и аккуратно опустили его на землю. Отстегнув карабины от тросов, они разбежались в стороны. «Ми-24» взмыл в небо – на закрытом полигоне воцарилась гробовая тишина.

– При необходимости контейнер выдержал бы падение со стометровой высоты, – прозвучал комментарий помощника.

– Начинаем, господа! – воскликнул Протасов, активизируя компьютерную программу. – Я переключаюсь с инфракрасного режима в режим видимой части спектра. Микрофоны на полигоне работают.

Экран плазменного монитора резко погас. Зеленоватая картинка в инфракрасном свете сменилась реальной. В полумраке полигона послышалось какое-то движение. Гости насторожились – исходивший из темноты звук не напоминал привычное гудение двигателя, а походил скорее на тихое журчание. Противный скрип крышки контейнера, усиленный динамиками и эхом разлетевшийся в бетонном бункере, заставил всех встрепенуться.

– Свет, – скомандовал инженер Протасов.

Вспыхнувшие на вышках прожектора на мгновение ослепили гостей. Когда яркая вспышка рассеялась, камера наружного наблюдения передала на экран плазменного монитора ничем не примечательную картинку: огромное поле и лениво покачивающиеся на ветру стебли кукурузы. Доставленный вертолетом груз терялся среди стеблей.

– Где же он? – спросил кто-то из гостей.

Инженер в душе улыбнулся – разработанная им машина уже в первые минуты своей демонстрации доказала, что заметить ее издалека крайне сложно.

– Робот имеет минимальную высоту, поэтому и не попадает в поле зрения камер, – пояснил Протасов.

Инженер постучал рукой по корпусу ноутбука – его указательный палец мягко, но настойчиво вдавил клавишу «Ввод».

Вновь послышалось тихое гудение. Стебли кукурузы слегка качнулись. Над полем, как над гладью моря, показалась металлическая трубка с небольшой платформой – выдвижной штатив. Но самого робота никто так и не увидел.

– Словно перископ подводной лодки, – хмыкнул кто-то из военных.

– Или лох-несское чудовище, – развил тему генерал Высоцкий, рассматривая на экране плазменного монитора непонятный предмет.

Штатив блестел на свету, отливая то серебристым, то ярко-желтым оттенком. Шесть камер, закрепленных на небольшой круглой платформе, находившейся на самой верхушке штатива, постоянно пребывали в движении.

– Боевая модель робота «Т-191», – прервав долгое молчание, произнес Протасов, – это военный многоцелевой робот. На нем установлена новейшая электроника, он оборудован шестью выдвижными видеокамерами. Как вы уже смогли заметить, они находятся на штативе.

– А как он управляется? – не сдержав любопытства, спросил один из военных.

– Все очень просто, – ответил Протасов, кивая на ноутбук, – его движения контролируются с этого компьютера. Специальная программа поддерживает два режима управления: ручной и автоматический. При втором робот самостоятельно принимает решения и действует в соответствии с занесенными в программу правилами. Еще вопросы?

– А сколько радиус действия… – начал было спрашивать один из военных.

– Два километра, – перебил военного Протасов, – если робот оказывается за пределами этого расстояния, то сам переключается на автоматическое управление, – инженер коснулся миниатюрного джойстика на корпусе компьютера. – Также «Т-191» не боится перепадов температуры в пределах от плюс ста до минус пятидесяти градусов по шкале Цельсия, радиации и отравляющих веществ. Не нарушает воинских уставов, не устает, не капризничает, непривередлив в еде, не пьет и не курит, не ходит в самоволки, не склонен к дедовщине и написанию жалоб в Военную прокуратуру, а в случае его поломки Комитет солдатских матерей не станет подавать на Министерство обороны в суд… – усмехнулся инженер-разработчик.

– Как это не устает? – глуповато ухмыльнулся мужчина в штатском. – В нем что, вечный двигатель установлен?

– Работает на банальных литиевых аккумуляторах, аналогах тех, что используются в мобильниках, подзарядка от бытовой сети – 220 вольт. В боевых условиях – от передвижных дизель-генераторов при возвращении к месту дислокации. При необходимости может подзаряжаться и от солнечных батарей. Так что можно говорить, в каком-то смысле он не устает.

– А вооружение? – не выдержал нарастающего любопытства генерал.

– Пока робота не поставят в серийное производство, я не могу достоверно об этом информировать, – признался Протасов. – На сегодняшний день мы используем специально созданные модели стрелкового вооружения.

Высоцкий недоверчиво посмотрел на московского инженера:

– Тогда, может, посмотрим на вашего «Т…»– генерал запнулся. – «Т…»

– «Т-191», – подсказал Высоцкому кто-то из гостей.

– Да, на него… в действии. А то у нас в части уже какие-то легенды рассказывают.

Протасов улыбнулся и нажал несколько клавиш на ноутбуке.

– Прошу всех соблюдать спокойствие. Робот находится в учебном режиме и заряжен шариками для пейнтбола, – предупредил гостей московский инженер. – Сейчас он покажет, как может нести караульную службу.

Металлическая трубка, находившаяся до этого в движении, неожиданно замерла – экран плазменного монитора разделился на шесть одинаковых частей, в каждой из которых появилось свое изображение.

– Сейчас мы смотрим на мир его камерами, угол обзора которых – 360 градусов в горизонтальной плоскости и столько же в вертикальной, – Протасов щелкнул указательным пальцем еще по одной клавише, дернул на себя джойстик.

Из корпуса «Т-191» выехал кронштейн, но вместо камер на нем был прикреплен крупнокалиберный многоствольный пулемет.

– Режим – охрана объекта, – самодовольно заявил инженер, – что будем охранять? – Протасов нетерпеливо посмотрел на генерала. – Выбор за вами.

– Пускай будет этот бокс, в котором его доставили, – выбрал объект генерал.

– Нет проблем, начинаем! – Протасов склонился над небольшим экраном ноутбука, на который, как и на плазменный монитор, передавались картинки с видеокамер робота.

Высоцкий достал из нагрудного кармана увесистую рацию, вышел в эфир, отдал команду своим спецназовцам:

– Ваша цель добраться до металлического бокса и установить на нем условную взрывчатку. Цель операции ясна? Тогда приступайте.

Гости выжидающе посмотрели на экран плазменного монитора, на котором вот-вот должна была начаться прямая трансляция испытаний.

– Для удобства я заведу изображение и звук с камер, установленных на касках спецназа. Но примите во внимание, что робот располагает информацией только собственных «органов чувств», – вставил Протасов, – хотя и обучен сканировать радиопереговоры. Смысл слов не распознает, но источник радиоволн засекает. Но эту функцию для убедительности испытаний я отключаю.

На опушке соснового леса захрустел сухостой, колыхнулись кусты ольшаника, в командном пункте из динамиков зазвучали приглушенные голоса десантников спецназа ВДВ. В свете прожекторов по стеблям кукурузы проскользнула пара теней, тут же растворившихся среди стволов соседних деревьев. Два десятка десантников, вооруженных автоматами и приборами ночного видения, начали наступление. Генерал Высоцкий отдал команду на выключение света. Кукурузное поле и кромка леса погрузились во мрак – теперь робот и отряд спецназа ВДВ остались один на один. Представление начиналось.

– Ваш робот ничего не сможет сделать против двадцати десантников-профессионалов, – прошептал на ухо Протасову Высоцкий.

– Откуда такая уверенность, товарищ генерал?

– Они лучшие из лучших в нашем округе.

Инженер не стал спорить – он хорошо знал цену своему изобретению. Оставалось только доказать, что его робот действительно способен справиться с любой поставленной перед ним задачей, какой бы сложности она ни была. Протасов выставил на компьютере ручной режим управления роботом.

Шесть изображений на экране плазменного монитора приняли зеленоватый оттенок.

– Это камеры «Т-191» со встроенными приборами ночного видения. Режим включается автоматически, в зависимости от времени суток, – пояснял по ходу Протасов.

Среди военных уже не слышалось голосов и перешептываний – затаив дыхание, они с неподдельным интересом наблюдали за шестью изображениями, передающимися «глазами» робота. Даже генерал Высоцкий, уверенный в успехе своих людей, начинал понемногу сомневаться.

– Благодаря обзору в 360 градусов мы видим полную картину происходящего. Человеку не под силу охватить такой широкий сектор, – дернув на себя джойстик, продолжал Протасов. – Сейчас я привожу в действие самое надежное оружие робота – пулемет, наводка на цель – вручную, ведение ее в дальнейшем осуществляется уже автоматически, посредством «мозгового центра». Пулемет оснащен лазерной подсветкой цели – длина световой волны находится за пределами человеческого восприятия, и возможностью адаптации сигнала для одной из видеокамер. Сделано это для удобства оператора, сам робот «видит» в любом диапазоне. Сейчас вы в этом убедитесь.

На мониторе вспыхнула дополнительная картинка – инженер плавно повел джойстиком. Объектив одной из камер, словно бинокль с мощной оптикой, приблизил к зрителям опушку леса. Изображение стало настолько четким и реальным, что можно было сосчитать даже количество листьев на нижних ветках деревьев.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

Поделиться ссылкой на выделенное