Сергей Зверев.

Ярость неба

(страница 3 из 21)

скачать книгу бесплатно

Эмир тут же сообразил, что в его руки попали сведения чрезвычайного характера. Глаза разбегались – хотелось ударить по всем точкам сразу. Но выбор ограничили продавцы. Они показали пять американских военных баз, откуда, по их словам, будут осуществляться переброска авиаподразделений и производиться рейды по зачистке восставших районов Ирака. Особое значение для США, сообщал источник, имеет одна база на северо-восточном побережье Турции, в долине Карабаши.

Отряд собрался необыкновенно быстро. В один из мартовских дней около богатого дома эмира, в тени финиковых пальм, откуда открывалась панорама одного из красивейших заливов мира, наслаждаясь тихим журчанием воды в старинном фонтане, расположились самые доверенные бойцы, руководители групп, подчиненных Али Фархану.

Трое воинов джихада, на днях прибывшие из Ирака, рассказывая о бесчинствах американских военных, подталкивали остальных к немедленным действиям.

– Силы правоверных удесятерятся, если мы сейчас же отправимся в поход во имя пророка, – говорили они, возбужденно жестикулируя.

– Это правда, – соглашался Али Фархан, неторопливо качая головой. В течение десяти минут он рассказывал о своем плане, показывал на карте места дислокации военных баз ненавистной Америки. Потом провел карандашом тонкую линию, символизирующую путь по территории Турции, и ткнул грифелем в точку у черноморского побережья, туда, где находилась широкая долина Карабаши.

– Вот здесь, – Али Фархан поднял к небу худую руку, украшенную перстнями, – мы сможем доказать всем, что наша организация стоит многого. Даже Усама не сделает того, что я задумал.

Ход мыслей его бойцов оказался чрезвычайно шаблонным.

– Нам нужны фидаины[1]1
  Фидаин – «жертвующий собой», террорист-смертник (арабск.).


[Закрыть]
! – убежденно заявили они.

– Погибнуть за святое дело можно где угодно, – глубокомысленно изрек Али Фархан, для солидности подумав пару минут, оглаживая свою длинную черную бороду. – Нас ждут везде, где страдают наши братья. В Палестине, на равнинах Ирака, в джунглях Филиппин, Индонезии и Индии, в горах Афганистана и Чечни... Но мы не можем разорваться на части. Придется сделать выбор. Ударить по Большому Шайтану там, где он меньше всего ожидает, – это великое дело, братья. Американцы уверены, что мы способны воевать только с мирными людьми и взрывать их офисы и автомашины. Покажем же всю силу нашего сопротивления! Пусть взлетит на воздух их лучшая военная база, а три бомбардировщика, управляемые нашими пилотами-фидаинами, полетят к нефтехранилищам на юге Ирака и к другим армейским объектам. Да будет так!

Али Фархан замолчал, внимательно следя за реакцией своих бойцов. Братья безмолвствовали.

Они прибыли сюда из разных стран. Все имели опыт жестокой борьбы с врагами истинной веры. Все были готовы положить свою жизнь во имя священной войны. В этом эмир был абсолютно уверен. Он сомневался в другом...

– Но не только фидаины пойдут вместе с нами. Кто-то должен вернуться и принести с собой весть о том великом подвиге, который повелевает нам исполнить Аллах. А потом с новыми силами продолжить борьбу! – Али Фархан вгляделся в лица собравшихся, ожидая увидеть одобрение своим словам. Но горящие глаза воинов не выражали ничего, кроме немедленного желания вступить в бой с ненавистным врагом.

Эмир поднялся и небрежно махнул рукой:

– Юсуф и Камаль, пойдемте со мной, остальные ждите меня здесь.

По узкой лестнице они прошли в дом, в прохладный полумрак широкой комнаты, где у края огромного узорчатого персидского ковра стояло низкое кресло. Деревянные рукоятки украшала искусная резьба. Эмир утверждал, что некогда оно принадлежало великому воину пророка, погибшему много веков назад.

Али Фархан сел в кресло и указал двум своим бойцам на ковер. Когда они покорно опустились на высокий ворс, напоминающий своей шелковистой мягкостью весеннюю траву на горных лугах, эмир тут же начал говорить. Это было не похоже на Али Фархана. Он всегда старался обдумывать каждое свое слово, отчего его речь получалась неторопливой, обстоятельной, а длинные паузы свидетельствовали о неустанной работе мысли. Так, во всяком случае, считали бойцы его организации.

– Юсуф и Камаль! Вы мои лучшие воины, вы не раз показывали свою смелость и верность. Вы в состоянии вести за собой других. У вас есть сила и ум. Поэтому только вам я могу рассказать все детали того, что задумал. На сей раз я сам решил отправиться в поход. Это необходимо. Мы должны совершить то, о чем другие только мечтают. Нам нужно человек пятнадцать. Прежде всего надо найти летчиков-фидаинов, умеющих обращаться с американскими самолетами. Остальным смертникам предстоит прорваться на территорию военной базы. Нам нужна, наконец, сама взрывчатка. Но самое главное – у нас должен быть четкий план. И лучшие воины вернутся обратно. Чтобы продолжить борьбу. В том числе и вы, Юсуф и Камаль.

Али Фархан замолчал, медленно обвел взглядом лица своих притихших помощников. Потом продолжил:

– Вам надлежит провести всю подготовку. Вы найдете возможность переправить отряд в Турцию. Мы двинемся через районы Курдистана, там сейчас полная неразбериха. Нам нужно иметь запас взрывчатых веществ. Промышленного пластида или тринитротолуола. Наверное, неплохо было бы перебросить в район Карабаши грузовую автомашину. Есть много других вопросов. Мы должны учесть все. Слишком дорого будет стоить нашей организации провал. Нелепая смерть – еще не самое страшное. Для бойца джихада страшнее позор, неспособность выполнить то, что он должен. Я даю вам пять дней для полной подготовки. Все суммы, необходимые для закупки оборудования и прочих выплат, вам без всяких ограничений выдаст мой казначей. Старайтесь не тратить денег с электронной карты, расплачивайтесь наличными. И помните: никто не должен знать об этом. По всем вопросам обращайтесь ко мне в любое время суток. В таком деле не может быть мелочей. Запомните это! Идите...

Юсуф и Камаль, серьезные и сосредоточенные, гордые от той высокой миссии, которую на них возложил эмир, медленно поднялись и поклонились.

Когда они уже выходили из комнаты, Али Фархан добавил, чуть повысив голос:

– Будьте особо внимательны с летчиками. У нас таких мастеров нет, Мустафа не в счет. Поэтому при выборе фидаинов постарайтесь не ошибиться.

Юсуф и Камаль хорошо знали, что значит «ошибиться». Они еще раз поклонились и вышли на лестницу. Только уже спустившись к фонтану, Камаль позволил себе сказать:

– Это тяжелое дело. Эмир задумал то, что еще не удавалось никому. Как думаешь, у нас получится?

Юсуф лишь гневно взглянул на соратника, блеснув своими черными глазами. Сомневаться в успехе – значит заранее обречь себя на поражение. Опытный Юсуф знал это лучше многих.

* * *

Али Фархану приснился странный сон. Будто он идет по пустыне, медленно передвигая ноги. Но при этом путь его пролегает не по песчаным барханам, а по длинной движущейся ленте, как это бывает в некоторых современных супермаркетах. Сойти в сторону он также не в состоянии, поскольку сразу же погрузится в зыбучие пески, способные укрыть путника с головой. Али Фархан оступился, упал, и тут же чудовищная подземная сила потянула его в бездну. Он закричал и проснулся...

На втором этаже его огромного дома, где располагалась спальня, было тихо. Из открытого настежь двустворчатого окна доносилось благоухание цветущих садов, свежий ветер с залива приносил едва чувствуемый запах водорослей и рыбы. Поднималась и опадала под напором воздушных потоков длинная узорчатая занавеска. А рядом мерно дышала, разбросав на ложе длинные волосы, молодая прекрасная женщина.

Ее звали Олеся. Она была родом из Мелитополя. Два года назад по глупости устроившись в некую контору по найму персонала для работы в богатых домах Востока, Олеся попала в руки преступного синдиката, который продал ее в гарем владельца автосалона в соседнем Катаре.

Али Фархан увидел ее случайно, когда выбирал себе новую модель «Ситроена». Во время торга с хозяином, сидя на невысокой открытой террасе прямо над автомагазином, он неожиданно обратил внимание на красивую девушку, прислуживавшую за столом. Внезапно вспыхнувшая страсть требовала удовлетворения.

Хозяин не стал спорить. Он уступил «русскую рабыню» за символические деньги. В конце концов, бизнес и на Востоке бизнес...

– Пусть этот нежный цветок украсит вашу новую машину, – почтительно склонившись, произнес хозяин.

Олеся была необыкновенно хороша. Темные волосы, ниспадающие на белые покатые округлые плечи, готовые послужить образцом для резца великого скульптора, упругие острые груди, стройный стан с очаровательным небольшим пупком, украшенным маленьким золотым кольцом, пышные ягодицы идеальной формы, длинные, но отнюдь не тонкие ноги.

Али Фархану особенно нравилось ее лицо. Узкие брови над глубокими синими глазами, тонкий носик, на самом кончике имеющий очаровательный смешной выгиб – то, что у русских зовется «курносостью», – пухлые щечки, покрытые мягким пушком, без всякого преувеличения похожие на спелый плод персика, изящно изогнутые пухлые губы. Эмир был готов долгими часами любить свою «покупку», со всем имеющимся у него в арсенале любовным пылом...

Погладив теплый бок Олеси, Али Фархан медленно поднялся, накинул халат и вышел из дома.

Иногда он любил вставать ночью и спускаться в свой сад, чтобы увидеть луну. Круглый светло-желтый шар висел на темном небосводе словно приклеенный. От сияния полной луны было светло. Серебрилась освещенная дорожка на воде, пролегающая до самого горизонта. А у берега ее заслоняли густые заросли лимонных деревьев и персидской сирени.

Да, не случайно же в мире, созданном Аллахом, такое важное место занимает это небесное светило. Подлунный мир... Кто же это сказал? И как правильно!

Али Фархан стоял, наслаждаясь тишиной и запахом цветущих растений, вдыхая дуновения ветра. Бледное сияние очерчивало контуры финиковых пальм. Тонкий луч прокрался на дорожку, покрытую гладкими камнями. Некоторые из них сверкали как стекло. Али Фархан долго смотрел на эти мерцающие блики, словно хотел увидеть в них нечто важное.

Он часто спрашивал себя: «Зачем тебе это?» И сам же отвечал: «Для великой цели. Так угодно Аллаху. Все сомнения – мысли шайтана». Но тем не менее с прежним упорством возвращался к тому же вопросу.

Ведь он мог до конца своих дней прожить в богатстве, наслаждаясь жизнью, не тратя своих денег на сомнительные предприятия. Однако впереди его ждала слава. Слава и власть! Но не только это...

Он знал совсем других людей, которых про себя презрительно называл шакалами и «грязными торгашами». Эти люди тоже назывались эмирами, тоже имели богатые дворцы, роскошные автомобили и прекрасных наложниц, тоже именовали себя мусульманами и борцами за «истинную веру», хотели прославиться в исламском мире как бескомпромиссные воины Аллаха, но еще больше хотели денег. Просто денег. Грязных денег, подлых денег, кровавых денег!

Еще более богатые, чем они, ссудят им огромные суммы за теракт против европейцев, русских, евреев или американцев. И эти люди смогут заработать очень много на крови других людей. Пусть даже неверных...

Они будут убивать ни в чем не повинных женщин, стариков и детей. Грязные свиньи! Али Фархан почувствовал, как его руки, почти помимо его воли, плотно сжались в кулаки. Как же он их ненавидит! Придет час – и с ними тоже разберутся. За то, что эти шакалы опозорили честное имя борцов за веру.

Вот почему Али Фархан взялся совершить невозможное – поквитаться с американцами, уничтожить их лучшую военную базу, взорвать нефтехранилища, которые они отняли у иракского народа. Он должен доказать, что среди них, борцов за истинную веру, есть смелые, но не безрассудные люди, способные воевать с вооруженными силами противника, а не с мирным населением.

Подняв голову к круглому лику луны, Али Фархан совершенно не в согласии с адатами, не обращаясь лицом к Мекке и не опускаясь на колени, безмолвно прочитал молитву. Потом последний раз взглянул на спящий сад и медленно прошел в дом, оставив свои сомнения в бледном свете этого подлунного мира.

Глава 3

Генерал проснулся в отвратительном состоянии духа. И тому было несколько причин.

Во-первых, как это уже случалось неоднократно в течение последних недель, ровно в восемь утра у забора соседней дачи включился движок электропилы – там жил какой-то нувориш, задумавший построить новый трехэтажный замок взамен старого, «неказистого» – двухэтажного. Омерзительный звук, живо напоминающий мучения в стоматологическом кабинете, страшно досаждал Генералу. Возникая с периодичностью артобстрелов во время позиционной войны, своим неимоверным жужжанием он жутко действовал на нервы. Самое главное, что избавиться от него было совершенно невозможно.

Во-вторых, Генерал вчера сильно поругался с женой. Что называется, вдрызг. Зверски, по-черному. Так не случалось лет пять. Повод был, по сути, пустяковый. Как часто бывает в современной жизни, дело касалось денег. Точнее, рациональной схемы их использования. Впервые за многие годы Генерал собрался провести ремонт своей пятикомнатной квартиры, которую когда-то ему подарил тесть – маршал почившего в бозе Советского Союза. Генерал обратился в солидную фирму, где незамедлительно составили подобающую смету. Сумма получилась громадной – по крайней мере, для бюджета генеральской семьи. Супруга вполне справедливо посчитала такой вариант совершенно недопустимым. Хоть Генерал и зарабатывал весьма прилично, совсем не по меркам своего ведомства, поскольку имел регулярный источник дохода на стороне, тратить несколько сот тысяч рублей на то, чтобы иметь вторую душевую кабину в расширенной до безобразия ванной комнате и кухню, отделанную итальянским кафелем, действительно было неразумно. «Лучше бы ты сыну купил хорошую машину, а то ездит на какой-то развалюхе», – говорила жена, постепенно повышая голос. Пошло-поехало... Очень быстро они, что называется, перешли на личности. Вспомнились старые обиды, невыполненные обещания, началась словесная перепалка, окончившаяся тем, что Генерал послал жену по известному адресу и с такой силой хлопнул входной дверью, что косметический ремонт в этой части квартиры на самом деле стал необходим.

Была, впрочем, еще одна причина, из-за которой настроение Генерала было отвратительным. Наиболее весомая. Генерал боялся разоблачения. Смутная тревога как ржа разъедала его душу, заставляла сильнее колотиться сердце, уже пережившее однажды обширный инфаркт. Последние месяцы Генерал плохо спал, гораздо больше курил и пил сверх меры, перестал встречаться со старыми друзьями-однополчанами, а на работе заметил за собой привычку подозрительно всматриваться в лица сослуживцев, выискивая в них подтверждение своим неясным подозрениям.

Хотя вроде бы все шло ровно и хорошо. Время от времени Генерал садился за руль собственного темного «Опеля» и приезжал в один подмосковный городок, где в окраинном отделении связи оставлял в абонентском ящике небольшой конверт. Внутри лежал самый обычный компакт-диск для компьютера. А на нем была записана секретная информация, столь необходимая чеченским сепаратистам, планирующим разрушительные акции против России...

Все началось давно, еще в первую чеченскую войну. Прямой эмиссар министра обороны в федеральных войсках, Генерал обладал чрезвычайными полномочиями. Он имел право появиться в любом подразделении, навести там «шороху», открыть ногой дверь в любом штабе. Командующие вытягивались перед ним по струнке, полки перебрасывались по его приказу с места на место, штурм укрепленных позиций дудаевцев мог начаться по одному его слову в любое мгновение. И чеченцы об этом скоро узнали. А узнав, сделали соответствующие выводы.

Сначала Генерала собирались уничтожить. Он пережил три покушения, но отделался только легким касательным ранением. Два раза гранатометы «чехов» прямой наводкой били по эскорту машин, где передвигался московский эмиссар. А однажды особый диверсионный отряд чеченцев напал на штаб группировки, где в тот момент находился Генерал. Но он выжил и на этот раз. И решил, от греха подальше, перебраться в Моздок, где высидел всю войну в комфортных условиях под усиленной охраной. В общем, убить Генерала не смогли.

Но кого нельзя убить, того можно купить. Потерпев фиаско на пути физического уничтожения противника, дудаевцы сделали ставку на второй вариант. Его реализация оказалась гораздо более успешной.

Как-то Генерал получил очень странное анонимное письмо. Открыв его, он не поверил глазам своим. Ибо там черным по белому было написано примерно следующее: «Сообщаем, что на ваш счет в „Трансконтинентальбанке“ перечислена сумма в двести пятьдесят тысяч долларов. Считайте это авансом за ваши услуги. Ждите новых сообщений».

Первым побуждением Генерала было отнести эту корреспонденцию в военную контрразведку. Пусть разбираются. Но, поразмыслив немного, решил не торопиться. И спустя несколько дней навел справки о состоянии своего счета. Аноним не обманул: там, где хранились несчастные пять тысяч баксов, отложенные на черный день, теперь действительно появилась заоблачная сумма «зеленых», внезапно приближающая Генерала к статусу долларового миллионера.

Случившееся ошеломляло. Золотой блеск сделал свое дело. Генерал, конечно, пытался бороться с собой, но подлая мысль о появившихся на счете деньгах упрямо возвращалась, рисуя картины одну слаще другой: роскошный особняк на берегу таежного озера, вилла в Средиземноморье, несколько лимузинов, сытая жизнь в лучших отелях мира, собственный корабль, молодые длинноногие красотки. И зачем ему и впрямь нужна такая служба, ограниченная армейской присягой странному государству, которое ведет необъявленную войну на собственной территории, жертвуя тысячами своих подданных?

Когда-то в юности венцом его устремлений казались именно генеральские погоны. И он сумел добиться их в буквальном смысле этих слов потом и кровью. Но разве так уж много радости осознавать себя Генералом? Война затягивается, смысл ее становится все более призрачным, люди гибнут как мухи. Может, и правда лучше вывести войска и отпустить этих «чехов» на все четыре стороны?

Конечно, он смутно догадывался, кто перевел на его счет четверть миллиона долларов. И даже представлял, какие именно «услуги» потребуют от него неизвестные «благодетели». Но, ведя бесконечные споры с самим собой, в конце концов пришел к выводу, что стоит раз и навсегда определить для себя тот «уровень предательства», который он может себе позволить. Ведь не поворотить же часть федеральных войск против другой ее части потребуют от него чеченцы!

Странно, но страх разоблачения почему-то совершенно не заботил в то время Генерала. Он находил утешение в мысли о том, что вряд ли заказчики сами заинтересованы в разглашении имени своего «агента». Произнося это слово про себя, Генерал как-то странно улыбался, кривя свои слегка поседевшие усы. «Чеченский агент»! Чушь несусветная. А вот еще смешнее: «Чеченский агент влияния»!

Время шло, бои продолжались, деньги лежали в банке, постепенно обрастая процентами, а Генералу больше не приходило никаких сообщений. Казалось, можно было только радоваться, но он ловил себя на странной мысли, что с нетерпением ждет, когда «вербовщики» доставят ему реестр своих требований. И однажды это все-таки случилось...

Письмо внес ему в комнату адъютант вместе с другой военной корреспонденцией. Анониму было известно, что генеральская почта не перлюстрируется, а лишь проверяется на наличие взрывчатых веществ, поэтому он смело отсылал свои послания, указывая в обратном адресе координаты какой-то несуществующей войсковой части. Открыв конверт дрогнувшей рукой, Генерал увидел свой «заказ»: «Мы рады, что Вы не пытались сообщить о предыдущем письме кому бы то ни было. А также расходовать деньги. Задержка была необходима для проверки Вашей готовности начать сотрудничество. Нас крайне интересует, чтобы пятый полк ВДВ, дислоцированный в районе Урус-Мартана, был в кратчайшие сроки переведен в состав резерва. Если его переброска произойдет в ближайшие дни, мы будем уверены, что у нашего сотрудничества есть перспективы. Ведь лишних денег не бывает, не так ли? Ждите новых сообщений».

Генерал медленно сложил письмо и сжег его над пепельницей, задумчиво глядя на пламя. Полк десантников лихо рубил чеченцев на означенном участке уже несколько недель. Видимо, его профессионализм стал сильно досаждать дудаевцам. Убрать его сейчас – значит, поставить под удар группировку, которая ведет зачистки целого района. Это есть прямое пособничество врагу. Предательство!

Слово отозвалось гулом в голове, словно там прозвучал набатный колокол. Впрочем, чего ты хотел, Генерал? Такие суммы не платят за всякую ерунду. Чеченские стратеги умеют разбираться в оперативной обстановке.

Но назад пути уже нет. В военной контрразведке, конечно, очень внимательно выслушают Генерала, а потом ненавязчиво осведомятся о том, почему он молчал столько времени после получения первого письма и зачем сжег второе. Трибунала, конечно, не будет, но должности своей Генерал лишится непременно. И с позорным клеймом отправится в отставку – «выращивать капусту» на даче. Счет в банке заблокируют, а грядущую старость можно встречать с нищей пенсией.

Генералу стало обидно. Разве верхи не наживаются на этой войне? Она и затеяна, наверное, была только для того, чтобы несколько высоких чинов в столице получили возможность сколотить сказочное состояние! А тайные поставки вооружения противнику! А затягивание наступления по личной инициативе сверху! Это не есть пособничество врагу? Это не есть предательство? Бросают на смерть тысячи призывников, чтобы потом беззаботно жить в роскоши. Подлецы! Не он затеял эту войну, не он будет отвечать за ее последствия! И потом, ведь чеченцы не требуют от него уничтожить пятый полк. Нет, всего лишь убрать в состав резерва. Кстати, ребятам давно пора отдохнуть. Генерал слышал, что подразделение недавно понесло ощутимые потери. Ничего фатального не произойдет, если парни расслабятся в Моздоке. Решено!



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Поделиться ссылкой на выделенное