Сергей Зайцев.

Неучтенный фактор

(страница 2 из 30)

скачать книгу бесплатно


   Едва успеваю за Сычом, он на полторы головы выше меня, и ноги у него подлинней. Такому, как я, маломерку, никогда не угнаться за стайером. Сыч, я знаю, даже на дивизионных соревнованиях всех обставлял. Поэтому несусь изо всех сил, но каждый новый шаг неотвратимо увеличивает расстояние между нами. И все бы было не так хреново, если бы ни эта долбанная надпись, которая мельтешит перед глазами.
   И тут я слепну, слепну в ту самую секунду, когда Сыч скрывается впереди за кустами. Я цепляюсь левой ногой за что-то жесткое, и тело по инерции летит вперед, пытаюсь сгруппироваться, но когда не видишь, чего ждать, то хрен подготовишься. И потому удар получается жестким, даже чересчур жестким. Сначала о ствол дерева, потом о землю.
   Долю секунды лежу и соображаю, в чем дело, потом мысленно отдаю приказ отсоединить нейропорты, и лоцман послушно выключается. Пару секунд жду, потом поднимаю щиток забрала и нетерпеливо сдираю нанокомп с виска, не глядя, зашвыриваю куда-то в кусты. Вот уж никогда не думал, что эта хреновина может вырубиться, да еще в такой момент. Ведь работает зараза на энергии носителя, а энергии из меня сейчас – фонтан, только успевай улавливать. Так что же тогда произошло?
   – Лейтенант! – Сыч опять вываливается из темноты, именно вываливается, тяжестью собственного тела продавливая почти физически ощутимый барьер ночного мрака, цепляет меня за локти, вздергивает на ноги. Быстро, одним взглядом оценивает меня. Режим станкайера у Сыча отключен, доспехи заляпаны грязью, забрало поднято.
   – Цел? Что происходит, лейтенант? У меня лоцман навернулся.
   Понятно, у него те же проблемы.
   – Хрен с ним! Куда дальше, ориентируешься?
   – Туда! – Сыч срывается с места и за секунду исчезает из вида. Я несусь следом, не задавая вопросов. Ломая кусты, как стадо взбесившихся динозавров, катит волна охранников в легких доспехах. Явно намерены взять нас живыми. Ну, ребята, это дудки…
   Скатываемся в какой-то овраг… Точно, был такой на карте. Лоцмана нет, уточняющую информацию извне не запросишь, остается рассчитывать только на собственную память. А если ей верить, то выводит этот овраг прямо к верхним этажам подземной лаборатории, чья крыша сейчас должна скрываться за густыми посадками где-то слева.
   Я на ходу выхватываю из гнезд на поясе несколько паутинных гранат и веерным движением разбрасываю их за собой. Ну, братва, держись, сейчас вас ждет большой сюрприз!

   – Ну, ты скоро выключишь программу? – Марту не терпелось поскорее покончить с бессмысленным ожиданием. У него еще работы сегодня по горло. И дался же Сотникову этот идиот Юдгар. Уж коли турнули его из курсантского корпуса, так турнули. На кой черт еще устраивать ему беседу на душеспасительные темы…
   – Но я же уже… – Малкис ошарашено таращился в экран, где по-прежнему шел бой, зубочистка вывалилась изо рта, но он этого даже не заметил. – Я ее уже выключил…
   – Тогда выволакивай его из бокса.
   – Но он не отключился.
   Опять Малкис дурит, раздраженно подумал Март Оноби.
У него эти идиотские шуточки не переводятся.
   – Не понял.
   – Он не отключился, – Малкис только сейчас переводит взгляд с экрана на капитана Оноби. – Что тут непонятного? Я отключил программу, вывел его из режима погружения… он сам не желает выходить.
   – Что ты болтаешь? Ты вообще соображаешь, какую чушь несешь?
   И тут Малкиса прорвало:
   – Я-то соображаю! Я соображаю, что программа продолжает работать независимо от команд, которые я ввожу, вот что я соображаю! Твой Юдгар каким-то образом продолжает находиться в виртуальности и выполнять поставленную перед ним задачу… Глаза разуй и посмотри на экран! – неожиданно заорал Малкис капитану в лицо, брызгая слюной.
   Пришлось Марту снизойти до его предложения. На экране и в самом деле творилось что-то непонятное. Поверх движущейся картинки висело красноречивое сообщение: «Программа завершена». Однако фигурки на экране продолжали бежать вниз по склону, а справа сверху вниз выводились столбцы привычных цифр: показатели пульса, дыхания и артериального давления, характеристики активности головного мозга, а также наличие и тяжесть мнимых повреждений.
   Март недоуменно похлопал глазами. До него дошло только одно: происходит нечто из ряда вон выходящее, но что именно? Судя по тому, как орет Малкис – совсем уж чрезвычайная ситуация. Но на то и оператор, чтобы справляться с такими ситуациями… Черт, уж не из-за его приказа с экстренным выходом началась вся эта чехарда, может, какие-то накладки с мозговой активностью у братца? Только этого не хватало. Лишние неприятности ему абсолютно не нужны, хватит и того, что уже есть. Вечно с этим придурком Юдгаром одни проблемы… Наверное, будет лучше, если Малкис разберется сам, без него. Меньше ответственности.
   – Мне нужен курсант Юдгар Оноби, – по слогам произнес Март, – и через десять минут я жду его в своем кабинете. Делай что хочешь, но вытащи его оттуда.
   Он нервно одернул на себе форму и поспешно вышел вон.
   – Вытащи, – проворчал Малкис, тупо глядя в экран. – Как же я его вытащу, если он вытаскиваться не желает… ИскИн!
   – Слушаю, – отозвался по внутренней связи бесстрастный голос искусственного интеллекта, отвечавшего за управление всей компьютерной начинки форпоста «Глитрази».
   – Кабину №3 отключить от компьютерной сети и обесточить.
   – Не могу выполнить команду, – отрапортовал ИскИн. – Программа «Погружение» не завершена, сценарий «Диверсант-26» развивается самостоятельно.
   – Именно это я и пытаюсь сделать, болван, – лицо Малкиса побагровело от бешенства. – Отключай кабину!
   – Команда принята… – секундная задержка. – Исполнению не подлежит.
   – Да какого… Причины?!
   – Изменение командного приоритета, нахожусь под управлением стажера.
   Малкис мигнул пару раз, провел пальцами по губам, ища зубочистку, не нашел, и снова уставился в точку. До его сознания далеко не сразу дошел смысл озвученных слов.

   Что происходило за моей спиной, я знаю в точности, мне для этого даже оборачиваться не пришлось. Все гранатки ложатся рядком, надежно перекрывая проход. Конечно, охранников на территории лаборатории много, человек пятьдесят, не меньше, и все они – профессионалы в своем деле, этого со счетов сбрасывать не стоит, но все же им до нас далеко.
   Гранаты крохотные, точно камешки, их в такой темноте и не сразу-то разглядишь, даже если очень присматриваться. А присматриваться им некогда. Им требуется взять нас живыми и выкачать из нас максимум информации. Это их задача. А наша задача – забрать «материал», взорвать лабораторию и живыми вернуться на базу. Они по рукам связаны приказом, а мы – нет. А стало быть, у нас есть преимущество, мы можем их убивать, всех скопом или каждого по отдельности. И когда первые несколько нарвутся на паутину из полимерных нитей микронной толщины, что сейчас сеткой закрывает проход, и посыплются на тропинку мелкими кусочками, то остальные поневоле притормозят, чтобы оценить опасность. Отличная ловушка, вот только надо выбрать верный момент, когда именно ее применить. В самом начале погони нельзя, они еще начеку. Да и оторваться при этом слегка не мешает. А еще хорошо ставить ее на повороте, на узкой лесной тропинке, где густая листва закрывает видимость. Как здесь.
   С такой скоростью я не бегал давно. Пожалуй, последний раз года два, когда меня выставили на стайерскую дистанцию вместо Люка, который тогда ногу себе повредил за час до старта. Пришел я, правда, последним, но все же пришел. Сейчас я гнал, наверное, с не меньшей скоростью. Правда, знавал я моменты и похуже. Ничто так не стимулирует, как перспектива словить в спину парочку разрывных пуль из гаусс-винтовки. Если от тебя потом что и останется, то искать это что-то придется в радиусе пяти-семи метров. Когда руководство этих балбесов поймет, что пытаться взять нас живьем бессмысленно, приказ вести огонь на поражение последует незамедлительно. Поэтому, пока они там наверху не передумали, надо уничтожить как можно больше народу.
   В темноте, наконец, смутно обозначился противоположный склон – добрались до дна. Топот за спиной слегка стихает:
   – Сыч!
   Тот замирает на месте настолько неожиданно, что я на него налетаю – точно грудью на скалу наскакиваю, меня едва не отбрасывает назад, но Сыч ловко оборачивается и ловит меня, и снова за левый локоть. Да что же это он, специально что ли?
   – Залегаем!
   Мы оба быстро окидываем взглядами местность и, не сговариваясь, находим очень удобную позицию для прицельной стрельбы – несколько крупных валунов, заросших по бокам густыми, но низкими кустами, словно специально выложены рядком вдоль каменистого ложа обмелевшего ручейка, бегущего по дну широкого оврага. Галька возле них осклизлая, покрытая густым налетом тины. Если хлынет ливень, валяться нам под ним, уткнувшись мордами в липкую вонючую грязь.
   Залегаем.
   Охранники выскакивают на нас и сразу же нарываются на такой шквал огня, точно стреляют не два человека, а, по меньшей мере, целый взвод. Луч слейера срезает троих, как ножи газонокосилки – траву. Тот, что прямо напротив меня, вскидывает наизготовку станнер, я стреляю, промахиваюсь, но Сыч ловко срубает его, прошивая голову насквозь ярким высверком. Это тебе в отместку за Донавана.
   Охранники настырно лезут все ближе, напролом, почти не скрываясь, словно у каждого из них по несколько запасных жизней, но потом я вижу, как они начинают замедляться, на ходу меняя станнеры на слейеры и гаусс-винтовки с автоматическим прицелом. Значит, все-таки команду дали. Ну что ж, помирать, так с музыкой.
   Они бросаются на нас бегом вниз по склону, и я только сейчас обращаю внимание, что их не так уж и много, всего десятка два, не больше. Правда, нас-то всего двое. Первый вражеский луч ударяет по верхушке куста справа от меня, превращая его в пепел, затем над головой начинают визжать сверхскоростные кусочки металла, разогнанные электромагнитными полями гаусс-винтовок до космических скоростей, и склон за спиной от густой очереди мелких взрывов встает дыбом из крошева камней и земли. Приходится отложить слейер и перейти на бесшумное и беспламенное оружие – игломет, иначе нас слишком быстро засекут по огневым точкам выстрелов. Пусть побегают.
   Бросаю тело далеко влево, чтобы сменить позицию, нахожу удобный упор и нажимаю на спуск. Слышу лишь сиплое шипение, когда первая сотня игл вылетает из ячеистого ствола, густо засеивая пространство тонкими юркими смертями. Из игольника хорошо стрелять с близкого расстояния, метров на тридцать-пятьдесят, но зато если уж бьешь, то кромсаешь наверняка – доспехи долго не выдерживают, особенно если лупить по одним и тем же зонам. Первый же охранник роняет оружие и хватается за живот, но второй успевает прижаться к стволу дерева, и кора взрывается облаком щепок. Прицеливаюсь и выпускаю следующую порцию игл, бедное дерево, содрогается от корней до макушки, уж если кто и не заслужил такой участи, так именно оно. Когда облако чуть рассеивается, охранника уже нет. Только успеваю подумать, что и этого превратил в дикобраза, как целый и невредимый охранник выскакивает из-за ствола и несется прямо к нам. Иглы врезаются прямо в лицевой щиток забрала, с хрустом вспарывают его, превращая голову бедолаги в фарш из черепных костей, лицевых тканей и мозгов. Прости, парень, ничего личного. Работа такая.
   Однако туго же они соображают. Только сейчас залегли. Отстреливаются лениво и несогласованно. Явно время тянут – либо ждут подкрепления, либо нас кто-то обходит с тыла. Но такой радости я им не доставлю.
   – Уходим! – командую Сычу, и мы с ним на полусогнутых, мелкими перебежками, незаметно начинаем забирать вправо, там еще одна удобная позиция…
   Лучи света с вышек запоздало шарят по валунам, за которыми мы только что скрывались. Привет, ребята, нас уже там нет!
   Впереди появляется еще одна живая цепь. Все-таки зажали. Сыч открывает огонь на поражение раньше, чем я успеваю сообразить – давать команду или смываться в узкий коридор. Приходится не отставать. И вдруг прямо за спинами охранников раздается мощный взрыв. Едва успеваем броситься на камни ничком. Пара осколков от брони со свистом пролетает мимо уха и врезается в ствол дерева за спиной. Это кто же их так? Неужели подоспело подкрепление с базы?
   Еще один взрыв ложиться едва ли не в пяти метрах от нас. Вжимаюсь лицевым щитком шлема в гальку и мечтаю срочно превратиться в песчаную змею, чтобы закопаться по самые уши. Но взрывов больше нет. Поднимаю голову – крики, вопли, строй врагов сломан. Все несутся – кто куда. И среди всего этого хаоса мелькает чья-то темная фигура. Больше ни хрена разглядеть не могу. Да, вот когда начинаешь оценивать преимущества инфракрасного излучения, приказавшего долго жить вместе со сдохшим лоцманом. Озадаченно смотрю на Сыча, он – на меня, потом, не сговариваясь, срываемся с места и бросаемся в рукопашную…

   Бледное лицо Малкиса отсвечивало синюшным оттенком, лоб блестел от капелек холодного пота. Он чувствовал большое желание сбегать в туалет, но боялся оторваться от панели управления. Проблема заключалась не только в том, что бортовой компьютер вдруг выкинул фортель и отказался выводить курсанта из программы. Малкис включил для Оноби нейросимулятор пятнадцатого поколения. Ради эксперимента. Делать этого оператор права не имел, но надеялся, что ничего страшного не случится, да и не узнает начальство, а теперь вот… теперь из-за необдуманного приказа трусливо сбежавшего капитана все прахом пошло, что-то в системе разладилось. И если с этим Юдгаром что-нибудь случится, то с него три шкуры сдерут, и не поможет ему его орденоносный дядюшка… И что теперь делать, он ума не мог приложить. Просить помощи у специалистов форпоста по программному обеспечению он не решался. Может все-таки как-нибудь обойдется?
   Он снова облизнул пересохшие губы. А если не обойдется?
   Не обошлось. На лоцман пришел сигнал от начальника службы безопасности Каттнера:
   – Малкис, что у тебя там? Бортовой ИскИн заявляет, что он перегружен из-за контакта с природным интеллектом. Что за чертовщина? Что за программу ты запустил?
   Несколько секунд Малкис сидел, тяжело отдуваясь, и пытаясь придумать подходящее объяснение, в котором он не фигурировал бы главным виновником, но ничего путного в голову не приходило. Пауза затягивалась, поэтому пришлось сказать, как есть.
   – У меня курсант в нейросимуляторе…
   – Ну так отключи его! – оборвал его Каттнер, не дослушав. – С причальных колодцев поступает сигнал, что ИскИн задерживает работу технического обслуживания крейсеров. На ремонтных доках тоже мелкие неполадки. В конце концов, такого быть не может, чтобы мощный ИскИн был не в состоянии справиться с единственной учебной программой.
   – Я уже пытался ее отключить, – Малкис едва не плакал. – ИскИн утверждает, что программа не может быть отключена!
   – Что это за программа, черт бы тебя побрал?
   – Новый нейросимулятор, его прислали два дня назад.
   – Наши программисты с ней ознакомлены? Они дали по ней заключение?
   – Нет, я не успел…
   – Так какого же черта ты тогда ее включил?
   – Но, я же не знал…
   – Малкис, у тебя будут неприятности, очень крупные неприятности. Лейтенант, моли Бога, чтобы все поскорее закончилось. Если в этот самый момент «волки» решат устроить вылазку, а мы из-за твоих фокусов не сможем выпустить со стартовых колодцев ни одного звена… то отправишься ты под трибунал. Это самое малое, что я могу тебе обещать.
   – Но я ничего не могу сделать, я уже все перепробовал!
   – Сделаем. Не дрейфь, – в разговор по лоцману вклинился Шойи, кардониец, видимо, проблема разрослась как раз до уровня главного программиста форпоста, раз ему пришлось вмешаться. Оператор сразу почувствовал облегчение. Ну, если сам Шойи взялся за дело, то лично он, Малкис, уже больше ни за что не отвечает. И слава Богу.


   Она выскочила на меня прямо из-за кустов, и я едва не выпустил в нее остаток обоймы, но Вампир с ее феноменальной реакцией успела перехватить мою руку с иглометом. В бледном отсвете луны на нагрудных пластинах доспехов влажно блеснули пятна крови – чужой, естественно, кровь была даже на опущенном забрале шлема. Прошлась по противнику как мясорубка.
   Интересно, у нас с Сычом нанокомпы отказали, а как с этим делом у нее?
   – Молодец, Вампир, – я хлопаю ее по плечу, звук получается убийственный, точно молотком по стальному листу. Вампир смотрит на меня сверху вниз, я не вижу ее глаз, но взгляд чувствую, неживой он какой-то, как у киборга. Я, конечно, не ментат, но близок к этому.
   – Планы не изменились? – говорит, точно камешки бросает – четко, размеренно и монотонно. – Отступаем или пробуем проникнуть в лабораторию?
   Я зло скалюсь в ответ:
   – Слишком большие потери, чтобы отступать. Предлагаю подняться по стене, захватить одну из башен и оттуда по лифту или лифтовому колодцу спуститься до нижних этажей лаборатории.
   – Дело. Другого пути я тоже не вижу.

   – Приготовься! – Шойи пересылает сообщение, и Малкису становится не по себе. – Сейчас я его буду убивать. Как только программа сработает, быстро отключай симулятор, иначе у него мозги и в самом деле сгорят.
   Малкис подгоняет к себе виртуальную клавиатуру, заносит палец над клавишами, напрягаясь в ожидании. Секунда, две, три…пять… на экране три фигуры, ловко лавируя среди зарослей, пробираются к монолитной стене башни, что виднеется чуть впереди. До нее уже остается не больше пяти метров, когда Оноби делает резкий скачок вправо, почему-то уходя с тропы. И тут же вздымается столб пламени – вспышка, безмолвная и ослепительно-страшная, как огненный смерч.
   – Давай!
   Малкис одним движением пальца обесточивает симулятор, срывается с кресла и несется к кабинке. Распахивает дверь, врывается, срывает нейрошлем с курсанта. Датчики отваливаются сами, худощавый узкоплечий парень, бледный, с посиневшими губами, лежит в ложе, его грудь едва поднимается в неровном дыхании, волосы на голове слиплись от пота.
   Ну, слава Богу! Жив!
   Малкис хлопает парня по щекам – никакой реакции.
   – Эй, Юдгар… Юдгар Оноби… черт! Да очнись же!

   Ночная темнота вокруг громоздилась неясными силуэтами кустов и деревьев, и все это мелькало с бешенной скоростью, когда мы втроем сломя голову неслись к одной из башен. Я знал, что меня сейчас убьют – чувство было острым и отчетливым. Проклятье! Я не хотел подыхать. Но я знал цену собственной интуиции. Охотились на меня, именно на меня, а не на Вампира или Сыча.
   Я пытался высмотреть опасность, но так и не смог понять, откуда она исходит.
   До башни оставалось-то всего несколько ярдов, когда впереди, всего в паре шагов рванул взрыв. Я успел лишь заметить ослепительно яркую вспышку, грохота не было, был только удар, и этот удар обрушился на меня с такой силой, что чернота, накатившая на сознание, показалась благодатным спасением от боли. Но сквозь эту темноту кто-то принялся меня трясти и шлепать по щекам. Сквозь муть перед глазами с трудом различаю какого-то урода, похожего на пугало. Враг? Тело действует автоматически, руки взлетаю к горлу противника. Стискивают его железной хваткой. Но тут налетают другие, отрывают от несостоявшейся жертвы, с силой выкручивают руки, едва не ломая, и оттаскивают прочь.
   И только пару минут спустя я вдруг начинаю соображать, что зовут меня Юдгар Оноби, и что человек, которого я чуть не придушил – лейтенант Малкис. Вот тогда-то мне и становится по-настоящему хреново.


   Коридор станции после нейросимулятора казался нереальным, точно прописанный каким-то недоучкой в скверном графическом редакторе. Серовато-коричневые пластиковые стены, монотонно-зеленое покрытие пола – мягкое и звукоизолирующее. Настенные световые панели излучали приглушенный, рассеянный свет, не отбрасывавший теней – насколько Юдгар знал, светились флуоресцентные бактерии с Канна ира, способные существовать даже в полном вакууме. Почти все современные корабли были оснащены именно такими источниками света. Они не ломались, почти не требовали ухода, кроме того бактерии еще и размножались. Раз в месяц их подкармливали специальным химическим реактивом, а раз в две недели отсасывали излишки и заправляли в новые световые панели. Или уничтожали в утилизаторе. Одним словом – сплошные преимущества…
   Что-то он не о том думает. Сдались ему эти бактерии…
   Голова немного кружилась, а взгляд никак не хотел фокусироваться на отдельных предметах, мало этого, любая встречная фигура заставляла внутренне содрогаться. Юдгару все еще казалось, что идет он не по станции, а по коридорам злополучной лаборатории, в которую ему так и не удалось прорваться. И он, без своего верного скафандра и силового экзоскелета, представляет легкую добычу для врага. Стоит им опознать в нем чужака, и его тут же пристрелят. Ему стоило огромного труда сдерживать собственное сознание в рамках разумного и переключать его на окружающую реальность. Проклятье, да что с ним творится? За четыре года учебы в курсантском корпусе он провел не меньше двух тысяч часов летной практики в нейросимуляторе. Даже «умирать» приходилось несколько раз, но еще ни разу он не чувствовал себя так скверно… Сейчас бы отлежаться, прийти в себя как следует… Так нет же, начальство вызывает.
   Честно говоря, своего сводного брата, капитана Марта Оноби, ему сейчас хотелось видеть еще меньше, чем Сотникова, а зайти придется. Приказ был передан недвусмысленный – сначала к нему, затем к адмиралу Сотникову. Видимо, Март решил подстраховаться, прежде чем представить его пред светлые очи высокого начальства, вот только подстраховаться в чем? Хороший вопрос… Впрочем, Юдгар догадывался, по какому поводу заместитель начальника самого мощного форпоста на границе с Республикой Волков, адмирал Сотников, вызвал его снова. Опять будет капать на мозги из-за того проклятого боя в астероидном поясе…
   Он воспользовался лифтом, чтобы спуститься на два уровня. Непринужденная беседа двух курсантов из параллельного курса оборвалась, точно ножом отрезало, как только он вышел из лифта в коридор. Оба одарили его красноречиво презрительными взглядами и посторонились, точно боясь запачкаться. Высморкаться на них, что ли? Ладно, пусть живут.
   Юдгар с независимым видом прошел мимо.
   Минуту спустя он уже входил в каюту капитана Марта Оноби.
   Братец сидел в удобном мягком кресле с высокой спинкой, и сразу скривил губы, стоило только курсанту переступить порог.
   – Проходи, садись, – Март ткнул пальцем в небольшой откидной стул у стола.
   Юдгар не считал себя ментатом – так, небольшие природные способности, не больше – но настроение людей улавливал отлично. Сейчас его братец пребывал в крайнем раздражении. И раздражение это ему требовалось на кого-нибудь выплеснуть. Лучше всего – на Юдгара: дешевле обойдется. В конце концов, бывший курсант не станет жаловаться, писать рапорт и бегать по инстанциям. Да это и не в его характере.
   – Ничего, я постою. Не хочу отнимать твое драгоценное время. Зачем хотел меня видеть?
   – Садись, я сказал!
   Юдгар пожал плечами и опустился на указанное место.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30

Поделиться ссылкой на выделенное