Сергей Зайцев.

Боевые роботы Пустоши

(страница 9 из 39)

скачать книгу бесплатно

   Если немного покопаться в истории, то существующие ныне боевые роботы были когда-то созданы с подачи именно таких компьютерных игр, как, к примеру, «Железные Болваны», в которых я «рубился» у себя дома, на Полтергейсте, или «Противостояние» – игры, популярной на Сокте. Нашлись люди, у которых страстное желание ощутить вкус реального сражения совпало с их немалыми финансовыми возможностями. Они-то и сумели воплотить свои безумные желания в действительность. Забавный факт, но первое же, с чем эти энтузиасты-создатели столкнулись, – несоответствие общепринятого в играх веса машин с их размером. Представьте внешний облик пятнадцати – или семнадцатиметрового человекоподобного монстра, рядом с которым человек выглядит как мышь по сравнению с самим человеком. Представили? Начините этого монстра орудийными установками соответствующего размера и мощи, чтобы залп из них выглядел не как вспышка спичечной головки на фоне газовой плиты, а как смертоносный, всесокрушающий ураган из огня и стали. Готово? Теперь многократно продублируйте цепи питания и передачи данных всех его внутренних механизмов, систем ведения огня, навигации. Засандальте в брюхо главный и вспомогательный двигатели, нашпигуйте многотонными контейнерами с боекомплектом, батареями радиаторов и теплообменников для сброса излишков тепла, натыкайте тысячи датчиков и сенсоров, чтобы гиганта невозможно было ослепить в ходе боевых действий даже при очень сильных повреждениях. А в завершение снизу доверху обшейте весь корпус мощными плитами дифференцированной брони и усильте защиту наиболее важных узлов ходовой части за счет навесных, легко заменяемых при повреждении бронеэкранов. Ну и как, по-вашему, – сколько подобная штукенция должна весить? Ладно, не буду, как говорится, тянуть кота за причинное место – создатели на то и создатели, они не стали гадать, они сели за расчеты. В результате у них вышло, что стандартный игровой стотонник, если использовать для его изготовления обычные, давно зарекомендовавшие себя в военном производстве материалы и сплавы, будет на самом деле весить в три, в четыре раза больше, чем нужно. Было от чего схватиться за голову. Дело даже не в том, что понадобились бы значительно более мощные двигатели и узлы, чтобы привести такую махину в движение – проблема заключалась в самом весе. Шагающий робот ведь назван «шагающим» именно потому, что у него из «задницы» ноги растут, а не, к примеру, гусеницы-траки, как у среднестатистического тяжелого танка далекого прошлого – времен, предшествовавших изобретению антигравов. Поэтому весь этот огромный вес должен распределяться на площадь всего двух стоп, и какими бы большими они ни были… С лыжами вариант не предлагайте, не прокатит. Робот все-таки, а не снегоход. Короче – существующие дороги смололись бы в песок, вздумай такой здоровяк прогуляться по ним вместо обычного транспорта. А променад по бездорожью, по пересеченной местности любой сложности, ради чего, собственно, было затеяно дело, отпадал тем более – получился бы траншеекопатель, а не боевой робот.
Полная бессмыслица. Конечно, с моделями полегче, чем гипотетический стотонник, разговор попроще, но фанаты сразу задались целью решить проблему целиком, по максимуму.
   И решили-таки благодаря применению весьма дорогостоящих технологий, позволивших получить новые сверхлегкие и сверхпрочные материалы – так называемые нанокомпозиты. За их счет вес основных деталей каркаса и брони робота удалось свести как раз к тем цифрам, которые указывались в компьютерных играх, так что внешняя сторона самой идеи индивидуальных боевых роботов была полностью соблюдена. Конструкторы пошли даже немного дальше. К субатомному движку, служившему основным энергоисточником машины, питающим ходовую часть и оружейные системы, был присобачен электромагнитный генератор для создания защитного электромагнитного поля, попав в которое низкоскоростные снаряды и ракеты, развивающие скорость до тысячи километров в секунду, в большинстве случаев разрушались либо отклонялись в сторону. А затем, подумав, в духе нынешнего времени добавили и антигравитационную установку, при включении вообще ополовинившую вес гиганта. В результате среднее удельное давление на грунт удалось уменьшить до двадцати-сорока килограммов на квадратный сантиметр – цифры примерно соответствовали показателям вышеупомянутого гусеничного танка.
   Все эти исследования и разработки вылетели в астрономическую сумму, но, когда несколько моделей были созданы и опробованы, на них обратили внимание не только любители компьютерных игр. Самоходная наземная крепость с колоссальной огневой мощью и невероятным запасом живучести, способная быстро перемещаться практически по любым типам местности, прельстила военные и силовые структуры Гэгвэя – планеты, принадлежавшей Галактической Федерации миров и уже известной ранее производством малых экзот-роботов для охранной и диверсионной деятельности. Проект назвали «Шагающая Смерть». Уже сконструированные и воплощенные в жизнь модели, что называется, были закуплены на корню, тщательно модернизированы, оснащены специально доработанным или заново спроектированным вооружением и предложены желающим.
   Желающие нашлись.
   Нашлись во многих мирах, достаточно богатых, чтобы позволить себе столь дорогие игрушки. Более того, «Шагающая Смерть» стремительно вошла в моду и превратилась в непременный элемент престижа власть имущих. Президенты и диктаторы любых стран или планет стремились заполучить хотя бы звено ИБРов из трех-четырех машин для своей личной гвардии…
   Время текло, ажиотаж спадал, технологии совершенствовались. А производство роботов удешевлялось и в конце концов стало доступным не только экономике отдельных государств, а просто очень богатым людям. Вот тогда все и вернулось на круги своя – роботов начали приобретать и использовать те, для кого они и были задуманы изначально – любители игровых баталий. Было выбрано место проведения Чемпионата – Сокта, выработаны правила ведения схваток, оговорено использование определенных типов вооружения, и…
   И пошло-поехало.
   Я шагнул внутрь симулятора – цилиндрическое помещение около семи метров диаметром, уставленное по всей окружности сенеложами, и остановился, с интересом осматриваясь.
   В отличие от бара, здесь освещение было нормальным. Центральная оперативно-тактическая голограмма, парившая посреди зала в воздухе, демонстрировала с высоты птичьего полета весьма протяженную территорию, представлявшую собой сильно пересеченную гористую местность. Миниатюрные фигурки роботов, разбросанные друг от друга на разные расстояния, при таком масштабе напоминали игрушечных солдатиков, сцепившихся между собой в многочисленных дуэлях, а связывавшие их воедино огненные трассы ракет и лазерных плетей не воспринимались всерьез.
   – Новенький? Хочешь попробовать?
   Меня окликнул оператор – молодой светловолосый парень в серой мешковатой униформе. Он сидел в легком вертящемся кресле за управляющей консолью – плоской горизонтальной панелью с датчиками слежения, диагностики и коррекции, вынесенной к его рукам на тонкой стойке, и сосредоточенно наблюдал за процессами, происходящими на голограмме. Но стоило мне войти, как его внимание сразу же переключилось на потенциального клиента.
   Я вежливо кивнул:
   – Возможно. Но сперва хотелось бы осмотреться…
   – Нет проблем. Выбирай любое свободное ложе и осматривайся, сколько хочешь. Если передумаешь, то никто удерживать не будет. Вступительный взнос у нас чисто символический – десять кредо. Кстати, ставками интересуешься? Видишь вон того парня? – Оператор махнул рукой в сторону ложа справа, где в кресле с полуопущенной спинкой уже сидел участник, готовившийся к погружению – симпатичный темноволосый паренек лет четырнадцати. – Это Рамзес.
   Взгляд парня тоже был сосредоточен на оперативно-тактической голограмме, но на комментарий оператора он отреагировал моментально – улыбнулся и приветливо помахал мне рукой, после чего снова уставился в экран. На его лоцман наверняка сейчас поступала масса подробнейшей информации по всем баталиям «Противостояния», так что особо отвлекаться ему было недосуг.
   – Ты не смотри, что он такой улыбчивый и «зеленый» на вид, – доверительным тоном поделился оператор, видимо желая приобщить меня к местным секретам и тем самым подвигнуть к участию в игре. – Он у нас из элитаров, сейчас на него ставки десять к одному – на то, что не проиграет ни одной из двенадцати схваток «цикла Чемпиона».
   – «Цикла Чемпиона»?
   – Ну да. Ты что, даже правил не знаешь?
   – Ах да, извини. Понял. – Я немного смутился. Действительно, только же читал – три схватки на роботах каждого из четырех классов. Получается ровно двенадцать побед, и ты в «дамках», то есть в чемпионах. – Нет, ставками я пока не интересуюсь. Только самой игрой.
   – Да ты проходи, проходи, выбирай ложе, – оператор нетерпеливо махнул рукой, – справа, слева, любое, свободных у нас сегодня хватает, в игре масса ветеранов, а они предпочитают подключаться из своих квартир…
   Чистая правда – я насчитал двенадцать сенслож, и только одно оказалось занято – тем самым Рамзесом, да и то еще не подключено. Странно, подумал я, подходя к ближайшему ложу, раз он элитар, то по идее тем более должен иметь для игры собственное оборудование, а не таскаться по клубам, как какой-то новичок…
   – К Рамзесу это не относится, – продолжал беспечно трепаться оператор, – его оборудование недавно погорело, так что временно он снова почтил нас своим присутствием. Чтобы поставить на себя и заработать на обновку.
   Этот парень что, читает мысли? Или их так просто прочесть на лице такого провинциала, как я?
   – И то хорошо. А то от скуки и спятить недолго, у меня смена двадцать часов, и торчать здесь в одиночестве мало радости.
   – Санч, будь добр, заткни хайло, – спокойно попросил Рамзес, не отрывая сосредоточенного взгляда от голограммы.
   – Рамзес у нас исключительно вежливый малый, – насмешливо оскалился неугомонный Санч. – Даже гадости говорит с доброжелательной улыбкой, обижаться вроде как-то неудобно.
   Невольно хмыкнув, я осторожно уселся на вытянутый овал ложемента, откинулся на полуопущенную спинку, поерзал, прислушиваясь к ощущениям. Удобно. Хотя модель и незнакомая, но весьма удобно. Сразу возникает своеобразное ощущение приятия. У меня дома техника стоит попроще – «Сфера». Я покосился на прозрачный колпак, нависающий сверху. Этого в моем игровом комплексе нет. Там лишь кресло и нейрошлем. Провинция, черт возьми. Надо будет поговорить с Дедом, чтобы заказал модели поновее, как в этом клубе.
   Перехватив мой взгляд, Санч тут же принялся объяснять то, что мне и так было известно, видимо приняв за полного ламера:
   – Популярно объясняю, как все это работает. Колпак необходим, чтобы отсечь от игрока внешний мир и сократить акустические, тактильные и визуальные ощущения до минимума. Видишь манипулятор справа от твоей головы? Не пугайся его вида, он вполне безобиден. На его конце гнездо коммуникатора – когда подключаешь его к лоцману, ИскИн симулятора передает необходимые ощущения прямо в мозг и регистрирует ответные реакции. Возникает двусторонний обмен, создающий полную иллюзию пребывания в мире Глубокого погружения.
   – Понятно. А почему Рамзес…
   – Все еще не засунул свою юную задницу в самое пекло? – охотно подхватил Санч. – Элементарно. По правилам больше двух элитаров в игре находиться не должно – вояки такого класса слишком быстро раздолбят всех остальных неумех. Вот Рамзес и ждет, когда один из двух продвинутых коллег вылетит из игры. А произойдет это скоро, смотри сам.
   Масштаб голограммы резко укрупнился, одновременно смещаясь в сторону, и резко остановился, когда виртуальная камера наблюдения прыгнула за невысокую горную гряду, чем-то смахивавшую на вросшую в землю челюсть великана с частично выбитыми и давно не чищенными каменными зубами. Здесь обнаружилась парочка не на шутку сцепившихся гигантов – «Разрушитель» и «Молот» – соответственно семьдесят пять и пятьдесят пять тонн. Человекоподобный «Разрушитель» в данный момент приближался к сильно поврежденному сопернику-кработу, с трудом пытающемуся подняться из многометровой воронки (видимо, выбитой в пологом склоне горы очередью из «химеры», прошедшей мимо цели). Двигался с явным намерением добить.
   – Вот они, наши элитары, – откровенно любуясь, прокомментировал оператор Санч, – не упустят случая продырявить друг другу бронированную шкурку.
   Пока Санч болтал, «Молот» сумел подняться на ноги. Внешний облик этого робота вполне соответствовал названию – возьмите головку от самого обычного молотка, поставьте ее горизонтально, присобачьте к ней снизу диск поворотной платформы с парой длинных голенастых лап, вывернутых коленными суставами назад, затем прилепите по бокам корпуса пару толстых, но куцых ручонок с многочисленными креплениями подвесок для разнообразных видов вооружения. А затем все это дело увеличьте в энное количество раз, чтобы получился десятиметровый гигант, от шагов которого проседает каменистая почва… Роботов с таким обликом по давно устоявшейся терминологии принято называть крабовидными или кработами. А гуманоидных, раз уж пошли определения, – гуманами.
   Порыв ветра развеял густое облако коричневой пыли, окутывавшей ноги «Молота», и сразу стало видно, что его правая нога сильно покалечена, зияющие прорехи в сорванной с коленного сустава броне обнажили уже частично оплавленные внутренние механизмы и искусственные биополимерные мышцы. Хирургически точный залп – и робот может лишиться ноги. А позади него, на фоне горной гряды, уже вырастал грозный силуэт пятнадцатиметрового «Разрушителя». Рыла тяжелых ЭМУ – пушек «Химера-10» – по спарке на каждую руку, хищно рыскали зрачками стволов по искалеченному корпусу противника, выискивая, куда бы всадить следующую очередь и поставить точку в этой схватке. Впрочем, «Разрушитель» тоже не избежал повреждений – нагрудные секции брони, прикрывающие двигатель, были покороблены и оплавлены, явно удерживаясь на своем месте лишь на честном слове. Правое плечо, где раньше находилась ракетная установка, было буквально сорвано, обнажая внутренний скелет, невероятная прочность нанокомпозитных материалов тоже небеспредельна. Похоже, генератор защитных полей вышел из строя от прямого попадания, и теперь за живучесть робота целиком отвечала лишь прочность самого корпуса.
   Водитель «Молота» не стал дожидаться бесславного конца. Недалеко от места схватки горы разрубала глубокая расщелина, ощерившаяся острыми зазубренными краями, словно гигантский рот, растянутый в бесконечной по протяженности ухмылке. Ширина провала в самом узком месте, судя по масштабам, составляла метров сорок. Туда-то «Молот» и подался. Из установленных на брюхе позади ног сопел прыжковых двигателей в грунт ударили яркие струи пламени, неповоротливая туша тяжело взмыла в воздух и поплыла через пропасть, плавно набирая ускорение.
   «Разрушитель» судорожно дернул вслед стволами «химер» и уцелевшим лазерным орудием на левом плече прицеливался… но почему-то так и не решился всадить в соперника залп. Беспрепятственно преодолев опасный участок, «Молот» благополучно приземлился на той стороне провала и постарался как можно быстрее удрать из пределов видимости противника. Кработ качался как пьяный, заметно припадая на поврежденную ногу, но ему хватило десяти гигантских шагов, чтобы целиком скрыться за подходящим скалистым гребнем. А «Разрушитель», естественно, из-за непонятной заминки остался несолоно хлебавши – у него прыжковых движков не имелось. И догнать врага уже не представлялось возможным.
   – Какого черта? – Я удивленно покосился на оператора. – Он же мог его запросто добить…
   – Еще одна победа, – охотно пояснил Санч, – и Бола уйдет на отдых. Я имею в виду водителя «Разрушителя». Вот он и не торопится. Народу сегодня в симуляторе много, так что найти другую цель и разнести ее в пух и прах ему труда не составит. Да и Марс на своем «Молоте» вполне еще может завалить какого-нибудь новичка. Не про тебя будь сказано, конечно. – Оператор насмешливо подмигнул. – У Марса, кстати, ситуация с точностью до наоборот – еще один проигрыш, и он бесславно вылетает из «Противостояния» до лучших времен. Даже элитарам иногда крупно не везет.
   – Бола просто экономит на снарядах, – ломким мальчишеским голосом проворчал Рамзес. – Его «Разрушитель» в игре уже больше двух часов, а боезапас «химер» не резиновый. Но из-за его скупердяйства я снова остался не у дел.
   Санч хмыкнул, многозначительно показывая мне глазами на Рамзеса.
   – Кстати, мой тебе совет – больше опасайся Рамзеса, чем этих двух. В каком бы он «мехе» ни сидел, он всегда чрезвычайно опасен. Непревзойденный боец, добраться до титула Чемпиона для него давно не проблема. Чтобы подольше оставаться в симуляторе, он иной раз сознательно идет на одно-два поражения или отпускает противника, как сейчас Бола.
   Рамзес самодовольно ухмыльнулся и согласно кивнул:
   – Мой девиз – хоть чума, хоть война, но игра должна продолжаться.
   – Надеюсь, ты окажешься хорошим игроком и сможешь быстро перебраться в категорию рейдеров, у нас давно не было толковых новичков, – заявил вдруг Санч с таким видом, словно я уже дал согласие.
   – А что для этого нужно?
   – Одержать шесть побед над противником, что же еще. – Видимо, заметив, как у меня вытянулось лицо, Санч поспешил успокоить: – Да нет, ничего страшного и невыполнимого здесь нет, это же не «цикл Чемпиона», режим вполне щадящий, хотя бы по одной победе за сеанс погружения, и ты – в рейдерах. Правда, некоторые «деятели» не могут заработать этот статус и за полгода, – тут же уточнил Санч. – Ведь по условиям, если первая же схватка заканчивается поражением, то игрока просто выбрасывает из симулятора, чтобы избежать чрезмерного болевого шока… Но ты ведь не из таких слабаков? – Оператор поощрительно осклабился. – Ну так как? Ведь по глазам вижу, что ты готов, чего тянуть-то?
   Я с трудом сдержал досадливую гримасу. Похоже, предложение придется принять, хотя бы для того, чтобы избавиться от его болтовни.
   – Ладно. Что от меня требуется?
   – Да ничего, – Санч азартно потер руки, словно только что свершил сделку века, – я все сделаю сам. Отслюнявь со своего банкоса десять кредо, и дело в шляпе.
   Из кресла под правую руку тут же выехал короткий пенал с идентификационной панелью – устройство банкоприемника. Я положил на него запястье, окольцованное черным браслетом банкоса, и мысленно разрешил операцию на перевод денег со своего счета в кассу клуба.
   – Принято, – весело сообщил Санч. – Отлично, теперь приступим!
   Спинка кресла подо мной слегка подалась назад, сверху плавно опустился колпак, отрезая внешние звуки. Возле головы шевельнулся хобот манипулятора, мягко прикладываясь к виску. На виртуалке лоцмана развернулась сводка таблиц сканирования моих мозговых характеристик, пустые окошки отдельных параметров стремительно заполнялись фиксированными цифрами, вспыхнуло сообщение: «Предварительный тест пройден успешно».
   – Ну что, новичок, поехали?
   Под колпаком голос оператора изменился, срываясь на рокочущие басы явно благодаря звуковому синтезатору.
   – Я готов, – сухо ответил я. Своим неуемным весельем этот тип меня здорово утомил.
   – Тогда добро пожаловать в ад!
   И голос этого клоуна вдруг перешел в ревущий демонический хохот.
   В тот же момент меня замкнуло.


   «Узел загрузки: 364 757. Сценарий: „Противостояние“.
   Переход всегда немного неприятен.
   Даже когда привыкаешь к этой процедуре, все равно в первые мгновения испытываешь дискомфорт. Восприятие своего «я» изменяется настолько, что испытываешь шоковое состояние; поэтому после загрузки нужно какое-то время, чтобы мозг адаптировался к новому «телу» и иной системе ориентации, чувств, приема информации. Неудивительно – ведь вместо семидесяти килограммов привычной плоти и крови вдруг оказываешься обладателем чудовищной по человеческим меркам массы, сплошь состоящей из искусственных материалов.
   В моем случае – сорока пяти тонн, которые я теперь и ощутил как свое тело.
   Основные параметры роботизированной оболочки я мог прочесть уже сейчас, до включения рабочего режима. На вспомогательном графическом экранчике – окошко осмысленности в море пустоты, проступило схематическое изображение моего ИБРа. Для полноты обзора конструкция вращалась вокруг оси. Рядом вспыхнули строки технических данных. Итак, я оказался обладателем «Гончего» – боевого робота среднего класса, внешний облик которого можно было охарактеризовать как помесь краба с безголовым страусом. Яйцевидное тело корпуса, заостренное к носу, покоилось на мощных лапах шести метров высотой, из боков торчала пара недоразвитых ручонок с подвесками для вооружения. Типичный кработ. Что ж, могло быть и хуже. По крайней мере, «Гончий» – быстрый, маневренный робот.
   Наконец система внутренней диагностики решила, что я готов к «функционированию», и перед глазами вспыхнула и развернулась панорама новой действительности. Человеческий мозг самой природой не приспособлен к объемному сферическому зрению, поэтому во избежание искажения восприятия и дезориентации в качестве «глаз» формируется система визуальных окон, транслирующих вид с разных сторон, в том числе сверху и снизу. Оказалось, что сценарий перенес меня на участок горной местности, подозрительно похожий на тот, который я только что видел на голоэкране в клубе. Слева на сотни метров, упираясь вдали в складки неприступных скал, тянулся относительно пологий горный склон, усеянный крупными каменными обломками – вероятно, след давнего обвала. Справа в пятнадцати метрах, склон обрывался в пропасть. Прыжковые движки у «Гончего» отсутствовали, так что пропасти следовало опасаться как огня – при падении с такой высоты никаких костей не соберешь, даже стальных или нанокомпозитных.
   Я включил антигравитационный привод двигателя, сразу ощутив, как резко уменьшился вес робота, повел руками-культями, проверяя их подвижность, переступил с ноги на ногу, с тяжелым хрустом дробя и вдавливая щебень в землю мощными подошвами «Гончего». Сила любого, даже самого легкого робота всегда впечатляет. Особенно когда этот робот становится продолжением твоего тела… неверно, – когда становится твоим телом. Сорок пять тонн неукротимой силы и власти над окружающей действительностью, шквал восторга и упоения, значимость и целеустремленность, возведенные в высшую степень. Ощущаешь себя каким-то сказочным гигантом, которому подвластно все…
   Но перейдем от эмоций к делу.
   Вооружение рук оказалось стандартным для этой модели: на правой крепилась плазменная пушка «нова», а левая оканчивалась спаркой из «блеска» с «молнией» – лазерных орудий малой и средней мощности. Еще один «блеск» прикорнул на условном правом плече (в отличие от туманов у кработов нет выраженной человеческой анатомии, поэтому плечом принято считать верхнюю левую или правую часть корпуса), а условное левое плечо «украшала» ракетная система залпового огня «Ветер-6». РСЗО представляет собой контейнер с шестью трубчатыми направляющими и механизм автоматической подачи. Да, еще под брюхом на манер основного мужского достоинства из подвижной платформы торчал шестиствольный крупнокалиберный пулемет «злюка», предназначенный для уничтожения живой силы. В данном сценарии пехоты не предвиделось, а против брони «мехов» пулемет практически бесполезен, так что учитывать его не стоило. А вот разведракеты, которые тоже должны входить в стандартную комплектацию вооружения робота, мне бы не помешали, но почему-то сценарием они предусмотрены не были. Их начинка состоит из миниатюрных видеокамер, способных после распыления на определенной высоте долгое время пассивно парить в воздухе – чтобы вести наблюдение, собирать и анализировать информацию. Иногда эти датчики еще называют «мошкарой», или «разумной пылью». Без таких ракет возможность ведения разведки на сильно пересеченной местности существенно ограничена. А рельеф окружавшей меня местности иначе, как сложным, не назовешь – с большими перепадами высот, крутыми подъемами и спусками.
   Ладно, настал момент размять ноги – чего я желал с большим нетерпением.


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39

Поделиться ссылкой на выделенное