Сергей Юрьев.

Вечность сумерек

(страница 1 из 37)

скачать книгу бесплатно

© Юрьев С.С., 2014

© ООО «Литературный Совет», 2015

* * *

Часть первая
Искра на ветру

Они пришли неведомо откуда, и те, что сумели уцелеть, ушли неведомо куда, оставив людям лишь руины своих городов и малую толику секретов своих ремёсел и тайн своей магии. Те времена, когда их владычество казалось вечным, остались в памяти поколений как Темные века, но свет той победы, что принесла людям свободу, казалось, озарил нам путь на сотни лет вперёд. Прошло время, надежды истлели, и почти всё, чему научили нас альвы, предано забвению. Что ж, наверное, так и должно быть. Когда-нибудь нам вновь откроется всё то, что было ведомо им, но это будет принадлежать нам по праву, это будет воистину нашим. Не только память о прошлом несёт благо – его может принести и забвение.

Альвы были похожи на людей так, что на первый взгляд было бы невозможно различить, где раб, а где господин, если бы каждый раб не носил медный или бронзовый, а порой и золотой ошейник, подавляющий волю и вселяющий страх. Но альвов от людей отличали не только изумрудные глаза и кровь небесно-голубого цвета.

На их лицах редко появлялись улыбки, и самые страшные жестокости они творили без гнева. Со стороны казалось, что удача не несёт им радости, а потери не заставляют их испытать горе. Но это не так – на самом деле им было знакомо и то и другое, но их лица об этом молчали.

Дети, рождённые альвийками, были им самим не дороже прочих детей, родившихся в племени. В их языке даже не было слов «мать» и «отец», а детей воспитывали либо старшие в роду, которые больше ни на что не годились, либо люди-рабы.

Альвы стремились подчинить себе всех, кто встречался им на пути. Альвам казалось мало того, что люди покорились им. Они хотели власти над временем и судьбой, жизнью и смертью, радостью и скорбями, речными водами и небесным огнём. Их чародеи однажды решили, что они способны соперничать с нашими богами, и, казалось, победа вновь осталась за ними. Тронн по-прежнему тянул сквозь вечность нить времён, но судьбы людей были уже не в его власти. Гинна, как и встарь, дарила людям жизнь, но предел этой жизни каждому человеку устанавливал альв, его хозяин. Таккар ещё пытался ниспослать людям радость, но чаша скорбей была и без него заполнена до краёв. Владыки отчаялись и отвернулись от земного бытия, но этого оказалось достаточно для того, чтобы сила альвов обернулась их слабостью. Всякое могущество имеет предел и рушится, столкнувшись с силой, которую само породило.

Пусть забудется их магия, канут в небытие секреты их ремёсел, сгорят их письмена, но сама память о том, что они были, должна сохраниться навеки. Они ушли неведомо куда, но они могут вернуться неведомо откуда, и если мы забудем прошлое, то оно повторится вновь.

Предисловие к «Хроникам Гиго Доргона, сокрушителя альвов»
Глава 1

Блажен тот, кто что-то потерял, – ему есть что искать.

Из «Книги мудрецов Горной Рупии»

Полено, прогорев посередине, сложилось пополам и провалилось на дно пламени, а к ночному небу взметнулся сноп искр, через мгновение затерявшихся среди звёзд, не по-осеннему ярких и, как всегда, холодных.

– Вот так… – Старик Тоббо проводил их рассеянным взглядом и снова уставился на костёр. – Вот так и бывает: искра, оторвавшись от пламени, – гаснет, родич, покинувший своих близких, – погибает, род, ушедший на чужбину от могил предков, – всё равно что дерево, лишённое корней…

– Тоббо, расскажи о Горлнне, могучем альве, – попросил старика Трелли, мальчонка, едва разменявший вторую дюжину зим.

Рассказ о Горлнне-воителе старик Тоббо повторял уже сотни раз, и юные альвы знали его почти наизусть, но слушать славную историю о славном прошлом было всё-таки приятнее, чем ловить вздохи и причитания, которые, может быть, и полны великого и вечного смысла, но очень быстро надоедают и вгоняют в тоску.

– О Горлнне, могучем альве… – как эхо повторил старик и умолк – долгой истории, если следовать обычаям, должно предшествовать долгое молчание.

– Смотри, что у меня есть, – воспользовавшись тишиной, шепнула на ухо Трелли маленькая Лунна, показывая своё тонкое запястье, на котором блестела тусклым золотом цепочка – маленькие литые зай-грифоны следовали друг за другом, поджав длинные остроконечные уши, вцепившись зубами в хвосты своих братьев-близнецов, и каждый смотрел в сторону крохотным изумрудным глазом.

– Откуда? – изумился Трелли, но тут же закрыл рот, с опаской глянув на старика, но тот, похоже, не прислушивался ни к чему, кроме треска костра.

– Нашла на болоте, – похвасталась Лунна. – Ходили позавчера за брусникой, а я на Беглом Камне мох поковыряла – и вот…

– А почему ты не…

– А я хотела, – предвосхитила вопрос Лунна. – Я отнесла её вождю Китту, а он сказал, чтобы я себе оставила – теперь, говорит, уже всё равно.

– Что всё равно? – успел спросить Трелли, но ответа не услышал – старик Тоббо начал свой рассказ:

– Никто не знает, сколько с тех пор прошло столетий – после того, как люди сожгли величественный город Альванго, альвам стало слишком горько считать прожитые годы… Но за тысячу лет до этого могучий воин Горлнн был владыкой Кармелла, неведомой нам обширной и славной страны, лежащей за пределами этого, чужого нам, мира. Он долго воевал и в конце концов взял под свою защиту земли всех соседних народов. Когда Внутригорье стало подвластно ему, Горлнна постигла великая печаль – он знал: за горным кольцом, окружающим его обширные владения, расположены богатые земли, но через перевалы вело лишь несколько узких и опасных троп, по которым невозможно провести ни всадников, ни боевые колесницы, чтобы на равных сразиться с вождями Внешних Племён. Горлнн хотел нанять подгорных альвов, чтобы те пробили тоннель сквозь горы, но они сказали, что всего золота Кармелла не хватит, чтобы расплатиться с ними. Тогда Горлнн решил живым лечь в свою гробницу, потому что жизнь без войны, сулящей победу, была ему не нужна. Но прежде чем он решился познать смерть при жизни, из-за гор к стенам Кармелла явился чародей Хатто, знаток древних заклинаний, которому, как и славному Горлнну, целый мир казался тесен…

Трелли посмотрел на Лунну и обнаружил, что девочка успела уснуть, привалившись к его плечу. Из детей, собравшихся вокруг костра, половину тоже одолевал сон. Старик то ли ничего не замечал, то ли ему было всё равно, слушают его или нет. Лучше было не слушать… Любое напоминание о великом и давнем прошлом альвов наполняло сердце горечью – небольшой холм, окружённый со всех сторон непроходимым для людей болотом – всё, что осталось от великого царства Альванго, в пределы которого люди когда-то давно могли ступить только с медным ошейником раба. И вот эти полторы дюжины юных альвов – всё, что оставит будущему некогда великий народ. Есть ещё два малыша, едва научившихся ходить, которые спят сейчас в землянке, но они – последние… Они последние, потому что никто не хочет больше продолжения рода, который всё равно обречён. Так говорят, но в это не хочется верить. Слишком тяжело быть одним из последних…

– …и он сказал: не важно, что изобразит его кисть. Вокруг бесконечное множество невидимых миров. Как бы краски ни легли на полотно, за гранью холста откроется иная земля, и мудрецы альвов издревле хранят заклинание, отпирающее вход. И Горлнн приказал построить ворота посреди поля и натянуть в их створе полотно, а Хатто взял кисти и краски из тёртого камня. Прошёл лишь день, и за воротами показался белокаменный город с высокими стенами и широкими площадями. На узких улицах застыло множество странных существ, похожих на альвов, только кожа у них была смуглее, и сами они казались медлительными, шумными и неуклюжими, как болотные жабы…

Про жаб, наверное, старик добавил от себя… Скорее всего, в славном Кармелле не было и быть не могло никаких жаб – это здесь почти нет иной пищи, кроме жабьего мяса, которое, даже сдобренное диким чесноком, продолжает отдавать тиной. Хорошо хоть, вчера охотники наткнулись посреди болота на полудохлого заблудившегося оленя и смогли дотащить до землянки Тоббо. И старик так разговорчив сегодня, потому что сыт…

– …все воины Горлнна. Их было множество – тысячи и тысячи. Жёны и дети воинов уселись в повозки, запряжённые мандрами, и их вереница несколько раз опоясала стены опустевшего Кармелла. Чародей Хатто произносил заклинание – оно было подобно долгому плачу, и город, изображённый на полотне, начал постепенно оживать. А когда из ворот потянуло тёплым ветром, Горлнн первым пересёк границу, за которой начинался этот мир, мир людей, который тогда казался лёгкой добычей, а стал вечной западнёй для альвов…

Западнёй для альвов… Странно – старик никогда не говорил об этом так. Раньше горечь в его словах появлялась, когда рассказ доходил до осады людьми Альванго и истребления альвов в Серебряной долине, когда с юга пришли орды неведомых медноголовых варваров. Наверное, Тоббо стал совсем плох и предчувствует, что жить ему осталось недолго. Шутка ли – коптить небо четыреста с лишним лет… Редкие из женщин доживают до такого возраста, а мужчинам вообще положено быть воинами и погибать молодыми…

Трелли почувствовал внезапную неприязнь к старику, у которого только и осталось сил, чтобы сидеть у костра с малышнёй, рассказывать байки о былом величии, смотреть на звёзды и ждать собственной смерти.

Если о славных победах могущественных предков говорить с такой тоской, можно подумать, что и побед никаких не было, как и не было великого царства Альванго, перед которым трепетали даже свирепые жители Окраинных земель, худшие, злейшие и самые страшные из людей…

Трелли вдруг поймал себя на том, что думает о великом городе Альванго и свирепых жителях Окраинных земель, как будто ему приходилось видеть этот чудесный город и сталкиваться с этими беспощадными существами… На самом деле за всю свою пока недолгую жизнь он не отходил от этого островка дальше, чем до края Лохматой топи, а люди никогда ещё не добирались до последнего убежища альвов.

– …и главным оружием его были не мечи и стрелы, не отвага воинов, не беспощадность, не решительность, не искусство полководца – всё это было у Горлнна, но то же, наверное, было и у его врагов. Главным был страх, который внушали людям наши славные предки. Страх несут те, от кого не знаешь, чего ждать. Когда люди узнали, было уже поздно – их шумные уродливые города лежали в руинах, а для них самих оставалось только два способа выжить – скрыться в Окраинных землях или надеть рабский ошейник.

И снова кажется, что старик сочувствует людям, самым жутким и безжалостным существам, которых только можно себе представить… Кто разрушил неприступный Альванго? Кто загнал альвов на это болото? Кто пытается истребить последних потомков славного Горлнна? Люди! Люди! Люди!

– Тоббо! – вмешался Трелли в рассказ старика. – Мудрый Тоббо, ты сказал, что страх несут те, от кого не знаешь, чего ждать… Но ведь мы-то боимся людей именно потому, что знаем, чего от них ждать.

Старик умолк, продолжая смотреть на огонь, и молчал до тех пор, пока очередное прогоревшее полено не разломилось, отпуская на волю очередной сноп умирающих искр.

– Страхи бывают разными, малыш, – в конце концов отозвался он слабым голосом. – Есть страх неизвестности, но есть и страх неизбежного, а порой случается, что оба страха сливаются воедино. Но о страхе лучше не думать, прежде чем он сам придёт к тебе.

Вот так. У старика на всё найдётся ответ. И он уже успел рассказать много такого, чего лучше бы не знать… Знать о том, что где-то за болотами находится безбрежный мир людей, – значит хранить в себе страх неизбежного, а безвылазно сидеть на этом кривом холмике, не пытаясь даже изредка появляться там, где обитают люди, – значит не расставаться со страхом неизвестности… Жизнь в страхе ничем не лучше смерти, и, наверное, лучше бы не знать ни того, что было, ни того, что может случиться сегодня, завтра, через год, через столетие…

– Скажи, мудрый Тоббо, зачем нам знать о прошлом, если у нас всё равно нет будущего? – Так дерзко со стариком ещё никто и никогда не говорил.

– Может быть, мы не единственные альвы, которые ещё остались в этом мире. Может быть, есть и другие…

– Но никто не пытается их найти.

– Уже многие ушли искать собратьев, но никто не вернулся сюда.

– Может быть, они нашли…

– Может быть. Не знаю…

– А почему ты остался, мудрый Тоббо?

– Я единственный знаю заклинание, которое может открыть нам путь в Кармелл.

– Но почему ты не произнесёшь его? – Трелли почувствовал внезапное волнение – не столько от тех ответов, что давал старик, сколько оттого, что решился задать вопросы, которые мучили его ещё с прошлой осени.

– Чтобы открыть ворота, нужно видеть путь, малыш… – Теперь старик оторвал взгляд от пламени и смотрел Трелли прямо в глаза. – А путь увидит лишь тот, кто отыщет картину, написанную чародеем Хатто. Потом надо сложить вместе фрагменты и произнести заклинание. Только тогда откроется путь в Кармелл, туда, где нет людей, но много альвов.

– И где её искать?! Где искать эту картину? – встрепенулся Трелли. Наконец-то Тоббо упомянул о чём-то таком, ради чего стоило прожить долгую жизнь альва или за что не жаль когда-нибудь отдать её…

Лунна проснулась и теперь смотрела на Трелли, не скрывая удивления. Она вообще не умела скрывать своих чувств, как и все прочие альвы, не прожившие сотни лет…

Старик молчал, а все, кто сидел вокруг угасающего костра, устремили на него взгляды, полные жадного ожидания.

– Пока я не могу об этом сказать… – Казалось, Тоббо был смущён и теперь говорил даже тише, чем обычно. – И, наверное, никогда больше не смогу… Незачем и некому. Да я и не знаю.

– Но зачем ты продолжаешь хранить в памяти заклинание? – не унимался Трелли. – Значит, ты на что-то надеешься, мудрый Тоббо…

– Да. – Старик обвёл взглядом всех и заглянул каждому в лучистые глаза, горящие в темноте изумрудным светом. – Может быть, однажды кому-то из вас повезёт больше, чем ушедшим раньше. Может быть…

– Мудрый Тоббо, позволь мне… Позволь мне отправиться на поиски Кармелла. – Трелли поднялся с поваленного ствола вековой ивы и шагнул к старику, вдруг с удивлением обнаружив, что почти сравнялся с ним ростом. – Я смогу…

– Как ты можешь знать, что тебе по силам, а что нет! – Мудрый Тоббо превратился в сердитого Тоббо. – Ты никогда не видел людей, ты не сможешь понять их речи, ты не знаешь их обычаев, ты не знаешь о них ничего, кроме того, что они свирепы и беспощадны, ты никогда не держал в руках меча, тебе неведомы хитрость и коварство, ты не умеешь лгать. Да, ты бесстрашен, но бесстрашие твоё – не от твёрдости сердца, а от невежества. Мальчишеская храбрость доживает лишь до первой настоящей опасности – потом ты либо становишься трусом, либо погибаешь.

Старик посмотрел на луну, которая уже поднялась над вершинами редких деревьев, прикидывая, не пора ли отправлять малышню спать – разговор и так уже слишком затянулся.

– Мудрый Тоббо, а ты встречал людей? – набравшись храбрости, спросила маленькая Лунна. – Правда, что они такие ужасные?

– Я полжизни прожил среди них, – ответил старик, обращаясь почему-то к Трелли. – Они похожи на нас, только у немногих из них бывают изумрудные глаза, их кожа смуглее, а на лицах у мужчин растут волосы.

– Как у лесных ёти? – удивилась Лунна.

– Они думают, что альвов больше нет, и легко верили в то, что я пришелец из далёких северных стран. – Тоббо по-прежнему не обращал внимания на назойливую девчонку, зато, не отрываясь, смотрел в глаза Трелли и даже положил ему на плечо свою узкую сморщенную ладонь. – Но за всё это время я нашёл только два обрывка, два лоскута от полотна чародея Хатто, а их ещё не меньше полудюжины разбросано по свету, и не все из них могли уцелеть. Не найдётся хотя бы одного из них – и все труды будут напрасны.

– Мудрый Тоббо, – продолжал Трелли настаивать на своём, – если я чего-то не знаю – скажи мне… Если я чего-то не умею – научи меня. Научи меня понимать их речь и говорить на их языке, расскажи мне об их обычаях и о том, что такое хитрость и коварство. Я буду стараться, мудрый Тоббо. А вождь Китт научит меня обращаться с мечом. Если надо ждать, я согласен ждать, мудрый Тоббо!

Видимо, он сказал это слишком громко – так что даже лягушачьи трели утихли, и на время рассеялся комариный гул. Как-то старик Тоббо говорил, что у людей кровь красного цвета и её пьют эти самые комары – только поэтому люди обычно и не суются на болота. Значит, комары, которым не по вкусу голубая кровь альвов, и есть последние защитники остатков древнего народа… Эта странная мысль сначала слегка позабавила Трелли, но уже через мгновение он ощутил всю её горечь.

Глава 2

Враг твоего врага может быть и твоим врагом.

Из «Книги мудрецов Горной Рупии»

Прошлой ночью небольшой отряд спустился по верёвкам из бойниц северной башни, и воины ценой собственных жизней спалили метательную машину горландцев, но поутру враг подтянул ещё две. До полудня уже полторы дюжины огромных камней перелетели через стены осаждённого Литта, круша деревянные бараки и мраморные палаты, а одна глыба из чёрного базальта разнесла вдребезги статую Орлона ди Литта, основателя замка, грозного воителя, изгнавшего с этих земель высокомерных альвов. Оставалось только благодарить судьбу за то, что горландцы не успели подвезти огненный припас, и с неба не валятся пылающие шары из пакли, пропитанной древесной смолой. Но и этого следовало ожидать со дня на день…

– Мой лорд, с запада подходят всадники. Их сотни, – обратился к лорду Робину ди Литту командор Франго. – Может быть, кто-то из ваших родичей спешит вам на помощь.

– Франго, у меня нет родичей, которым такое могло бы взбрести в голову, – отозвался лорд. – И ты это прекрасно знаешь. Нам неоткуда ждать помощи, и тебе это тоже известно. Я бы сдал замок хоть сейчас, если бы от этих варваров можно было ждать пощады хотя бы для женщин и детей.

Лорд широкими шагами двинулся вдоль парапета, и командор последовал за ним. Те, кто приближался с запада, не могли быть друзьями, но они могли быть врагами его врагов, и это давало ничтожный шанс на спасение. Сейчас на верхней галерее, на виду у неприятеля, было самое безопасное место во всём замке, потому что камни летели над гребнем стены, а самый расторопный лучник не успел бы прицелиться в силуэт, мелькающий в просветах между зубцами. А если кому-то из них повезёт, то это уже всё равно… Почти всё равно.

Замок был невелик, и, чтобы обойти его по периметру, много времени не требовалось. Главное – не останавливаться, а отдавать бесполезные приказы и раздавать никому не нужные похвалы и посулы можно и на ходу…

Колонна всадников неторопливо двигалась по распадку между двумя холмами, не поднимая ни шума, ни пыли, и над передовым отрядом колыхалось жёлто-чёрное имперское знамя.

– Может быть, император решил положить конец бесчинству проклятых горландцев, – предположил командор Франго, не отстававший ни на шаг от своего господина.

– Император считает, что бесчинство – это когда его не берут в долю, – бросил через плечо лорд. – Просто его мытари пришли раньше времени, когда делить ещё нечего. Сейчас они подыщут безопасное место, станут лагерем, а потом начнут развлекаться охотой в моём лесу и грабежами в моих селениях.

– А вот с этим они точно опоздали, – заметил командор. – Горландцы уже наверняка и там, и там постарались.

– Да, умеешь ты сказать приятное своему господину, – негромко отозвался ди Литт и тут же во весь голос крикнул, обращаясь к воинам, уныло взирающим со стены на кольцо осады: – Держитесь, мои храбрецы! Помощь близка!

– Рады служить! – нестройным хором отозвались те, кто стоял поближе, но лорд уже прошёл мимо – к лестнице, ведущей в подвал Чёрной башни, единственной в замке, которая сохранилась ещё со времён альвов, – самой высокой, мрачной и без единой бойницы.

Эту башню даже не нужно было оборонять, она сама защищала себя – чёрные глыбы полированного камня были подогнаны так, что нечего было и думать засунуть штурмовой крюк в стык между камнями… И как только славный Орлон ди Литт в своё время брал крепости альвов? Если бы сейчас замок остался таким же, каким его впервые увидел основатель рода ди Литтов, и сейчас было бы нечего опасаться… Ни в какую, даже самую тупую или отчаянную, башку не могла бы прийти такая мысль – попытаться штурмовать крепость, от одного вида которой в дрожь бросает. Видите ли, славный Орлон ди Литт не пожелал проживать в замке, построенном нелюдями. Что ж, победитель мог позволить себе иметь причуды…

– Франго, останься здесь, – распорядился лорд, обнаружив, что командор продолжает идти следом, не отставая ни на шаг. – Не надо бегать за мной как собачонка. Или ты чего-то боишься, мой храбрый Франго?

– Ходят слухи, будто в замке есть подземный ход, и вы, мой господин, намерены бежать, как только враг окажется на стенах, взяв с собой только вашу дочь и носильщиков, которые понесут сундуки с казной, – на одном дыхании выпалил командор. – Я полагаю, что вам не стоит ходить без охраны, не ровён час, кто-нибудь сорвётся…

– А сказать тебе, кто эти слухи распускает? – поинтересовался лорд.

– Как скажете, мой господин…

– Эти слухи распускаешь ты! А до этого их распускал тот, кто шепнул об этом тебе. – Робин схватил Франго за серебряный командорский медальон и, казалось, вот-вот одним рывком разорвёт алую шёлковую ленту. – Скажи Тренту – пусть допросит того, кто тебе сказал об этом, а потом того, кто сказал ему, и так далее – пока не доберётся до того, кто это выдумал.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37

Поделиться ссылкой на выделенное