Сергей Сергеев.

Миллионер

(страница 3 из 23)

скачать книгу бесплатно

– Очень правильное дополнение, – сказал Крюков, не заинтересованный в открытом конфликте с «докером».

«Да здесь шекспировские страсти», – изумился про себя Максимов.

– А теперь самое время представить вам наших консультантов, – радостно сообщил Крюков. – Начнем с господина Рюмина, генерального директора компании «Консалт энд Бэнкинг».

Рюмин, как и Крюков, любил выступать по любому поводу. Сказывалась советская школа лицемерия, когда участники бесчисленных собраний и совещаний с серьезными лицами часами слушали откровенное вранье, а словоблудие почиталось одним из основных достоинств личности и обязательным условием политического благочиния.

Впрочем, Рюмин прекрасно понимал, что времена изменились и одними лозунгами не обойдешься. Он не стал расхваливать свою фирму, а сразу же перешел к содержанию консалтинга и трудностям, которые эта работа может породить для менеджеров «Интер-Полюса»:

– В заказе, который мы получили от господина Крюкова и других руководителей компании, нет ничего необычного. Традиционный контракт, который предусматривает перевод бухгалтерской отчетности на международные стандарты, консультирование по подготовке к размещению акций на Лондонской бирже, а также сопровождение возможных сделок по слиянию и поглощению. Придется провести также оценку рисков в области корпоративного управления и налоговую экспертизу. Потенциальные покупатели акций «Интер-Полюса» будут интересоваться, соответствует ли деятельность компании законодательству, чтобы не рисковать своими деньгами. Их будут интересовать процедуры соблюдения прав акционеров, прозрачность компании и ее эффективность.

– Ну, знаете, это все равно что отдать ключи от квартиры, где деньги лежат, – заметил неутомимый балагур Аверкин. – Может, им еще наши счета в офшорах сообщить или догола раздеться?

«Шутка» имела успех. Крюков с неудовольствием отметил, что многозначительно зашептались не только «ветераны», но и более молодые предприниматели, которые обычно без возражений поддерживали его новации.

– Сеансы бизнес-стриптиза не предусматриваются, – парировал Рюмин.

– Ну, слава Богу! – с нарочитым облегчением вздохнул Аверкин.

– Интерес потенциальных инвесторов понятен, – поспешил дополнить свою аргументацию Рюмин. – Вы, я думаю, тоже не отдали бы свои деньги, не убедившись, что они надежно защищены. Никто коммерческую тайну нарушать не будет. Специфика работы консультантов как раз в том и состоит, чтобы предоставить необходимый уровень прозрачности, но при этом не раскрывать никаких секретов.

– Вот и договорились, – обрадовался раскрасневшийся Аверкин. Он заметил грозные взгляды, которые бросал в его сторону Крюков, и решил утихомирить свою мятежную натуру.

– Замечания по содержанию контракта с консультантами у членов Наблюдательного совета имеются? Нет? Принято. – Крюков повернулся к Рюмину: – У вас есть еще что нам сказать? Только если принципиально важное. На мелочи времени тратить не будем.

– Я хотел бы предупредить, что иногда наши консультанты сталкиваются с недовольством и даже противодействием со стороны менеджеров.

Сотрудникам компании приходится выполнять дополнительный объем работы – исполнять запросы консультантов. Отсюда и раздражение. Кроме того, бывает, что люди боятся реорганизации, полагая, что она неизбежно приведет к сокращениям и они останутся без работы. Все эти проблемы порождаются недостаточной информированностью о нашей деятельности. Необходимо довести до коллектива, что нововведения не обязательно приводят к кадровым сокращениям и не несут угрозы благополучию персонала. Мы занимаемся только совершенствованием бизнес-процессов и процедур.

– Ну, это, положим, он врет и не краснеет, – шепотом сообщил генеральный директор «Интер-Полюса» Дронов своему сердитому заместителю Литвину. – Наверняка они посоветуют сокращения, а решения, конечно, будет принимать руководство компании. Наглотаемся мы с тобой дерьма, поверь моему слову.

Литвин поверил, но ничего не сказал.

– Что вы предлагаете? – прервал Рюмина строгий и озабоченный Крюков.

Всем своим видом он показывал, что пора бы и заканчивать, а то он рискует опоздать в гольф-клуб.

– Необходимо сразу же сформировать совместную проектную команду, в которую войдут наши консультанты и представители «Интер-Полюса» по основным видам бизнеса. Это позволит учесть опыт и конкретные предложения менеджеров.

– Все ясно: будут красть идеи и переманивать ценных работников, – вновь потревожил Дронов насупленного Литвина.

– Принято, что еще? – Крюков вел совещание уже в телеграфном стиле.

– Потребуется помещение для консультантов в офисе «Интер-Полюса». Хорошо бы, чтобы компания выделила сотрудников для связи с основными подразделениями.

– Ну, это само собой разумеется.

– Тогда я хотел бы представить господина Максимова, нашего кандидата на должность руководителя группы консультантов. Его резюме роздано членам Наблюдательного совета. Если есть вопросы, он готов на них ответить.

Максимов встал и непроизвольно поправил галстук.

– Что-то очень молодой, – поделился с Дроновым своими сомнениями Литвин, наконец-то вышедший из фазы молчания.

Его раздражали все люди высокого роста. Не понравился и открытый взгляд Максимова, посматривающего на окружающих вежливо, но отстраненно и независимо. Это воспринималось Литвиным как проявление дерзости и по меньшей мере неуважения.

– Ничего, постареет, пока они консалтинг закончат, – успокоил Дронов.

– Раз нет вопросов, тогда утверждаем контракт и господина Максимова в качестве руководителя группы консультантов. Поздравляю вас, – торжественно сообщил Крюков.

Максимов не сразу понял, что обращаются к нему. Он уже свыкся с мыслью, что реально консультантом будет Рюмин, а сейчас пытался, но пока так и не мог понять, к чему может привести это назначение. Во всяком случае, он надеялся на лучшее и от работы не отказывался.

* * *

– Меня утвердили. – После окончания совещания Максимов сразу же позвонил жене, чтобы поделиться этой новостью.

– Очень жаль!

– Не понял. Ты разве не рада?

– Нет, не рада.

– В чем дело?

– Не нравится мне все это. Потом поговорим. – В трубке раздались гудки.

Максимов еще долго стоял с телефоном в коридоре и рассеянно отвечал на поздравления.

«Очередной каприз? Чем она недовольна? В конце концов, нельзя быть такой эгоисткой!»

– Александр Михайлович, примите мои самые сердечные поздравления. Желаю вам, чтобы проект получился. Вы можете не меня рассчитывать! – услышал Максимов знакомый женский голос.

Оглянувшись, он увидел улыбающуюся Кристину.

«Она всегда улыбается», – подумал Максимов.

* * *

Анфиса, подруга Екатерины, окончила Педагогический университет и вскоре выскочила замуж за долговязого научного работника, занимающегося модными нанотехнологиями. Чем это направление науки грозит человечеству, Анфиса, как и большинство людей, не знала, но благоверного своего любила и к его загадочным исследованиям относилась более чем терпимо.

Родилась дочь, она сидела дома с ребенком, занимаясь для души и дополнительного заработка переводами. Все было бы замечательно, но не хватало денег, и Анфиса постоянно пребывала в поисках подработки.

Когда Екатерина слышала имя «Анфиса», она представляла себе высокую стройную девушку с длинными волосами. Ее подруга была полной противоположностью этому образу – маленькая, с пышными формами, смешливая. Глядя на нее, хотелось рифмовать «Анфиса – пиписа» и говорить прочие смешные глупости. Муж Анфисы был родом из немцев и носил гордое имя Конрад. Насмешники называли его за глаза Конрадом Карловичем Михельсоном (как в знаменитом романе Ильфа и Петрова).

Анфиса обладала богатым тембром голоса и втайне от мужа подрабатывала в фирме, развлекающей страждущих любви мужчин сексуальными разговорами, вздохами и другими виртуальными шалостями.

На этом поприще она имела репутацию прекрасного работника – умела заводить клиента и разогревать его до экстаза своим страстным шепотом.

Екатерина заявилась к подруге в самый разгар творческого процесса.

Неутомимый Конрад засиделся на работе, и Анфиса попросила диспетчера перебросить ей на дом пару клиентов.

– А, мой сладкий котик! Ты вошел в меня, я сосу твой палец. Ты все глубже! Я представляю твой член. Он разрывает меня! Возьми меня спереди и сзади! А-а-а-а-а...

Анфиса недовольно посмотрела на подругу и строго погрозила ей: предупреждать надо!

В трубке зацокало, затренькало, застонало и заухало.

Издав еще несколько томных вздохов, Анфиса, как бы на излете страсти, прошелестела прощальными нежностями и затихла.

Затем она соединилась с диспетчером и деловым голосом попросила с клиентами ее больше не соединять.

– Это называется аутсорсинг по-русски! – сообщила Анфиса. – А ты раньше пришла. Сразу видно, что недавно из-за границы приехала. В Москве все опаздывают. Ладно, садись, будем чай пить с конфетками. Ты еще помнишь, что я люблю сладкое?

– Я очень рада тебя видеть, – призналась Екатерина.

– Да, я тоже соскучилась. Мы только что кота кастрировали. В одиннадцать месяцев, – вдруг пожаловалась Анфиса. – Бедненький, после заморозки ротик открыл и так дышал шумно, переживал. Ты знаешь, после кастрации коты интересуются кошечками, а самки, если их кастрировать, вообще теряют всякий интерес к противоположному полу. А ты чем занимаешься?

«Действительно, чем?» – подумала Катя.

– Как дела у мужа? – спросила Анфиса, накрывая на стол.

– Сегодня его назначили руководителем группы консультантов компании «Интер-Полюс». Крупный контракт, будет много работы. Высокая зарплата, даже очень высокая. Квартиру предоставили бесплатно на Арбате.

– Подарили?

– Нет, это служебная жилплощадь.

– Все равно здорово. Завидую и поздравляю, хоть вам в жизни везет! – с пафосом и плохо скрытым разочарованием сказала Анфиса.

– Мне не везет, – тихо заметила Екатерина.

– Что-то не пойму я тебя, подруга. Ты же любишь своего Максимова, или я не права?

– Не могу понять. Я любила его, когда у каждого было свое дело. А здесь я никому не нужна, и мне вообще ничего не нравится. И Сашка уже не нравится. Я так надеялась, что его не утвердят консультантом. Плохие у меня предчувствия. И он переживает. Я же вижу, что он не в себе.

– А в ком?

– Твоя оральная деятельность на тебе плохо сказывается.

– Но-но, подруга, без хабальства, а то обижусь. Каждый зарабатывает на жизнь как умеет!

– Прости, конечно, я не права. Хабальства? Странно. Слова новые, какие-то вывернутые. Пять лет назад в Москве так не говорили.

– Да, все поменялось. Все стали охренительными патриотами и русопятами. Но ты лучше скажи – что с Сашкой?

– Очень озабочен новой работой, что вообще-то на него не похоже. Раньше он был более уверенным. Спит плохо. Переживает.

– Из-за работы переживает? Ну, не понравится ему, и уйдет. С его-то образованием. Никаких проблем. Чего переживать! А может, баба у него? Я тебя не случайно спросила, в ком он.

– Вроде нет.

– Дура ты, Катька! Срочно разберись, в чем дело. Может, у тебя мужика уводят из-под носа, а ты сама в разобранном состоянии. Как только у мужика трудности или, наоборот, успехи по работе, но по-любому много впечатлений, он тут же начинает искать новых баб. Или они сами подворачиваются.

– Сашка просто устал, у него депрессия, – с некоторым сомнением в голосе сказала Екатерина.

– Милая моя, никакой депрессии не бывает. Все это глупости! Их придумали лузеры, фрики и всякие бездельники. Всегда находится объяснение – лишь бы ни хрена не делать! Илья Муромец пролежал тридцать три года на печи – сил набирался. Ты знаешь другой народ, у которого герою нужно тридцать три года отлеживаться, чтобы сил набраться? Я не знаю. Сашке твоему респект и уважуха! А ты брось свою дурь, займись делом. Как у тебя, кстати, с работой?

– Пока никак, – призналась Екатерина. – Все не так просто. Я что-то к Сашке поостыла. Надоели мы друг другу, не знаю...

– А это уже серьезно, – забеспокоилась Анфиса. – Если мужик сбегал налево – полбеды. С нас не убудет. А если пустота, то плохо. Вообще-то любовь – это нервное расстройство на фоне гормональной бури. По чесноку скажу – я обожаю любые стрессы. Лелею их, ухаживаю за ними, как за розами. Колючие, но красивые! Стрессы нужны – без них кровь густеет.

Неожиданно раздался телефонный звонок.

Не на шутку разбушевавшаяся Анфиса, секунду послушав чей-то голос, рявкнула в трубку:

– Я же сказала, что занята. Никаких клиентов, мать вашу! Сами с ними еб...сь!

Переведя дух, она примирительно улыбнулась Екатерине.

– Извини, что-то я разнервничалась. Давай поговорим спокойно. У одной моей подруги муж, если влюблялся, сразу же собирал вещи и уходил. Но всегда возвращался к жене. Она даже его зубную щетку не выбрасывала. Тебе такой нужен?

– Это не мой случай. Меня Сашка устраивает. Он порядочный, умный. Сильный.

– Если хочешь по-настоящему узнать мужчину, разведись с ним, – посоветовала добрая Анфиса.

Екатерина почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.

– Спасибо тебе за совет. Сильный пожирает слабого, и все такое. Это я уже слышала.

– Я этого не утверждаю, – спохватилась Анфиса. Она поняла, что переборщила со своими наставлениями, и наконец-то решила отвлечь подругу от мрачных мыслей. – Правда, бывает, что становишься зверем. Мне по крайней мере удалось побывать в шкуре белого и пушистого зайчика.

– Ты это серьезно?

– А то? Помнишь мою мать? Она была большим начальником, а меня отдала в детский сад. И так получилось, что для представления на Новый год мне роли не досталось. Я уже тогда была маленькой, но толстенькой обжорой, и на их представление мне было положить... Но мать, когда узнала, что я без роли, возмутилась и позвонила директрисе. Та в панике – что делать, все роли уже распределены? И специально для меня придумали новую должность – помощник зайца.

– А зайцем был Конрад?

– Кажется, он. Правда, заяц из него был поганый, неубедительный. Ты не должна сдаваться! Никогда!

«Она права», – подумала Екатерина.

Глава 3: Догадки и сюрпризы

Анатолий Валентинович Веров заслуженно пользовался репутацией грозного борца с коррупцией.

Нет, он не ловил взяточников и мздоимцев, не метил купюры, не вводил в искушение алчных чиновников.

Впрочем, Веров и не взялся бы за оперативную работу.

Он никогда не служил в правоохранительных и прочих органах. Поговаривали, что Веров вовремя окончил юридический факультет правильного университета и вскоре был выдвинут на руководящую работу в аппарат правительства. Однако эта красивая версия, к которой приложил руку и сам Валентин Борисович, не отвечала действительности. Образование он получил невнятное и в правильном университете никогда не учился. Никто его никуда не выдвигал, а на вершину чиновничьей пирамиды он пробрался исключительно благодаря своим талантам, главным из которых была готовность деятельно претворять в жизнь любые, даже самые несуразные и безумные предписания начальства.

«Фактурный парень. Ему вроде по барабану, чем заниматься. Но молодец!» – эти слова одного из кадровиков точно передавали заботливо слепленный образ всегда озабоченного, многозначительного в словах и поступках Верова.

Совсем недавно он страстно сочинял планы и отчеты о борьбе с коррупцией, проявляя принципиальность и сметливость. Многим запомнилось его яркое выступление перед сотрудниками российского Белого дома, когда Веров призвал «начать с себя» и в качестве первого шага запретить принимать подношения по случаю всевозможных праздников.

– Мы же подаем дурной пример! Посмотрите, что делается у подъездов перед Новым годом – в здание войти невозможно.

За неделю до Нового года в Белый дом действительно устремлялись толпы ходоков с подарочными упаковками, содержащими, как правило, бутылки с дорогими спиртными напитками и прочие корпоративные сувениры.

Начальство услышало мнение борца с коррупцией и сделало выводы. Подарочные страсти запретить не решились, прекрасно понимая, что это никакая не коррупция, а так – слезы (да и выпить перед Новым годом хотелось нестерпимо), однако распорядились выделить для «визитеров с кульками» отдельный подъезд и организовать дополнительный пост охраны для проверки содержимого даров. И правда, не взрывчатку ли хотят «втюхать» вместо горячительных напитков?

После этого случая, слегка подпортившего отношения Верова с коллегами, он все чаще читал в глазах окружающих уважение, замешенное на страхе перед неведомым. Это его не удивляло. Он понимал логику такой реакции. Наверняка думают: «Если человек легко и непринужденно может пройтись по головам своих коллег, от него в любой момент можно ждать чего угодно».

Ну и пусть! Больше уважать будут!

Довольно быстро Веров стал влиятельным человеком в Белом доме, от его мнения зависели и убеленные сединами генералы, и покусившиеся на государственную собственность чиновники, и крупные бизнесмены, не заинтересованные в том, чтобы их бизнес задушили бесконечными проверками.

Из придуманных им умозрительных схем борьбы с коррупцией, конечно, ничего не получилось, и чуть позднее этой деликатной проблемой вынуждены были заниматься уже другие люди. Но свою роль инновации Валентина Борисовича сыграли, проложив ему путь в высокий служебный кабинет, где он все еще иногда заглядывал в подготовленные предложения, но уже в качестве заслуженного эксперта.

Веров с удовлетворением откинулся на спинку кресла, поставив свою закорючку на очередной программе «срочных и неотложных мер». «Кажется, ничего не забыли: модернизация законодательства, собственно меры против коррупции, правовая оценка и поддержка в обществе. Последние два пункта новые, остальное уже было. Сойдет».

Он недовольно поморщился, вспомнив, что примерно два года тому назад противодействие коррупции провозглашалось в послании президента России в качестве одной из главных государственных задач, а ситуация, если верить «независимым экспертам», стала еще хуже. «Хотя какие они независимые? Абсолютной свободы не бывает!» – подумал теоретически подкованный Веров и вновь успокоился.

Люди, которые считали Анатолия Валентиновича влиятельной, но серой мышью, глубоко заблуждались. За несколько лет пребывания в столице он стал весьма состоятельным человеком и мог бы легко перейти в частный сектор, чтобы заняться собственным бизнесом. Раньше он так бы и сделал, но сейчас это вряд ли имело смысл.

Веров редко шел навстречу просьбам коммерсантов использовать свой аппаратный вес и поддержать одну из сторон в спорах о собственности. Он договаривался только с теми людьми, которых хорошо знал лично и которым полностью доверял, а такие экземпляры были, пожалуй, исключением из общей человеческой массы. Зато избирательность серьезно повышала стоимость услуг: если уж Веров брался исполнить заказ, то его услуги стоили очень дорого.

Расплачиваться приходилось не деньгами или тем более подношениями всякой белиберды, а ценными бумагами самых перспективных предприятий, которые переводились на фирмы, контролируемые его родственниками. Может, именно поэтому Веров сознательно торпедировал проекты, требующие отчета не только о доходах чиновников, но и о собственности их родных и близких.

Он был убежден, что ввести порядок, который размотал бы всю финансовую цепочку от слуг народа до принадлежащих им активов, при действующей системе попросту невозможно и бессмысленно. Даже если докопаются до родственников, то неистощимые на выдумки бюрократы найдут другие, не менее эффективные приемы подзаработать.

Верову очень нравился опыт китайских товарищей.

Он с удовольствием вспоминал, что когда ему пришлось вести переговоры в штаб-квартире китайской компартии, скромно одетые партийные функционеры с извиняющейся улыбкой предупредили: «У нас демократия. Компартия не решает, но мы знаем, куда отнести бумаги».

Анатолий Валентинович прекрасно знал, куда отнести бумаги, и любил это делать даже из любви к искусству, но был не прочь извлечь из этого маршрута и серьезную выгоду – лишь бы это не грозило бессонными ночами и неприятностями для его карьеры.

Веров посмотрел на настольные часы в форме корабельного штурвала.

«Сейчас должен появиться Рюмин. Он никогда не опаздывает».

– Разрешите? – Улыбающийся Рюмин с неизменным портфелем проскользнул в кабинет и устремился к Верову, слегка привставшему из своего глубокого кресла для ритуального рукопожатия.

Ладонь у заслуженного консультанта Рюмина была сухая и горячая, нетерпеливая, хотя держался он подчеркнуто почтительно: «Власть мы уважаем». Несмотря на разницу в возрасте, они были похожи друг на друга: улыбкой, манерой говорить, осторожными и быстрыми взглядами, изредка бросаемыми исподлобья на собеседников, а также абсолютным презрением к окружающим людям.

Веров познакомился с Рюминым через своего отца – тот преподавал в том же правильном университете на экономическом факультете, где будущий владелец фирмы «K&B» был одним из самых усердных студентов.

Знакомство оказалось полезным и взаимовыгодным. Рюмин поддержал своего юного друга на первом этапе его пребывания в Москве, сводил с нужными людьми и дал возможность серьезно улучшить свое материальное положение без всякого риска и опасности для здоровья.

– Рад вас видеть, – поздоровался Веров и вновь утонул в своем кресле.

Он не кривил душой. Рюмин действительно был одним из немногих людей, общение с которыми приносило удовлетворение Анатолию Валентиновичу – они говорили на одном языке и понимали друг друга с полуслова.

– Анатоль, ты никак поправился? – озабоченно спросил Рюмин.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Поделиться ссылкой на выделенное