Сергей Самаров.

Закон ответного удара

(страница 5 из 34)

скачать книгу бесплатно

Игорь понял, что вопрос об экстремальной ситуации вообще местными спецами не прорабатывался. И в случае чего – их оставляют на произвол судьбы. Умеешь плавать – выплывай, не умеешь – тони на здоровье…

– А почему нельзя все-таки сразу забросить вертолетом через Лаос?

– Этому есть свои причины, – сказал очкарик, но Игорь сделал вид, что его не услышал, и продолжал смотреть, в ожидании ответа, на Лифшица.

Лифшиц прочувствовал ситуацию. И опять поступил не по-генеральски, ответил спокойно:

– Появление русского вертолета в этом районе Лаоса может спугнуть людей, которых вы собираетесь встречать. И они изменят маршрут. Там они контролируют наземную ситуацию, и они как раз могут доставить вам неприятности при отходе через границу.

– Что это за люди?

– Они не подчиняются ни центральному правительству, ни партизанам. По крайней мере, так говорят в самом лаосском правительстве. Там – на этом участке – большие плантации наркотиков…

– Ясно. Где парашюты?

– Они уже приготовлены. Вам выдадут перед полетом. – Незнакомец с глазами за линзами все же хотел показать, что и он хоть что-то здесь значит.

– Вы что, издеваетесь? – С трудом сдерживая готовый сорваться голос, Игорь посмотрел на него, как на дурака. – Покажите-ка мне того десантника, который будет прыгать на парашюте, свернутом другим человеком. Похоже – вы первый день в армии? Короче, так… Парашюты предоставить немедленно. Мои люди будут укладывать их сами, каждый для себя. И это даже не обсуждается!

– Сделайте так, – не по-военному сказал очковой змее Лифшиц. – Он свое дело знает. Он прав…

Гости ушли. На прощание очкарик переглянулся с Таном, словно кивнул ему глазами. Игорь заметил это.

– Что это за тип? – спросил он вьетнамца, когда стих гул автомобильного двигателя за воротами.

– Это ваш… Товарищ Лисовский из вашего торгпредства… – Тан смотрел невинно и честно, невозмутимо и почти по-дурацки улыбался.

А Игорь подумал меж тем, что хотел бы увидеть торгпредство в любой стране, где каждый второй сотрудник не работает на какую-то спецслужбу…

* * *

Прошло все чуть легче, чем предполагал Согрин, склонный доверять не героизму, а умению и тренированности. Выбрасывались один за другим. На самом рассвете. В туман, клочьями зависший над заболоченной равниной. Первыми – самые тяжелые по весу, чтобы не сели на купол парашюта предыдущего. Вьетнамскому капитану предстояло прыгать последним – очень уж легкий. Игорь попросил бортмеханика присмотреть, чтобы у Тана карабин был пристегнут к лееру, и в случае чего дать хорошего пинка вьетнамскому капитану, дабы летелось легче и лучше планировалось.

Каждый выбрасывался с дополнительным грузом – запас продуктов на длительный рейд, снаряжение, боезапас. Прыгаешь, летишь вниз головой, чувствуешь, как тебя, словно рука великана мальчишку, воздух хватает за шиворот и поднимает в вертикальное положение – это парашют раскрылся. И тогда бросаешь свой груз.

Он прикреплен к поясу пятнадцатиметровым шнуром. Поэтому приземляется раньше тебя. И это чуть смягчает последние метры твоего жесткого и стремительного – а порой, что уж греха таить, смертельного – полета.

Скорость у самолета минимально допустимая, и потому район приземления группы невелик. Единственная неприятность, как Игорь и полагал, пришла со стороны вьетнамского капитана. Смелости для прыжка Тану хватило, и даже карабин за леер не забыл защелкнуть – хладнокровный, и пинка бортмеханику ему давать, похоже, не пришлось – не задержался ни на секунду. Но, выпрыгнув, Тан чуть-чуть растерялся и сразу же – не дождавшись полного раскрытия собственного парашюта – выбросил или же нечаянно уронил груз, который вскользь угодил в только еще раскрывающийся купол парашюта Кордебалета. Сам Тан говорил потом, что просто уронил тюк. Но в этом случае он бы обогнал груз в падении. А чтобы тюк летел быстрее, чем Тан, его следовало сильно толкнуть. Или умышленно, или же истерически. У Кордебалета запросто в такой ситуации могли перехлестнуться стропы. А запасных парашютов при стометровых прыжках за ненадобностью не держат. Шурика действительно спасло чудо – резкий порыв ветра, который груз сбросил и дал возможность его парашюту раскрыться. Когда Кордебалет с наигранным смехом, хотя и с несколько бледноватым лицом рассказывал об этом уже там, на земле, после общего сбора на ближайшем каменистом холме, Согрин быстро принял решение о взаимоотношениях группы и прикомандированного. И тут же высказал прямо в лицо вьетнамцу – случись что с Шуриком, он пристрелил бы Тана на месте. И плевать, что тот проводник. Добрались бы по карте. Такая откровенность должна была показать сразу, что здесь командует только один старший лейтенант Согрин. И он не очень доверяет проводнику, хотя тот и носит воинское звание. И работает, скорее всего, во вьетнамской, потому что ходит постоянно в гражданской одежде – обычная привилегия и мера безопасности.

Капитан Тан чуть заметно побледнел, но нашел в себе силы, как всегда, непонятно улыбнуться и извиниться перед Шуриком. Восточная мудрость! И никто посторонний не поймет, что за ней кроется в действительности – искренность или назревающая неприязнь.

Парашюты сразу же утопили в болоте, Согрин выбрал азимут, не спросясь проводника, чтобы сразу показать ему, что при случае они смогут работать своими силами, без сопровождающих и прочих.

– Вперед!

– Осторожнее, здесь могут быть мины, – предупредил Тан. – Раньше недалеко базировалось большое партизанское соединение. Их отсюда вытеснили, но тропы оставили заминированными. Местные жители часто взрываются на них.

– А кто же ходит тропами? – наивно поинтересовался Игорь. – Где ты видел такой спецназ…

Тан опять ответил азиатской непонятной улыбкой.

– Дело в том, что на отдельных участках без троп пройти вообще невозможно. Не каждый лес и не каждое болото проходимо. Или надо искать лодки. В деревне это сделать можно.

– Обойдемся. Лодку хватятся. Пока есть возможность, себя лучше не обнаруживать. Деревни местные как – лояльны?

Тан покачал головой и по-комариному пожужжал, что должно было, по его мнению, обозначать довольно сильное сомнение.

– Только некоторые. В основном здесь деревни богатые. И родственно-племенные связи с Сайгоном. Они не хотят соединения двух Вьетнамов под северной властью.

– Тем более не стоит им показываться на глаза. Обойдемся без лодки.

Они пошли. И если наверху, на холме, было более-менее светло, то внизу, на болоте, по-прежнему стоял туман, какой-то даже слегка зеленоватый, словно покрытый болотной тиной…

* * *

Туман над дорогой начал рассеиваться только недалеко от Уфы. Игорь хорошо знал эту трассу и сначала хотел не испытывать судьбу и не заезжать в город – кольцевая дорога позволяла это сделать. Но потом решил, что бояться ему, по сути, нечего. Если едешь в открытую, это вызывает меньше подозрений. Тем более что через реку Белую перебираться все равно только в одном месте. Раньше там был паром, и машины простаивали в очереди часами. Вот там бы его обязательно перехватили те, кому это надо. Если надо вообще… А пока он уверен в этом не был, только лишь профессиональная осторожность заставляла его сомневаться в собственной безопасности.

И опять ему повезло. «Старый зубр» из Конторы в Самаре, не дождавшись ответа из бани на подмосковной даче, решил действовать на свой страх и риск, в пределах, естественно, собственных полномочий, и позвонил другому «старому зубру» в Уфу. Просьба была почти безобидная – пошарить в машине, устроить обыск, даже если ничего не найдут, посомневаться в номере на двигателе – может же ведь показаться, что номер перебит… И задержать водителя хотя бы на сутки. Если получится больше, то лучше. Уфимский «старый зубр» дал распоряжение и послал молодых очень умных ребят. Ребята обрядились в почти настоящую форму сотрудников ГАИ, даже бляхи-значки с несуществующими личными номерами прицепили. И поскольку они были очень умными, то решили, что гаишники друг друга прекрасно знают, и им ни к чему выдвигаться слишком близко к настоящему посту во избежание лишних разговоров и темных подозрений. Объект торопится, объект должен скрываться, значит, он не захочет колесить по многолюдным и крутым горным улицам столицы Башкирии и выберет объездную дорогу. И попадет прямо к ним в руки. И долго они стояли на шоссе, всматриваясь в номера всех проезжающих «Жигулей» шестой модели, даже глаза начали уставать и ноги подмерзать. Объекта все не было, и очень умные ребята начали расстраиваться. Что, впрочем, было совершенно напрасным. Потому что они не знали, что представляет собой объект, никто не предупредил их, что за плечами водителя «Жигулей» боевые действия почти во всех «горячих точках» планеты на протяжении последних тридцати лет. И в силу своих очень умных логических рассуждений они просто спасли собственные жизни…

А Игорь тем временем пообедал несколькими чебуреками, запив их бутылкой минеральной воды, и выехал к мосту, где, как законопослушный гражданин, остановился все-таки на жест сержанта-башкира около стандартной будки настоящего ГАИ. Сержант подходил неторопливо, властно и уверенно. Игорь вышел из машины ему навстречу, протянул документы и миролюбиво дожидался, пока сержант внимательно их изучит.

– Продавать гоните? – почему-то спросил сержант.

Очевидно, машины часто гоняют для продажи.

– Нет, на похороны к другу еду… – скорбно сказал Игорь.

Он рассчитал правильно, россияне народ, как правило, сострадательный, и похороны обычно вызывают адекватную реакцию.

– Молодой? – спросил сержант.

– Помоложе меня.

– Сердце?

– Сердце… – скорбно кивнул Игорь. – Поизносилось, перенервничал, и…

– Сейчас времена такие, – сержант, казалось, разделял печаль и скорбь, – у многих сердце перегрузок не выдерживает…

– Да…

– Счастливого пути. Добраться вам удачно, чтобы двух похорон не было. А то дорога сегодня скользкая. Уже несколько аварий было…

– Спасибо.

И все. Все спокойно, и можно дальше давить на акселератор. Что Игорь и сделал.

Дорога через горный Урал доставляла мало радости – спуски, подъемы, бесконечные повороты, и все это на скользкой, оттаявшей к середине дня дороге. Спасала шипованная, почти новая резина.

Большинство встречных и попутных машин ехало едва-едва, соблюдая крайнюю осторожность. Здесь, на горном участке, угроза вылететь в кювет несоизмерима с точно такой же угрозой на равнинных дорогах. Здесь уж если полетишь, то «в последний путь» – с обрыва. И потому водителей понять можно – их машины не крылаты.

Игорь все так же присматривался к другим автомобилям, не зная даже, что он желает увидеть, но оставаясь уверенным, что что-то увидеть может – взгляд ли, жест. И увидел…

Выехав из Бакала, где еще раз перекусил и заправил машину, Игорь отметил, что вот-вот начнет смеркаться. Сразу за городом дорога была пустая. Только где-то внизу навстречу двигался «КамАЗ», время от времени показываясь из-за очередного поворота.

Еще один поворот. Светлая «Волга» стоит у обочины, под каменистым обрывом с левой стороны дороги. И совершенно ни к чему ей там стоять – сразу прочитал Согрин ситуацию. Два человека внимательно смотрят на его «Жигули». Сначала на номер, потом на него самого. И не успел он проехать мимо, как они уже сели в машину. Погоня? Да, они стараются догнать его – достать…

Игорь для начала резко добавил скорость. Но у «Волги» явно форсированный двигатель. Так уверенно она сокращает дистанцию. Внаглую, показывая свое истеричное, почти трясущееся желание… Без надобности никто в здравом уме так гнать не будет. Тем более что «Волга» только что вот, пару минут назад, сохраняла полусонное спокойствие. Ну что же, ребята, вы уж извините, но дорога сильно скользкая… И дорога почти пустая. Если остановят, то где гарантия, что стрельба не начнется раньше проясняющих ситуацию разговоров, раньше того времени, когда он сможет хотя бы подойти вплотную, где преимущество будет – он не сомневался в своей подготовке, не совсем еще конченый пенсионер – уже на его стороне, даже если они и достанут оружие? Нет, до этого лучше не допускать. Скользкая дорога-то, скользкая, всякое на такой дороге случается…

Теперь Игорь сбросил скорость. Все равно не уйти от машины с форсированным двигателем. «Волга» тоже скорость сбросила – не самоубийца там за рулем, соображает, что к чему, – но продолжала догонять. Догнала, выровнялась, пошла на обгон. Водитель напряжен, контролирует движение, второй – рядом с ним – физиономия удовлетворенная и наглая, улыбающаяся, смотрит на Игоря и достает небольшой, невзрачный с виду пистолет-пулемет. «ОЦ-22» – сразу определил Согрин. Все! Они подписали себе приговор. Только дурак будет ждать выстрелов… Игорь еще сбросил скорость – километров до сорока в час, как и положено по технологии. Не однажды уже проверенной и испытанной на полигоне. Если те ребята в «Волге» не просто бандиты, то они должны знать эту технологию. Но у бандитов редко встретишь «ОЦ-22». Слишком уж это специфическое оружие. Впрочем, и оружие, и навыки сейчас могут быть у кого угодно.

Вы показали свое настоящее лицо, ребята… Это недопустимо. Не следует с подполковником спецназа ГРУ так себя вести. Показавший лицо раньше времени проигрывает. А проигравший – гибнет…

Держаться с ними на одном уровне не стоит. Справа пропасть. Могут столкнуть. Хотя они сейчас в таком положении, что при выталкивании «Жигули» окажутся на левой половине дороги, а «Волга» может и сама загромыхать. Трудно им из этой позиции его вытолкнуть. Слишком рискованно. Если только таранить, но тогда свою машину помнут основательно и есть риск не успеть вовремя самим вывернуться. Захотят они такого? Игорь на их месте стрелял бы на ближайшем крутом повороте по колесам. Но пока все повороты идут плавные.

А позиция Игоря сейчас предпочтительнее. Он ближе к обрыву. Со стороны кажется, что он в большей опасности. Но он-то знает, что это не так, это только на взгляд дилетанта его легко сдвинуть, но траектории движения машин давно уже высчитаны и опробованы. Целый курс наук это составляет. Проходили вы это, ребятки?… Скорее всего, проходили, если решили не выталкивать его, а стрелять. Тоже понимают, что внешнее их преимущество обманчивое.

Машины поравнялись, и поднялся над стеклом маленький автомат. Игорь чуть тронул педаль тормоза. Не ожидавшая этого «Волга» по инерции ушла немного вперед, и момент для короткой автоматной очереди был упущен. Но зато настал момент действий Игоря. Он прикинул расстояние и, не отпуская педаль газа, чуть вильнул рулем, выписывая дугу, стараясь угодить в хорошо ему известное «слабое место» каждой машины – сантиметров на сорок-сорок пять вперед от заднего бампера. И ни в коем случае не тормозить – нога приросла к акселератору. И завершить свою дугу, продолжить прямолинейное движение. Вперед! Вперед…

И все… Будь «Волга» хоть вдвое тяжелее, она все равно вылетела бы с дороги от плавного толкача. А лететь ей далеко и больно… Наверное, не только людям, но и металлу тоже бывает порой больно…

Игорь посмотрел в зеркало. Сзади никого. Сработано без помарки, как на уроке, и маневр выполнен вполне профессионально. Чистенькая и добротная недавно «Волга» с мощным форсированным двигателем перестала числиться на чьем-то балансе. Точно так же, как перестали существовать и стоять на довольствии в некоей фирме, организации или группировке ее пассажиры. Скользкая дорога… Нельзя по такой дороге ездить с превышением скорости…

А Игорь не остановился даже, чтобы посмотреть на плоды своего труда, только через пару минут услышал откуда-то донесенный ветром звук взрыва. Ситуация такая, что упавшим в живых остаться просто нельзя, даже если ты родился у бога за пазухой и летать временами умеешь. Не оставил он ребятам времени на взлет, даже на открытие дверцы машины не оставил. А посадка получилась жесткой.

Но, проехав еще километров сорок, Игорь остановился, вышел посмотреть в полумраке на повреждения своей машины. Сам бампер цел, раскололась только пластиковая угловая насадка, придется менять и боковой сигнал поворота. Крыло можно выправить без проблем… И никто не подумает, что с такими малыми потерями можно избавиться от убийц и спокойно столкнуть с обрыва более тяжелую машину.

Но все же он теперь знал, что его «ведут». И не хотят, чтобы он присутствовал на похоронах Кордебалета. А раз они не хотят этого, раз они готовы даже на убийство ради такого пойти, значит, он обязательно будет на похоронах. Игорь только удивился, что встреча с представителями противной стороны произошла так поздно. Он никогда не полагался на случайности и потому не мог догадаться, что случайно сказанное им соседке слово – «поезд» – стало первой его палочкой-выручалочкой. Потом помог туман, потом помогли «очень умные» ребята из уфимской Конторы, сумевшие перехитрить и спасти самих себя.

Случай, случай… Случай помогает только умелому, в этом Игорь имел возможность убедиться не раз, хотя никогда на случай и не полагался. Что принесет следующий подобный случай?…

Глава 5

На въезде в город с Уфимского тракта, уже поздним вечером, Игоря опять остановили на посту ГАИ. Здесь же, рядом с гаишниками, походкой всемогущих суперменов прогуливались, придерживая сильной рукой короткоствольные автоматы, несколько омоновцев. Ребята крепкие, сразу отметил Игорь. Наверное, и подготовлены отлично. Но к себе в отдельную мобильную группу он их не взял бы без дополнительной многомесячной подготовки. У омоновцев психология направлена на другое. И в тяжелых условиях, когда решать приходится не только боевые задачи – там они еще, возможно, и сгодились бы, хотя тоже не всегда, – но и задачи выживания, задачи превозмогания самого себя и в физическом, и в моральном плане, сравниться со спецназовцами ГРУ эти парни не могут.

Остановленные раньше машины по очереди обыскивали. Мало приятного, если обыскивать начнут и его. В машине-то ничего не найдут, кроме ножа. Но личный обыск может привести к неприятностям.

На гаишника, который рассматривал разбитый пластиковый наконечник бампера и слегка поврежденное крыло, Игорь внимания почти не обратил, только кивнул слегка и сразу же походкой человека, который имеет на это право, направился к омоновцам. Решительно выбрал для разговора лейтенанта.

– Привет, ребята. – И показал удостоверение.

Заместитель командира ОМОНа Самарского УВД капитан Согрин. (Документы на машину на настоящую фамилию. Потому и удостоверение тоже.) Понижение в звании не слишком смутило Игоря. Ради дела можно и не это пережить.

– В командировку к нам? – поинтересовался лейтенант, сначала чуть настороженно и скучновато.

– Нет. По личным делам. Товарищ умер. На похороны. Мы с ним в Афгане вместе воевали…

Омоновец, афганец, капитан… Внешность жесткая, впечатляющая, походка соответствующая, манера поведения решительная – полная уверенность в себе. Какие могут быть сомнения… И сам лейтенант, и стоявшие рядом парни даже подтянулись из уважения. Признали и приняли без дополнительной проверки.

– Пропусти, это свои, – махнул рукой лейтенант гаишнику. – К нам как, заглянете?

– Может быть. Как со временем получится – не знаю…

В дополнение, чтобы не уйти сразу и не показать поспешность, Игорь стал расспрашивать, как проехать по нужному ему адресу, – иногородний капитан, что тут попишешь…

Адрес он знал хорошо и дорогу знал не хуже, да и за год эти дороги, надо полагать, не повернули в другую сторону, но неназойливое общение снимало, как правило, вообще всякое подозрение. Маленький такой психологический нюанс. Человеку, которому оказывают услугу, люди бывают часто даже благодарны – ведь не каждый день случается помочь кому-то безвозмездно. Пусть в пустяке, но помочь…

Игорь отъехал и посмотрел на часы. Половина двенадцатого. Пожалуй, ехать на квартиру Афанасьевых не стоит. Поздновато. Хотя посмотреть обстановку там и вокруг – что творится, а должно что-то твориться, просто обязано твориться, он уже не сомневался в этом после происшествия возле Бакала – не мешало бы.

Остановиться Игорь решил у двоюродной сестры. Благо недостатка в свободной жилой площади сестра не имеет. Муж у нее серьезный по местным параметрам бизнесмен, отгрохал себе особнячок в два этажа плюс мезонин. Внизу гараж на три машины. И даже совсем недалеко от центра города – в районе медицинского института.

В сравнении с Самарой, уральский город казался Игорю всегда небольшим, хотя население в обоих областных центрах почти одинаковое. Но если Самара разбросана на большой площади и из района в район на городском транспорте тащиться и тащиться, то здесь строили компактно, цельно. И как-то так строили, что не удивляешься, когда, отъехав от центральной площади города, через десять минут оказываешься уже в сосновом бору. Вот там, недалеко от бора, и возвел свой особнячок Алексей, муж сестры.

Однако Игорь сразу не заехал туда, хотя проезжал почти мимо, а, поплутав по боковым улицам, чтобы не слишком показывать разбитый бампер, добрался до улицы Российской, где недалеко от площади Павших революционеров он и гостил год назад у Шурика Афанасьева – Кордебалета.

Въезжать во двор пока не следовало бы, раз его машину уже знают и с распростертыми объятиями встречали еще почти на границе области. Правда, вместо букета цветов приготовили очередь из пистолета-пулемета. И потому Игорь оставил машину во дворе соседнего дома, захватил с собой на всякий случай бинокль и включил сигнализацию, напугав электронным звучным мяуканьем гуляющего неподалеку пуделя. Псина даже взвизгнула и подпрыгнула – все в полном соответствии с трусливым своим характером. А Игорь стал обходить нужный дом стороной, через соседний двор, прикидывая в уме – как и в какой ситуации следует смоделировать поведение пуделя, чтобы выдать себя при надобности за другого – трусливого и безопасного.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Поделиться ссылкой на выделенное