Сергей Самаров.

Умри в одиночку

(страница 4 из 25)

скачать книгу бесплатно

Из-за поворота дороги показался ментовский «уазик» местного участкового. Узкие колёса проваливались в грязь, но всё же «уазик» шёл ровно, почти не рыская капотом по скользкой дороге.

– Видел… Я дважды ездил… Первый раз поехал, вспомнил, что бензопилу оставил, вернулся… Сейчас возвращаюсь… Вот в тот, в первый раз, застрял я, так сосед из лесу вышел, помог… Мы с ним пару ёлок срубили, под колёса, чтобы выбраться…

– Какой сосед? – спросил капитан.

– С нашей улицы… Алхазур Чочиев… Помог, потом в лес ушёл…

– А что он там делал? – поинтересовался старший лейтенант.

– А я разве хам, чтобы спрашивать. Вышел, поздоровались мы, он помог и пошёл дальше…

– Какое при нём было оружие? – «краповый» старший лейтенант даже не спросил, было ли у Алхазура с собой оружие. Он сразу спросил какое. Но Бекмурза на такие штучки не попадается.

– Оружие? Да откуда у него оружие… Не знаю, не знаю… Ко мне он без оружия выходил. Зачем ему оружие, не бандит же… Не знаю, не знаю… Вообще не слышал, чтобы у него оружие было… Он даже не охотник…

– А у тебя оружие? Автомат где держишь? – вопрос прозвучал настолько жёстко, что Бекмурза даже слегка напрягся, словно за вопросом должен был удар последовать.

– А мне оно на что? Я торгую продуктами, а не патронами… И на охоту тоже не хожу… Мне оружие и не нужно…

– Я всем вам, местным, всегда говорю, что оружие вам не нужно… – без улыбки и даже показывая голосом, что злится, продолжил капитан. – А вы всё равно держите… И все вы абреки… Не можете без оружия жить, как нормальный человек без женщины. Нормальному человеку женщину обнимать по ночам хочется, а вам всем свои стволы…

– О! – с мечтательным восторгом согласился Бекмурза. – Я жену обнимать люблю… Её сколько ни обнимай, всё равно всю не обнимешь… Большая… А так хочется всю обнять…

Ментовский «„уазик“ остановился рядом. Из-за руля вышел младший лейтенант Дударков. Коротко посмотрел на Бисолатова, заглянул в кузов его трактора, в кабину заглянул, где уже возился один из „краповых“, обыскивая. И только после этого подошёл к самому Бекмурзе.

– Что, говоришь, Алхазур помогал тебе из грязи выкопаться?..

– Помогал… – согласно кивнул Бекмурза с той же добродушной улыбкой, но сам уже просчитал, что Идрис Дударков никак не мог из своей машины слышать разговор с «краповыми». Но он откуда-то знает, что старший Чочиев помогал Бекмурзе. Значит, кто-то видел ситуацию и «стуканул» младшему лейтенанту.

– А кто убил его?

– Кого? – Бекмурза сделал удивлённые глаза.

– А-а… – обречённо махнул рукой Идрис и пошёл к своей машине.

С заднего сиденья «„уазика“ басовито залаял громадный белый пёс, стараясь высунуть морду в чуть приоткрытую оконную форточку. Но морда для такого отверстия была излишне широка, а сама форточка открывалась в другую сторону, и пёс, стараясь открыть, наоборот, закрывал её, защемляя собственный нос.

Младший лейтенант милиции Идрис Дударков держал трёх кавказских овчарок, но с собой постоянно возил только одну – белую, считая её единственной в своём питомнике достаточно социализированной.[4]4
  В стандартах российской кинологической федерации оговаривается, что кавказская овчарка не может иметь белую окраску.

Тем не менее белые кавказские овчарки разводятся в Казбекском районе Грузии и не являются редким исключением в своей породе. Социализация собаки – способность собаки адекватно ситуации вести себя среди людей и среди других собак, подчиняться хозяину и чётко выполнять все команды, не проявляя излишней агрессивности, не терять самообладания и профессиональных навыков в незнакомой обстановке.


[Закрыть]

– Что ты? – в спину младшему лейтенанту спросил капитан.

– Всё равно он ничего не скажет, даже если видел… – через плечо ответил Дударков. – Здесь никто ничего не скажет…

– Вот что, тракторист… – сказал долговязый и кривоносый старший лейтенант. – «Мобила» у тебя есть?

– Есть… – сказал Бекмурза.

– Номер скажи… Вопросы будут, мы позвоним…

Тракторист номер назвал без запинки. Старший лейтенант тут же быстро набрал его в память своей трубки и долго набирал имя, хотя и с этим справился. Бекмурза, со свойственной ему наблюдательностью, сделал вывод, что у старшего лейтенанта со зрением проблемы. Более крупные цифры он видит нормально, а вот в мелкие буквы на клавиатуре ему приходится всматриваться, прищуривая глаза, – дальнозоркость…

– Кати… – козырнул капитан, заметив, что обыск трактора закончился безрезультатно.

Бекмурза заскочил в кабину и оттуда уже приветливо помахал рукой «краповым». Со стороны казалось, что он был несказанно рад этой встрече.

В действительности Бекмурза был слегка рад, что умудрился и в этой ситуации получить информацию. И, только отъехав за поворот, достал трубку, чтобы доложить ситуацию Медведю и предупредить, что в эту сторону едут «краповые» вместе с младшим лейтенантом Дударковым. Тот, конечно же, с собакой… Полюбоваться тем, чем полюбоваться хотели, потому что они уже знают, что случилось с Алхазуром Чочиевым…

Но почему обязательно нужно было доставить на место происшествия собаку, как хотелось Берсанаке, – этого Бекмурза не знал. Тем не менее радовался, что мент с собакой появились, где им следовало появиться, и без его стараний…

Глава вторая
1

Капитан Матроскин не стал снимать с наблюдения всю свою группу, что оставило бы сразу несколько троп и дорогу без присмотра, чего капитан допустить не хотел, поскольку конкретной версии и конкретного объекта плотной плановой отработки группа не имела, и следовало одновременно все варианты рассматривать, чтобы не упустить единственно возможный, если он будет, и при этом суметь распознать и выделить хотя бы приблизительно вероятный из множества сопутствующих и вероятному уделять большее внимание, не будучи при этом уверенным, что это вариант правильный.

Матроскин взял с собой только двух опытных солдат и снайпера старшего прапорщика Соловейко, зная великолепное умение старшего прапорщика маскироваться и вообще доверяя ему больше даже, чем офицерам своей группы, поскольку их двоих связывала дружба со школьной скамьи. Кроме того, при любом подробном исследовании объекта тепловизор в оптическом приборе снайпера может быть незаменимым. Ну, и вообще было грех держать в запасе человека, вооружённого винтовкой «Харрис», дальность эффективной стрельбы которой составляет полтора километра. Пусть это и младшая, и самая слабая винтовка в семействе «Харрисов»,[5]5
  Крупнокалиберная снайперская винтовка «Харрис Дезеарт Рейнбоу», калибр 12,7 мм, отличается от других КСВ «Харрис» почти вдвое меньшим весом – всего 6,3 кг, но за счёт этого проигрывает в дальности стрельбы около полукилометра.


[Закрыть]
она одна, при определённом раскладе сил, способна решить исход операции и достать противника, которого не может достать другое оружие. И, конечно же, таким небольшим составом можно было не только быстро пробраться к ферме, куда, видимо, так спешно и направлялся трактор, но и, что особенно важно в проводимой операции, пробраться точно уж не замеченными для случайного взгляда со стороны, что сложно было сделать более крупным численно составом. Обычно руководство всегда настаивает на проведении операции крупными силами, несправедливо считая, что крупные силы – это залог успеха. Когда работают грамотные и хорошо обученные специалисты, они малым составом справляются с задачей лучше и эффективнее, хотя, безусловно, и менее эффектно. А руководству часто именно эффекты нужны, чтобы было о чём докладывать и за что получать поощрение в той или иной форме. Кроме того, операция большими силами уже выглядит солиднее, следовательно, говорит командованию об опыте планирующих её. А уж результат – дело второстепенное. Однако спецназу нужен был именно результат, и потому он предпочитал всегда обходиться малыми силами.

Поскольку и капитан Матроскин в большое руководство не пробился, он тоже предпочитал малыми силами действовать так, как действовать умел, и без сомнений пересёк со своими сопровождающими два лесистых пригорка, ни разу не заглянув в карту, которую уже давно запечатлел в памяти, миновал дорогу по небольшому, им же самим выбранному кольцу, чтобы не попасть на снежный наст и не оставить следов, и вышел к той самой ферме сразу в месте, откуда открывался отличный обзор в две стороны – на саму ферму и на дорогу. Маленький марш-бросок, всего-то километров в пять, не больше, кажется, не стал ни для кого открытием, и даже огненно-рыжие волосы капитана, прикрытые, как обычно, косынкой, но всё же выглядывающие на висках, не привлекли лишнего внимания.

Звук тракторного двигателя группа слышала ещё при переходе дороги, осознанно рисковала, поскольку трактор должен был вот-вот появиться в пределах визуального наблюдения, и потому дорогу переходили стремительным рывком от кустов к кустам. Успели… А потом звук постоянно догонял их, но догнать не сумел. Более того, группа даже успела найти и занять удобную позицию для наблюдения ещё до того, как трактор появился из-за ближайшего поворота. Здесь когда-то, видимо, шли бои, и среди густых кустов зияла круглая и глубокая, чуть не в человеческий рост, яма от взрыва мощного артиллерийского снаряда. Лучшего наблюдательного пункта было не придумать. Оставалось наблюдать. Но ехал трактор довольно медленно, размешивая колёсами жирный и вязкий чернозём долины, хотя до этого лейтенант Черкашин докладывал, что трактор движется на максимальной для него скорости, и потому Матроскин первоначально опасался опоздать к моменту появления тракториста на ферме. Однако медлительность трактора стала понятной, как только капитан поднял бинокль. Тракторист разговаривал с кем-то по мобильнику, а удержать руль на скользкой дороге одной рукой при высокой скорости было проблематично.

– Интересно, с кем он так оживлённо беседует? – спросил капитан Матроскин скорее самого себя, чем кого-то.

– Прослушать разговоры не мешало бы… – согласился старший прапорщик Соловейко. – Я месяц назад в каком-то киоске в Москве видел комплект аппаратуры для прослушивания разговоров, дистанция до пятидесяти метров. Интересно, почему ревнивые мужья имеют возможность с такой аппаратурой работать, а мы, которым это необходимо, не имеем…

– Купил бы себе… – посоветовал в эфире лейтенант Черкашин. – Мы бы все были тебе очень благодарны…

– Черемша, ты на связи? – удивился Матроскин.

– Здесь нормально слышу… Когда вы в пути были, слышал только временами…

– Нормально… Что у тебя?

– Муромец вернулся… Транзит ушёл на свою позицию… Около тела не наследили… Но к убитому кто-то уже подходил. Транзит нашёл два отпечатка следа. Протектор импортной обуви… Отпечаток явственный… Башмаки крупные, должно быть, оставлены человеком ростом намного выше среднего…

– Была бы фотокамера, сделал бы снимок, – вмешался в разговор старший лейтенант Викторов. – Но я при случае и без камеры узнаю… Запомнил… На подошве правого отпечатка сбоку есть характерный порез…

– Транзит, давно тебя не слышал… – обрадовался капитан, что связь установлена внутри всего отряда. К сожалению, не было связи только с основной группой самого Матроскина, но эта группа устойчиво сидела на позиции и занималась только наблюдением.

– Так что там с трактором? – проявил любопытство Черкашин.

– На подходе… Наблюдаем…

– А есть возможность разговоры тракториста прослушать?

– Если номер узнать…

– Каким манером?

– Внаглую…

– Выйти и по-свойски попросить трубку, чтобы позвонить тебе? Это предлагаешь? – спросил в ответ Матроскин.

– Зачем, командир? Можно и аккуратнее…

– Говори…

– «Краповых» послать. Из села… Пусть проверят тракториста и заодно труп осмотрят… И номер между делом выяснят…

– Понял… Годится… – согласился с подсказкой капитан. – Звоню Стропилину…

Вытащить трубку и набрать номер – дело нескольких секунд. Стропилин ответил сразу, словно звонка с трубкой в руках ждал.

– Товарищ подполковник…

– Слушаю, Серёжа… Есть новости?

– Мелкие… Есть просьба. Большая… Свяжитесь с «краповыми», пусть в нашу сторону срочно двинут по дороге патруль. Труп в их распоряжение, и ещё узнать бы номер трубки тракториста и взять на «прослушку». Можем мы спутник задействовать?

– Можем… Есть необходимость?

– Только как вариант, в отсутствие других вариантов… У нас есть труп, есть характерный след рядом с трупом – кто-то интересовался, похоже, результатами своего труда. И есть подозрение, что кто-то послал к убитому убийцу… Предположительно это мог сделать тракторист… Конкретных фактов пока не имеем…

– Это хуже, когда нет конкретных фактов… Мне нечем апеллировать, если спросят про необходимость… Но если уже есть труп, это может сыграть… Мы первоначально обговаривали возможность включения в операцию управления космической разведки. Я позвоню «краповым»… И попытаюсь через начальство договориться с руководством управления космической разведки на случай появления номера… Самого меня туда, сам понимаешь, не пускают, потому что-то конкретное обещать не могу. Это всё?

– Всё. Но это срочно…

– Понял. Работайте…

* * *

Тракторист тем временем разговор благополучно закончил, трубку убрал и начал пригазовывать, посылая трактор на покорение уже наезженной им же самим колеи, что на определённых участках дороги можно было приравнять к холодящему душу подвигу. При этом старший прапорщик Соловейко рассматривал тракториста сквозь мощный прицел своей импортной винтовки и сделал свои выводы:

– Капитан, у меня мнение складывается, что он нас увидел…

– Мне лично было бы это очень обидно… – заметил Матроскин и поднял бинокль, чтобы лучше рассмотреть тракториста. – С чего такие суровые предположения?

– Несколько раз в нашу сторону смотрел. И, мне показалось, старается так смотреть, чтобы это со стороны незаметно было.

Капитан долго держал бинокль в напряжённой руке, чтобы естественное неустойчивое положение не помешало рассмотреть лицо тракториста как следует. Прицел винтовки в этом случае даёт выигрыш не только в расстоянии, но и в качестве разглядывания.

– Нет, не могу определить… Хотя… Вот… Может быть… Но уверенности у меня нет… Я бы даже сказал, что он смотрит куда-то дальше, за нас…

– Возможно… – согласился старший прапорщик, – с такого расстояния трудно определить, куда он смотрит… Но взгляд куда-то он бросал… Это точно… Можно предположить, что-то позади нас есть… Он выше смотрит… Сейчас я разобрал… Посмотрим сами, что будет дальше…

Смотреть им пришлось недолго, и дальнейшие события показали, что тракторист их не видел. Если бы спецназовцы попались ему на глаза, то он, несомненно, не стал бы у них на виду прятать автомат. А он автомат спрятал под наполовину сломанную бетонную плиту и сбоку заложил свой тайник камнями. Потом ладони отряхнул и спокойно, почти весело запрыгнул к себе в трактор. Двигатель с новой силой заголосил на низких октавах, и трактор тронулся в обратный путь. Снова на высокой скорости и разбрызгивая за собой во все стороны грязь…

– Что он имеет автомат, это мы уже знали… – начал вслух размышлять капитан Матроскин. – Можем допустить, что по пути домой кто-то позвонил трактористу и сообщил, что в селе проходит «зачистка». Поэтому не вижу ничего необычного в возвращении трактора на развалины фермы. Любой на его месте пожелал бы спрятать автомат до лучших времён… Остаётся решить, есть у нас основания следить за парнем только потому, что он, как все здесь, имеет оружие? Или не стоит тратить на него время?

– Несколько разговоров по телефону… – напомнил лейтенант Черкашин.

– А в чём здесь криминал? – не понял капитан.

– Труп, оставшийся после беседы с трактористом… – добавил старший лейтенант Викторов.

– А ты, Родион, видел, как тракторист послал кого-то убить Алхазура Чочиева? – снова последовал охлаждающий пыл вопрос. – Или слышал его телефонный разговор?

– Подозрительные взгляды в сторону… – напомнил старший прапорщик Соловейко. – Почти в нашу сторону смотрел, но не в нашу… Мне сейчас, задним числом, кажется, что он смотрел с опаской… Правда, расстояние слишком велико, и фантазия может играть…

– Остаётся встать и самим сходить в ту сторону, куда он смотрел… – заметил Матроскин. И сразу сообразил, кому следует вставать и идти. – Соловейко… Твоя работа… Поднимись выше и полюбопытствуй… Твой прицел даст такую возможность…

От прицела с тепловизором в полевых условиях трудно спрятаться. Каждое живое тело обладает таким запасом тепла, что чуткий прибор улавливает его даже сквозь кусты. А если человек за камнем спрячется, то тепловое облако может и из-за камня высовываться. Точно так же, если кто-то в яму спрячется, – тепло будет кверху тянуться и в состоянии человека выдать. Стрелять, конечно, можно только сквозь кусты, но не через камень. Однако вечно сидеть за камнем никто не в состоянии. Обязательно высунется. На этом его можно и поймать.

Впрочем, в той ситуации, в которой работали спецназовцы, даже сквозь кусты стрелять необходимости не было, потому что неизвестно, в кого стрелять будешь. Но удовлетворить любопытство оптика с тепловизором в состоянии, и грех было не пользоваться прибором, если он есть в наличии.

Старший прапорщик молча стал выбираться из укрытия. Его лоскутковый, на куст похожий маскировочный халат полностью скрывал очертания человеческого тела даже тогда, когда снайпер в полный рост вставал. А если уж передвигался пригнувшись, то вообще со стороны казалось, что это какой-то куст на ветру колышется. Место, куда Соловейко направился, капитан определил сразу – вершина холма, на склоне которого спецназовцы нашли укрытие. Конечно, это не господствующая высота в округе, но оттуда можно уже более явственно рассматривать и соседний более высокий холм, на который, возможно, и смотрел тракторист.

Но долго наблюдать за передвижениями старшего прапорщика Соловейко капитану Матроскину не дал виброзвонок трубки. Определитель показал номер подполковника Стропилина.

– Слушаю вас, товарищ подполковник…

– Серёга, срочно и серьёзно – ты на конкретный след вышел, зубами цепляйся… – сразу сообщил Александр Алексеевич. – Тракторист – владелец сельского магазина Бекмурза Бисолатов. По всей вероятности, он связной Берсанаки Гайрбекова. «Краповые» Бисолатова остановили, узнали номер трубки и сразу передали нам. Спутник включился вовремя. Этот Бекмурза как раз разговаривал с Гойтемиром и предупреждал, что к телу Алхазура Чочиева едут «краповые» и участковый с собакой. Обрати внимание на то, что вопрос собаки прозвучал особо. Бекмурза дважды повторил, что участковый со своей собакой. Возможно, это что-то значит. Мы успели выяснить. У местного участкового младшего лейтенанта милиции Идриса Дударкова несколько кавказских овчарок. По двору бегают без привязи. Участковый боится, что на дом нападут, и хотя бы таким образом старается себя обезопасить. Одна собака у него всегда с собой в машине. Гойтемир тоже про собаку переспросил отдельно. И, кажется, очень этим фактом озаботился…

– Понял, товарищ подполковник… Берём Бисолатова в плотную разработку…

– Сам Бисолатов и Гойтемир, вернее, sim-карты их трубок, находятся под постоянным контролем спутника. Все передвижения отслеживаются…

– Понял…

Дело начало приобретать конкретные очертания, а это уже легче. По крайней мере знаешь, что от тебя требуется, хотя первоначально не знаешь, что тебе следует предпринять. Перед тем как узнаешь, что тебе следует предпринять, надо ещё провести большой объём сбора разведданных. Но это дело привычное и знакомое…

* * *

Едва капитан Матроскин успел ввести в курс дела своих офицеров, работающих в разных направлениях, подал сигнал тревоги старший прапорщик Соловейко.

– Внимание! Внимание! Вижу человека… Спускается с сопки. Движется в сторону села, но на дорогу выходить, кажется, не собирается. Идёт параллельным курсом… Там чуть в стороне старая утоптанная тропа к дороге спускается. Идти тропой не желает… Много петляет… Непонятно движется, хотя кажется, что спешит… Скорее всего, старается выбирать участки без снега… Чтобы не наследить… Хотя по мокрой земле тоже наверняка наследит… Неразумно…

– Внешность? – сразу сделал запрос капитан Матроскин.

– Местный… Кавказец… Стопроцентно… Высокий, сухощавый, немолодой… С собой имеет автомат Калашникова и большой боевой нож в ножнах на бедре. Пистолет если и есть, то под курткой не видно…

– Гойтемир? – напрямую спросил старший лейтенант Викторов, пытаясь выдать желаемое за действительное и откровенно торопя события, стремясь вогнать их в то русло, которое наиболее соответствует поставленным целям.

– Именем я, товарищ старший лейтенант, не поинтересовался… – слегка сердито ответил старший прапорщик Соловейко. – Виноват, товарищ старший лейтенант… В следующий раз категорично исправлюсь…

– Выходим в обхват… Предельная осторожность… – распорядился капитан и первым начал выбираться из укрытия между кустами. – Тенор, идёшь последним, контролируешь ситуацию, в том числе и у нас за спиной…

– Понял, – коротко отозвался старший прапорщик, так и не оторвав взгляд от прицела.

– Аврал, нам задачу поставишь? – спросил старший лейтенант Викторов.

– Продолжайте наблюдение. Кто вам сказал, что это Гойтемир? Или думаете сразу Берсанаку за хвост поймать? У медведя хвост короткий, а задница сильная. Ухватишь – не всегда удержишь…

С того места, где капитан Матроскин выбрался из укрытия на склон холма, обзор был только в две стороны, которые группа контролировала и ранее, – в сторону дороги и в сторону фермы. И, конечно же, не было видно человека, за которым следил старший прапорщик Соловейко. И потому, чтобы сразу сориентироваться, капитан двинулся вверх по склону туда, где старший прапорщик устроился. Подъём местами был настолько крут, что пришлось забросить автомат за спину и двумя руками цепляться за корневища кустов, стараясь захватить в ладонь как можно больше сухих по времени года стеблей. Но в целом подъём прошёл успешно и беззвучно. Даже Соловейко обернулся только в последний момент, а до этого передвижения своего командира и не слышал.

– Всё нормально?

– Слежу…

– Где?

Старший прапорщик показал кивком головы направление. Капитану пришлось слегка потянуться, чтобы приподнять голову из-за нескольких удобно сложенных природой камней, и только тогда он увидел вдалеке фигуру человека, спускающегося по склону.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Поделиться ссылкой на выделенное