Сергей Самаров.

Убойная позиция

(страница 5 из 23)

скачать книгу бесплатно

– Ладно… – снизошел до милости Хамидрашид, прекрасно понимая, что творится в душе у Саидулюкаева. – Пусть пулеметы в стороне останутся… Делить будем по количеству людей. Это получится справедливо…

– Я согласен… – Саидулюкаеву такой расклад в самом деле показался милостью. Он недобро стрельнул глазами по сторонам и повторил севшим голосом. – Я согласен…

– Тогда переходим к главному. Предстоит бой. В бою командир должен быть один. Я уже подготовился и даже машину заминировал. Я расставлю твоих людей по местам, чтобы они вписались в общий план. Ты не возражаешь?

– Как ты хочешь все сделать? – поинтересовался все же Имран.

– Я хочу запустить спецназовцев на открытое место, чтобы им спрятаться некуда было… А на голой земле они долго не продержатся…

– Действуй…

* * *

Основные вопросы были решены… Эмиры посмотрели друг на друга твердо, и оба встали одновременно. Имран начал уже поворачиваться, чтобы сказать что-то своим людям, но сказать ничего не успел. Какая-то страшная сила вдруг швырнула его на землю, и его тело пролетело мимо эмира Дадашева. Причем тело было без головы… А то, что было головой, просто раскололось, разорвалось на ошметки и осколки…

Реакция у Хамидрашида была хорошая. Он понял все сразу и не стал ждать второго выстрела – упал на землю и перекатился за куст. Но люди Саидулюкаева поняли все по-своему. Автоматные очереди раздались так быстро, что стало ясно – оружие стояло не на предохранителях и боевики готовились к обострению ситуации. Они начали стрелять сразу – за спины своим товарищам, туда, куда смотрели. И только хорошая реакция спасла самого Хамидрашида, потому что его, неподготовленного к защите, застрелили бы первым.

Ответные очереди не заставили себя ждать. Они раздались одновременно с разных сторон. И все пятеро парней Имрана упали, как срубленные. Они и не пытались залечь, чтобы спастись. Они были уверены, что их убьют, но стремились перед смертью унести с собой и чужие жизни.

Все кончилось быстро…

– Что случилось? – первым встал и вышел из своего укрытия Ваха и поднял снайперскую винтовку, готовый стрелять в того, кто еще жив.

– Не вставать! – рявкнул Хамидрашид.

Но команда запоздала. Винтовка вдруг упала вместе с рукой Вахи, оторванной в плече, и сам он сначала попытался схватиться за несуществующую уже правую руку левой рукой, но тут же потерял сознание и упал.

– Не вставать… – повторил Хамидрашид. – Стреляет снайпер… Из той винтовки, за которой мы пришли… Трехглазый!

– Я здесь… – отозвался Муса.

– Где спецназовцы? Ты прозевал их…

– Нет спецназа… Нет их… Я хорошо смо…

Выстрела слышно не было, но слышно было, как Трехглазый Муса перевалился в кустах, ломая тонкие побеги.

– Три километра… – выдохнул, а не сказал Хамидрашид. – Три километра… И тепловизор… Всем! Осторожнее… Снайпер стреляет с трех километров… У него винтовка с тепловизором… Он видит нас сквозь кусты. Перебегать за камни… По моей команде, все, разом… Ищем подходящие камни… Нашли? Вперед!

Перебежали за новые укрытия только четыре человека.

И снайпер, наверное, поработал, да и пули боевиков эмира Имрана, которые начали стрелять первыми, могли кого-то достать…

– Мовсар! Копченый! – крикнул эмир из-за своего камня.

– Я! Здесь я… – отозвался подрывник.

– Взрывай машину… Поэффектней взрывай, чтобы спецназовцы почувствовали праздник, который их ожидает… Праздничный салют им устрой…

– Люблю салют… – из-за своего камня крикнул Дукваха. – Устрой салют, Копченый!

Прошла почти минута, потом Мовсар предупредил:

– Головы не поднимайте… Железяки сейчас дождем на головы посыплются…

И сразу за этим грохнул мощный взрыв. Железяки, к счастью, на голову дождем не посыпались, но что-то все равно в разные стороны полетело. Скорее всего, осколки деревянного кузова «КамАЗа» и клочья брезентового тента.

Спецназовцам теперь не на чем было уехать из района…

Это был звучный ответ эмира Хамидрашида Дадашева на обстрел снайпера…

Сам эмир стиснул зубы. Он с самого детства был по характеру человеком неуступчивым и очень не любил признавать свое поражение. Даже раньше, когда занимался спортом, не любил признавать поражения и часто пререкался с судьями. И сейчас он не желал признавать, что для него все потеряно. Он знал, что пока хотя бы один человек из его джамаата стоит на ногах и может держать автомат, что пока сам он на ногах и способен к боевым действиям, все еще можно повернуть с ног на голову и цели своей добиться. И еще злость охватывала и придавала ему сил. Пришли эти парни, и здесь, на его земле, его побеждают… Нет, смириться с таким положением вещей Хамидрашид не хотел и не мог… Он еще постарается доказать, чего стоит… Как это сделает – не знает, не видит пока пути, но что-то все равно предпримет…

Глава 3

1. ПОЩАДИ ВРАГА СВОЕГО…

Самурай прошелся между бойцами, отдыхающими на тесной травянистой площадке среди камней. Без цели прошелся, просто обстановку пожелал прощупать. В каждом лагере своя обстановка. Она и в разговорах чувствуется, и во взглядах солдат, в том, в какой позе они отдыхают. И командиру всегда необходимо знать эту обстановку, чтобы понимать, на что рассчитывать в сложной ситуации, способной возникнуть в любую минуту. Командиру дивизии необходимо знать настроение своей дивизии, командиру полка настроение в полку, и даже командиру такого небольшого по численности отряда, каким командовал капитан Рудаков сейчас, тоже необходимо было знать настроение в отряде. И даже особенно необходимо, потому что отряд этот находится в боевой обстановке, практически без поддержки со стороны своих сил, если не считать поддержкой оповещение, которое давалось через систему связи.

– Сеанс, товарищ капитан, проводить когда будем? – кстати поинтересовался радист, приподнимаясь при приближении капитана.

Вопрос был вызван, как понял Самурай, тем, что на прошлой стоянке сеанс связи проводился. Когда будет следующая стоянка – неизвестно. Следовательно, можно было бы и сейчас провести. Но пока такой надобности не возникло. Едва ли можно было надеяться на появление новостей за такой короткий промежуток времени.

– Скорее всего, ночью… – жестом остановил Самурай радиста, пытающегося подняться. – Отдыхай пока…

Радисту тоже необходимо отдохнуть. Он идет с дополнительным грузом – рация не сто граммов весит. И в прошлый привал отдыхал меньше других…

Вообще-то отряд не выглядел уставшим и загнанным. Солдаты еще не знают, что их действительно собираются «загонять», как загоняют охотники дичь. Может, им этого и знать не надо, хотя они уже вскоре почувствуют всю прелесть положения, когда уйти некуда.

Вообще-то перед выступлением с базы Самурай приказал готовиться к длительному горному рейду. Не надо быть стратегом, чтобы сообразить, куда может привести этот рейд из первоначального места, где операция и началась. В горы здесь только один путь – к началу Веденского ущелья. Правда, там впереди будет еще возможность повернуть и в Аргунское ущелье, но кто-то из солдат уже видел у командира карту начала именно Веденского ущелья. И разговор быстро пошел о том, куда им предстоит двигаться. Правда, не вписывалась в систему солдатских предположений машина, на которой сюда приехали. Солдаты еще не знают, что машину «нечаянно» заметил вертолетчик, работающий с милицией в райцентре. И как и полагается, предупредил начальника райотдела. Машины спецназ ГРУ должен лишиться, иначе неправдоподобными выглядели бы все дальнейшие передвижения отряда в сторону, куда ему следует двигаться. Хотелось надеяться, что «КамАЗ» взорвут или хотя бы угонят. Лучше, чтобы взрывали не тогда, когда рядом окажутся солдаты. Но здесь есть возможность подстраховаться. Солдаты несут упаковку от дальнобойной снайперской винтовки. Бандитам нельзя винтовку уничтожать. Они ее захотят захватить…

Самурай намеренно повторялся… Он раз за разом прокручивал в голове план операции, прокручивал прошедшие события и предполагал различные варианты будущих событий, и постоянно пытался отыскать в плане слабые места…

* * *

В наушнике «подснежника» раздался легкий треск. Так бывает, когда кто-то поправляет микрофон. Младший сержант Лаврентьев и старший сержант Колосков, имеющие «подснежники», устроились перед капитаном в расслабленных позах и разговаривать с ним по связи пока не намеревались. Оставался только прапорщик Родионов.

Самурай поднял голову, чтобы рассмотреть скалу, облюбованную снайпером. Прапорщика снизу видно не было. Да и сама скала не голая. Ветром и птицами туда нанесло семян и по каменистым склонам, и поверху. По трещинам трава растет и несколько чахлых кустиков. И кустообразный маскировочный халат прапорщика не будет смотреться на скале чужеродным, даже если кто-то и сумеет рассмотреть эту скалу, что маловероятно. Нет здесь места, откуда простым смертным будет видно площадку, где Родионов устроился. К непростым же смертным можно отнести спортсменов-скалолазов, но спортсмены-скалолазы ищут себе для полезного времяпровождения другие горы, поскольку здесь местные жители их увлечение не понимают и не принимают и с громадным удовольствием прямо на скалах подстрелят, только момент подвернется, чтобы забрать снаряжение и провиант.

– Командир, мы не одни… – предупредил наконец сверху прапорщик.

– Кто? Сколько? Где? – задал Самурай сразу три коротких вопроса. И невольно посмотрел по сторонам. У него обзор тоже хороший был, но не такой, как у прапорщика. Все же на полста метров ниже…

– Впереди нас… Далеко, почти два километра… Тысяча девятьсот семьдесят четыре метра, если точнее… Уже спускаются… Шесть человек, боевики… Первый сильно хромает…

– Возможно, эмир Имран Саидулюкаев… – констатировал капитан. – Он хромой. Если не он, то просто раненый…

Прапорщик думал недолго, присматривался сквозь прицел.

– Я видел его личное дело в «отстрельном списке»… Графа: «Подлежит уничтожению в первую очередь»… Если повернется, я узнаю… Еще метров двадцать, там тропа заворачивает… Увижу профиль…

– У Саидулюкаева шрам на горле… С правой стороны… Твоя оптика позволяет это рассмотреть? Красный шрам, узкий такой и глубокий – осколком царапнуло в первую чеченскую…

– Новая оптика позволяет рассмотреть даже родинки под рубашкой и татуировки на ягодицах, если они нанесены хорошей краской… – сказал Родионов. – Он сейчас повернется ко мне правым боком… Еще три шага… Есть… Есть шрам. Это Имран… Плохим я буду снайпером, если не уничтожу его, как фигуранта «отстрельного списка»… Мне класс понизят, командир… И это отразится на моей зарплате… Обидно…

В голосе Родионова были просьба и предупреждение.

– Они собираются встречать нас у машины? – спросил Самурай.

– Они не идут к машине… Они правее выходят, ближе к мосту… Стоп… Товарищ капитан, там нас уже, кажется, дожидаются… И Саидулюкаева тоже дожидаются… Еще одна банда… Имран их еще не видит… Там засада…

– На нас или на них? – этот вопрос волновал капитана Рудакова.

– У меня только оптика, товарищ капитан, у меня нет прослушивающей аппаратуры, и аппаратуры для чтения мыслей, к сожалению, тоже нет… Я не слышу, что там говорят, не знаю, что думают… Я сейчас через тепловизор смотрю… Они у меня, как в кино… Только в цветном негативе… Расселись по кустам… Готовы атаковать… Восемь человек, вместе с эмиром… Но лучший момент они уже пропустили… Там есть площадка, на которой спрятаться не за что… Полностью простреливается с их позиции… Наверное, площадку для нас оставляли…

– А при чем здесь наша машина? – между делом поинтересовался Самурай.

– Затрудняюсь с ответом… Я подозреваю, что встретились конкуренты. Интересно понаблюдать. Если будут крутые разборки, я не отказался бы помочь какой-либо из сторон… Желательно, более слабой, потому что именно с ней нам потом придется иметь дело…

Прапорщику не терпелось испытать и второй вид патронов, сразу понял Самурай. Желание естественное, поскольку Родионов подозревает, что у него заберут винтовку после окончания операции. Пусть забирают, когда патроны кончатся. Все равно подходящие патроны подобрать будет трудно. Хотя, кажется, патроны от крупнокалиберных пулеметов НСВ и ДШК имеют тот же калибр – 12,7 мм, – только вот подойдут ли по длине и по конфигурации… Но все равно, даже эти патроны не имеют пули такого качества, как у винтовки родные… И качественные пули прапорщик желает израсходовать сам в настоящем деле, не оставляя их какому-нибудь генералу, который захочет испытать винтовку в тире… Генералы любят испытывать в тире трофейное оружие. Это всем известно…

– Не торопись… – попросил капитан. – Но наслаждаться представлением можешь… Представление может быть интересным для нас…

– Они не услышат моих аплодисментов. А актеры всегда на аплодисменты падки…

– Я услышу твои отзывы, ты комментируй все события… И не забывай, кстати, о другой стороне. Что у нас с другой стороны? – напомнил Самурай.

– Я проверил… Там тропа просматривается километров на пять… Стрелять бесполезно, но стрелять все равно не в кого… Там все глухо отдыхают…

Самурай не понимал почему не торопится погоня. Наверное, и сам подполковник Тамирханов не понял бы почему. Но он погоню только контролирует издалека, не участвуя в ней. А подобный контроль дает мало, если участники погони не слишком изъявляют рвение попасть на прицел к снайперу, как попали недавно.

– Добро, комментируй спектакль…

– Вот… Началось… Один в кустах встал в полный рост… Представился… Значит, будут беседовать… Похоже, это тоже эмир… Лицом ко мне. Я его вижу… Сейчас, только в памяти полистаю… У меня зрительная память хорошая… Лицо знакомое, он наверняка есть в «отстрельном списке», но имя не могу вспомнить… Память на имена у меня хуже… Вертится что-то в голове…

У капитана Рудакова память была лучше.

– Из местных остались только два полевых командира… Давай думать… Эмир Ширвани Дуташев, самый авторитетный в округе, и самый сильный… Пожилой, сухощавый… Движения резкие, словно у него нарушена координация… Знаешь, как у людей с церебральным параличом, только в меньшей степени… Не он?

– Этот не пожилой… Мощный, стоит уверенно, как скала…

– Возраст какой?

– Сейчас, присмотрюсь без тепловизора… С тепловизором лицо узнать трудно… Так… Около тридцати… Может, чуть больше, может, меньше – борода старит… Но где-то рядом с тридцатью…

– Может быть, Хамидрашид Дадашев? – спросил Самурай. – Кроме него, здесь не осталось полевых командиров… Или кто-то пришлый…

– Вот… Точно… У меня как раз в голове какое-то длинное имя вертелось… Эмир Хамидрашид Дадашев… Кажется, он… Тоже – «Подлежит уничтожению в первую очередь»… Мне повезло. Которого будем уничтожать?

– Они друг другу враги… – объяснил капитан Рудаков, хорошо изучивший перед операцией обстановку в районе. – Они сами друг друга уничтожат… Не торопись… Рассказывай о спектакле… Мы успеем сориентироваться…

– Разговаривают… – комментировал прапорщик Родионов. – Сели на камушки… Настороженно… Саидулюкаеву трудно садиться, нога мешает… Это у него последствия ранения?

– Нет, от рождения хромой… Как ведут себя другие бандиты?

– Парни Саидулюкаева эмиров окружили по большому диаметру. Парни Дадашева не высовываются, держат первых на прицеле… Похоже, Саидулюкаев надеется договориться, иначе он не пришел бы так открыто… Это слишком неосторожно…

В неосторожность всегда осторожного и потому до сих пор живого Саидулюкаева капитану Рудакову не верилось.

– Я думаю, и к тому и к другому поступил если не приказ, потому что подполковник Тамирханов ими не командует, то просьба, призыв к совместным действиям… Я не удивлюсь, если местные менты вскоре присоединятся к этой компании. Посмотри назад… Проверь тропу…

Прапорщику Родионову потребовалась чуть ли не минута, чтобы переставить винтовку в другую сторону, установить ее так, чтобы ствол «не гулял», и найти в прицеле тропу.

– Вот, товарищ капитан, у вас нюх на ментов, как у старого уголовника… Показались… Идут осторожно… Человек тридцать… Это уже точно – менты…

– Тридцать человек – это много… Подполковник, похоже, со всего района силы собрал. Какая дистанция?

– Все та же… Около пяти километров… Мой дальномер такую дистанцию не определяет. У него максимальный расчет на три с половиной тысячи метров. Поэтому прикидываю на глазок… Стрелять сейчас смысла нет…

– Я понял… Они не успевают… Возвращайся к первым группам… Что там?

Еще минута ушла на возвращение прибора в предыдущее положение. Наушник доносил кряхтение прапорщика при развороте на сто восемьдесят градусов.

– Беседуют. Мирно…

– Разговорчивые… Тридцать сзади… Четырнадцать впереди… Это не слишком много? – скорее сам себя, чем прапорщика Родионова, спросил капитан Рудаков.

Но ответил прапорщик, и ответил охотно, словно на своем настаивал:

– Я о том, командир, и говорю… Один выстрел в любого из эмиров – и они друг друга перебьют… Подумают, что начались разборки… И я со стороны помогу… Путь будет свободен…

Самурай усмехнулся.

– Пощади врага своего… Нам не нужен свободный путь… Хотя чуть-чуть себя обезопасить тоже не мешает… Всех не убивай… Начни с эмира, который тебе меньше нравится… Если есть у них снайпер, снимай его тоже… Чужие снайперы в деле лишние люди… Нам не должны мешать с дистанции… Оставь человека четыре… Они нам помехой не будут, но видимость погони создадут… Работай…

– Хорошо, я сейчас подумаю, как вызвать аплодисменты…

* * *

Любопытство человеческое можно разве что с чесоткой сравнить. Оно покоя никогда и никому не даст. Посмотрев с края площадки, где отряд устроился на отдых, и убедившись, что оттуда ничего за скалами не видно, а чтобы увидеть, необходимо больше половины склона пройти, капитан Рудаков сначала сам прилег на траве, вытянул руки и ноги крестом, приняв наиболее способствующую отдыху организма позу. Потом, не выдержав и минуты, сел и спросил в микрофон:

– Саня, что там? Придумал что-то?

Самурай отсутствием воображения никогда не страдал. Картина перед глазами вставала ясная, но хотелось и комментарий к происходящему услышать.

– Они разговаривают… Кажется, заканчивают… Саидулюкаев ко мне спиной стоит… Если я убью его, его парни начнут стрелять в парней Дадашева, и наоборот. Будет взаимный разговор на языке автоматов. Я определил снайпера и передового наблюдателя. Их тоже уберу… О ком-то парни Саидулюкаева позаботятся, но многого они не сделают… Они не прикрыты, и их быстро положат…

– Работай… Как закончишь, расскажи…

Прошла еще пара минут. Самурай не ложился, дожидаясь сообщения прапорщика. Наконец снизу, издали, послышалась отдаленная, едва различимая, тем не менее активная автоматная стрельба. Выстрелов Родионова вообще слышно не было, хотя находился он близко. Глушитель на его винтовке еще раз доказал свое качество.

– Саня…

– Я отработал… – казалось, прапорщик задыхался и вот-вот готов был застонать. По крайней мере, самую простую фразу произнес он так, будто был на последнем издыхании.

– Что с тобой? Ранен? – обеспокоенно спросил Самурай.

– Хуже… – Голос у Родионова стал сиплым, севшим, будто сорванным истеричным криком. – Никогда не думал, что из танковой пушки можно сделать снайперскую винтовку. Пуля с керамическим наконечником отрывает руку и голову… Ни одна пуля с крестовым запилом[11]11
  Пули с крестовым запилом были придуманы русскими солдатами в Первую мировую войну в ответ на применение немцами отравляющих веществ. Обыкновенная пуля от стандартной трехлинейной винтовки Мосина запиливалась на острие крест-накрест. При попадании в тело пуля разрывалась на четыре части, и в месте выхода оставляла громадную дыру. Немцы никак не могли понять, что за новые пули появились у русских войск.


[Закрыть]
 так не бьет… Я испугался этих выстрелов не меньше, чем боевики…

– Хватит пугаться… Что там происходит? – облегченно спросил капитан.

– Четверо осталось. Во главе с эмиром Хамидрашидом Дадашевым.

Снизу донесся звук взрыва.

– Все, командир… Мы без транспорта…

– Взорвали-таки? – сказано было с такой интонацией, словно Самурай получил удовлетворение от уничтожения боевиками армейского имущества.

– Взорвали… И отходят… Перебежками из стороны в сторону, от камня к камню…

– Ты произвел на них неизгладимое впечатление. Будут перебежками бежать еще много-много километров… Путь освободили… Дальше пойдем по руслу к горам… Посмотри, что там с ментами? Далеко они?

Прапорщик не отвечал больше минуты. Переворачивался, настраивал прицел, искал цель. Наконец, отозвался, но голос все еще оставался слегка хриплым.

– Прошли около километра. Значит, до нас осталось четыре… Торопятся, быстро идут. Сейчас рассмотрю… Несут два миномета и запас мин. Запас мин большой. Минутку… Считаю… Да… Двенадцать человек загрузили… В составе три снайпера…

Группу спецназа, естественно, «поливать» из миномета не будут, понял Самурай. Боевики побоятся винтовку испортить. Но они будут давать минометным обстрелом направление движения. Постараются не пустить туда, где некому будет прикрыть коридор. Обычное дело… А в том узком коридоре, что оставят для группы, маневрировать будет невозможно.

– А миномет ты своей винтовкой разбить сможешь?

– Сомневаюсь… Может, и есть винтовки, что НУРСами стреляют, но моя не из таких… Вот минометчиков обидеть смогу… Только придется ждать… Они слишком далеко… Но я, кстати, опробую винтовку на дальность.

– На сколько километров хочешь?

– Начну по пределу прицельной планки. Три с половиной тысячи метров.

– Начинай со снайперов… Потом займись минометчиками. Нам нужно лишить их возможности пугать нас издалека…

– Понял, командир… Подпускаю на дистанцию… Это займет, пожалуй, с полчаса… У нас есть возможность ждать?

– А нам вообще пока некуда торопиться… Пусть группа отдохнет… – согласился Самурай и увидел, что старший сержант Колосков, услышавший через наушник слова командира, обрадовался и повернулся на бок – возможность выспаться старший сержант решил не упускать…

* * *

И опять любопытство не дало капитану возможности расслабиться и отдохнуть. Он все думал о том, что же за винтовку такую они захватили, представлял себе ее возможности и понимал, что оружие это страшное, если оно попадет в руки к бандитам. Ходили слухи, что подобную винтовку захватили у грузинских диверсантов в Южной Осетии. Грузинская армия закупила в США несколько таких винтовок. Поговаривали, что у грузин с таким вооружением связаны большие надежды, и осетинам, в случае обострения конфликта, придется трудно. Но воочию и в деле подобное оружие наблюдать еще не приходилось. А хотелось самому, как боевому офицеру, увидеть действие винтовки, чтобы написать потом соответствующий рапорт. В производстве дальнобойного снайперского оружия Россия сильно отстала от всех потенциальных конкурентов. Может быть, хотя бы рапорт очевидца как-то повлияет на ситуацию или хотя бы привлечет к ней внимание командования…

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Поделиться ссылкой на выделенное