Сергей Самаров.

Убойная позиция

(страница 3 из 23)

скачать книгу бесплатно

Хамидрашид сразу обратил внимание, что подполковник Тамирханов назвал страну не Чечней, как полагалось бы менту, а Ичкерией, как полагается полевому командиру и даже простому боевику[7]7
  Ичкерийцами традиционно звали горных чеченцев, представляющих те районы, где есть горы. Горные чеченцы на протяжении многих веков большей частью занимались разбоем, чтобы прокормить свои семьи. Долинные чеченцы и ингуши, также входящие в народ вайнахов, по своему образу жизни всегда были больше склонны к торговле, чем к войне. Но быть ичкерийцем считалось почетно.


[Закрыть]
. Для Хамидрашида для самого это было важно. Это было днями его прошлого, того прошлого, когда ему нравилась война, когда ему нравилось побеждать и когда республикой руководили не Кадыров и «кадыровцы».

– И какая конкретно ставится задача? – переспросил Хамидрашид.

– Я же ясно сказал… – Арслан Мовсарович даже рассердился на Дадашева за желание уточнить задачу. – Спецназовцев уничтожить… Самурая или захватить, или убить… Винтовку вместе со всеми приспособлениями вернуть мне!

– Какие могут быть приспособления у винтовки? – опять не понял Хамидрашид. В его представлении винтовка – это просто винтовка с оптическим прицелом на ней.

– Там много приспособлений… Там три упаковки… Упаковки лучше не вскрывать, они могут взорваться, если не знаешь код… Все три упаковки следует передать мне. Вознаграждение – сто тысяч баксов… Там, у них, уже есть сто тысяч баксов… Они из машины украли… Это твоя законная добыча… Я плачу еще сто тысяч баксов…

– Это, Арслан Мовсарович, совсем другое дело… – сразу повеселел Хамидрашид. – С этого и следовало начинать, потому что мои люди могут спросить, за что мы идем воевать… Где нам искать спецназовцев?

– По моим предположениям, они должны пройти рядом с тобой… – голос Арслана Мовсаровича изменился.

– Вы знаете, где я нахожусь?

– Если бы не знал, не обратился бы к тебе… Я почти всегда знал, где ты находишься и чем занимаешься. Служба у меня такая… И не будь ты сыном моего друга… сам понимаешь… Значит, так… Машину они оставили на дороге… Рядом с ручьем, что впадает в Хулхулау… Знаешь этот ручей? С небольшим водопадом на середине склона…

– Знаю… Там с дороги легко съехать прямо к ручью… Чуть выше по течению густые кусты, чуть дальше деревья… Легко даже танк спрятать…

– Там они машину и оставили… Наш вертолет недалеко пролетал, сверху машину видел, не поленился снизиться, номер машины рассмотреть… Мне доложили… Это их машина, больше некому там машину оставить… Ее надо взорвать, чтобы они лишились транспорта… И как можно быстрее…

– Вместе с ними?

– Что – вместе с ними?

– Взорвать…

– Нет… Какой ты стал непонятливый! Взрыв может повредить винтовку… Взорвать до их прихода… Можно даже на глазах у них, чтобы они раньше времени, услышав взрыв, не свернули в сторону, но так, чтобы не повредить груз, что они несут… И вообще… С гранатами тоже не усердствуй… Груз – это главное… Без него, целого и сохранного, о вознаграждении даже говорить не будем…

– Это веская причина, чтобы гранаты с собой не таскать…

– Еще дельный совет… У тебя снайпер есть?

– Снайпера убили… Винтовка осталась… Сейчас парень натаскивается…

– Поставь этого парня искать капитана… Группа подойдет, пусть первым снайпер стреляет… В капитана Самурая… По ногам… Без него вся группа будет бессильна… Они не знают, что с винтовкой делать… И не давайте капитана унести… Это дело снайпера…

– Легко сказать… Как он капитана определит? Лицо, даже если знаешь человека в лицо, в прицел не всегда рассмотришь…

– Тебя и этому учить надо… Офицеры всегда с пистолетом… Все с автоматами, а офицеры с пистолетом…

– В спецназе ГРУ все с автоматами…

– Но кобура у офицера все равно есть…

– Арслан Мовсарович… Теперь мне приходится вас учить… Кобуру офицеры спецназа ГРУ носили только в первую войну… Мы отучили их от этого… Снайперы отучили… Они давно уже носят пистолет в кармане…

– Все равно, пусть снайпер поищет…

– Он попробует… Только это трудно…

– Выступай без промедления… У тебя есть в запасе два-три часа… Но спецназ ходит быстро… Может время сократить…

– Мои ребята никакому спецназу не уступят, стоит им только деньги пообещать…

– Я на тебя надеюсь больше, чем на других… Будут новости или нужда возникнет – сразу звони.

Я и подстрахую, и посоветовать смогу…

– Вопрос по существу… Подмога к ним подойти может?

– У них нет связи… Они вчера кодограмму с моего телефона отправляли…

– Тогда они не вернутся на базу. Это я обещаю…

* * *

– Подъем! Выступаем… – негромко скомандовал Хамидрашид с порога землянки. – Дукваха, вторую землянку поднимай… Кто желает пять тысяч баксов заработать, соберется быстро… Отставших расстреливать не буду, но не буду и ждать, чтобы другим больше досталось… Полное вооружение, патронов побольше, гранат много не брать, чтобы не утяжеляться, минимум поклажи… Ходить придется много и быстро…

– Сюда возвращаться будем? – поинтересовался Трехглазый Муса.

– Кто жив останется… Надеюсь… Я тоже кое-что здесь оставляю… – Хамидрашид собирался быстрее всех.

– Мне что брать? – спросил Мовсар Копченый. Он всегда спрашивал, потому что его груз обычно бывал специфическим и должен был отвечать обстановке.

– Одну машину нам предстоит взорвать… На всякий случай, возьми еще несколько шашек… Вдруг сгодятся, когда отходить будем… И несколько гранат… Разрешается только тебе… остальным гранаты не надо… Гранаты только для «растяжек»…

– Не на дорогу идем? – переспросил Муса.

– Другое задание…

– Я понял… – Муса почесал «третий глаз». – Если есть оплата, значит, что-то новое…

– Вторая землянка готова… – вернувшись, сообщил Дукваха.

– Выступаем… Идем в темпе, дорога не дальняя…

* * *

Дорогу до ручья даже по карте рассматривать не было необходимости. Хамидрашид шел первым и уверенно вел группу. При этом даже не всегда тропы придерживался, срезая углы, будучи уверенным, что правильно выйдет. И выходил правильно. Ориентироваться там, где никаких ориентиров не было, эмир Дадашев умел хорошо, это было, видимо, у него в крови…

Глава 2

1. НЕ ОТПУСТИТЬ ПРЕСЛЕДОВАТЕЛЯ…

Преимущество Самурая заключалось в том, что он в общих чертах знал, кто работает против спецназовцев, тогда как противники не подозревали о его знании. Более того, капитан Рудаков знал даже отдельных конкретных лиц и накануне не побоялся умышленно «засветиться» перед своим потенциальным противником, заехав в райцентр, чтобы переброситься парой фраз именно с ним, с начальником райотдела милиции подполковником Тамирхановым; о цели своей поездки он, естественно, докладывать не стал. Все буднично, вроде бы мимолетная встреча знакомых офицеров, которой не стоит придавать значения, и в ответ на прямой, не слишком вежливый вопрос последовал ленивый ответ:

– Так… С осведомителем встретиться надо… И еще… У меня радиста с собой нет, а надо кодограмму сбросить… С вашего телефона, если не возражаете… Шесть пятизначных групп, и все…

Подполковник не возражал. Но он узнал, что у капитана Рудакова нет связи с командованием. Это потом будет для Тамирханова важно. И про осведомителя он не спросил. Ни один уважающий себя милиционер не будет спрашивать про осведомителя, потому что знает – ответом будет усмешка. Своих осведомителей не только спецназ ГРУ не афиширует… Даже менты портреты своих осведомителей в газетах, как правило, не всегда печатают…

Тем не менее подполковник Самураю не поверил. Это капитан по глазам увидел. Тамирханов должен был сообразить, что на встречу с осведомителем не отправляются такой большой компанией, да еще на заметном тентированном грузовике… А если не поверил, значит, капитан Рудаков своей цели достиг. Он очень хотел, чтобы подполковник ему не поверил…

Но капитану Рудакову еще надо было, чтобы подполковник не помешал, и именно потому грузовик поехал в сторону, противоположную той, в которую следовало ехать, и только вне зоны видимости развернулся и через открытое пространство переехал на другую дорогу. Таким образом и Тамирханова в недоумении оставили, и след запутали, но потом Тамирханов обязательно все вспомнит и поймет, что его в дураках оставили. Теперь главное дело было за вертолетом, чтобы пилот не подвел. Но пилота должны были тщательно проинструктировать. Пилот милиционеров возит, но сам – армейский, свой, проверенный… Пилоту следовало заметить машину издали, сверху, и поинтересоваться, что это за машина в кустах спрятана. И внимание подчиненных Тамирханова привлечь…

Самурай знал Тамирханова раньше. Не так, чтобы хорошо, но доводилось встречаться во время операции по блокировке засевших в частном доме боевиков. Тогда милиционеры сами ничего сделать не смогли, несмотря на наличие двух БТРов. Поговаривали, что у боевиков есть РГД-7, и подставлять БТР под противотанковый гранатомет подполковник не рискнул. Боевики тогда забрались в подвал здания и отстреливались через узкие вентиляционные люки. Прибывшая вместе со спецназом ГРУ боевая машина пехоты быстро разворотила из автоматической пушки слабую кирпичную кладку и погасила огневые точки. Потом последовал выстрел из подствольного гранатомета подошедшим из «мертвой зоны» спецназовцем. Граната влетела прямо в вентиляционное окошко. После этого в подвале никого в живых остаться не могло…

Операцию, естественно, записали на счет местных милиционеров. Так всегда бывает…

* * *

Тропа, конечно, утомляла, потому что всегда приходилось идти вдоль склона, опираясь на какую-то одну ногу, поскольку сама тропа была малохоженая и наклонная в своей боковой поверхности. В общем-то здесь и не было настоящей тропы, просто чуть-чуть протоптано направление движения. Слегка обижало и то, что не было сразу организованного преследования. Наверное, когда замыкающая колонну машина прибыла на место расстрела двух других машин, преследование пытались организовать даже слабыми силами, что были в наличии. Но спецназ не успел далеко уйти. И всем хорошо было слышно, как взорвалась граната, оставленная Самураем на тропе под неустойчивым камнем. Теоретически, на камень могла и птичка сесть… И от веса птички камень тоже мог упасть… Но птиц здесь мало, а камней много, и надо обладать большим воображением, чтобы допустить – птица выбрала именно этот камень. Самурай не допускал. Он понял, что на гранате подорвались те, кто попытался преследовать. Скорее всего преследование на этом и закончилось, потому что минимум два человека, учитывая узость и крутизну тропы, должны были бы пострадать. В машине могло быть и четыре человека, и пять… Пострадал тот, что первым пошел и уронил камень, и идущий за ним – непременно. Могло слегка зацепить осколками и идущих сзади, но у РГ-5 радиус разброса легких осколков невелик, и на дистанции в пять метров ранение таким осколком можно рассматривать как небольшую царапину. А оставлять на тропе более мощную Ф-1 Самурай не стал, потому что тогда может оказаться некому сообщить подполковнику Тамирханову о случившемся. Ф-1, взорвавшаяся на высоте склона, в состоянии «похоронить» всех, кто ниже идет по той же тропе. Этого капитану Рудакову не хотелось…

Но сообщить уже должны были бы. И Тамирханов должен организовать преследование. Его силы, в принципе, известны. Подполковник и вертолет мог бы использовать, но вертолет уже улетел. Кроме того, посвящать пилотов в свои дела подполковник не рискнул бы. Скорее всего он будет обходиться только своими силами. Милиции… Может, конечно, рискнуть и привлечь местных боевиков, если имеет на них выход. Даже не так… Выход-то подполковник имеет точно… Так данные разведки говорят… Но имеет ли он с ними оперативную связь, вот в чем вопрос… И машина… Подполковник должен быть обеспокоен возможностью капитана Рудакова уехать на машине. Первое, что он должен сделать – это угнать или уничтожить машину…

* * *

Шли быстро, потому что иначе ходить не умели. Кроме того, если в горах идти медленным маршем, быстро устанешь. А силы нужно распределить не только на сравнительно небольшой бросок к оставленной машине, которой, скорее всего, на месте уже не застать, но и на последующие дни. На многие последующие дни, когда придется совершать и быстрые маневры, и затяжные марши. За два часа устать толком не успели, только втянулись в однообразную работу. И целых два часа ни одного намека на преследование. Преследователи оказались слишком неповоротливыми и медлительными. Капитан Рудаков начал бояться, что преследователи просто потеряют их. Мало ли, не в ту сторону свернули… А потом попробуй догони… Пришлось сделать привал, чтобы дать им возможность приблизиться. Естественно, и охранение выставили…

Вообще-то обвинять милиционеров в неумении вести преследование было бы наивно. Конечно, и вне сомнения, они не смогут сравниться со спецназом ГРУ в умении ходить по маршруту. Ни один другой спецназ сравниться не может, а уж милиционеры-то тем более никогда… Боевики более тренированы, чем они… Приходится поджидать их…

Пожалуй, исходя из привычек роты, выработанных в многочасовых тренировках, до привала можно было бы еще и час прошагать, и два. Но в этом случае капитан Рудаков опасался вообще потерять преследователей, которых ему хотелось держать под контролем. Такой расклад совсем не входил в планы капитана. И потому было решено устроить ранний привал. На привале заодно и рацию можно было развернуть, поскольку преследования еще нет и некому заметить, что группа все же обладает связью с разведуправлением РОШа[8]8
  РОШ – региональный оперативный штаб по проведению антитеррористической операции на Северном Кавказе.


[Закрыть]
. Для этой конкретной операции была выделена резервная волна, из опасения, что милиционеры могут знать другие волны и прослушивать их.

Самурай в телефонном режиме связи доложил о первых результатах и поинтересовался, выступили ли другие группы. Другие группы выступили. И одновременно Самурай получил приказ не слишком спешить на марше. Разведуправление прослушивало все связи подполковника Тамирханова. Тот разворачивает преследование неумело. Одновременно перекрывает дорогу на север. Надо преследования дождаться и дать ему возможность «прилипнуть». И идти на юг…

Слушающий разговор младший сержант-радист удивленно посмотрел на командира роты. Ему такие переговоры были непонятны. Согласно логике, группа должна как можно быстрее убегать от преследования, а не ждать, когда ей «на хвост» наступят.

– А почему нам отрываться нельзя? – не выдержал младший сержант и задал вопрос, который давно вертелся у него на языке. – Догонят, мало не покажется…

– Кому? – не понял Самурай.

– Нам, естественно…

– А им? – ответил командир роты так, как и полагалось отвечать солдату, чтобы тот уверенность в своих силах не потерял. – Им сначала мало не показалось? Так-то…

Радист только плечами пожал.

Конечно, в такой рейд следовало бы взять радиста из прапорщиков. Прапорщик, по крайней мере, не будет с солдатами информацией и сомнениями делиться. Но перед выходом свободного радиста-прапорщика не оказалось. Пришлось младшим сержантом довольствоваться. Но и этот службу знает, и знает, что служебные тайны нужно хранить.

– Сворачивай рацию…

Хорошо хоть снайпер достался из прапорщиков… Пока командир был занят разговором с радистом, снайпер Родионов вместе с минером колдовали над замками самой большой упаковки. Самурай подошел.

– Что скажете?

– Заряд там, кажется, есть… – объяснил минер. – По крайней мере, что-то в корпусе коробки прослушивается. Я простучал потихонечку… Вокруг замка дополнительная коробка с какой-то начинкой. Но пока еще замок на код не закрыт, только на защелку, и взрывное устройство не на взводе. Нам такие устройства еще в учебке показывали… Взрыватель замыкает контакт на аккумулятор, когда набирается неверный код, и открывается защелка… Если код не выставлен или набран правильно, замыкания контакта не произойдет… Мне кажется, посмотреть стоит…

– Опасность? – спросил Самурай.

– Есть, конечно… Мало ли, хитрости… Но маловероятно… Оборудование стандартное…

– Открывай… – разрешил капитан.

– Всем отойти… – распорядился минер.

Площадка безопасности быстро очистилась. В том числе и сам Самурай отошел на безопасное расстояние. Минер открывал коробку осторожно, готовый отпрыгнуть в случае какого-то подозрительного щелчка. Но все обошлось. Крышка легко поднялась. И первым рядом с минером оказался прапорщик Родионов, сразу доставший винтовку без ствола.

– Взрыватели могут быть и в других коробках… – Минер говорил спокойно и негромко.

– Отойти! – теперь скомандовал Самурай.

Вторая и третья коробки тоже были открыты без проблем. В большой коробке нашлись ствол и глушитель. В меньшей – различные приборы и запас патронов.

– Руки попрошу убрать… – распорядился прапорщик Родионов, знающий, что может случиться с тонкими приборами, если они попадут в руки любопытного.

– Всё соберешь? – поинтересовался капитан Рудаков.

– Отчего ж не собрать… Обычное дело…

Сбор винтовки не занял много времени. Для каждого из приборов, значение которых не только солдаты, но даже командир роты не понимали, нашлись гнезда на корпусе винтовки. Прапорщик устанавливал их и сразу соединял проводку с панелью. Ошибиться при соединении было невозможно, потому что каждый провод имел собственную систему соединения, не похожую одна на другую матрицы и пуансоны. Но включать и рассматривать приборы снайпер не спешил. В малой коробке оказалось несколько коробочек с патронами. Патроны вызвали долгое раздумье у прапорщика.

– Саня, проблемы? – поинтересовался Самурай.

– Просто любопытство… – тихо сказал Родионов. – Два вида патронов. Одни я уже видел… Поверхностное напыление дисульфида молибдена, чтобы снизить трение о воздух. Существенно повышает баллистические показатели пули… Наши таких пуль не делают, в трофейном оружии иногда встречаются… Вторые интереснее… Я впервые их вижу, хотя читал про них… – Прапорщик поднял перед лицом патрон, показывая его. – Дорогие пули… Просто так их не расходуют… Их называют «умной пулей», «управляемой пулей» и еще как-то… Вот этот керамический наконечник, – он пошевелил пальцем кончик пули, – изменяет траекторию по сигналу лазерного луча. Лазерный луч не подвержен влиянию ветра и какого-нибудь магнитного поля… Пуля, даже при своей скорости, особенно, когда переходит на инфразвуковую скорость, подвержена этим влияниям… Лазер корректирует ее… Для «дальнобойки» это важно…

– Освоить сможешь? – поинтересовался Самурай.

– Обычное дело… – прапорщик Родионов в своем умении не сомневался. – Приборы только гляну… Да, принцип у всех подобных винтовок одинаков…

– И у наших? – спросил старший сержант Колосков.

– И у наших был бы такой же принцип, если бы у нас такие винтовки делали… – согласился Родионов, проверив сенсорные кнопки приборов и приложив прицел к глазу… – Интересная система… Вот этого у нас пока нет, но вскоре предвидится…

– Что? – Самурай присел рядом на корточки.

– Портативная метеостанция через трубку спутниковой связи соединена с метеорологическим спутником GPS. Показания даются сразу на оптический прибор. Вот здесь, справа, под большой палец, кнопка включения баллистического калькулятора, который сразу принимает данные от собственной метеостанции, сверяет их с данными метеоспутника, вносит поправку, сверяет данные с лазерным дальномером и в автоматическом режиме регулирует прицельную планку. Вот это только не пойму… Не встречал такого…

– Что? – опять спросил Самурай.

– На дисплее оптики дополнительная графа. Сейчас в выключенном состоянии… Не знаю… Ладно, разберемся…

Снайпер снял короткий рожок-обойму и вставил в него шесть патронов. Рожок вернул в крепление и снова поднес прицел к глазу.

– Понял… Молодцы какие… Как удобно сделали… Это автоматическое определение патрона… Похоже, винтовка рассчитана только на какие-то определенные виды патронов, и все… Все… Можно стрелять…

– И какая дистанция? – этот вопрос очень интересовал командира роты.

– Прицельная планка рассчитана на три с половиной тысячи метров…

– Такого не бывает… – невольно вырвалось у Самурая.

– Обычное дело… – сохранял спокойствие прапорщик. – Техника прогрессирует… С такой планкой, по крайней мере, с трех тысяч, думаю, можно попробовать… Не было бы смысла такую планку ставить… Лишний ресурс сбивает точность прицела… Это как в автомобиле… Можно сделать двадцатицилиндровый двигатель, но машине будет его не под силу носить…

* * *

Капитан Рудаков во время отдыха группы ждал все же сигнала от постов. Но сигнала не последовало. Самурай до последнего оттягивал выступление, но выступать было нужно, и он дал команду:

– Подъем! Направление прежнее…

Группа двинулась в том же порядке, выставив охранение по сторонам и сзади, выслав вперед дозор из двух человек. Но капитан все же не удержался и опять выставил в узком месте тропы «растяжку», а в полуметре от «растяжки» «посадил» рядом с камнем, о который никто не захочет споткнуться, «картошку»[9]9
  «Картошка», «сажать картошку» – граната с сорванным кольцом вдавливается в землю так, чтобы рычаг оставался зафиксированным землей. Если кто-то наступит на такую «картошку», сдвинет ее с места и освободит рычаг. Часто выставляется вместе с «растяжкой». Если кто-то заметит «растяжку», переступая через нее, он концентрирует внимание на шнуре, и мало обращает внимания при перешагивании на то, что впереди. В итоге наступает на «картошку».


[Закрыть]
.

Теперь прапорщик Родионов, передав свой «винторез» на сохранение одному из бойцов первого отделения, постоянно забегал то в одну сторону на возвышенность, то в другую, чтобы посмотреть в оптику и вперед, и назад. Мощный «тепловизор» дальнобойной винтовки позволял снайперу заметить все живое, несмотря на кусты и деревья.

Прапорщик первым и подал сигнал тревоги, но и этот сигнал подал своеобразно:

– Командир, новую винтовку испытать можно? – спросил он через «подснежник».

– Докладывай…

Родионов стоял на одном колене на пригорке, похожий в своем обмундировании на куст неведомого растения, и рассматривал что-то оставшееся позади.

– Группа из двенадцати человек. В сером камуфляже… В черных бронежилетах… На месте нашей последней стоянки…

– Менты? – по форме одежды понял Самурай.

– Похоже…

– Торопятся?

– Решают, по какой тропе мы пошли… Разделяются… Шесть человек идут за нами, шесть в сторону сворачивают… Кого они там искать собираются?

– Там тропа к большой пещере… – объяснил капитан. – Заберутся повыше, там прямо в склоне горы пещера есть со множеством выходов. Там большая банда раньше базировалась. Мы ее четыре года назад ликвидировали… Кого тебе лучше видно?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Поделиться ссылкой на выделенное