Сергей Самаров.

Проверено: мин нет!

(страница 5 из 21)

скачать книгу бесплатно

Голованов подошел к окну. Глянул в одну сторону, потом в другую. В одном конце улицы и в другом конце собиралось по толпе женщин и детей. Женщины, как сначала показалось, упирались, но их подгоняли какие-то люди с автоматами в руках. Затем они сами встали за их спинами. Но пока ещё не двигались.

– «Славич»… К своему окну… – распорядился майор Голованов. – Всем! Внимание сосредоточить на саде! Атака, очевидно, будет оттуда. Спереди две пары боевиков, если это боевики, а не так называемые мирные жители готовят толпу женщин с детьми. Старательно показывают, что будут за женщинами прятаться. «Магистр»! Работай по этим боевикам… Пора начинать…

Расстояние не требовало длительного прицеливания. Винтовка прапорщика Денисова высунулась из-за укрытия. Деловито и коротко прозвучали один за другим два выстрела, и тут же ствол перенацелился на другой конец улицы. Два новых выстрела сменились криками ярости и женскими воплями.

– Местные красавицы своих мужей оплакивают… Парни своих жён с детьми гоняли… – сказал прапорщик в спину командира. Голованов не обернулся.

– Там в кустах шевеление… – заявил старший лейтенант Голованов и поднял гранатомёт.

– Поливай… – прозвучала команда.

РПГ-7 имеет звучный голос. От этого голоса кровля содрогнулась. А кусты, в которые граната попала, просто растерзало осколками. Как и двоих людей, что в кустах прятались. Третий, уцелевший только потому, что на пути осколков остался его товарищ, отскочил в сторону, но слишком далеко от забора и потому попал в поле зрения человека, прятавшегося за окном второго этажа. Пулемётная очередь прозвучала непривычно коротко, потому что обычно пулемётные очереди в отличие от автоматных бывают более длинными. Но тут же раздалась и длинная очередь, рвущая кусты в клочья и подсекающая крепкие стволы яблонь.

– Нормально… – сказал Голованов. – Кто так вовремя включился?

– Это рядовой Вася, – сообщил капитан Трегубенков. – Он твою заслуженную похвалу не слышит. Я передам… Вася, командир твоё поведение одобряет…

Тем временем из соседнего сада в сторону дома убегал ещё один человек. Его тоже зацепила пуля. Но стрелок с БМП убегающего заметил и сломал его новой очередью пополам.

Но тут же из разных мест соседних садов, окружающих дом с трёх сторон, раздались автоматные очереди. Громко выстрелил одноразовый гранатомёт «Муха», и содрогнулась стена дома. Содрогнулась, но выстояла…

– Отвечаем аккуратно. Демонстрируем желание поберечь патроны… – дал команду Голованов. – «Трёшкин», рядовому Васе объясни…

Пулемёт замолчал…

– Понятливый Вася… – одобрительно сказал Голованов.

– Вася убит… – тихо пояснил капитан Трегубенков. – Слишком увлёкся стрельбой, не сменил вовремя позицию…

* * *

Активная стрельба в селе казалась чем-то далёким и несерьёзным. Так всегда бывает, когда слышишь бой издали и пули не над тобой свистят. Перестрелка казалась далёкой. И только звучные выстрелы из гранатомёта напоминали четверым спецназовцам, что бой начинается нешуточный.

Но этот же недалёкий бой одновременно помогал группе. Противник наверняка к звукам прислушивается, следовательно, не так внимательно относится к происходящему рядом…

Сами же спецназовцы умели отключаться от окружающих помех, когда следовало это сделать. Довольно быстро они нашли место, где бандиты выходили из села в кусты. Место неприметное, ничем, кажется, не отличающееся от всего окружающего, кроме трёх деревьев, растущих треугольником. Деревья какие-то южные, горные, и никто из офицеров не знал даже, как они называются. Но им и знать этого не надо было. Ориентир был заметен.

– Ещё десять шагов… – сказал капитан Рукавишников.

– Двенадцать или тринадцать… – серьёзно поправил его старший лейтенант Лукоморьев.

Капитан Сидоренков глянул на старлея с лёгким удивлением, не видя причины для спора. Он был новым человеком в группе, принимал участие всего лишь во второй операции и потому не привык ещё к постоянной пикировке двух офицеров. Старший лейтенант Прокрустов только тихо посмеивался.

Рукавишников отсчитал десять шагов, преодолевая их гусиным шагом. Точно так же передвигаясь, отсчитал тринадцать шагов старший лейтенант. Между ними оказались Прокрустов с Сидоренковым.

– И куда дальше? – спросил Лукоморьев.

– В кусты… – решил Рукавишников. – Бандиты уходили в кусты, помнится мне…

Но бандиты уходили, пригнувшись, кусты скрывали головы, и наблюдателям их становилось не видно. В то, что каждый член банды прекрасно ориентируется без компаса, верилось с трудом. Значит, должен быть хороший ориентир. Все четверо спецназовцев дружно приподняли головы.

– Туда… – четыре руки одновременно показали направление.

Ориентир здесь был единственный и самый удобный, потому что постороннему человеку он не может показаться ориентиром. Далеко впереди виднелась двуглавая гора с седлом посредине. С седла сползал каменный язык, формой напоминающий указательную стрелку. Не заметить такой ориентир трудно.

– Цепью… – как старший группы и как заместитель майора Голованова, скомандовал капитан Решетников. – Дистанция три метра…

– Три метра двадцать сантиметров… – поправил старший лейтенант Лукоморьев.

– Двадцать два сантиметра с половиной… – усмехнулся Решетников и пошёл первым.

Цепь раздвинулась. Шагов офицеров слышно не было. Здесь уже можно было не идти «гусиным» шагом, потому что кусты стали выше. Здесь можно было просто пригибать голову.

И уже через десять метров пути в наушниках раздался голос Лукоморьева:

– Я – «Пушкин»… Нашёл свежий след крови… Несколько капель… На листве… Раненого несли, кровь брызнула… Или ветка задела рану… Нет, скорее, брызнула… Капли не смазаны… А… Понял… Вижу след… Первый из носильщиков споткнулся, второй раненого к нему придавил, согнул, рана открылась, кровь брызнула…

– Нормально… Идём правильно… – согласился Решетников. – «Голован»… «Голован», слышишь меня?

Майор Голованов не отзывался.

– А ты покричи… – посоветовал Лукоморьев. – Здесь не так далеко… А глотка у тебя лужёная… Я помню, как ты когда-то взводом командовал… Кричи, не стесняйся…

– Там стреляют… Там не услышат… – по-своему пошутил старший лейтенант Прокрустов. – И сильно же, подлюки, стреляют…

Стреляли в самом деле сильно. Настолько сильно, что всем четверым было ясно, что бандиты стараются не дать спецназовцам высунуться для ответного огня. И патронов не жалеют, как не жалеют дом Расула Магометова по прозвищу Щипач…

* * *

Первая потеря щемила грудь майора Голованова. Конечно, можно было бы обойтись и без помощи солдат. Эти солдаты – простые мотострелки и не имеют подготовки даже солдат-спецназовцев. И не имеют боевого опыта. Казалось бы, должен был пулемётчик понять, что длинные очереди точно указывают гнездо, из которого они исходят. Использовал пулемёт с пользой, и спрячься на время. Но здесь, видимо, сказалась специализация солдата-контрактника Василия Коновалова. Он был стрелком в башне БТРа. В бронированной башне БТРа. И его пулемёт встречных выстрелов не боялся. Так Коновалова учили, видимо. Но здесь не БТР, и учесть это должен был не рядовой Коновалов, а в первую очередь майор спецназа ГРУ Голованов, командующий группой. А он не учёл. Вот и результат…

– Магистр», «Славич»… – напомнил командир своим бойцам. – Внимательнее тут… Вскоре попробуют кровлю обрушить… Я вниз сбегаю…

Кровлю и без того постоянно дырявили автоматами. И на голову сыпались крошки и щепки. Около лестницы майор обернулся. Прапорщик Денисов отодвинулся от стены, чтобы его не доставали пули, и пока отдыхал. Но с внешней стороны и так почти не стреляли. Вот со стороны противоположной чердак становился всё светлее и светлее, потому что добавлялись новые дыры и в стене, и в кровле. Старший лейтенант Бахвалов несколько раз выглядывал из окошка на долю секунды. Потом взял в руки подготовленный гранатомёт, быстро поднялся, и выпустил осколочный заряд в заранее определённую цель. И тут же снова спятался, даже не интересуясь результатом своего выстрела.

На лестнице на голову майору снова посыпался мусор. Очередная очередь прошила кровлю. Впечатление складывалось такое, что автоматчики ощупью отыскивали стропильные балки…

Рядового контрактной службы Василия Коновалова вынесли на середину комнаты. Капитан Трегубенков положил солдату ладонь на лицо. Он старался закрыть веки, которые никак не хотели закрываться. Майор Голованов остановился рядом, глядя на короткие рыжие волосы солдата. Почему-то вдруг вспомнился бодрый смешливый голос Коновалова, его забавная манера подпрыгивать, и показалось, что Коновалов, которого они совсем почти не знали, был хорошим парнем.

– БТР взрывался, он смеялся… – грустным тоном вспомнил старший прапорщик Киршин.

– Был такой святой – Василий Великий, – вспомнил вдруг Голованов. – Этот Василий Великий делил всех людей на мух и пчёл. Говорил, что пчёлы и в дерьме мёд найдут, а мухи в золоте дерьмо ищут… Наш рядовой Василий был из пчёл… Он не унывал…

Дважды в одно и то же место в стене выстрелили из «подствольника».

– Стену проломить пытаются… – заметил старший прапорщик.

– Так объясни им, что стены ломать нехорошо… Строить – хорошо, а ломать – не надо…

Киршин хмыкнул, сдвинулся со своим пулемётом к окну, закрытому мешками с мукой, и, не высовывая полностью ствол, дал несколько очередей.

– Молодец, хорошо стреляешь… – сам же себя и похвалил. – Двоих «завалил»…

– Не перестарайся, а то стрелять в нас некому будет… – предупредил Голованов.

– А чего они лезут… Лежали бы…

– Вот и пусть лежат… – сказал капитан Трегубенков, отнимая руку от лица рядового Коновалова. Глаза, наконец, закрылись. – Пусть лежат, как рядовой Василий… И пусть им никто глаз не закроет… Сколько у нас времени до темноты?

– Ещё часа три… – ответил Голованов…

– В темноте мы их и положим всех…

– Мы всех положим только после того, как «Таганай» доложит об успешном завершении дела… А до того будет только вяло отстреливаться…

* * *

– «Таганай», что у тебя под ногой хрустит?… – насмешливо спросил старший лейтенант Лукоморьев. – Ослеп, что ли… Не видишь, куда ступаешь…

– Тихо… – прошептал Рукавишников. – Кто-то навстречу идёт… Торопится…

– Я – «Рюкзак»… На меня выходит… – тоже шёпотом сообщил капитан Сидоренков, готовя сапёрную лопатку. – По шагам слышу…

– Только живьём брать… – категоричным тоном заявил «Таганай». – «Рюкзак», ложись и согнись… «Пушкин» – твой захват…

– Понял, сработаю… – отозвался Лукоморьев.

– «Калач», мы с тобой страхуем его отход. По полукругу, быстрее вперёд…

– Уже пошёл… – отозвался старший лейтенант Прокрустов.

Такие мелочи, как захват противника, в группе были отработаны в разных вариантах, и все предварительные действия выполнялись почти автоматически. Капитан Сидоренков залёг прямо на предполагаемом пути неизвестного, причём даже автомат в сторону отложил, словно свою безоружность показывая, подогнул к животу колени и руки туда же спрятал, показывая, что он – лёгкая добыча. Всё так и получилось. Человек торопился, быстрым шагом, хотя и пригнувшись, шёл через кусты и заметил Сидоренкова, не подающего признаков жизни, метров с четырёх. Не остановился, но темп движения резко сбросил. А ещё через метр стал просто подкрадываться. Капитан чуть слышно простонал. Человек сначала остановился, замер, потом резко скаканул к автомату. Тут же со стороны вдруг выпрыгнул, откуда ни возьмись, старший лейтенант Лукоморьев и одним ударом в горло уложил человека.

– Я – «Пушкин»… Дело сделано… Принимайте товар…

Капитан Рукавишников со старшим лейтенантом Прокрустовым моментально оказались рядом. Сел, почёсывая живот, и капитан Сидоренков. Он ещё и встать, и автомат подобрать не успел, как пленник был связан и рот ему заткнули кляпом, сделанным из рукава его же рубахи. А когда отрывали рукав, из руки вывалился мобильник. Рукавишников поднял трубку. Стал нажимать кнопки, проверяя звонки.

– Так и есть… Курьер отправился к кому-то… Звонок был меньше пяти минут назад… А номерок-то, кажется, московский… По крайней мере семизначный… У нас семизначные номера в каких городах? Пять-шесть городов, не больше… От силы в десяти… Ладно… Разговаривали… Так… Матерь вашу… Не здесь… Трубка незнакомая…

– Дай-ка я, неумеха… – протянул руку старший лейтенант Лукоморьев.

– Ах, вот… Нашёл… – капитан трофеем делиться не пожелал. – Разговаривали двадцать одну секунду… Что можно сказать за двадцать одну секунду? За двадцать одну секунду можно только сказать, что кого-то нет на месте… Поинтересоваться, кто звонит… И побежать с трубкой, чтобы выполнить приказ… Если трубка в руке, значит, этот чудик, мать его, бежал трубку отдать… Чтобы кто-то кому-то срочно позвонил…

С земли раздался стон.

– Пострадавший от неосторожного общения с чужим кулаком пришёл в себя… – заметил капитан Сидоренков.

Стон повторился. Это был не столько стон от боли, сколько от дискомфорта. Старший лейтенант Лукоморьев нанёс удар в горло. Даже просто, без кляпа, после такого удара дышать бывает тяжело… А уж с кляпом пострадавшему вообще кажется, что он задыхается. И все в этом случае забывают, что дышать можно прекрасно и одним носом, и зачем-то пытаются кляп разжевать.

Капитан Рукавишников наклонился над пленником, и отточенной до остроты бритвы малой сапёрной лопаткой почесал пленнику нос. Острая грань заточки блеснула перед глазами, предупреждая, что с несговорчивым человеком может случиться нехорошее.

– Ну что, бежал ты, олимпийский, мать твою, чемпион, куда? Будем говорить?

Пленник опять что-то промычал. Похоже, сильно возмутился тем, что его олимпийским чемпионом обозвали.

Чтобы слова казались более убедительными, капитан Сидоренков своей не менее острой лопаткой почесал пленнику горло. Мычание резко прекратилось, потому что при мычании горло слегка шевелилось, и острота лопатки чувствовалась.

– Так будем говорить-то, старина?… – опять спросил Рукавишников.

– Не пойму я, кто из вас глупее… – пожал плечами старший лейтенант Лукоморьев. – Как и что он тебе с кляпом во рту скажет… Дай ему возможность разжевать собственный рукав, потом дай водой запить то, что он проглотит, и только тогда он тебе ответит…

Пленник понял речь старшего лейтенанта и посмотрел на него, своего обидчика, почти с благодарной нежностью.

– Пусть учится глазами отвечать… Понял? Глазами… Если «да», то моргать надо…

Две лопатки так и продолжали почёсывать пленника. Ещё немного, и ему это могло бы уже понравиться, потому что жизнь в землянке или в бункере у любого может вызвать неудержимую страсть к почёсыванию.

– Так что, отвечать будешь?

Испуганные глаза в знак согласия мигнули.

– Если попробует кричать, руби ему, мать его, горло… – приказал Рукавишников Сидоренкову, и тот послушно поднял лопатку. А Рукавишников начал осторожно, чтобы слюнями не испачкаться, вытаскивать изо рта пленника кляп…

ГЛАВА ТРЕТЬЯ
1

Под самой стеной дома разорвалась граната. Судя по звуку, РГД-5. Осколки прошелестели по стене и оборвали листву на кустах. Так получилось, что после взрыва никто не стрелял, и резкий шелест осколков был слышен. У РГД-5 осколки лёгкие, далеко не разлетаются и стены не проламывают. Больше звуком пугают. Ну и, кто рядом окажется, удовольствия тоже не испытает… Но рядом, не укрытые стенами, могли оказаться только боевики.

– Умники… – усмехнулся капитан Трегубенков. – Гранаты бросают… Самих же осколками покрошит… Ф-1, что ли, за окно уронить?

У гранаты Ф-1 убойная сила основательнее. Там корпус разрывается. И каждый такой осколок способен человеку голову снести.

– Рано ещё… Пусть постреляют… – распорядился майор Голованов. – Дом крепкий, стены толстые… Они и без того, похоже, уставать начали… И потери у них есть…

Со стороны сада раздался ещё один взрыв. Слышно было, как осколки звучно ударили в стену, кроша кирпичную кладку.

– Опять потери… – вздохнул майор. – «Растяжка» сработала… «Каблук» выставлял… Вот теперь уже Ф-1…

И тут же мощная взрывная сила ударила в мешки с мукой, выставленные в окне старшим прапорщиком Киршиным. Хорошо, сам Киршин в этот момент отошёл от амбразуры и пулемёт отнёс. Иначе ему основательно досталось бы тяжёлыми отлетевшими мешками. По крайней мере, от муки пришлось бы отчищаться долго.

– РПГ-7… – прокомментировал выстрел Голованов. – «Мухи» у них уже кончились…

В ответ прозвучал ещё один созвучный выстрел. Это сверху, с чердака, ответил тем же оружием старший лейтенант Бахвалов.

– «Славич», как успехи? – спросил майор.

– Накрыл вместе с гранатомётом… РПГ у них тоже кончился… Не люблю, когда мне работать мешают…

– Мешки… – попросил старший прапорщик Киршин. – «Славич», подстрахуй нас… Дай окно залепить… А то из «подствольников» шмалять начнут…

Запасные мешки лежали в стороне. На восстановление бойницы ушло чуть больше минуты. За это время с чердака раздались три короткие автоматные очереди.

– Я их только попугал… – доложил старший лейтенант. – Мог бы одного положить, да пожалел. Мало их осталось…

– Всё… Отстреливаться только в землю… – требовательным тоном поставил задачу Голованов. – Надо время тянуть… «Таганай» работает…

– «Таганай», «Таганай», слышишь меня? – спросил в микрофон капитан Трегубенков.

«Таганай» не отзывался…

– Плохо жить на этом свете без связи… – вздохнул майор Голованов…

* * *

– Ну, так говори нам, олимпийский, мать твою, чемпион… Куда путь, дурак, держал?

Лопатка в руках капитана поигрывала, как дубинка в руках милиционера, словно в дело просилась. И это производило впечатление.

– Эмира найти велели… – прохрипел пленник больным голосом.

– Кто велел?

Думал пленник долго, но всё же ответил:

– Щипач… Расул Магометов…

– А сам он где?

– С раненым сидит. Он сам ранен…

– А ты?

– А я повар… Я только повар… Я не воюю… Я только кормлю… Не убивайте меня… – взгляд с одной лопатки перебегал на другую. Но лопатки пока не опускались, продолжая угрожающе покачиваться в воздухе.

– Кто ещё с ними?

– Никого… Только двое…

– И что тебе Щипач велел сделать?

– Расулу кто-то позвонил… Расул меня послал к эмиру Нариману… Чтобы Нариман с этим человеком поговорил…

– Нариман Омарасхабов?

– Да… Он… Не убивайте меня… Я ни в кого не стрелял… Я только повар… Эмир велел в блиндаже сидеть и варить на всех… Я варил… Я повар… У меня даже оружия нет…

– Где блиндаж?

– Там… – глаза показывали куда-то за затылок.

– Подходы заминированы?

– Нет… Только внутри заминировано… Под порогом… На порог наступать нельзя… И на первую ступеньку…

– Веди нас…

– Меня эмир убьёт…

– Твоего эмира уже убили… Веди…

Пленник сначала прислушался к стихающей в селе стрельбе, но он, видимо, в самом деле был только повар и не умел читать ход боя по выстрелам, и потому вполне мог подумать, что с ослаблением активности бой подходит к завершению. Завершение могло быть в одну или в другую пользу. Но если даже здесь, в стороне от боя появились спецназовцы, значит, исход можно предсказать. И повар попытался встать, показывая свою готовность идти. Ему быстро сунули в рот кляп, чтобы не вовремя не пожелал издать предупреждающий сигнал, и развязали ноги. Однако конец верёвки, закрепленной на одной ноге, остался в руках капитана Рукавишникова.

– Веди, олимпийский, мать твою, чемпион… И не вприпрыжку, не козли… Чтобы тихо себя вёл… Иначе…

Лопатка покачалась в воздухе, готовая начать стремительное и опасное движение…

* * *

В атаку на здание никто не шёл. Намечалась обычная в подобных ситуациях позиционная война. Взять такие дома без потерь удаётся редко, а людских резервов банда, по сути дела, никаких не имела, и потому потеря каждого человека была для неё чувствительна.

Практика показывала, что захват кирпичных зданий может произойти только тогда, когда будут «погашены» все огневые точки противника. А погасить их можно только из орудий, к примеру, танковой пушкой. Конечно, можно и гранатомётом воспользоваться. Но РПГ-7 у бандитов не осталось, «Мухи» тоже кончились. Остались только подствольные гранатомёты с их неважной прицельной способностью. И простые автоматные очереди. Вдруг, да не успеет кто-то от пули спрятаться. Поэтому боевики заняли дистанцию и лениво постреливали. Спецназовцы же вообще не отвечали. Это создавало обманчивое впечатление, что у них кончаются патроны. В такой ситуации боевикам было просто стыдно бросать начатое дело. Но и идти на откровенный штурм, пытаться дверь выбить и в здание проникнуть они не решались, хотя металлическая дверь едва-едва держалась после нескольких, следующих один за другим выстрелов из «подствольника». Но все знали, что стоит какой-то группе оказаться у двери или у стены, как откуда-нибудь вылетит граната и накроет всю группу.

– «Славич», – попросил майор Голованов. – Тебе сверху проще… Попытайся вызвать «Таганая». Отсюда его точно не достать…

– «Таганай»… «Таганай»… – сразу начал вызывать старший лейтенант Бахвалов. – «Таганай», как слышишь? «Таганай»… Не слышит, командир…

– Он со склона спустился… И сейчас ниже нас по уровню… – подсказал капитан Трегубенков.

– А что у него за позывной такой странный? – спросил из подвала старший лейтенант Сапожников. – Что значит Таганай?

– Капитан родом из Златоуста. Там под городом гора такая есть… Чем-то знаменитая… Местная достопримечательность… – объяснил Голованов и посмотрел в щель за окном. – Не надумали бы наши друзья отступить… Могут «Таганаю» помешать…

– Не-а… Не отступят… – с первого этажа возразил старший лейтенант Луковкин. – Их местные женщины попросили. Жёны и матери… Перед ними стыдно будет… Не отступят, если к нам подмога не подойдёт…

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Поделиться ссылкой на выделенное