Сергей Самаров.

Кодекс разведчика

(страница 5 из 22)

скачать книгу бесплатно

– Было такое ограбление, – подтвердил я, чтобы быть объективным. – Откуда возвращалась Людмила Анатольевна?

– Об этом вам лучше спросить у нее на службе… Я не в курсе…

– Хорошо, продолжайте…

– При этом она узнала одного из людей, стоящих рядом с фурой, – это был человек из соседнего подъезда, но живущий через стенку – балконы у них рядом. Некто Брызгалов Владимир Саввович… Узнал я, что сразу после взрыва Владимир Саввович вместе со своим товарищем, подполковником милиции, выехал то ли на охоту, то ли на рыбалку, а в действительности в свой недостроенный особнячок в поселке Полетаево-3. И я, выяснив у жены Брызгалова, где их дом находится, поехал туда…

– По крайней мере жена Брызгалова жива осталась? – спросил я.

– Когда я уезжал, была жива… – Русинов, кажется, не замечал моих неприязни и недоверия. – В недостроенном особнячке я производил обыск, надеясь найти что-то интересное для собственного следствия, когда из комнаты вывалился еле живой с похмелья подполковник милиции и начал стрелять в меня…

– Сколько выстрелов он произвел? – попросил я уточнить.

– Три. Я ответил только одним и прострелил ему плечо… Это несмертельно… Хотя мог бы просто расстрелять его…

Я возмущенно хмыкнул… Русинов этого словно и не заметил и продолжил рассказ:

– В последней из комнат второго этажа в ящике письменного стола я обнаружил несколько поддельных, хотя, может быть, и настоящих, не буду настаивать, синих милицейских автомобильных номеров. В одной из комнат подвала на полке нашел рожок от автомата «АК-47», полный патронов. Да еще несколько ящиков водки на втором этаже…

– Как раз «долбанули» фуру с «паленой» водкой… – заметил Кирпич. – Я слышал об этом…

– С мобильника раненого подполковника милиции, – продолжил Иван Сергеевич, – я позвонил Максиму Юрьевичу Шторму, старшему следователю по особо важным делам областной прокуратуры. Он меня допрашивал накануне…

– Козел он… – заметил Кирпич. – Я так слышал…

– И пригласил его приехать в особняк с нарядом ментов… Револьвер «манурин», из которого подполковник стрелял в меня, я оставил за дверью в прихожей. Следака предупредил об этом… Вот и все в принципе…

– Все? – переспросил я настойчиво.

– Ну, еще могу добавить, что менты не поторопились. Их я встретил только на въезде в город… По крайней мере час прошел после моего звонка. Могли бы и оперативность проявить… Еще при выезде на шоссе я встретил темно-серую «Волгу», которая готовилась повернуть в сторону Полетаева-3…

Он развел руками, показывая, что больше не имеет сообщений. Я встал, чтобы выглядеть более серьезным докладчиком.

– А теперь я изложу свое видение ситуации. Вернее, не ситуации, а того, что я сам видел. И начну с того, что нам позвонил старший следователь Шторм и экстренно направил группу в Полетаево-3. Сразу не выехали потому, что все в разгоне были… Искали товарища подполковника по городу… И дом в поселке нашли не сразу… Позже нам по рации сообщили более точные координаты… Но когда нашли, подполковник милиции Фархутдинов лежал на лестнице с пулей в голове… Там его пристрелили.

А до этого он полз из коридора, где получил первую пулю в верхнюю часть груди, и оставлял за собой кровавый след. Никаких поддельных милицейских номеров, никакого рожка от автомата мы не нашли. В закрытых комнатах подвала оказались строительные материалы и инструменты. Но и этого мало… Когда мы вернулись в город, я узнал, что рядом с этим местом, буквально в километре от поворота с шоссе в сторону Полетаева-3, рядом с дорогой сотрудниками ГИБДД найден труп мужчины. Мужчина убит выстрелом в голову. При убитом были документы на имя Владимира Саввовича Брызгалова – паспорт и водительское удостоверение, но машина обнаружена не была, хотя из дома он уехал на своей машине… Что вы на это скажете, товарищ подполковник?

Русинов выглядел сосредоточенным. И не отвечал.

Мне пришлось повторить вопрос:

– Товарищ подполковник, что скажете на это?

– Минутку… – Он даже глаза закрыл, о чем-то думая. Потом открыл и головой помотал: – Нет… Я пытался вспомнить номер той «Волги»… Нет, не сумел… Метод «реконструкции»[4]4
  Метод «реконструкции» – когда человек видит что-то мельком и не обращает на это внимания, память событие все равно фиксирует, и, реконструируя его в состоянии самогипноза, возможным бывает вспомнить то, что никогда не запоминал. Обучение методу «реконструкции» ведется с помощью неглубокого гипноза, и овладеть этой ценной для каждого разведчика способностью может далеко не каждый человек. Помимо гипнабельности требуется обладать еще множеством личных черт индивидуальной психики, чтобы добиться результата. Владение методом «реконструкции» считается редким явлением. Тем не менее обучение методу проходят большинство офицеров разведок мира.


[Закрыть]
… Вот что, капитан… – голос его прозвучал твердо и жестко. – Вас пригласили не для того, чтобы вы выдвигали против меня абсурдные обвинения, а для помощи. Поэтому рекомендую вам оставить свой тон и разговаривать нормально. Иначе у нас не получится сотрудничества, и я не вижу необходимости в продолжении нашего разговора…

Я снова сел в кресло. Здесь он прав. Даже если Иван Сергеевич трижды убил всех троих, моя обязанность в данной ситуации – вытащить его из трудного положения, а отнюдь не задерживать его. А если я попытаюсь выполнить свой ментовский долг, то буду скорее всего четвертой жертвой. Пусть и не самого подполковника, но буду непременно, поскольку я работаю на ГРУ, и это уже навсегда, и это уже козырь, который не может быть побит никакой другой картой… Козырный туз… Кроме того, будь Русинов в самом деле этим убийцей, он сказал бы это. Тогда бы я просто выполнял роль прикрытия, и все… А он хочет вести следствие… Значит, мне придется помогать и в этом…

– Извините, товарищ подполковник, – сказал я, полностью взяв себя в руки. – Это последствия трудной бессонной ночи и стресса, вызванного встречей с вами в то время, когда я думал о том, где и как вас можно искать…

– Вы офицер СОБРа, – сказал молчавший до этого полковник Огнев. Мы с ним встречались и раньше, но близко знакомы не были. – Не ваша обязанность вести розыск…

– Я командую группой захвата. Лучшей, кстати, группой в городском СОБРе… А в настоящее время исполняю обязанности командира городского СОБРа. И мне приходится постоянно контактировать со следствием. В этом случае невольно сам становишься отчасти следаком… Еще раз извините…

Я постарался сгладить натянутую ситуацию.

– Когда я выезжал на шоссе, – как ни в чем не бывало, совершенно прежним тоном продолжил Русинов, – на дорогу к Полетаеву-3, как я уже сказал, сворачивала светло-серая «Волга». Необходимо проверить всех, кто строит в Полетаеве-3 дома, всех, кто уже построил. В такое время суток посторонней машине там делать было нечего… За короткий промежуток времени, прошедший после моего звонка старшему следователю прокуратуры и до появления милиции на стройке, кто-то побывал там еще и пристрелил раненого подполковника, одновременно убрав улики. В закрытых комнатах подвала, я думаю, ничего не было. Чтобы вывезти какой-то большой груз, требуется время. А я рассчитывал, что там хранятся какие-то товары с ограбленных автомобильных фур. Значит, этот след отпадает…

– Да кто ж товар хранить будет… – усмехнулся Кирпич. – Его сразу отправят на реализацию. На своих машинах и со своими накладными… Я слышал, так обычно бывает…

Кирпич дело знает… Если он что-то «слышал», этому можно верить…

– Вероятно, это так… – согласился Русинов. – Еще… Через два дома… заселенный дом… Там всю ночь какая-то гулянка была… Может, оттуда что-то видели или слышали…

– Кстати, когда приехал старший следователь Шторм, он жаловался, что чуть не столкнулся со встречной «Волгой», – сказал я.

– Вероятно предположить, – вставил свое слово Ким Валерьевич, – что это и был убийца и направлялся он не куда-нибудь, а на встречу с Брызгаловым… Чтобы и того убить…

– Что касается гулянки неподалеку, мы туда заглядывали… Перепившиеся сосунки… Сыночки и дочки, которых родители не ищут… Отрывались… Четверых отправили на экспертизу в наркологический диспансер… Там ничего не видели и ничего не слышали…

– Можно ли будет посмотреть материалы дела? – поинтересовался Русинов.

– Трудно, но я попробую… – пообещал я. – А сейчас мне пора… Оперативка…

– Запоминай номер спутниковой трубки товарища подполковника… – Ким Валерьевич продиктовал мне номер. – Общаться с ним только по этому номеру…

– Я запомнил. На телефонные номера у меня память хорошая…


ИВАН СЕРГЕЕВИЧ РУСИНОВ,

подполковник в отставке

Капитан собрался уходить, пообещав позвонить мне уже после оперативки», если ему будут известны какие-то новые сведения из дела. А они, скорее всего, как он пообещал, ему будут известны, «поскольку» оперативка никак не сможет обойти такое шумное расследование стороной. Если же сведений не будет, он и звонить не будет…

– Постарайтесь все-таки добыть мне копию материалов дела, – напутствовал я его на дорогу. – В первую очередь, меня интересуют данные баллистической и трассологической экспертиз по пулям, которыми убиты подполковник Фархутдинов и Брызгалов… Что за пули, из какого оружия выпущены, числится ли что-то еще за этим оружием… Это, возможно, будет тем следом, по которому нам предстоит идти, поскольку возможность разрабатывать Брызгалова мы уже потеряли…

– Я постараюсь. Но сегодня это едва ли удастся… У меня просто нет причины, чтобы попросить дело для прочтения. Это может показаться подозрительным, а у нас служба внутренней безопасности очень активно работает…

– Как сможете… – согласился я. – На неприятность лучше не нарываться…

Хотя капитан недавно и лез на меня, как на танк с шашкой, он мне, в общем-то, понравился. Наверное, с ним можно работать. Еще бы гибкости парню немного, тогда совсем бы стал ценным сотрудником…

Ким Валерьевич закрыл дверь. Теперь центром внимания стал Георгий Шамотов, которому имя Георгий нравится больше, чем кличка Кирпич. Это, однако, вовсе не значит, что ему не нравится собственная физиономия кирпичного цвета.

– Георгий, – спросил я, – вам задание собственное, как вы понимаете…

– Это даже я понимаю… – ответил он и пересел в кресло, в котором только что сидел капитан Тропилин. Там ему вольготнее располагаться. И ногу на ногу, как капитан, забросил. Только капитан делал это от злости, а Кирпич от беспечно-привычного расслабления, обычно призванного демонстрировать наглость.

Но глаза у него совсем не такие глупые, как манера поведения. Однако манера поведения часто диктуется окружением. И в один миг научиться вести себя по-другому так же трудно, как, скажем, собаке, которую травят, перестать лаять.

– Он у нас сообразительный, – поддакнул и Ким Валерьевич. – Могу поспорить, что он уже и про задание все знает…

– Слышал я, что фуры раз в неделю грабят… – улыбнулся Кирпич, показывая, что и задание он понимает.

– Сказать что-то по этому поводу можешь? – поинтересовался полковник Огнев.

– Могу… Это не «уголовка»… По крайней мере не наши… Кто-то из «залетных»… Каждый раз знают, что везут, знают, где реализовать… И все чисто… Я бы на «черных» подумал… Не на всех, а конкретно на чечен…

– Почему? – не понял я.

– Наглость… Наши так не наглеют… И вообще… Слышал я…

Виктор Николаевич головой покачал.

– Те, кого видели, были без масок – лица славянской внешности…

– Я тоже так слышал… – подтвердил Кирпич. – А зачем тогда другим маски? И почему другие вообще на деле между собой не разговаривают? Глухонемые?

– Попробуй узнать, – попросил Ким Валерьевич.

– Попробую… Только не уверен, что получится…

– Что так? – спросил я.

– Они машину наших ребят тормознули. Их уже ищут… Пока без толку…

– Хорошо, – согласился я. – Как только будет толк, сообщи…

– Телефон тот же… – сказал куратор. – Слышал, я Ярославу говорил?

– Слышал, только я забуду… Говорите, я в «мобилу» занесу… – Он достал трубку мобильника и стал под диктовку Кима Валерьевича вносить номер в «записную книжку».

Мне показалось, что Кирпич очень хочет показаться дурачком…

Умное, кстати говоря, решение. Такое желание только в его пользу говорит. Сработаемся!..

* * *

– Это первая помощь, которую я смог вам предложить… – сказал Ким Валерьевич, когда закрыл дверь за Кирпичом и вернулся в комнату. – Теперь помощь другого вида… Сначала – эта трубка… Спутниковый телефон, хорошая модель, одна из последних… Номер свой вы слышали, мой номер и номер полковника Огнева вы знаете… Прошу учесть, что трубка на контроле прослушивания. Если будет подключение, разговор сразу будет прерван, и вам сообщат причину и место, откуда осуществлялся контроль. Теперь следующий шаг…

Он ушел в соседнюю комнату и вернулся с цифровым фотоаппаратом.

– Сидите, пожалуйста, прямо… Документы вам сделают часа за два-три… Паспорт и водительское удостоверение, и лицензию на право ношения оружия. Только фотографии нужны разные. Вот так… Так…

Фотокамера тихо щелкала.

– Теперь переоденьте рубашку… Или… Виктор Николаевич, ваш спортивный костюм Ивану Сергеевичу подойдет… Уступите на пару минут… Только курточку… И прическу, что ли, измените… Можно, кстати, и щеки чуть-чуть надуть, чтобы полнее выглядеть… Могли же вы когда-то слегка поправиться…

Я быстро переоделся, потом усердно растрепал волосы. Они у меня короткие и потому прическу изменить трудно. Но щеки надуть я все-таки вполне сумел. Ким Валерьевич остался доволен. Фотокамера снова защелкала.

– Все. Теперь придется немного подождать… Я отправлю фотографии по электронной почте, их обработают, и курьер принесет мне документы в запечатанном конверте. Вы, кстати, можете пока выспаться после сегодняшней трудной ночи… – Он показал мне на дверь в третью комнату. – Когда услышите голоса, лучше не выходить. Не надо, чтобы вас у меня видели посторонние. А мы с Виктором Николаевичем пока обдумаем некоторые страхующие мероприятия.

Куратор удалился в другую комнату, и через распахнутую дверь я успел увидеть компьютер и еще какую-то оргтехнику, расставленную на двух письменных столах. Посмотрел на полковника Огнева.

– Отдыхай… – кивнул Виктор Николаевич. – Мы здесь, будь спокоен…

Говоря честно, я еще не настолько устал, чтобы мне непременно требовался отдых. Просто я начал входить в боевой режим, а боевой режим требует немалых энергозатрат, при минимальном пополнении сил. В общем-то, состояние, от которого я на пенсии не успел еще полностью отвыкнуть, вернулось без чрезмерной натуги. Но опыт прошлого одновременно говорил, что необходимо бывает запастись силами заранее, потому что никогда не знаешь, что может случиться вскоре. И я послушно ушел в маленькую комнату, где нашел диван, на котором вполне сумел поместиться. И даже подушка оказалась как раз той самой жесткости, что требуется мне для полноценного сна…

* * *

Уснул я, как обычно и бывало, просто по собственному приказу. Тренированный организм легко вошел в режим. Спал, кажется, без снов, но настороженно, потому что подсознание хорошо знало: неугомонный ментовский нрав всегда яростно проявляется, когда в качестве жертвы представлен человек ихнего племени. Это в отличие от того случая, когда жертвой становится человек без ментовских погон… Естественно, сразу проснулся от звонка в дверь, словно мне требовалось выйти самому и дверь открыть.

Тихие голоса едва доносились, и разговор разобрать было нельзя. Потом входная дверь громко щелкнула замком, а еще через тридцать секунд приоткрылась дверь в комнату. Ким Валерьевич поймал мой взгляд.

– Проснулись? Ну и отлично, я так и думал, что вы проснетесь… Документы принесли… Мы ждем вас…

Они с полковником не торопились и дали мне время даже на то, чтобы умыться. Умывшись и вполне придя в сознание, я посмотрел документы. Неновые, сделаны аккуратно, подкопаться не к чему. Единственно, что мне не понравилось, – марка оружия, вписанного в лицензию. Пистолет «ПСМ», калибра 5,45. Это почти игрушечное оружие никогда мне не нравилось, хотя оно вполне подходит для скрытного ношения и при стрельбе издает довольно слабый звук, который и за выстрел-то принять сложно. Иногда такое тоже может сгодиться. Тем не менее рука офицера спецназа более привычна к тяжелому и надежному «стечкину». Но «стечкин» с его массивной деревянной кобурой гражданскому человеку не полагается, как и другое автоматическое оружие. Придется удовлетвориться тем, что дают.

– У вас же еще пистолет есть? – напомнил Ким Валерьевич.

– Да. Я его в тайнике пока спрятал…

– Придется, от греха подальше, сдать…

– Занесу… – согласился я, умолчав, что пистолетов у меня два.

– Ко мне приносить не надо. Передадите Виктору Николаевичу…

Куратор ушел в комнату с оргтехникой, вынес оттуда две связки ключей и пачку долларов в банковской упаковке.

– Деньги поменяете сами. Здесь десять тысяч. Это не казенные, это мои личные. Вернете, когда сможете… Ключи от машины… – протянул он первую связку. – Старенький «Фольксваген Гольф». Но бегает отлично… Двигатель с турбонаддувом… Ключи от квартиры, где вы зарегистрированы официально с прошлой недели… Это служебная квартира… Постарайтесь сохранить ее в том виде, в котором найдете… Оргтехника в вашем распоряжении, но если чем-то пользоваться не умеете, лучше не ломать…

Он посмотрел на полковника Огнева.

– С легализацией, кажется, все… Перейдем к рабочему вопросу… Вы составляли какой-то план мероприятий по поиску дорожной банды?

Я только плечами пожал.

– Я просто имел слишком мало фактов, чтобы составить такой план. Мне необходимо сначала провести предварительный поиск, чем я и планировал сразу заняться…

– И с чего вы свой поиск хотите начать? – настаивал он.

Мысль мне в голову пришла сразу.

– С людей, которые будут хоронить господина Брызгалова… Надеюсь посмотреть и за похоронами подполковника Фархутдинова, но издалека… Вдруг да одни и те же люди «засветятся»… Это будет уже вариант. Но до похорон кто-то будет еще и о самих похоронах хлопотать… И их хочу проконтролировать… Но это только завтра. Сегодня оба тела в судебно-медицинской экспертизе. Там менты один за другим приходят. Мне там лучше не «светиться»…

Ким Валерьевич переглянулся с полковником Огневым.

– Что же, может быть, вам какую-то мысль подаст капитан Тропилин. Оперативка у них, надо полагать, уже закончилась, и он вскоре может позвонить. А пока полковник Огнев отвезет вас сначала в квартиру, чтобы хотя бы знали, где вы уже с прошлой недели живете, потом в гараж и представит вас вашей машине… А я вынужден с вами попрощаться… Лично ко мне не обращайтесь, поскольку, мне иногда кажется, я тоже под присмотром… Разве что по телефону… Мой номер тоже под контролем ГРУ, поэтому говорить можно свободно. Все остальные вопросы через полковника Огнева… Что-то экстренное понадобится или что-то произойдет, я сам вам сразу же позвоню…

* * *

– Как тебе понравился наш куратор?

Виктор Николаевич, к моему неудовольствию, теперь уже сам сел за руль своей машины, и чувствовалось, что он получает наслаждение от вождения – соскучился по родному рулю. Тем не менее голос его звучал не слишком радостно.

– Мне он не сильно понравился… – Я попытался ответить откровенно, но в то же время осторожно, поскольку именно куратору я уже многим обязан.

– Чем? Извини за вопрос… Тебя что-то смутило?

Полковник притормозил, чтобы посмотреть мне в глаза и не наехать на идущую впереди машину. Я взгляд не отвел, и мы, кажется, поняли друг друга. Пусть куратор считает Виктора Николаевича своим подопечным, следовательно, в какой-то мере и единомышленником, а я, по мнению Кима Валерьевича, – чужак здесь. Но он не учитывает, что мы с полковником оба, в отличие от него, спецназовцы, а это значит много. И мы всегда будем поддерживать друг друга.

– Понимаешь, я никогда такой заботы о своей персоне не испытывал… Даже во время службы… – сознался я. – И полагаю, что забота эта неспроста…

– Мне тоже так показалось… – полковник даже расслабился и заговорил своим обычным тоном. – Мне он тоже, кажется, не слишком доверяет, и на мой прямой вопрос ответил готовой «прикрышкой», которую ему даже искать не надо было… Кирпич, если ты помнишь, «слышал», что с машинами на дорогах работают чеченцы… Я тоже такое слышал. Поговаривают, что это те боевики, что сдались по амнистии и не смогли устроиться в мирной жизни… Их сейчас по России разбросало целыми бандами. И идет неофициальная война, которую власти стараются не замечать… Наш спецназ якобы видит это продолжением чеченской войны…

– И из-за этого проявлять обо мне такую заботу? Извини, не верится… Не стоит игра свеч… С чеченцами могли бы справиться и без меня…

– Я того же мнения…

– Тогда что ему от меня надо?

– Будем выяснять… Я по своим каналам, ты по своим… Но не говори об этих вещах по спутниковому телефону. С новыми документами ты вполне можешь купить себе простой мобильник…

– Тогда останови вон на том углу… Я последую твоему совету…

Салон мобильной связи видно было издалека. Там же, кстати, и пункт обмена валюты…

ГЛАВА 4

МАКСИМ ЮРЬЕВИЧ ШТОРМ,

старший следователь по особо важным делам

Прокурор области вызвал меня за полчаса до начала рабочего дня, что само по себе не совсем привычно. Правда, я уже был в своем кабинете, куда вернулся из поездки в Полетаево-3 сразу, чтобы не иметь дома неприятный разговор с женой, начатый, продолженный, но не оконченный, а только отложенный из-за срочного моего отъезда, не давшего ей возможности подобрать нужные слова вовремя, и ни по какой иной причине. Она никак не угомонится, хотя я твердо обещал, что со Светланкой я больше дела не имею и никогда больше к ней не зайду…

Прокурор позвонил мне сам. Наверное, дежурный доложил ему, что я сегодня самая ранняя птичка, и он решил выяснить, что нового в поиске беглого спецназовца. Если я появился в такую пору, это уже говорит о моем старании не перевестись через неделю на должность деревенского прокурора, как мне было уже конкретно обещано.

Поднявшись на начальственный этаж, я миновал пустую еще приемную, постучал в дверь и вошел, не дожидаясь приглашения. Так у нас принято было. Игорь Степанович стоял к двери спиной перед раскрытым сейфом.

– Доброе утро… – вяло сказал я, стараясь улыбаться предельно сонно.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

Поделиться ссылкой на выделенное