Сергей Палий.

Чужой огонь

(страница 2 из 28)

скачать книгу бесплатно

– Правильно! Умничка! Окисление – один из видов химического процесса защиты. А здесь – физический! Слабое магнитное поле заставляет «налипнуть» ферросодержащие кусочки грунта на поверхность столбов. Они сами себя упаковывают в пыленепроницаемый чехол, понимаешь?

«Елки-моталки… – донеслось из наушников. И спустя секунду Демиденко привычным твердым голосом ввинтил: – Володя, не лихачь!»

– Да не лихачу я, полковник! Я на старость зарабатываю!

– Постой, – через некоторое время сказал Повх. – А откуда у них магнитное поле?

– Кто ж его знает? – хмыкнул Локтев, поднимая из пыли трубку спектрографа и подключая ее к анализатору. – Значит, где-то есть источник. Давай потыкаем пальцем в телеса…

– Потычем, – машинально поправил Повх, помогая настроить аппаратуру.

– Биологией, биологией занимайся! – задорно откликнулся Локтев. Развернулся и погрозил пальцем колонне: – Так, сейчас мы тебя прощупаем…

Он направил трубку на столб. Подержал ее неподвижно несколько секунд и повернулся к Повху:

– Есть?

– У гум…

– Ну? Что там в нутрях? Не тяни!

– Там… – Повх уставился на монитор, вмонтированный в коробку анализатора. – Белиберда какая-то. Сам глянь.

Локтев осторожно присел и повернул монитор к себе.

– Очень интересненько… Это у нас, судя по характеристикам и спектру… ванадий? – Он коротко взглянул на биолога и выломил брови, будто убежденный алхимик, которому вдруг сообщили, что Земля круглая. – А это?

– Похоже на титан и алюминий. И еще… скандий? А на хрена скандий-то?

– На всякий случай… – рассеянно ответил Локтев и встал. – Пойдем попробуем другую просветить.

Они перетащили спектрограф на пару десятков метров, оказавшись тем самым почти в центре воображаемого квадрата, по углам которого возвышались столбы. Вторичный замер дал схожий результат.

«Ну? Вы там еще ничего не сломали, магелланы?» – сердито поинтересовался Демиденко.

– Можете готовить шампанское, товарищ полковник… кажется… – чуть картавя, ответил Повх.

Локтев подошел к одной из колонн, изображая экскурсовода в музее:

– Уважаемые жители и гости Марса! За ограждения не заходить, экспонаты руками не трогать, детей держать рядом с собой… Взгляните на это сооружение! Да-да, я не оговорился, это именно сооружение, а не прихоть природы! Внутри эти колонны состоят из высокотехнологичного сплава, включающего в себя скандий, титан и ванадий. Три металла, которые стоят рядом в таблице Менделеева, отличаясь друг от друга единственным электроном. Сплав очень легок, прочен и стоек химически. Также он огнеупорен, не подвержен коррозии и влиянию низких температур. К тому же эти стержни являются сверхпроводниками. Более того, внутри них находится неисследованный источник магнитного поля, который служит первым звеном дополнительного механизма защиты. Из всего вышесказанного следует только одно. Как вы думаете, что именно?… Конечно! Умница, мальчик! Эти колонны построены древней цивилизацией с тем расчетом, чтобы они смогли простоять тысячи – а может быть, и сотни тысяч – лет.

Чтобы их обнаружили мы – соседи с голубой планеты Земля. Остается лишь один вопрос – для чего?

Никто не перебивал это псевдонаучное паясничанье. Просто оно оказалось как нельзя кстати.

«Так, всё, – скомандовал Демиденко, когда Локтев закончил. – Через час – сеанс связи с „Конкистадором“, чтобы к этому времени были на базе! Приказ ясен?»

– Так точно. – Локтев отдал честь. Этот жест, исполненный человеком в скафандре, выглядел несколько комично. – Сашка, сфоткай меня, а? Я захватил камеру – вон там возьми, рядом с ящиком.

Повх извлек «Canon», созданный специально для съемки в условиях марсианского климата, и снял крышку с объектива.

– Валяй, – с легкой усмешкой победителя сказал он. – Позируй.

Локтев осторожно облокотился перчаткой на одну из колонн и замер.

– Против солнца, – проворчал биолог, глянув в большой видоискатель через стекло шлема. – Придется вспышкой подсветить…

– Чего?

– Ничего. Да не дергайся ты…

Повх мягко вдавил кнопку спуска. Затвор нежно клацнул…

Локтев не ожидал вспышки.

Он вздрогнул, и рука скользнула по колонне, стирая слой «приклеенных» камешков и пыли. Геофизик сумел устоять на ногах – благо сила тяжести позволяла гораздо больше, чем на Земле. Он испуганно вытаращился на светло-серебристую полосу оголенного металла на боку столба, оставленную его перчаткой.

– Мудила… Говорили же, не трогай руками… – в сердцах прошипел Повх, закрывая объектив.

Что-то грозно гаркнул в наушниках капитан…

Локтев не отреагировал на их ругань. Он затаив дыхание смотрел, как на гладкой матовой поверхности колонны появлялись извилистые прожилки, по контурам которых возникало свечение. Яркое, текущее тонкими, как лезвие бритвы, ручейками. Оно усиливалось с каждым мигом…

Вдруг намагниченные камешки опали. Разом! Со всех четырех колонн.

Повх выронил ящик из рук.

– Включил, тво… о… твою мать… – прошептал он, сглотнув терпкую слюну. – Мы ведь внутри стоим…

– Что включил-то?… – беспомощно спросил Локтев. Умом геофизик понимал: нужно немедленно бежать прочь.

Но неожиданный страх буквально парализовал его. Казалось, что он не может даже пошевелиться – мышцы отказались повиноваться нервным импульсам, молочная кислота в них превратилась в кефирную.

Поверхность всех столбов уже покрылась светящейся вязью.

А через мгновение мир покачнулся.

Повх сдавленно вскрикнул, заваливаясь набок. У Локтева подкосились ноги, и он упал прямо на задницу. Колонны опускались вниз вместе с квадратом, по углам которого они находились…


– Саша, ты здесь?

Из темноты раздалось шуршание.

– Саша?…

Локтев ощупал поверхность, на которой очнулся, – она оказалась ровная, но покрытая слоем каких-то камешков: по всей видимости, часть грунта провалилась вместе с ними.

Локтев сел. Глубоко вздохнул и почувствовал какой-то странный запах – будто в кислородные баллоны добавили йоту слабого раствора аммиака. Он поднес руку к нагрудной панели, чтобы включить фонарь, и… вздрогнул от невероятной догадки. Шуршание… Он услышал этот звук когда позвал Повха!.. Ерунда какая-то! В разреженной атмосфере Марса такое невозможно, согласно законам физики!

– Черт подери!.. – выругался Локтев вполголоса, стукнув себя по шлему. – Приглючилось, что ли… Сашка! Не дури!

Вокруг было темно и тихо. Очень темно и подозрительно тихо. Интересно, сколько он провалялся без сознания? Минут двадцать, наверное…

Локтев постарался сконцентрироваться. Так, что первое? Свет. Он нащупал панель и вдавил ромбовидную кнопку, та поддалась с характерным щелчком. Два встроенных в шлем скафандра фонаря не зажглись. Сердце геофизика заколотилось чаще. Очень, очень плохо – значит, они разбиты или вышли из строя по какой-то другой причине. Спокойно. Попробуем связь.

– Полковник, – громко сказал Локтев. – Вы меня слышите?!

В наушниках отозвалась тишина.

– Полковник Демиденко, как слышно? Прием!

Не было даже помех. Сердце вновь ускорило ритм перекачки крови, в которую брызнул гормон страха.

– Серега! – крикнул Локтев. – Серега! Полкан хренов, ты слышишь меня?!

Эфир молчал.

Очень, очень, очень плохо! Локтев хотел привычным движением провести ладонью по лицу, но наткнулся на стекло шлема… Мерзко выматерился и снова глубоко вздохнул, чувствуя, как подрагивает диафрагма. Ситуёвина, мать ее! Надо скон-цен-три-ро-вать-ся. Спокойно, вдумчиво. Связи нет. Это может означать: первое – неполадки с техникой, второе – они с Повхом находятся в недосягаемости для радиоволн с передатчика «Крестоносца». Если верно последнее, то логично предположить, что они – где-нибудь под грунтом. Черт. Ведь так и есть… Они провалились вместе с погаными колоннами. И для того, чтобы догадаться об этом, вовсе не стоило строить такую цепочку умозаключений…

Стоп, стоп. Стоп!..

Локтев затряс головой. В шлеме делать такие пассы было крайне неудобно, но мозги взбалтывало хорошо. Через десять секунд он успокоился и замер. Вздохнул, опять ощутив странный привкус аммиака в гортани.

Так. Нужно что-то делать…

– Саша! – крикнул Локтев, пытаясь вывести экран с данными внешней телеметрии. – Саша! Майор Повх!

Тихо. Темно. Телеметрия не фурычит, стало быть, электроника скафандра полностью отказала.

Бред.

Во-первых, существует резервная система. Во-вторых, если бы отказали обе, то вырубился бы климат-контроль, и человек бы превратился в эскимо за считанные минуты. Бред сивой кобылы… Хорошо, хоть подача кислорода не зависит от микросхем…

Неподалеку снова послышалось шуршание и какие-то заунывные всхлипы. Локтев вздрогнул и инстинктивно попятился назад, выдавая такие потоки матерщины, что любой зэка-рецидивист позавидовал бы.

«Глюки! Глюки! – отчаянно думал он, нащупывая перчатками пол сзади себя, чтобы не свалиться куда-нибудь. – Не зря аммиачным душком тянет… Но откуда в баллонах аммиак?»

– …твою мать! – услышал он, когда кто-то умелым движением сорвал с его головы шлем.

Локтеву повезло, что легкие скафандры марсианского образца были оснащены специальной механико-гидравлической системой удаления отходов мочеиспускания, чтобы обеспечить комфорт космонавту, если тот длительное время находится на поверхности планеты…

* * *

Повх переломил световой стержень, и тускло-зеленое сияние растеклось по помещению, в которое они провалились.

– Ты ж меня чуть идиотом не сделал… – продолжил причитать Локтев, оглядываясь. – Это ж надо – взять вот так запросто и содрать шлем… Энурезом теперь страдать до старости буду, поди.

– А я быстро понял, что тут атмосфера есть и давление в пределах нормы.

– Вот было бы смешно, если б она из метана была – атмосфера эта… Или фторная.

– А деваться один хрен некуда – вся электроника скафандра отказала начисто. Запаса кислорода в баллонах оставалось минут на двадцать. Ну я и решил… не оттягивать момент.

– Ага, ты решил оттянуть мне нервы.

– Ладно, не бурчи. Выбираться нужно отсюда. Давай-ка посмотрим, что это за гроб… Хорошо хоть «светлячка» с собой догадался захватить на всякий случай.

Повх взял в каждую руку по половинке светового стержня, уже жарившего на всю доступную ему мощность, и начал осторожно обследовать зал. Локтев, постепенно приходя в себя, двинулся за ним.

Помещение было округлой формы с низким сводчатым потолком. Вдоль стен виднелись небольшие выступы в полу. Локтев аккуратно пощупал один из них носком ботинка – ничего. Осмелев, он с силой наступил на бугорок – результат тот же.

Материал, которым была отделана внутренняя зала, по фактуре походил на металлопластик, но, так как анализатор валялся грудой бесполезной электроники, присыпанной песком, достоверно выяснить это не представлялось возможности. Температура была градусов пятнадцать выше нуля, в воздухе слегка попахивало аммиаком. Пресловутые столбы четырьмя монументальными колоннами торчали посреди помещения.

– Может… это типа лифта? – пробормотал Повх, осматривая один из них.

– Поищи, там обязательно где-то должны быть кнопочки с указателями этажей, – желчно сказал Локтев, пуская бровью пологую волну.

Повх одарил напарника нравоучительным взглядом и продолжил поиски хотя бы намека на выход.

Намека они не нашли, зато при тщательном изучении одного из секторов стены обнаружились два круга. Они слегка отличались по цвету и были выпуклы, выступая из ровной поверхности на несколько миллиметров. Диаметр – сантиметров двадцать. Примерно на одном уровне относительно пола, в полуметре друг от друга.

Локтев кхыкнул и посмотрел на Повха.

– Не смотри на меня, – тут же огрызнулся биолог, чуть картавя. – Я не знаю, как они работают. Я даже не представляю, должны ли они вообще как-либо работать.

Вторично кхыкнув, Локтев легонько постукал своим шлемом по одному из кругов.

– И чего? – спросил Повх.

– И ничего.

– Может, ладони приложить? Локтев шумно выдохнул:

– Приложи.

Повх с подозрительностью посмотрел на него. Недружелюбно поинтересовался:

– Да что с тобой происходит, в конце концов, Володя?

– Меня что-то уж больно коробит во всей этой истории, – ответил геофизик. – Сам посуди, откуда посередь Марса взялся лифт, на котором запросто можно спуститься в бункер непонятного назначения. К тому же… Даже если допустить, что это сооружение стоит тут со времен какой-нибудь древней цивилизации, не верю я, что совершенно случайно внешние условия оказываются пригодны для нас. Температура, давление, состав атмосферы – слишком много совпадений, понимаешь, Саша. Я готов допустить одно совпадение, с натяжкой – даже два. Но три – это уже слишком много. Ты ученый и должен со мной согласиться.

Повх озадаченно постучал пальцами по шлему.

– Так ты хочешь сказать…

– Да, – перебил его Локтев, посмотрев прямо в глаза. – Да. Это сделали люди. Для людей.

Повх машинально отступил на шаг от кругов. Подсвеченное снизу призрачно-зеленым светом стержней лицо его в этот момент было похоже на страшную маску шамана.

– Думаешь, со времен холодной войны осталось? – прошептал он. – Но ведь нет ни одного опознавательного знака. Ни нашего, ни американского… Да и не пустили бы нас сюда так просто. Не дали бы проводить исследования в этом районе. Если только… – Повх на миг запнулся. – Если только кто-то специально не хотел, чтобы мы нашли эту консервную банку.

– Нет. – Локтев снял перчатку и осторожно потрогал один из кругов. – Слишком высокие технологии. Ты сам видел колонны, их состав на мониторе анализатора, магнитное поле внутри. Выход из строя электроники, регенерация воздуха опять же… Не тот это уровень для консервной банки полувековой давности, даже с учетом всех секретных разработок Земли вместе взятых. Здесь все гораздо современней. Прав ты в одном – либо нас умышленно навели на бункер, либо… о нем не знали ни русские, ни американцы, ни Китай… никто.

– Невозможно.

– Скажем так… очень маловероятно.

– Но если нас намеренно подпихнули к его открытию, то – зачем?

– Вот этот вопрос меня больше всего и беспокоит. Повх с Локтевым переглянулись. Геофизик снял вторую перчатку, спросил:

– Ну что, попробуем?

– А вдруг там другие внешние условия? Разнесет от декомпрессии в труху…

Локтев усмехнулся:

– Ты же совершил одну глупость, сняв шлем? Давай уж я совершу вторую. Тем более вариантов, по-моему, особых нет.

Повх пожал плечами. И ему вдруг стало жутко. Чувство незащищенности навалилось в один момент, тяжелым грузом потянув вниз все внутренние органы. Они вдвоем попали в переделку, ой как попали! И теперь, что самое неприятное и ужасное, ничего не зависит от них. А когда космонавт теряет контроль над обстоятельствами, он превращается в балласт, который очень легко выбросить за борт. Сейчас складывалась именно такая ситуация.

– Володя, – сказал биолог. – Ты уверен, что мы имеем право сейчас принимать какие-то решения?

– Не понял.

– Хреновое у меня предчувствие какое-то…

– Без паники. Нам нужно выбраться отсюда. Доложить Демиденко, с Землей посоветоваться. Понимаешь?

– Да… Да, конечно. Пробуй, прикладывай ладони к этим чертовым кругалям.

– Подержи-ка шлем. И свети сюда.

Локтев отбросил снятые перчатки, слегка присел, выставил руки вперед и стал медленно приближать ладони к кругам. Когда он наконец коснулся их, Повх непроизвольно вздрогнул.

Ничего.

– Ничего, – выдохнул Локтев. – Ни хрена эффекта.

– Плохо или хорошо?

– Даже не знаю, что ответить…

Сначала исчез двухметровый сегмент стены справа от них. Была стенка и не стало. Выпуклости на полу вспыхнули, и все помещение озарилось ярким белым светом.

Повх зажмурился, а Локтев отдернул ладони от кругов, затравленно оглядываясь.

– Твою мать… Сработало! – крикнул он.

Через секунду исчез следующий отрезок стены. За ним еще один. И еще… Спустя четверть минуты они стояли в огромном круглом ангаре, размеры которого было трудно определить – освещенной оказалась только центральная его часть, а очертания периферии терялись в полумраке.

– Чертовщина… – промолвил Повх.

Локтев щурился, привыкая к свету. Он ошалело глядел на пустое место, где минуту назад была очень даже осязаемая стенка. Решившись, геофизик все-таки протянул руку и поводил по воздуху, убеждаясь, что произошедшее не оптическая иллюзия.

– Пойдем? – предложил он Повху, окончательно поверив: глаза его не обманывают.

Биолог лишь едва заметно кивнул.

Они вышли за пределы круга из светящихся кочек и двинулись в глубину открывшегося пространства. Запас энергии в двух половинках «светлячка» иссяк, и Повх отбросил их в сторону.

Вдруг Локтев резко остановился.

– Это…

– Я вижу, Володя.

Они прошли еще немного вперед, разглядывая в полумраке саркофаг.

– Непрозрачный, – выдавил наконец Локтев.

– Смотри-ка, иней. Вон там, на трубке…

– Анабиоз?

– Не знаю. Я такой конструкции не видел.

– Но она же наша? Земная?…

Сзади них что-то щелкнуло. Повха и Локтева буквально развернуло на сто восемьдесят градусов от неожиданности. Они инстинктивно попятились от мелькнувшего на контровом свете силуэта…

Геофизик почувствовал, как уперся спиной во что-то твердое. Сдвинувшись в сторону, он скосил глаза и увидел, как на панели один за другим зажигаются огоньки…

– Включил, твою мать… – прорычал Повх, надевая шлем.

…Как вы уже знаете, около восьми месяцев назад был потерян контакт с пилотируемым межпланетным кораблем «Конкистадор», находящимся на орбите Марса. В назначенное время борт не вышел на связь. На многочисленные запросы с Земли он не отвечал, хотя по-прежнему фиксировался системами наблюдения и был виден в крупные телескопы. Также, видимо, по причине выхода из строя отдельных узлов бортового компьютера, была утеряна возможность управлять кораблем дистанционно – с Земли.

На момент исчезновения канала связи четверо членов экипажа находились на поверхности планеты, собирая уникальные научные данные, а двое – на борту «Конкистадора». С тех пор никаких сколько-нибудь конкретных сведений о судьбе корабля в средства массовой информации не поступало.

В состав экспедиции входили пятеро граждан России и один гражданин США. Мы хотим напомнить вам их имена:

Капитан. Сергей Демиденко.

Борт-инженер, штурман.

Максим Еремин.

Астроном. Святослав Торик.

Геофизик, водитель. Владимир Локтев.

Биолог, врач. Александр Повх.

Химик-атмосферник. Терри Рокферрер.

Сотрудники управления информации «Роскосмоса» и пресс-службы H АС А на протяжении всех этих долгих месяцев ожидания категорически отказывались от общения с прессой, нарушая все существующие нормы элементарной человеческой корректности поведения и перечеркивая принципы свободы информации.

Однако из неофициальных источников стало известно, что корабль исчез с экранов следящих комплексов уже около полугода назад. Некоторые специалисты предполагали, что на «Конкистадоре» вышла из строя система навигации, он потерял управление и, сойдя с орбиты, упал на поверхность Марса.

Ходили слухи, что H АСА планирует через год послать спасательную экспедицию к красной планете, хотя каждому дилетанту было ясно – шанс на успех мизерен.

И вот сегодня по всему миру гремит весть, что «Конкистадор» вернулся!

Ни одна из космических обсерваторий, ни МКС-2, ни орбитальные спутники слежения, по словам пресс-секретаря «Роскосмоса» Михаила Мусорина, не фиксировали приближение корабля до тех пор, пока он на огромной скорости не появился в нескольких световых секундах от Земли. «Конкистадор» возник буквально ниоткуда! Борт не отвечал на запросы, игнорировал предупреждения! В связи с явной угрозой столкновения корабля с нашей планетой было принято решение уничтожить его лазерами с военных спутников, но в это время он неожиданно изменил курс и направился в сторону Солнца. Одновременно от корабля отстыковалась спасательная шлюпка, которая через некоторое время упала в Тихий океан, конвоируемая истребителями и боевыми кораблями России и США. Сам межпланетный корабль «Конкистадор», совершивший первый в истории человечества пилотируемый полет к Марсу, унесся в сторону Солнца на немыслимой скорости.

В эти минуты весь мир ожидает заявлений министра обороны России, госсекретаря США, уполномоченных лиц из «Роскосмоса» и HАСА…

Буквально только что к нам в агентство поступила информация с места падения спасательной шлюпки.

Это сенсация!

На ее борту сотрудниками МЧС и FEMA был обнаружен один из членов экипажа – российский астроном Святослав Торик. Судя по всему, единственный выживший космонавт этого жуткого межпланетного турне находится в состоянии сильнейшего умственного расстройства. По предварительным данным, у него моторная афазия, то есть полная утрата речевых функций, и абсолютная дезориентация – как во времени, так и в пространстве…

До официального заключения медиков и спецслужб можно лишь гадать, как смог человек выжить в течение стольких месяцев в пространстве? Также неясно, куда пропали остальные члены экипажа. Кто в последний момент изменил курс корабля? Как «Конкистадор» мог оставаться незамеченным для современных средств космической локации? Каким образом человек, пребывающий не в своем уме, сумел забраться в шлюпку, активировать систему автоматической посадки и благополучно приземлиться?

И самый главный вопрос: что же все-таки произошло там, в холодном космосе, в миллионах километров от нас, на далекой планете Марс?…

Из on-line сообщения информагентства РИА «Новости»


скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Поделиться ссылкой на выделенное