Сергей Лукьяненко.

Стеклянное море

(страница 3 из 19)

скачать книгу бесплатно

Земля вот уже полсотни лет владела синтезаторами пищи. Но ни в одном мире Храмы не подсказали людям этого секрета.

– Отвлекаю, Сергей? – поинтересовался Дед.

– Нет. Рассказывай, я слушаю.

– Чаще всего в роддеры уходила молодежь. Даже дети, те, кто получил Знак Самостоятельности. И до тех пор, пока не возникли гипердвигатели, иного выхода на было. Лишь когда началась колонизация…

Я устроил шампуры с мясом над огнем. С роддерами все стало более-менее ясно. Гибрид хиппи, панков и рокеров. С абстрактной добротой хиппи, презрением к реальному миру панков и любовью к передвижению рокеров. Впрочем, мотоциклов и прочих технических средств роддеры не признавали. По большей части они передвигались пешком, лишь при необходимости переправиться на другой континент пользовались авиатранспортом. Бесплатным. Земля действительно стала богатой планетой.

– …привлекала возможность новых странствий, романтика неизученных миров. Роддеров высосало словно прямоточником. А в колониях все оказалось по-другому. Самые упорные гибли, остальные занялись делом. Это оказалось интереснее, чем бродить по дорогам, пользуясь гарантированным минимумом услуг…

Дед замолк, глядя в огонь. Криста подсела ближе, фыркнула:

– Сбрасывай, Дед. Сергей слушает от вежливости. Ты развертываешь, как из программы истории. Это открыто всем.

Дед виновато кивнул. Принялся переворачивать палочки с мясом. И тут у нас за спиной раздался негромкий голос:

– Но Сергей этого не знал. Он впитывал данные.

По спине пробежал холодок. Я обернулся. Рядом сидел Вик – тот самый парнишка, что почувствовал мое присутствие. Сенс.

Чего мне только не хватало для полного разоблачения, так это телепатов.

– Никогда не интересовался историей, – равнодушно ответил я. – В том числе и роддерами. Зря, наверное.

К нам подошел Андрей. И с легким восторгом в голосе предположил:

– А может, ты разведчик из хроноколоний? На прошлой неделе передавали про одного, с планеты Клэн.

Теперь уже меня рассматривали все. И я прекрасно знал, что они видят: жесткое, с очень сухой кожей лицо – а на Берегу Грюнвальда высокая влажность, полувоенного вида комбинезон – достаточно неудобный в повседневной носке, пристегнутый к поясу чехол – не опознать в нем кобуру почти невозможно.

– Разведчик подготовился бы лучше, – с наигранным весельем в голосе ответил я. И, вспомнив одно из сленговых словечек, добавил: – Твоя идея не в объеме.

Неожиданно мне на помощь пришел Вик:

– Он не разведчик, Андрей. Он наш, с Земли. Я инопланетчиков чувствую.

– Жаль, – с искренним сожалением вздохнула Криста. – Стало бы интересно.

Да уж. Если разведчик из хроноколоний имел наглость проникнуть в мир Сеятелей, он без колебаний уничтожил бы лишних свидетелей. Но роддерская компания этого, похоже, не понимала.

Мы принялись завтракать, но в воздухе словно осталась какая-то неловкость, натянутость. Андрей начал обращаться ко мне на «вы», Криста постоянно бросала любопытные взгляды, быстро отводя глаза.

Вик и второй подросток молчали. Лишь Дед никак не прореагировал.

Припоздавший завтрак – солнце уже подобралось к зениту – завершил апельсиновый сок из картонных коробочек. Я отметил, что вскрытые коробочки, небрежно откинутые в сторону, через несколько минут размякли и побурели. Над проблемой отходов на Земле поработали неплохо.

Мой стакан, под удивленные взгляды роддеров брошенный в костер, вспыхнул ярким бездымным пламенем.

Первым, кому наскучило поддерживать видимость непринужденного отдыха, оказался Андрей. Он легко поднялся с травы, похлопал ладонями по ногам, сбрасывая налипший сор. Спросил, обращаясь не то к Кристе, не то ко всем присутствующим:

– Может, поиграем?

Криста кивнула, поднялась и медленно пошла в сторону озера. Проходя мимо палатки, она подхватила с травы прозрачный сверток – не то матрас, не то целый надувной плотик.

– Дэн, Вик, – обращаясь к подросткам, продолжил Андрей. – Поддерживаете?

Вик покачал головой, а Дэн лениво побрел за Кристой. Андрей шел последним.

Меня на свои водные игрища они и не подумали позвать… Я поморщился. Пускай. Не очень-то и хотелось. Лучше выяснить у Деда, как отсюда выбираться.

Дождавшись, пока троица скроется из виду, я повернулся к предводителю роддеров. И поразился происшедшей с ним перемене. С него сползла маска солидности, но одновременно исчезли и дурацкие попытки казаться моложе. Просто мужчина средних лет, отчаянно пытающийся скрыть разочарование. Интересно, что его так расстроило?

– Дед… – Меня вдруг покоробило от глупого прозвища. Пусть им пользуется Андрей с компанией. – Как тебя звать?

– Майк, – просто ответил он. Покачал головой. – Ты очень странный, Сергей. Чужой.

– Как сказал Вик, я с Земли.

– Это ничего не значит.

Майк подобрал ветку, поворошил ею в огне. Тихо сказал:

– Спрашивай, Сергей. Я отвечу. И не покажу, если вопросы меня удивят.

– Ты давно вернулся в роддеры?

– Месяц назад. Собрал команду и ушел. Зря, надо было одному.

Я кивнул:

– Ты здесь единственный настоящий бродяга, Майк.

– Знаю. Я надеялся на Андрея… на Вика. Но они не умеют кричать молча.

Я понял. Глянул на безучастно наблюдающего Вика, сказал:

– Наверное, время пассивного сопротивления прошло. Вы боролись против жизни, в которой нет места для миллионов. А с чем роддеры должны бороться сейчас? На что ты хотел их поднять?

– С чем? – Майк помолчал. Затем добавил, зло, мгновенно изменившимся голосом: – Ты из колонии… если информация верна. Неужели сам не видишь, что происходит? Во что превратилась Земля?

– Нет, не вижу, – честно ответил я.

– Ты знаешь, откуда появились хроноколонии?

– Ну, в общих чертах… – У меня гулко застучало сердце.

– В общем может быть лишь ложь. Правда всегда в частности. Никакого проекта «Сеятели» не было.

– Неужели? – Я едва сдержал смех.

– Да. Великая миссия Земли – наполнить галактику разумом, создать тысячи новых цивилизаций – это чушь. Фанги! Вот где причина. Наше правительство такое же сумасшедшее, как и они. Какие-то умники решили создать из ничего целую армию союзников. Разгромить фангов руками марионеток.

Я ошарашенно смотрел на Майка. Господи, неужели он действительно считает, что сообщил мне что-то новое? Неужели большинство землян верит в бескорыстность проекта «Сеятели»?

А знают ли они о начинке «Сеятелей» – проекте «Храм»? О том, что планеты хроноколоний полностью контролируются Землей?

– Майк, – осторожно начал я. – Если ты прав, то вся идея с хроноколониями неэтична. Но вполне разумна. Союзники появились.

– Появились. – Майк горько усмехнулся. – А что будет завтра? Когда боевики хроноколоний покончат с фангами? Они возьмутся за Землю и ее жалкие сорок колоний. Из огня да в полынью, так говорится?

– Не так. Из огня в полымя, из огня в огонь, если угодно. Я думаю, Земля вполне в состоянии контролировать колонии. В конце концов, все они развиты меньше, чем мы. У них более слабое оружие… и даже нет синтезаторов пищи.

– Тем более, Сергей. Сейчас они еще считают нас полубогами, прародителями, великим и добрым миром. А когда узнают, что на самом деле мы планета трусов, решивших спрятаться за плечи своих детей? Мы превратили свой завтрашний день в день вчерашний. Не важно, что этим мы спасаем свое сегодня. Расплата придет, Сергей. Они не простят нам своей отсталости, своей роли пушечного мяса. Уже сейчас хроноколонии пытаются понять, кто мы на самом деле. Они не простят.

Я молчал. Ты прав, Майк. Не простят. Никогда. Ни роли бесплатных солдат в галактической бойне, ни многовекового «тренинга» перед схваткой, в который превратили их жизнь Храмы, ни голода, ни вечного страха перед Сеятелями-богами.

А главное – нам не простят самозванства. Нельзя притворяться богом. Им нельзя и быть, но можно – пытаться. Изо дня в день доказывать, что хочешь быть богом. Не важно, добрым или злым. Нельзя останавливаться, иначе скатишься с Олимпа…

Земля остановилась.

– Майк, но чего же ты добиваешься? Здесь не помогут роддерские пути… молчаливый крик и отказ от цивилизации.

– Сергей, сколько тебе биолет? Земных лет?

– Двадцать восемь.

Майк удивленно посмотрел на меня. Сказал:

– Я думал, лет на десять больше. Тогда понятно. Ты думаешь, что путь тела, путь активности важнее, чем путь души. Но мир можно изменить, лишь изменив каждого человека в мире.

– Интересно, как изменить человека, не проявляя никакой активности.

– Своим примером. Показать ему, как меняется душа, и увести за собой.

– Многих же ты увел, Дед.

Майк криво улыбнулся.

– И все-таки, чего ты добиваешься? Пусть роддеров станет много, пусть они превратятся в силу… пассивную силу. Хроноколонии уже существуют, этого не изменить.

Майк помолчал, потом неохотно ответил:

– Пути есть. Уйти из нашего пространства… оставить его фангам и хроноколониям. Пусть разбираются между собой.

Я промолчал. Если Майк считает, что путь духовного совершенствования должен кончиться предательством галактических масштабов… На подлеца он не похож.

А может быть, старый роддер действительно считает эту альтернативу самой этичной. Может быть, он видит и другие развязки в треугольнике Земля-фанги-хроноколонии. Неизмеримо худшие, чем бегство землян в иное пространство?

– Дед, – не глядя на него, спросил я. – Ты со всеми ведешь такие беседы?

– Нет, – не колеблясь ответил Майк. Я не высказывал всего даже своим ребятам.

– А в чем тогда дело? Вербуешь в роддеры? Не пойду.

– Ты землянин, я верю Вику. Ты колонист… если верить тебе. На тебе защитный комбинезон сотрудников проекта «Сеятели», если мне вконец не изменяет память. Но ты ненавидишь этот проект куда больше, чем я…

Дед лениво поворошил ногой тлеющие ветки. Похоже, его костюм огнеупорен, как и мой.

– Видишь ли, Сергей, любой настоящий роддер – это отличный психолог. И читает мимику даже очень сдержанных людей. Твою мимику не поймет разве что ребенок. Ты чужак, прячущийся от властей.

4. Гостиница для шпиона

Я попытался улыбнуться, но лицо не слушалось, улыбка вышла жалкой и ненатуральной.

– И что ты собираешься делать, Майк?

– Ничего. И вовсе не из-за твоего пистолета. Мы тоже оппозиция власти – пусть и пассивная.

Почему-то я верил ему. Даже без всяких объяснений. Однако Майк решил внести полную ясность:

– Схватись с ними. Лишняя проблема проекту «Сеятели» или Ассамблее – это шанс, что услышат и наш голос.

– Тем более что он станет компромиссом, – предположил я.

Дед кивнул. Не удержавшись, я добавил:

– Впору загордиться. Опытный психолог-роддер считает меня проблемой для целого проекта с двухмиллионным штатом.

– Считаю, – серьезно подтвердил Майк. – Не от хорошей жизни, но считаю.

Он порылся в лежащем на траве рюкзаке. Странно, но эта деталь туристского снаряжения почти не изменилась: те же лямки и клапаны, карманы на боках, ярко-оранжевая ткань, уже слегка выгоревшая на солнце.

Дед извлек из кучи какого-то разноцветного тряпья плоскую стеклянную флягу с прозрачной коричневой жидкостью, протянул мне.

– Коньяк? – не глядя на этикетку, поинтересовался я. Наверное, зря – кто знает, не стал ли этот напиток в двадцать втором веке антикварной редкостью. Но все прошло благополучно.

– Да. «Кутузов», семилетняя выдержка.

Я с любопытством уставился на этикетку. Она была лубочно-яркой, нарисованной словно в пику строгой «наполеоновской». Мы молча, торжественно разлили коньяк в стаканчики, которые подал Вик. Он дал три штуки, но Дед словно не обратил на это внимания. Лишь когда мы сделали по глотку, бросил:

– Не знакуй, Вик. А то свяжусь с отцом.

Парнишка спорить не стал.

Вторую дозу коньяка Дед предварил тостом:

– За Землю.

Я кивнул: можно и за Землю. А можно за фангов или хроноколонистов. Коньяк сам по себе тоже стоил отдельного тоста. Тот «Наполеон», который мне доводилось пробовать, дешевый, польского разлива, был неизмеримо хуже.

– Майк, мне надо… в ближайший город. И побыстрее.

– Ты без фона? – Дед ухмыльнулся, словно сам признавал риторичность вопроса. Неужели действительно принимает меня за инопланетного разведчика?

Я покачал головой.

– Мы тоже без связи. У Андрея есть аварийный вызывник, хоть он это и скрывает. Случай экстренный?

– Нет. Просто причуда.

Дед кивнул:

– Для роддера такая причина уважительна. Но не для транспортных служб. Возьми в рюкзаке карту, поищи ближайшую точку связи. Конечно, если тебя не интересует пеший марш до Иркутска.

Ага. Значит, мы на Байкале. Интересно, Иркутск действительно ближайший к нам населенный пункт? Или Майк понял слова про город буквально?

Карта лежала в тонкой планшетке с какими-то бумагами и круглым золотистым значком, точно таким, что носил на цепочке Вик. Едва глянув на карту, я почувствовал себя полным идиотом. Это была карта Земли – с масштабом один к двадцати миллионам. Кроме того, проекция была совершенно неожиданной: нечто вроде двенадцатиконечной звезды с распластанными на ней материками. Напечатана карта была на обыкновенной с виду бумаге, но возле синего пятнышка Байкала горела ослепительная рубиновая точка. Наверняка наши координаты.

– Не надо, – неожиданно сказал Вик. – Точка связи в пяти километрах к северу.

Дед настороженно посмотрел на Вика:

– Откуда ты знаешь?

– Смотрел вчера, – с непонятным мне подтекстом ответил подросток.

– Ясно.

Наступило минутное молчание. Я переводил взгляд с Вика на Майка. Что-то происходило…

– Ждать тебя? – спросил Дед.

Вик покачал головой.

– Тогда проводи Сергея.

– Конечно. Я возьму рюкзак.

– Попросить у Андрея вызывник?

– Не стоит. – Вик щелкнул по медальону на груди. – Я без комплексов, Дед. Если придется, сломаю Знак.

– Прощаешься?

– Кристе привет.

Вик легко поднялся, кивнул мне:

– Идем, я провожу.

Он заглянул в палатку, вытащил оттуда совсем тощий рюкзачок, такой же оранжево-яркий, как у Майка. И, не оглядываясь, пошел прочь от костра и нас с Дедом.

– Привет отцу, – негромко сказал ему вслед Майк. И протянул мне руку: —Догоняй его. Ветра в лицо, встретимся в пути.

– Ветра в лицо, – повторил я. – Спасибо за завтрак… и напиток из фляжки.

В голове слегка шумело. Я поднялся и пошел за Виком. Парнишка шагал обманчиво-неторопливой походкой, способной за час вымотать любого «непрофессионала».


Минут десять мы шли молча. Потом Вик, не глядя на меня, сказал:

– Я почувствовал тебя вчера вечером, сразу после гиперпрокола. Ты сильно испугался чего-то.

– Упал в воду и не увидел берега, – после секундной заминки ответил я. – А как ты узнал про гиперпрокол?

– Слишком резко появился сигнал.

Вик поправил свой рюкзачок и добавил:

– Я не читаю мысли, не бойся. Только эмоции.

– Да я и не боюсь.

Опять молчание. Мы поднялись на невысокую сопку. Дул ровный прохладный ветер. Снова заговорил Вик:

– Мне не холодно, я же роддер. Куртку предлагать не стоит, это смешно.

Он улыбнулся:

– У тебя очень четкие эмоции. Полярные. Ты не обижайся. Я пожал плечами. Разговор с полутелепатом – неплохая проверка нервной системы.

– Забота… охрана… покровительство… – продолжал Вик. – Боишься за свою девушку?

– Да, – медленно закипая, ответил я.

– И наоборот. Агрессия… ярость… ненависть. Я не хотел бы стать твоим врагом. И не завидую тем, кто ухитрился попасть в их число. Сергей, можно откровенность?

– Фальшь ты почувствуешь. – Мне вдруг стало интересно. – Спрашивай, Вик.

– Как это – убивать по-настоящему? Страшно? Жалко? Противно?

Мы остановились. Вик с любопытством смотрел на меня.

Притворяться было бессмысленно.

– По-разному, Вик. Иногда даже безразлично.

– Это плохо, – серьезно ответил Вик.

– Хуже всего. А как можно убивать не по-настоящему?

– Фильмы с ментальным фоном. Но в них все фильтруется… я чувствую, что они лгут. Извини за вопрос. Это между нами, на выход нуль.

– Черт бы побрал ваш сленг, – не выдержал я. – Ты человек или компьютер?

– Человек. Гляди, Сергей. Вон Андрей с парой на берегу.

Я посмотрел в сторону берега. Воздух был чист, расстояние не мешало видеть надутый, поблескивающий как стекло матрас. И троицу на нем. Вот так «поиграем».

Несколько раз глотнув воздух, я посмотрел на Вика. Лицо у меня горело.

– Нравится? – жестко спросил Вик. – Ругайся, поможет.

– Сколько лет Дэну? – спросил я.

– Не знаю. У него есть Знак, в таких случаях не спрашивают. Андрею пятнадцать, Кристе четырнадцать. Кажется.

– Пошли.

– Только не к ним. У них Знаки, понимаешь? Они могут делать все, что угодно, если не мешают другим.

– Они мешают мне.

– Остынь… – попросил Вик.

Я ощутил, как гнев уходит. Осталась лишь легкая растерянность. И дурацкая мысль – участвовал ли Вик в таких играх?

– Нет. Никогда. Пойдем, я тебя долго сдерживать не смогу. И так уже есть хочется.

Он молча пошел дальше. Я постоял немного и побрел за ним. Когда мы перевалили через сопку, попросил:

– Прекращай свое сдерживание. И больше в мои эмоции не вмешивайся.

– А я уже прекратил. Видишь искорку впереди?

Я присмотрелся. Километрах в трех от нас поблескивала над землей серебристая черточка.

– Антенна. Вызовешь себе флаер… Нет, лучше я тебе вызову. Ты же без Знака.

– Слушай, Вик! Тебе не интересно, кто я такой? Без Знака, ничего не понимающий, врущий на каждом шагу. Или ты все же читаешь мысли?

– Нет! – с неприкрытой обидой ответил Вик. – Мне интересно, но лучше ничего не говори.

– Не хочешь ввязываться в чужие тайны?

Парнишка ответил не сразу:

– Не хочу терять тайну. Сергей, у меня никогда не было тайн. Все можно узнать, на любой вопрос найти ответ. Особенно если умеешь читать эмоции. А ты не раскрываешься. Дай помучиться.

Страшно, когда на ответы нет вопросов. Я даже замедлил шаг и подозрительно посмотрел на Вика. Мысль казалась сделанной, вложенной в сознание извне. Страшно. Когда на ответы. Нет вопросов.

Чушь.

– Вик, у тебя можно попросить совета?

– Конечно.

– Где мне лучше остановиться на несколько дней? Не привлекая внимания.

– В Иркутске? Или в Москве?

– Ну… В любом городе.

Вик улыбнулся. Пожал плечами:

– Отели есть везде. Но без вопросов… и Знака…

Дался им этот Знак!

– …если только. Один ответ, Сергей. Бери в справочной адрес руководителя роддер-клуба. Они есть почти в любом городе. Вспоминают молодость, пишут мемуары… Приходи к нему, говори, что ты роддер, и живи. Вопросов не будет, не принято.

– Спасибо.

– Да не за что. Или познакомься с девушкой…

– Ты думаешь, удастся обойтись без вопросов?

Вик смутился:

– Ну… не знаю… смотря с кем…

– Не знакуй, – с удовольствием съязвил я. – Не старайся казаться взрослее, чем есть. Я правильно сказал?

Ответа не последовало. До «точки связи» мы шли молча. И лишь возле невысокого каменного столбика, увенчанного тонкой металлической спицей, Вик сказал:

– Еще, не забывай. Тебе надо сменить одежду. Но в автомат-магазинах без Знака не обслужат. Зайди в обычный, ты достаточно взрослый, чтобы не доказывать кредитоспособность. Только не одевайся в секции «Люкс», не бери одежду на заказ. Что-нибудь простое, дешевое, не слишком модное.

– Брюки и свитер. Можно?

Вик сделал вид, что иронии не заметил.

– Можно. Только не из натуральной шерсти.

На каменном столбике была маленькая панель с тремя цветными кнопками – зеленой, желтой и красной. Вик коснулся желтой, та мягко засветилась. Из невидимого динамика раздался приятный женский голос:

– Срочный вызов флаера принят, Знак фиксирован. Свободная машина прибудет через семь минут.

– Спасибо, – вежливо произнес Вик. И кивнул мне: – Вот так это делается. Но вызывай флаер зеленой кнопкой, при этом не проверяется наличие Знака. Больше часа ждать все равно не придется.

– Хорошо.

Вик сел на траву, и я, поколебавшись, устроился рядом. Мне не давал покоя один вопрос, но задавать его почему-то не хотелось.

– Спрашивай, – неожиданно сказал Вик.

– Почему ты занимаешься этой глупостью? Роддерством? Дед просто ностальгирует по своей молодости, Андрею с компанией нравятся… игры на свежем воздухе с романтическим антуражем. А тебя как занесло?

Вик неуверенно посмотрел на меня:

– Не знаю, понятно ли будет.

– Попробуй, скажи. Я догадливый.

– Мне неуютно. Всегда и везде. А когда брожу с роддерами, чуть легче.

Лицо у него стало жестким. Интересно, сколько же ему лет? Это даже не акселерация, а черт знает что…

– Ты знаешь, Вик, я понял.

– Да? Тогда объясни! Я сам не понимаю, – неожиданно тонким, обиженным голосом выкрикнул Вик. – Чем я хуже других?

– Ничем, дурачок…

Я вдруг почувствовал жалость к этому нахохлившемуся пареньку. Жалость и нежность.

– Ты, наверное, даже лучше других, Вик. Ты сенс. Ты чувствуешь их эмоции, их боль и тоску. И не знаешь, как справиться. Для этого надо быть взрослым… а не владельцем Знака.

– Что же тогда, всем вокруг плохо? – Вик словно ощетинился. Я не пойму! Они довольны!

– Может быть, это глубже, чем удовлетворенность.

Вик молчал. Потом поднялся, повел плечами, устраивая рюкзачок поудобнее. Сказал:

– Твой флаер. С управлением разберешься?

Я оглянулся – со стороны озера скользила полупрозрачная каплевидная машина.

– Надеюсь. Ты не летишь?

– Нет. Я иду дальше.

Он засунул руки в карманы. Негромко сказал:

– Лети. Совершай активные действия. Лечи человечество…

– Я доктор-недоучка, Вик. Но вывихи вправлять приходилось.

Вик усмехнулся:

– Ладно. Жаль, что не увидимся, с тобой не скучно.

– Почему не увидимся?

Флаер беззвучно замер рядом с нами. Прозрачная крышка кабины поднялась вверх.

– Я же сенс, Сергей. И умею не только читать эмоции. Карту, например, я не смотрел. И так знал, что здесь точка связи…

– Ветра в лицо, роддер.

– Ветра в лицо. Знаешь, откуда наше прощание?

Нет.

– Пока есть солнце и воздух, всегда будет ветер… Читай «Книгу Гор», Сергей. Поможет разобраться.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

Поделиться ссылкой на выделенное