Сергей Кулаков.

Удар блокируют ударом

(страница 5 из 25)

скачать книгу бесплатно

Роман уже узнал ее. Мадам Гаранская, собственной персоной. До часа дня оставалось четыре минуты.

Она, не снижая скорости, влетела под навес и начала оглядываться, изучая посетителей. Газета «Фигаро», которую Роман демонстративно выложил на край стола, привлекла наконец ее внимание.

Она подошла к его столику и несколько манерно опустилась на стул. Подняла очки, открыв сердитые зеленоватые глаза. Окинула Романа быстрым взглядом, достала из сумочки пачку «Мальборо» и кинула на стол. Ее, так сказать, ответ на наше «Фигаро».

Первая, визуальная, часть пароля сошлась. Теперь был черед вербальной.

– Pardon, madam… – старательно грассируя, начал Роман.

– Да бросьте вы, – на хорошем русском языке с пришепетывающим польским акцентом заговорила Марта. – Как будто я не вижу, что вы – тот самый человек. Придумали какие-то дурацкие пароли…

– Но таковы правила, мадам, – улыбнулся Роман.

– Дурацкие правила, – немедленно отозвалась его строптивая визави (она выговаривала «правива», что, впрочем, выходило у нее очень мило). – И вообще, не зовите меня «мадам», мы не на приеме?

– Как же к вам обращаться?

– Марта, как еще?

Госпожа Гаранская передернула плечами, глядя на Романа ужасно неприязненно.

– Хорошо, Марта. В таком случае, я – Роман.

– Поляк? – сощурилась с внезапным интересом Марта.

– Увы, не поляк. Русский, мад…

Роман осекся. Марта снисходительно усмехнулась.

– Извините. Роман Морозов.

Роман церемонно поклонился и только что не щелкнул каблуками под столом.

– Хорошо, не трудитесь извиняться. Я и так вижу, что вы не поляк. Пан всегда встает, когда входит дама.

– Но я не мог встать, – возразил Роман. – Правила конспирации не позволяют…

– Какие еще правила? Дурацкие игры в шпионов? Газеты, сигареты, пароли… П-фф!

Марта негодующе шлепнула пальцами по пачке «Мальборо».

Сейчас же у столика вырос гарсон с зажигалкой и свежей пепельницей наготове.

– Мадам желает курить?

– Я не курю, идиот, – возмутилась та. – Принеси кофе.

Гарсон, невозмутимый, как тумба для афиш, удалился за заказом, унося пепельницу и зажигалку.

«Жаль, что Слепцов не видит свою протеже, – подумал не без раздражения Роман. – „Наш человек“… Будет бед с этим человеком».

Марта между тем повела своим вздернутым носиком и наморщилась:

– Вы – гей?

– Почему? – изумился Роман.

– У вас какой-то странный одеколон.

Роман принюхался и понял, о чем она говорит. Это в его пиджак въелись духи Лены, а он впопыхах не поменял костюм.

Но каково обоняние? На ветру, среди уличного чада, в мешанине запахов? Да, тяжелый случай.

– Это… не мой одеколон, – неловко пояснил Роман.

– Понятно, – кивнула Марта. – Это духи вашей подружки. Очень мило. Одеты, как мачо из «Плейбоя», аперитив в середине дня, дурные манеры… Слушайте, а вы вообще на что-нибудь способны?

– То есть?

– Ну, я думала, пришлют такого сильного русского мужика… – Марта раздвинула локти, показывая, каким, по ее мнению, должен быть посланец из России. – А вы больше похожи на завсегдатая дорогих ресторанов.

Что, приехали в Париж хорошо провести время?

– Могу и уехать, – буркнул Роман, не наделенный большим терпением в обращении с агрессивными дамочками.

– Ну, так и есть, – всплеснула Марта руками. – Я знала, что русские могут только обещать, но ни на что не годны. Я пропала (у нее прозвучало «пропава»)!

Гарсон поставил перед ней чашку кофе.

– Мерси, – кивнула Марта. – Что это? – дернула она ноздрей. – Корица? Я не просила кофе с корицей. Принесите мне простого черного кофе.

Гарсон невозмутимо забрал чашку и исчез.

– Может быть, вы все-таки расскажете мне о том, что вызывает ваше беспокойство, – сдержанно заговорил Роман, памятуя об обещании, данном Дубинину. – И я попробую вам помочь… в меру своих сил.

– Хорошо, – неохотно согласилась Марта. – Все равно альтернативы у меня нет.

Она какое-то время молчала, сидя вполоборота к Роману. Он тоже молчал, дожидаясь, когда она заговорит. Он уже составил ее психологический портрет и пришел к выводу, что для пользы дела ему следует больше молчать и во всем следовать ее распоряжениям. По крайней мере, в первое время. Как сложится дальше, видно будет. Но сейчас ему надо наладить контакт, и для этого дать ей немножко себя погрызть, не оказывая сопротивления. Тип львицы, к которому принадлежала госпожа Гаранская, требовал подчинения ей всех и вся, и Роман решил, что он не должен быть исключением. Майорские звезды стоят некоторых жертв.

Гарсон принес кофе, почтительно поставил на столик. Марта поднесла кружку к лицу, тонкие ноздри ее затрепетали, после чего последовал милостивый кивок, и гарсон с облегчением удалился.

Марта пригубила кофе и отставила чашку в сторону.

«Все равно не угодили», – начиная забавляться, понял Роман.

– Снимите очки, – приказал Марта. – Я хочу видеть ваши глаза.

Роман повиновался.

Марта какое-то время изучающе смотрела на него, затем кивнула, точно так же, как гарсону.

– Хорошо, я доверюсь вам. Но знайте: если вы не сможете меня защитить, я немедленно откажусь от ваших услуг.

– От кого я должен вас защитить?

– Не здесь, – отрезала Марта. – Поедем ко мне, я все расскажу по дороге.

– Как прикажете, ма… Марта.

Она метнула в него разъяренный взгляд, но он успел отвернуться, вставая из-за стола. Зашел за ее спину, отодвинул кресло, помогая ей подняться. Она не поблагодарила, видимо, считая, что только так и следует поступать ее спутнику, о какой бы там конспирации речь ни шла. Впрочем, по легенде, они должны стать мужем и женой. Самое время привыкать, решил Роман.

Отодвигая кресло, он увидел ее спину и шею, открытые в овальном вырезе платья, и это его неожиданно взволновало. Кожа была нежной, персиковой, так и хотелось ее погладить. Сказывалось отложенная на утро, но так и не осуществленная любовь.

Вывод: не откладывай на завтра то, что нужно сделать сегодня.

Роман усилием воли переключил вектор внимания на другое, то есть на снующих со всех сторон людей. Надо работать, приказал он себе. Марта взвинчена не напрасно, она кого-то опасается. Возможно, все это выдумка ее слишком живого темперамента. А возможно, кто-то ходит за ней по пятам.

Марта, бросив на столик купюру в пять евро, уже направлялась туда, откуда пришла. Роман положил двадцатку, сделав знак гарсону, что сдачи не надо.

– Ваша дама забыла сигареты, мсье, – сказал гарсон.

– Она бросает курить, – сказал Роман, чуть не бегом устремляясь за Мартой, которая цокала своими каблуками далеко впереди.

На ходу он отметил, что их уход не вызвал каких-либо нежелательных перемещений среди тех, кто находился поблизости. Впрочем, это ни о чем не говорило. Или, скорее, говорило о хорошей подготовке тех, кого опасается Марта.

Он нагнал ее шагов через сто. Для этого ему пришлось чуть ли не бежать, потому что кофейное платье удалялось в стремительном темпе, мелькая в солнечных пятнах, а его хозяйка ни разу не обернулась, не говоря уже о том, чтобы остановиться и подождать своего спасителя.

– Садитесь, – сказала она, открывая двери белого двухместного «Мерседеса».

Роман сел на кожаное сиденье, вдохнул аромат духов, пропитавших салон. Аппетитная машинка. Надо полагать, торговля картинами приносит неплохой доход. Или имеется состоятельный «ami», который исполняет маленькие прихоти прекрасной полячки? Его вполне можно понять.

Марта выехала из переулка, в котором был припаркован «Мерседес», бесстрашно вклинилась в поток автомобилей, текущий по шоссе, и покатила к центру. Роман с одобрением наблюдал за тем, как она управлялась за рулем. Судя по ухваткам, от всех жизненных невзгод она запросто может отбиться сама, без посторонней помощи. На неврастеничку с параноидальными наклонностями она не похожа. Ведет себя слишком экспансивно – так это от избытка энергии и нервного напряжения. Похоже, что-то ей действительно угрожает.

Роман то и дело оглядывался, проверяя, нет ли «хвоста». Хотя вычислить преследователей в таком потоке невозможно, он все же упорно посматривал назад, отслеживая ту или иную слишком долго идущую следом машину.

Эти его эволюции вызвали саркастическую улыбку Марты.

– Да перестаньте вертеться, – сказала она. – Протрете мне дырку в сиденье.

Чтобы не грубить в ответ, Роман загляделся на проплывающую слева Эйфелеву башню. Видны были гроздья туристов на всех смотровых площадках.

Марта и тут не удержалась от комментария:

– Интересно вам смотреть на этот ржавый гвоздь?

– Сударыня, мне ехать с закрытыми глазами? – кротко осведомился Роман.

– Как хотите, – совсем по-французски пожала плечами Марта.

– Вы обещали рассказать о тех, кто вам угрожает.

– Но вы же все время отвлекаетесь, – возразила Марта. – Если хотите экскурсию, я высажу вас у экскурсионного бюро.

– Перестаньте валять дурака, – сухо сказал Роман. – Или начинаем работать, или идите к черту.

Марта до того удивилась, что едва успела затормозить на светофоре, остановившись в сантиметре от бампера передней машины.

– Что вы себе позволяете…

– Выкладывайте, в чем суть дела? – потребовал Роман.

Марта помолчала, соображая, как ей быть: выкинуть наглеца на улицу или ответить на вопрос.

Зажегся зеленый свет. Марта чуть помедлила, но поехала дальше.

– Но только потому, что у меня нет выбора, – сказала она, от злости пришепетывая сильнее обычного.

Роман промолчал, решив, что для первого урока достаточно.

– Какие-то люди все время следят за мной, – наконец заговорила Марта.

– В чем это выражается?

– Ну… Они сидят в машине возле моего дома, иногда я замечаю их в городе…

– Вы уверены, что не ошибаетесь?

– Я уверена, что не ошибаюсь, мосье шпион, – со всем возможным сарказмом прошипела Марта. – Если я целый (цевый) месяц вижу возле себя одних и тех же людей, то я не могу не верить своим глазам.

– Хорошо, – кивнул Роман. – Сколько их?

– Трое… Кажется, трое. Я запомнила троих.

– Понятно. Раньше вы их видели?

Марта отрицательно покачала головой.

– Кто может следить за вами? С какой целью? Что вы сами об этом думаете?

Марта свернула на широкий бульвар и поехала чуть спокойнее. Роман машинально оглянулся. Марта усмехнулась, но на этот раз удержалась от замечания.

– Итак?

– Я думаю, эти люди посланы за мной оттуда…

– Оттуда – это из Польши?

– Да.

– Зачем вы понадобились вашим землякам?

– Затем же, зачем и вам, – огрызнулась Марта, останавливаясь на красный свет.

Дорогу медленно пересекал автобус. За ним ехал на велосипеде лысый монах-францисканец в коричневой рясе, подпоясанной веревкой, в сандалиях на босу ногу. К багажнику был привязан толстый портфель. Следом на скутере катила монашка в черной сутане и огромном накрахмаленном белом чепце, напоминающем бумажный кораблик. И монах, и монашка выглядели людьми, очень довольными жизнью.

– Вы хотите сказать, что им известно о списке, который хранится у вашего деда? – спросил Роман, разглядывая монахов. – Но какой смысл в том, чтобы следить за вами здесь?

– Не знаю, какой смысл, – нервно сказала Марта, трогаясь в путь. – Это вы должны разобраться.

«В сущности, она права, – подумал Роман. – Разбираться придется мне».

Марта свернула направо и вскоре остановилась возле одного из шестиэтажных домов, построенного в типичном парижском стиле.

Проезжая часть здесь была широкой и не слишком оживленной, машины двигались с большим интервалом. Напротив тянулся аккуратный бульвар, отделенный от дороги кованой изгородью. Вдоль изгороди выстроились в ряд легковые автомобили.

– Приехали? – спросил Роман.

– Да. Это мой дом. На первом этаже галерея, на втором – моя квартира.

– Вы их видите?

– Вон, красный «Пежо». С той стороны улицы. Это их машина. Она всегда там стоит.

– Значит, они спокойно отпускают вас в город?

– Что значит «отпускают»? – возмутилась Марта. – Я сама еду куда хочу. Это – свободная страна.

– Я не то хотел сказать, – не теряя терпения, поправился Роман. – Но они не едут за вами следом, как только вы отъезжаете от дома?

– Кажется, нет.

– Возможно, есть еще машина, с которой за вами ведется наблюдение в городе?

– Может быть… – неуверенно пожала плечами Марта. – Я не знаю.

– Хорошо, – кивнул Роман. – Скоро мы это выясним.

Марта вздохнула и выскочила из автомобиля, хлопнув дверцей сильнее, чем следовало.

Роман тоже вышел на теплый тротуар, вдохнул запах цветущих лип.. Остаться бы здесь навсегда, на этих тихих улицах, среди тенистых бульваров. Нужны ему те майорские звезды в далекой, холодной России? Только проблем прибавится – на что, на что, а на это родина была особенно торовата. А так… Устроиться водителем такси, благо язык знает, тихо зарабатывать себе на кров и пищу и радоваться жизни, как увиденные на перекрестке монахи, точно вышедшие из сказки.

– Вы идете? – окликнула его Марта по-французски.

«Умно», – одобрил Роман, направляясь к большой витрине, в который стояли сюрреалистические статуэтки из гипса и бронзы.

Окна в «Пежо» отсвечивали, мешая разглядеть тех, кто находился в салоне. Но Роману показалось, что там всего один человек. Где же остальные? Ушли за пончиками? Или все-таки выдумка?

Марта открыла стеклянную дверь – при этом прозвенел подвешенный над порогом колокольчик – и жестом пригласила Романа следовать за собой.

Первоначально Роман хотел выйти из «Мерседеса» раньше и дойти до галереи в одиночку, чтобы люди, следящие за домом, не связали его с Мартой. Но затем он решил, что если их видели в «Улитке», то его маневр вызовет подозрение. Проще было держаться той линии поведения, что они – старые знакомые, встретились за кофе, мило поболтали и Марта повезла его к себе, чтобы показать новые экспонаты.

Галерея называлась простенько: «Марта». Видимо, хозяйка очень дорожила своим именем. Сейчас же на входе посетителя ошеломлял портрет обнаженной женщины, выполненный с гипертрофированными физиологическими подробностями. Краски были кричащие, поза – ужасающая. Наверное, это было сделано в целях контраста с названием галереи, отдающим воскресным пирогом и тремя очаровательными карапузами.

Далее налево шла непосредственно галерея, разделенная перегородками на разной величины отсеки. Справа, рядом с входом, находился офис хозяйки. За ним была лестница, ведущая на второй этаж.

«Пани удобно устроилась, – думал Роман, оглядывая коридорчик перед лестницей. – Тут тебе сразу и работа, и дом, и все сопутствующие удовольствия».

– Марта, здесь черный ход имеется?

– Нет, – сказала Марта, ходившая за ним с уксусным выражением на лице. – Отсюда можно подняться только наверх, в мою квартиру.

– К квартире тоже нет черного хода?

– Нет. Есть обычный выход на лестничную клетку, к лифту.

– Насколько я понял, подъезд выходит на улицу?

– Вы правильно поняли.

– Значит, из дома вы можете попасть только на улицу.

– Совершенно верно.

– Понятно.

– Что вам понятно? – осведомилась Марта.

– Понятно, что за вами очень легко следить. Квартиру и галерею вы можете покинуть только через переднюю часть дома. Значит, у тех, кто за вами наблюдает, задача облегчена. Вот если бы был черный ход, то вы могли бы уйти другим путем, через дворы, и тогда проследить вас было бы гораздо сложнее…

– Я не собираюсь бегать по дворам от каких-то типов, – заявила Марта. – Я хоть и польская гражданка, но имею вид на жительство, плачу налоги и нахожусь под защитой французского закона.

Это прозвучало так, будто Марта говорили о своей принадлежности к королевскому роду. Роман лишь покивал на это головой, думая о том, что легкой прогулки точно не получится.

– Хорошо, – поднял он обе руки. – Я не принуждаю вас к бегству. Мы можем зайти в ваш кабинет и спокойно все обсудить?

– А вы не будете осматривать мою квартиру? – удивилась Марта.

– А вам этого хочется? – усмехнулся Роман.

Марта передернула плечами и открыла дверь офиса.

– Подождите меня здесь. Я разберусь с делами.

Немолодой господин с зализанной головой и сухими брылями на вытянутом лице делал издали ей знаки. Он был одет в белые, в обтяжку, брюки, желтую шелковую рубаху и пестрый жилет.

На шее у него пузырилось цветастое шелковое кашне. Он не подходил, видя, что Марта занята гостем, но, судя по жестам, хотел сказать ей что-то важное.

Роман вошел в кабинет, прикрыл за собой дверь. Выглянул сквозь окно, забранное жалюзи, на улицу. Отсюда красный «Пежо» не виден. Но это не столь существенно. Устраивать здесь длительную засаду с целью контрнаблюдения Роман не собирался. Слишком долго и непродуктивно. Времени у него мало, поэтому следует проводить операцию в темпе, пользуясь тем, что его инкогнито дает ему некоторые преимущества.

Несколько минут Роман уделил знакомству с офисом. Устроено все в деловом стиле. Никаких сюсек-пусек, говорящих о том, что хозяйка – женщина. Рабочий стол с компьютером и оргтехникой в углу у окна. Строгие серые стулья, серый ковролин, прямые линии шкафа, сделанного во всю ширину стены. Как дань профессии – пара небольших занятных картинок на стене и бронзовая фигура какого-то рогатого существа, не то Пана, не то кого похуже. Вместо букета цветов – лаконичная икебана на дальнем конце стола.

Роман открыл дверцы шкафа. Справа – гардеробная с вещами хозяйки и холодильник с напитками. Слева – что-то типа склада, где были аккуратными стопками составлены картины, дожидающиеся своего часа на продажу. Во всем просматривался железный порядок.

Звякнул колокольчик, в галерею кто-то вошел. Роман посмотрел в боковое окно-зеркало, прозрачное со стороны офиса. Парень и девушка, по виду – студенты. Одеты просто, но в одежде известных марок, что выдавало их не бедное происхождение. На руке у парня – хронометр «Longines». Они вошли в обнимку и застыли перед портретом обнаженной.

– Похоже, ее писали в анатомическом музее, – громко сказал парень.

Девушка прыснула, после чего парочка, явно не принадлежащая к тем, кто следил за Мартой, двинулась в глубь галереи. Судя по шутке, студенты-медики, решил Роман, теряя к ним интерес.

К молодым людям с медовой улыбкой подкатил шелковый господин, замахал бескостными руками. Марта наметанным глазом оглядела клиентов и направилась наконец к офису.

– Хорошо идет торговля? – спросил Роман, когда она вошла и закрыла дверь.

– Не жалуюсь, – сухо ответила Марта.

Она прошла в угол и села за свой рабочий стол, как бы сразу давая понять, кто здесь хозяин положения.

– У вас один продавец? – спросил Роман, наблюдая за действиями шелкового господина, который делал пассы перед одной из картин, расписывая ее достоинства.

Молодые люди, как очарованные, слушали его с открытыми ртами.

– Продавцы у вас в России, – отрезала Марта. – Это мой помощник и отчасти компаньон.

– Как его зовут?

– Жак Ланглуа.

– Вы живете с ним?

Марта сверкнула глазами, но сдержалась.

– Нет, я с ним не живу. Зачем вы об этом спрашиваете?

– Марта, ваша личная жизнь мне безразлична. Я лишь хочу очертить круг тех, кто может быть для вас опасен.

– Жак? Опасен? – засмеялась Марта.

Смех у нее был мелодичный, юный, как будто ей не принадлежащий. И – едва заметные ямочки на щеках. Трудно не поддаться очарованию такого смеха и не натворить глупостей.

Роман сурово ждал, хотя внутри у него что-то словно подтаяло и потекло от этих удивительных звуков.

Отсмеявшись, Марта покачала головой:

– Даже не думайте в этом направлении. Жак – добрейшее существо. Он работает со мной вот уже пять лет и ни разу ничего такого я за ним не заметила. И он не интересуется женщинами.

– Но вы сказали, он ваш компаньон, – возразил Роман.

– Да. Ну и что?

– Возможно, он сам хотел бы стать владельцем галереи и с этой целью предпринимает кой-какие небезопасные для вас шаги?

– Оставьте Жака в покое, – приказала Марта. – Это пятидесятилетний ребенок, который влюблен в искусство и не способен обидеть мухи. Да, он входит на паях в некоторые мои расходы, но скорее из желания мне помочь, нежели из корыстных побуждений. К тому же, если бы он хотел открыть галерею, он давно бы это сделал без всяких проблем.

Роман снова посмотрел через окно на Жака. Тот раздувал щеки и в чем-то клятвенно убеждал молодых людей. Выражение лица у него было умильное, его хотелось пожалеть и угостить конфетой.

– Хорошо, убедили. Жак – вне подозрений. Идем дальше. Быть может, вы перешли дорогу какой-нибудь мстительной даме?

– Вы о чем?

– Париж – город адюльтеров, – усмехнулся Роман, сделав неопределенный жест. – Что, если не в меру подозрительная жена наняла частных детективов, чтобы они зафиксировали факт измены мужа?

– Я не связываюсь с женатыми мужчинами, – сказала Марта. – Это не в моих правилах.

– Точно?

– Абсолютно.

– Ну, – задумался Роман, – тогда вас может преследовать маньяк. Или, если выразиться иначе, ваш тайный поклонник. У такой красивой женщины, как вы, вполне могут быть тайные обожатели.

– Могут быть, – без тени кокетства согласилась Марта. – Но не собираются же они по трое и не сидят днями в машине.

– Да, – кивнул Роман. – Так они обычно не поступают.

Марта с юмором следила за ним. Наверное, ждала, до чего он еще додумается.

«Ничего, – беззлобно думал Роман, – развлекайся. А я пока тебя всесторонне прощупаю».

– Скажите, Марта, вы не пробовали заявить об этих людях в полицию?

– Нет, не пробовала.

– Почему?

– Я уверена, что это не дело полиции.

– Почему?

– Я же сказала вам с самого начала: скорее всего, эти люди присланы оттуда. А я не хочу вмешивать местную полицию в мои отношения с земляками. Нужно будет объяснять мотивы, это может привести к различным осложнениям… А я не хочу осложнений. Понимаете?

– В общем и целом…

– Вы знаете, чего мне стоило открыть эту галерею? С польским паспортом, без влиятельных знакомств?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Поделиться ссылкой на выделенное