Сергей Кулаков.

Надейся только на себя

(страница 5 из 28)

скачать книгу бесплатно

«Может, сработаемся, – подумал Роман, усаживаясь поудобнее. – И зачем обязательно Слепцову меня подставлять? Я еще вполне пригоден для серьезных дел. Парню-то здесь одному, чай, тоже несладко».

Дорога от аэропорта проходила по полупустынной местности. У обочины стояли одинокие деревья, роняя скудную тень на горячую землю. Вокруг же, сколько видел глаз, лежали желтые каменистые песчаники.

По шоссе оживленно двигались машины. Среди них, помимо «жигулят» советского производства, можно было заметить современную импортную автотехнику. Причем техники этой было изрядное количество, что вызывало некоторое удивление. Наверное, решил Роман, в стране, где есть собственное дешевое горючее, приобретение приличной иномарки не составляет проблемы даже для небогатых жителей.

Сзади донесся требовательный вой сирены. Раад прижался к обочине, уменьшив скорость. Мимо них один за другим промчались сначала пятнистый БТР, затем три больших грузовика под тентами. Внутри грузовиков сидели вооруженные автоматами «М-16» парни в камуфляже. Колонну замыкали еще два БТРа. Немного сбоку от дороги проклекотал винтами вертолет «Апач».

– Американцы? – спросил Роман нахмурившегося Крохина.

– Они, – кивнул тот, на этот раз без своей обычной улыбки. – Наделали делов, теперь мечутся как угорелые. В стране бардак жуткий, каждый день – теракты, идет, по сути, необъявленная гражданская война. А эти, как обычно, стараются делать хорошую мину при плохой игре. Да вы и сами, наверное, все эту петрушку хорошо знаете?

– Более или менее, – усмехнулся Роман. – Что-то видел по телевизору, что-то читал в газетах, что-то слыхал от генерала Слепцова… Кстати, Слепцов сказал, что вы введете меня в курс дела относительно предстоящей операции?

– Обязательно, Роман Евгеньевич, – снова улыбнулся Крохин. – Но только не сегодня. Вы с дороги, устали, вам надо отдохнуть, присмотреться к обстановке. Сейчас я отвезу вас в гостиницу и, не сочтите за грубость, оставлю до завтра. У меня сегодня несколько важных встреч, надо много куда успеть. Сами понимаете, такая работа. А завтра утром, на свежую голову, обо всем поговорим. Кстати, завтра же нам предстоит сделать одну любопытную поездку… Впрочем, это завтра.

Они подъехали к мосту через реку. Дорогу более чем наполовину перекрывали бетонные блоки. Повсюду находились вооруженные люди. Среди них Роман увидел как представителей оккупационных сил, так и местных полицейских. Каждая машина сопровождалась пристальными взглядами, некоторые останавливались для тщательного досмотра.

Высоченный негр с нашивками сержанта армии США в нахлобученной на глаза панаме приветливо махнул Крохину, разрешая проезд.

– Вот уже и полезные знакомства завелись, – широко улыбнулся Крохин, кивая негру.

– Ребята небось ждут не дождутся, когда им позволят убраться домой, – сказал Роман.

– Да уж… – согласился Крохин, в одно мгновение стирая улыбку с лица после того, как заграждение с негром-сержантом осталось позади.

Они переехали мост, и Раад уверенно повел свой «Форд» по улицам Багдада.

В этот час они были густо запружены автомобилями, водители которых, казалось, даже не догадываются о существовании правил дорожного движения. Потоки машин в три-четыре ряда неслись на довольно высоких скоростях, почти не обращая внимания на светофоры и совсем не замечая дорожных знаков. Как успел заметить Роман, многие водители, в том числе и Раад, объяснялись друг с другом выставленной в открытое окно левой рукой, и делали это столь привычно и искусно, что легко избегали, казалось бы, неминуемых столкновений.

– Интересная здесь манера вождения, – заметил Роман.

– Здесь все интересное, не соскучишься, – отозвался Крохин.

Раад на полной скорости объезжал огромную площадь с бассейном и монументальной трибуной.

– Что это за место? – спросил Роман.

– Площадь Тахрир. Это центр Багдада. Нечто вроде Красной площади в Москве. Здесь по праздникам проходят парады войск и народные демонстрации. Проходили… – поправился не без сожаления Крохин.

– Кажется, вам не очень нравится, что Саддам больше не у власти?

– А разве это может нравиться? – вопросом на вопрос ответил Крохин, выделив слово «это» и поведя вокруг многозначительным взглядом.

Да, он был прав. Город если и не лежал в руинах, то являл собой безотрадное зрелище. Многие здания были сильно повреждены взрывами, иные совершенно разрушены. Повсюду виднелась искореженная техника. Уличная толпа, это мерило жизнедеятельности любого города, хоть и была довольно многочисленной, но не несла в себе того настроения благодушной суеты, которое присуще беззаботности мирного времени. Лица людей были напряжены, если не сказать угрюмы. Все ходили словно с оглядкой, поджидая опасности со всех сторон и в любую секунду. На каждой площади, на каждом перекрестке торчали армейские посты, что само по себе угнетающе действовало на горожан.

– При Саддаме иракцам было трудно, – сказал Крохин. – Но при Саддаме был железный порядок. Доблестный президент Буш этот порядок разрушил, а взамен, кроме орды вооруженных болванов, ничего стоящего, по сути, не предложил. И как здесь теперь будет дальше, знает один Аллах.

Роман, имеющий свой взгляд на «порядок», который несет народу любая диктатура, промолчал, с любопытством разглядывая проплывающие за окном виды большого красивого города – удивительной смеси современности и старины. Многоэтажные здания из бетона, мрамора и стекла, способные украсить столицу любой страны мира, а рядом – низкие частные домики с плоскими кровлями и деревянными балконами. Жилые однотипные кварталы из высотных домов, возведенные совсем недавно, и круглые купола мечетей, неизменные и нерушимые на все времена. Огромные рекламные щиты, на которых красовались политики в европейских костюмах, и пешеходы, одетые в просторные национальные одежды, древние, как сама эта земля…

Что бы там ни было, а город жил своей неугомонной жизнью. Вон во дворе мальчишки гоняют мяч, забыв обо всем на свете. У витрин магазинов выставлены большие блюда с пряниками, пирожками, пастилой и халвой всевозможных видов. Открыты двери в многочисленные ресторанчики. Женщины в накидках-абаях и платках-хиджабах, оставляющих открытыми только лицо, озабоченно снуют из лавки в лавку. Торопится куда-то, оживленно о чем-то переговариваясь, группа молодых людей в джинсах и майках, по виду – обычные студенты, занятые девушками да развлечениями. Бродячая собака разлеглась в тени под деревом и крепко спит, не выказывая и тени беспокойства…

– Вот мы и приехали, – сказал Крохин.

Они остановились на автостоянке, или, вернее сказать, на большой площади, сплошь заставленной автомобилями. Площадь окружали большие магазины и, судя по специфической, схожей во всех уголках мира архитектуре, государственные учреждения.

– Гостиница «Синдбад», – указал Крохин на одно из зданий явно не современной постройки. – Здесь вам забронирован номер. Надеюсь, понравится.

– Надеюсь, – откликнулся Роман, выбираясь из машины и принимая у Раада свою сумку.

Вслед за Крохиным, который дал знак Рааду оставаться в машине, он двинулся к гостинице.

Уже одно название ее вызывало в памяти очарование арабских сказок. Под стать названию она и выглядела. Тяжелые стены, арочные окна, прихотливый мозаичный узор на фасаде. Справа от входа – широкой двери между двумя голубыми колоннами – смуглый мужчина лет пятидесяти в пиджаке, надетом на длинную темную рубаху – дишдашу, торговал открытками, раскинутыми на двух больших деревянных щитах. Слева невысокий толстяк развесил пестрые домотканые ковры – кошмы. При виде гостей он расплылся в подобострастной улыбке, бормоча слова приветствия и предлагая купить свой товар. Но увидев, что гостей ковры не интересуют, сразу потерял к ним интерес и принялся оживленно переговариваться с коллегой.

В обширном прохладном холле Крохин взял ключи у портье, одетого в нарочитом национальном стиле, бросил ему пару коротких фраз на арабском языке, указав на Романа, и двинулся по широкой мраморной лестнице вверх.

– Ваш номер на втором этаже, – сообщил он Роману на ходу. – Очень удобно, если потребуется уйти или вернуться незаметно. Здесь все присматривают друг за другом, поэтому я специально подыскал для вас удобное в этом смысле место.

– Спасибо, – отвечал Роман. – Черный ход никогда не помешает.

Поднявшись на второй этаж, они прошли по коридору метров десять и остановились перед дверью с номером 207. Крохин повернул ключ в замке, распахнул дверь и пропустил вперед Романа.

– Прошу.

Роман вошел в просторное помещение. М-да, когда-то люди не ведали тесноты. На этой площади в нынешнем отеле разместилось бы три полноценных номера. А чего стоили люстры в виде глубоких тарелок, выточенные из мрамора? А кровать? Она была просто гигантских размеров. Пожалуй, какой-нибудь заезжий купец мог разместиться на ней со всем своим гаремом.

– Как вам? – с улыбкой обведя взглядом апартаменты, спросил Крохин.

– Впечатляет, – кивнул Роман.

Он заглянул в ванную. По величине она почти не уступала жилой комнате. Мозаичные стены, громадная каменная ванна, мраморный пол. И при этом отличная ультрасовременная сантехника – дань времени и отрада постояльцев.

– Наверное, этот номер недешево обошелся нашему скромному ведомству? – осведомился Роман.

Честно говоря, такая пышность ввиду предстоящего задания несколько озадачила его. Он бы предпочел что-нибудь поскромнее и подальше от центра.

– Нашему скромному ведомству он не стоил ни копейки, – с улыбкой ответил Крохин. – Иракское правительство кое-что нам должно, и даже не кое-что… Потому мы можем позволить себе держать номера для наших сотрудников там, где пожелаем, и при этом не входить в незапланированные расходы. Если вы думаете, что ваше присутствие будет здесь слишком заметно, то, уверяю вас, оно было бы не менее заметно, чем если бы вы поселились на окраине. Все иностранцы попадают под пристальное наблюдение местной контрразведки, и чем тщательнее они прячутся, тем усерднее за ними следят. В этом смысле в центре жить безопаснее. К тому, кто живет на виду и производит впечатление небедного человека, на Востоке относятся доверительнее, нежели к серому тихоне, который старается затеряться среди отдаленных районов.

Слушая его точную, ясную речь, Роман понял, что ошибся в первоначальной оценке Крохина. Парень не так прост, как хочет показаться, и наверняка знает здесь все вдоль и поперек. Знает и очень искусно этим пользуется. Хватка в нем чувствовалась железная, как бы простодушно он ни улыбался.

– Пройдемте на балкон, Роман Евгеньевич, – сменил тему Крохин, открывая балконную дверь, обтянутую противомоскитной сеткой. – Я вам кое-что покажу.

Роман вслед за Крохиным вышел на балкон – скорее, целую террасу. Отсюда открывался вид на реку и плывущие по ней лодки и катера. Над водой носились, отчаянно галдя, большие серые чайки.

– Это Тигр? – спросил Роман, подходя к перилам.

– Да, – кивнул Крохин, становясь рядом с ним и закуривая. – Тигр. Или Диджла, как называют эту реку арабы.

– Красиво.

– Здесь все красиво, – отозвался Крохин. – Красиво и величественно. Не земля, а сама Великая История, родина удивительнейших древних цивилизаций. Вавилония, Ассирия, халдейские княжества, доисторический Шумер, Лагаш… Кто здесь только не жил и не царствовал! Трех жизней не хватит, чтобы все исследовать. История Европы кажется совсем юной и недоразвитой по сравнению с историей этих мест.

– Вы всерьез увлекаетесь историей?

– Только когда есть свободное время. А его почти никогда нет, – засмеялся Крохин. – Но, Роман Евгеньевич, мы же договорились: обращайтесь ко мне на «ты»! А то я чувствую себя неловко.

– Договор был двусторонним, – напомнил Роман. – Меня, знаете, тоже «Роман Евгеньевич» коробит.

– Все, договорились, – поднял руки Крохин. – Переходим на «ты» в двустороннем порядке. Хотя мне, признаюсь, сделать это нелегко. Вы… прости, ты, Роман, один из тех людей, которых я на самом деле считаю своими учителями. Пускай даже и заочными. Но я столько узнал благодаря… тебе. Ты был и остаешься одним из лучших в нашем деле, и мне многому еще предстоит у тебя научиться.

– Ладно, Антон, проехали, – остановил его Роман, которому уже начали надоедать эти дифирамбы в восточном стиле. – Так что ты еще мне хотел показать, кроме Тигра?

Если Крохин и был недоволен тем, что его столь резко остановили, виду он не показал. Перегнувшись через перила балкона, он указал на что-то рукой:

– Посмотри туда.

Роман глянул вниз. Этаж хоть и второй, а до земли метров девять. Дважды хватит, чтоб убиться до смерти. И поблизости ничего похожего на пожарную лестницу.

– Если это твой черный ход, то он не для меня. Я пока летать не научился.

– Летать не потребуется, – возразил Крохин. – Вон там, в стене первого этажа, с правой стороны балкона, есть углубление, куда очень удобно можно поставить ногу. Затем – на перила балкона первого этажа, с них вон туда, на тот выступ, – и ты у себя в номере.

– Ого, – покачал головой Роман, представив восхождение во всех подробностях. – Боюсь, я уже на такие трюки не способен.

– Не прибедняйтесь, Роман Евгеньевич, – засмеялся Крохин. – Пардон, Роман… С твоей подготовкой сюда можно залезть с закрытыми глазами.

– Сам-то пробовал? – проворчал Роман.

– Сам – нет, – честно признался Крохин. – Но Раад по моей просьбе залезал. Сказал, очень легко.

– Ну, если Раад сказал… – пожал плечами Роман, решив, что спорить бесполезно. Похоже, что тут все уже обдумано за него. К тому же он хорошо помнил грозное напутствие Слепцова, обязывающее его во всем повиноваться майору Крохину. А раз так, наше дело маленькое. Надо залезть – залезем, прикажут взлететь – и это смогем.

– Ладно, Роман, мне пора, – сказал Крохин. – Дела не ждут. Завтра я заеду за тобой в семь утра. И по дороге все подробно расскажу о нашем задании.

– А что мне делать сегодня? – спросил Роман, вслед за Крохиным возвращаясь с балкона в комнату.

– А сегодня – отдыхай. С дороги это невредно. Еще хватит хлопот и на твою долю. Да, чуть не забыл…

Из внутреннего кармана пиджака Крохин достал пачку купюр, положил на стол.

– Это местная валюта, риалы. Здесь примерно на пять сотен американских долларов. Сходи вечерком, если будет желание развеяться, в ресторан. Здесь неподалеку, через два квартала направо от гостиницы, есть хороший ресторанчик, называется «Париж». Там собираются все европейцы и американцы, проживающие в Багдаде. Журналисты, торгаши, дипломаты, наш брат, разведчик. В общем, со всего мира шушера… Опять же там ты сможешь без опасения быть избитым или застреленным выпить спиртного, что в других публичных местах делать не рекомендуется, дабы не оскорблять религиозные чувства верующих.

– А где можно просто поесть? – поинтересовался Роман, порядком проголодавшийся к этому времени.

– Просто поесть ты можешь и у себя в номере. Нажми вот эту кнопочку, через минуту зайдет коридорный, и через него ты можешь заказать все, что тебе угодно. Лучше не мудрить и положиться на вкус прислуги. Она все сделает в лучшем виде. Готовят здесь прекрасно. На чай не давай, в этой гостинице чаевых не берут. Русский язык прислуга знает вполне сносно.

– И впрямь хорошее место.

– Ну так а я о чем? Все, побежал. До завтра. В семь утра я здесь.

Крохин ободряюще кивнул и вышел из номера.

Оставшись один, Роман еще раз осмотрел номер и, недолго думая, нажал на кнопку вызова коридорного.

Не прошло и минуты, как в дверь постучали. Это явился коридорный, приятного вида араб лет сорока с небольшим. Услыхав просьбу Романа об обеде, он с поклоном вручил ему объемистое меню, где на нескольких языках были перечислены блюда, о которых Роман не имел ни малейшего представления. Вместо того чтобы углубляться в подробный разбор каждого из них, он последовал совету Крохина и попросил принести что-нибудь от щедрот местной кухни. Единственная просьба – наличие овощей и рыбы. Коридорный улыбнулся, с достоинством поклонился и вышел, сказав на неплохом русском языке, что через десять минут заказ уважаемого гостя будет в номере.

– Похоже, товарищ когда-то учился в Советском Союзе, – сделал вывод Роман, отправляясь в ванную комнату умыться с дороги.

Пока он там плескался, принесли обед на огромном серебряном подносе. Посреди подноса красовалось овальное блюдо с только что изжаренной рыбиной, щедро обложенной запеченными помидорами и луком. Отдельно лежали сочные груши и бананы, на фарфоровой тарелочке высилась горка отборных фиников. Узкий серебряный кофейник с изогнутым, как лебединая шея, носиком был только что снят с огня. В хрустальном кувшине стояла холодная питьевая вода.

– Это мне одному? – слегка растерялся Роман.

– Кушайтэ на здоровьэ, – с вежливой полуулыбкой кивнул принесший поднос слуга, на цыпочках удаляясь из номера.

Отбросив сомнения, Роман присел к подносу и наелся так, что едва нашел силы доползти до кровати. Здесь он и уснул, здраво рассудив, что до вечера еще добрых три часа и лучше всего скоротать время в сладкой послеобеденной дреме.

24 сентября, Багдад, вечер

Проснувшись часа через два, Роман первым делом пустил воду в ванной. Пока ванна – мини-бассейн наливалась, он по привычке немного размялся, чтобы не терять форму. Легкий комплекс упражнений из классического китайского кунг-фу плюс дыхательная гимнастика вернули ему привычную бодрость тела и духа. Нежась затем в ванне, он заодно побрился и часам к девяти был полностью готов к выходу в город.

Решив, что особенно пижонить не следует, так как по легенде он был журналистом одной российской газеты, а журналисты обычно одеваются несколько небрежно, он надел джинсы, тенниску, темную ветровку, уложил часть полученной от Крохина суммы во внутренний карман куртки, туда же спрятал журналистское удостоверение, самое что ни на есть настоящее, захватил сигареты, ключи от номера и вышел из гостиницы.

В этот вечерний час на улицах было не слишком многолюдно. По-видимому, правоверные мусульмане большей частью разошлись по домам. И машин было так мало, что многие пешеходы брели прямо по проезжей части. Однако количество военных патрулей к вечеру только возросло, что особенно бросалось в глаза на фоне притихших улиц.

Романа ни разу не остановили, хотя по дороге ему встретились два военных и один полицейский патрули. Наверное, его северная внешность никак не вязалась с поясом шахида и не вызывала особых подозрений ни у союзников, ни у местной полиции.

Неторопливо шагая по тротуару, Роман на всякий случай запоминал вывески и здания. Город был для него абсолютно незнакомым, и не мешало, пользуясь свободным временем, узнать получше хотя бы территорию, прилегающую к гостинице «Синдбад».

Выйдя из гостиницы, он свернул не направо, где находился рекомендованный Крохиным ресторан «Париж», а налево, намереваясь описать большой круг и таким образом составить представление о районе, в котором ему предстояло прожить несколько дней.

По пути на одном из газетных развалов он купил путеводитель по Багдаду с надписями на английском языке. Английским Роман владел в совершенстве, и десять минут спустя, хорошенько изучив карту города, особенно центра, он уже четко мог указать, где находится центральная площадь, где гостиница «Синдбад», а где – ресторан «Париж».

В легких сумерках наведался он и к тыльной стороне своей гостиницы. Внимательно осмотрев снизу стену и балконы обоих этажей, пришел к выводу, что при острой необходимости наверх влезть все-таки можно без особого риска сорваться. Спуск, правда, был гораздо сложнее, но Роман решил, что все эти ухищрения вряд ли понадобятся. Скорее всего, Крохин даст ему какое-нибудь несложное поручение, вроде слежки за подозреваемым, и покидать свой номер он сможет обычным путем, то есть через дверь.

От гостиницы Роман прошел к набережной Тигра. Здесь было довольно оживленно, работали небольшие кафе открытого типа, и его тут же принялись настойчиво приглашать за столики. Однако Роман, ввиду веющей от реки прохлады, отнюдь не южной, и полного отсутствия спиртного, даже самого безобидного, все предложения отклонил и взял курс на «Париж». К тому же его с армейских времен мутило от арабской музыки, а здесь отовсюду громко неслись ее протяжные, заунывные звуки.

Было начало одиннадцатого, когда он вошел в «Париж», небольшой, но очень уютный ресторанчик, внутренним убранством приятно радующий глаз всякого европейца, уставшего от местной экзотики. Здесь, за двойной дверью, гремели песни западных певцов, а люди за столиками пили кто пиво, кто виски – и это был неплохой повод, чтобы лишний раз наведаться сюда.

Роман прошел к барной стойке и присел на высокий стул-тумбу.

Ресторан был полон до отказа. За столиками почти не было свободных мест. Несколько пар кружились в танце на небольшой танцплощадке.

– На каком языке мистер желает разговаривать? – на английском языке спросил Романа бармен, высокий, наголо бритый парень с татуировкой на жилистой шее.

– На том же, что и вы, – по-английски ответил Роман.

– О! – осклабился бармен. – Всегда приятно видеть в этих местах земляка. Что будете пить, мистер?

– Двойную порцию виски.

Бармен уважительно кивнул и налил полстакана виски «Белая лошадь».

– Вы ведь первый раз в нашем ресторане, так? – спросил он, ставя заказ перед Романом.

– Точно, – улыбнувшись, ответил тот.

– Тогда это угощение за счет заведения. Мы всегда таким образом приветствуем новичков.

– Очень любезно с вашей стороны.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Поделиться ссылкой на выделенное