Сергей Алтынов.

Предателей казнят без приговора

(страница 4 из 17)

скачать книгу бесплатно

– Главное, чтобы пистолет противника был совсем близко к тебе. Лучше, если ствол будет уперт тебе в грудь. Но в этом случае действовать надо молниеносно, – пояснил Степаныч, видя, что я несколько ошарашен.

А ошарашен я был от четкости и быстроты действий Нефедова. Точно сказано – молниеносно. Несмотря на возраст, Степаныч отнюдь не потерял хватки. Попадешься на такую «удочку», все… Еще и в самоубийцы потом запишут, в церкви отпевать откажутся. Ничего не скажешь, прием отличный! Если его удается провести, то получается, что ваш вооруженный противник неожиданно застрелился. Сам.

– На практике применять не приходилось? – спросил я Степаныча.

– По счастью, нет, – ответил тот.

– Я бы, несмотря на приказ, все же по голове для начала врезал, – подал голос Кравцов, наблюдавший за нашей тренировкой.

– И расколол бы пленному череп, – кивнул на ручищи Кравцова Степаныч. – А ценная информация? У кого ее после этого получишь?

– Тоже верно, – пожал могучими плечами Кравцов.

– Поэтому приказы надо исполнять четко, – Нефедов напомнил Кравцову о субординации. – Еще вопросы имеются?

– Никак нет, – пошел-таки на попятную капитан.

– К нам очередные гости! – неожиданно подал голос Игорь, ведущий наблюдение в инфракрасный бинокль за тем, что происходило под горой, то есть под нами.

Вооружившись собственным биноклем, я и в самом деле увидел, что под горой осторожно прогуливались трое вооруженных людей. Они прогуливались именно в том месте, где еще недавно находился наш временный лагерь.

– Точно нас ищут, – заметил Игорь. – И, по-моему, удивлены нашим отсутствием.

Все трое были белыми, причем двое явно европейской внешности. Третий… Третий показался мне знакомым. И лицо, и походка. Точно вот так вот когда-то его в бинокль и высматривал. Или в прицел…

– Снизу они нас не увидят? – задал довольно глупый вопрос Игорь.

– Без специальной оптики нет, – ответил я. – А вот этот… Чернявый… Ну знаю ведь его! Или нет?

К нам присоединился Коля Водорезов, доставший свой бинокль.

– Руку на отсечение даю, – произнес он, – это боевик из отряда Черного Шамиля!

В самом деле?! Да, да – ориентировка на розыск и задержание самых опасных террористов из отряда легендарного Черного Шамиля была роздана всем офицерам спецподразделений, находящихся на территории Чечни… Самого Шамиля уже несколько месяцев как нет в живых. Сумели-таки его выследить и взорвать. Как и верхушку его отряда. Но что может делать в Африке чеченский террорист? Не мог же он оказаться в отряде полковника Анда… Или мог?

– По нашу душу явились, – проговорил Коля.

– Может, и так, – согласился я. – Коля, сможешь разведать?

– Придется, – ответил Водорезов, пристегивая к поясу компактный пистолет-пулемет.

Невысокий, хорошо тренированный и знающий местные джунгли Коля отправился вниз. Между тем вооруженные незнакомцы потоптались еще немного, потом связались с кем-то по радиостанции и отправились в глубь джунглей.

Через двадцать минут вернулся Николай.

– Разговаривали по-русски, – сообщил он. – Сообщили кому-то, что объекты исчезли, но стоянка была. Скорее всего, ушли в горы, но в горы они втроем лезть не решаются. Затем поспешно ушли. Идти за ними не решился, не обессудьте.

– Идти за ними приказа не было, – произнес я.

Картинка получалась следующая. Эти бандиты (а это явно бандиты, раз за старшего у них такой персонаж) отлично знали, где должна быть наша временная стоянка. Кто об этом знал, кроме моих подчиненных? Генерал Леонтьев, разрабатывающий вместе с нами всю операцию и отлично знающий карту. Бандиты сильно удивились, не обнаружив нас. Значит, их послал не полковник Анд. Чего Анду удивляться? После того, что ему сообщил негр-наблюдатель, он, скорее всего, сам предположил бы, что отряд, прибывший по его душу, либо покинет остров, либо поменяет место дислокации… А эти удивились, даже Игорь заметил. Кто же они?

– Григорий Степанович, давай отойдем! – сказал я Нефедову.

С командиром не спорят. Нефедов поднялся, и мы поднялись вверх, на довольно приличную высоту. Наши бойцы могли видеть нас, но не слышать.

– Как говорится, одно к одному, – начал разговор я. – Что скажешь?

– Охотятся на нас, – привычно дернул усами Нефедов.

– Мы в западне, – кивнул я. – Даже если мы попытаемся связаться с вертолетчиком и улететь обратно, нет никакой гарантии, что вертолет не расстреляют с земли из ПЗРК…[5]5
  ПЗРК – переносной зенитно-ракетный комплекс.


[Закрыть]

– Хочешь сказать, Леонтьев бросил нас на верную гибель?

– Не знаю… Но нашим противникам оказался известен район высадки. Что еще можно подумать?

Нефедов уже в который раз зашевелил усами, на сей раз молча. В самом деле, думать должен командир, а он всего лишь мой зам.

– Многовато нам выпало, Григорий Степанович, – прервал молчание я. – Мало «вымпеловца»-перебежчика с отрядом наемников, так еще имеются упыри, охотники и вот… Господа террористы, невесть откуда здесь взявшиеся. И никуда нам теперь от этого не деться… А Упырь ведь между всем этим сейчас сам начнет… Охотиться на охотника.

Степаныч лишь невесело усмехнулся, но промолчал. Что тут скажешь: Охотник на Упыря – профессионал высокой пробы. Впрочем, других в моем отряде и быть не могло. И Упырь – профи не меньший, чем охотник. И никакими клятвами Упыря не остановишь. Не бывает у Упырей клятв.

– Главное, Степаныч, мы должны доверять друг другу. Ты и я! Веришь, что я не Упырь? – в моем голосе появилась жесткая командирская интонация.

– Верю, – не долго думая, кивнул Нефедов.

– Я тоже верю тебе. Кто еще не может быть Упырем?

– Игорь? – уточнил Степаныч.

– Да, – твердо кивнул я. – Его не пометили… Почему?

– Охотник – парень тренированный. Ему нужно было незаметно подложить метку пятерым опытным бойцам, так чтобы те ничего не заметили.

– Непросто, но выполнимо? – спросил я инструктора спецдисциплин.

– Выполнимо, но подкладывать шестому… Лишний риск, – согласился со мной Степаныч.

– Значит, Охотник твердо знает, что перевод– чик Игорь Толмачев не Упырь! – подвел итог я. – Давай посмотрим, что нас всех объединяет? Ты ведь изучал личные дела?

– Конечно, – кивнул Григорий Степанович. – Все офицеры, все служили в специальной разведке ВДВ, все имеют опыт в «горячих точках».

– Что разъединяет?

– Ну… Почти все окончили разные училища… – с паузами задумчиво продолжил Нефедов. – Разный возраст… Пожалуй, социальный статус разный – у Дятлова батя генерал… Да и «горячие точки» разные. Кто-то был в Африке, как Коля и Игорь, кто-то, как я, еще ДРА[6]6
  ДРА – Демократическая Республика Афганистан.


[Закрыть]
захватил, у тебя Приднестровье, Югославия…

– Стоп! – остановил я Нефедова. – А ведь Игорь Толмачев единственный, кто не был в Чечне. В Африке был, а вот Чечню миновал, там специалисты по португальскому языку не нужны… А мы только что созерцали одного из боевиков, невесть как в джунглях оказавшегося. Значит, разгадку надо искать в чеченских событиях. Там, именно там и появился Упырь!

– Слушай, Валентин, а кто формировал отряд? – спросил Степаныч.

– Генерал Леонтьев, – пожал плечами я.

– Интересно он его сформировал, – только и произнес Нефедов.

– Кто-то подсказал ему нужные офицерские кандидатуры.

– Хотел бы я знать, кто… Ну ничего, живы останемся – узнаем. Будем выполнять задание?

– Будем, – кивнул я. – Это лучше, чем сидеть и ждать, когда за нами сюда явятся какие-нибудь головорезы… Покажи-ка еще раз, как ты это делаешь с пистолетом?

Степаныч вновь извлек оружие, показал технику выполнения приема в замедленной форме, четко объясняя, что к чему. Прием оказался незамысловатым, основанным на резкости и быстроте того, кто его проводит. И самое главное – я понял его принцип.


Вернувшись в лагерь, Степаныч вновь обратился к изучению карты местности, подключив на сей раз и всех остальных. Я же включил свой ноутбук, подключенный к спутниковому телефону. Сейчас я имел возможность выйти в Интернет и получить кое-какую информацию. Что, собственно говоря, я знаю о генерал-майоре Леонтьеве? Лишь то, что он из ГРУ. Между ГРУ и разведкой ВДВ давняя конкуренция, хотя мы и принадлежим к одному армейскому ведомству. Это нормально. Разведка морской пехоты, в свою очередь, не желает уступать ни нам, ни гэрэушникам. Мы частенько называем спецов из ГРУ «комнатными рейнджерами», а они, в свою очередь упрекают нас в «великодесантном шовинизме». Если стратегическая разведка – это полная монополия ГРУ, то тактическую и специальную разведку ведут самые разные подразделения. И мотострелки, и танкисты, и морская пехота, и, разумеется, ВДВ. Более того, с недавнего времени разведроты появились почти во всех родах войск – и у военных железнодорожников, ракетчиков, автомобилистов, даже строителей… Разве что у банно-прачечных подразделений не было сегодня своего спецназа, да и то, наверное, скоро появится. Но серьезные бойцы специальной разведки есть только в ГРУ, морской пехоте и у нас, в воздушно-десантных. Готовят командиров разведдиверсионных групп в разных училищах. Морских пехотинцев в Дальневосточном общевойсковом, гэрэушников и тактические разведгруппы сухопутчиков – в Новосибирском, десантников – в легендарном Рязанском. Еще офицеров ВДВ готовят на спецфакультетах Тюменского инженерного (откуда Серега Млынский), Тульского артиллерийского (Коля Водорезов), Рязанского училища связи (Дятлов) и Рязанского же автомобильного. Бывает, в спецподразделение попадают офицеры из других училищ. Их обычно называют приемными детьми…

Надо посмотреть, не засветился ли гэрэушный генерал в мировой паутине. Это, конечно, вряд ли, но проверить не помешает, тем более, время есть. Щелкнув в поисковой системе фамилию и инициалы, я, по совести говоря, не ожидал что-либо получить…

Но, получил! Всего одно упоминание, но при этом весьма интересное.

Глава 5

Николай Борисович Леонтьев фигурировал в небольшой статье, однако снабженной при этом фотографией. Странно, что человек на такой, по большому счету секретной, должности засветился в прессе. На фотографии в самом центре был изображен молодой человек в дорогом костюме, которого окружали высшие военные чины с генеральскими погонами. Одним из них и был генерал-майор Леонтьев. Дорого одетый молодой человек что-то весьма пафосно говорил, а генералы восторженно ему внимали. Подпись под фото была следующей – президент сети кондитерских компаний Дмитрий Филиппович Глушков вручает ключи от новых квартир для ветеранов и инвалидов сухопутных войск и ВДВ. Ветеранов и инвалидов не видать, зато весь генералитет в сборе. Н. Леонтьев указан как один из высших офицеров штаба ВДВ, стоит с самого края, взирает с каким-то ироничным снисхождением…

«П-ф…» – только и остается произнести мне. Какие-то предприниматели, кондитерские компании… Но почему начальник отдела спецопераций ВДВ присутствует на подобном мероприятии? Случайностью такое быть не может! Однако времени анализировать и сопоставлять у меня не было.

– Григорий Степанович, отойдем минут на двадцать, – окликнул я Нефедова.

Мы вновь поднялись на доступную высоту, присели на камни.

– Ты такую фамилию – Глушков – слышал? – начал разговор я.

– Слышал, – не задумываясь, ответил Степаныч, точно ждал такого вопроса.

– Рассказывай.

– Все рассказывать? – как-то недобро отозвался Нефедов.

Ответить Степанычу я не успел. Сверху, чуть ли не над самой головой, послышался шум вертолета. На предельно малой высоте на нас двигался боевой вертолет, судя по очертаниям – все та же «Пума». Мы с Нефедовым, укрывшись в одной из узких ложбин, залегли за камни. Будем надеяться, что в лагере сделали то же самое. Вертолет пролетел над горами, пару раз завис и повернул назад.

– Это ведь за нами, Степаныч, – только и произнес я, как только «Пума» скрылась из виду. – Выходит, у полковника Анда есть авиация? Или это наши чеченские друзья?

– Анд знает, где мы находимся, от своего наблюдателя, – ответил Нефедов.

Некоторое время мы сидели молча. Что теперь делать? Выходить на экстренную связь с центром, то бишь с генералом Леонтьевым, из-под носа которого идет утечка информации? Нас заманили в мышеловку и, судя по всему, захлопнули крышку. Почти наглухо. Почти…

– Степаныч, ты должен рассказать мне все, – продолжил я. – Ты ведь лично знал Никанорова. Пересекался ли он с Леонтьевым и с этим кондитером Глушковым? Ты ведь всех их знаешь лично.

– Я многих лично знаю, – только и ответил мне Григорий Степанович. – Может, вертолет правительственных войск?

– Один, в такой глуши? Их было бы как минимум два. Да и не полетят они сюда. Авиации у местных вооруженных сил не так много, сам знаешь. И вся она сконцентрирована в столице, там со дня на день возобновятся бои… Кое-что уже становится понятно, но мне не хватает информации.

– Быстро ты до Глушкова добрался. Недаром тебя командиром сделали, – впервые усмехнулся в усы Нефедов. – Это все давно началось. Ты, наверное, слышал, что я некоторое время в сопредельной конторе трудился. Недолго, но… Опыт приобрел.

В самом деле, Степаныч был единственным из нас офицером, который работал не только в армейской разведке, но и был некоторое время инструктором в учебном центре КГБ-ФСБ.

– Вот слушай, – начал Степаныч. – В конце семидесятых прошлого века в столице участились разбойные нападения на состоятельных людей. И очень часто на тех, кто собирался эмигрировать в Израиль и имел желание вывести с собой драгоценности и антиквариат. Некоторые из них были не только ограблены, но и убиты. По «Голосу Америки» пошла информация, что КГБ таким образом расправляется с отъезжающими на историческую родину, имея цель снизить количество эмигрирующих. Поэтому, помимо МУРа, дерзкими грабителями занялась и контрразведка. Контора серьезная, поэтому в скором времени оперативники ГБ вышли на неформальную связь с лидерами преступного мира. И через некоторое время произошла «историческая встреча», о которой мало кто знает.

– А ты на ней присутствовал? – уточнил я, хотя и знал, что дядя Гриша всегда говорит о том, что лично испытал и прошел.

– Я тогда, только начинал инструктором по спецдисциплинам… Одним словом, меня привлекли для охраны «мероприятия». Так вот – по одну сторону стола переговоров сидели генералы и полковники КГБ, по другую – «генералы преступного мира» – авторитеты, лидеры группировок. Те, у кого генеральские погоны вытатуированы на плечах. Без лишней болтовни и ненужных формальностей один из авторитетов сообщил нам, что западные разведки намерены подточить СССР с помощью российской преступности. Не больше и не меньше.

– Советская «малина» собралась на совет, советская «малина» врагу сказала нет? – процитировал я в вопросительной форме известную блатную песню.

– Именно так, – кивнул Степаныч. – Как объяснили сами авторитеты, они честные воры и вредить Родине на благо внешнему врагу не собираются. Поэтому пошли на столь беспрецедентный шаг, как встреча с генералами спецслужб. Не с милицией – с КГБ. Далее я услышал… М-да, это даже словами не передашь, что почувствовал тогда я, еще пацан пацаном, меньше года носивший погоны младшего лейтенанта. Оказывается, западные разведки сумели наладить тесный контакт с высшими партийными чиновниками из центрального комитета и международного отдела ЦК КПСС. Под прикрытием этого самого отдела были налажены каналы вывоза за границу антиквариата, прочих ценностей. Все это делалось под видом помощи братским компартиям. В то время пошла такая мода у партаппаратчиков – скупать антиквариат, подлинники.

– Выходит, контрразведка КГБ проспала? – задал вопрос я. – И если бы не воры…

– Эх, Валентин, – перебил меня Степаныч. – Кое-что контрразведка знала и до этого. Но дело в том, что КГБ было запрещено работать по высшим должностным лицам из центрального партаппарата. Категорически запрещено! – повторил Нефедов. – А для «помощи братским компартиям» использовали не сотрудников разведки КГБ, а офицеров ГРУ.

– Леонтьева? – переспросил я.

– Не исключаю, – покачал усами Нефедов. – Курировал «братские поставки» генерал-майор ГРУ Тихонов. Под началом которого и начинал служить Леонтьев.

– Тихонов? – переспросил я. – Который погиб в начале первой чеченской, разбившись в подстреленном с земли вертолете?

– Да. Дело в том, что у Тихонова на тот момент появилась слишком большая власть. Его убрали.

– Тот, кто убрал, разумеется, жив?

– Жив. Это Филипп Семенович Глушков. Папа «кондитерского магната».

– Глушков?!

Кто же не знает Филиппа Семеновича?! Его теперь любая дворняга в лицо узнает и гавкнуть не посмеет. Филипп Семенович из тех, кто всегда впереди и на белом коне. Во времена брежневского застоя – партийно-комсомольский чиновник, при Андропове – председатель специальной партийной комиссии по борьбе с коррупцией во властных органах, при Горбачеве – поборник гласности и ускорения, в августе 91-го отдыхал на Черном море, но как только стало ясно, что ГКЧП провалился и органы КПСС ликвидируются, тут же оставил отдых и прибыл к Белому дому, ставшему символом победившей в России демократии. Далее – разоблачитель и ниспровергатель сталинизма и тоталитаризма. В своей родословной сумел откопать дворянские корни и дюжину близких родственников, репрессированных людоедским коммунистическим режимом. После ухода с политической сцены Бориса Ельцина патриот земли русской – один из лидеров партии «Отчизна», депутат Госдумы и президент Общественного гуманитарного фонда.

– ЦРУ взяло в разработку Глушкова, как только он получил пост в международном отделе ЦК КПСС. То ли психологи у американцев классные, то ли случайное стечение обстоятельств, но в этом потенциальном предателе они не ошиблись. Начали с малого – с нелегального вывоза из России предметов старины и искусства. С помощью того же Глушкова разведка вышла и на торговую мафию. Торговая мафия, тем временем, окончательно срослась с партаппаратом. Ты ведь сам помнишь, хоть и пацаном был. В магазинах шаром покати, но зато все, что угодно, можно достать из-под прилавка, по знакомству. И в это самое время в Москве появляется дерзкий бандит, именуемый Пиночетом. Прозвище получил он такое потому, что носил такие же черные очки и усики, как известный диктатор. Так вот, этот Пиночет бросил вызов и торговой мафии, и «воровским генералам». Иными словами, стал бомбить «цеховиков» и нечистых на руку торговых работников. Именно он совершил ряд налетов на тех несчастных, что, собираясь в Израиль, хотели вывезти золото и прочие ценности. Авторитетам старой закваски Пиночет пришелся сильно не по вкусу. Мало того, что мокрушник и беспредельщик, он еще и нарушитель всех возможных «блатных понятий». Блатной ведь, руководствуясь старыми понятиями, не должен вмешиваться в политику, заниматься коммерцией, идти на сговор с властью, милицией.

– Про Пиночета я слышал, – проявил осведомленность и я. – Его как раз и прикрывала милиция. В газетах про то писали, причем не так давно.

– Пиночет сумел завести дружбу с Глушковым, – кивнул Степаныч, – а Глушков был женат на дочери генерала милиции одного из замов министра внутренних дел Щелокова.

– Слушай, а как воры смогли узнать, что Глушков связан с западными разведками? – задал я уточняющий вопрос.

– А это, знаешь ли, они нам не доложили, – криво усмехнулся Степаныч. – Скажу тебе только, что собственная разведка и контрразведка у авторитетов были поставлены на совесть. Там разные люди были. Например, Лева Лис. Воевал в Отечественную, два ордена Славы имел. Он к компромиссам призывал, к контактам с органами при крайних обстоятельствах. А вот Ваня Изумруд, тот строгий ревнитель понятий… Как ни парадоксально звучит, но они готовы были сдать КГБ Глушкова с потрохами.

– Только тот взять не мог.

– Вот именно. Разработка высших чиновников партаппарата строжайше запрещена, – еще раз напомнил мне Нефедов.

– В скором времени американцы получили ценнейшую информацию о наших оружейных и технических поставках в одну из африканских стран. Именно там и находился по своим международным делам Филипп Семенович. Единственное, что могла сделать контрразведка, это приставить к Глушкову своего верного человека, который должен был контролировать каждый его шаг и собрать неопровержимые доказательства его контактов с ЦРУ. Только тогда руководство КГБ дало бы добро на разработку и прочие действия по изобличению шпиона. Однако офицер КГБ был устранен с помощью «медовой ловушки».

– Женщина?

– Да. Опытный оперативник оказался слаб по этой части. Как говорится, все не без греха. Ночь любви закончилась для него в местном госпитале с неизвестным отравлением. Между тем, Глушков оказывается в самом центре операции, задуманной лучшими головами из Ленгли.[7]7
  Ленгли – пригород Вашингтона, штаб-квартира ЦРУ.


[Закрыть]
Африканцы должны были расплатиться с нашими за оружие. И не деньгами, а алмазами с местных приисков на очень крупную сумму. Доставить алмазы в аэропорт должны были шесть офицеров КГБ из недавно созданного спецназа «Вымпел» плюс четверо африканских коммандос. Однако по пути в аэропорт их ждала хорошо подготовленная засада. Все сотрудники КГБ погибли, алмазы были захвачены боевой группой цэрэушников. И некоторая часть, в качестве награды, была передана Глушкову. Есть сведения, что он находился неподалеку от места боя и в его присутствии добивали раненых «вымпеловцев».

– Ты всегда говорил, что «Вымпел» – лучший спецназ в мире, – напомнил я.

– Тогда он только-только был сформирован. К тому же американцы имели трехкратное численное превосходство. К слову, трое цэрэушников были убиты. А среди наших погибших был друг Андриана Никанорова. Из того же села, что и он, вместе окончили Московское пограничное. Так вот, Глушков получил некоторую часть алмазов. И, как сам понимаешь, не только для себя.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.

Купить и скачать книгу в rtf, mobi, fb2, epub, txt (всего 14 форматов)



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Поделиться ссылкой на выделенное